Текст книги "Ловчий смерти"

Автор книги: Валентин Леженда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Вергун вышел на открытое место. Вот она, высокая четырехэтажная пристройка. Невесту Лен-Альрида хорошо охраняли. Раньше времени шум поднимать не стоило. Медленно вверх… «Когти» с трудом отыскивают щели в камнях, кладка тут не в пример лучше, чем во внешней стене. Второй этаж, третий, четвертый… Какое же окно? Память и на этот раз не подвела. Нож бесшумно вошел в зазор между деревянными рамами, небольшое усилие – и крючок с внутренней стороны выскочил из скобы. Хорошо, если петли не заскрипят. Не заскрипели. Подоконник… дальше… темная комната, кровать, столик… на столике кувшин с водой, рядом блюдо с фруктами.

Вергун ожидал увидеть служанку, охраняющую сон знатной госпожи, но, кроме спящей девушки, в помещении никого больше не было. Странно. Может, он ошибся?

Горла коснулась полоска холода… лезвие… очень острое… Попался, причем по-глупому, не нужно было поворачиваться спиной к кровати. Но где же прятался охранник?

– Тихо, иначе полосну.

Шепот. Легкое дыхание щекочет затылок, рука, сжимающая нож дрожит. Плохо… Сын Карны усмехнулся, резко рванувшись вперед. Холодное лезвие прошлось по горлу. Сзади вскрикнули. Звякнул упавший нож. Ловчий резко обернулся, закрывая рукой девушке рот.

– Тихо. Давай договоримся сразу: я тебе ничего плохого не сделаю. Ты только не поднимай шум, иначе мне придется убивать. А я не люблю убивать, не имея на то веских причин. Все понятно? Если понятно, кивни.

Девушка кивнула, в ужасе глядя на невредимое горло незнакомца.

– Я медленно убираю руку…

Он отпустил ее, готовый схватить вновь в любую секунду. Дочь бана попятилась к кровати. Вергун зажег торчащий из стены масляный светильник. Девушка сидела на кровати, неподвижным взглядом уставившись на окровавленный нож, лежащий на полу. Сын Карны подошел ближе, внимательно рассматривая невесту благородного Славера. Семнадцать лет? Весной? Бан Иллар, наверное, пошутил. Девушка выглядела лет на четырнадцать, не больше. Правда, Ловчего смущала грудь, едва прикрытая съехавшей на левое плечо рубашкой. Все-таки перед ним зрелая женщина. Внешность и впрямь бывает обманчива. И это хрупкое существо собиралось на юг? Немыслимо.

– Кто вы? – тихо спросила Танаис.

– Друг.

– Друг не забирается в окно посреди ночи словно вор.

– Тебя трудно назвать такой уж беззащитной.

– Я перерезала вам горло. Я почувствовала, как нож разрезал плоть…

– Меня нельзя ранить.

Танаис вздрогнула, испуганно посмотрев ему прямо в лицо.

– Я позову охрану.

– А вот этого как раз делать не стоит.

– Почему?

– Меня послал Славер.

Губы девушки дрогнули, в ее глазах… Вергун отвел взгляд, не желая видеть то, что там отразилось мгновение назад.

– Славер… погиб.

– Знаю, но перед тем как умереть, он взял с меня клятву.

– Какую клятву, о чем вы?

– Что я разыщу тебя и помогу добраться до Рваного Края, смотри.

Ловчий развязал ворот камзола и передал вздрогнувшей девушке кожаный мешочек.

– Ты знаешь, что это такое?

Танаис развязала тесемки.

– Это «пропуск».

– Он просил передать его тебе. Теперь ты мне веришь?

Худые плечи поникли. Прижав маленький мешочек к лицу, дочь бана приглушенно зарыдала.

«Я в ней не ошибся», – подумал Вергун, прислушиваясь к тому, что происходило в соседнем помещении.

Подняв мокрое лицо, Танаис повесила мешочек себе на шею.

– Так ты пойдешь со мной?

– Пойду.

– Ты веришь мне?

– Верю.

Все оказалось проще, чем он ожидал.

Сын Карны подошел к дверям. Там за толстыми деревянными створками находились два опытных охранника. Ловчий потянул ручку. Дверь не поддалась.

– Они держат меня под замком, – прошептала девушка, – боятся, что я снова убегу. Я уже пыталась несколько раз… Но каждый раз они находят меня.

– Теперь все будет по-другому, – пообещал Вергун, одним точным ударом вышибая дверь.

15

…Ловчий внимательно рассматривал лежащих у его ног охранников. Одеты те были необычно, на южный манер. В такой одежде удобно прятать оружие. Хидры были еще большими чужаками в этих краях, чем обитатели Рваного края. Профессиональные убийцы и телохранители, но Сын Карны оказался им не по зубам. Из соседней комнаты появилась Танаис. Лицо девушки было бледным, но решительным. Кожаные штаны, короткая, отороченная мехом куртка и маленькие сапожки. За поясом четыре ножа. Волосы подвязаны серебряной цепочкой.

– Никак собралась на войну? – с улыбкой поинтересовался Вергун.

Девушка не ответила. Сын Карны попытался вспомнить расположение здешних помещений. Сопровождающие занимали два соседних. Слышали они звуки борьбы или нет? Наверняка слышали и уже приняли меры.

– Ступай за мною.

– Может, попытаться через окно? – предложила Танаис.

– А у тебя есть веревка?

В тесной комнатушке, где располагались двое бодрствующих охранников, была еще одна дверь, ведущая в коридор. Сын Карны толкнул старую перекосившуюся створку. Пылающий крест, Красная трава, Замерзший водопад… песнь ненасытной смерти – дюжина мечников не противники Ловчему, особенно когда вокруг тесное пространство каменного коридора.

– Вниз, быстро!

Они поспешно спустились по деревянной лестнице. Шум схватки переполошил весь гостиный дом. Вергун рассчитывал проскочить. Конечно, начнется охота, но не сейчас. Нужно как можно скорее выбраться за пределы крепости. Вариантов было не так уж и много. Сын Карны остановился на самом легком. Крепость они покинут через главные ворота, так проще, и главное, удастся на время сбить с толку преследователей. Держась менее освещенных мест, Ловчий вел за собой испуганную девушку. Он хорошо помнил каждый поворот, каждый угол, каждый тупик. Почему Таркел называют крепостью? Ведь он скорее похож на небольшой город, окруженный крепкой стеной.

У главных ворот жгли костер стражники, ежась на холодном ветру, завывающем в узких проулках. Не скрываясь, Вергун двинулся прямо к ним. Один из стражников обернулся, услышав шаги.

– Мне нужно покинуть крепость.

Теперь на него смотрели все четверо.

– Ты, наверное, спятил, приятель? – хрипло поинтересовался один из стражей, протягивая к огню озябшие руки.

Сын Карны промолчал.

– Не положено, – коротко бросил тот, что был постарше других. – Ворота откроются только с рассветом.

– Я заплачу.

Стражники переглянулись.

– Держи! – Ловчий швырнул ближайшему маленький ярко блеснувший камень.

Мечник не сплоховал, ловко поймав копрофит.

– Да это же «Око Мэнга»!

– Камень ваш! Открывайте ворота.

Не веря своим глазам, стражники по очереди брали в руки мерцающий в свете огня камень, внимательно рассматривая его меняющуюся сердцевину.

– Настоящий, – удовлетворенно кивнул старшина, с хитрым прищуром разглядывая драгоценность. – Отворяйте, чего ждете!

Двое стражников прошли в маленькую деревянную пристройку. Зазвенели натянувшиеся цепи, застонало огромное деревянное колесо, створки ворот приоткрылись, расползаясь в сторону ровно на столько, чтобы в них мог протиснуться человек.

– Идем! – Вергун взял девушку за руку.

Всего десяток шагов – и они уже вне крепости. Снова зазвенели цепи, и створки с глухим треском сошлись. Сын Карны пронзительно свистнул, подзывая коня. Затем вскочил в седло и помог устроиться у себя за спиной Танаис.

Стремительная тень, разрезая холодную ночь, быстро удалялась от черной громады крепости Таркел.

Когда Сын Карны решил, что они уже достаточно далеко, то осадил коня, позволяя ему немного передохнуть. Танаис молчала, и Ловчий был благодарен ей за это. Ему следовало хорошо все обдумать. Люди Лен-Альрида не оставят их в покое. Законы у жителей южных пустынь суровые, вернуться домой без девушки хидры не посмеют. Начнется большая охота, значит, нужно постоянно держать высокий темп, быть на шаг впереди, запутывать следы, убивать. Обычная работа. Вот только… Танаис. Главное – избегать многолюдных дорог и городов. Также не стоило забывать и о гостях, чье время давно уже пришло.

Приближался рассвет. Темное небо светлело.

– Тебе не холодно?

– Нет. Эту одежду я припрятала заранее, зная, что рано или поздно убегу.

– О ножах тоже побеспокоилась заранее?

– Это подарок Славера.

Полезный подарок, что и говорить.

– Твой отец быстро подыскал тебе нового жениха.

– Не мог дождаться, когда избавится от меня.

– А мать?

– Умерла много лет назад.

– Понятно.

– Почему на вашем горле не осталось шрама?

– Долго рассказывать.

– А вы все-таки расскажите.

– Ты когда-нибудь слышала о Ловчих Смерти?

– Наемные убийцы?

– Значит, слышала.

– Отец однажды рассказывал мне о них. Сейчас вспомню… Какой-то проклятый клан. Они неуловимы, словно тени, их очень трудно отличить от обычных людей.

– Я один из них.

Некоторое время Танаис ехала молча. Сыну Карны было очень интересно, что сейчас происходит в ее прелестной головке.

– Эй? – тихо позвал он.

– Что?

– Почему ты замолчала?

– А мне все равно, кто вы, я вам верю. Даже не знаю почему, но верю. Только не пойму, где и как вы могли встретить Славера.

– Дорога свела, – улыбнулся Сын Карны. – Изнывая от скуки в середине осени я нанялся в охрану его обоза. Наше знакомство произошло случайно. Твоего отца обманули, Славер погиб недавно уже в Ирских землях. Но я не мог его спасти, даже если бы очень сильно хотел.

– Почему?

– Предначертанное свыше невозможно изменить.

– А как же вы?

– Мой срок уходить еще не настал.

– Значит, судьба?

– Я всегда чувствую это… обреченность… безысходность… тщетность любых попыток… вернее, МЫ чувствуем. Обреченный человек уже помечен, и ничто не в силах помешать Непостижимой призвать его к себе. Уже при первой нашей встрече я понял все.

– Почему же вы его не предупредили?

– А что бы это изменило? Мать Карна в любом случае пришла бы за ним.

– Мать Карна?

– Богиня Смерти, владычица Серой Зыби.

– Понимаю.

– Я сделал все, что мог.

– Я вам верю.

– Вокруг Славера шла странная игра, – продолжил Вергун. – Я в ней так до конца и не разобрался. Кто хотел его смерти и, главное, зачем? Чтобы не случился ваш союз? И кто донес твоему отцу о гибели Славера? Почему сама весть опередила его смерть? Значит, кто-то точно знал, что он не доберется до замка.

«Без сомнения, кто-то желал помешать этому браку, – подумал Сын Карны. – Но каковы были причины, куда вели невидимые нити событий? Как то, что произошло, отразится на будущем? Неужели чаша весов уже качнулась? Качнулась для обеих земель?»

Ловчий чувствовал, что он как никогда близок к разгадке. Но истина ускользала. Не хватало какого-то очень важного звена, без которого не выходило четкой картины предстоящей катастрофы. А то, что она грядет, Вергун чувствовал безошибочно. Что-то там определенно было в недавнем прошлом, то, что он упустил из виду, не обратил внимания. Маленькая деталь, однако решающая ВСЕ. Недостающая, но необходимая часть мозаики. Странно, что Танаис не удивляет конечная цель ее путешествия. Словно она знает – так и должно быть. Кажется, Славер что-то говорил о своем брате, который примет ее и защитит. Но защитит от кого?

Снова вместо ответов одна пустота.

Ближе к полудню сделали привал. Танаис наверняка проголодалась, хотя и не показывала этого. Выбрав подходящее место, не продуваемое ветром, Вергун разжег костер. Затем пошарил в седельной сумке и извлек на свет флягу с вином и сушеное мясо с ягодами.

– Поешь!

Девушка с благодарностью приняла еду.

– Что, скучно? – усмехнувшись, поинтересовался Сын Карны. – Сейчас будет тебе компания.

Танаис недоуменно посмотрела на него.

– Я не понимаю.

– Погоди, сейчас все поймешь, – ответил Ловчий, вытаскивая из ножен меч и кладя его рядом с костром.

Дочь бана во все глаза смотрела на загустевший мерцающий воздух, уплотнившийся в том месте, где лежал меч. Светящееся марево вздрогнуло, и прямо из него стала вырастать, поднимаясь, обнаженная женская фигура. Танаис вскрикнула, выронив флягу. Свет быстро померк, а у костра стояла необычайно красивая женщина. Меч исчез. Незнакомка внимательно рассматривала дочку бана. Длинные черные волосы частично скрывали ее наготу.

– Знакомьтесь, – Вергун был сама учтивость. – Танаис, перед тобою Мара.

– Бедный ребенок, – незнакомка с укоризной повернулась к Сыну Карны. – Зачем ты затащил ее в это ужасное место?

– Так нужно.

– Грубый, жестокий Ловчий.

– Но-но, полегче, я, возможно, спас ей жизнь. Лучше скажи спасибо, что снова тебя позвал.

– Спасибо.

– То-то.

– Кто вы? – негромко спросила по-прежнему не на шутку испуганная Танаис.

– Вергун, расскажи ей!

– Нет уж, лучше пусть она услышит все от тебя.

Удивительная незнакомка подошла ближе и, усевшись рядом с девушкой на поваленное дерево, приветливо улыбнулась.

– Не бойся. Я Дева Клинка.

Танаис не понимала.

– Я последняя…

– Ты вышла из меча, я хорошо видела… когда сгустился воздух…

– Все правильно, я он и есть.

– Ты меч?

– Да.

– Так он живой?

– Не совсем… Вергун, – Мара нетерпеливо оглянулась, – что же ты молчишь?

– Да что тут скажешь, – задумчиво проговорил Ловчий. – Мара действительно последняя. Таких, как она, в нашем мире не существует уже больше сотни лет.

– Я не понимаю, – с отчаянием прошептала Танаис.

– Если признаться, я тоже, – усмехнулся Вергун. – Это одна из самых древних и загадочных тайн нашего мира. Я нашел ее совершенно случайно в старом заброшенном капище, уничтоженном в давние времена. То было совершенно безлюдное глухое место. Я очень удивился, обнаружив там остатки каменных строений. В одном из них я и отыскал меч, очаровавший меня своей красотой.

– Значит, ты меч? – робко уточнила девушка.

– Я меч, – улыбнулась Дева Клинка. – Я карающее продолжение руки, я свобода для тех, кто задержался на этом свете.

– Значит, меч все-таки живой?

– Меч мертвый, – покачал головой Ловчий. – Он лишь материальное воплощение силы. То, что мы хотим видеть, и то, что не хотим. Маленький мостик через Серую Зыбь.

– Это просто невероятно. – Теперь Танаис без страха рассматривала Мару. – Я никогда ничего не слышала о подобном.

– Была одна легенда, – мечтательно улыбнулась Дева Клинка. – Красивая сказка о двух влюбленных. Они не могли жить друг без друга, но между ними пролегала настоящая пропасть, их разделял меч. Кусок острой стали, поработивший женщину. Она оказалась в плену у проклятого клинка, который был необходим тому, кого она любила. Их невозможно разделить, но они оба были нужны ему, и меч, и женщина.

– Красиво, – согласилась девушка. – А можно мне тебя коснуться?

– Конечно, можно, – рассмеялась Мара. – Ты думаешь, я не настоящая? Думаешь, рассыплюсь от одного твоего прикосновения?

Танаис осторожно провела пальцем по плечу Девы Клинка.

– Ты теплая. У тебя такая же кожа, как и у меня. Скажи, разве тебе не холодно?

– Нет, я не ощущаю холода.

Вергун украдкой рассматривал свое проклятие. Дева Клинка рассказала дочери бана вовсе не легенду, ибо ТАК БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ. Теперь уже нет смыла гадать, почему ТАК все случилось. Как только он в первый раз ее увидел, то навсегда потерял себя. Он был незримо связан с ней в необъяснимое единое целое. Продолжение руки? Нет. Он носил в ножнах свою душу. Он ждал, он пытался быть терпеливым. Он ждал того дня, когда они, наконец, будут вместе. В одном мире. В одной жизни на двоих, в телах из плоти и крови, способных отдавать. Ради этого дня стоило жить, идти кровавой дорогой, служа самой смерти. Ради этого стоило потерять свободу. Все однажды закончится. Мать отпустит его. Вергун сполна заплатит Непостижимой свой кровавый выкуп. И за себя, и за Мару. Заплатит сполна, а после… уйдет. Уйдет не один, а с той, которая ему необходима.

Сейчас…

Вчера…

Через тысячу лет…

Только одна-единственная…

Ради нее он готов был на все. Он где-то там, долгожданный покой… Он подождет, он УМЕЕТ ждать, он терпелив и беспощаден. Беспощаден прежде всего к себе.

Ибо таков его путь, ПУТЬ ЛОВЧЕГО СМЕРТИ.

Когда Танаис уснула, завернувшись в плащ, Мара отозвала Сына Карны в сторону и, посматривая на спящую девушку, тихо произнесла:

– Разве ты не заметил?

– А что я должен был заметить? – удивился Вергун.

– Я думала, ты почувствуешь.

– Говоришь загадками.

– Значит, действительно не заметил.

– Да о чем ты, в конце концов?!!

– Тише, ты ее разбудишь. Эта девушка… Она ждет ребенка.

– Ты уверена?

Мара не ответила. Это объясняло многое, в том числе и ту клятву, которую взял с него Славер. Но как такое вообще могло произойти? Неужели дочь бана не понимала, чем это может закончиться для нее?

– Ее казнят, – спокойно проговорил Вергун. – Вернут в Эмброк, после чего убьют. Таковы законы. Другое дело, если бы она была из низшего сословия. Но Танаис из знатного древнего рода. Может быть, в Рваном Крае невинность и пустой звук, но у нас… Дочь бана подписала себе смертный приговор, когда легла под чужеземца. Не понимаю, на что она вообще рассчитывала. Рано или поздно все бы раскрылось. У южан с этим делом еще строже.

Сын Карны задумался.

– По обычаю, она должна была лишить себя жизни сразу после того, как узнала о смерти Славера. Только так можно было смыть позор, своей кровью.

– Но этого не произошло, – холодно заметила Мара. – Ничего не исправить, и ты это прекрасно знаешь.

– Все-таки как ты узнала?

– Я женщина, – возмущенно напомнила Дева Клинка. – Или ты забыл об этом?

– Нет, не забыл.

– Я сразу увидела, что внутри у нее зарождается новая жизнь.

– Что же теперь делать?

– Поговори с ней.

– Я… не смогу.

– Поговори, это очень важно.

Ловчий кивнул и, вернувшись к костру, разбудил девушку.

– Почему ты не сказала, что ждешь ребенка от Славера?

– Неужели заметно?

– Нет, еще нет.

– Но, как вы узнали?

– Мара… от Девы Клинка ничего не утаишь.

Зябко ежась, Танаис поплотнее завернулась в плащ.

– Ты понимаешь, чем рискуешь?

– Понимаю. Никто бы ничего не заподозрил. Мы хотели пожениться как можно скорее. Славер говорил, что такие вещи не имеют значения у него на родине…

– Ты что-то мне не договариваешь… Ты должна быть со мной откровенна до конца. От этого многое зависит, поверь мне.

– Он или она, – дочь бана машинально коснулась живота, – единственный наследник Рваного края.

– А как же брат? – вспомнил Вергун. – Славер говорил, что у него есть брат.

– Верно, – кивнула Танаис. – Вакоон. Он уже стар, он намного старше Славера, и у него нет наследников.

– Этот Вакоон… он знает о тебе?

– Конечно, они условились с братом, что он будет ждать нас в начале зимы в маленьком приграничном городке по ту сторону Черной Межи.

– Что за город?

– Самарит.

Почему Вергун узнал об этом в самый неподходящий момент? Ведь Славер наверняка до конца не был уверен в том, что Ловчий исполнит клятву. Чужеземец рисковал жизнью не только любимой женщины, но и жизнью еще не родившегося ребенка. Впереди ждал путь. Долгий путь, который еще только следовало пройти. А времени оставалось все меньше и меньше.

16

– Ревнуешь? – Сын Карны лукаво посмотрел на Мару.

– Еще чего?!! – возмутилась Дева Клинка. – К этой девчонке?

– А почему бы и нет?

– Она не в твоем вкусе.

– А кто в моем?

– Я.

– Скромность – одна из твоих главных добродетелей.

– А ты заметил только сейчас?

Ловчий рассмеялся.

Танаис удивленно обернулась.

– Ты ей поможешь? – спросила Мара.

– Попробую, – неуверенно ответил Вергун.

– Но ведь ты не сможешь пересечь Черную Межу.

– Не знаю… во всяком случае до границы я ее доведу.

– И что потом?

– А это уже зависит не от меня.

– Бедная девочка, в чужих неизвестных краях… Как она отыщет там тех, кто сможет помочь ей? Да и захотят ли они помочь?

Ловчий не ответил. То, что случится после того, как они доберутся до Черной Межи, его не интересовало. Он исполнит просьбу Славера и снова будет свободен от любых обязательств. Все остальное в руках Непостижимой.

Небо нахмурилось, пошел снег. Большие тяжелые хлопья быстро покрыли зернистым ковром засыпающую землю. Снежинки опускались на обнаженные плечи Девы Клинка и тут же таяли, не оставляя следа.

Вергун думал о том, как лучше добраться до границы. Путь следует выбрать короткий, чтобы успеть вывезти девушку из опасных земель до того, как ударят жестокие морозы, когда стылый воздух станет рвать легкие, а яростный ветер превратит лицо в ледяную маску. Когда дыхание замерзает прямо в горле, когда холод приходит лишь для того, чтобы убивать. Зимой в Межземье появляются кьерхи. Невидимые существа, способные жить лишь в самый лютый мороз. Они убивают людей, чтобы прокормить свое потомство. Ждут, пока теплое тело окоченеет, после чего сжирают его целиком. Ловчий помнил, как однажды ухитрился поймать одну из тварей. Существо умело маскировалось под сугробы, но Сын Карны все же изловил его. И каково же было разочарование, когда в тепле пещеры, куда Вергун притащил свою добычу, кьерх превратился в лужу воды…

Вскоре Сын Карны решил, что самым разумным будет повторить путь Славера, но только в обратном направлении. В любом случае им не обойти озеро Сва, а оно никуда не делось. Все там же где-то впереди раскинуло свои воды, разделяя большой материк на две равные части. Придется повторить бросок, причем значительно быстрее, чем в прошлый раз. Ловчий догнал лошадь и, хлопнув жеребца по влажному крупу, торжественно сообщил:

– Через сутки мы должны быть у озера Сва.

Танаис не возражала.

– Плавала когда-нибудь на корабле?

– Нет.

– Полагаю, тебе понравится.

Подошедшая сзади Мара коснулась руки Сына Карны. Вергун обернулся, почувствовав передавшуюся от Девы Клинка тревогу.

– Что случилось?

– Вас нашли.

– Сколько их?

– Не меньше двух десятков. Через пару часов нагонят.

– Спасибо, я ничего не почувствовал.

Мара улыбнулась и, вскинув руки, осела в снег. Ловчий поднял меч и поспешно вернул его в ножны.

– В чем дело? – Танаис испуганно обернулась.

– Нужно спешить.

Сквозь снежную пелену темнел угрюмый, уснувший до весны лес.

Через час и сам Вергун почувствовал приближение чужаков. Два десятка всадников. Их кто-то вел, вел профессионально, легко читая нужный след.

«Как же быстро они нас нашли!» – удивленно подумал Ловчий.

В то, что их преследуют хидры лирийского шаена, верилось с трудом. Чужеземцы не могли так умело ориентироваться в незнакомых землях. Может быть, за ними гонятся люди бана Иллара? Нет, тоже невозможно. Весть о похищении дочери еще не дошла до Ирского края. Тогда кто? Придется все разузнать самому.

Резко осадив коня, Сын Карны спрыгнул на землю, передавая вожжи Танаис.

– Что вы делаете?!! – испуганно вскрикнула девушка.

– Дальше поедешь одна!

– Вы бросаете меня?!!

– Нет, лишь хочу выяснить, кто нас преследует.

Танаис побледнела.

– Ничего не бойся. Ближе к полудню сделай остановку и дождись моего возвращения.

Взмыленный конь удивленно скосил черный глаз на хозяина, после чего резко рванул с места.

– Держись крепче, – успел крикнуть напоследок Вергун, затем внимательно осмотрелся, выбирая подходящее место для засады.

Подходящего места не было. Ни холмика, ни оврага, ни, на худой конец, большого дерева. Всадники приближались. Знали ли они, с КЕМ имеют дело?

Ловчий прислонился к стволу хлипкого облетевшего деревца и, запрокинув голову, принялся рассматривать переплетения раскинувшихся вверху ветвей. Снег идти престал, и дерево казалось Сыну Карны заснувшим до весны великаном, тянущим свои многочисленные «руки» к небу. Ствол был тонким, в некоторых местах кора разошлась, являя свету трухлявые внутренности. Зазеленеет ли оно с приходом тепла или его прикончат студеные морозы?

«О чем я думаю? – мелькнула мысль. – Я отвык от опасности, мне давно уже все равно…»

Так нельзя. Можно наделать ошибок, которые погубят другого человека. Словно острые осколки разбившегося стекла. Главный удар он примет на себя, но острые грани усеют вокруг все пространство, особо не разбирая, кого убивать.

Вергун выхватил меч.

Всадники неслись по дороге, вытянувшись словно змея. Вот они уже совсем близко. Стук копыт… конское ржание… звон доспехов… Неожиданно отряд резко сбросил скорость.

«Читают следы», – догадался Вергун.

Сейчас они должны сообразить, что один из беглецов спешился. Больше медлить нельзя. Черная тень отделилась от дерева, превращаясь в человека. Удивленные возгласы… Взмыленные морды лошадей… Чужая рука в кольчужной перчатке на рукояти меча… Стрелы… Яростная ругань… Кровь… Первая кровь, пятнающая снежную белизну… Всадники лишь мешают друг другу… Вот галопом несущаяся лошадь, волочащая за собой тяжелую страшную ношу. Нога мертвеца, выпавшего из седла, запуталась в стремени, тело оставляет на снегу красные борозды… Рукоять легко скользит по поющему лезвию, проходит его до конца, до самого острия и там со щелчком застывает. Меч-перевертыш… Открывшийся противоположный конец заострен… Клинок легко находит незащищенные места в доспехах, словно жалит не железо, а взбесившаяся змея. На отражающем снежную белизну лезвии ни капли крови, она никогда не остается на нем.

«Что же у меня в руке? Меч? Приговор? Дверь в Серую Зыбь? Хаос?»

Мысли не мешали убивать. Полированная поверхность отражала небо… Четыре цвета: белый, серый, синий, карминовый… Белый – снег. Серый – облака. Синий – прорехи в небе, упорно пожираемые снежными тучами. Но синева не сдавалась… Карминовый… ну, тут все ясно. Казалось, Ловчий существует отдельно от меча, а меч… меч собирает жатву. В голове лишь одна простая мысль: НУЖНО, ЧТОБЫ НИКТО НЕ УШЕЛ.

Копыта лошади, вставшей на дыбы… Из влажных ноздрей бьет горячее дыхание. Всадник не удерживается в седле. Как он успевает замечать ВСЕ? Рукоять снова мягко скользит по лезвию, со щелчком становясь на место. Из спины спешившегося воина вырастает стальной цветок, нет, не цветок, лишь его стебель. Красный бутон расцветает у самого основания там, откуда выросла сталь. Меч легко пробивает кольчугу.

Вергун выдернул клинок, ощущая за собой падение тяжелого тела. Ловчий не двигался, лезвие меча обращено к земле, оно едва касается снега. Все? Нет, не все. Одного не хватает. Не хватает того, кто читал следы. Но его уже не было, когда началась резня. Этот человек заранее знал, с чем предстоит столкнуться на дороге.

Вергун не двигался, не желая нарушить гармонию АБСОЛЮТНОГО покоя. Гармонию света… гармонию смерти… игру красок… противоборство цветов… Словно соринка, застывшая в куске белого янтаря. Малейшее движение все разрушит, рухнут тысячи осколков, мертвецы погрузятся в землю, небо придавит свет к заснеженной дороге. Но нет, кажется, гармония нарушена. Как диссонирующая струна, фальшивая нота, внезапно ворвавшаяся в неощутимую мелодию вечной неподвижности. Ржавый нож режет нервы… Струны рвутся одна за другой, оставляя кровоточащие рубцы. Кто-то по-прежнему жив.

Сын Карны медленно вернулся к реальности. Странные успокаивающие образы отступили, остался лишь один обнажившийся череп холодной пустоты, и этот череп улыбался.

Ловчий отыскал тело, еще живое. Всадника придавила к земле мертвая лошадь. Пожалуй, он даже не сломал себе ноги. Выбраться можно, но для этого потребуется время. Всадник молчал, но Вергун безошибочно ощущал диссонанс, вносимый в общий мертвый фон, оставшийся от ушедших в Серую Зыбь. Подойдя ближе, Сын Карны наклонился и снял с лица воина железную личину. Светловолосый мужчина с короткой бородкой спокойно рассматривал Ловчего. Он был довольно молод, на лице ни тени страха, лишь легкое сожаление.

– Станешь добивать? – усмехнувшись, спокойно спросил наемник.

– Мы не на поле боя, – пожал плечами Вергун.

Всадник сделал попытку осмотреться.

– Всех уложил.

Утверждение, не вопрос.

– Где вас наняли?

– В крепости Таркел.

– Много обещали?

– Ты не поверишь.

Сын Карны усмехнулся:

– Заплатили вперед?

– А как же, – воин самодовольно ухмылялся, затем, поднатужившись, слегка подтянул зажатую конем ногу. – Ты меня отпустишь?

– Если скажешь имя того, кто вас нанимал.

– Это просто. Я никаких обязательств ни перед кем не имею. Странный то был человек, не разговорчивый. След читал, просто не верилось, лучше любого охотника.

– Как его имя?

– Думаешь, он представился?

– Думаю, нет.

– Мне повезло… – наемник уже почти освободился, – я услышал, как в крепости к нему по имени обратился кто-то из стражи…

– Имя!

– Варг, кажется, так его и звали.

– Ваша цель?

– Девчонка.

Через минуту наемник уже был на ногах, опасливо косясь на обнаженный клинок Сына Карны. Ловчий безразлично отвернулся и неспешно побрел среди тел, выбирая себе коня. Многие сбежали, но самые верные бродили среди остывающих тел своих хозяев. Вергун выбрал белого жеребца с дорогим седлом. Потрепал лошадь по холке и, спрятав меч, вскочил ей на спину. Место короткой схватки осталось позади. Еще один ничего не значащий эпизод, еще один подарок Непостижимой…

«Итак, Варг, – спокойно размышлял Ловчий. – Теперь это не просто чьи-то игры, теперь это сражение на выбывание, перетягивание каната на краю бездонной пропасти».

Варг. Один из сыновей Карны. Ловчие по разную сторону? Забавно. Значит, Непостижимая решила стравить своих любимцев и посмотреть, что из этого выйдет? Действительно, забавно. Кто кого испытывал, вот в чем вопрос. Ловчий зачастую мог поступать так, как ему того хочется, но мог ли он зайти так далеко, как зашел Варг без ведома Карны? Исключено. Значит, все-таки противостояние. Совершенно бессмысленное противостояние. Но Непостижимой, конечно, виднее…

То, что ему противостоит другой Ловчий, скорее веселило, нежели действовало на нервы. Такого еще ни разу не случалось за всю историю существования клана Мертвой руки. Испытание на прочность? Что ж, хоть какое-то да разнообразие. Но вот Танаис… Сможет ли он уберечь ее?

Вергун нагнал девушку ближе к полудню. Дочь бана ждала на опушке леса. Рядом мирно пасся конь, пощипывая выглядывающую из-под снега траву. Вергун спешился, подведя белую лошадь к Танаис.

– Вот, она твоя. Это ускорит наш путь.

– Красивая.

– Теперь у нас появились шансы уйти.

Поглаживая лошадь, Танаис внимательно рассматривала Сына Карны, словно ожидая каких-то объяснений.

– Кто это был? Люди моего отца?

– Нет, обыкновенные наемники.

– Но кто же их нанял?

– Не знаю, – нехотя ответил Вергун.

– Вы что-то все время недоговариваете?

– Не думай об этом. Пока я рядом, тебе не о чем беспокоиться.

– А потом?

– Потом? До «потом» еще много дней пути.

– Позовите Мару.

– Зачем?

– С нею не так скучно.

– Не могу.

– Почему?

– Мне она может понадобиться в любой момент… та… другая…

Наутро следующего дня они достигли берегов озера Сва. По пути удалось заглянуть в крошечное селение, где проживали местные охотники. Путешественников приняли доброжелательно, разрешив передохнуть. Вергун щедро заплатил за оказанное гостеприимство. Гордость не позволяла дочери бана жаловаться на многочисленные неудобства, и Ловчий со своей стороны старался свести их к минимуму.

В окрестностях озера еще не настала зима. Здесь было теплее, чем в тех местах, откуда вырвались беглецы. Спасаясь от холода, они постоянно чувствовали его дыхание у себя за спиной, но им пока удавалось опережать подкрадывающуюся с севера стужу.