Текст книги "Весенние дни (СИ)"

Автор книги: Ульяна Каршева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– Для колониального чиновника вы слишком хорошо осведомлены об интригах на балах-маскарадах, – поддела его Инна.

– И много ли вы встречали колониальных чиновников, чтобы задаваться такими вопросами? – насмешливо откликнулся Варен-старший.

Инна странно для себя напряглась – из-за кое-чего необычного, что прозвучало в ответе Неиса едва уловимым диссонансом праздничному веселью в зале. Нет, она уже привыкла к слегка насмешливому разговору с ним, но сейчас в его вроде как привычной усмешке звучала довольно отчётливая нотка превосходства. Может, не будь Инна в этом мире постоянно настороже, она бы и не заметила этой нотки. Да и нотка эта не означала, что Варен-старший выразил презрение к ней, мало сведущей. Снова нет. Это превосходство прозвучало по отношению ко всем, кто находился в празднично гудящем зале. Как будто он-то, Неис, знал нечто значительное, но уж точно не собирался делиться своими важными сведениями с кем-либо здесь.

Долго концентрироваться на раздумьях о неожиданной стороне своего кавалера Инна не могла. Сбил с мысли сам «пират», с удовольствием знакомя свою даму со всеми известными ему масками и пару раз подмечая, что за знакомыми нарядами он видит явно других людей.

Вскоре выяснилось: Неис не просто прогуливает Инну по залам, изредка заводя в небольшие помещения, где не только господа, но и дамы предавались играм в карты или в биллиард, а некоторые – и светской болтовне, делясь сплетнями и новостями. Вот он ввёл свою даму в очередной зал. Двери распахнуты настежь, но помещение как-то так устроено, что громкая музыка и громкий говор теперь доносились не так громогласно. Инна вдохнула запахи, напоённые кофейными ароматами и сладкой свежей выпечкой, и расплылась в улыбке.

Варен-старший усадил её в небольшое кресло перед столиком. В этом зале столиков было много, но заняты именно сейчас лишь два-три. Своё желание привести сюда свою даму Неис объяснил довольно просто:

– Я помню – вам нравится кофе, а потому позволил себе легкомыслие предложить вам его, пока не начались игры. Потом здесь будет не протолкнуться.

– Но Мелинда… – встревожилась Инна, взглядывая на широко открытые двери входа в «кофейный» зал и с трудом различая фигуры танцующих и зрителей.

– Райф знает о моих предпочтениях, так что закончится следующий танец – и наша пара появится здесь, – успокоил её Варен-старший.

Подбежала прислуга выслушать заказ. После того как девушка (кажется, в костюме феи, судя по прозрачным крылышкам на спине) снова убежала к стойке, Инна заметила:

– Вы ведь привели меня сюда не только затем, чтобы предложить кофе.

– Мне нравится ваша проницательность, барышня Инесса! – рассмеялся Неис.

– Будет ли в ваших глазах нескромным, если я предложу вам общаться, обращаясь друг к другу только по именам?

– Что вы, Инесса! Именно залы бала-маскарада и сама здешняя атмосфера помогают людям узнавать друг друга ближе! Поэтому звать друг друга по именам здесь как нигде логично, – ответил Неис, тут же не преминув добавить томным голосом кота, зажавшего в углу симпатичную ему кошечку: – Тем более – мне так нравится, когда вы произносите моё имя! В ваших устах оно звучит… – Он лукаво заглянул под капюшон монахини, чтобы увидеть её глаза: – Оно звучит многообещающе!

– Если бы я ещё целенаправленно подпускала эти интонации в зов… – сама с усмешкой отозвалась Инна: «Да он настоящий пират! Так и рвётся на абордаж намеченного для грабежа судна!»

– Но поговорим-таки серьёзней, пока нет наших младших, – предложил Неис. – Ведь они наверняка сядут ближе к нам.

Почему только «ближе к нам»? А не «за наш» столик? Инна быстро обвела «кофейный» зал цепким взглядом и кивнула. Неис прав: возле каждого столика грузно устроились такие же небольшие, но тяжёлые кресла, как у них. Не перетащишь от одного к другому, пожелай кто-то составить им компанию.

С подносом прилетела «фея», быстро расставила заказ перед посетителями.

– И о чём бы вы хотели поговорить со мной без ушей наших младших?

– В первую очередь меня интригует ваше маскарадное одеяние. Если это не секрет – почему? Почему ваша кузина одета ярко, словно настоящая экзотическая птичка, а сами вы словно закрылись от всего светлого в этом мире?

Неудобный вопрос для человека, который вынужден прятаться. Хотя… Можно откровенно объяснить, в чём её задание, не говоря о том, что это именно задание.

– Я очень надеюсь, что вы, Неис, поймёте меня правильно, – спокойно сказала Инна. – Я здесь проездом. И очень сильно прониклась несчастной судьбой моей дорогой кузины. Через неделю я покину ваши края и, возможно, больше уже никогда не увижу Мелинду. Но, вспоминая об этом времени общения с нею, я буду чувствовать, как на сердце и на душе становится теплее при мысли о том, что кузина получила лучшую судьбу, чем та, что была уготована ей злым роком, преследующим её семью.

Выговорила – и так захотелось выдохнуть: «Фу-у!..» Выдохнуть громко – от облегчения, что сумела договорить эту жуткую тираду! Мда… Такими велеречивыми фразочками говорить – та ещё морока…

На удивление, Неис спокойно воспринял её краткую, но пафосную речь. Отпив из чашки тонкого фарфора горячий кофе, он кивнул на её откровенность.

– Я понимаю ваши чувства. Боюсь, у меня то же отношение и к Райфу. Мне, бывает порой, трудно ожидать переезда в мой колониальный дом, когда знаю, что оставляю в одиночестве его, своего часто витающего в облаках младшего брата. Я помню, что он взрослый, умный, но… Я понимаю ваше желание в любой ситуации, даже на не слишком перспективном для этого бале-маскараде, подыскать своей кузине хорошую партию. Но. Чем вас не устраивает мой Райф? Если уж вы заговорили напрямую, то выскажусь и я. Он не только богат, но и хорош собою – насколько я понимаю, это немаловажно для такой романтической девушки, как Мелинда.

– С чего вы взяли, что Мелинда очень романтична? – удивилась Инна, слегка ошарашенная прямым упоминанием Райфа как жениха Мелинде.

Теперь удивился Неис.

– А как же поэтические сборники? Не хотите ли сказать, Инесса, что вашей кузине не нравятся стихи и что она использует их, как приманку в поисках необходимой партии?

– Мелинда не цинична, если вы об этом! – засмеялась Инна, с удовольствием чувствуя, как тает на языке нежнейший крем крохотного птифура. – Да, в её характере есть доля романтичности, которая заставляет её в её нынешнем положении искать хотя бы книжные чувства. Но, в целом, она очень сметливая и хозяйственная девушка.

Сказала – и уже грустно улыбнулась: она сейчас расхваливает кузину, как самая настоящая сваха. Впрочем, не то же ли самое делает и Неис? Вроде как: у нас купец – у вас товар? Хм. Причём очень серьёзно!.. Следовательно, миссия Инны закончилась?

Неис взглянул в сторону дверей: на пороге «кофейного» зала появилась та самая парочка, судьбу которой они только что обсуждали. Но Варен-старший ошибся: помахав рукой старшим, Райф чуть не бегом увёл Мелинду к столику не ближе, а подальше от них. Тут же к ним подбежала «фея»-официантка, на чьи крылышки Мелинда весело округлила глаза – при входе в «кофейный» зал они оба сняли маски. Жарко? Натанцевались?.. Перехватив взгляд своей дамы, Райф смешливо опустил свои глаза, а когда «фея» упорхнула, парочка придушенно, как напроказившие детишки, захихикала (Мелинда – прячась в поспешно раскрытый веер). Вроде и не с чего. Но Инна видела, что им друг с другом очень хорошо.

– У них замечательное настроение, – заметил и Варен-старший, невольно улыбаясь их эмоциональным откликам на любые мелкие события, которые и Райф, и Мелинда дружно и одинаково оценивали. – Так чем же вам не нравится мой Райф в качестве жениха для вашей Мелинды?

– Так откровенно? – фыркнула Инна и вздохнула: – Между ними всего лишь дружба. А мне бы хотелось, чтобы Мелинда была счастлива в более высоком… чувстве.

– Вы даёте им слишком мало времени на то, чтобы узнать друг друга, – возразил Неис очевидное. – Подождите ещё немного – и дружба перерастёт в привязанность, а там и в то, что вы так деликатно назвали более высоким чувством.

– Вы правы, – улыбнулась Инна. – Я спешу. Но ведь моя суматошность тоже обоснована. Обстоятельства требуют моего скорого возвращения.

– Семейные? – как бы невзначай спросил Неис, настойчиво вглядываясь в её глаза. – Семейные обстоятельства требуют вашего скорейшего возвращения?

– Не совсем так, – туманно ответила Инна и надолго замолчала, всем своим видом показывая, что с головой ушла в наслаждение десертом.

Неис не стал настаивать на прямом ответе, видя, что вопрос огорчил её.

«Кофейный» зал постепенно заполнялся желающими отведать пирожные, запив их чаем или кофе. Становилось понятно: пора либо выходить, либо заканчивать некоторые темы, которые остались недосказанными.

Взглянув в очередной раз на парочку Райф – Мелинда, Инна вздохнула.

– Почему? – немедленно спросил Неис. – Я видел, как вы посмотрели на них. Что вызвало у вас столь тяжкий вздох? Они оба увлечены разговором, который им интересен. Что вам не нравится?

Инна невольно улыбнулась.

– Я не заметила, что кузина взяла-таки с собой книгу, стихи из которой читала во время поездки сюда. И теперь они обсуждают прочитанное. Я… боюсь, что постепенно они станут друзьями, но никак не увидят друг в друге свою судьбу.

– Не уверен, – сощурившись на парочку, высказал Варен-старший. – Они и правда обсуждают стихотворение, отстаивая свою точку зрения на его смысл и интонации, которыми этот смысл должен передаваться. А стихотворение – о любовном чувстве. Мне кажется, они постепенно начинают понимать друг друга, слыша обоюдное понимание поэзии. Думаю, это, напротив, замечательно.

– Откуда вы знаете, что стихотворение о любовном чувстве? – не сдержала удивления Инна.

К её ещё большему изумлению, Неис помялся, прежде чем ответить.

– Я… умею считывать с губ. Надеюсь, вы никому не выдадите эту мою маленькую тайну, Инесса?

– Не выдам, – подтвердила она. И усмехнулась. – Мне нравится иметь тайны на двоих.

В ответ он неожиданно протянул руку, и его пальцы мягко легли на её ладонь.

Среагировать не успела. Райф вдруг встал, отставив пустую чашку, и нетерпеливо помог подняться Мелинде, которая тоже выглядела чуть ли не опаздывающей. Они быстро оглянулись на своих старших и кивнули им. Наверное, решили, что те знают, почему они спешат, а потому не стали объяснять своё бегство из «кофейного» зала.

Инна только посмотрела на Неиса, чтобы задать ему вопрос, как он сам поспешно встал и подал ей руку.

– Начинаются игры! – воскликнул он, ведя её к выходу из «кофейного» зала.

– Игры? – повторила она и тут же пожалела. Она ведь жительница этой страны – значит, должна знать, как проводят здесь балы-маскарады. Тем более – Мелинде она уже говорила, что побывала на нескольких.

Неис как будто услышал её мысленную оговорку, но воспринял её иначе.

– У вас балы-маскарады проводятся по-другому? – спросил он, ведя её ближе к стене, где меньше народа.

– Видимо, везде свои традиции, – выкрутилась она. – У нас разыгрывают сценки. А у вас? Эти игры?

– Сценки у нас будут, – заверил он её. – Но это примета второго дня праздника. А сегодня играют в «Кавалеры и дамы». На балу всегда бывает несколько дам и кавалеров, которые либо стесняются танцевать, либо пришли сюда за другим. Их обязательно разыгрывают так, чтобы они волей или неволей, но показали своё умение танцевать. И тогда все на следующие дни знают, стоит ли их приглашать. Ведь среди приглашённых часто бывают новички, которые прекрасно танцуют, а на таких балах это ценится.

– И как это разыгрывается? – уже беспокойно спросила Инна, боясь, что придётся увидеть грубость.

– Первая игра называется «Комплиментарной». К сидящим, замеченным, что они не танцуют, подходят активные участники бала и силой комплиментов уговаривают станцевать хотя бы один танец.

– И что потом? И что делают с теми, кто всё равно не откликнулся?

– Это уже вторая игра, которая будет после танца с теми, кто откликнулся.

А через минуту Инна, как и многие в зале, хохотала чуть ли не в полный голос.

Часть игры, «Комплиментарная» (и Неис почему-то об этом не обмолвился) оказалась довольно шуточной, с юморком: стеснительных дам и кавалеров уговаривали потанцевать, так высокопарно превознося их непроявленные достоинства, что большинству сидящих просто пришлось встать и пойти танцевать, потому что от таких комплиментов стеснительные впадали в краску – и лучшим вариантом казалось убежать в танцевальный круг. Чего и добивались игроки.

Следом за игроками и вытащенными на танец побежали в круг и остальные – в том числе и Райф с Мелиндой. Неис остался с Инной, которая объяснила, что сразу после кофе танцевать не хочется, а потому она собирается пройти тур в следующем танце.

Впрочем, оба не скучали, стоя у стены. Варен-старший неожиданно, видимо, даже для себя задумался о чём-то – и очень глубоко. А Инна пыталась определиться с дальнейшими действиями. Объяснения Неиса, что Мелинда и Райф вскоре станут друг другу ближе, её не убедили. «А может, это я слишком романтична? – спрашивала она себя. – Почему мне кажется, что в жизни Райфа и Мелинды должно произойти какое-то значительное событие? Например, Райф должен спасти Мелинду, чтобы она влюбилась в него из признательности? Хм… Романтика. А вообще-то, и правда, было бы здорово! – И тут же отвечала себе на собственные раздумья: – Хорошо ли это – быть влюблённой из признательности? Но ведь во многих сказках или любовных романах спасённые дамы влюбляются в своих спасителей! – Глядя на наряды братьев, она хмыкнула. – Ну да… Приплывут вдруг пираты и попытаются похитить Мелинду. Райф вскинет свой меч… Ой, а у пиратов мечи бывают? Может, и нет, но ведь красиво же!»

Она взглянула на Неиса. Сказать ему о своих мечтах, о своём представлении, что такое романтика, – посмеётся. Но он стоял рядом такой погружённый в свои мысли, что она не решилась окликать его, боясь сбить его состояние. И исподтишка любовалась им. Маска пирата, вновь надетая по выходе из «кофейного» зала, скрывала его загорелое лицо (колониальный загар?), но она видела твёрдые линии скулы и подбородка… и сердце сжималось – так не хотелось думать о том, что вскоре у неё не будет возможности видеться с ним, встречаться… «Неужели я влюбилась? С первого взгляда-то?.. Или я просто тянусь к кому-то необычному в моём мире, кто тоже заинтересован во мне? Но наш… союз невозможен. И это обидно. Пусть даже это смешно: ведь знала, на что шла, соглашаясь на условия господина Лэндонара. Знала, что есть вероятность встретить мужчину, из-за которого у меня ноги будут подгибаться при одном только его взгляде на меня…»

А в центре зала танец, к которому присоединялись всё новые танцующие, становился более оживлённым – именно потому, что в нём участвовало рекордное число посетителей бала-маскарада… И всё сложней было отслеживать Райфа, ведущего Мелинду. Девушка пока не понимала, что происходит, тем более Райф бережно ограждал её от столкновений с другими парами. Но, насколько понимала Инна, молодой человек и девушка очень скоро будут вынуждены прервать танец и отодвинуться к стене.

– Инесса… – Тёплые губы Неиса коснулись её уха, вызвав взрыв мурашек по всему телу. Но иначе Варен-старший не мог: вокруг такой шум, что сказать что-либо негромко, было невозможно. – Что случилось? Ты взволнована!

«Мы на «ты»?»

– Почему ты решил, что я взволнована!

«На – Тебе ответку!»

– Твоя стихийная сила буквально бушует!

Если бы он этого не сказал, Инна и не подумала чисто машинально (или инстинктивно?) взглянуть на танцующих, чтобы привычно отыскать глазами парочку младших. И так же машинально она прошептала:

– Где Райф и Мелинда? – И, сообразив, что он не слышит, повторила громче.

Заражённый её тревогой, он даже привстал на цыпочки, чтобы разглядеть как можно большую площадь танцевального зала. Потом потянул Инну чуть в сторону, откуда обзор помещения был удобней.

– Странно, – признал он, наконец, – я тоже не вижу их.

И тут инстинктивное понимание перешло в сознательное. Неис сказал, что её стихийные силы бушуют! Райф и Мелинда пропали. А она, Инна, только что подумала… чёрт! Она подумала о похищении Мелинды! Вот дура-то!..

Инна выдернула ладонь из руки Неиса. И побежала, насколько могла в толпе, параллельно стене – туда, где в последний раз видела парочку, которая постепенно двигалась именно в эту сторону. За спиной, заглушаемый звуками довольно многочисленного оркестра, бежал, еле протискиваясь между зрителями, Варен-старший.

Он догнал её, когда она, растерянно оглядываясь, стояла именно в том месте, куда должны были прийти Райф и Мелинда, устав от толкучки. Но здесь никого не было!

– Почему ты так встревожена?! Они здесь – и с ними ничего не может случиться!

Но Инна уже рассмотрела, как несколько человек скучились неподалёку от них, и рванула к ним – Неис поневоле за ней. А когда он разглядел, что происходит, обогнул Инну, даже не заметив, что чуть не сбил с ног двоих-троих.

Райф полулежал у стены, схватившись за разбитый в кровь рот. При виде бегущей между его пальцами крови Неис зарычал, присев перед ним на корточки:

– Что случилось?!

– И где Мелинда?! – закричала Инна, пробившись между зеваками, плотно окружившими братьев Варенов.

– Мы шли отдохнуть, – невнятно проговорил Райф и скривился от боли: снова потекла кровь из разбитой губы. – Кто-то, кого я не разглядел, подошёл ко мне сбоку и ударил так, чтобы я споткнулся и упал.

– В чём он был? – свирепо спросил Неис.

– В маске леопарда, – ответили ему сразу со всех сторон. – Он пошёл с девушкой к выходу.

– Девушка сопротивлялась?

– Да! Она пыталась убежать от него!

– Она его боялась! И чуть не заплакала! – добавил одинокий женский голос. – Как будто она узнала его!

Инна молча рванула к выходу из здания, если она правильно запомнила дорогу.

Неису надо разбираться с бедолагой братом. Ей – утихомиривать последствия своего разгульного воображения. Кто же знал, что даже мысль – всего лишь мысль о воображаемом похищении может так быстро воплотиться в жизнь!

– Инесса!

Она чуть не упала.

– Ты?! Почему ты оставил брата?!

– С ним ничего не случится! – Он схватил её за руку. – Он мужчина и сам справится с произошедшим. Если я не помогу тебе и Мелинде, он мне не простит!

– Я даже не знаю, с чего начинать! – пожаловалась она ему, внезапно веря, что он-то придумает всё, что надо.

– На выходе дежурит городская стража. Надо расспросить их о человеке в костюме леопарда и предупредить их, что произошло настоящее похищение – не маскарадное, как они могли бы подумать. Обычно никто так рано не покидает бал-маскарад. Поэтому они наверняка запомнили, куда поедет экипаж с леопардом и Мелиндой!

Больше, до выхода, они не разговаривали. Неис – потому что сосредоточился. Инна – потому что лихорадочно вспоминала, не должен ли похититель из её воображения сделать что-то ужасное с Мелиндой. По словам нечаянных зрителей, похититель был груб с девушкой. Очень груб, раз тащил её против её воли. И та женщина, свидетельница похищения, сказала, что Мелинда, кажется, узнала его.

Господи, неужели это был Кристиан?!

Леопард… Потому что светло-рыжий?

«Господи, какая же я всё-таки дура! Хотела Мелинде счастья, а сама заставила её плакать и страдать! Не хочу такого дара! Не хочу! Лучше мне здесь, в этом мире, не оставаться! Всем успела насолить! Бедняга Райф!.. Этот чёртов Кристиан… Куда он мог её увезти?! В деревню? И как сказать об этом Неису?! Он меня возненавидит! За брата, за испорченный праздник!»

И выпалила:

– Я знаю, кто похитил Мелинду! Но не знаю, куда он мог увезти её!

Уже по дороге в деревню Неис внимательно слушал историю Кристиана и Мелинды, которую рассказывала ему Инна.

Глава 12

Рассказывала и с горечью радовалась, что в экипаже темновато: масляная лампа, прикреплённая сбоку от дверцы, светила неохотно – так тускло, что можно было еле-еле разглядеть знакомые очертания человека, сидящего рядом. И радовалась Инна тьме потому, что сгорала от стыда. По её вине похищена Мелинда. По её вине Райф испытывает боль. И по её вине сейчас будет напрасно обвинён этот псих Кристиан. Романтики ей, блин, захотелось…

Именно поэтому, радуясь, что Неис не видит её покрасневшего лица, она пыталась хоть чуточку обелить Кристиана.

А когда закончила рассказ о взаимоотношениях Мелинды и Кристиана, Неис с недоумением сказал:

– Таких людей я немного знаю. Но редко какой из них опускается до серьёзного похищения женщины. Обычно они находят удовольствие именно в этом – в постоянном унижении того, кто их отверг.

– Мелинда не отвергала Кристиана, – сердито напомнила Инна. – До того как её отец пришёл к дедушке Дарему, они друг друга вообще не знали.

– Ещё более удивительно.

«Свалить на весеннее обострение? – с хмурым сарказмом и чуть не плача подумала Инна. – Господи, только бы его в тюрьму из-за меня не посадили!.. Господи?..Здесь для меня один бог – господин Лэндонар. Снова вызвать его и потребовать, чтобы он разрулил эту ситуацию?.. Как там Райф… Помогли ли ему? Хотя, по мужским-то меркам, с ним ничего такого. Лишь бы Кристиан ему зубов не выбил!.. Бедная Мелинда… Что она теперь испытывает!.. Ну и натворила я…»

Ехали в экипаже, чей кучер частенько возил своих пассажиров в эту деревню. Расположение Кристианова дома он знал.

Деревня уютно светилась в вечерней темноте желтоватыми окошками. Велев кучеру подождать у ворот, Неис стукнул молоточком по входному гонгу над металлической калиткой. Инна стояла, крепко держась за его локоть, и дрожала не столько от прохлады, сколько из-за того, что нервничала. В ожидании, когда к ним выйдут, Неис заботливо буркнул:

– Может, надо было тебя сначала отвезти в дом Даремов?

– Без Мелинды?! – испугалась Инна. – Ни за что! Пока мы её не нашли, пусть там думают, что мы затанцевались на балу! Они же все старенькие! А вдруг кому-то плохо будет, узнай они, что случилось?

И с новой горечью подумала о том, что в другом месте и в другое время сияла бы от счастья: Неис продолжает обращаться к ней на «ты»! И опустила глаза, безнадёжно злясь: обрадовалась – маг она! Оказывается, магия разной бывает…

Впереди, в доме, к которому от решетчатых ворот убегала каменистая дорожка, смутно серая в свете одинокого фонаря, постепенно раскрылся прямоугольник двери, и видимый только силуэтом мужчина от порога крикнул:

– Кристиан? Ты пьян? Сам открыть не можешь? Что-то ты рано!

– Здесь не Кристиан! – громко отозвался Неис. – Мы ищем его! Хотя, судя по всему, ваш сын ещё не приехал из города?

Мужской силуэт, неясный на фоне дрожащего света за его спиной, замер, а потом бросился к калитке.

– Что?! Что случилось с Кристианом?! Почему вы ищете его?! Кто вы?!

Стыд накрыл Инну с ног до головы.

Волна последствий её необузданной магии продолжала расходиться кругами, постепенно расширяясь и захватывая всё больше людей, которым причиняла не только неприятности, но и горе. А ведь сейчас ещё и здешние полицейские (или городская стража?) тоже ищут Кристиана!..

Пока его отец бежал к калитке, она вспомнила, что полицейским она не сказала, кого подозревает в похищении Мелинды. Те ищут по внешним приметам: человек в костюме леопарда украл девушку в костюме сказочной птицы. О Кристиане знает только Неис. А всё потому, что Варен-старший услышал её предположение уже по дороге в деревню и что именно он объяснил: сказать стражам порядка о Кристиане – это устроить наговор на человека. Надо бы сначала разузнать, был ли он вообще на балу-маскараде. И что-то ещё по той же дороге Инне показалось странным в этом рассуждении. Неис хочет сам провести следствие? Но ближе к деревне он обмолвился, что не хочет афишировать эту историю. Ради Мелинды. Ради увлечённого ею Райфа.

– Кто вы?! – снова выпалил подбежавший, наконец, к ним мужчина – в вечерних сумерках стало видно, что он седоват и щегольская бородка серебрится даже в неясном свете принесённой им масляной лампы.

Неис оглянулся на Инну. Она поняла: ей легче начинать разговор.

– Я барышня Дарем, – представилась она. – Приехала в гости к барышне Мелинде. Мы только что с бала-маскарада, где Мелинду похитил какой-то человек в костюме леопарда. Поэтому мы…

– В костюме леопарда! – ахнул господин Серлас. – Что такое случилось с Кристианом, что он вдруг… – мужчина оборвал себя на полуслове, растерянно глядя на гостей, привезших ему кошмарные новости. – Но дома его нет, – уже медленней сказал он, одновременно машинально оборачиваясь и глядя на верхний этаж трёхэтажного дома. Видимо, там находилась комната Кристиана. Окна тёмные. – Дверь к вечеру мы запираем. Кристиан должен был позвонить, чтобы прислуга впустила его в дом.

– Есть ли у него друзья? – нетерпеливо спросил Неис.

Но господин Серлас будто не слышал его. Глядя куда-то в сторону, он, наверное, сам предугадывая действия сына, пробормотал:

– Да и зачем ему Мелинда? Если он… – И снова оборвал свою фразу незаконченной, встревоженно таращась в темноту.

– А Кристиан… – робко начала Инна. – Господин Серлас, когда он купил билет на бал-маскарад?

Вопрос она задала в страстной надежде, что не она виновата в произошедшем. Если Кристиан купил билет на бал-маскарад целенаправленно – после того, как узнал на деревенских танцах от остальных, что кузины Дарем назавтра идут на городской праздник, то, возможно, это вообще его идея – устроить похищение девушки, которая обидела его когда-то. Обидела – с точки зрения Кристиана, конечно.

Неис коротко взглянул на неё и снова уставился на мужчину в ожидании его ответа. Тот вцепился в лампу так, что даже в её свете костяшки его кулаков побелели.

– Знать бы… – прошептал он. А потом будто опомнился. – Я сам ему купил. Сам! Ещё неделю назад. Если бы я знал, что всё так выйдет… – И опомнился: – В соседней деревне есть два молодых человека, с которыми он часто ездит на охоту. Но они принадлежат кругу, в котором никак… – Он зажмурился. – Никак не поощряют… такое.

Через пять минут господин Серлас вызвал помощника по хозяйству, который должен был помочь кучеру доехать до домов тех двух молодых людей. Кучер, узнав о помощниках, отказался от них, попросив, чтобы ему назвали фамилии: он и правда знал многих в округе… Под угасающие в темноте уговаривания господина Серласа заранее не сообщать тем молодым людям, что Кристиан замешан в таком ужасном деле, экипаж покатился по дороге между двумя деревнями.

Поездка ничего не дала. Выяснили, что оба друга Кристиана на традиционном сборе местной молодёжи – примерно, то же, что деревенский бал, только без танцев. Отыскали их быстро, и Неис их опросил. Но о Кристиане они ничего не знали, а вот о том, что он собирался на бал-маскарад уже давно, – это знали отлично.

На обратном пути, пока суд да дело – Инна намертво замолчала, благо Неис не требовал от неё делиться мыслями. Кажется, он так понял её молчание: она сильно переживает за пропавшую кузину. Что ж… Близко к тому.

На самом деле Инна пыталась определиться, стоит ли ей создавать новую ситуацию. И, едва представив себе следующую, казалось бы логичную, тут же в страхе старалась забыть о ней и особенно не давать волю воображению.

Чтобы создать ситуацию, надо знать, где сейчас находятся Кристиан и Мелинда. А также – что с ними обоими. Инна скоро вспомнила, о чём она думала, мечтая о романтике для кузины. Нет. Речь о насилии не шла. Правда, Кристиан в своей манере успел кое-что сотворить, но на судьбе именно Мелинды это не должно сказаться.

Попытаться представить Мелинду сбегающей от Кристиана?

А если она связана? Или заперта? Или достаточно увидеть её бегущей, а там уж как получится? Почему она, Инна, не спросила господина Лэндонара, как действовать, если нужно использовать эту магию?!

С другой стороны, ей решать в определённой ситуации, как магически сотворить эпизод, который ей нужен. Но ведь данных о Мелинде, где она и в каком состоянии, опять-таки у неё нет!

Забыв о Неисе, сидевшем напротив, она обняла себя руками, словно замёрзла.

– Сейчас будет твоя деревня, – нарушил он молчание. – Что делать дальше? Едем в город? Но у Кристиана там нет знакомых, по словам отца.

– Отвезите меня к дому Даремов, – попросила она его, забыв о недавнем взаимном «тыканье» между ними, несмотря на то что он продолжал с нею говорить по-дружески. – В сам дом я заходить пока не буду, посижу в саду, на скамье. Очень трудно говорить со старым Даремом, который доверил мне Мелинду.

– Но ведь холодно, – беспокойно напомнил Неис. – И всю ночь сидеть в саду – это… по крайней мере, безрассудно.

– Если замёрзну – сумею войти в дом, когда все заснут, – вздохнула Инна. – Входная дверь не запирается.

«Запирается только кабинет старого Дарема с его драгоценной библиотекой», – с горечью вспомнила она.

Когда экипаж доехал до дома, Неис попросил кучера подождать перед входной дверью в дом и пошёл проводить (а заодно проверить, как там, – поняла Инна) девушку до садовой скамьи. Шли недолго, вдыхая влажные запахи земли и первой обновлённой зелени. Инна шла, поглядывая на тёмные окна дома, и ёжилась, предчувствуя, что бдение на садовой скамье будет для неё ой, каким мерзляческим!.. А куда ей деваться? В дом и в самом деле не зайти. А вдруг встретится одна из тётушек? Вопросов не оберёшься, а там и до плаксивых воплей недолго… Поехать в гости к братьям Варенам и, созерцая вспухшее лицо Райфа, постоянно помнить о том, что она наделала?

Но, когда дошли до угла дома, за которым начинался сад, Инна чуть не споткнулась, а Неис быстро утащил её за тот самый угол.

На садовой скамье кто-то сидел. И не в одиночестве.

«Друзья и подруги Мелинды? – изумлённо подумала Инна. – Пришли… по старой памяти туда, где им всегда было уютно и весело?»

Переглянулись – и, не сговариваясь, приникли к угловой стене, чтобы втихомолку выяснить, что там происходит.

В ночной темноте и тишине голоса, хоть собеседники, поневоле прятавшиеся в тенях, и пытались говорить вполголоса, слышны были далеко. Высокий девичий голос узнали сразу. Мелинда. Низкий, бубнящий пришлось определить как голос Кристиана.

– …И всё-таки я не понимаю, почему ты на такое решился! – удивлялась Мелинда.

– Если бы я сам понимал! – огрызался Кристиан. – Ты мне весь вечер испортила!

– А ты мне – нет? Мне было так хорошо! Так чудесно! Я впервые встретила человека, который интересуется тем же, что и я! И ты мне сделал больно! Неужели нельзя было поговорить, прежде чем тащить меня куда-то?!

– Да я как во сне был! – сердился парень. – Только танец заиграли, только я пошёл к центру зала... Смотрю – ты! А дальше я даже не помнил, что было!

– Как не помнил?! Ты стукнул Райфа! Он ведь даже не ожидал, что ты можешь его стукнуть! И как мне теперь быть? Бедный Райф! Ему, наверное, больнее, чем мне сейчас!