Текст книги "Сын дракона (ЛП)"
Автор книги: Т.С. Джойс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)
О, просто отлично. Теперь увядание вызывает у Вира галлюцинации. Не просто голоса в голове или вспышка чего-то, чего там не было. Прямо сейчас у него был настоящий психопатический момент.
Светлые волосы, голубые глаза, двадцать фунтов мышц больше, чем в последний раз, когда Вир видел его, и:
«Где, черт возьми, твоя борода?» – спросил он у воображаемого Нокса.
«Охранники-мудозвоны заставили меня побриться, чтобы убедиться, что я не спрятал что-то, не знаю, наркотики или что они ещё ищут там. Я теперь выгляжу на двенадцать лет. Мне нужно быстро отрастить это дерьмо, потому что Невада кайфует, когда моя борода на её пунтанге. Ты выглядишь как трехнедельное стухшее дерьмо».
Воображаемый Нокс, одетый в оранжевую тюремную одежду, медленно приближался. Вир отвёл взгляд. Несмотря на то, что это было не по-настоящему, он не был готов поделиться тем, что с ним только что произошло. Хотя было приятно притвориться, что он не один.
«Как ты сюда попал?»
«Сначала, главное, потом остальное. Я читал книгу о том, как стать лучшим другом, и во второй главе говорилось, что объятия важны».
«Я пас».
«Ну давай».
«Нокс, я не хочу обнимать тебя прямо сейчас».
«Прямо сейчас? Хорошо, тогда мы обнимемся позже, после того, как подружимся».
Воображаемый Нокс сел рядом с ним и посмотрел на секундомер в руке.
«У меня есть пять минут, прежде чем я должен вернуться. Торрен там, наверху, сражается, как пятеро горилл, чтобы дать мне время. Ты знал, что попасть сюда без ареста невозможно? Я исследовал это место несколько месяцев и не мог найти ни одного входа, но как только ты войдешь? Это место не является хорошо смазанным механизмом. У нас внутри четыре человека, двое охранников и твой терапевт? Она гребаный MVP (прим. Самый ценный игрок (англ. Most Valuable Player)). Чертова ведьма. Тоже прирожденная. Твоя мама нашла её и начала всё это».
«Что?»
«Проект «Спасение Красного Дракона»».
«Слишком поздно».
Голос Вира глухим эхом разнёсся по комнате с этими двумя словами. Его затошнило.
«Что ты имеешь в виду?» – тихо спросил воображаемый Нокс.
Вздохнув, Вир медленно моргнул и ударился головой о каменную стену дав воображаемому Ноксу четко увидеть свои глаза.
Глаза воображаемого Нокса округлились, а губы приоткрылись, словно он хотел что-то сказать, но ничего не вышло. Краснота поползла вверх по его шее, а лицо превратилось в ярость.
«Я позвоню туда».
«Ты что?»
«Это уже слишком, провались всё к чертовой бабушке. Я, бл*ть, сказал им, что нам нужно заняться твоим освобождение, а не пытаться оставить тебя в покое, пока они тебя, бл*ть, пытают, – голос воображаемого Нокса отражался от стен силой его гневных слов. Он снова метнул раздраженный взгляд на секундомер, зажатый в кулаке. – Скажи мне, что это ещё не конец. Скажи мне, что твои глаза означают не то, что я думаю».
«Терапевт, – устало пробормотал Вир. – Мне нужно знать, в порядке ли она. Она приняла дозу лекарств, чтобы защитить меня. Я больше не чувствую её. Рия».
«Хорошо, то, как ты только что назвал ее имя… – воображаемый Нокс изогнул брови. – Она твоя?»
«Нет ничего моего, Нокс. Я не был рождён для этой жизни. Мне просто нужно знать, что она в безопасности».
«Сделаю. Я узнаю. Невада и Кендис снаружи…»
«Почему они не заперты с нами?» – Вир уперся локтями в согнутые колени и уставился на голубой свет в конце камеры. Вопросы, которые он задавал, не имели значения, потому что он всё это выдумал, но, чёрт возьми, было приятно притворяться, что он здесь с одним из членов своей команды. Он скучал по Ноксу.
«Ну, потому что в Кендис теперь есть маленький Конг. Я читал книгу о плодах. Сейчас он размером с рисовое зернышко. Я нарисовал крошечную гориллу в своем дневнике сновидений, и Невада подумала, что это чертовски мило, и теперь я хочу поместить в неё около семидесяти трех малышей, потому что она становится такой мягкой, когда говорит о них. Плюс армия Ноксов была бы мегакрута. Несколько месяцев назад Конг и Кендис пытались завести маленького ребенка ради команды. Они хотят девочку, но я молюсь о мальчике, просто чтобы посмотреть, как они будут растить мини-Торрена. Я научу его стрелять в отца из арбалета и хулиганить. Я заставлю эту маленькую обезьянку полюбить меня больше него. В любом случае, мы планировали войти сюда, чтобы ты смог быть рядом с нами, но Торрен не позволил Кендис прийти сюда беременной. А моя девушка… ну… она не самая лучшая преступница. Но она провела ночь в вытрезвителе в Фоксбурге, и я чертовски горжусь ею. – Его голос стал задумчивым. – Если бы у нас было больше времени, я бы попытался прокрасться к ней для супружеского визита. Мне нравится вызов этого места. Я знаю время смен всех охранников, все их привычки. Я знаю твой точный график. Чертова команда А. Я пытаюсь объяснить, что я MVP этой команды, а вы все мне не верите. После этого все должны перестать относиться ко мне как к деревенскому идиоту. Я намного умнее всех вас. Кроме Невады. Она моя супергорячая заучка. Надо лететь, Альфа».
«Не называй меня так. Я ничей альфа».
«Ложь, ты альфа Сынов Зверей. Ты знаешь, что эта должность делает с Торреном, пока тебя нет? Он буквально набрал сорок фунтов мышц и дерётся со мной каждый день, который заканчивается на Y».
«Держу пари, тебе это нравится».
«Да, черт возьми, мне это нравится, но Хавока нужно контролировать, и пребывание здесь этому не поможет. Торрен не продержался и пяти минут, как его заперли с другой гориллой. Наша команда не может позволить себе отступить. Сейчас у нас на подходе ребенок, и половина нашей команды в тюрьме для оборотней, а один из нас выглядит как труп. – Воображаемый Нокс ткнул пальцем в Вира. – Это ты. Я говорю о тебе. Я серьезно, когда говорю, что ты выглядишь как полное дерьмо. Рия никогда не будет играть с твоими яйцами, если ты не позаботишься о себе».
Спорить о том, что Рия ему не принадлежит, было бессмысленно. Нокса на самом деле здесь не было.
«Я должен идти. Пришло время объятий».
«Пас», – пробормотал Вир.
«Лицоё*, поторопись, ты не победишь меня сейчас, и я не уйду, пока не обниму тебя. По-мужски».
Последние секунды Вир хотел умереть. Стиснув зубы, он встал и приготовился обнять призрака, потому что теперь он был в полном сумасшествии. Но когда воображаемый Нокс втянул его в свои объятия, он был твёрдый и трижды хлопнул Вира по спине так сильно, что у него перехватило дыхание. Какого хрена? Вир замер, его руки были подняты по бокам Нокса.
– Нокс? Ты действительно здесь?
Голос Нокса звучал слишком хрипло, когда он сказал:
– Я действительно скучал по тебе, мужик. Я серьёзно очень скучал. Хреново без тебя рядом. В команде огромная дыра, и мы изо всех сил пытаемся оставаться на плаву. Ты знаешь почему?
Ошеломленный, Вир похлопал Нокса по спине и покачал головой.
– Почему?
– Потому что ты наш клей, Вир. Ты всегда им был. И если я когда-нибудь, бл*ть, услышу, как ты снова говоришь, что ты ничто, я врежу тебе нах*й. Я люблю тебя, мужик. Скажи это в ответ.
– Нокс…
– Теперь скажи мне, что Торрен – волосатый засранец, что он худший член команды, а я твой любимчик.
– Нокс.
– Стоило попробовать.
Нокс еще раз сильно ударил его, затем развернулся и побежал к веревке.
– Эй, Вир?
– Да?
Нокс стоял там, его лицо было непроницаемо в тени, он держал веревку одной рукой.
– Даже если дракон исчез, ты по-прежнему важен для меня. И Торрену, и Кендис, и Неваде, и множеству людей. И держу пари, ты также очень важен для той девушки. Рия, правильно? Ты касаешься людей, которые действительно узнают тебя.
Хах. Вир нахмурился
– Ты отличаешься от того, кем я тебя помню.
– Да, Невада учит меня быть нормальным. – Нокс фыркнул. – Шучу, если бы я был нормальным, она бы меня возненавидела. О, и мистер Дидлс всё ещё жив. Я купил ему девушку-лебедя, чтобы он перестал трахаться с этой дурацкой статуей утки. Ты должен мне тридцать баксов. Пришлось заказывать для неё специальный корм в магазине. Я назвал её миссис Титлс. – Нокс хлопнул себя по ноге, и его одинокий ревущий смех эхом повторил: – Титлс. Боже, я офигенный. До скорой встречи, Лицоё*. – А затем настоящий Нокс аккуратно взобрался по веревке и исчез в потолке.
Потрясённый до глубины души, Вир снова остался один. Но что-то маленькое ослабло в его груди. Нокс появился прямо посреди худшего момента в его жизни и сказал ему, что он всё ещё важен.
И он хотел рассказать об этом Рие. Он хотел сбросить это бремя на девушку, о которой не мог перестать думать. Он хотел услышать это снова. Что всё будет хорошо. Но он хотел услышать это от неё, потому что был эгоистом. Он хотел услышать эти слова от Хоуп (прим. Надежда), потому что так он иногда называл её в своей голове. Надежда была тем, чем она была для него.
«Рия?»
«…Я здесь».
Его кожу пронзил озноб, когда он опустился на колени, запрокинул голову и с облегчением закрыл глаза.
«Ты в порядке?»
«Буду», – её голос был таким слабым в его голове. Таким слабым.
«Хотел бы я обнять тебя прямо сейчас. Хотел бы я позаботиться о тебе».
Боже, он желал этого больше всего на свете.
«Я тоже. Вир?»
«Да, малышка?» – Она заслужила ласковые прозвища за то, что сделала для него. За попытку спасти его.
«Я была здесь, когда ты разговаривал с Ноксом. Это… – её голос в его голове стал почти беззвучным. – Дракон действительно мертв?»
Вир открыл глаза и уставился в потолок. И впервые за всю его жизнь капля теплой воды хлынула и скатилась по его щеке.
«Да».
Ее голос дрожал, но в нём были искренние нотки, когда она пробормотала:
«Все будет хорошо».
Он чувствовал её душевную боль в своём создании. Это соответствовало его болит, и в этот момент он понял, что любит её. Он знал, что пока она здесь, в его голове, он не останется один на один с этим.
Трещина в его сердце наполнилась чем-то теплым, чем-то красным. Что-то покалывало. Это было единственное, что не причиняло ему боли прямо сейчас.
Нокс ошибся.
Вир не был клеем.
Рия – да.
Глава 12
«Всё будет хорошо», – заверила Рия Вира.
Все будет хорошо. Хорошо. Хорошо. Все будет хорошо.
– Рия! – закричала её мать, вырывая её из разума Вира. – Давай! Детка, посмотри на меня. – Она упала на колени, высоко вздернув подбородок, глаза наполнились слезами, но вид у неё был такой понимающий. Такой уверенной. – Сделай это сейчас, маленькая ведьма. Всё будет хорошо.
Рия резко проснулась. Она не знала, где находится, но каждый предмет мебели в комнате парил под потолком. За исключением того, что кровать, на которой она должна была лежать, всё ещё была далеко под ней, стоя на полу. Её волосы развевались вокруг неё, как будто она была в воде. В открытом дверном проёме стояли две женщины, обе держали руки на груди и молча смотрели на неё одинаковыми неуверенными взглядами. Так было иногда, когда воспоминания о том, что она сделала, царапали её разум. Сила, которую она держала в таком секрете, так прятала, вырвалась наружу во сне.
– Простите, – пробормотала она, опускаясь вместе с мебелью на пол.
Она повернулась, приземлилась на цыпочки и посмотрела на себя. На ней был черный укороченный топ с надписью Gem’s спереди и пара блестящих шорт с фиолетовыми блестками.
– Эм, во что я одета?
Пышная брюнетка опустила глаза в пол и заговорила самым мягким и робким голосом, который Рия когда-либо слышала.
– Т-так, это прозвучит странно, но мы решили, что ты будешь нашим другом, а друзьям нравятся похожие вещи. Кендис как раз учила меня танцевать у шеста… тааак… – Она посмотрела на свои зеленые блестящие шорты, затем на голубые шорты Кендис. – Итак, сегодня мы одели тебя, как себя. Я Невада. Оборотень лисы. Пара Нокса Фуллера и член команды Сынов Зверей. Вир – мой альфа. – Она вскользь посмотрела на Рию и снова опустила глаза в пол.
– А меня зовут Кендис, – сказала худощавая и длинноногая женщина с каштановыми с рыжиной волосами и накладными ресницами. – Мамочка и девушка Торрена Тейлора, и Вир также мой альфа. Так что знаешь… не убивай нас своим колдовством, потому что по умолчанию мы действительно друзья. Тебе нравится Вир, а Виру нравимся мы. Мы так думаем по крайней мере. Иногда его трудно прочитать. На самом деле он может ненавидеть всё и всех, но меньше всего он ненавидит нас, так что это считается. Другая твоя одежда пахла тюрьмой, поэтому нам пришлось переодеть тебя, девочка. В последнее время меня от всего подташнивает.
– Утренняя тошнота, – прошептала Невада.
– Поздравляю с зарождением ребенка, – выпалила Рия, едва сопротивляясь желанию прикрыть обнаженный живот руками.
– Поздравляю, ты крутая девчонка с телекинетическими способностями, – сказала Кендис, уважительно кивнув. – Я имею в виду, ты чертовски страшна, но пока ты держишь нас в хорошем настроении, мы совершенно не против того, чтобы ты держалась с Виром знак ручки. Кроме того, если мне когда-нибудь придётся переехать, я хотела бы нанять тебя, чтобы ты могла просто сделать это за меня, в стиле Мэри Поппинс.
Рия фыркнула. Её никогда раньше не сравнивали с Мэри Поппинс. Чаще, если кто-то видел намёк на то, что она может сделать, они делали знак дьявола и убегали.
– Т-так ты всегда спишь так, будто в тебе сидит демон? – спросила Невада, всё ещё не сводя глаз с пола.
– Она имеет в виду плавающую и летающую мебель. Кроме того, здесь воняет, как от волшебства, так что я просто заткну нос, но это я не грудью если что. Я оборотень тигра, и все мои чувства взбудоражены этим малышом Конга в моём животе.
Кендис заткнула нос, но широко улыбнулась.
– Эм, нет. Я делаю это не часто. Как долго я была в отключке?
Женщины посмотрели друг на друга, а затем снова на Рию.
День. Ты пропустила оборот Вира. Клара звонила без перерыва, проверяя, как ты, но не было возможности разбудить тебя, чтобы быть рядом с ним. Ты была очень, очень больна. Она всё поняла.
– Я должна вам кое-что сказать, – пробормотала она, опускаясь на кровать. – Поскольку мы друзья и носим одинаковые блестящие шорты… – её голос дрожал, и она с трудом сглотнула, прежде чем повторить попытку. – Я могу поговорить с Виром. В своей голове.
Глаза Кендис округлились, как обеденные тарелки.
– Вау. Так что ты действительно подружка Вира.
– У нас есть схожие силы, но я не дракон. – Она вцепилась в одеяло руками. – А теперь и Вир нет.
Невада оторвала взгляд от пола.
– Что ты имеешь в виду?
Лицо Рии нахмурилось при одной мысли об этом. Она не могла смотреть им в лицо, когда рассказывала, что случилось с Виром. Не могла. Стыд вспыхнул на её щеках.
– Клара хотела, чтобы я держала Вира достаточно стабильным, чтобы удерживать дракона до конца его шестимесячного пребывания в этой тюрьме.
– И? – спросила Кендис.
– А сегодня дракон умер.
– О, Боже мой, – произнесла Невада. Она замерла, прежде чем повернуться и уйти. Просто ушла. А через несколько мгновений, даже со своими притупленными человеческими чувствами, Рия услышала женский плач в другой комнате.
Кендис просто стояла в дверном косяке, скрестив руки на груди, наблюдая за Рией.
– Я тоже должна тебе кое-что сказать. Что-то, что будет трудно услышать.
– Хорошо, – сказала Рия, чувствуя себя ужасно. Всё, чего ей хотелось, это отправиться к Виру и быть рядом с ним.
– После того, как мы посмотрели то видео, которое ты сделала, то, где Вир попросил, чтобы его команда пришла к нему? Нам звонил провидец горилл, Бистон. Ты слышала о нём?
– Да, – ошеломленно прошептала Рия. – Клара рассказала мне о нем. Она сказала, что он может видеть вещи так же, как и мы.
– Он может видеть сквозь завесу. Может видеть призраков, но более того, он может видеть вещи, которые произойдут в будущем. Хорошие вещи и плохие вещи. Всё, что он не может изменить. Его сын такой же, как он. Когда у одного из них есть видение, которое может повлиять на всех? Это большая сделка. Но когда у них обоих одно и то же видение, снова и снова, и снова… все обращают на это внимание.
Кендис оперлась головой на дверной косяк и выглядела такой грустной, когда говорила следующую часть.
– Ты та, кто возродит Красного Дракона, но после этого Бистон и его сын Вестон видят одно и то же.
– Что они видели? – спросила Рия.
– Огонь. Всё полыхает в огне.
Глава 13
«Ты намеренно оставил синяки от твоих пальцев на моей ноге?» – спросила Рия в темноте.
«Да», – последовал незамедлительный ответ Вира.
«Я задавалась этим вопросом с тех пор, как ты поцеловал меня».
«Когда-нибудь я снова тебя поцелую».
«А-а, ты снова в бою.
«Нет. Что ты сейчас делаешь?»
«Лежу в постели, – сказала она. – Невада и Кендис остановились в отеле по соседству с моим жилым комплексом, пока мы не разберёмся с кое-какими делами».
«Что за дела?»
«Вот-вот увидишь сам», – сказала она с улыбкой. Она изо всех сил старалась держать их планы в секрете. Не потому, что хотела что-то скрыть от Вира, а потому, что хотела подарить ему завтра целый день сюрпризов. Он заслужил хороший день после того, через что ему пришлось пройти.
«Почему ты так добра ко мне?»
«Потому что ты мне нравишься».
«Нравлюсь? Насколько сильно?»
«Я уже без ума».
«Бл**. Хотел бы я посмотреть на твои губы, когда ты это сказала».
«Что ты сейчас делаешь?»
«Ты не хотела бы это знать».
Нахмурившись, она села в постели.
«Я хочу всё знать».
«Кровать в Подземелье так и не принесли, и меня ещё не вернули в камеру. Итак… Я лежу на бетонном полу, сцепив руки за головой, смотрю в темный потолок и проклинаю бога, что не оказался в твоей квартире и не лежу рядом с тобой».
«Вир», – прошептала она.
«Остановись. По крайней мере, у нас есть это».
Рия подтянула колени к груди
«Ты понял, что ты важен для всех?»
Три доли тишины, а затем:
«Ты тоже».
«Я хочу сказать тебе то, чего никогда никому не говорила. Я хочу рассказать тебе о том, что ты видел в моей голове».
«Это была не твоя вина».
«Может быть, и нет, но мне всегда кажется обратное».
Вир ментально вдохнул.
«Я готов».
«Жили-были ведьма и её дочь, и был у ведьмы муж, который был хорошим человеком. Маленькой ведьме повезло, но её приютили, потому что у неё были силы, которые она иногда не могла контролировать, как и её мать. Но, спрятавшись, они привлекли внимание команды очень редких оборотней, обитавших на той территории. Белые медведи. Они старались не высовываться. Избавились от необходимости регистрироваться, когда правительство заставляло остальных оборотней идти на обязательную регистрацию. Они приходили к нам и требовали, чтобы мы покинули территорию, потому что боялись, что мы привлечём внимание. Но нам было некуда идти. В конце концов, они стали приходить с угрозами. И вопрос стоял уже не в том, чтобы просто защитить себя от внимания. Как будто они почувствовали вкус магии, и оно теперь привлекало их. Сводило с ума. Когда они перемещали своё логово, они подходили всё ближе и ближе к нашему дому. А по ночам мы могли слышать их рёв. Ближе, ближе, ближе. Отец маленькой ведьмы подошёл к той команде, попросить их держаться подальше от них, но он не вернулся. И в ту же ночь рёв донёсся прямо из-за трейлера. Мама маленькой ведьмы подхватила её, выбежала через заднюю дверь, как раз в тот момент, когда входную дверь выломали. И они побежали в лес так быстро, как только могли. И маленькая ведьма не знала, что делает это, но её страх вытягивал силу из матери. Поэтому, когда её мать закрыла её, чтобы защитить от медведей, у неё не было сил. Невозможно было защититься».
Голос Рии прервался на последнем слове, поэтому она сделала паузу и с трудом сглотнула, чтобы её голос снова стал ровным.
«Маленькая ведьма смотрела, как белые медведи бегут, разрушая все деревья на своём пути. Двое из них врезались в её мать, и раздались крики. И тело маленькой ведьмы запульсировало силой. Чем больше она пугалась, когда кричала и оплакивала свою мать, тем больше сил сжигалось, чтобы помочь ей сбежать».
Чёрт.
Она быстро вытерла влажные щеки и сильно покачала головой. Просто скажи уже это.
«Моя мама была разорвана после их атаки, но она очнулась, когда меня окружили. Это была многочисленная команда, и медведи были просто… огромными. Она с трудом поднялась на ноги и повернулась, и что бы она ни увидела во мне, страх исчез из её глаз. Она плакала и истекала кровью, так сильно… Но она сказала мне: «Рия! Сделай это!». Я так боялась белых медведей, но мама сказала: «Малыш, посмотри на меня». И она упала на колени и сказала: «Сделай это сейчас, маленькая ведьма. Всё будет хорошо». И я закричала, потому что сила выходила из меня с болью. – Рия проглотила всхлип. – Я уничтожила всё в пределах квадратной мили, включая мою маму. Вот видишь, Вир, ты думаешь, что ты чудовище. А другие думают, что ты чудовище, потому что ты ешь людей. Но они не понимают, что ты сжираешь плохих людей. Ты видишь зло и делаешь что-то с этим, чтобы удовлетворить своего дракона. Ты защищаешь своих людей, заплатив непомерную цену за это. С другой стороны, я, уничтожила человека, которого любила больше всего на свете. И она была хорошей. Чистой. Доброй. Ты не чудовище, Вир. Я. Я тебя вижу. Я знаю, каково это было для тебя. Ты вырос не таким, как все. Ты должен был скрывать всё о себе. Ты должен был казаться крутым и сильным, даже когда люди причиняли тебе боль своими словами или мыслями, которые ты мог услышать. Ты стал сталью. Это пугает других людей, но мне нравится, что я вижу сквозь сталь. Это заставляет меня чувствовать себя менее одиноко».
«Ты никогда не будешь одинока. Больше нет, Рия».
«Буду, если ты перестанешь бороться. Так что прошу, не надо. Я не хочу возвращаться к тому, что было. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня снова. Я хочу, чтобы ты прикасался ко мне, обнимал меня и когда мой мир будет рушится и гореть вокруг меня, я хочу, чтобы ты был тем, кто скажет мне, что всё будет хорошо. Пообещай мне».
«Такое обещание следует давать лично. Что на тебе надето?»
Сбитая с толку, она посмотрела на свою большую футболку.
«Эмм… сексуальное неглиже?»
«Лгунья. Сними всё, что на тебе надето».
«Даже мои розово-черные трусики в горошек? Должна тебе сказать, что я ужасна в виртуальном сексе».
«Нет, безбашенная принцесса, ты просто молодец. Я могу представить эти трусики в горошек. Они уже намного лучше коричневых».
«Мягкий бежевый. А ещё на мне очень большая, коричневая, потёртая рубашка из рутбира, которую я купила десять лет назад за десять крышек от бутылок Pepsi».
«Я расстёгиваю ширинку».
Рия хихикнула.
«Застегивай», – пробормотала она, благодарная, что он оживил их разговор после её признания о матери.
«Я серьезно. Ладно, представь. Я лежу рядом с тобой. Сбрось одеяло».
С ухмылкой она сделала это, а затем легла обратно.
«Сделано. Рубашка с рутбиром всё ещё на мне».
«Я провожу кончиками пальцев вверх по твоей лодыжке, слегка вверх по голени к колену, по изгибу к твоему бедру, вверх, вверх, пока не достигну края твоей рубашки. Я сомневаюсь всего секунду и смотрю прямо на тебя. Я скольжу рукой под рубашку и хватаю тебя за бедро. Жестко. Я впиваюсь пальцами и подтягиваю твоё тело ко мне».
Она повернулась и представила, как он здесь смотрит на неё этими голубыми человеческими глазами, потому что здесь, в их мире, ей хотелось притвориться, что у него всё ещё есть дракон. Ей хотелось притвориться, что они оба не безнадежно поломаны. Сегодня она просто хотела быть обычной девушкой, влюбленной в мальчика.
«Я цепляю пальцем за резинку этих трусиков и медленно стягиваю их вниз по твоему бедру, ровно настолько, чтобы моя рука могла проскользнуть между твоими ногами».
«Хорошо, это действительно сексуально», – пробормотала она, чувствуя, что краснеет, когда провела кончиком пальца по бедру.
«Мы только начинаем».
Она тяжело сглотнула и пробормотала:
«На тебе нет рубашки, а я провожу ладонью по твоей груди, по твоему животу…»
«Мммм», – пробормотал Вир сексуальным, низким стоном.
«Возьми мой член. Мне так хочется твоей ласки. Я хочу видеть твою руку на нём, гладящую его. Медленно. Сначала делай это медленно».
«Я обхватываю тебя рукой и веду вниз, вниз, а ты покачиваешь бедрами, подбадривая меня. Ты приостанавливаешь моё рвение меня».
«Я ласкаю тебя между ног, и ты охренительно влажная. Я чувствую это кончиками пальцев и отчаянно хочу быть внутри тебя. Моя другая рука… Я держу её у тебя на горле. Я нежно его обхватил. Ты даришь мне эту сексуальную, игривую улыбку, потому что знаешь, что я не причиню тебе вреда. Ты знаешь, что я заставлю тебя чувствовать себя хорошо. И я просовываю пальцы внутрь тебя. Мокрая. Так горячо, что я сильнее толкаю свой член в твою руку, потому что я дошел до точки».
«Я кусаю твою нижнюю губу, чтобы поиграть. Мне нравится, что ты становишься грубее, но сохраняешь контроль. Я чувствую каплю на головке твоего члена, когда ты отстраняешься, и я хочу попробовать её на вкус».
«Бл*. Чёрт, сделай это. Попробуй её».
«Ты хватаешь меня за волосы, не сильно, но достаточно сильно, чтобы я знала, чего ты хочешь. Ты вытаскиваешь из меня пальцы и прижимаешь моё лицо к своим бедрам. И я скользнула ртом по тебе».
Дыхание Вира участилось, и, боже, ей это понравилось.
«Продолжай».
«Я вбирала тебя, скользя губами по тебе так глубоко, как только могла, моя рука сжимает тебя, двигаясь ртом. Сначала медленно, как ты хотел. Медленно, медленно, а потом твоя рука сжимает мои волосы, так что я сосу тебя быстрее. Быстрее и глубже, и ты двигаешь бедрами вместе со мной».
«Коснись себя».
Чувствуя себя развратной, она скользнула рукой вниз по трусикам и засунула внутрь себя два пальца. Она издала тихий звук, когда вошла достаточно глубоко, чтобы коснуться своего клитора.
«Горячо. Влажно».
«О мой бог, Рия, я уже близко. Но я хочу кончить в тебя, поэтому выхожу из твоего рта и толкаю тебя на спину. Раздвинь для меня ноги. Сделай это сейчас».
Она расставила ноги шире и выгнула спину на матрасе, снова и снова вводив пальцы в себя.
«Сейчас я между твоими ногами, целую твои губы, но головка моего члена прямо там, неглубоко толкается. Едва-едва. Попроси меня».
«Пожалуйста, Вир», – прошептала она.
Вир издал сексуальный звук, и она представила, как он удовлетворяет себя, думая о ней. Это была самая горячая вещь, частью которой она когда-либо была.
«Черт, я так глубоко захожу. Я сейчас не нежный. Я груб и скольжу в тебя быстро, жестко. Глубоко. Ооочень глубоко. Я близко».
«Я тоже», – прошептала она, чувствуя, как между её ног нарастает давление.
«Я бы хотел, чтобы ты действительно была здесь. Я хочу чувствовать тебя. Тааак отчаянно хочу».
Вир снова застонал, и теперь его дыхание участилось.
«Рия», – процедил он, когда она кончила.
Её тело рассыпалось с такой силой, что она свернулась калачиком и выкрикнула его имя.
«Я так сильно пульсирую, так глубоко в тебе прямо сейчас».
Его дыхание сбилось, и она могла представить, как тепло было бы, если бы он изливался в неё.
Её тело дернулось, пока её оргазм тянулся и тянулся.
«Ты такая красивая. Ты же знаешь, что я прав?» – спросил Вир.
Рия улыбнулась, когда её оргазм стих и исчез.
«Ты заставляешь меня чувствовать себя красивой».
«Отлично. Я держу тебя сейчас в своих объятиях, потому что тебе захочется вздрогнуть от того, что я должен сказать. Я крепко обнимаю тебя, а ты кладёшь голову мне на грудь. Я тоже вижу тебя, Рия. Я вижу какая ты хорошая. Я читал мысли тысяч людей на протяжении всей жизни, и никто не чувствовал себя так, как ты. Я сразу могу сказать, хороший человек или нет. Неважно, что они боятся меня. Все боятся меня. Страх проецируется на меня этой… темной энергией, и мне пришлось научиться её поглощать. Это яд, а я губка, и мне пришлось научиться просто впитывать всё это в себя. Я больше всего ненавижу страх. Моя душа может попробовать его и мне становится омерзительно. Но ты… ты светлая. Ты избавляешь меня от этих теней и делаешь каждый мой день легче. То, что случилось с твоей мамой…»
«Ты имеешь в виду, что я сделала с мамой? – прошептала она в темноте.
«Нет… я имею в виду то, что с ней случилось… это не твоя вина. Если хочешь, вини эту грёбаную команду, но не себя. Твоя мама принесла себя в жертву. Она хотела, чтобы с тобой всё было в порядке, и сказала тебе отпустить то, что она тебе отдала. С каждым днем ты всё больше винишь себя? Ты живёшь благодаря её жертве. Почитай её жизнь, Рия. Живи полной жизнью за вас обоих».
Она немного расплакалась, но не от разбитого сердца. Она почувствовала такое мощное облегчение, что кто-то дал ей убежище от вины, которую она носила так долго. Но тон Вира смутил её.
«Почему это звучит так, будто ты прощаешься?»
«О, нет. Ты встряла сейчас, крутая принцесса. Ты потеряла своего сломленного дракона, но обрела сломленного человека. Ты моя. Я твой. И когда я выберусь отсюда, я постараюсь когда-нибудь быть в порядке. Ради тебя».
«Это обещание, что ты будешь сражаться за нас?»
«Да, Рия. Ради тебя я буду сражаться. А сейчас иди спать. Я останусь здесь, пока ты не уснёшь. Я не оставлю тебя во тьме. Я здесь. Пока ты не скажешь мне уйти, я буду здесь».
Она сонно улыбнулась.
«Я тоже здесь. Ты тоже не во тьме».
«Рия?»
«Да, Вир?»
«Всё будет хорошо».
Глава 14
Видеозапись того, как Вир узнал о смерти своего дракона, разбила сердце Рии. Она даже не могла сдержать слёз, наблюдая, как он смотрит на своё отражение в подземелье. Он закричал самым грубым, душераздирающим звуком, который она когда-либо слышала, а затем ударил кулаком по стеклу. Он глядел в него с отвращением, затем оторвал взгляд от разбитого стекла и скользнул спиной по стене. Всю оставшуюся жизнь она никогда не забудет выражение агонии на его лице. Она не хотела этого видеть, но Эммет показывал всем командам более низкого уровня, как внезапно отключились камеры.
Была задействована и техническая команда из трёх человек, но пока никто не мог понять, что происходит с глюками в освещении и камерах. К сожалению, Эммет продолжал проигрывать видеозапись того, как Вир ломается, снова и снова, пока не произошел сбой, но к этому моменту Рия больше не могла на это смотреть. Свет мигал, телевизор отключился, и на этот раз проблема была не в силе Вира. Это была её сила.
Дерьмо. Она должна была успокоиться.
– Серьезно? – закричал Эммет. – У нас даже техническое совещание не может быть без технических неполадок? Я хочу, чтобы вы наконец выяснили в чем дело! Немедленно!
Более десятка человек поспешили к двери. Рия стояла у задней стены, скрестив руки на груди, когда мимо неё проносились люди. Все уходили, но Эммет и Хэнк Бьютт, сидевший за столиком рядом с ней, откинулся на спинку стула и уставился на неё с дикой пустой улыбкой.
– Глюк, глюк, ведьма, ведьма, – тихо пробормотал он. Эммет, казалось, не слышал этого с того места, где пытался снова включить телевизор.
– Что-то происходило с потолком прямо перед тем, как он рухнул, – пробормотал Эммет.
