Текст книги "Экстрасенс. Назад в прошлое. Россия 2006 (СИ)"

Автор книги: Валера Корносенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Номер, в котором я до этого жила, за мной уже не числится, и ценник на него, оказывается, кусучий. Снимаю обычный. Завтра меня здесь уже не будет. Город начинает просто душить.

Сама не понимаю почему. Живи да радуйся. Дома меня никто не ждет, но что-то гонит в столицу. И это что-то нехорошее.

Глава 12

Сегодня мне с расписанием так не повезло. Поезд будет только вечером. Нужно чем-то себя занять.

Так как из всей одежды у меня осталась лишь пачка денег, так тому и быть.

Как лечить хандру молодой девушке при деньгах? Правильно! Шоппингом! Оторвусь! Я уже и забыла, что это такое. Где же у нас тут в 2006 году люди-то одевались?

По пути к торговому центру, внимательно всех рассматриваю. Я реально забыла, что была такая мода. Многие женщины в юбках и в платьях. Молодёжь, конечно, носит джинсы, но всё равно девочки выглядят женственно. Многие на каблуках. Мужчины в большинстве своём аккуратно пострижены и гладко выбриты, никаких бородачей.

Я же, кроме бесформенных толстовок из стиля унисекс, когда непонятно, парень перед тобой или девушка, да ещё и с волосами непонятного кислотного цвета, другой моды и не помню. Как вошли в моду в двадцатых неформалы, да так и остались. А там война, вечный стресс... не до моды людям стало, не до радости.

Но и щеголять в платье или юбке я не готова. Тело, может, и новое, а старые привычки придётся вырывая с корнями, и это далеко не быстрый процесс.

Дожила. Бурчу как бабка старая. Не может так девочка восемнадцатилетняя рассуждать. Нужно срочно практиковать пылающий энтузиазмом и жаждой жизни взгляд. А то со скепсисом своим к двадцати пяти морщинами покроюсь как шарпей. Хохотнула, представив свое новое тело в старушечьем обличье. Маленькая собачка до старости щенок.

Зацепилась взглядом за свое отражение в витрине. Джинсы, пуховик, кеды и хвостик от моих недовосемнадцати оставляют хорошо если пятнадцать. Дитя дитем. Не то что пиво, журнал для взрослых не продадут. Нужно срочно и стиль одежды менять, и прическу. Сколько уже я в этом теле нахожусь, Только-только обгрызенные с заусенцами ногти в порядок привела. Страсть что было. И работы впереди непочатый край.

Замоталась я с этими магическими штучками. Люди не могут такую внешность воспринимать всерьез. Хорошо иметь сменную, неприметную детскую личину. Но сейчас мне нужен строгий брючный костюм, хорошие удобные туфли на каблуке и приличные аксессуары к ним.

Новый лук, словом.

Также нужно прикупить косметики. Пользоваться ей я умею, придам себе возраста красками. Кукольное лицо в совокупности с низким ростом в путешествии в одиночестве мне совсем не помощники. Сюда ехала, чудом неприятностей избежала. Купейных вагонов не было. В плацкарте гуляла компания парней. Хорошо, в попутчицы достались бабки-соседки. Не знаю как, но парней они отвадили на раз. Да и сама не искала приключений, всю дорогу с верхней полки не слезала.

Хожу по торговому центру пару часов, с удовольствием рассматриваю и примеряю наряды. Действительно, есть в этом определённый шарм – тратить деньги на себя любимую.

В принципе, я знала, чего хочу, и справилась довольно быстро. Но вот проблема! Мне нужно себя занять ещё чем-то на целых шесть часов!

Новый образ я продумала еще в больнице.

Сперва хотела сыграть на кукольном личике и маленьком росте, нарядившись куклой из фильма ужасов. Сто процентов запоминается, да и педофилов заодно отпугнет. В том, что они будут, даже не сомневаюсь.

Обратная же сторона магического притяжения такова, что обычные люди будут бояться. Да будут «кусать кактус, колоться и тут же в панике давать по газам». А мне-то нужна отдача. Я собираюсь сделать имя, бренд и далее этим пользоваться не один год. Шарахающиеся потенциальные клиенты мне не нужны. Мне нужны преданные фанаты.

Хотя… девочка-гот... постебалась бы над чинушами знатно... Или девочка «из звонка» им бы еще долго снилась ночами.

После всех этих фокусов с гипнозом, после сна с волчицей в голове нарисовался определенный образ. Он должен завораживать чем-то неземным, воздушным, на первый взгляд, не несущим опасности, но в то же время не позволяющим лишний раз протягивать руку и трогать.

В памяти всплыл образ Киселевой из передачи «Слабое звено». Какой же сучкой она казалась зрителям. И это привлекало и завораживало. А ее вид строгой училки держал на расстоянии. Неприступная магическая красота – вот моя цель.

Визуально же прототипом моего будущего образа была белая волчица. Вот кто меня надоумил. Выкрашу волосы в кипенно-белый цвет. Кожа после зимы и больницы тоже белоснежная. Хотя, конечно, жрать как не в себя пора заканчивать. Глазом не моргнешь, и с таким ростом вместо Дюймовочки придется отыгрывать Колобка.

Для большего контраста с окружающей блеклой действительностью добавим белоснежную необычную одежду. И накидку из белого меха.

Отстраненный вид, размеренный, глубокий, уверенный голос. Рассуждения не по годам. Думаю, это будет то, что надо.

Ангел с дьявольским содержимым. Притягательно и пугающе одновременно. Еще над спецэффектами подумаем, и вовсе конфетка выйдет.

После салона красоты я не удержалась и рассмотрела себя в зеркало.

Подобрать одежду на мои параметры оказалось непросто. Но длинные торговые ряды, пестрящие разнообразием предложений, сделали свое дело. Даже примерка «на картонке» меня не смутила. Таков Путь.

В ростовом зеркале я видела молодую, цепляющую взгляд и, безусловно, выделяющуюся из толпы девушку. В бежевом брючном костюме. Длинное пальто прямого кроя скрадывало хрупкость и миниатюрность фигуры. Высокий, но устойчивый каблук и большая кожаная сумка-мешок довершали образ. С копной кипенно-белых волос, ярко подведенными визажистом глазами я выглядела инородно для этого рынка и, главное, на несколько лет старше.

То что надо. А если кто сунется, зыркну так, что сувалка отсохнет.

Хотя, на себя надейся, да не плошай: газовый баллончик в арсенале не помешает...

Бродя между отделами увидела отдел сотовой связи. Ну, конечно! Девчонки, поди, с ума сходят. Хороша подруга. И ведь ни одного номера телефона не знаю… Да ерунда – в соцсетях найду. Девчонки активные, по любому везде зарегены. И комп у них в комнате есть.

Решительно направилась к отделу. Одного взгляда на небольшую внешнюю витрину которого хватило, чтобы в очередной раз щелкнуть себя по носу, вспомнить, в каком времени нахожусь, и не расслабляться.

Да-а-а, ребята, выбор непрост, непрост.

Тут же ко мне подскочил молодой парень, судя по бейджику, ассистент.

– Девушка, добрый день, чем могу помочь? Баланс пополняем без комиссии. На телефоны есть внутренняя рассрочка без переплат.

– Мне нужен телефон. Какой сейчас самый лучший?

Глаза парня загорелись небывалым азартом.

– Новый обалденный имиджевый Nokia 8800 Sirocco, – с таким трепетом и придыханием он достал из витрины внушительный кирпич и продемонстрировал мне. – Потрясающий дизайн. Слайдер. Посмотрите только, как он резко выстреливает благодаря доводчику! Корпус из нержавеющей стали, закаленное стекло для защиты цветного TFT экрана 208х208 пикселей. Камера, правда, 0,5 мегапикселя, но зато это статусная вещь.

Мне показалось, или он сглотнул набежавшую слюну?

– И сколько же стоит это чудо?

Ассистент слегка стушевался:

– 39 тысяч 999 рублей. Но у нас есть рассрочка!

– А-ха-ха-ха, ой не могу, за этот орехокол три средние зарплаты? Фух… Нет, я, конечно, эстет, но пока не до понтов.

Парень чуть поскучнел и, заботливо погладив пальцем бок отливающего металлического корпуса, аккуратно убрал девайс в витрину.

– Вот тоже новинка Motorola RAZR V3i. Раскладушка, внешний цветной дисплей, по сравнению с трешкой, камеру 1,3-мегапикселей воткнули и увеличили аккумулятор до 710 мАч.

– Фу, нет. Моторолу не надо.

– Siemens S88. Отличное бюджетное устройство. Всего 6 тысяч 885 рублей. Зато!.. FM-радиоприёмник, 72-тональной полифония, MP3, поддержка GPRS, камера на 1,3 мегапикселя, даже есть диктофон! У меня такой, – парень гордо приосанился.

Я улыбнулась.

– Полифония, это, конечно, звучит сильно.

Парень моего скепсиса явно не разделял.

– Тогда вот. Лучший слайдер 2006 года Samsung D900! Самый тонкий слайдер в мире. Вы только посмотрите, какой элегантный дизайн.

Лишь тяжело вздохнула, взвесив на руке телефон. Да, пока еще дизайны кирпичей отличаются не только размером экрана. Как же быстро все меняется…

– Трехмегапиксельная камера и, посмотрите, специальная кнопка для управления камерой на левом торце корпуса.

– Нет, нет. Мне надо надежное и не убиваемое. Walkman мне покажите. У меня такой был… ну, в смысле, я им интересовалась.

– Есть Sony Ericsson K750i – отличный девайс, и есть его апгрейд. Только-только у нас модель поступила: W810i. Отличный звук – заменяет любые плейеры! Весь интерфейс заточен под эти цели. Оригинальные наушники в комплекте.

– Да-да. Вещица достойная, я помню.

– Дисплей 176x220 пикселей, 2-мегапиксельная основная камера, память Memory Stick Duo Pro на 4 гигабайта!!!

– А что по цене?

– И цена интересная: 9 тысяч 999 рублей.

Продавец выглядел донельзя довольным. Он словно специально выстроил свой показ так, чтобы я остановилась именно на этой модели. Я улыбнулась. Хороший сотрудник.

– Спасибо вам огромное! Вы так все здорово рассказали! Мне прям все понятно стало. Я очень рада, что именно вы мне помогли.

Парень упаковывал покупку, а его лицо грозило треснуть по швам от довольной улыбки.

– Может, вам еще и веревочку помочь выбрать?

– Какую веревочку? – не поняла.

– Ну, чтобы телефон на шею вешать. Очень удобно! – он поднял свой, болтающийся на шнуре с черепами.

– А-ах на веревочку… Нет, спасибо, не стоит. Оформите лучше мне симку и денег на нее положите рублей триста.

Парень посмотрел на меня уважительно.

Уходила из отдела я в отличном расположении духа.

Перекусив в кафе, увидела киноафишу. «Пираты Карибского моря». И следом «Парфюмер». В своё время ходила на оба фильма. Клёво! Посмотрю с удовольствием.

Поднялась на последний этаж к кинотеатру и на выходе столкнулась с... знакомая прическа, милая желтая куртка, которую муж подарил на Восьмое марта, любимая сумка с бусинами и веревочками... черт побери! Я сталкиваюсь нос к носу собой!

Паника! Что делать? Как так? Нельзя же!

Галина стоит слишком близко, чтобы не заметить всей той бури эмоций, что бушует во мне. А я взгляда не могу отвести. Стою, вылупилась.

Пару раз споткнувшись, я резко сменила направление и чуть ли не сбежала в противоположную сторону торгового центра.

Мы же не должны были встретиться! Меня накрывает реальная паника. А вдруг я все испортила? Что же теперь будет?

Воровато озираясь и высматривая везде желтую куртку, мелкими перебежками добираюсь до кинотеатра и прячусь там в самом дальнем углу верхнего ряда.

Дневной сеанс, народа от силы человек десять.

Но какой теперь к черту фильм? Ни о чем другом я и думать сейчас не могу!

Как же давно это было. Целая жизнь прошла. Целый мир перевернулся.

А вот она я. Иду себе, наслаждаюсь жизнью. Точно! Ведь у сыночка скоро день рождения. Что же я ему тогда купила? Сколько ему сейчас вообще...

И я такая молодая, здоровая... Дико смотреть на себя со стороны.

Хотя я уже и забывать начала, как выглядела. Первые взрывы прогремели в двадцать третьем, когда сил у обеих сторон было еще немеряно. Не считали ни денег, ни людей. Громыхало по всему миру. Словно обезумели, живя одним мигом, совершенно не думая о последствиях... а там массовые облучения, смерти, болезнь... пост апокалипсис...

Смотреть в зеркале было особо и не на что. Если ничего не изменится в этой реальности, красоткой мне ходить осталось недолго...

Ну хватит уже! Пообещала же себе не думать... хоть головой о стену бейся!

Просто странно так… и не верится. Словно кто-то крутит и крутит по сотому кругу старое домашнее видео. Как же все это перечеркнуть и забыть? Наверное, должно хотя бы пару лет пройти, чтобы моя прежняя личность слилась с настоящей. Перестала всего бояться и все время ждать, когда же и откуда прилетит пушистый северный зверек.

Один выход: самой стать таким диким зверьком, покусать кого надо, чтобы кровь от задницы, вскормленной на икре и омарах, отлила, прилив к мозгу, и направить верной дорогой.

Сделаю. Все, что смогу.

А сейчас... какое же это извращенное издевательство... родные как на ладони, полчаса – и я у них в объятиях... но нельзя!

А может, родители меня поймут?

Ага. Устрою им истерику века. Кондрашка хватит от таких полтергейстов. Да и что я им расскажу про светлое будущее? Если изменить его не выйдет, я бы, честно, предпочла и не знать. Хоть пожить ближайшие годы нормально.

На экране скачут молодые и дерзкие Джонни Депп с Кирой Найтли, а я сижу на местах для поцелуев и заливаюсь горючими слезами.

А ведь макияж намалевала в полтонны штукатурки. Представляю, какая я теперь «панда».

Убираю остатки «взрослости» влажной салфеткой и продолжаю тихонько и самозабвенно поскуливать и жалеть себя.

Хорошо, что кино динамичное и громкое. Моих завываний никто не услышал.

Сидеть еще и второй сеанс сил у меня не осталось.

Хотя полегчало. В душе образовался вакуум. Разрешила себе оплакать потерю своей семьи вновь. Добровольный и самозабвенный отказ от самых дорогих мне в целом мире людей.

Выпустила терзавшую боль. А все самое доброе, теплое, светлое закрыла на ключ и убрала в самый дальний закуток памяти.

Буду иногда доставать. По праздникам.

Попыталась привести себя в порядок в туалете. Какой там! Краснючий нос, растертые опухшие глаза. Ну очень взрослый у меня вид. Черте что. Нацепив темные очки, двинула на вокзал.

У меня явно проблемы с планированием и приведением этих планов в жизнь.

Буду менять стратегию!

Глава 13

На полку поезда, следовавшего в направлении нашей великолепной и резиновой, я просто свалилась без сил. Ну почему, когда ждёшь чего-то очень сильно, время словно замирает?

Несколько часов я слонялась по вокзалу, лишь потому что чётко знала, что сегодня здесь своих родных я не встречу. Даже изучив табло, была готова ехать с пересадками, лишь бы скорее убраться из этого города. Как по заказу, билетов в наличии не оказалось.

Дерьмовая была затея изначально. Денег можно было срубить и как-то иначе. Ну да, что не делается, делает нас сильнее.

Моими попутчиками оказалась пара средних лет: мужчина и женщина. Я даже обрадовалась.

Закинув свой нехитрый скарб под подушку, тут же постелила постель и легла, отвернувшись к стене.

Попутчики копошились, переговаривались, смеялись.

Сон не шел.

Вспомнила про профессорскую книгу. Точно! Почитаю! Что еще делать в поезде?

Когда в третий раз поймала себя на мысли, что читаю одну страницу уже несколько минут, со злостью захлопнула книгу.

Да что опять-то не так?

На душе так и мутит, так и крутит. И матрац подо мной словно резко весь пошел комками, что стало невозможно сидеть на месте. Помаявшись еще несколько минут, вышла в коридор. Почитала расписание. Попросила у проводницы чай.

Вернувшись в купе, увидела, что мои попутчики ужинают.

Скромно присела сбоку.

– Угощайтесь, вы такая худенькая. Вам кушать надо за троих.

Вроде доброжелательно говорит тетка, а глаза острые, так и зыркают.

– А вы куда едете? Вы одна?

Замешкалась. По опыту своему уже знаю, что проще покивать и сделать вид, чем спорить с насильно причиняемой заботой.

Подсела к столу. Взяла хлеб с сыром. Поддержала необременительную беседу. Нормальные абсолютно люди. Вежливые. И что меня так лихорадит?

– Не стесняйся, – Мужик с аппетитом уминал куриную ногу. – Давай винца с нами. Хоть уснешь нормально. Видел я, как ты маялась.

А может, и правда? Но чуйка вопит, что нельзя терять бдительность. У меня с собой все мои деньги. А они мне нужны. Особая астральная связь с ними как-то сама собой наладилась в торговом центре, и мы с ними уже, считай, сроднились.

Хоть на этот раз я и в купе, которое закрывается, в дороге зевать нельзя. Дураков жизнь только так и учит.

Дверь с шумом откатилась в сторону. Проводница внесла чай.

Принимая стакан в подстаканнике из рук женщины, чуть его не выронила. Я уверена, что с чаем что-то не так! В подкорку создания тюкает, словно дятел, навязчивая мысль: отравлено, пить нельзя!

И то ли галюны у меня уже, то ли реально она, приторно мне оскалившись, задержала на моей попутчице взгляд как-то подозрительно долго и говоряще, словно недовольна ею.

Слегка подрагивающей рукой протянула сто рублей.

– Пошли, на сдачу выберешь шоколадку.

– Нет, спасибо, мне нельзя сладкое, – идти куда бы то ни было, пока не пойму, что происходит, не хочется.

– Да что ж такое! Ну сдачу заберешь тогда.

Подозрительность моя взлетела до небес.

– Оставьте, я еще утром чай возьму.

Проводница подрастерялась. Сложив свои пухлые ладошки вместе, она замялась в нерешительности.

Я вопросительно подняла бровь.

Наконец устаревший процессор развис и ее лицо осветила мысль:

– Нет, так нельзя. И вообще, я утром сменюсь. Пошли давай. Я что ли туда-сюда буду бегать?

Что безопаснее: оставаться в купе или валить отсюда, сверкая пятками? Чуйка последнее время не подводит, к чуйке стоит прислушиваться. Сжав зубы, я встала.

Нехорошее предчувствие только усилилось. Оно вопило. Интересное, однако, свойство моего нераскрытого таланта. Пора начинать доверять своему чутью или лучше сразу бежать в дурку за чудесными таблеточками?

Сумку со спокойной душой я оставила, в ней лишь тряпки. Деньги у меня в поясной, плотно прилегающей и скрытой свободной одеждой.

Проводница остервенело шебуршилась в своем купе.

Стою спокойно в коридоре. Жду. Та нервничает. Как есть в доле с этими... а, собственно, с кем? Клофелинщики? Не убьют же они меня в конце концов. Труп, хоть и такой компактный, как мой, не самая заманчивая перспектива. Что им от меня надо? С чего они вообще взяли, что у меня есть чем поживиться?

Вот же я дурная баба, хлопнула себя ладошкой по лбу.

Проводница, до этого копавшаяся на столе и словно только заметившая мой приход, подняла вопросительный взгляд.

– Ну что? Может, всё-таки шоколадку?

– Что вам от меня нужно?

– Ты о чём, девочка? – а глазки-то бегают.

– О том самом. Думаете, если я одна еду, за меня заступиться некому?

Та лишь стоит и молча глазами хлопает.

– Всё с вами ясно.

Возвращаться назад в купе и проверять, насколько далеко готовы зайти мои соседи в своих злодейских планах, не хочется. И что же мне делать? Ехать ещё несколько часов.

Отошла к окну. Что же ты так неласкова-то ко мне, новая реальность?

Устроить здесь и сейчас сцену с воплями, привлечением соседей и заламыванием рук? Никаких следов борьбы на мне нет, как и предъявить этим товарищам нечего. Еще и крайняя останусь. Несовершеннолетняя, считай, бесправная. Задержат до выяснения.

Отпускать этих гадов просто так с миром – совесть заест. Сколько ещё наивных людей облапошит эта троица? Ведь непонятно какой дозой они хотели меня накачать. Ливанут на глаз, а организм у меня хрупкий, и чем аукнутся такие возлияния, неизвестно.

В конце-то концов!

Гипнотизёрша я или где? Решительно направляюсь в голову поезда с намерением найти управляющего, ну, или главного счастливца, который здесь заведует порядком. Вписался, дядя? Камон! Блюди!

Пройдя насквозь вагонов пять и вдоволь нанюхавшись свисающих в проходах ног, пришла к вагону ресторану.

Отлично. По логике, это примерно середина поезда и следующим должен идти вагон для персонала. Возможно, я ошибаюсь и этот вагон находится в голове поезда, но что-то мне подсказывает, что доступ с обоих концов проще, если штаб в середине.

Долго собираюсь с мыслями. Волнительно. Пожалуй, это первый раз, когда я планирую использовать гипноз целенаправленно. Ну, или как там это моя сила называется? Пусть будет гипнозом, для простоты.

Подойдя к заветной двери с табличкой «Начальник поезда». Решительно стучу!

Но... Никто открывать мне не спешит. Хотя... прикладываю ухо к двери, там слышится явная возня. Может, он спал? Стучу опять. Снова и снова. В очередной мой замах дверь резко распахивается. Высокий, одутловатый мужчина, чуть за пятьдесят, в форменной одежде РЖД, с расстегнутым воротом и всклокоченными, наспех приглаженными рукой волосами зыркает на меня. Но тут же выражение его лица делается изумленным.

Я и сама теряюсь. Опускаю взгляд ему за спину: на застеленной постели, отвернувшись лицом к окну, сидит проводница. Упси...

Похоже, я не вовремя.

– Я вас слушаю?

– Извините... я... Можно с вами поговорить наедине?

Он делает шаг в коридор и закрывает за собой дверь купе.

Так. Собралась. Выдохнула.

Выставила вперед руку:

– Вы сейчас пойдете со мной. В моем купе шарлатаны. Они хотят опоить меня снотворным и обокрасть.

– Девочка, а ты с кем едешь? Где твои родители? Ты потерялась, что ли? Что ты мне тут за сказки рассказываешь?

– Ч-что? За-замри!

– Там мне замереть или с тобой идти? Вообще-то, поздно, и у меня еще… кхм... дела. Ладно, – он выдохнул, словно смирившись, что вечер безнадежно испорчен. – Показывай, куда идти.

Сил остается лишь на то, чтобы тыкнуть пальцем направление.

– Какой вагон?

– Седьмой.

– Пошли!

Берет меня за руку и, словно нашкодившее дитя, ведет обратно.

В нашем вагоне разводит бурную деятельность: стучит проводнице.

– Инна, с кем едет девочка? Какое купе? Почему нет порядка?

– Я, Павел Юрьевич, да как же это?

– За мной!

Та с квадратными глазами, заламывая руки, идет за нами следом, как на заклание.

Идиллическая картина: вечер, звездная ночь, в уютном купе поезда дальнего следования путешествует семейная чета. Они распивают чай и мерно беседуют. И вдруг...

Распахивается дверь, и вваливается мужик, а из-за него выглядывают две рожицы разной степени офигевания.

Мхатовская пауза...

– Кхё-кхё, чем обязаны? – первой реагирует пассажирка, и глазками такая хлоп, хлоп, хлоп.

– Граждане пассажиры, предъявите документы.

– А в чем дело? – подключается ее спутник. – У нас все в порядке.

– На вас поступила жалоба. Зачем ребенка пугаете? А что это у вас тут? – указывает на пустую бутылку под столиком. – Спиртные напитки распиваете? Не положено в общественном месте. Штраф хотите платить?

Проверив документы и спрятав ловким движением руки в карман вложенную в паспорт пятисотку, начпоезда буркнул что-то напоследок и удалился.

Че-е-ерт. Вот же попандос.

Моя постель перерыта и наспех заправлена. Сумка, уверена, тоже. Стакан пуст и чист. Вот же мерзота!

Соседи, позыркав на меня с неприкрытой ненавистью, в итоге стали укладываться на боковую, старательно меня игноря.

Стою в коридоре, дверь наполовину прикрыта. Так и не могу решить, что делать дальше. Ехать еще семь часов. Тусоваться в тамбуре – увольте. В вагоне-ресторане гуляет пара шумных компаний, идти туда – только искать себе новые неприятности. Какое-то время так и стою в коридоре, слепо уставившись в пролетающих за окном пейзаж.

Когда соседи улеглись, решилась и юркнула в угол своей постели. А вдруг они мне укол в шею сделают? Или начнут душить подушкой, а я безоружна? Мамочки... Схватила со стола стакан. Если полезут, разобью о стол.

Уж к чокнутой с розочкой они точно лезть поостерегутся.

За окном проносились верхушки деревьев на фоне лунной безоблачной ночи, редкие фонари и деревушки. А я все так и сидела.

Самобичевание – моё второе имя. Как можно быть такой самоуверенной? Так быстро поверить в то, что я смогу дать отпор своей магией. Может, этот начальник выпивший, поэтому гипноз не сработал? Или негипнабельный он. Вроде есть такой термин... Учиться мне ещё и учиться.

А ещё нужно тренировать это субтильное тело! Любая тётка меня скрутит, я и пискнуть не успею. Моя злость постепенно переходит в апатию. Разглядываю далёкие звёзды. Думаю о своей судьбе, судьбе этого мира. Жду утра...

Вскакиваю резко от громкоголосого окрика проводницы в коридоре: «Просыпаемся! Через сорок минут столица!» Пару мгновений спустя раздался и громкий стук в дверь.

Огляделась: купе пустое. Да уж. Меня только в разведку брать. Всех врагов положу своим умильным, пускающим пузыри видом.

Поскольку все свои вещи еще ночью я убрала под полку, на которой сидела, в их сохранности сомнений нет. Жаль, конечно, что не удалось наказать воришек, но, видимо, судьбе их шкурки для чего-то нужны.

Глава 14

Дежавю. Раннее утро, вокзал, Аня-растеряша.

Куда пойти? Куда податься? В больницу возвращаться нет смысла. Идти в свою квартиру страшно. Почему-то я боюсь не риэлторов, а ту тётку из соцопеки. Хотя до дня рождения всего несколько дней, но она порождает какие-то мои внутренние страхи. При виде неё я впадаю в панику.

А подамся-ка я в общагу, к девчонкам. Одна голова хорошо, а четыре лучше. Хотя что там сейчас делать? Пока доберусь – все свалят на занятия. Ключей у меня нет. Даже перекантоваться будет не у кого. Не на общей же кухне сидеть.

На часах восемь утра. Решила сходить в институт. Вопрос с посещением занятий в любом случае нужно решать.

Институт выглядел обшарпано и вполне привычно, как множество бюджетных госучреждений нашей бескрайней родины. Длинные коридоры, мраморные полы, светлые стены – даже какая-то ностальгия проснулась.

Шла пара, в фойе шаталась лишь пара-тройка студиозов-прогульщиков.

Настрочила быстренько эсэмэску Ритке: «Какая аудитория?». Ответ прилетел моментально. Значит пара «интересная».

Методом нехитрых вычислений определила, что этаж, на котором находится наш факультет – третий.

Нашла кабинет декана. Игнатов Михаил Павлович – гласила табличка на двери. Мужчина – это хорошо. Договоримся. Подергала ручку. Закрыто. На паре, наверное.

И только повернулась уходить, как столкнулась с... судя по всему, с ним и столкнулась.

А ничего так декан, симпатичный. Это вообще моя мысль?

– Здравствуйте, а я к вам.

– Да неужели? Сама Котова? Никак, снег пойдёт. Ну проходи, – он отпер кабинет и вошёл первым. – Что расскажешь? Чем порадуешь? Что-то ты не похожа на больную. Вид вполне цветущий. Ты как сессию собираешься сдавать? Нет, ну вы на неё посмотрите, стоит улыбается. Чего лыбишься? Ситуация невесёлая.

– Михаил Павлович, спасибо за вашу заботу. Я пришла написать заявление на академ.

– Академ? – он уже присел за стол и рассеянно перекладывал из угла в угол папки, – зачем так сразу? Ты девочка умная. Наверстаешь, запишешься на факультативы, напишешь пару работ...

– Вы знаете, это скорее временная мера. Мне кажется, я выбрала неправильную профессию. Подумаю и, скорее всего, буду поступать в другой ВУЗ.

– Повторное поступление на бюджет невозможно.

– Да всё я понимаю. Но и здесь учиться смысла не вижу.

– Не скажи. Диплом о высшем образовании – это документ, как ни крути. Сейчас такие времена, что с высшим образованием у нас даже продавцы в супермаркете.

– Такое высшее образование я себе могу купить в любом подземном переходе, не теряя пять лет жизни.

– В наше время такого не было, высшее образование ценилось. А сейчас...

Написав заявление, с чистой совестью спустилась в фойе и решила дождаться девчонок в буфете.

Взяла себе хотдог и кофе три в одном. Ох уж этот ни с чем не сравнимый вкус молодости.

К моему столику подкатила компания молодых парней позднего пубертатного периода. Это когда низы хотят, а верхи не могут. Вниз вся кровь отливает, а бедным верхам нечем думать. Прекрасный и одновременно печальный возраст.

– Аннушка, ты ли это?

– Ты не оригинален. И вообще, не видишь, ем? Позже приходи.

– Семен, ты глянь, фифа какая стала. Ты себе папика, что ли, нашла? Барахлишком разжилась, прическу сменила. Телефон новый… – вперед вышел светловолосый парень, наверное лидер.

А ведь действительно. Я и не подумала, что для знакомых мои кардинальные перемены не останутся незамеченными.

– Даже если и так, твоя какая забота?

– И почём нынче берёшь? Может, у меня такое предложение тоже заинтересует. Тебе всё радостнее будет на молодом жеребце скакать, чем мучиться со старым сморчком.

Толпа салаг зашлась дружным гоготом.

– Оч-чень дорого. Тебе точно не по карману. Если у тебя всё, не порти аппетит.

Парень растерялся. Мой холодный тон и совершенно не реагирующий на подначки вид его озадачили. То ли Аня раньше была эмоциональной девочкой, то ли он ни с кем, кроме малолеток, не общается.

Демонстративно отвернувшись к окну, глотнула мерзко приторный кофе.

– Ты! Я еще не закончил, – резко подойдя ко мне, он схватил за предплечье и повернул к себе.

Зыркнула на него так, что моими лазерами можно было плавить льды Северного Ледовитого.

– Грабли свои убрал, иначе вырву и вставлю туда, куда не попадает свет.

И что-то, видимо, в моем взгляде такое было, что уверенность этого парня пошатнулось.

Он отпустил руку и сделал шаг назад.

Зазвенел звонок.

Я встала и отошла к окну ждать подруг. Компания парней тоже отошла.

Девочки налетели дружной гурьбой. Мою новую прическу они еще не видели, как и смену стиля одежды. Начали наперебой все трогать, крутить меня и сыпать тысячами всевозможных вопросов.

Я была одета все в тот же светлый брючный костюм с рисунком в мелкую гусиную лапку и длинное светлое пальто. На фоне окружающих разношерстных студиозов смотрелось стильно и необычно. К тому же белые волосы со стальным отливом и макияж, выделяющий глаза и добавляющий пару-тройку лет моему детскому лицу, делали меня выделяющимся ярким пятном.

Запоздало поняла, что нужно было одеться проще.

Хотя пора привыкать ко всеобщему вниманию.

– Ну, рассказывай, ты куда пропала? Месяц, считай, не ходила. Психичка на каждом семинаре про тебя выспрашивает, слюной захлёбывается. Она в прошлую-то сессию тебя топила, на этой с живой тебя точно не слезет.

– Бедненькая. Передайте ей, что свое слюноотделение она может поберечь. Я написала заявление на академ.

И снова град вопросов. Отвечать я не спешила, девочки сами прекрасно справлялись. Сами спрашивали, сами делали предположение, сами убеждали себя в обратном.

Со стороны смотреть на это было мило. Было видно, что они искренне переживают, волнуются за такую неблагодарную меня. Ну, поболтали, и будет.

– Девчоночки, у меня ведь другая проблема. Мне жить негде!

И снова ворох домыслов и предложений. Две девочки про мою ситуацию с риэлторами не знали. За что Соня с Ритой удостоились моего благодарного взгляда. Я их не просила держать это в секрете, но такая верность подруг грела душу.

Рита предложила переехать временно к родителям, а мне освободить своё место в общаге.

Тут же вступила третья девочка, живущая в комнате вместе с Соней и Ритой, они жили втроём.

У нее был довольно продолжительный и серьёзный роман с одним мальчиком и вполне далеко идущие на него планы. Предложить перейти на новый этап отношений она не решалась, а тут такой шикарный повод съехаться.

А я и не стала отказываться и заставлять себя уговаривать:

– Вот и супер. Вот и ладушки. Спасибо, девочки, что бы я без вас делала? Дайте ключ от комнаты. Отдохну с дороги. Такие у меня были приключения, врагу не пожелаешь. Вечером всё расскажу.