Текст книги "По следу добычи (СИ)"

Автор книги: Тимофей Иванов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Тимофей Иванов
По следу добычи

Пролог

Закатное солнце медленно опускалось над болотистым лесом, придавая раннему снегу красноватый оттенок, дул лёгкий ветерок и я бы даже назвал картину умиротворяющей, если бы не огненный шар, заставивший меня упасть плашмя на землю. Пламенный болид пронёсся над головой, заставив волосы на ней слегка затрещать от жара и помянуть недобрым словом упавший на спину зачарованный капюшон. Носить его правильно, чтоб не спадал и не мешал обзору по бокам, как выяснилось, тоже своего рода магическое искусство, которым мне пока не удалось овладеть в должной степени. И сейчас на это явно не было времени.

Откатившись в бок по подмёрзшей земле я избежал вертикального лезвия ветра, пущенного противником с посоха. За спиной раздался громкий хлопок от встретившегося с магическим барьером, окружающим место поединка, прошлого заклятия. Однако оставаться в долгу было бы не вежливо и с моего собственного магического инструмента слетел кулак ветра. Вовремя! Оппонент вынужден был потратить секунду на защиту, а я смог вскочить на ноги, отпрыгивая в сторону. Земля и растения подо мной уже начинали фонить магией, это чувство трудно было перепутать. Так чуть промедлишь и окажешься оплетён корнями не менее надёжно, чем жертва армаканских пауков паутиной.

Схватка вернулась к статусу кво, мы оба твёрдо стояли на ногах и продолжили посылать друг в друга пламенные приветы. Иногда буквально, всё те же огненные шары не дадут соврать. Но вот защищались сильно по разному. Мой противник был куда сильнее и опытнее, его резерв очень заметно превосходил мой, что позволяло оставаться на месте, принимая заклятия на щиты. Я же вынужден был постоянно перемещаться, уходя от чужих ударов, тратя на это время, силы и концентрацию, а так же выискивая окна для своих контр-атак. Рывок в бок, новое лезвие ветра пролетает мимо, пригнуться, угадав молнию до того, как она сорвётся с посоха оппонента, резкий прыжок из полуприседа в сторону, переходящий в почти акробатический кульбит с закручиванием корпуса вокруг своей оси, гибкие лозы корней ухватывают лишь воздух в месте, где пол стука сердца назад были мои ноги. Приземление и переход в атаку, ледяные кристаллы в форме наконечников копий со свистом прорезают воздух и разбиваются на мелкие осколки о чужой полупрозрачный щит, но они лишь маскируют новый удар. Тоже корни, но и они безжизненно опадают, не в силах преодолеть волю более опытного и сильного друида, который отвлёкся на замёрзшую воду слишком ненадолго. Однако его внимание удалось раздёргать, ответной атаки ещё нет и я, двигаясь в бок, снова взмахиваю посохом. Мутный шар заклятия летит к цели, взрываясь во все стороны волной воздуха, заставляющей оппонента пошатнуться, сосредотачиваясь на защите и не без причин. На месте разошедшегося в стороны под воздействием магии газа образуется пустота, тут же схлопывающаяся сама в себя. Однако даже вакуумный удар не выводит друида из строя, он только слегка трясёт головой.

А через мгновение новая атака противника заставляет меня уйти в перекат, только вот встать из него уже не получается, я буквально проваливаюсь в землю на метр, как в воду, на поверхности торчит только голова, когда почва сдавливает тело будто тисками. Осталось только раздражённо фыркнуть:

– Готов.

– Ну на этот раз хотя бы помог размяться – усмехнулся в зеленоватую бороду Корнегур – Вылезай давай и приводи себя в порядок, ужинать будем.

– Ага – давя в себе лёгкое раздражение кивнул я учителю, который отпустил контроль над землёй, что меня удерживала и вполне могла размазать по его воле.

Ну вот что за непруха? Нормальные попаденцы из пары прочитанных мной когда-то дурацких книжек призывались богами и императорами в час нужды и практически сходу получали силушку богатырскую, волшебу архимажескую, артефакты невбубенные и кучу красивых девок на сдачу, а у меня всё не как у людей. Сначала умер от того, что в квартире подо мной засели какие-то сраные террористы, которые знатно бабахнули на последок во время внезапного штурма. Потом переродился сиротой при живых родителях, которые скинули плод своей греховной связи деревенскому жрецу Света. Вроде нормальную жизнь прожил, о большом спорте мечтал, в непобедимой и легендарной честно отслужил, от травмы колена не сломался и не спился, работал на совесть, не убивал, не грабил и прочей дичи не творил, но чувство такое, что где-то успел серьёзно так нагрешить. Только вот где?

Выбравшись на поверхность и отчистив заклятием одежду от влажной болотной земли, я усмехнулся. Иногда, особенно после того как мне прилетит, брюзжу почти по стариковски, хотя в прошлой жизни в девяностолетнюю развалину превратиться не успел, да и в этой всё оказалось не так уж плохо. Отец Шарп, да будет ему на том свете лучше, чем на этом, воспитал меня, как собственного сына, не пришлось познать ни голода, ни нужды. Хотя мне, взрослому мужику в теле ребёнка, тяжело было воспринимать его, как приёмного родителя… Но возможно напрасно. С его смерти прошло почти три года и пусть некромант, ударивший в его спину, сдох, но вот посох труполюба, что судя по всему был наделён собственной волей и разумом, волшебным образом пропал у нас из под носа. Мне никогда не импонировал образ мстителя, но эту магическую палку я очень хотел найти и сжечь к такой-то матери вместе с новым владельцам, буде таковой у неё появится. Сам же скромный, седобородый деревенский пастор, как в своё время выяснилось, был в более молодые года специалистом церкви Света по деликатным делам, предпочитающим двуручнику братьев-меченосцев остро наточенный кинжал. Подробностей мне узнать не удалось, старик не любил вспоминать этот период своей жизни и тем более говорить о нём, а так же поначалу учил меня исключительно исцелять, а никак не убивать. Однако несколько изменил своё мнение, когда я сбежал в лес и напросился в ученики к обосновавшемуся в наших краях друиду. Конечно моя выходка ударила по нему, но что было делать?

Я родился заново в не самом безопасном мире. Рыцари тут способны вбежать в полных доспехах на не самую высокую крепостную стену покруче любых шаолиньских монахов, а непонравившемуся простолюдину могут оторвать голову голыми руками, не сильно напрягая напитанные энергией жизни мышцы. В лесах помимо волков и медведей водятся такие кракозябры, что не в каждом фильме ужасов увидишь. Если совсем не повезёт, то можно вообще на дракона нарваться, а они, не смотря на наличие разума, человечинку в пищу вполне себе употребляют. Мертвецы, если их похоронить без должных ритуалов, вполне могут встать из могил и пойти гулять в поисках живых. Если бросить тело вообще без погребения история не лучше. Волшебники тоже не подарок и при встречи с ними расист Волондеморт бы сказал «Молодцы, так со всякими маглами и надо!». Это не говоря о том, что просто разбойников в средневековье, пусть и магическом, хватает с избытком. Очень тут неуютно жить где-то кроме как в окрестностях замков благородных людей, которые пусть и сами не фунт изюма, но хотя бы будут защищать своих налогоплательщиков, чтоб самим по миру не пойти. Конечно жрецы-целители несколько в привилегированном положении относительно прочих простолюдинов, но данная стезя не была пределом моих мечтаний, особенно если учитывать обет безбрачия и строгий целибат. Правда по началу я во время обучения у Корнегура несколько взвыл, но это уже детали. Человек скотина такая, ко всему привыкает, учил уроженец далёкой Моравии на совесть, а пастор решил хоть немного преподать мне своей науки, «чтоб болотный еретик совсем юную голову не загадил». Жаль что эта идиллия с двумя наставниками так неожиданно закончилась.

Дойдя до ручья и скинув с себя очищенную магией от земли одежду, я избавил её от пота благодаря очередному заклятию. Это учитель пафосно стоял на одном месте, без особого труда отбивая атаки ученика, мне во время спаррингов пришлось много и быстро бегать да прыгать, уворачиваясь от заклятий, взмок я соответствующе. Оно конечно полезно, наверно уже и земным гимнастам фору дам, однако жутко выматывает. Но теперь наконец-то настало время отмыться в ледяной воде, которая пробивалась на поверхность на самом верху холма посреди болота, ставшего нам домом. За последние годы я многому научился и ещё больше узнал о друидической науке, а потому мог слегка сэкономить время, отложив посох и просто попросив воду омыть меня. Мы, идущие Зелёным Путём, не маги в классическом понимании этого слова, хотя так же используем заклятия с энергией и имеем магический резерв. Не смотря на внешнюю схожесть мы часть мира, мы осознаём это, а потому просто просим его о помощи, не забывая отдавать свою силу взамен. Все твари земные, морские и небесные, все стихия при нужде встают нам на службу, потому что со всеми ними мы связаны сонмом незримых, но неразрывных нитей. И сейчас слегка поиграв на этих струнах мироздания я заставил ледяную воду взлететь в воздух и смыть с меня пот вместе с усталостью. А через пару секунд судорожно выдохнул:

– Ох…

Погодка всё таки не май месяц, но даром что я могу без последствий спать на снегу, холодно от подобного душа мне примерно так же, как и обычному человеку. О чём насмешливым мявком не преминул напомнить огромный барс, разлёгшийся рядом. Усмехнувшись и суша себя тёплым ветром я отозвался на его мысленный посыл:

– Ценю твои тонкие шутки о моей ещё более тонкой шкуре, дружище. И даже не буду напоминать, как ты летом в своей шубе страдал от жары.

В ответ мне снова донеслось низкое мяуканье, слегка напоминающее рык и примерно означавшее «Вот и не напоминай». С Ахиллом мы нашли друг друга в Корвинских горах, куда учитель за пару минут отвёл меня Зелёным Путём в надежде, что я от него отвяжусь. Всё таки найти себе побратима в небольшой долине для необученного деревенского паренька было практически невыполнимой задачей. Но как показала практика не невозможной, мне и молодому барсу с пораненной лапой повезло не только встретить друг друга, но и найти общий язык, образовав магическую связь. Против этого друид возразить уже никак не мог, всё таки подобные маловероятные события – это практически указующий перст Матери Природы. Ну или всё таки следствие невероятной удачи. Я не определился со своим мнением на этот счёт, просто радуюсь тому, как сложились обстоятельства. Ахилл в целом разделяет моё мнение, тем более что благодаря нашей мысленной связи он приблизился интеллектом к уровню не самого глупого человека и… опять возмущённо мявкнул.

– Ну хорошо, умного – фыркнул я, одевшись и на ходу погладив кошака по лобастой голове – Большинство тебя явно тупее. Не говоря уже о том, что ты красив, силён и вообще как же мощны твои лапища.

После этого зверь сменил гнев на милость и мы продолжили путь к дому. Ахиллес был, как и все коты наверно, довольно самолюбив и не одобрял, когда его таланты принижают. А ещё на дармовой природной энергии и благодаря науке укунов, любивших выводить химер, вымахал мне уже по грудь. Если б не та самая сила окружающего мира наверно всё бы съедобное в окрестных лесах сожрал, но к счастью до этого не дошло. Однако с аппетитом у этого проглота тем не менее дела обстояли отлично и хрумкал он почти столько же, сколько и Венд, побратим моего наставника. Этот бурый медведь в холке был заметно выше меня, даром что я сам в свои годы уже был примерно с метр девяносто, то есть скорее бы сошёл за кого-то из благородного сословия, чем за одного из часто недоедающих простолюдинов. Что сказать, хорошая генетика и сила природы в жилах творят и не такие чудеса.

Путь до дома от ручья был недолог и спустя пол минуты Ахилл улёгся у крыльца недалеко от Венда, который похоже уже мирно посапывал. Зимняя спячка магическому зверю не грозила, однако в объятьях Морфея он в холодный сезон всё таки проводил заметно больше времени, чем летом. Я же зашёл внутрь, повесив тёплый плащ на вешалку из оленьего рода и сел к столу, проговорив:

– Приятного.

– И тебе – отозвался учитель, оторвавшись от еды – Как думаешь, готов?

– Готов драться до конца – усмехнулся я, берясь за ложку.

– Это я уже слышал – фыркнул он.

– Я знаю. Сам же говорил.

Разговаривали мы о предстоящем поединке, который за время моего ученичества превратился в своеобразную традицию. Больше трёх лет назад во время похода за рудой к Рифейским горам нам встретились бывший соученик моего наставника со своим подопечным, который грыз гранит друидской науки заметно дольше меня. В общем слово за слово и два мудрых учителя приказали нам показать удаль молодецкую да искусство магическое. Мой оппонент меня недооценил и получил посохом по морде, однако добить его не удалось, Байлион быстро собрался и всё таки победил. Однако зрелище друидам понравилось, а помереться длинной волшебных посохов – это вообще святое дело. Так что история теперь повторяется каждый год. Во втором поединке Соколиный Глаз не дал мне ни шанса. Он не только перестал питать иллюзии на свой счёт, но похоже тренировался не покладая рук и натурально меня отделал. В прошлом году мы бились почти на равных. Для этого пришлось рвать жилы даже больше обычного, но разрыв я определённо сократил. Однако меня всё таки приложили в итоге о скалу так, что сознание улетело на пол часика в далёкие дали. Теперь Корнегур гонял меня в преддверии нового поединка, не желая опять проигрывать старому приятелю, о чём мне тут же в очередной раз поведал:

– Я знаю, что ты знаешь. И уж обещаю, что если опять тобой вытрут скалы, весь следующий год будешь не вылезать с поединков. Никакой теории, которой ты любишь забивать голову, никакого отдыха и никаких твоих тупых мечей. Только любимый наставник, который всё таки вколотит в тебя умение побеждать.

– Нисколько не сомневаюсь – хмыкнул я, помня что у Корнегура слова с делом действительно не расходятся – Хотя не сказал бы, что мой меч тупой. Шёлк на лету разрежет.

– Толковый маг тебе всё равно не даст к себе подойти, а ты не должен позволять ровно того же самого никаким воинам – в очередной раз проворчал наставник – Только руду и время на бракованный кристалл перевёл.

– Как говорили умные люди: даже если меч сможет спасти тебе жизнь лишь раз, его всю жизнь стоит носить с собой – парировал я – Да и не настолько кристаллический клинок бракован. Лезвие ветра отправить во врага очень даже может.

– Это единственное что он может – опять раздалось ворчание.

Корнегур не одобрял ни моё увлечение спортом, оставшееся с прошлой жизни и буйно расцветшее в этой при подпитке природной энергии и здоровом колене, ни желание научится владеть мечом, ради чего я раз в неделю бегаю к Щербатому Хамфри в баронский замок, ни то, что я перевёл часть сырья для магических кристаллов на кинжал, который сейчас разросся до меча, напоминающего катану из мутно синего стекла. В чём-то он конечно прав. Но какой мужчина не любит холодное оружие? И кто сказал, что всё всегда будет идеально аки в учебнике по тактике для магов-дальнобойщиков? Так что я не только тренировался, но и справил своему «шедевру» ножны с рукоятью из одной ветки подходящей формы, а коль скоро меч был без цубы и оказался ювелирно подогнан в стыке, отличить его от обычной слегка изогнутой палки было практически невозможно. Этакое оружие последнего шанса на случай, если враг всё таки подойдёт ко мне слишком близко. К тому же мне нравился медитативный процесс выращивания кристаллов, а в тот, что в навершии посоха, много и быстро не впихнёшь, свойства потеряет. Так почему бы не иметь хобби для разгрузки мозгов, если других развлечений особо нет?

Глава 1

Утром следующего дня я после привычной разминки с посохом, которая имела заковыристое укунское название и примерно переводилась на человеческий язык, как танец гармонии, отправился в Уатстон. Хамфри заранее меня предупредил, что в этот мой выходной будет занят, так что мечами позвенеть не удастся. Но тем не менее нужно было выбраться к цивилизации за продуктами и попутно расплатившись нетрудной, но полезной работой. Магия – могущественная штука, она способна очень на многое, одни её проявления ярки, как тот же огненный шар, а какие-то куда менее заметны. По весне мы с учителем занимались благословением полей, дающих с некоторых пор заметно большие урожаи, нежели у соседей. От чего те кстати стали почаще заезжать к барону Брому и уговаривать его «одолжить болотных колдунов на следующий сезон». Однако тот пока что набивал цену и вообще не очень горел желанием усиливать кого-то, пусть и за хорошие деньги. Феодализм-с, понимать надо. Сегодня вы друзья, а завтра можете стать врагами. А больше еды – это больше налогов, больше налогов – это больше воинов, которые в свою очередь могут стать проблемой при конфронтации. Аристократы же по моему скромному мнению могли нормально дружить только против кого-то, в противном случае даже родственные связи не слишком помогали. Впрочем на Земле было так же, вся европейская знать и королевские дома переженились между собой, но войны от этого не прекратились. Скорее даже наоборот. Так что с советами про хозяйственную кооперацию я к сиру Лионелю не лез, даром что подозревал всякое нехорошее. Соседи ведь могут и между собой договориться, чтоб не дать усиливаться исключительно нашему формальному сюзерену. Впрочем он мужик взрослый и неглупый, сам как-нибудь разберётся.

Я же сегодня прибежал к родной деревне по лесу и перешёл на шаг в поле, кивнув Ахиллу. Барс, особенно настолько разросшийся, напрягал глупых двуногих, так что лучше бы ему пока что побегать в стороне. Так всем будет спокойнее, а кошак глядишь и добычу какую найдёт, те же кабаны нередко подходили близко к человеческому жилью.

Работы на полях давно завершились, так что там я никого не встретил. Крестьяне в это время обычно обихаживали скотину или занимались иными хозяйственными делами. Староста Жафран и вовсе нашёлся у себя во дворе занимающийся телегой в точном соответствии с поговоркой о времени её подготовки.

– Здорово, Рэзор – приветливо кивнул он мне.

– Доброго дня – слегка склонил голову я, досадуя на очередные средневековые заморочки. Раньше мне необходимо было приветствовать его первым, как старшего по возрасту, но в достаточной мере овладев волшебой, я вроде как поднялся в иерархии выше, так что ситуация несколько поменялась. Не будешь соответствовать реалиям – посчитают кем-то вроде деревенского дурачка, которого и облапошить не грех. А потому приходилось держать марку.

– Как твоя учёба? – тем временем задал дежурный вопрос мужик.

– Да всё так же – махнул я рукой – Пошли лучше сразу амбары глянем. Мне ещё две деревни оббежать сегодня.

– И то верно – кивнул он, отложив инструмент в сторону – Тем более Юверин опять там крутился.

– Не сомневался в нём – проворчал я – Скорее удивился бы, поступи он как-то иначе.

Юверин, а точнее пастор Юверин, был новым жрецом Света в здешней часовне, его прислали на смену отцу Шарпу. Мужчина средних лет с окладистой чёрной бородой официально окормлял паству, заодно излечивая страждущих. А неофициально шпионил по мере сил за мной с Корнегуром и не давал нам смущать неокрепшие умы несчастных пейзан, причём делал это страшно топорно. Хотя некая грубая прямолинейность вообще похоже присуща всем клирикам Света. Меня он к примеру отказался пускать на службы, чтоб я своим присутствием ему часовню не осквернял, на что мне осталось только пожать плечами, заставить пальцы засветиться и заявить, что главное – это вера в Свет сердце. Правда фанатика всё равно ни в чём убедить не удалось, специально похоже такого подобрали. Ну или дали предельно однозначные приказы, тут без паяльника не разберёшься.

Вторым пунктом противодействия «болотным еретикам» стали попытки освящать поля после наших благословений. Тут у пастора ничего не вышло, всё таки работая с почвой на повышение её плодородия друиды не создают некую ритуальную зону, в которой и сухая палка прорастёт. Так тоже конечно можно, но уж очень затратно, если речь не идёт о мелкой делянке с какими-то особо нужными прямо завтра травами. Поля же в первую очередь спасаются от истощения почв, вкладывая энергию и прося саму Природу восстановить верный баланс. Не был агрономом в прошлой жизни и вообще как-то оказался там далёк от сельского хозяйства, но про минеральные удобрения там кажется не слышал только ленивый. И сдаётся мне мы с Корнегуром работали с чем-то вроде их магических аналогов. Так что после нас рассеивай магию Светом, не рассеивай, а результат особо не изменится. Тут как с теми же гибкими лозами, способными спелинать жертву, отключение волшебы просто заставит их перестать тебя сжимать, но выбираться придётся в ручную. Что впрочем не помешало жрецу поставить повысившуюся урожайность себе в заслугу. Я на это плюнул, сельчане тихо посмеялись.

Но вот когда он развеял заклятия, отпугивающие от амбаров грызунов с прочими вредителями, ситуация слегка поменялась. К хорошему привыкаешь быстро, крестьянам года за глаза хватило, что прийти к мысли, что друид существо крайне полезное, а его трюки облегчают жизнь. Так что они очень огорчились, когда пастор прошёлся со своими благословениями и зерно опять начала жрать всякая пакость. Жафран попытался с ним сначала по человечески поговорить, а когда не получилось очень прозрачно намекнул, что лёд нынче на речках тонкий, можно провалиться и уже не выплыть. Юверин на угрозы побежал жаловаться барону, но получил по шапке и там, сир Лионель как-то не оценил, начало истории про начавший портиться урожай. Правда сам угрожал только выгнать жреца со своей земли за вредительство, коль скоро церковники подсудны лишь церкви. Тот похорохорился, но всё таки смирился с положением вещей и с тех пор у нас с пастором была своеобразная холодная волна. Ну точнее у меня, Корнегур-то класть на всё это хотел, разве что ругнулся на одного святошу, которого всё таки стоило прибить по тихому. Хотя по мне так решение оставить приора в покое было правильным, такого иерарха даже если без свидетелей замочишь, будут проблемы. Придётся переезжать. А так он укатил к себе в пенаты и приходится переживать не об отряде паладинов, прибывших по наши души. Только о излишне рьяном жреце, что может подпортить заговоры на амбарах и мрачно на меня зыркает, всякий раз как видит.

– Ну что скажешь? – поинтересовался Жафран, когда мы дошли.

– Да вроде в порядке всё – отозвался я, шагая вдоль стены амбара.

– Тогда чего он сюда лазает? – мотнул седой головой бывший десятник, которому в своё время очень не понравилось, что святоши решили подменить тут своим мнением правосудие барона.

– Чужая душа потёмки – пожал я плечами – Может пытается даже разобраться как всё это работает, чтобы повторить. В конце концов мы оба умеем лечить, пусть и по разному, почему бы не научится отпугивать мышей Светом?

– А так можно? – поинтересовался староста.

– Наверно да, хотя даже близко не представляю как, грызуны ведь не нечисть какая, а обычные живые существа – развёл я руками, возвращаясь обратно ко входу – Давай ещё внутрь заглянем.

– Вроде не открывал никто с прошлого раза – произнёс Жафран, но замок всё таки отомкнул.

– Лучше проявить излишнюю бдительность, чем беспечность – отозвался я.

Конечно сильно вряд ли жрец Света будет травить паству, он от подобного скорее всего способности потеряет, но поди разбери что у святоши на уме. Может он решит, что слабительное поспособствует укреплению веры в людях и спасению их душ? Однако подозревал я мужика похоже зря, с запасами всё было в порядке как тут, так и в остальных амбарах. Если же жрец действительно такой гений, что придумает, как повторить друидическую магию на базе Света, то честь ему и хвала. В этом мире простолюдины по весне не так уж и редко помирают с голоду в том числе и благодаря различным вредителям. Если их сможет кто-то спасти, то я просто похлопаю.

А церковь, при всей моей к ней неприязни, сможет, если узнает как. Это маги держатся за свои секреты, как скряга за кошель. А вот жрецы весьма активно обмениваются между собой опытом. Если Юверин откроет что-то эдакое, то его быстро повысят в иерархии, а его знания распространят, укрепляя позиции жречества сначала в Ванконе, а затем и в других королевствах, хотя там конечно кардиналам придётся раскошелится ради знаний. Собственно за счёт подобной системы святоши наверно и придавили влияние магов. Ну и стали такими вот офигевшими, не без этого. Великая сила требует великой ответственности, но чаще порождает уверенность в собственной безнаказанности даже у лучших из людей. Я уж про средних и худших не говорю… Хотя совсем козлам Свет вроде откликаться не должен.

Как бы то ни было, а я закончив в Уатстоне побежал по маршруту дальше. Часовня стояла только в призамковой деревне, в иных со своим личным жрецом-целителем как-то не сложилось, так что пришлось немного поработать фельдшером и разок ветеринаром. Один из коней в Брикде простыл, подлечив его я пополнил свой кошелёк на несколько медяков, а котомка заметно потяжелела от продуктов. Хорошо хоть её таскать на горбу больше не нужно, с тех пор как я научился смещать поклажу на Зелёный Путь.

Вообще этот трюк в первую очередь стараются изучить те друиды, что избирают своей стезёй оборотничество. Кому приятно каждый раз при превращении в могучего зверя расставаться с одеждой? И хорошо если её можно спокойно снять, а если в бою? Тёплая шуба не так уж и сразу порвётся даже на медведе, а её остатки могут начать мешать движению. Сомнительная радость, когда от скорости может зависеть твоя жизнь. Вот и нашёлся способ смещать всё лишнее поближе к Плану Природы, а затем, оборачиваясь в человека, не сверкать голой задницей. Ну а я вполне мог убрать из мира котомку с припасами и надеялся развиваться дальше. Не то чтобы так уж хотелось выйти на уровень одного забавного друида, который всегда носил свой терем с собой, чтоб у него ничего не спёрли, пока он отлучается по делам, но навык определённо полезный.

А вот на счёт оборотничества я так не уверен. Связка маг и зверь-побратим обычно работает куда эффективнее просто двух опасных животин. Возможность летать со скоростью птицы заманчива, но я не намного медленнее хожу по Зелёному Пути, даром что это у меня получается пока что не очень хорошо. Корнегур же может за несколько минут перебежать целое королевство, куда там полёту какого-нибудь стрижа. Разведка? Ну так я могу просто ближайшего воробья попросить поработать моими глазами, а мест вообще без пернатых не так чтобы очень много. Путешествие за море-океан или через Рифейские горы? Опять же далеко не каждая птица осилит и есть иные альтернативы вроде корабля. Вот и выходит, что у меня нет причин сначала долго и упорно пытаться обернуться вторым Ахиллесом, а затем прикладывать ещё больше усилия, чтоб научится становится птицей. Гемора много, профита мало, ещё и животные инкстинкты на мозги капать будут. Так что подобные навыки я оставил на очень далёкое потом. Вот не будет других дел, заскучаю и тогда можно бы заняться чем-то малополезным, но прикольным.

Сейчас же я бежал по дороге в сторону места, где собирался свернуть в лес. Можно было чисто ради тренировки пробежаться напрямки, но в выходной захотелось слегка полентяйничать. Правда с этим делом я похоже не сильно угадал, коль скоро носящийся среди деревьев барс мне просигнализировал о идущей на встречу компании из пятерых мужчин. Рассмотрев картинку глазами зверя, я остановился и призадумался. Идущие навстречу выглядели как типичные наёмники. Один уже седой вояка тащил секиру за спиной и слегка прихрамывал на левую ногу, видимо старая рана, трое были крепкими мужиками среднего возраста, они могли похвастаться добротными щитами и копьями, пятый был юнцом с коротким топориком за спиной и луком в чехле за плечами. С бронёй дела были не очень, однако на кожаные доспехи солдаты удачи вполне наскребли.

По уму бы наверно стоило повернуть в лес и сделать вид, что меня тут не было. Всё таки наёмники публика буйная и часто жадная, не зря они часто переквалифицируются в бандитов. С другой именно по этой причине стоит выяснить что да как, было бы неприятно, если бы они кого-нибудь тут ограбили и прирезали потому, что я ничего не предпринял. Только следует малость подготовиться, чтобы вышеперечисленное не произошло со мной.

Почесав репу и припомнив изгибы дороги, я слегка пробежался вперёд, избрав удобное место между двумя дубами, растущими на разных обочинах. Корни тут хорошие, работать с ними одно удовольствие, особенно накладывая заклятия заранее. Друиды вообще наиболее опасны в лесу, который готовили к схватке, некоторых вообще разве что долгой бомбардировкой с воздуха проймёшь. Правда закончив с закладками пришлось отбегать обратно. Встретится со своими визави надо на ходу, а не стоя столбом посреди дороги. Последнее было бы подозрительно. Для конспирации так же пришлось припорошить снежком следы своих сапог, народ сейчас между деревнями ходит мало, так что потревоженный белый покров может броситься в глаза. Ахилл занял позицию с фланга. Совсем бы идеально было, залезь он на ветви одного из дубов, но с листьями уже были проблемы. Мог помочь отвод глаз, но седобородый ветеран выглядел тёртым калачом, такой может заметить, что что-то не так, начать всматриваться пристальней, нервничать, тянуться к оружию… В общем делать всё то, чего бы мне от него не хотелось.

Закончив с приготовлениями к возможным неприятностям, я наложил на себя щит и начал не торопясь шагать вперёд, опираясь на посох. Кристалл на его навершии скрылся в дереве, как тычинка в бутоне, сама же палка в этом мире ни у кого не вызывала особого удивления. С ними много кто из путников ходит, от тех же волков отбиться поможет, да и на болоте полезна. Наёмники показались из-за поворота, шагая мне навстречу, встретились мы с ними как раз там, где я и планировал.

– Доброго дня вам – для начала недурно было проявить вежливость.

– И тебе не хворать, парень – отозвался седой мужик – Ты откуда будешь?

– Из Утстона. Обратно вот туда с Брикды иду – ответил я.

– Как там Оглав, жив ещё? – поинтересовался он.

– Жив, правда кузню уже на сына оставил, сам больше на завалинке сидит и всех поучает – улыбнулся я.

– Это он и раньше любил – фыркнул обладатель топора.

– Родственник что ли? – спросил я.

– Да не, старый знакомец – мотнул мужик головой – Ладно, нечего на месте топтаться, успеть до темна под крышу надо.

– Доброго пути – кивнул я, шагая вперёд уже было начав думать, что зря так заморачивался, когда один из копьеносцев попытался свернуть мне кулаком челюсть.