Текст книги "Солянка-2 (СИ)"

Автор книги: Тимур Сытников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

До обеда все было тихо, без происшествий. В обед я передал записку Сорок Седьмому через разносчика еды, а после обеда заявились техники, которые забрали у меня таблетки. После этого вновь наступило затишье. Оно протянулось до момента доставки ужина. В контейнере я обнаружил еще одну записку, с коротким сообщением. «Завтра. Перед обедом.» Я несколько раз перечитал, после чего отнес записку в туалет и смыл в унитаз. Рабочий день закончился и я отправился спать. Уснуть сразу не удалось, я долго ворочался в кровати, в голове царила неуверенность в завтрашнем успехе. Но постепенно пришла усталость от постоянного напряжения, за ней апатия и я уснул.

Утро началось с обычного сигнала. Я спокойно обошел лабораторию, принял антидот. Принесли завтрак, но в этот раз, записки внутри не было. Усевшись за учебники, я попытался погрузиться в чтение. Но не вышло, мой взгляд постоянно возвращался к часам на стене. Обед приближался, но никаких событий не происходило. Отбросив учебник, я поднялся и вышел из лаборатории в коридор. Там никого не было. Шум от работающих цехов долетал до меня, но нечего более того. Дойдя до конца коридора, я подергал дверь, которая вела на лестницу. Она была закрыта. Я вернулся к своей лаборатории, хотел войти внутрь, но остановился. Меня заинтересовали две другие двери.

Они были такие же массивные, как и дверь, которая вела в мою лабораторию. Единственным отличием, которое я заметил только сейчас, было количество терминалов под магнитные карты, которые открывали эти двери. На второй двери таких терминалов было два, а на третей три. Рядом с моей лабораторией, был всего один терминал. Я вспомнил магнитную карту, которая была у Гренуа. Выходило так, что в свою лабораторию он мог входить свободно, а вот в две другие, только в присутствии еще кого-то, у кого были необходимые карты.

Было очень интересно, что же там может быть. Но карт у меня не было, а потому это грозило тем, что содержимое лабораторий, так и останется загадкой. Я повернулся к своей лаборатории, собираясь войти, как прямо где-то над моею головой раздался взрыв. С потолка летели куски штукатурки, коридор окутало пылью. Кроме того, на пару секунд пропало освещение, но затем включилась аварийное. Я отряхнулся и протер глаза, которые залепило пылью. По комплексу заревела сирена, а следом уже в лаборатории заработал сигнал вызова.

Я быстро заскочил внутрь и принялся ожидать прибытие охранников с пострадавшими. То, что они будут, я уже не сомневался. Ждать пришлось долго, минут двадцать и все это время сирена не затихала. Пыль постепенно осела и теперь было видно, что весь потолок покрыт трещинами. Слышался сильный гул, словно сверху полыхал пожар. Дверь в конце коридора распахнулась и в проеме появилась пара охранников, которые на руках тащили третьего охранника. Они были в полных комплектах брони, автоматы были закинуты за плечи. Голова раненого безвольно свисала к груди, а ноги волочились по полу.

Бросившись в операционную, я принялся готовить стол к операции. Раненого затащили в операционную и положили на стол. Осмотреть его раны мешал бронежилет, который был пробит в нескольких местах. Я принялся расстегивать лямки, один из охранников хотел мне помочь, но я жестом погнал их из операционной. Дело было не в каких-то медицинских соображениях, да и стягивать с раненого бронежилет было тяжело. Просто мое внимание привлек автоматический пистолет, который крепился у охранника на бедре. Охранники видимо забыли про него и не забрали сразу. И теперь мне не хотелось, чтобы про него вспомнили.

Дождавшись момента, когда охранники выйдут, я быстро протянул руку и извлек пистолет из кабуры. Следом я достал и две обоймы к нему из подсумка на ремне. А затем спрятал их в небольшой нише под операционным столом. После чего продолжил возиться с бронежилетом. Стянув его, я осмотрел раны охранника. У него было около десятка весьма крупных ран, причем глубоких и рваных. Я включил рентген и увидел довольно крупные осколки, которые повредили внутренние органы охранника. С моим уровнем навыков, раненый был явно не жилец, поэтому мне только и оставалось, что погрузить его в анабиоз, если конечно он не помрет раньше.

Я склонился к раненому, собираясь подключить трубку, как дверь в операционную открылась. Повернувшись, я увидел Гренуа, который с недовольным видом шагал по операционной. Вид у него был недовольный и явно раздраженный. Одет он был в гражданскую одежду, что меня удивило еще больше, чем его такое скорое появление. Он не отреагировал на мое приветствие, все его внимание занял раненый. Оглядев ранения, он раздраженно взмахнул рукой.

– Не тратьте на него времени, Пятий. Как и ресурсов. Он уже не жилец, тут можно использовать только пулю в лоб, чтоби он не мучался.

Я кивнул головой в ответ и убрал трубку. Гренуа направился к анабиозным камерам, видимо намереваясь изучить скопившихся там пациентов. Но дойти он не успел, как дверь вновь распахнулась и в дверях появился Клещ. Он был в полном комплекте брони, со шлемом на голове и автоматом в руках. Его взгляд уперся в Гренуа, который развернулся, заслышав звук открывшейся двери. За спиной Клеща маячило еще двое охранников, которые охраняли входную дверь в лабораторию.

– Что происходит, Клещ? Я бил занят весьма важними делами, когда прилетело ваше сообщение о том, что комплекс подвергся нападению. Я прочел ваш отчет, но ничего не понял. С чего ви решили, что препарат, которий ми даем пациентам перестал работать? Мне пришлось бросить все и немедленно лететь сюда.

– В комплексе произошел ряд диверсии. Все выглядит, как несчастные случаи, но тем не менее, я уверен, это были целенаправленные диверсии. Я говорил с техниками, они утверждают, что все случаи не могли произойти без вмешательства человека. Например, взрыв котла высокого давления. Кто-то вывел из строя датчик, который показывал уровень давления. В итоге оператор получал неверные данные и загнал котел в критическое состояние. Это только один из случаев.

– А почему ви думаете, что датчик бил исправним? Ви проверили его?

– Техники накануне производили плановую замену. Датчик был новым и проверенным.

– Плохой монтаж, бить может. А что случилось сегодня? Почему отсутствует основное освещение? Как я понял, в генераторной тоже что-то произошло?

– Да. Операторы заметили, как двое пациентов производят манипуляции в системе подачи топлива на генераторы. Туда выдвинулась тревожная группа, но в момент их прибытия, произошел взрыв. Мы пытаемся найти виновников, но они где-то прячутся. Это ненадолго.

– Нужно немедленно их найти. Взять их нужно живими, если они вишли из-под воздействия препаратов, то ми должни вияснить, как они это сделали и что этому послужило.

– Предлагаю ввести в комплексе режим повышенной тревоги. Загнать в камеры всех пациентов. Ваш ассистент подготовил запас снотворного, мы готовы сбросить его в систему водоснабжения, все пациенты, которые не вернуться в камеру, уснут и не смогут нам мешать. Я хотел сделать это сразу, но Футц заблокировал мое решение. Он все время твердит о своем плане выработки и не хочет понимать, что весь комплекс под опасностью.

– Думаю, нет смисла закривать комплекс из-за двух взбесившихся пациентов. Оцепите этаж и два прилегающих к нему, прочешите их. Подключите операторов на видеонаблюдении. Они не смогут прятаться долго.

Клещ поморщился, но спорить не стал. Он развернулся и направился к выходу, но едва он прошел пару шагов, как рация, которая висела на его груди ожила. Голос из рации вызывал Клеща, при этом было слышно, что он крайне перепуганный. На заднем фоне слышались выстрелы и крики. Клещ схватил рацию, но ответить не успел, поскольку раздался новый вызов, на этот раз голос был другой, более спокойный, но на заднем фоне так же слышалась стрельба. Теперь два голоса вызывали Клеща, накладываясь друг на друга и перебивая.

– Клещ, ответь…нападение на опорный пункт…Клещ…совершенно нападение…

Клещ развернулся к Гренуа.

– На посты идет нападение, я требую немедленно объявить общую тревогу.

Теперь уже испуганным выглядел Гренуа. Понимание того, что таблетки перестали работать не только у пары пациентов, пришло к нему. Нервно оглянувшись, он закивал головой, после чего заговорил срывающимся голосом. Меня это немало удивило, поскольку я не ожидал, что он может так испугаться.

– Объявляйте тревогу, Клещ! Блокировать все этажи! Всю охрану максимально в комплекс! И да, подайте снотворное, что угодно. Бунт нужно погасить!

Клещ кивнул, после чего схватившись за рацию, принялся вызывать кого-то. Последовал ряд приказов, сигнал сирены сменился, к нему добавились световые сигналы на стенах. По инструкции у меня был ряд обязанностей при объявлении общей тревоги, но я не спешил их выполнять. Вместо этого, я осторожно опустил руку и нащупал пистолет. На мгновение мне показалось что время замедлилось. Гренуа, который смотрел на Клеща, вдруг покосился на меня и я увидел на его лице сперва удивление, а потом понимание того, что я не нахожусь под контролем болванчика.

Впрочем, понять это было не сложно, ведь болванчик бросился бы исполнять свои обязанности, едва только заслышал бы сигнал. Я же стоял, а потом и вовсе поднял руку с пистолетом, направляя его в сторону Клеща. Тот не замечал меня, что-то еще говоря в рацию, Гренуа вскрикнул, желая его предупредить, но не успел. Я нажал на спусковой курок, раздался выстрел.

Глава 20

Расстояние между мной и Клещем было небольшое, но я умудрился промахнуться. Пуля, вместо того, чтобы попасть в переносицу Клеща, угодила выше, точно в шлем. Шлем оказался на удивление прочным и выдержал прямое попадание пули. Но вот шея Клеща оказалась не такой прочной. От удара голова Клеща резко отклонилась назад и я услышал, как хрустнули шейные позвонки.

Клещ рухнул на пол, жутко хрипя. Гренуа сначала хотел бежать, дернулся в сторону дверей, но потом отскочил в сторону и спрятался за массивным аппаратом, стоявшим в стороне. Поступил он так, поскольку из приемной уже бежали охранники, которые услышали шум выстрела. Я прицелился в сторону дверей и едва она начала открываться, начал стрелять. Первый охранник, который появился на пороге, сразу получил пулю в лоб, после чего рухнул на пол.

Второй охранник успел вскинуть автомат и выпустить короткую очередь в мою сторону. Целился он в мою грудь, но промахнулся и очередь ушла целиком в охранника, который лежал на операционном столе передо мною. Я продолжал стрелять, первые три пули пришлись в бронежилет охранника. Пробить его они не смогли, но заставили непроизвольно дергаться и орать от боли. От этого, его вторая очередь ушла в потолок. Четвертая пуля пришлась в горло охранника, после чего он бросил автомат и рухнул на пол. Он пытался зажать одной рукой рану, а второй достать бинт.

Я не позволил ему этого, добив пятой пулей, которая угодила точно в висок. Я достал новую обойму и быстро перезарядил пистолет. Гренуа воспользовался моментом и бросился к двери. Мне не хотелось в него стрелять, в данный момент он мне больше нужен был живым, а потому я бросился за ним следом. Гренуа уже успел выбежать в приемную, но тут же подскользнулся на луже крови и рухнул на пол. Я подскочил к нему, а потом наотмашь ударил рукояткой пистолета по его виску.

Гренуа странно булькнул и растянулся в луже крови без сознания. Не теряя времени, я вернулся в операционную и принялся стягивать с Клеща его амуницию. Тяжелая обувь, наколенники, разгрузка, бронежилет и шлем. Все пришлось как раз, благо мы с Клещем были одной комплекции. Он еще хрипел, поэтому я выстрелил ему в голову, чтобы быть уверенным в его смерти. Затем я подобрал автомат охранника, собрал все патроны и распихал их по разгрузке и карманам. Рация Клеща разрывалась, в эфире царил сплошной бардак. Я повесил ее на грудь, зацепив за разгрузку. Полезно быть в курсе того, о чем болтает противник.

Теперь я был готов к тому, чтобы пробиваться на поверхность. Направившись к Гренуа, который все так же лежал без сознания, я уже подошел к порогу, остановился и вернулся к Клещу. Обыскав его карманы, я нашел магнитную карту, которую тут же убрал в карман. Если карта Гренуа открывала все двери в комплексе, то и карта Клеща вполне могла работать так же. Тут я заметил, что общий фон звуков сирены и мигания тревожных огней изменился. Разница была небольшой, чуть другой звук сирены, более быстрые световые сигналы. Решив, что мне показалось, я выбросил это из головы.

Подойдя к Гренуа, я склонился над ним и прежде чем его приводить в чувства, быстро обыскал его. Карта нашлась в нагрудном кармане пиджака, там же обнаружился небольшой бумажник. Я спрятал его в карман, после чего принялся хлопать Гренуа по щекам.

– Эй, очухивайся! Не прищуривай глаза, вижу, что ты очнулся, благо, медицинские познания у меня есть.

Гренуа открыл глаза и оглянулся по сторонам. В его взгляде явно жила надежда увидеть кого-то из живых союзников, но она быстро угасла. Он осторожно приподнялся и пощупал свою голову, после чего повернулся ко мне. Тем не менее, вид у него не был растерянным, он явно продумывал варианты, как ему выбраться из этой ситуации. Через пару секунд он видно что-то решил и заговорил со мною.

– Ти смог вийти из под действия таблеток. Этого я не мог ожидать. Ведь ти же ньюфаг, тебя нет в базах. Я мог ожидать, что Сорок Седьмой вийдет из под контроля, но не ти. Но не понимаю, в чем моя ошибка. Таблетки работают на сто процентов с новичками. Как?

– Это не важно. Важно другое. Что это за место? Только говори правду, не начинай нести чушь про наркоманов, я уже давно понял, что это полная ложь. Так?

Гренуа осторожно кивнул головой, соглашаясь со мною.

– Все верно, Пятий, все верно. Это не центр реабилитации для новичков. Но что это за место, тебе лучше не знать. Поверь, так будет лучше для тебя. Давай поступим так, я виведу тебя отсюда, после чего ти просто уйдешь.

– Предлагаешь мне бросить остальных? Зачем мне это? Мы и так отсюда выйдем.

– Это вряд-ли. Футц на поверхности, он запустил протокол консервации комплекса. Виход закроется, после чего весь комплекс будет затоплен. Воду потом откачают и вновь запустят цеха. Такая возможность предусмотрена, просто это хлопотно. Футц уже запустил этот процесс, поскольку не я, не Клещ не виходим на связь. Клещу просто било не вигодно доводить ситуацию до этого, ведь это бил би его провал. Соглашайся. Ти не просто уйдешь отсюда, ти улетишь. В космос. Я дам тебе космический корабль, шаттл, а так же навики по управлению.

– Шаттлом? А где он? Как мы до него доберемся? Ты можешь выйти на связь с Футцем и отменить консервацию?

– Да, шаттлом. Рядом с заводом, спрятан. Находиться там на случай экстренной эвакуации. Есть проход, но там сможет пройти только небольшая группа. Два-три человека, не более и только один раз. Если запущен процесс консервации, то пройти можно только один раз. А Футц не отменит своего решения, если только я не явлюсь туда лично и один. Соглашайся на мое предложение, ти улетишь, я остановлю затопление. Все будут в плюсе, ти будешь в космосе, начнешь новую жизнь, а пациенти останутся живи.

– Что будет дальше с пациентами?

– Разве это так важно? В данний момент они обречени утонуть, если ми не вийдем отсюда.

Я задумался над словами Гренуа. Не доверять ему в том, что комплекс будет затоплен, смысла не было. Я уже видел отношение к пациентам, жалеть тут никого не будут, разве кроме, что Футц может пожалеть Гренуа.

– Футц так легко согласиться на то, чтобы и ты утонул, если будет знать, что ты жив?

– Ему плевать на меня. Даже будет лучше, если я умру. Слушай, поверь, тебе лучше не питаться понять, что это за место. Слишком уж серьезние сили в это замешани. Уходи и живи своей жизнью, забудь про это место. Ти ничего не знаешь, а потому никому не нужен. А вот знания приведут тебя к беде. Могу лишь сказать, что я и Футц, ми поставлени сюда, чтоби контролировать друг друга. Когда создавалось это место, били разние мнения, как развивать его. Убив меня, Футц, укрепит свои позиции, как и тех, кто за ним стоит. Поэтому, не рассчитивай, что сможешь использовать меня как заложника. Не тяни время, нужно решать бистрее. Виход на нижних уровнях, скоро их затопит.

Я кивнул головой, соглашаясь с Гренуа и указал ему дулом автомата на двери. Гренуа вышел в коридор первым, дождался, пока выйду я, а потом захлопнул дверь в лабораторию. Видя мой вопросительный взгляд, он кратко пояснил.

– Лаборатория герметична, ее не затопит. А я планирую в нее вернуться.

Мы направились к лестнице. Оттуда, иногда доносились звуки выстрелов, которые смешивались со звуками перепиливаемых решеток. Я приложил карту и дверь на лестницу открылась. Гренуа хотел двинуться вниз, но я остановил его.

– Идем наверх!

Гренуа передернуло, он нервно взмахнул рукой, указывая на нижние пролеты лестницы.

– Пятий, я не шучу! Комплекс уже начало затапливать. Нам нужно уходить!

– Мы идем наверх.

Я указал Гренуа наверх лестницы, откуда доносились визг пилы, которой резали решетку и периодические выстрелы. Гренуа попятился и выставил перед собой руки.

– Зачем нам туда? Я же говорил, виход находится внизу.

– Мы пойдем к выходу, только когда я закончу тут все свои дела.

Гренуа помялся, но деваться ему было некуда, а потому он послушно пошел наверх, осторожно высматривая тех, кто мог быть на лестнице. Я зашагал следом, так же осторожно осматриваясь. Восставшие пациенты не знали меня, да и моя броня снята с охранника, как компания Гренуа, могла вызвать не то, что вопросы, но и вовсе нападение. Я хотел найти Сорок Седьмого и передать ему одну из магнитных карт. Это позволит продвигаться восставшим быстрее, не тратя время на выпиливание решеток.

Гренуа, шедший впереди, остановился и попятился назад. Я не стал его останавливать, позволяя отступить, а сам продвинулся вперед. Теперь я видел, что испугало Гренуа. На лестничной площадке лежал охранник, голова его была проломлена ударом чего-то тяжелого, типа трубы. Амуниция с него была снята, оружия так же не было. Судя по позе, удар его настиг в тот момент, когда он пытался убежать, но его задержала дверь. Оператор либо не успел ее открыть, либо не пожелал этого делать. Сейчас дверь стояла открытая, замок на ней был перепилен.

Я продолжил подниматься, стараясь держаться так, чтобы постоянно быть спиною к стенке. Это позволяло одновременно видеть лестницу впереди и Гренуа, который постепенно стал отставать от меня. Я повернулся к нему и с многозначительным видом навел на него автомат.

– Гренуа, не вздумай выкинуть какой либо фокус. Убивать не стану, прострелю колени, после чего быстро их залечу и так, пока все мысли о побеге не исчезнут. Понятно?

Гренуа промолчал, но часто закивал головой, соглашаясь со мною. Я продолжил подниматься. Шум от резаков становился все сильнее. Мы поднялись на три пролета и тут я увидел пациентов. Их было трое, в руках у них были металлические трубы. Заметив меня, они дернулись в мою сторону, собираясь атаковать. Я поднял руку и закричал.

– Стоп, стоп! Свои!

Пациенты остановились, смотря на меня с недоверием. Я закинул автомат за плечо, показывая им, что я не представляю им угрозу. Пациенты же не опускали труб, держа их перед собой. Мне стало даже немного смешно, поскольку желай я их убить, то проблем особых не возникло. Взгляд одного пациента соскользнул с меня и перешел на Гренуа. Лицо пациента исказилось в злобной гримасе и он шагнул вперед. Пришлось вновь поднимать руку и кричать.

– Спокойно, отставить эмоции. Он слишком ценен и может вывести нас отсюда.

Пациент замер и вновь перевел взгляд на меня.

– Ты кто такой?

Я ткнул пальцем в халат, который был на мне надет.

– Я Пятый, лаборант, который изготовил антидот. Где Сорок Седьмой?

Пациент по-прежнему смотрел на меня с недоверием, но выражение лица его смягчилось.

– Он наверху, там, где пилят двери.

– А что за выстрелы?

– Охрана пытается мешать, но мы захватили склады с оружием и боеприпасами, так что можем стрелять по ним в ответ.

– А почему у вас нет? Будь на моем месте охрана, вас бы тут легко положили.

– Да мы зачистили этажи, охраны не осталось.

– Может быть обходной путь и вас смогут окружить. Пусть Сорок Седьмой даст оружие и вам. Вот, передай ему карту. Она сможет открыть все двери в комплексе.

Я протянул пациенту карту Клеща, тот с опаской и недоумением взял ее. Я повернулся, чтобы уйти. Вслед мне донесся удивленный голос пациента.

– А ты куда? Разве не хочешь выбраться отсюда? Охрана явно не хочет нас выпускать, так что возможно придется пробиваться с боями. В одиночку будет трудно.

– Комплекс хотят затопить. Я хочу остановить это, для этого мне нужно спуститься вниз. Передай Сорок Седьмому, пусть продолжают пробиваться.

Я кивком указал Гренуа, чтобы тот начинал спускаться. Сообщать пациенту то, что я планирую покинуть комплекс другим путем, я не собирался.

– Погоди!

Обернувшись, я увидел, как пациент указывает на Гренуа.

– Он может помочь нам выбраться отсюда. Он же один из местных вожаков. Используем его как заложника. Ценного заложника.

Я отрицательно покачал головой и указал на нижние этажи комплекса.

– Не получится. Комплекс будет затоплен вместе с ним, если кто-то узнает, что он у нас в плену. А вот предотвратить затопление, он вполне способен помочь.

Пациент явно не поверил мне, но ничего не сказал, промолчали и другие. Все таки автомат в моих руках давал мне преимущество в любых спорах. Мы с Гренуа начали спуск, через пару этажей, когда нас уже не могли услышать, он цокнул языком и с легкой усмешкой обратился ко мне.

– Хорошая попитка, Пятий. Но бесполезная. Комплекс закривается сверху, там бетонная кришка в несколько метров. Даже если пациенти доберуться до нее, то вибраться уже не смогут. Ми лишь зря потратили время. Впрочем, я еще успею отменить приказ о затоплении.

Гренуа болтал, шустро спускаясь по лестнице, я старался не отставать. Но при этом, старался не терять бдительности. От Гренуа можно было ожидать любого подвоха. Чем ниже мы спускались, тем тише становилось. Звуки пил смолкли, зато выстрелы стали слышаться чаще. Но тут, внизу, они уже были едва слышны. В цехах, мимо которых мы проходили, тоже царила тишина. Вскоре окончательно затихли и выстрелы, мы были на уровне предпоследнего этажа, когда Гренуа неожиданно повернул в коридор.

Я на пару мгновений потерял его из виду, это заставило меня ускориться и одновременно беря автомат на изготовку. Но Гренуа и не думал устраивать фокусов, он по-прежнему просто шел, попутно рассказывая мне о том, что у пациентов нет никаких шансов выбраться.

– Кришка толщиной метров пять. Закроет комплекс надежно, у пациентов просто не будет шансов ее пробить. Там не просто бетон, а бетон с металлическим усилением…

– А зачем такая крышка на этом комплексе? Неужели строители так боялись пациентов, которые могут устроить бунт?

Гренуа внезапно смолк и тут я понял, что Гренуа невольно проболтался. С этой крышкой, которая должна была закрыть комплекс, было явно что-то не так. Но сейчас меня волновало не то, что может тут быть что-то такое ужасное, что не должно вырваться наружу. Меня волновало то, что мне точно не дадут уйти. Все эти предложения Гренуа на счет того, что я смогу просто улететь, не более, чем просто «морковка для ослика». Я свидетель, причем, свидетель очень серьезный и опасный. Даже если я сейчас и не понимаю в полной мере, что я видел и знаю. Гренуа тем временем сменил тему разговора.

– А должен признать, что ти смог провести меня. Я до сих пор не могу понять, как ти смог вийти из под действия препаратов. Не поделишься?

– Случайно проглотил не ту таблетку.

– А где ти ее взял? Ну же, Пятий, открой свой секрет. Для тебя это уже не важно. Через полчаса ти будешь лететь в космосе, на самом передовом шаттле. Два прижка и ти окажешься в самом крупном торговом хабе этой части космоса. Продашь шаттл, сделаешь себе документи и перед тобой откроется вселенная. Кстати, на тебя не нашлось не одного документа в сети сектора. Ти же и впрямь ньюфаг. Но как-то смог избежать воздействия препаратов.

– Ты был прав, когда не доверял охранникам. От них я получил антидот, а далее действовал самостоятельно. Это все, что я могу тебе рассказать, поскольку больше нечего.

Гренуа посмотрел на меня с задумчивым видом, но промолчал. Я же не стал продолжать разговор, посчитав, что сказал достаточно. Пусть идет по ложному следу, мне так будет проще. Остаток пути мы прошли молча, благо идти пришлось недолго. Гренуа остановился посреди коридора и повернулся, на первый взгляд, к глухой стене. Он провел по ней рукой и неожиданно на стене появился небольшой дисплей.

Набрав небольшой код, Гренуа приложил руку к дисплею, после чего часть стены отъехала в сторону. За стеной нас ждала небольшая кабинка, в которой могло поместиться четыре человека максимум. Гренуа пригласительно взмахнул рукой, предлагая мне зайти первым, но я отрицательно покачал головой. В ответ Гренуа пожал плечами и вошел первым. Ничего не произошло, а потому я зашел следом. Гренуа дернул небольшой рычаг, стена встала на свое место. Кабинка дернулась, а затем плавно поехала куда-то в сторону.

Продолжалось это недолго, вскоре кабинка остановилась, раздался щелчок, после чего кабинка начала подниматься. Подъем был быстрым, настолько, что нас с Гренуа покачнуло на ногах. Он слегка навалился на меня, в голове промелькнула мысль, что Гренуа попробует завладеть оружием. Я ухватил автомат покрепче, в готовности пристрелить его, но Гренуа сам поспешно отстранился и показал пустые руки. Кабинка остановилась, а затем одна из стенок отъехала в сторону. В помещении, куда мы приехали, было темно. Света из кабинки едва хватало на пару метров. Гренуа вышел из кабинки, а затем хлопнул ладонями.

Вспыхнул свет и я увидел, что мы приехали в огромный ангар, в центре которого стоял огромный космический корабль. Точнее, он был относительно огромным, больше, чем любой пассажирский или грузовой самолет, но меньше любого настоящего космического корабля. По форме, он был похож на обычный самолет, только крылья были более массивными и несколько короче по сравнению с длинной основного корпуса. Гренуа повернулся ко мне, развел руки, а затем указал ими на шаттл.

– Как видишь, Пятий, я тебе не врал. Вот шаттл. Садись и лети. Нужно только снять навигационную защиту. Как только ты взлетишь, я тут же отправлюсь в комплекс. Торопись, затопление скоро начнется.

– Что за навигационная защита?

– Устройство, которое отправляет корабль в порт прописки, если пилот не может сам управлять кораблем или корабль захватили враги. Я отключу его и ти сможешь сам спланировать маршрут. Пойдем.

Гренуа зашагал к шаттлу, я отправился следом. Мы подошли к трапу и начали подниматься, перед дверью в шаттл, система безопасности шаттла просканировала нас, а потом опознав Гренуа, открыла дверь. Мы прошли внутрь, миновали тамбур и оказались в технических помещениях. Гренуа свернул в одно из них, это оказалась генераторная, а затем подошел к одному из генераторов. Взявшись за крышку, он потянул ее на себя.

Генератор оказался макетом, внутри него был спрятан странный модуль, по всей видимости тот самый прибор навигационной защиты. Гренуа осторожно отсоединил от него провода, после чего, вытащил прибор наружу. Повернувшись, он хотел приставить его к стене, на пару мгновений оказавшись ко мне спиной. Этим я и воспользовался и сильно ударил его прикладом по затылку. Гренуа молча рухнул на пол, а я, не теряя времени, склонился над ним и принялся связывать его.

Пришлось использовать брючной ремень Гренуа для связывания рук, а так же снять ремень с разгрузки, чтобы связать ноги. Память подсказала мне, что Гренуа может связаться с бортовым компьютером с помощью голоса. Пришлось воспользоваться ножом и порезав рубашку Гренуа, затолкать ему кляп в рот. Подхватив его под руки, я поволок его к выходу. Оставлять Гренуа в шаттле мне не хотелось, поскольку я не был уверен, что смогу попасть в него, если приду один. Пусть пока полежит под трапом, пока я буду доделывать свои дела. А оставшиеся дела у меня были простыми, вернуться в комплекс и освободить заключенных в нем пациентов.

Да, я мог прямо сейчас взять и улететь. С Гренуа на борту, я мог бы не опасаться, что шаттл неожиданно взорвется или случится еще какая-то неприятность. Во всяком случае, я бы мог напоследок утащить с собой и Гренуа, если тот приготовил мне какую-то ловушку. Но что-то внутри меня не давало мне просто так уйти, оставив на произвол судьбы такое количество людей, пусть даже и незнакомых мне.

Риск умереть, конечно же пугал меня. Даже сама мысль о том, что я могу умереть, сдавливала голову, руки становились ватными, отчего тело Гренуа выскальзывало из моих рук и тогда он падал на пол. Как раз в одно из таких падений, он очнулся, попытался замотать головой, но затем ударился головой об ступеньку трапа и вновь потерял сознание.

Я затащил его под трап, после чего принялся осматриваться в поиске выхода. Из ангара нашлось два пути, один был через огромные ворота, через которые шаттл должен был выезжать из ангара. А так же небольшие двери в боковой стене. Я подошел к ним, попробовал открыть, но они оказались заперты. Отступив, я навел автомат в район замка и дал короткую очередь. Дверь была пластиковой, а потому пули легко раздробили ее. Не сильного удара ногой хватило, чтобы открыть дверь и выйти наружу.

На улице было солнечно, настолько, что мне даже пришлось зажмуриться на некоторое время. Привыкнув, я огляделся, пытаясь понять, где я нахожусь. Память услужливо подкинула картинку, которую я видел, когда полицейские привезли меня на завод. Такого ангара я на ней не видел, зато, одна из труб завода маячила за забором, который ограждал ангар. Не теряя времени, я бросился бежать к забору. Он был довольно высоким, мне пришлось напрячься, чтобы в прыжке ухватиться за его верхушку.

Но допрыгнуть было еще половина беды, чтобы подтянуться и забраться наверх, у меня ушло тоже много сил. В голове промелькнула мысль, что мне нужно взять себе за правило заниматься спортом при любой возможности. Миновав забор, я очутился на улице. Нужный мне завод, был через дорогу. Но его забор был еще выше, чем тот, который я перепрыгнул. Оставалось искать проходную или найти способ пробить забор. Забор был сложен из бетонных плит, а потому пробить его будет сложно. Поэтому, я развернулся и бросился на поиск проходного пункта.

На улице мне попадались редкие прохожие, которые завидев меня, тут же бросались в сторону или прижимались к стенам. Это вызвало у меня усмешку. Я представил себя со стороны, как должен был выглядеть в их глазах сейчас. В полном защитном комплекте, с оружием в руках и с перекошенным в ухмылке лицом, да, это должно было вызвать страх у тех, у кого самым страшным кошмаром было опоздание на работу.