Текст книги "Второй шанс (СИ)"

Автор книги: Тимур Хакимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Не-а Митька, не слыхивал. Но, ежели что узнаю, то скажу обязательно.

– Спасибо, Генка. Ладно, пойдем мы. А то у нас там люди от жажды задыхаются, да я и сам попить не прочь.

– Рад был повидаться, дружище.

Взяв канистры в руки, и оставив Геннадия позади, Алексей и Митрофан пошли дальше.

– Штрафы? – тихонько спросил недоумевающий Алексей.

– Чуть позже я все объясню Алешка, – не растерялся дед, при этом не прекращая вертеть головой, -Лиц-то сколько незнакомых. Много хороших ребят погибло, с некоторыми я лет по десять был знаком, – Старик глубоко вздохнул. – О, вот и пришли наконец.

Четыре тонких и невысоких, по пояс, трубы торчали прямо из пола, и выгнутые так, чтобы концы труб смотрел прямиком в пол. Возле них толпились люди. Нажимая на кнопку из первых двух труб, небольшой струйкой вытекала вода. Алексей, увидев, драгоценную жидкость, внезапно вспомнил о своей усталости, и о том, как давно он уже не пил. Люди стояли у труб, наполняя канистры, кто-то, сняв одежду, умывался, и вода утекала в пол. Из второй пары труб вытекала питательная смесь – каша. И они так же не были одиноки – множество людей, наполняли свои тары отвратительно вкусной массой. Неподалеку Алексей так же приметил «уснувшего» андроида.

И здесь Митрофана узнавали люди, некоторые здоровались и переговаривались с ним парой словечек, а один человек, который в тот момент собрался набрать в канистру воды, даже отошел, чтобы уступить место Митрофану.

Дядя Митя, нажав на кнопку, присел, снял бандану и подставил голову под скудный поток воды. Стряхнув волосы, дядя Митя встал и жестом приказал Леше подойди. Алексей, присев на корточки, вслед за стариком подставил голову под прохладную водицу. Такого блаженного ощущения Алексей ещё никогда не испытывал. Никогда в жизни он не ценил воду как что-то стоящее. Умывшись, Алексей стал пить, уже из своих чистых рук. Он чувствовал, что вода тут не идеально чистая, отдаем неприятным вкусом и запахом. Но все равно здесь она была источником жизни. Вдоволь напившись, он поднялся на ноги.

Митрофан, открыв одну канистру, подставил её под трубу и вновь нажал на кнопку. Бесценная жидкость полилась из трубы прямиком в канистру. Канистра наполнилась, Митрофан подставил вторую, а затем и третью.

– На недельку хватит, – подмигнул Митрофан, и пошел набирать в оставшуюся канистру вязкой каши.

Взяв в руки уже наполненные тары, путники пошли назад. Алексей чувствовал тяжесть в руках, но теперь, когда он, наконец, выпил столько воды сколько смог, он даже чувствовал себя чуточку счастливым, и усталость чувствовалась не так явно. Митрофан же, похоже даже не чувствовал никакой тяжести для семидесятилетнего старика, он ловко схватил тяжеленые канистры и улыбнувшись пошел вперед. «Удивительно, и этот старик ведь всего несколько часов назад хватался за сердце», – с вдохновением подумал Алексей и, бросив прощальный взгляд на кровавый столб маскировочного щита, побрел за стариком.

По дороге множество еще множество людей подходило к старику и что-то шептало ему на ухо. В ответ тот лишь отрицательно мотал головой, и с каждым разом становился все мрачнее.

– Что такое Дядь Мить?

– Столько людей, а я ничего не успеваю.

– В смысле?

– Им всем нужна моя помощь, – кратко отмахнулся старик.

«Кости что ли им всем вправить надо?», – первое, что пришло в голову Леше.

По дороге Алексей как мог крутил головой, – «Ну же, Вован, где ты?», но пропавший друг так и не объявился. Алексей всю дорогу надеялся застать друга, уже представлял в голове как они находят его в толпе заключенных, рядом со своей группой, а тот, как всегда, рассказывает им какой-нибудь научный бред, например детальный принцип работы генератора поля. Эта мечта так хотела стать реальностью, что Алексею было вдвойне больнее, когда пропавшего друга он так и не нашел. Зато Леша приметил кое-что еще, что незамедлительно требовало разъяснений. Алексей понимал, как уже надоел своими вопросами – старик в лучшем случае, отвечал на каждый второй, но все же напоследок решился задать еще.

– Дядь Мить, а вон там что такое? – Сравнявшись со старцем, Алексей кивнул на какую-то тумбу, у которой стояло пара человек.

Митрофан мимолетом оглянулся, и пошел слегка помедленней, но, тем не менее, начал отвечать на ходу.

– Ах да, обещал же рассказать. Это, Лешка, терминал возврата. Раньше как задумано было – потерял там или сломал рабочий, например, проектор свой, так там, в терминале, отверстие есть, он туда его кладет, указывает на нем причину поломки или пропажи и прочее, и ему новую перчатку выдают. А сейчас по-другому все. Как думаешь, определяют в какой дом вас причислить? Когда заключенный погибает, кто-то должен взять его оборудование, то есть, его перчатку-проектор и кислородный рюкзак с маской и сдать его в терминал возврата. Каждый предмет имеет свой персональный код присвоенный только тебе. Он там с внутренней стороны намалеван. Я бы тебе показал сейчас, но останавливаться не стоит. А высшие, как знаешь, разбрасываться вещами не будут. Сдав инвентарь, он присваивается другому человеку. Тому, кто прилетит с корабля. Твое оборудование до тебя принадлежало кому-то, а до него еще кому-то. Не знаю, осматривают ли они там работоспособность предметов, знаю только, что засыпают горсть акрамида в рюкзак, чтобы хватило кислорода до домика добраться, а остальное уже не их проблемы. Хотя раз в год, когда прилетает конвой, они забирают большинство оборудования, и заменяют его на относительное новое, точнее теми вещами, которые они забрали год назад и прошедшие проверку уже на Родине, и так по кругу.

– Хм…а если сломалась перчатка, можно будет её заменить?

– Можно. И проектор можно и маску можно. Но за любую утерю или поломку здесь накладываются штрафы – из добытых кристаллов вычитается некоторая часть. Вроде на словах не так страшно звучит. Но в конце, когда результаты подсчитывают, это может сильно все подпортить. Поверь, со мной это уже не раз бывало. Эти проекторы и маски первого поколения сломать сложно, но можно. Как там Коля сказал? Модификация для работ в неблагоприятных условиях из нержавеющей стали… защитное покрытие от износа, ржавчин и поломок. Кажется так, а? Но лучше не рисковать и всегда оставлять перчатку в домике, при том, что штрафов здесь никому получать не хочется, и за рабочий экземпляр могут и убить.

Алексей с ужасом уставился на старика, а затем покосился на перчатку на его руке, Митрофан уловил его взгляд и улыбнулся.

– Ты на меня не смотри, мне здесь много чего можно.

– А вдруг кто-то не захочет, чтобы к нему новеньких подселяли? Чтобы оборудование запасное было, например?

– Мало, конечно, кто здесь так делает, все ведь домой хотят. Но специально для таких и делают проверки.

– Проверки? То есть как?

– Ну как ещё проверки проходят? Приходят – проверяют, если все в порядке то до свидания и всего хорошего, если что-то не так, то… в прочем увидишь еще. Заболтались мы что-то, медлить больше нельзя, – с этими словами старик вновь увеличил скорость ходьбы и вырвался вперед, оставив Алексея позади с кучей неразрешенных вопросов.

Выйдя из кровавого сумрака, они двинулись к двери своего домика. Вначале Алексею стало немного не по себе, когда они вышли за пределы красноватого освещения. Ему казалось, что в каждом темном участке огромного зала засел завистливый заключенный с ножом в руке, и только и дожидается момента, когда они подойдут поближе. Забавно, что маскировочный щит защищает их не только снаружи, скрывая тюрьму от ненужных глаз, но и внутри, защищая людей от них самих же. Чтобы отвлечься от устрашающих мыслей и тяжести в руках, Алексей начал более внимательно осматривать помещение. Над каждой дверью он видел такие же зеленого цвета таблички с номером дома, с такой дали числа превращались в смазанное зеленое пятно и Алексей не мог точно увидеть какие именно числа были там написаны. «Сколько же здесь всего домов?», – задумался Алексей.

После пары минут ходьбы, Леша, наконец, увидел вдали уже природнившееся число «тридцать восемь» и даже немного улыбнулся в душе. Ему не терпелось рассказать обо всем увиденном Николаю. Уже почти подойдя к двери, Алексей вновь увидел что-то такое, с чем непроизвольно обратился к Митрофану. Надо было разузнать у старика все что можно, пока они вновь не надели молчаливые маски.

– Дядь Мить, а что это там за огражденный круг на полу? Похоже на лифт.

– Да, так и есть.

– И куда же он ведет?

– Ох и надоел ты уже со своими вопросами, Алешка. Оставь-ка лучше его на вечер, – улыбнулся Митрофан и, поставив канистры на пол, открыл дверь.

Глава 8.5
Собрание.

– Что насчет десятого и двенадцатого секторов?

– Ситуация не улучшилась. В данных секторах по-прежнему самый высокий уровень преступности и контрабанды. При последнем обходе три андроида были выведены из строя, и возможно, полностью разобраны.

Непонятный старческий шепот, превращаясь в оглушительный бас, грозно произнес:

– Слишком много ресурсов тратится на усмирение этих секторов. Знаете, сколько нужно материала, чтобы сделать одного андроида? Наши склады не бесконечны. Мало того что эти крысы регулярно находят способы обворовывать резервы корабля, так они еще и разбирают имущество высших! Вы – начальник охраны Родины, в ваши обязанности входит обеспечение надежной защиты имущества, а так же поддержания общественного порядка на корабле. Ни того ни другого мы пока не видим. Если вы не можете выполнять свою работу – мы назначим того кто сможет. А вы, в таком случае, ответите за свое бездействие!

Взрослый, крупный мужчина с суровым характером вмиг превратился в испуганного маленького мальчика.

– Но, господин… я же… они же… я уже два года, работаю начальником охраны и…

– Достаточно. Мы вас услышали. Вы закончили свой доклад?

– Д…да, ваше благородие.

– Благодарим вас, Юрий Антонович. Просим вас занять свое место. Следующим с еженедельным докладом приглашается заместитель начальника тюрьмы на Акронусе.

Кирилл сидел в глубинах зала суда, среди высших или таких же, как и он, людей с какими-то важными должностными полномочиями. Зеленый юнец, только что получивший высокое звание. Впервые он очутился на еженедельном собрании корабля Родина. Давно потерявши нить разговора, и перестав слушать доклады и бурные обсуждения, он рассматривал бледные светящиеся надписи на стенах. Давно забытые языки прошлого. Людские языки. Инопланетные языки. «Интересно, как сейчас течет космическая жизнь? Многие ли языки ещё используются? Быть может уже прошла очередная вселенская война, и кроме них больше никого уже нет в живых. А они прячутся здесь в заброшенном уголке космоса, боясь выйти наружу».

– Кирилл Федорович! Мы вас ждем! – не терпящий промедлений громогласный голос, отозвался с бледного балкона.

Кирилл, перестав летать в своих раздумьях, наконец понял, что обращаются к нему. Резко вскочив со скамьи, он неловко устремился в центр черного круга. Судорожно пытаясь промочить слюной засохшее горло, он проходил сквозь ряды левитирующих скамеек и кресел, на которых восседал важный корабельный экипаж. Всюду чувствовался запах страха и власти. В такой полумгле, все присутствующие казались чужими. Синие наряды высших превращались в черные мантии палачей. Задумавшись о том, почему во время судебных заседаний скамьи не выносятся и простому люду приходится часами стоять на ногах, он наконец добрался до центра зала и поднял свой взгляд на чуть светящийся блеклым светом балкон.

Немного зажмурив глаза, Кирилл посмотрел на сидящих там трех высших, и еще одного человека совсем не вписывающегося в эту идеальную троицу. В процессе судейства он не участвовал, это был простой рабочий, в данный момент чересчур занятый работой. Все трое были в своих привычных синих одеяниях. Слева сидел, наголо бритый темнокожий парень со звучным басом, именно его голос и несет в себе власть высших. Кирилл приметил, что этот глашатай ненамного старше его самого. «Как же ему удалось в такие годы пробиться в ряды высших?». Справа сидела преклонных лет старушка. Собрав седые волосы в клубок, она, похоже, мирно посапывала, и то и дело немного приоткрыв глаза, вновь надолго их закрывала. А вот между пареньком и старушкой сидел живой скелет. Весь в старческих пятнах старик, который на вид должен был уже давно уйти на покой. Его кожа иссохла так, что голова его казалось черепом, на который тонким слоем натянули дряхлую кожу. Серые глаза впали вглубь глазниц, а длинные седые волосы, уложенные назад, придавали ему устрашающий вид, делая его похожим на саму смерть. В отличие от старушки он не спал, а скорее наоборот, пристальным строгим взглядом всматривался в докладчика на черном круге. Рабочий сгорбленно потел у его кресла, пытаясь что-то починить.

– Еще пару минут, господин, – послышался голос простака.

Кирилл, встретившись взглядами со стариком, почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Неуважительно было не смотреть на высших во время доклада, поэтому Кирилл, отведя взгляд на бабулю, начал докладывать факты о тюрьме, которые он пред этим выучил на зубок. Сперва он говорил неуверенно и постоянно запинался. Иногда опуская взгляд на толпу, он понимал, что его никто особо не слушает, как и он сам других докладчиков. С каждым словом, обретая все больше уверенности, Кирилл уже начал говорить громче и четче, и даже ненадолго отважился схлестнуться глазами со свирепым взглядом старца. И, наконец, он решился.

–… По последним данным, полученных с Акронуса, буквально пару дней назад мы уже выполнили годовой план по добыче акрамида. До конца этого года от прошлогодних запасов останется примерно двадцать процентов. Если прибавить к этим запасам добычу, которую мы получим за этот год, то у нас будет запасов акрамида ещё как минимум на лет десять. В связи со сверх перевыполненным планом и с растущим недовольством и страхом относительно планеты-тюрьмы среди гражданского населения, я осмелюсь предложить великодушным высшим план собственной разработки по стабилизации гражданского настроения. При этом по моим подсчетам, потери акрамида будут незначительны.

В зале настала гробовая тишина. Теперь уже никто не спал. Кто с опаской, кто с уважением посмотрел на храброго юнца. Даже старушка сквозь сон почуяла неладное и уже вовсю раскрыв глаза, уставилась на Кирилла. Затаив дыхание все ждали ответа главы высших. Молчание затянулось. Старик, положив тощие руки на перила балкона, немного пододвинулся поближе. С трудом передвигая губами, он что-то медленно и тихо начал шептать. Кирилл не слышал, что он говорит. Но парень по его правую руку раскатисто, на весь зал повторил его слова:

– И в чем же заключается ваш план?

Кирилл, не отводя взгляд от старческих черных глаз, чувствовал, как коленки начали дрожать, но делая при этом спокойный и гордый вид он все же продолжил:

– Судя по полученным данным, уровень жизни на Акронусе падает с каждым годом, а уровень смертности растет. Быть может, вы не знаете, но эту планету в народе называют не по её названию, её называют «планета-тюрьма, планета-страха». Мой план заключается в коренном изменении этого стереотипа. Во-первых, в улучшении комфортабельности жизни заключенных. Во-вторых, в осуществлении отсылки заключенных на Акронус лишь за особо тяжкие преступления. Провинившихся же за мелкие хулиганства я предлагаю привлекать к общественным работам на корабле…

– Достаточно! – Старик пристально вгляделся в лицо молодого паренька снизу и начал шептать так злобно и быстро, что глашатай едва успевал вслушиваться в его слова и повторять за ним. – Наш корабль, единственный выживший оплот человечества во всей вселенной. И выжили мы, потому что соблюдали самое главное правило – всегда подчиняться правилам. Дисциплина для нас это все. Гражданское настроение ничто перед общей ценой жизни, которую мы все заплатили. Мы снабжаем заключенных всем необходимым – водой, едой, оборудованием. Мы даем им шанс искупить свою вину! – Старик перестал шептать, и его оратор остановился вместе с ним. Снова долгое молчание. Каждая секунда сводила Кирилла с ума.

Тут старик отозвался вновь.

– Ваш доклад окончен?

Кирилл с облегчением вздохнул. Ему казалось, что ещё чуть-чуть и его вышвырнут с зала суда. Или того хуже, сошлют на Акронус за особую дерзость.

– Никак нет, ваше благородство. Я не упомянул последние два пункта. Начальник космопорта сообщил мне, что конвой до Акронуса приводится в полную готовность. Корабль «Омега» и «Коллектор» на котором установлено пятьдесят сборщиков полностью исправны. Заканчивается установка цистерн с питьевой водой и провизией. Каждый в дополнении будет сопровождаться тремя истребителями «Мантикора». Предварительно путь будет тщательно просканирован на обнаружение чужих кораблей, но даже по мере продвижения конвоя, впереди будут пущены маскировочные беспилотники. Но, по словам самого начальника космопорта, никаких осложнений быть не должно. В последний раз здесь видели инопланетный корабль шестнадцать лет тому назад, да и то это была торговая шхуна, видимо разграбленная космическими пиратами, и просто пущенное без экипажа на самотек. То, что она преодолела такое огромное расстояние и ни во что не врезалась это конечно большая удача…

– Мы все в курсе того необычного происшествия, что было шестнадцать лет назад. Говорите по существу.

– Да-да, конечно. – Кирилл сглотнул. – В общем, даже несмотря на практически гарантированный успех операции, будут проведены все меры безопасности. И еще я хотел бы отметить критически изношенной состояние тюремного транспортера… «Хватит гнуть палку, Кирилл!». Но подробней об этом вы конечно же узнаете из уст самого начальника космопорта, – ловко выкрутился юнец. – Теперь, последнее что осталось разобрать это ваш запрос на предварительный рейтинг рабочих домов на Акронусе. Судя по отчетам о смертях заключенных, рейтинг может поменяться в любую минуту, – Кирилл бросил быстрый взгляд на старика. – Но на данный момент в первом лагере лидируют шестой, двадцать третий и девятнадцатый дома, во втором лагере – семьдесят восьмой, тридцать восьмой и двадцать первый.

Старик на балконе издал звук, который можно принять за смех.

– Тридцать восьмой? Хах…да он все никак не успокоится. Сколько уже прошло? Лет двадцать? Что ж, это достойно уважения. Мне даже иногда хочется, что бы он вернулся на Родину. Это было бы интересно. Хотелось бы увидеть старого друга спустя столько лет… – своим басом оратору не удалось передать все чувства старика, но по его мертвецкому лицу было видно, что ему весело. – Ещё есть что добавить?

– Простите, вы сказали вернуться на Родину?

– Мне бы это хотелось, – веселье старика вмиг испарилось, – но с Акронуса невозможно вернуться. Приговор действует пожизненно. Все это знают. А вы, Кирилл Федорович задаете слишком много лишних вопросов!

На последней фразе бас темнокожего паренька заглушил громкий хриплый голос. Старушка-высший с испугу чуть не свалилась с кресла.

– Извините, сейчас отрегулируем громкость, – торопливо промолвил рабочий. Покрутив ручку, тот откланялся и вышел с балкона вон.

Теперь старик мог говорить сам, без помощи живого громкоговорителя. Ведь ему только что починили его собственный.

– Вы нас изрядно задержали, на этом все? – голос старика полностью оправдывал его внешний вид. Он был такой же старчески сухой с некоторыми нотками злобы в глубине.

– На этом мой доклад окончен.

– Благодарим вас, Кирилл эм…Федорович. Просим вас занять свое место.

Молодой высший прошелестев список в руке объявил:

– Следующим с еженедельным докладом приглашается начальник энергоснабжения…

Глава 9
Ответы.

Обратный путь получился для Алексея неожиданно мучительным. Он то и дело останавливался передохнуть, опустив тяжеленые канистры на порхающую тропу. К тому же с таким грузом держать равновесие было трудновато, и страх упасть в маленькие лапы кровожадных муравьев, затуманивал разум Алексея. Палящая звезда нещадно обжигала все тело. Собрав все силы, молодой паренек продолжал идти. Благо старик тоже был не из стали, и, бывало, даже он останавливался на минуту другую перевести дыхание.

Они шли всего несколько минут, а Алексей уже соскучился по относительно чистому воздуху в куполе. Нос ужасно чесался, а внутренности воротило от изжоги. «Неудивительно, что все здесь кругом кашляют».

На половине пути, во время очередной передышки, Митрофан указал рукой в левом направлении от их дома. И только сейчас Алексей приметил ещё одну парящую тропу, не вписывающуюся в общую строгую расстановку дорог. Она выходила вон из строгого круга домов и вела к посадочной площадке для кораблей. Алексей вспомнил, как вели их андроиды, когда они покинули тюремный транспортер. Их повели прямо, то есть по этой самой дороге от площадки, а потом разделили – его и Николая повели налево, Алексей вновь посмотрел на их тридцать восьмой дом. А Владимира с Дмитричем утащили направо, Алексей всмотрелся в дома на той стороне, – «В одном из них должен быть Вова, нужно как можно скорее туда наведаться».

Высокий дом-цилиндр с каждым шагом становился все ближе. Дядя Митя уже несколько минут ожидал его у входа. Наконец-таки дождавшись новенького, Митрофан пробил по двери условным стуком. Два раза медленно и два раза быстро. Николай был начеку. Дверь резко отворилась и Алексей от усталости, чуть ли не ввалился внутрь.

По индикатору Алексей приметил, что по времени дорога туда-обратно, как и говорил Митрофан, заняла у них чуть больше часа. После такого нагруженного перехода Алексей, сняв кислородную маску, вздохнул полной грудью, и потом долго не мог прокашляться. Перечный запах обжег ему легкие. Из глаз полились слезы. Упав на колени, и громко кашляя, он перебудил всех своих товарищей. Но они в целом-то и не были против. Виктор, пританцовывая, схватил одну канистру и, взяв с митрофановской полки пять кружек, разлил всем долгожданной водицы. Николай, похлопывая друга по спине, помог ему подняться на ноги и прийти в себя. Вячеслав, безмолвно встав с кровати, непонятно зачем дотронулся до стены, а затем, подойдя и взяв в руки свою порцию питья, резко опорожнил кружку. Поставив её на место, он так же молча рухнул обратно на кровать. Это выглядело странно, хотя, вспомнив тот инцидент в пещере, Алексей предпочел, что бы он оставался таким молчаливым подольше.

Митрофан, хлопнув Алексея по плечу, поблагодарил его за отличный поход, и, усевшись на койку начал вкратце рассказывать Виктору о том как идут дела снаружи. Алексей смотрел на старика с некой гордостью – увидев, как его ценят заключенные, паренек и сам невольно пропитался большим уважением к старику. Но и слабая неприязнь не покидала головы Алексея, – «Чертов старикашка, что ему так сложно ответить на вопросы? Его наверно и выгнали из высших, потому что нервы всем выматывал». Сейчас, вернувшись в дом, пора бы уже и услышать долгожданные ответы, но Николай вовсю выпытывал сведения у лучшего друга. «Хорошо, сейчас все расскажу, а потом и тобой займусь», – Алексей, наконец, отвел взгляд от Митрофана.

Друзья сидели вместе с кружками в руках, и болтали так целый час. Алексей рассказывал все что видел, про кости в песке, про муравьев, про детей, про мясо, про дома цилиндры, про купол, про андройдов, про маскировочный щит… Митрофан лежал на койке и легонько улыбался, видя, как молодые парни радуются увиденным опасностям на смертельной планете. Краем глаза Алексей замечал, как старик иногда массирует себе грудь в районе сердца, но как только Леша переводил взгляд на Митрофана, тот вовсю улыбался и выглядел весьма здраво. Николай слушал все с открытым ртом и только и вставлял матерные слова, которые приходили ему в голову, выражающие удивление и восторг. Виктор же, тоже внимательно вслушавшись в повествование Алексея, не забывал вставлять и свои забавные комментарии. Друзья смеялись и веселились, но когда речь зашла о Владимире, смех резко улетучился. Ему так и не удалось отыскать своего друга.

– Может проверить каждый дом и узнать где он? – предложил Николай.

– Ни в коем случае. Пока ты здесь все дома обойдешь, целый день уйдет. Акрамид тратить нельзя, запомните сынки. От того как вы к этому отнесетесь, зависит наша общая судьба. – Митрофан уже говорил без улыбки на лице, и Алексей понимал насколько это серьезные для заключенных вещи. – Почему, думаете, у нас дверь только изнутри открывается? Ладно ещё когда мы в шахте все находимся, когда лифт спускается все двери мгновенно блокируются и их уже никак не откроешь. Только при приближении анроидов двери автоматически открываются в любое время. А вот когда работы оканчиваются, то дверь всяк кому не лень открыть может. Алексей видел, что здесь ничего не стоит к другому дому подойти. Бывали случаи, когда конкурирующие группы убивали друг друга в своих же домах. Вот представь, сидим мы сейчас такие, разговариваем по душам, и тут врывается пятеро ребят с палками и камнями. Тут мы уж ничего не успеем сделать. Поэтому мы специально, уже давненько, замок то снаружи сломали. И, насколько я знаю, не мы одни здесь такие умные. Да и к тому же, вы думаете, что вас с улыбками примут, когда вы в чужой дом зайдете? Да вас прямо там изобьют и все вещи заберут, если не хуже. Могут и в песок бросить, такие случаи у нас частенько случаются, можете не удивляться.

Алексею стало тошно, когда он представил, как его рвут на тысячи кусочков тысячи жвал. Его раздумья прервал рык Вячеслава. Или может это храп? Трудно сказать, но даже Митрофан с Виктором от внезапности обернулись.

– Но вы ребята не отчаивайтесь, главное это надежда, – из серьезного старика Митрофан вновь преобразился в добродушного деда. – Если ваш друг такой же смышлёный, как и вы, то он здесь не пропадет.

Ребятам вспомнилось, как Вову совсем недавно в школе избивали даже девушки. И невольно настроение у них стало ещё хуже.

Внезапный кашель заставил Митрофана улечься на койку. Подождав, пока ему полегчает, Алексей с грустью обнаружил, что старик уже мирно посапывает.

« И вновь хитрый Митрофан обвел меня вокруг пальца», – Леша признал свое поражение, поняв, что сейчас ответов на вопросы ему так и не добиться.

– Молодежь, давайте ка поспим до ужина, – обратился к друзьям Виктор.

Алексей совсем забыл о возможности разговора с другими сокамерниками. Но за один день он более-менее познакомился лишь со стариком, к Вите у Алексея пока что не было ни капли доверия. Да и его призыв поспать пришелся очень кстати – усталость молотком ударила по Алексею. Допив остаток воды, друзья поставили на место кружки. Аккуратно сняв одежду, они с наслаждением улеглись на койки.

На руке Алексея сверкнул браслет Дмитрича. Черные звенья цепочки, без единого изъяна, казались неприступными. Леша вновь заморозил взгляд на причудливом камешке в браслете. Медленно закрывая глаза, при этом все еще глядя на браслет, Алексей думал о толстом лысеющем мужичке, который не дожил до планеты-тюрьмы, вспомнил его странный рассказ, и прокрутил в голове последние слова Дмитрича, от которых становилось жутковато. Последней мыслью Алексея, перед тем как окунуться в мир снов, была мысль о друге. О Вове.

***

Работа в шахте кипит. Спустя несколько недель на Акронусе, Алексей и Николай, привыкли к тюремному режиму. Их уже не смущает перечных запах, они стали намного выносливей, намного сильней. Они уже наравне добывают акрамид с матерыми рабочими, и бывало даже, иногда вдвоем они догоняли по добыче бывалую троицу. Оно и понятно, молодое тело намного сильнее и меньше подвержено усталости. Ещё несколько недель усердной работы и они окажутся дома. Отправив вдаль очередную нагруженную тележку, друзья решили присесть передохнуть. Алексей прилег на гору камней и восстанавливал дыхание.

«Ой!», – Алексей, схватившись за ушиб, обнаружил, что с потолка ему на ногу свалился небольшой камешек. Быстро поднявшись на ноги, он отошел в сторону, потому что с потолка начали сыпаться ещё камни. «Неужели землетрясение?». И тут пред Алексеем с потолка пещеры упал уже не камень, это был муравей. Мелкое пакостное насекомое, лежало на спине пытаясь перевернуться на брюхо. Алексей незамедлительно подбежал к нему и мощным ударом ноги со смачным хрустом раздавил жука, размозжив его о каменистый пол пещеры.

С облегчением вздохнув, Алексей начал вытирать свой загрязнившийся тюремный сапог о тот же пол.

«Бежиииим!», – истошный крик Митрофана прогремел на всю пещеру.

Алексей, подняв глаза, увидел, что по всему потолку начали проявляться небольшие отверстия. Дождь из камней посыпался вниз. Из отверстий начали выползать муравьи. Сотни, тысячи муравьев, уже ползали по потолку, многие из них падали вниз, перемешиваясь с падающими камнями. Повернув голову, Алексей обнаружил уносящиеся вдаль зеленые треугольники, и сопутствующие им в такт, светящиеся во мгле, оранжевые кирки. Испугавшись, остаться одному в этом муравьином море, Алексей, что есть мочи, побежал за товарищами.

«Лешкааа! Брат! Скорее!», – послышался впереди голос Николая.

Алексей бежал так быстро как мог. Резким нажатием он убрал кирку обратно в перчатку. Лампу они оставили. Но Алексей уже наизусть знал куда нужно бежать, притом что вдалеке он улавливал светящиеся индикаторы своих товарищей. Он слышал позади, совсем близко, неотстающие звуки тысячи острых ножек, бьющие по камню, слышал яростное клацанье жвал.

Он выбежал в центральное помещение, где был проход к лифту. Его друзья уже подбегали к нему, Алексей в душе обрадовался, что вот они, его друзья, неподалеку, они защитят его. Вбежав в тоннель, Алексей уже почти их нагнал.

Ногу прожгла адская боль. Алексей, чудом не свалившись с ног, продолжил бег, мельком посмотрев на ногу, он увидел впившегося в нее муравья.

Раздался сигнал. Лифт медленно начал подниматься. Осталось пара десятков метров. «Я смогу! Я успею! Я должен!». Друзья, стоя внутри неспешно поднимающегося круга, махали ему руками и что-то кричали. Даже суровый Вячеслав подбадривал его своими криками, – «Давай, Алексей! Ещё чуть-чуть!».

Ещё два муравья впились в другую ногу Алексея. Он упал. В ту же секунду он почувствовал, как его накрыло одеялом из тысячи ног. Он почувствовал, как моментально со всего тела его плоть отходила от кости. Он видел, как Николай пытался спрыгнуть с лифта, чтобы помочь лучшему другу, но и дядя Митя, и Слава, и Витек…все держали его, как бы тот не вырывался. Алексей закрыл глаза и…

– Леха! С тобой все нормально? Ты весь горишь!

Алексей открыл глаза, и резко поднялся, чуть не ударив головой склонившегося над ним Николая. Ясность пришла сразу. Это просто сон. Он только что вернулся из своей первой вылазки в купол. Обернувшись он посмотрел на лежащего на койке Митрофана.