Текст книги "Мира (СИ)"

Автор книги: Тина Солнечная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 19

Неи собирались на наш праздник на удивление без опозданий, поэтому стоять в дверях и приветствовать каждую пришлось всего лишь полчаса, а потом Нестор шепнул, что я могу потеряться на минут пятнадцать, чтобы перевести дух. Но не больше. Потому что сдерживать этих коров имею право только я. Я предупреждению вняла, и ровно через пятнадцать минут была в гостиной, заботливо украшенной моим мужем. Всё-таки он невероятно талантлив, думала я, рассматривая украшенный зал. Повсюду были вазоны с цветами, стены задрапированы тканью. Большой зал был наполнен столами с закусками и ни одного дивана, как я и просила. Устанут стоять – пусть едут домой. Знаю я, чем они на этих диванах любят заниматься. Брр, меня передернуло от воспоминаний. Нет, я не ханжа и люблю секс. С таким количеством мужей вообще невозможно его не любить, но чтоб вот так, при чужих людях и более того, с чужим мужем! Неи медленно циркулировали по комнатам, наслаждаясь вкусными закусками и потрясающими картинами Кира, которые Нес выторговал с боем, потому что мой блондин совершенно не хотел делиться своим творчеством ради этих ней. Но Нестор умудрился договориться с несговорчивым художником. Поэтому портреты беременной меня на разных сроках и детей за этот месяц жизни были всюду. И, насколько я не любила заниматься самолюбованием, оторваться от картин было сложно. Не знаю как, но Киру удавалось вложить в каждую картину частичку собственной души. Они будто были живые. Мой любимый гений. В центре комнаты стоял огромный трёхъярусный торт с фигурками наших крошек. Гостьи подходили к нему и непременно требовали себе розовые кусочки, фыркая на голубые. Ох уж эти заносчивые су… неи. Ничего, подрастёт мой рыжий сынок, и я посмотрю, как за ним неи толпами бегать будут. В ком, а в сыне Эвра сомневаться не приходилось.

– Поздравляю тебя, Мирослава. Теперь твой дом может стать одним из самых влиятельных. С таким количеством дочек, – подплыла ко мне Дана с полным бокалом шампанского. Я начала мысленно считать до десяти, пытаясь оставить голову трезвой и ясной.

– Спасибо, Дана, – изобразила улыбку я, отсалютовав бокалом.

– Неи, рада, что вы тут, – подошла с другой стороны Марцелла. Прямо сбор бывших, грустно подумалось мне, и я осушила бокал. Надо взять ещё, только подумала, а ко мне уже подошёл Вальтер с бокалом. Умница моя. – Спасибо, родной.

– Фу, как ты можешь так нежничать с ними. Они же… Хотя, этот сын Горданы. Ладно, это я могу понять, думаешь, она станет тебе помогать… – озвучила свой набор мыслей Дана. А я лишь уверилась в том, что против меня готовиться, если не заговор, то маленький бунт. Ну что ж…

Тем временем Вальтер не спешил уходить, нежно обняв меня со спины. Я слегка расслабила спину, облокачиваясь на него и благодаря за эту моральную поддержку, поглаживанием руки.

– Как тебе в такой странной семье, нер? – обратилась к нему Марцелла. Вальтер посмотрел на меня выжидательно, а я кивнула, позволяя ему говорить. Ещё вчера мы условились, что будем стараться соблюдать правила этого мира, не особо шокируя наших гостей. Внедрять новое надо постепенно, иначе эти курицы точно сожрут и не подавятся.

– Я рад, что оказался частью этой семьи, нея, – улыбнулся Вальтер, крепче меня обнимая.

– Мне приятно это слышать, – сказала подошедшая Гордана, я отсалютовала и ей.

– Я уверена, она заставила его такое сказать. Не представляю, как нужно воспитывать этого нера, чтобы с него вышел хоть какой-то толк. Помню его как совершенно невоспитанного, – фыркнула Дана.

– А я бы попробовала, жаль уже не смогу, – с ноткой грусти в голосе сказала Марцелла, а я вспомнила моего грустного, седого Тана и холод растёкся по моему телу.

– К счастью, это невозможно, – улыбнулась я.

– Ну почему же… – протянула Дана. – Мы ещё не знаем, кто отец твоих крошек. Может это Вальтер, тогда у тебя будет такая возможность, Марцелла.

– Мирослава забеременела до того, как я подарила ей этого нера, – вмешалась Гордана, а я уловила нотку беспокойства в её голосе. Или мне показалось?

– Нея Гордана права, – кивнула я женщине. – Вальтер, проверь, всё ли хорошо у гостей.

Я решила отправить мужа подальше от этих жадных взглядов. Он понятливо отпустил меня, скрываясь на кухне. Умный нер.

– Мирослава, я все ещё хочу получить ответ на вопрос, кто стал счастливым отцом всех деток, – оскалилась мне ядовитой улыбкой Дана. В толпе мелькнула рыжая шевелюра Эвра, а я мысленно чертыхнулась. Как же не вовремя. Дана тоже его заметила и буквально расцвела. – А вот и ответ. Половина твоих детей рыжая, а значит вот это и есть счастливый нер. Я первая в списке.

– В каком списке? – недобро сощурилась я, уже предполагая, чего она хочет.

– Как это, в каком. Я тоже хочу дочь. Называй цену и он мой на неделю, – сладко пропела она, а я на секунду прикрыла глаза. Мы с Перстаном провели несколько ночей, подробно изучая все законы, и не нашли ни одного, дающего мне повод отказаться от такого предложения. Ни одна нея до этого не испытывала тёплых чувств настолько, чтоб не захотеть делиться мужем. А если и было такое, то мужей было достаточно, чтобы по-тихому заменить одного на другого. ДНК тестов в этом мире не делают, особо проверить возможности нет. Но в моём маленьком гареме только один рыжий муж и два рыжих ребёнка. Да и нелюбимых мужчин у меня нет, которых я могла бы “подложить” вместо него. Был только один выход.

– Пять миллионов ливы, – сказала я, а Марцелла выронила бокал. Он со звоном разбился о плитку на полу, разлетаясь на мелкие кусочки, забрызгивая платья всех стоящих в кругу ней. Но никто не обратил на него внимания, потому что не могли оторвать неверящего взгляда от меня. Я назвала цену, за которую можно купить весь их город. Этих денег нет ни у одной, мы с Перстаном высчитывали приблизительный доход каждой, чтоб не дай боги, не промахнуться.

– Сколько? – еле выговорила Дана, пытаясь прийти в себя.

– Пять миллионов ливы, Дана. И он твой на неделю, – я смотрела ей прямо в глаза и видела, как в них разгорается гнев.

– Ты… Да как ты смеешь! – она буквально выплёвывала каждое слово. – Ты что вообще о себе возомнила? Гордана, скажи ей! Она обязана делиться тем, кто может продлить наши роды!

Я перевела выжидающий взгляд на Гордану. Слово за тобой, нея.

Нея молчала, заставляя меня нервно переступать с ноги на ногу. На лице Даны расплывалась всё шире торжествующая улыбка. Я пыталась считать эмоции Горданы по лицу, но безуспешно. Она покрутила в руке бокал, прикусила губу, размышляя. Потом залпом выпила содержимое.

– Нер собственность неи Мирославы. Она вправе ставить любую цену, которую сочтёт нужной. Конечно, Мира, я должна отметить, что твоя цена завышена в огромное количество раз. Это некрасиво по отношению к другим неям. Все хотят детей, – сказала она, а улыбка Даны меркла с каждым её словом.

– Благодарю, Гордана. Я рада, что ты не стала нарушать законы. Я изучила этот момент, прежде чем назначить подобную цену, – кивнула я женщине. Бокал в руках Даны лопнул, она зло посмотрела на нас и удалилась. Марцелла отправилась за ней.

– Ты наживаешь себе врагов, Мира. Это не лучшая из тактик. Особенно, если ты хочешь попасть в совет, – ровным голосом произнесла нея.

– Я понимаю. Гордана, могу я поговорить с тобой откровенно? – спросила я, позволяя Эвру обнять меня. Мужчина не подходил, пока бывшие моих мужей тёрлись рядом, но сейчас сдерживать себя не стал.

– Не думаю, что здесь и сейчас лучшее место для откровенных разговоров, – покачала головой Гордана.

– Я понимаю, но если ты задержишься после вечеринки… – предложила я. – Почему-то я уверена, что долго она не продлится.

Женщина мне улыбнулась, но не ответила. Подхватила новый бокал у проходящего мимо Нестора и пошла к другим женщинам. Что ж, не отказала, поддержала перед другими неями, можно считать и это успехом.

Глава 20

Банкет действительно продлился не долго. Ко мне подошла Алма, поздравляя с пополнением, напомнила, что для меня есть место в совете. Через два часа обмена приветствиями и диалогов ни о чем, неи попросили привести малышню, чтобы удостовериться в их количестве и наличии. Нестор и Теренс быстро привезли их в двойных колясках. Дети произвели на всех приятное впечатление. Все засюсюкали, откуда-то достали ещё подарки, одарили детей и покинули наш дом.

Когда за последней неей закрылась дверь, я выдохнула с облегчением и мои мужья тоже. Они расслабленно повалились на диваны, пока в нашем доме были посторонние, они не имели права свободно садится в присутствии ней. Очередной дурной закон. Марон усадил меня себе на колени, я откинулась на его грудь, а ноги закинула на Вальтера, который принялся разминать мои ступни.

Нестор с Теренсом застряли с детьми, те не хотели засыпать. Эвр подошёл со спины и, наклонившись через Марона, впился в мои губы поцелуем.

– Я так и знала, – услышала я голос Горданы.

Эвр не стал прерывать поцелуй и только когда он разорвал его, я смогла перевести взгляд на нею.

– Я рада, что ты осталась, – улыбнулась я женщине, жестом приглашая присесть рядом.

– А я рада, что не ошиблась в тебе, Мира, – сказала она, а я посмотрела на неё вопросительно. – Мой сын продолжает выглядеть счастливым даже тогда, когда рядом нет посторонних. Этого достаточно для матери.

Гордана опустилась на диван. На этот раз мои мужья не стали вскакивать, видимо ощущая, что это ни к чему. Вальтер расслабился ещё сильнее.

– Мама, спасибо, – тихо произнес он.

– А я тебе сразу сказала, что делаю это исключительно в твоих интересах, – отмахнулась Гордана, а я впервые увидела ту безграничную любовь, что может быть только в глазах нормальной женщины. Как ей удаётся это скрывать, а главное зачем?

– Родная, наши демонята уснули, – выдал входящий в комнату Нестор. С его ракурса не было видно, сидит ли кто-то на диване. Гордана улыбнулась шире. – Я уже и сам с ног валюсь, но не против выпить чаю перед сном. Кто со мной?

– Я не откажусь, – подала голос гостья, Нестор запнулся, еле удерживая равновесие.

– Нея… Я не знал, что вы тут. Прошу прощения, – осёкся Нес. Гордана лишь махнула на него рукой.

– Я уже поняла, какой беспорядок тут твориться. Прекрати делать вид, что ходишь на цыпочках перед женой, – хмыкнула нея, а Нестор перевёл взгляд на меня. Я ему кивнула, и он будто камень с души скинул, расслабил плечи и пошёл на кухню.

– Вам с вареньем, мёдом, конфетами, сахаром? Травяной, из майры, чёрный, зелёный, фруктовый? – начал свой стандартный допрос всех новеньких в нашем доме Нес. Мужья начали давить улыбки в кулак. В своё время каждому из них пришлось пройти через это жёсткое анкетирование. А главное, Несу удавалось каким-то абсолютно фантастическим образом запомнить предпочтение каждого и никогда не ошибаться. На этот раз удивлённо на меня смотрела уже Гордана, а я лишь пожала плечами.

– Он очень гостеприимный, ничего не поделать, – ответила я на её невысказанный вопрос.

– Однако знаешь, такая забота от такого количества неров это непривычно. Обычно я жду того времени, когда останусь наедине с собой, без всех этих “а можно, а как, а когда”. Очень утомляет. Как ты с этим справляешься? – искренне недоумевала женщина.

– Самым радикальным образом.

– Сразу запретила всё? – понимающе кивнула Гордана. – Многие так поступают, но мне кажется это не совсем правильным.

– Сразу позволила всё, – улыбнулась я.

– Совсем всё? – изумилась она.

– Абсолютно всё. – Видели бы вы, это растерянное лицо...

– Но так же можно разориться! – возмутилась она, вгоняя уже меня в ступор.

– Каким таким образом? – До этого мужчины говорили мне об обратном. Что неи тратят много денег, разоряя семьи и бизнесы мужей.

– Когда позволяешь неру держать деньги на своём браслете, он всегда их тратит. В итоге, на семью не остаётся ничего. Неры совершенно не способны вести бюджет семьи. Каждый думает только о своём деле. А те, кто остался и вовсе без дела, спускают деньги на всё подряд. Такое чувство, что у них смысл жизни – разорить семью, – вздохнула Гордана, а я не могла поверить её словам. Вот ей верила, а тому, что она говорит, не могла. Потому что каждый из моих мужчин имел доступ к деньгам. У них были браслеты с допуском, без ограничений. И наша семейная казна каждый месяц увеличивалась. За этим неустанно следил Перстан. Но я не помню такого, чтоб Кир не мог заказать себе очередной набор супер дорогой краски из каких-то редких ягод или Эвр не имел возможности расширить свой бизнес. Каждый из мужчин продолжал активно развивать своё дело, вкладывать в него средства, но это никак не отразилось на нашем благосостоянии в плохом смысле. А те подарки, что они мне регулярно делали…

– Я не знаю, что именно пошло не так в твоей семье, но мои мужчины не разоряют, а наоборот пополняют наш бюджет, – развела я руками. Да, я понимала, что это тема не одного вечера. Это придётся объяснять долго и планомерно. Хотя… Была у меня ещё одна мысль. – Скажи, а какая атмосфера царит в твоей семье?

– Что ты имеешь в виду? – спросила нея, принимая тарелку с тостами у Неса.

– Может твои мужчины просто мстят тебе таким образом? – мне подали похожую тарелку. Нея задумалась, водя пальцами по краю хлеба, а потом подняла на меня глаза, полные слёз.

– Как тебе удалось, Мира? Я смотрю на своего сына, на остальных неров. Они не ругаются, атмосфера в твоём доме такая, что уходить не хочется. А ведь у тебя всё то же самое, что и у остальных. Ты не привезла этих мужей с собой из своего мира. А характер Вальтера! О, я всё знаю об этом несносном мальчишке! Но он довольный мнёт твои стопы, а его глаза светятся радостью. Мира, я видела только одного нера, чьи глаза также лучились. И ради этого света я пожертвовала всеми остальными! А у тебя они все такие. Я не понимаю. Я хочу понять, но не могу, – слёзы из её глаз текли не останавливаясь. Я пересела к этой несчастной женщине, крепко её обнимая. Гладила по волосам и нашёптывала всякие успокаивающие слова. Она просто хотела быть счастливой. Родись она в моём мире, ей бы это удалось, но не здесь.

Вальтер обнимал мать с другой стороны, остальные мужчины сделали вид, что их нет. Но не уходили. Я сама попросила их остаться. Если нея Гордана хочет изменений, то она должна понять и принять факт равенства в нашей семье.

Когда женщине удалось немного успокоиться, я дала ей в руки горячую чашку чая. Она сделала несколько осторожных глотков и посмотрела на меня своими заплаканными, слегка опухшими глазами.

– Ты любишь кого-то из них? – спросила я. – Я понимаю, что точно не всех, но кого-то кроме отца Вальтера?

Женщина отставила чашку, сжала кулаки, собираясь с силами.

– Да, я люблю ещё двоих своих мужей. Остальные их ненавидят… – прошептала она.

– Если ты хочешь стать счастливой, тебе придётся полюбить их всех или отпустить. Я сниму с них метки отверженных, и они станут свободными, если ты решишься. Но быть счастливой среди нелюбимых мужчин ты не сможешь, – категорично заявила я. – Они живут в твоём доме, как рабы. Не удивлюсь, если именно они и создают дыры в твоём бюджете. Никто не хочет быть рабом. Ты можешь любить всех своих мужей, или не любить никого. Но если ты любишь только нескольких, ты делаешь остальных слугами, рабами, лишними в своем сердце. Ты делаешь их несчастными. В таких условиях ни одно счастье не выживет.

– Я не знаю, как справиться без них, – растерялась женщина. – Они же столько всего делают, и по дому и для семьи…

– Если ты хочешь, мы найдём выход, – подмигнула я ей. – Поверь, жить в любви гораздо приятнее. Не могу сказать, что в моей семье не возникает конфликтов… Но они никак не влияют на общее счастье. И есть ещё кое-что, о чем я хочу поговорить. Точнее кое-кто… Вальтер рассказал мне историю вашей семьи и его отца.

Нея подняла на меня глаза полные боли. Эта рана даже не думала заживать в её сердце.

– Ты ведь понимаешь, я могу дать ему возможность стать твоим мужем ещё раз. Но уже навсегда, – сказала я, внимательно следя за реакцией женщины.

– Мира, – прошептала она. – Мира!

Нея обняла меня и снова расплакалась. Ну что ж… Это первый шаг.

Дальше был долгий и очень трудный разговор. Сначала я одна рассказывала, как мне удаётся быть счастливой в такой толпе мужчин, потом я пыталась объяснить, как им удаётся оставаться счастливыми со мной одной. В доказательство моей версии вступали мужчины, то и дело разъясняя какие-то нюансы нашей жизни.

– И спите все вместе? – ужаснулась нея.

– Конечно! Все, кроме Теренса спят в общей спальне, если сами не хотят обратного. Бывает, что Кир долго работает и не хочет никого будить или ещё что-то случается. Но, в основном, они всегда спят вместе со мной, – развела я руками, а неры согласно закивали. Вальтер подарил мне поцелуй.

– Мама, это прекрасно, когда тебе не надо спрашивать разрешения на каждый шаг. Когда тебя изначально считают равным себе, а не… Ну ты понимаешь, – сказал Терри. – Рядом с Мирой я чувствую себя живым, полноценным, счастливым. Я люблю её и наших детей…

– Ваших детей? – удивилась нея, переводя взгляд на мой живот.

– Нет, нет, я не беременна, – поспешила заверить её я.

– Конечно наших, мама. Потому что все дети Миры и мои тоже. Так думаю не только я, так считает каждый из неров этого дома. И именно этого так не хватало твоему дому… – тихо закончил Вальтер, а я сжала его ладонь в ободряющем жесте.

– Но… Как ты заставила их всех принять детей другого нера? Ладно, если бы их волосы так не бросались в глаза, ты могла бы сказать, что не знаешь, кто отец… – предложила свою версию развития событий нея, а я чётко увидела их модель отношений. Заставить, не получается – обмануть, а потом заставить. Н-да, работы – непочатый край.

– В нашей семье не принято заставлять и обманывать. Каждый член моей семьи волен сам решать, как ему жить, во что верить и кого любить. Если ты хочешь, чтобы тебя любили, безусловно. Ты должна позволить полюбить себя просто так, не за доступ к браслету, не за статус фаворита, не за бонусы и поощрения. Возможно, для тебя это будет сложно, но это лучший из вариантов. Посмотри на моих мужчин, они никогда ничего не требуют и не пытаются получить через меня, потому что всё, что им надо, они могут достигнуть и так. А всё, что требуется от меня – это любить их и получать их любовь в ответ, – улыбнулась я Перстану, у которого на голове уже практически не осталось седины. Любовь творит чудеса.

– Это выглядит неправдоподобно. Мне надо подумать… Всё взвесить. Прости, Мира, что не готова пойти на это не обдумав и не взвесив всего до конца, – сказала Гордана и засобиралась домой. Никто не стал её задерживать. Шаги к счастью простыми не бывают.

Прошла неделя, мы уже успели забыть о вечеринке и жить дальше, поглощённые собственным бытом. Мужья занимались своими делами, я, Нестор и Теренс сидели с детьми. Малышня с каждым днём становилась всё любопытнее и забавнее. И время проводить с ними становилось всё интереснее. А наблюдать, как четыре карапуза взаимодействуют друг с другом, неповторимое удовольствие.

Вот и сейчас мы сидели и агукали вместе с детьми, пытаясь привлечь их внимание и включиться в игру.

– Милая, пришёл нер, он принёс послание из дома совета и отказывается отдавать мне. Говорит, лично в руки, – сказал Перстан, заходя в комнату.

– Интересно, чего они хотят? – удивилась я, поднимаясь с кровати.

– Может, наконец, собираются принять тебя в совет? Помниться, тебе это давно обещают, – пожал плечами Нестор, а я ударила себя по лбу.

– Точно! Я же ещё когда обещала Гордане, что сама приду к ним по этому поводу и всё время откладывала. Некрасиво получается, – насупила я брови.

– Думаю, она тебя простит, – улыбнулся Тан. – Пойдём, заберёшь письмо и вернёшься к детям.

Я спустилась вместе с супругом к входной двери. Там действительно ожидал нер, завидев меня, он замялся на входе, не решаясь войти. Я кивнула, позволяя переступить порог и самому сократить расстояние между нами.

– Нея, вам личное послание из главного дома, вот, – сказал мужчина, вложил послание мне в руки и был таков.

– Как быстро он ушёл, – удивилась я, смотря вслед уходящему.

– Вероятно, наш дом не последняя его цель на сегодня, – пожал мой муж плечами. Я решила, что Тан прав и распечатала письмо.

– Это приглашение. Меня официально вызывают в главный дом для рассмотрения дела по моему поводу. Но подробностей не указывали, – повертела я письмо с вензелями.

– Они никогда не указывают подробностей, – фыркнул Тан. – Я пойду с тобой, хорошо?

– Конечно, – улыбнулась я, прижимаясь к его плечу. – Не представляю, как справлюсь без тебя.

– А я представляю, – поцеловал меня в макушку мужчина. – Но всё равно хотел бы быть рядом.

– Значит, меня не возьмёшь? – скрестил руки на груди, неизвестно откуда взявшийся, Марон.

– Прости, – весело развела руками я. – Кто раньше встал, того и тапки.

Марон непонимающе уставился на меня, а я рассмеялась и убежала в комнату к детям. Не хватало мне только ревности по таким мелочам.

– Мира, взрослые люди так не поступают! – донеслось мне вслед. Ну да, не поступают. И что теперь? Настроение было прекрасным. А раз уж мне предстоит вступить в совет, времени на семью будет меньше. Стоит воспользоваться тем, что есть сейчас, сполна.