![](/files/books/160/oblozhka-knigi-mama-goda-ili-zamuzh-za-gada-si-376778.jpg)
Текст книги "Мама года или Замуж за гада (СИ)"
Автор книги: Тони Марс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
Глава 23
– И лучше б так и было! У тебя, смотрю, ни капли страха! – всплеснул руками граф Вальдернеский. – Боже, дай мне терпенья! – взвыл Кифен. – он же волнуется, а она тут сидит, как под пустырником, хотя только что кровью харкала и без сознания валялась. Разве так можно? Почему Оля не думает о своем здоровье? Не заботится о себе? Уволилась бы уже, наконец, и сидела дома, лечилась!
– К этому, знаешь ли, очень быстро привыкаешь. – с осуждением посмотрела на Кифена Эрика, вытирая платком кровь с рук. Да и, честно говоря, ей вполне хватило пол года, чтобы свыкнутся с мыслю, что жизнь штука короткая. – Я понимаю, что тебе нелегко приходится из-за меня, но пожалуйста, отнесись с пониманием. – их глаза встретились и вампир увидел ответ на свой вопрос, ей тоже было страшно, гораздо больше чем ему, но Дамб прятала эти чувства ото всех, от сына и от себя, – Я хочу прожить это время в покое, а не вечной суете и страхе. Раз уж сейчас мы ничего не в силах изменить, уважай мой выбор. – Кифен тяжело вздохнул, измученно потер глаза пальцами тихо ответил:
– Я тебя услышал. – сложно не понять Олю в такой ситуации, да, нрав у нее буйный, но по природе своей она любит тишину и спокойствие, и вполне ожидаемо, что она желает провести последние дни умиротворенно и безмятежно.
Вампир плотно сжал губы и направил взгляд на Ибенира. Раз ей так хочется покоя, то почему не прекратит свои брачные пляски с Керналионом?
– Дамб. – строго начал Кифен, – Пора заканчивать с играми в угадайку. Лучше расскажи все, пока не стало поздно. – что будет, если она умрет раньше, чем решиться открыть герцогу всю правду, думать не хочется, – Он дракон, и ты, без прикрас, настоящее наказание для него, а за какие грехи, уверен, Его Светлость знает. – Эрика кинула грязный платок в урну у стола и достала из кармана новый, начав оттирать лицо. – Ты не можешь вечно все скрывать. – она опустила голову и согласно кивнула. Кифен прав, да и случай, как ни глянь, самый подходящий, отпираться бессмысленно.
– Я знаю. – тихо проговорила она вампиру, подняла глаза на Керналиона и горько улыбнулась. У Келиона от этой улыбки по спине побежали мурашки. Такой Эрик пугал. Сломленный, отчаявшийся. Сдавшийся. – Господин, я болен. – немного помедлив, Дамб неохотно добавила, – Неизлечимо. – дракон присел, ноги и руки дрожали. Его пара, драгоценная пара, та, которая один раз и на всю жизнь, больна и он даже не знает, сможет ли хоть как-то облегчить страданья Эрика.
– Смертельно. – цокнув, поправил граф. – Мы не знаем, что это за болезнь и пока можем только немного сдерживать симптомы. – герцог прикрыл глаза, внутри все отзывалось мучительно тоскливой болью. Эрик болен. Эрик умрет.
– Сколько тебе осталось? – неожиданно севшим голосом прошептал Келион. Дамб отвернулась, не желая отвечать. Что она могла сказать, кроме правды? А правда была не тем, что легко принять даже ей самой.
Эрика безмолвно посмотрела на Кифена в поиске поддержки.
– Полтора года, может и меньше. – ответил за нее вампир, осуждающе покачав головой, мол, уже большая девочка, могла бы разобраться со всем сама.
– Агх! Ты знал! И поэтому просил подождать несколько лет, да!? – прискорбно, надрывным шепотом заговорил Керналион, едва сдерживая отчаянный крик, рвущийся из груди. Ибениру было больно только от мысли о том, что не прояви он настойчивость, Эрик бы ушел, а он ждал бы три года, как дурак, а потом все, что ему бы оставалось, это навещать могилу. А Дамб знал. Знал и говорил ждать. – Когда ты вообще собирался мне об это сказать? – Эрик поник сильнее, сжал в кулаке платок и сам весь съежился, – Ты не собирался мне говорить, да? – с горьким упреком выдохнул Ибенир. – Неужели я не заслуживаю и капли твоего доверия? Эрик, не молчи! – Дамб прижала руки к груди, нервно сминая платок.
– Я...я не знаю. – к глазам подступали слезы. Да, она молчала, но разве была обязана говорить о таком? До вчерашнего дня они оставались просто начальником и подчиненным, разве начальникам говорят о болезнях или семейных проблемах?
Эрика знала, что не права, но не понимала, где именно допустила ошибку. Она же хотела как лучше для всех, почему же тогда все обернулось вот так?
Дамб тихо всхлипнула. Сейчас как никогда захотелось домой, к маме и папе, чтоб они крепко обняли и сказали, что все будет хорошо, а на заднем фоне тихо жужжал телевизор.
Она безумно устала от вечного напряжения, бесконечного страха, от груза ответственности.
– Так, вот только не реви, ладно? Из нас троих только герцог тут имеет право пустить слезу. – подавая новый платок, вздохнул Степан. Дамб бросила мимолетный взгляд на дракона, тот сидел, опустив голову и закрыв глаза рукой, и прерывисто дышал, словно задыхаясь.
– Почему? – шмыгнула носом Эрика, глядя на вампира исподлобья. Неуклюже попыталась забраться на диванчик с ногами, но чуть не упала. Расстроенно поджала губы и вытерла слезы уголком платка.
– Потому что ему досталась такая пара как ты. – щелкнув по лбу, ответил Степан. – А вам, герцог, настоятельно советую следить за состоянием своей пары. – Ибенир вздрогнул, поднял голову и сцепил руки в замок, положив их на колени. Мокрые ресницы слиплись, а глаза покраснели, Келион бесцветно просипел:
– Что я должен делать? – Керналиону казалось, что в этот миг весь мир обернулся против. Эйрикур человек и Ибенир с самого начала знал, вместе они смогут быть совсем немного, каких-то сто лет, но Эрику оставалось полтора года. Что он мог чувствовать, кроме глухого отчаяния?
Келиону хотелось умереть. Зачем ему магия, деньги и власть, зачем земли и титул, если все это не в силах защитить и спасти его пару? Для чего все то, чем он жил до этого момента, если сейчас оно бесполезно? Керналион ненавидел себя за свою беспомощность.
Эрика видела, как по суровому осунувшемуся лицу герцога медленно текли слезы, как мелко подрагивали сцепленные руки и рвано вздымалась грудь. От чего-то казалось, что ей в этот момент было так же больно, как и ему.
Кифен бросил тяжелый взгляд на герцога, да, он, без малого двадцать лет ненавидел Керналиона, но Степану и самому было сложно держать себя в руках, оставаясь с маской привычного безразличия, словно это обыденность, обсуждать, что твой хороший друг смертельно болен и ежедневно мучается от кровохарканья. Вампир перекинул косу на грудь, теребя кончики волос в попытки успокоится и, прочистив горло, сказал:
– Вам лучше записать, Ваша Светлость. – дракон магией взял писчие приборы со стола и длинно выдохнул, выбрасывая лишние мысли. Он должен думать о здоровье Эрика, все остальное потом. – Дамбу запрещен алкоголь и любые зелья, кроме тех, что даю я, никакого магического воздействия. Проследите, чтобы ежечасно принимал лекарство, не перетруждался и не пропускал приемы пищи. Раз в день Эрик будет кашлять кровью, это... нормально. – Кифен запнулся, потому что человек, кашляющий кровью это не нормально. – Приступ будет не такой сильный, если ему станет хуже, зовите меня. – вампир вздохнул.
Насколько хорошо теперь будет действовать нынешнее лекарство? Как много еще проживет Оля? Степан посмотрел на потолок, Дамб, такая дурочка, будто и не понимает, что полтора года – это максимум, граф не хотел ее терять. Он просто должен, обязан найти способ хотя бы облегчить симптомы, потянуть время насколько это возможно.
– А ты, мой дорогой собрат переселенец, – обратился вампир к Эрике, – пожалей своего дракона. Я не хочу быть втянут в ваши любовные распри, поэтому говорю сразу, еще один такой приступ на работе или любое другое ЧП, где он не смог защитить тебя, просто потому что ты молчишь как партизан, и я выкладываю ему все что знаю. Начиная от того, как зовут твоего деда и заканчивая тем, как ты планировал назвать кошку, которую купишь Зефиру в следующем году. – Дамб задрала подбородок, оскорбленно хмыкнула и буркнула:
– Тоже мне друг. – вампир лишь развел руками, а что он мог сказать в свое оправдание, кроме как то, что это для ее же блага? Да и разве послушает она его?
– Да, да, я тот самый друг, который оказался и не друг, и не враг, а так, муд…– проворчал вампир, не договорив, но и так было ясно, что он хотел сказать. – Вернемся к вашей парочке. Дамб, думаешь герцогу Ибениру было легко принять свои чувства к тебе? А признаться и не отступать? Ты же мужчина, а он тебя и таким принял. Хватит измываться, либо отшей окончательно, либо дай зеленый свет. – Эрика фыркнула, понимая, что Степа-то дело говорит, не каждый мужик готов женщину замуж позвать, а то что герцог все еще неотступно околачивается рядом с ней настоящий подвиг. И замуж ее вроде как звали. Или нет? Она не помнила.
Может и правда сильно любит? Эх, а в книжках любовь совсем не такая, там сразу понятно и ясно, как быть и что делать. А что делать ей? Признаться во всем? Ну, так сразу она не готова, тут надо либо подготовится, настроится, либо сильно разозлится. Злится настроения не было.
– Это только наше с ним дело. – твердо отрезала Дамб, давая понять, что лезть не стоит. Они сами разберутся. – И я уже дал зеленый свет. Вчера. – с ноткой гордости сообщила Эрика, мол, видишь, тут и сама справлюсь.
– Что значит зеленый свет? – робко спросил дракон, привлекая внимание к себе.
– Разрешил ухаживать за собой, ответил на признание и все в этом духе. – махнул рукой Степан. Глянул на недовольную Олю, явно заготовившую целую речь в своей голове. Ей же, бедняжке, поговорить больше не с кем, подружек нет, только он, вампир, один громоотводом работает. – Знаешь, Эрик, даю тебе неделю, чтоб ты поговорил с герцогом начистоту. Твоя жизнь это не шутки. Ты меня понял. – Дамб недовольно кивнула.
Кифен прав, она, в принципе, сильно тянуть не собиралась, но немного страшновато все равно. Вроде и сомнений в любви Керналиона быть не должно, но сомнения были.
– Граф, вы же не забыли про мой заказ? – подал голос Ибенир. У дракона только крепла уверенность в необходимости увезти Дамба к себе в дальнее поместье, поближе к природе.
– Эйрикур, ты что, еще не передал? – осуждающе покосился на Дамб вампир. Больно много она сегодня косячит, заболела чтоль? Или это так то, что она зелья сегодня не принимала подействовало?
– Забыл. – виновато вздохнула Эрика, вынимая из пространственного кармана черную коробочку.
– Вот так всегда, лекарства принять забыл, отдать заказ – тоже забыл! Чем забита твоя голова, а? Страшно представить, какой ты был, пока с тебя проклятие не сняли. – запричитал, как квочка, Кифен, пока передавал товар герцогу в руки. – После работы сразу ко мне! – открыл портал и уже наполовину скрывшись там проворчал, – Как же все достало. – вампир ушел, в кабинете повисла неловкая тишина.
Эрика почесала нос, размышляя о том, что уходить не прощаясь – это немного грубо, но, с другой стороны, она не знала, насколько у Кифена и Керналиона плохие отношения, поэтому не могла судить об этом наверняка.
Ибенир крутил в руках коробочку с флаконом зелья внутри и думал, куда теперь его девать. В свете тот, что Эрик болен, приворотное зелье “Муки любви” стало бесполезным. Дамба опоить нельзя, и самому принять тоже – окончательно потеряет голову от любви и не сможет здраво мыслить.
– Ты был проклят? – наконец, заговорил Келион, не отрывая взгляд от своих рук. Эрик, к удивлению, ответил сразу.
– Не переживайте об этом, граф снял проклятие еще в нашу первую встречу. – успокоил Дамб, герцог передернул плечами. С какой стати кровосос сделал это, если вернулся после той их встречи Эйрикур с раненой ногой? Уж явно не из благих целей.
Глава 24
– Почему он помог, я спрошу позже. – Эрика попыталась сдержать смешок, как будто у Степана в тот раз был другой выбор, она после зелья правды из-за действия проклятья невменяемой стала, вот и пришлось снимать, чтоб допросить. – Лучше расскажи, кто тебя проклял. – Дамб тут же сменила выражение лица, скорбно полуприкрыла глаза и выдала:
– Не знаю, кто именно, но это вы виноваты. – дракон растерялся, недоуменно посмотрел на свою пару и спросил:
– Почему ты так решил? – Дамб глядел в ответ так, словно познал всю бренность бытия.
– Проклятие стояло на объявлении, которое вы подали, понимаете? И мне ветром одно приклеило ко лбу, вот сюда, я и ходил с бумажкой почти две недели, клей-то магический, и оторвать не выходило. Пока ходил так, заразился. Ждал, когда вы уже найдете себе чертового садовника, а когда надоело – пришел устраиваться сам, подумал, авось возьмут, хоть попытаюсь от бумажки на лбу избавится. И, как видите, на работу меня приняли.
Ибенир не мог не поразится привратностям судьбы, как ни глянь, то, что они знакомы с Эриком – чистая случайность.
– Это сильно повлияло на твое здоровье? – Эрика раправила носовой платок, который дал ей Степан, и приуныла, заметив несколько кровавых разводов. Значит, и на лице еще кровь осталась и на руках, а она не заметила.
– Кифен сказал, что проклятье ускорило развитие болезни, так что и срок жизни сократился. – говорить об этом неприятно, но и молчать смысла особого нет. Кифен уже почти все рассказал.
– Когда ты узнал, что болен? – спросил Ибенир, вставая. Дракон дошел до своего стола, поставил приворотное зелье и повернулся к Дамбу.
– Незадолго до того, как познакомился с графом, но я не думал, что все станет настолько серьезно. – признался Эрик, отведя взгляд. Дамб вообще тогда считала, что все обойдется, достаточно хорошо спать и не голодать, но не обошлось.
– Поэтому ты хотел уволится, да? – слуга кивнул. Келион молчал, осмысливая всю полученную информацию. – Это… единственная причина, по которой ты отказывал мне? – Эрик отрицательно мотнул головой, нерешительно посмотрел Келиону в глаза.
– Нет, есть кое-что еще, но я пока не готов вам рассказать. – Керналион слабо улыбнулся, что ж, Эрик по крайней мере честен в своем нежелании говорить, что куда лучше красивой лжи.
Керналион качнулся вперед и медленно, словно давая своей паре возможность убежать, подошел и присел рядом, их разделяло лишь десять сантиметров. Ибенир не хотел расстраивать Эрика, но в то же время понимал, что многие действия Дамба неразумны, человек вечно чего-то боялся и был напуган, выдумывал себе ужасов и отталкиваясь от своих же пессимистичных мыслей, совершал ошибки.
Дракон не был уверен, но склонялся к мысли, что теперь должен будет полностью контролировать жизнь Эйрикура, возможно даже перевезет в свое поместье. Дамб наверняка станет возмущаться.
Келион вздохнул, взял ладонь Эрика, по одному разгибая его пальцы, сжатые в кулак. Дамб молчал, Ибенир погладил его руку, согревая ледяные, такие болезненно тощие пальцы. Дракон внимательно рассматривал ладонь Дамба, ладошки человека так сильно мерзли, что ногти отдавали синевой, кое-где можно было заметить запекшуюся кровь, и пахло от Эрика тоже кровью. Стойко и ярко.
Керналион почувствовал, как больно кольнуло сердце. Дамб такой маленький, беззащитный и недоверчивый, пугливый. Конечно, он не стал бы много о себе рассказывать, а о своих слабостях тем более. Сколько же настрадался этот человек, пока держал все в себе?
Герцог понимал, что не стоит давить, следует дать Эрику время, и тот сам раскроется, потянется к нему, как цветочек к солнцу. Дракон мягко провел пальцами по ладони Дамба, чувствуя, как мелко вздрагивает рука Эйрикура от его прикосновений.
– Это больно? – спросил Келион, голос его надломлено дрогнул. Герцог мучительно долго решался задать этот вопрос, смотря на разводы крови на бледном лице своей пары. Он хотел услышать ответ, но в той же мере боялся. Эрику плохо, больно и страшно, и напоминать об этом лишний раз ни себе ни самому Дамбу не было ни малейшего желания.
Эрика потерла рукой горло, вспоминая, как неприятно все дерет каждый раз, словно выжигает огнем, как болезненно отдается во всем теле каждый вдох и выдох, будто ребра вонзаются в легкие, и кажется, что еще чуть-чуть и она захлебнется. Она молчаливо прикрыла глаза на секунду и промолвила мягкое:
– Да. – у Ибенира болела душа. Эрик тепло улыбался, как будто пытался успокоить и утешить, хотя был единственным, кому здесь нужна помощь и поддержка.
– Ты...обижен, что я не заметил раньше? – Дамб отрицательно качнула головой, с чего бы у дракона в голове такие мысли?
Только одно вызывало огорчение – он так и не спросил её имя, как её звали там, в родном мире. Разве не естественно было бы задать такой вопрос, после того, как он узнал, что она попаданка? Казалось, что Келиона не волновало ее прошлое, та важная часть ее, которой она очень дорожила. Это разочаровало.
– Вы и не могли, я сделал все, чтоб вы не узнали. – Эрика как-то неловко улыбнулась, вздохнула, пытаясь понять, зачем молчала.
– Почему? – дракон плавно перетянул ее руку к себе, положив на грудь, туда, где загнано билось сердце. Дамб смущенно уставилась в пол. Новое чувство, нежно щекочущее внутри пугало. Готова ли она к этим отношениям, имеет ли право?
Келион ведь дракон, ему еще жить и жить, и если он свяжет себя с ней, в конце концов на долгие годы останется одинок.
Эрика дорожила Ибениром и желала ему счастья, но не хватало сил поверить в то, что она и есть его счастье. Разве бывает все так просто?
– Потому что страшно. – Дамб попыталась вызволить свою руку, но дракон не позволил, притянул к себе еще ближе, чутко заглянул в глаза и твердо пообещал:
– Теперь я рядом, не бойся. Даже если мы не найдем способ тебя вылечить, я сделаю все, чтобы эти полтора года будут самыми счастливыми в твоей жизни. Ты мне веришь? – он наклонился вперед, завороженно смотря на неподвижные губы Эрика. Чтобы Дамб и позволил себя поцеловать? Разве что в его, Ибенира снах. Керналион остановился, понимая, что совершил большую глупость, так сильно, почти интимно близко подобравшись к своей паре. Эрик сейчас наверняка, как всегда, отстранится, испуганно убежит, обругав, и начнет опять избегать.
Эрика боязливо застыла, не зная, стоит ли и ей в этот раз сделать шаг навстречу. Осторожно взглянула на герцога темными глазами, встречаясь со своим отраженьем в его карих, робко, почти не шевеля губами, едва слышно выдохнула:
– Верю. – прикрыла дрожащие ресницы, поддаваясь вперед. Керналион, с каким-то невероятно теплым чувством, клокочущим внутри, чуть наклонился, чувствуя дыхание своей пары кожей. Мягко коснулся прохладных губ своими, губы Эрика были солеными и отдавали железом, закрытые глаза подрагивали, а рука, лежащая на груди Келиона, сжалась в кулак.
Ибенир задыхался от нахлынувших эмоций, от трепета и нежности, от того, как таял Эрик, рвано и шумно дыша в их недопоцелуй, нелепое соприкосновение губ, когда они оба испугано и нерешительно замерли, не в силах сделать что-то еще.
Керналион держал глаза открытыми, видел, как доверчиво расслаблено лицо Дамба, как тот мелко дрожит от волнения, щекоча своим теплым дыханием. Спустя несколько секунд Эрик плавно отстранился, краснея, смущенно кончиками пальцев дотронулся губ, метнув быстрый взгляд на герцога, словно спрашивая одними глазами, неужели все это по настоящему, взаправду?
Ибенир, сам того не замечая, облизал свои губы, на языке осел кровавый привкус. Это незначительное действие заставило Дамба зардется до самых ушей, застенчиво уставившись в пол.
Таким был Эрик – снаружи холодным и колючим, но внутри таким теплым и мягким, ласковым, беззащитным. И больше всего в этот миг Келион благодарен Дамбу за то, что тот открыл, доверил дракону эту свою сторону.
– Значит вон они какие, настоящие поцелуи. – пробормотала Эрика. Мерещилось, что губы горели огнем, ах, в кино поцелуи обычно изображали такими страстными, что казалось еще секунда и герои продолжат в горизонтальной плоскости, но ее поцелуй с Керналионом оказался совсем другим. Более настоящим, правильным, чистым.
– Что-то не так? – обеспокоенно спросил Ибенир, не расслышав тихого голоса Эйрикура. Келион сидел как на иголках, переживая, что мог допустить ошибку, Дамб выглядел таким опытным в любовных делах, вдруг ему не понравилось? Вдруг ему противно и теперь он точно бросит его, Ибенира?
– Нет, все хорошо, просто немного непривычно. – дракон вздрогнул от этих слов. Наверняка Эрик имел ввиду, что ему вновинку иметь дело с кем-то столь неотесаным и неопытным.
Эрика старалась сдержать счастливую улыбку. И совсем не страшно это, целоваться.
– Прости, я всему научусь, правда! – взволнованно проговорил Керналион, почти отчаянно вцепившись в руку Дамб. – Может я и неопытный, но все схватываю на лету! – продолжал нести околесицу дракон.
– Вы...про что? – осторожно спросила Эрика.
– Поцелуй. – сказал Керналион и сам засмущался этого слова. – У меня раньше никого не было и я ничего не умею, поэтому, если тебе не понравилось…
– Это мой первый поцелуй. – на грани слышимости промолвила Эрика, прерывая сумбурную и сбивчивую речь герцога.
Керналион смолк, понимая, что Эрик только его – и все поцелуи, все улыбки, объятия и держанья за ручку, все то, что будет у него впервые так же ново и для Дамба, и это новое они разделят вместе.
– Спасибо. – только и мог сказать Келион, потому что для него это было важно. Даже просто думать, что у Эрика в прошлом мог бы быть кто-то, больно и неприятно, словно Дамба пытались отнять, не позволяли забрать себе целиком и полностью, будто есть кто-то еще, с кем дракон вынужден делить свою пару.
Но Ибенир у Эрика первый, и ревнивое драконово сердце восторженно трепетало в груди от переполняющей его нежности и благодарности. Потому как для Келиона это значило очень много.
Да и разве после этих слов можно усомнится в верности Эрика в будущем? Герцогу пришлось так долго стараться, чтобы просто заслужить почти невинный чмок, очевидно, Эрик никому другому не сдастся легко, а если окружить человека любовью и заботой, то тот даже и не подумает об этом никогда.
Каждый их них в тот момент думал о своем, над рабочим столом коротко вспыхнул свет, магпочтой пришло письмо, тихо шлепнулось на столешницу, притянув к себе взгляды. Ибенир неуверенно посмотрел в сторону конверта, стоит ли идти или лучше остаться рядом с Эриком, еще немного подержаться за руки и поговорить, тихо, душевно.
Дамб мягко разжала ладонь, взглядом подталкивая дракона и сказала:
– Идите.
Ибенир вспомнил о том, что мог просто притянуть магией письмо прямо в руки, уже когда сидел за столом и вскрывал золотистую сургучную печать. Письмо из дворца, одно только это глушило всякое желание раскрывать конверт и читать содержимое.
Дракон вздохнул и неохотно вытащил лист с золотым тиснением по краям, развернул и, прочитав, зло скомкал, швырнув в урну.
– Послезавтра меня вызывают во дворец, возможно тебе придется идти со мной. – ответил Керналион на любопытствующий взгляд Эрика.
– Это так плохо? – Дамб в это не видела ничего страшного, герцог и раньше частенько захаживал во дворец, но редко когда при этом на лице его было столько недовольства.
– Мы должны были отправится как раз в тот день утром в командировку. А теперь придется отложить до моего возвращения из дворца. – расстроено пояснил Ибенир, Эрик удивленно хлопнул глазами, потому что совсем забыл про то, что они уезжают так скоро.
А ведь Дамб даже не начала собирать вещи, нужно и одежду приличную купить, когда это делать?