Текст книги "Весенние дни (СИ)"

Автор книги: Ульяна Каршева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

– У твоего бедного Райфа судьба не сломана! – снова огрызнулся Кристиан. – А мне теперь что делать? Как объяснить, почему я потащил тебя из города сюда?! Когда я и этого не помню?!

– Ты – не помнишь? – снова поразилась Мелинда. – Хочешь сказать, что ты не помнишь, как схватил меня за руку?! Да ты посмотри на эти синяки! Они же сойдут не скоро!

– Мне кажется, я взял тебя за ладонь, – буркнул Кристиан.

– Но зачем всё это?! Ты можешь объяснить?

– Я же сказал – я сам ничего не понимаю!

Чем дальше и дольше Инна слушала разговор двоих, который постоянно крутился вокруг одного-единственного вопроса: «Зачем или почему ты – я это сделал?», тем неуютней себя чувствовала.

Вздрогнула, когда Неис положил свои тёплые ладони на её продрогшие плечи и осторожно привлёк к себе. С бала-то она бежала в чём была – в костюме монахини. И только поздней, уже вспоминая, расслышала недовольное ворчание Кристиана, после которого Неис и попытался хоть немного согреть её:

– Замёрзла, небось? Накинь мой колет.

– А как же ты?

– Перетерплю. Меня от мыслей о будущем аж в адский пламень бросает, да и от жаркой лихорадки трясёт всего.

Помолчав, Мелинда спросила:

– А что за мысли?

– Как – что? Тебе-то хорошо. Как приедет твоя кузина, как ты найдёшься – все обрадуются. А что делать мне?

После некоторого раздумья Мелинда предложила:

– А давай я скажу, что не знаю того, кто меня с бала увёл? Ты же в маске был? А твой костюм спрячем так, что никто и не найдёт.

– Если у отца спросят, он отрицать не будет, в каком костюме я поехал в город.

Снова замолчали, думая каждый о своём. А потом Мелинда вздохнула.

– Бедная Инесса… Потеряла меня, думает, что со мной. Она такая заботливая…

Выглядывая из-за угла, Инна заметила, что Кристиан повернулся голову к девушке и тут же отвернулся.

– Пора, – обыденно сказал Неис. И кашлянул, чтобы не слишком напугать двоих, сидящих на скамейке.

Они вышли из-за угла дома к ним, которые от неожиданности встали со скамьи и настолько растерялись, что даже Кристиан, от которого Инна ожидала немедленного побега, застыл на месте.

– Добрый вечер, – поздоровался Неис сразу с обоими.

– Добрый, господин Варен, – пискнула от волнения Мелинда и бросилась к Инне обнять её. – Инесса! Ты догадалась, где меня искать! Что с Райфом?!

Кристиан сумрачно помалкивал. Если Инесса была ему «шапочно» знакома, то Варен-старший пока оставался для него загадкой. Вероятно вспомнив о том, Мелинда оторвалась от Инны и чопорно сказала:

– Это Кристиан, наш сосед по деревне, сын господина Серласа. Инесса знает о нём – я рассказывала. Кристиан, позволь мне представить тебе господина Варена – он старший брат Райфа, про которого я тебе говорила.

Благо скамья была слегка вытянутой буквой «С», все сели, и Неис бесцеремонно сказал:

– Может, меня посвятят в то, что произошло? Я раздумываю над этим происшествием и не могу понять, что же случилось?

Кристиан тоже довольно бесцеремонно рубанул, видимо памятуя, что семи смертям не бывать, а одной не миновать:

– Я похитил Мелинду и привёз сюда.

– Зачем?

– Не знаю, – уже мрачно сказал тот.

– Хорошо. Поставим вопрос иным образом: что ты хотел сделать с нею?

Девушка негодующе начала было что-то говорить, но Инна крепко сжала ей руку.

– Пусть они поговорят. Может, Неис сумеет как-то исправить ситуацию.

– Не знаю, – между тем уже ответил Кристиан и, чуть не злясь, заговорил: – Я знаю, что мне хотелось её похитить, но зачем – не знаю! Как в тумане был! Пришёл в себя на полдороге – приехал-то я в своём, то есть отцовском экипаже. Смотрю на барышню Мелинду и сам дураком себя чувствую. Ну и зачем она мне?!

– «Пришёл в себя»? – повторил Неис и вдруг встал. – Ну-ка, молодой человек, встаньте тоже. Дайте взглянуть на вас.

Кристиан немного посидел, наверное растерявшись. А потом встал. Неис медленно, присматриваясь, попятился от него на пару шагов. И покачал головой.

– Вы попали в настоящий магический вихрь, который и заставил вас действовать столь грубо и в то же время необычно для себя.

– Что? – ахнула Мелинда, внимательно следившая за мужчинами. – Его заставили меня похитить? Но зачем?

Темно – и это счастье. Инна в очередной раз залилась краской.

– Так. Наши дамы и вы, Кристиан, начинаете замерзать. Сначала мы провожаем барышень Дарем домой, благо близко. – Неис усмехнулся в темноте. – С вас, молодой человек, я снимаю претензии по поводу избиения моего младшего брата и в экипаже, кучер которого дожидается нас перед домом Даремов, отвезу вас домой. Сам вернусь в город, где найду тех, кто занимается вашими поисками, и предупрежу, что на вас было оказано магическое давление. Думаю, и с их стороны претензий тоже не будет. Разве что проведут небольшое расследование в попытках найти того, кто захотел вас таким образом подставить. И выяснят, с какой целью это было сделано. Всё. Идём, дамы и господа.

У входной двери в дом, при свете уже привычной Инне масляной лампы, Мелинда вернула Кристиану его куртку-колет, пятнистую, как у леопарда. Вообще, костюм Кристиана, хотя Инна и ожидала, что он будет чуть не в облипочку, оказался вполне себе обыкновенным – только в леопардовой расцветке, и невольно напомнил ей, что она так и не рассталась с халатом из своего мира в той же, звериной расцветке.

Неис учтиво напомнил барышням Дарем, что назавтра собирается приехать к ним с младшим братом на вечер стихотворных декламаций под аккомпанемент гитары. И раскланялся. Как и Кристиан, который, наконец поняв, что ничего страшного с ним не произойдёт, начал дрожать от холода, расслабившись. Несмотря на «шкуру» леопарда, костюм его был слишком лёгким для нынешней ночи.

Первым делом девушки бросились на кухню – разогреть воду для чая. Всё-таки замёрзли обе. Пока Инна накладывала уголь в растопку, пока Мелинда сновала по кухне, доставая чашки и коробку чая, обе помалкивали. Мелинда не выдержала первой:

– Как вы с Неисом нас нашли?

– Мы не искали вас здесь, – покачала головой Инна, поставив на плиту чайник с малым количеством воды, чтобы быстрей закипел. – Мы услышали вас нечаянно.

– Это как?

– Я попросила Неиса оставить меня на скамье до утра, – призналась Инна. – Понимаю, что глупо, но я боялась заходить в дом и встречаться с кем-нибудь, кто сразу спросит, а где же ты. Почему я вернулась одна…

Мелинда вздохнула и снова обняла кузину.

– Ужасная ситуация, правда? Кому и в самом деле понадобилось ставить Кристиана в такое неловкое положение? Ты видела, что с Райфом? – взволнованно спросила девушка.

– Видела, – улыбнулась Инна. – Живой твой Райф.

– Я там книгу потеряла из-за Кристиана, – пожаловалась Мелинда. – Так жаль…

– Мне кажется, Райф обязательно подберёт её, – подбодрила её Инна.

– Думаешь?

– Думаю. Впрочем, уже завтра всё узнаем.

– Почему… – начала Мелинда и тут же покачала головой. – Поняла. Неис сказал, что они завтра приедут. А если бедный Райф обиделся на меня и не захочет меня видеть?

Она взяла прихватки и налила кипяток по чашкам. Села за стол, обнимая свою чашку ладонями и задумчиво глядя на парок, мягко вздымающийся над чаем.

– Странно всё это… Но у меня никогда не было такого… интересного дня!

Обе нервно посмеялись, а потом Мелинда спросила:

– Инесса, как ты думаешь, Неис исполнит своё обещание?

Инна хотела переспросить: обещание приехать завтра? Но вовремя сообразила: обещание привезти Райфа. И кивнула.

– Обязательно. Мелинда, а ты? Ты сильно испугалась?

Девушка вытянула руку: на её запястье наливались синью кровоподтёки от крепкой хватки Кристиана. Глядя на них, Инна снова почувствовала стыд.

– Сначала я испугалась, – медленно сказала девушка. – Потом узнала Кристиана и почему-то сильно разозлилась. У меня был такой чудесный вечер! А он всё испортил. Потом мы ехали на его экипаже в деревню, и он всё время ругался, зачем я ему. Я очень удивилась. А потом он сказал, что похищал меня, будучи почти во сне. – И тихонько усмехнулась. – Я так удивилась, что даже злиться на него не могла. А потом заметила, что и он на меня не злится. Хотя ждала, что он опять грубить начнёт. Кажется, он больше не будет делать мне гадости.

– Хорошо хоть так, – пробормотала Инна и тут же спросила: – Мелинда, как ты думаешь, Неис сумеет сделать так, чтобы эту историю забыли?

– Мне кажется, он обратится в магический отдел городской полиции, – медленно, примериваясь к мысли, ответила девушка. – И я думаю, он будет прав. Надо найти мага, который так жестоко подшутил над нами. Безнаказанным это дело оставлять нельзя.

Уже в молчании они выпили чай и разошлись по комнатам.

Ближе ко времени сна Инна пришла с собой к согласию: она тоже не виновата в том, что случилось. Господин Лэндонар знал о её магии и не предупредил о возможных последствиях магического моделирования определённых ситуаций. Так что Инна будет права, если она вызовет его разбираться с итогами творений мага-недоучки… Впрочем, недоучка – это даже слишком хорошо сказано. Скорей – с магом-невеждой, который легкомысленно поиграл со страшными, как выяснилось, силами.

Переложив часть вины за испорченный вечер на господина Лэндонара, Инна немного успокоилась и переоделась ко сну. Но лампы не тушила. Села на кровать, укрылась одеялом как плащом, продолжая раздумывать – теперь уже о том, как бы не переусердствовать с вызовом господина Лэндонара. И хмуро фыркнула. А может – наоборот? Может, переусердствовать, чтобы он на себе понял, что такое маг-стихийник?

И замерла. А если Неис догадается? Он же перед началом ситуации видел, что её стихийные силы начали… пришли в движение! Если он сумеет связать… Нет! Он не будет разбираться с этим, потому что сам не поверит, что она… Когда же начать вызов господина Лэндонара?! И сумеет ли он помочь с этим делом?

Едва слышный стук в дверь заставил встать и подойти к ней.

За дверью оказалась Мелинда, кутавшаяся в шаль.

– Я увидела свет в зазор твоей двери, – виновато сказала она. – Подумала, раз ты не спишь… Можно с тобой посидеть немного?

– Конечно. Заходи!

Инна снова села на кровать и кивнула Мелинде. Та юркнула сесть рядом с ней, под уже тёплым одеялом. Пару минут молчали, а потом Мелинда призналась:

– Я сидела у себя и всё время видела, как подбегает Кристиан, чтобы ударить Райфа и схватить меня за руку. Поэтому…

Она не договорила. Но Инна подумала: «Я виновата. Надо помочь…»

– Говорят, когда рассказываешь о себе, вспоминая не только то, что случилось, но и свои чувства, свои мысли в тот момент, потом успокаиваешься быстро. Ты мне рассказала всё, но коротко. Мелинда, опиши всё, что помнишь.

Девушка вздохнула и принялась вспоминать с самого начала: как она и Райф подошли к тем, кто не танцевал, а к ним подошли уговаривальщики-комплиментарщики… Закончив с рассказом, она посидела, раздумывая, а потом пожала плечами.

– Не знаю, успокоилась ли я, но, кажется, начинаю задрёмывать. Прими мою благодарность, Инесса, за то, что выслушала меня. – И посмотрела на одеяло, которое придерживала у своего плеча. улыбнулась: – Правда, у тебя очень тепло, так что уходить не хочется.

– Спокойной ночи, Мелинда.

– Спокойной ночи, Инесса…

Девушка подошла к двери, открыла её и обернулась.

– Сейчас, когда я всё тебе рассказала, мне не так жаль всех тех, кто за меня беспокоился. Я думаю, ты меня понимаешь, Инесса.

– Понимаю.

– Больше всех мне жаль Кристиана.

– Почему?!

Это и в самом деле оказалось неожиданностью.

Мелинда вздохнула и объяснила:

– А он на балу был не один. И я не знаю, как ему теперь быть. Он переживает за свою девушку, которая там осталась, потому что он побежал ко мне. И боится, что она с ним больше не будет общаться. Спокойной ночи, Инесса.

Дверь тихо затворилась.

Инна сидела под своим одеялом, уставившись на неё. Кристиан был с девушкой?

Мороз по коже. Она ведь думала об этом. Даже в вопросах, кажется, записала. Неужели… Нет. Она выдохнула напряжение: Кристиан получил свой билет от отца неделю назад! Значит, не она виной тому, что он был с девушкой.

Но Мелинда права: Кристиану теперь тяжелей всех.

Глава 13

Ночь не принесла покоя или облегчения, хотя, натягивая на себя одеяло, Инна робко помечтала сразу уснуть, доверившись народной мудрости: утро вечера мудренее.

Но сон хоть и появился, однако оказался поверхностным. В нём происходили странные события, характерные для спящего человека. И в то же время Инна слишком ясно понимала, что она видит сны. А ещё время от времени открывала глаза, чтобы увидеть, как по комнате медленно ползёт лунный свет, и машинально отмечала, что открывает глаза каждые пять-десять минут – по впечатлениям.

Наконец осознав, что нормального сна не дождёшься, она откинула одеяло и, сердитая, подошла к столу. Вскоре масляная лампа затеплилась достаточным светом, чтобы писать в блокноте. Впрочем, когда луна перестала заглядывать в окно, от блокнота, можно сказать, ничего не осталось: Инна разорвала его на отдельные листы, пытаясь исправить сотворённое ею происшествие. Но, даже жёстко сосредоточившись, ничего не сумела придумать.

Когда чёрно-синяя ночь за окном начала преображаться в серые сумерки, Инна пришла к двум выводам.

Пока ситуация не станет критической, она промолчит, что деяние Кристиана создано руками мага-дикаря. А как себя ещё обозвать? Недоучка, в конце концов, это всё-таки маг, хоть чуть-чуть проучившийся работать со своей силой. А она?.. У неё есть сила, но орудует она ею, как дикарь дубиной… И старательно отпинывалась от мысли, что для Кристиана-то ситуация уже критическая.

Второй вывод – скорей даже не вывод, а требование к себе: завтра, с утра, как только старый Дарем выйдет в сад посидеть на скамье, она подойдёт к нему и выложит следующую просьбу: у неё есть дар, который ей не нужен, но который порой прорывается не самым лучшим образом; так нет ли в его книгах совета, как обуздать этот дар и запихнуть куда-нибудь – в надёжную темницу?

Глядя в окно, Инна хмуро убеждала себя, что задание господина Лэндонара выполнено, что теперь история Мелинды и Райфа пойдёт по нужному руслу уже сама собой, что озвучил даже Варен-старший, а по возвращении домой её магия так и так пропадёт. Так что… пора сматываться.

Успокоив таким образом душу и сердце, старательно отдвигая в сторону фигуру Неиса, Инна несколько раз продумала будущий утренний эпизод: вот старик Дарем не спеша выходит из дома, вот он медленно огибает угол дома и приближается к скамье. Усаживается – и почти сразу к нему подходит она, Инна, со своей просьбой, после которой он успокаивающе кивает, и они вместе идут в его кабинет-библиотеку.

Убедившись, что тщательно продуманная ситуация безобидна и безопасна для всех, девушка вздохнула и закрыла глаза…

Уснула-то из-за бессонницы очень поздно. И, как часто бывает, ближе к утру сон стал то ли крепче, то ли тяжелей. Нет, она просыпалась, но по темноте в комнате угадывала, что до побудки ещё рано. Перед последним пробуждением приснилась мама. Она качала головой и удивлялась вслух: «Вот ведь выросла уже, а всё никак ума не наберёт! Что за девочка?»

Проснувшись в очередной раз, осознала, что выспалась, причём в каком-то шуме, монотонном и усыпляющем. Пришлось встать с кровати и полностью прийти в себя. И – замереть, прислушиваясь: в комнате темно не оттого, что ещё рано. А потому, что на улице льёт очень ровный и сильный дождь. Не ливень. Но и под таким дождём промокнуть – дело пары минут.

Когда она отчётливо поняла, что происходит – и происходит с её «продуманной» магической подачи, бросилась к двери. Суматошно втиснула ноги в ботики, сорвала с крючка на стенке плащ и схватила полюбившийся ей мужской зонт. «Дура! Дура! – в панике твердила она себе, скатываясь по лестнице в небольшой холл. – Что – трудно было устроить ситуацию, в которой старый Дарем ждал бы меня в одиночестве в том же кабинете?! Весна же! Погода непредсказуемая! Да ещё он слаб!.. Дура! Какая же я дура!»

Только, с трудом разглядев, схватилась за дверную ручку, готовясь рывком открыть дверь, как окаменела на месте.

Если утро, то почему в доме тишина? Условная, конечно, – из-за дождя-то. Мало того. Когда в доме становилось темно, но в нём ещё не спали или уже проснулись, Мелинда или её тётушки зажигали в холле немного свечей или пару масляных ламп. А Инна только что еле рассмотрела, где находится дверная ручка.

Она медленно опустила руку. Обернулась. Ни одной свечи. Ни одной зажжённой лампы. По всему холлу.

Прислушалась. В ровном грохоте дождя много чего не услышишь. Но со стороны столовой комнаты – ни лёгкого стука, ни позвякивания посуды, что можно было бы услышать даже в гуле дождя. Но… ни одного звука, что мог бы прорваться сквозь громыхание с улицы.

Она встала… слишком рано?

Вспомнив, где находятся солидные напольные часы, Инна сняла ботики и в одних носках побрела к двери в кабинет-библиотеку. Часы стояли справа от двери. Опустившись на корточки, чтобы в темноте разглядеть-таки циферблат, она вздохнула: вот и подтверждение. Население дома Даремов начнёт ворочаться в постелях, потихоньку просыпаясь, минут через сорок. Как хорошо, что в заполошном беге по лестнице вниз она никого не разбудила!

Вздохнула и поплелась назад, в выделенную ей комнату. Там посидела немного у окна, немного побаиваясь, что появится ветер, и дождь начнёт бить в стёкла. А рамы ветхие. Протечёт ещё… Одновременно она размышляла. Спать-то хотелось, но много ли сейчас поспишь? Скоро прибежит Мелинда, которая рада общаться с ней не только потому, что кузина, а потому что Инна – почти ровесница ей. А Мелинде, надолго отлучённой от сверстников, это плотное и тесное общение и возможность наболтаться – за счастье.

Итак, за оставшиеся свободными полчаса надо серьёзно подумать.

И первый же сформулированный вопрос заставил её превратиться в рассерженную пчелу, которая не только злится, но и шипит-гудит.

Зачем она связалась с собственной магией? До сих пор и обычными способами-уловками удавалось справляться с заданием господина Лэндонара. Так чего вдруг вздумалось присовокупить её личную магию, в которой она не разбирается ни на грош?

Из глупого любопытства – решила Инна и немедленно уничтожила вчерашний вариант встречи со стариком Даремом, а придумала обычное утреннее времяпрепровождение для всех в доме: всё происходит, как бывает повседневно. Особо прокрутила в мыслях, что Дарем, выйдя из своей спальни, отправится в библиотеку.

Успокоившись, что старик не выйдет под дождём посидеть на садовой скамье, Инна приступила к следующему пункту – к решению второй проблемы, а именно: как самостоятельно избавиться от магических способностей? Или хотя бы стреножить их?

Поприкидывав обстоятельства так и этак, Инна хмыкнула. За столом нетрудно будет повести разговор о том, что необходимо ей, так что можно сказать, что и вторая проблема решена... Оставалась третья.

Как убрать негативные последствия вчерашнего кошмара?

Здесь она ничего не может сделать. Всё будет зависеть от Неиса. От его убеждённости, что он сумеет повлиять на ситуацию, в которой Кристиан не виновен в похищении Мелинды… Правда, есть небольшая оговорка при всём при этом. Поможет ли это влияние девушке Кристиана не бросить его? Инна снова вздохнула: попытаться поговорить с Неисом наедине? Чтобы он и эту мелочь, важную для судьбы парочки, попробовал уладить?

Она уже умылась, уложила волосы и переоделась. И даже успела грустно посмеяться над собой, вспоминая, как она испугалась за здоровье старого Дарема, по её милости попавшего бы под дождь, как раздался ожидаемый стук в дверь.

– Инесса, ты проснулась? – заглянула в комнату Мелинда. И улыбнулась: – Доброе утро! Пора завтракать!

Они вместе спустились по лестнице, за короткий путь условившись, что о вечере на бале-маскараде будет рассказывать только Мелинда. Причём в обязательном порядке девушка пропустит ту часть, где её похищали. Как пропустит и то, что на балу ими вообще был встречен Кристиан.

Оживлённые тётушки и дед Дарем с нетерпением ждали девушек.

За лёгким супом Мелинда рассказала о начале бала-маскарада. За чайным десертом описывала игры, которые довелось увидеть, но в которых не хотелось участвовать. Правда, большую часть времени вынужденно (игр-то мало видели!), но восторженно рассказывала о том здании, куда они попали. Описывать интерьеры она была мастерица, как и давать характеристики встреченным на балу личностям в маскарадных костюмах. Говорить Мелинда умела, кое-где даже умудряясь добавить в описания тех самых личностей сарказма, а то и насмешки. А потому сумела развеселить тётушек, а поначалу насторожённый было, дед Дарем тоже расслабился и только слегка посмеивался над меткими оценками и высказываниями внучки.

Уходить из кабинета-библиотеки, куда принесли чай, не хотелось никому, хотя и пили уже горячий напиток только потому, что под шум нескончаемого дождя это дело было таким уютным, а в кабинете так комфортно! И это весёлое позвякивание чашек и тарелочек, чудный запах пусть и вчерашней выпечки, звон ложечек о тонкий фарфор на фоне льющего за стенами дома дождя песней пело в душе каждого, как это видела Инна, ловя ласковые перегляды членов семьи.

– Ты говоришь, Мелинда, к нам сегодня вечером заедут господа Варены? – спохватился старый Дарем.

– Да. Когда мы выбирали стихотворные сборники, мы с Инессой нечаянно сказали о декламации под гитару, и им показалось это чтение оригинальным, – тая тревогу (а вдруг дед откажет гостям в приёме?), откликнулась Мелинда.

– О младших Варенах я знаю мало, но, помнится, вы говорили об их огромной библиотеке, – пробормотал Дарем. – Ещё в прошлый раз. Я буду рад, если наш дом посетят такие умные и образованные юноши.

Инне очень хотелось насмешливо добавить: «И состоятельные. Дедушка, вы забыли, что мы говорили об их замке?»

Но старый Дарем бросил на неё краткий взгляд, острый и одновременно проницательный. И легко было понять – помнит. И рад, что Инна держит своё слово.

А потом Мелинда и тётушки принялись убирать со стола лишнюю посуду с чаепития, а на Инну с самого начала уборки замахали руками: сиди, мол, гостья! И сами уберём! А ты отдыхай! И Инна на всю катушку использовала время, когда убирающие со стола не могли внимательно прислушиваться к её разговору со старым Даремом.

– Господин Дарем, а магическая специализация Мелинды – это наследственное? – спросила она с лёгкой улыбкой, будто предлагая светскую беседу. – По вашей родовой ветви Даремов у всех есть умение читать в пространстве?

– Нет, что вы, барышня Инесса, – отозвался размякший после горячего чая дедушка Дарем. – Мелинда – единственная в нашем роду с такой особенностью.

– А родовые были? – задумчиво спросила она и, замирая в душе, добавила: – В нашей ветви Даремов часто появлялась особенность магии, которая позволяла создавать нужные ситуации. Правда, мало кто развивал эту особенность. Очень уж она коварная.

– Согласен, – медлительно сказал старый Дарем. – Помнится, Тибериус Ксанфский в одном из писем другу-философу писал, что с даром моделирования нужных ситуаций в основном справляются люди, имеющие ещё и общественный дар к дипломатии. То есть маги, умеющие продумывать все ситуативные ходы. А те, что не обучались ни дипломатии, ни использованию самого дара, просто старались заглушить его, потому как в руках необученных он может быть даже опасным.

– Мне всегда казалось, что любой дар можно… приручить.

Инна улыбнулась, показывая, что предположение высказано шутливо. Но на душе частично померкло. В этом мире она было почувствовала себя кем-то ну очень другим, более… высоким, чем она была когда-то и где-то. И вдруг… Опытный в теории человек, начитанный книжник, подтверждает тревожные сомнения. А она-то думала… Глупая… Думала, как использовать этот дар, чтобы остаться в этом мире!!

До слёз обидно…

– Я не умею объяснить именно по этому дару, – принялся рассказывать старый Дарем, почуяв, что гостье и в самом деле интересна эта сторона магии. – Но знаю, что маг, обладающий им, должен хорошо знать людей. А создавая нужную ему или другим ситуацию, такой маг должен учитывать мельчайшие особенности, сопровождающие процесс создания.

«Ну да… – горестно подумала Инна. – Как я, например, забыла о непредсказуемой весенней погоде. Забыла о том, что вы, уважаемый господин Дарем, пока ещё слабый после недавнего обморока на голодной почве… И как же я испугалась, сообразив, что вы могли попасть под этот холоднющий дождь! Много ли вам надо было бы, чтобы заполучить тяжелейшую пневмонию…»

Одна из тётушек протёрла стол, за которым чаёвничали, и вышла в столовую комнату, из которой далеко-далеко доносился звон отмываемой посуды.

Уставший от объяснений старый Дарем немного посидел, сначала следя за тряпкой в руках дочери, а потом уставившись в окно, облитое струями дождя.

– Если вас интересует этот вопрос, могу предложить барышня Дарем, несколько современных книг, которые помогут получить вам более обширную информацию о даре ситуативного моделирования, – внезапно сказал он. – Вижу, вам этот вопрос весьма любопытен.

– Вы правы, – искренне призналась Инна. – Меня очень интересует этот вопрос, поскольку я на распутье: стоит ли ему обучаться – или же оставить его в покое, а то и блокировать, чтобы не мешал в обыденной жизни.

Чуть позже вошла Мелинда, принесла для деда отвар трав, которыми пользовали его тётушки. Выпив его, старый Дарем встал – не без помощи двух девушек, которые затем подвели его к книжным стеллажам.

Он быстро нашёл упомянутые книги и передал их Инне, попросив лишь об одном одолжении – не выносить их за пределы дома.

Понимающе улыбнувшись (книжный фанатик!), Инна пообещала строго выполнить его просьбу. И вместе с Мелиндой побежала в свою комнату.

Выйти на улицу ни причины, ни возможности из-за дождя не было. Так что девушки быстро нашли себе занятие, если не по душе, то многообещающее. Инна ещё раз объяснила Мелинде, как играть на гитаре те самые три аккорда, чтобы подготовиться к литературно-музыкальному вечеру, а сама, показав ей книги, объяснила, что хотела бы узнать побольше о родовом магическом даре.

– А почему ты не узнавала о своём даре по книгам в библиотеке своих родных? – наивно, но неожиданно попав в точку, спросила Мелинда.

Инна усмехнулась.

– Во-первых, дома мне было лень посмотреть нужные мне книги, а во-вторых, здесь меня держит дождь, не давая выйти. Поэтому я просто вынуждена заняться хоть чем-то полезным для себя.

– У меня такое тоже бывает, – откликнулась Мелинда, старательно нажимая на струнах позиции пальцев, указанные Инной. – Дед думает, что я трудолюбива, но я довольно ленива. И всё из-за книг. Их так много! И они так заманчивы! Так хочется их все прочитать! – И вдруг пригорюнилась: – Инесса, ты уверена, что Райф сегодня приедет вместе с Неисом?

– А почему ты думаешь, что Неис обязательно приедет? – усмехнулась Инна.

– Мне так кажется, потому что я видела, как он на тебя смотрит, – призналась Мелинда, вжимая пальцы в гриф для струнного аккорда, а потом тряся ими, чтобы напряжённый жим перестал выделяться красным отпечатком на коже.

Несколько ошеломлённая, Инна посмотрела на Мелинду. Что имеет в виду девушка?.. И не выдержала, прервала увлёкшуюся игрой на музыкальном инструменте кузину:

– А как он на меня смотрит?

Мелинда задумчиво замерла, глядя на корпус гитары, а потом подняла глаза:

– Только не думай, что я преувеличиваю или… я могу сказать не так, – доверительно добавила она. – Но ты умная, Инесса, ты меня поймёшь правильно. Он смотрит на тебя так мягко, как будто хочет положить тебя в одну ладошку, а вторую – держать над твоей головой, чтобы не дать пролиться на тебя холодному дождю.

Она оглянулась на окно, за которым всё так же ровно гудел весенний дождь, вознамерившийся лупить по земле долго и упорно.

– Ты поэтесса, Мелинда, – наконец проговорила Инна. – Спасибо тебе за образ, но мне кажется, ты всё же преувеличиваешь.

И тут Мелинда внезапно поразила её. Она не стала отнёкиваться или убеждать кузину в справедливости сказанного. Нет, она просто помечтала:

– Ах, если бы Райф так на меня смотрел! Какое счастье, если он сегодня приедет!

И снова уткнулась в гриф гитары, стараясь освоить три аккорда.

И не заметила, как разбередила болезненную мысль Инны о Неисе. О скором отъезде, только потому что между Мелиндой и Райфом всё складывается как нельзя лучше. «Глупости какие… – машинально и осторожно поднимая листы старинной (ишь – более современной, по словам старого Дарема) книги, думала Инна. – Никогда не понимала пословицы: на чужом несчастье счастья не построишь. Но понимаю другое – перевёртыш: моё несчастье строится на счастье Мелинды. Пока она не стала официальной невестой, я могу видеть Неиса, говорить с ним… Как только Мелинда станет невестой Райфу, я должна буду вернуться в свой мир…»

Мелькнула даже мысль о том, а стоит ли подталкивать Мелинду к замужеству? Может, потянуть немного? Остудил горячую голову единственный довод: «Чем больше я вижусь с Неисом, тем больше утопаю в болоте… грубо, но так… привязанности к нему. Господи, хоть бы он уехал побыстрей, чтобы не было напрасных надежд на… глупо даже произносить… на совместное будущее с ним…»

И вырвалось:

– Мелинда, а ты хотела бы выйти замуж за Райфа?

– Хотела бы, – уверенно и сразу отозвалась девушка.

– Но ведь ещё вчера утром ты не думала о том, – напомнила Инна.

– Вчера вечером он дрался из-за меня с Кристианом, – серьёзно сказала Мелинда. – Да, Кристиан был сильней, но Райф не уступал ему, не пытался сдаться и только смотреть, как Кристиан меня уводит. Он смелый.

И снова носом – в три аккорда.

А Инна чуть не разрыдалась: исполнилось вчерашнее желание, из-за чего неосознанно и моделировала ситуацию! «Зачем?! Зачем я подумала про это?! – А сквозь удерживаемые слёзы неожиданно пробилась странная мысль: – Вообще-то… Я с ума не сошла ли? Я психую, готова реветь во весь голос, но ведь… мы знакомы с Неисом еле-еле два дня! Так что со мной?! Неужели я и в самом деле сумела влюбиться в него всего за какие-то два дня? А если я себя всего лишь накрутила? Или… это и есть любовь с первого взгляда?!»

Если бы не присутствие Мелинды, взбудораженная Инна не только зарыдала бы, но и закричала бы, зарычала, не зная, что именно с ней самой происходит. Но девушка сидела рядом, старательно пощипывая струны и даже тихонько напевая что-то. И Инна постепенно успокоилась.

Прошло достаточно времени, чтобы она вспомнила, чего ради старый Дарем дал ей две книги. И погрузилась в изучение главного: как замять (или как-то по-другому) собственный дар, чтобы он не проявлялся.

По объёму книги были похожи на небольшие, но толстые журналы. Оглавление Инна нашла быстро, а поскольку название каждой главы представляло собой несколько предложений – почти конспект самой главы, то она быстро нашла требуемое. Прочитала, а потом сидела в самом настоящем раздрае: ритуал блокирования магической особенности должен провести опытный маг. И никак иначе. А Инна-то решила, что и сама сумеет хоть что-то сделать.