Текст книги "Любовь по контракту. Замки из песка (СИ)"

Автор книги: Тиана Соланж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

– Это точно, – со вздохом поднялся он, как ни в чем ни бывало, отправился к двери. – Кстати, если покажешь мне все свои... умения, что демонстрировала на тех фотографиях, может, даже проведу с тобой вечерок – другой. Ну, так как? – обернулся он у дверей, а Каролину затрясло от гнева и ненависти.

– Убирайся! – она не хотела даже знать, откуда ему известно о тех снимках.

– Ну, как знаешь, – равнодушно пожал плечами он, выходя за дверь и оставляя Каролину одну.

Глава 12

Алехандро потер уставшие глаза и снова посмотрел на монитор компьютера. За его спиной завис молчаливой статуей Диего, который смотрел куда угодно, но не на экран и своего хозяина. Интересно, о чем он думал? Осуждал его? Тогда зачем показал ему запись? Мог просто удалить ее, и Алехандро ничего не узнал бы.

Не дожидаясь конца записи, мужчина молча поднялся и направился к двери. В душе было пусто, словно из него вытянули все жизненные силы, и было уже все равно, что скажет или...

– Сеньор Алмейра, позвольте высказаться на сей счет? – тихий голос охранника заставил его на мгновение замереть, но головы он не повернул, и Диего продолжил. – Я мало знаком с... сеньорой, но вижу, что она... другая. Такая не предаст. Я не знаю, что произошло на самом деле, но...

– Достаточно, Диего, тебе платят не за это. Не припомню, чтобы я нанимал тебя психотерапевтом, – ледяным голосом оборвал его Алехандро и покинул операторскую. Слова телохранителя задели за живое, а сам он до сих пор не понимал, кому стоит верить, а кому – нет.

Прилетев поздним вечером в Испанию, он не сразу поехал в особняк, решил съездить в новый дом, который готовил к переезду. Ремонт был практически завершен, оставалось только привезти мебель, заказанную ранее, хотя их спальня, как и детская для Эрни, были готовы. Алехандро немного побродил по дому, настраиваясь на разговор с женой. Ему все еще требовалось время, чтобы осмыслить все то, что он узнал не только от подруги Каролины, но и от нанятого для расследования специалиста. На своей родине он бы сказал – детектива, в России же... ну, скажем так, не совсем легального частного сыщика. История, конечно, вышла мутная, но мужчина так и не понял, почему Каролина до сих пор скрывала от него, что ей постоянно угрожали?

И, конечно, все было совсем не так, как описывал ему Шефер. Ему, кстати, еще предстоит не только пообщаться с адвокатом семьи Алмейра, но и с полицией России. Алехандро подал заявление, решив не оставлять без внимания факт угроз и шантажа в адрес его семьи. То же самое он сделает и в Испании, потреплет нервы этому мерзавцу.

Телефон тренькнул пришедшим на мессенджер сообщением, в котором оказалось фото его жены в постели и объятиях мужчины. Перед глазами тут же все поплыло, а внутри вспыхнули ярым огнем ревность и злость. То есть, пока он выяснял сколько темных пятен в прошлом его жены, она проводила время в объятиях его брата?! То, что рядом лежал и Баст, не оставляло сомнений, а рука Каролины еще и обнимала его за шею.

Рука непроизвольно сжала телефон с такой силой, что послышался хруст ломаемого пластика. Боль отрезвила на мгновение, заставив в ступоре посмотреть на испорченный аппарат, а по ладони стекала алая струйка крови. Как она могла? Его не было всего три дня! Отбросив сломанный телефон в сторону, он провел второй ладонью по лицу.

Мысли упорно вращались не только вокруг только что присланного сообщения, но и вернулись на несколько недель назад. Тот случай, когда Каролина якобы застукала его с другой, точнее, с Лореной. Только сегодня все произошло с точностью наоборот. Кто-то упорно пытается развести их, и если тогда была замешана его мать – ну и брат, конечно же! – после обстоятельного разговора с матерью, она поклялась, что не пыталась ни коим образом навредить сыну и поссорить братьев. Просто случилось недоразумение, и Лорена случайно оказалась в беседке с Себастьяном. И, вообще, у них, оказывается, любовь. Алехандро отнесся к этому заявлению скептически, но Баст подтвердил, что они с Лореной вот-вот собирались объявить о помолвке, а любят друг друга давно, просто не признавались.

И вот сейчас... это фото его жены и брата, присланное с неизвестного номера. Кто и зачем опять пытается разучить его с женой? На что надеются? Что он не поверит Каролине и выгонит ее? Да бред же! Видимо, все же придется поискать среди ближайшего окружения этого «благодетеля».

В особняк он поехал на такси, хотелось вернуться незамеченным, чтобы... черт! Да, он хотел прийти в комнату жены, их комнату и увидеть все своими глазами. Дом спал, но он точно знал, кто не спит, а находится на посту.

Да, ревность не оставляла его, даже несмотря на постоянное присутствие рядом любимой женщины, и он наказал Диего присматривать за ней. Конечно, это не красило его ни в глазах жены, если она об этом узнает, ни в собственных. Но лучше мучиться от гневного гласа совести, вымаливая прощение, чем позволить и дальше грызть сомнениям, думая, где она и с кем.

Диего встретил его сам, только молча кивнул, предлагая войти. Сам показал видео с камер, установленных в коридоре. Как Каролина возвращается поздно вечером в свою комнату, как спустя время к ней приходит его брат, при этом он спокойно входит в комнату, будто делает это постоянно. А что, если это так? Он ведь в последнее время возвращался слишком поздно, чтобы...

Нет! – он тряхнул головой, прогоняя противный голосок, шепчущий, что, наверняка, Каролина даже не распознала подмены. Ведь именно он, Алехандро, изначально не предупредил ее, что у него есть брат-близнец. Она не была готова к тому, что их сложно будет отличить, а Себастьян мог быть обходительным и притворяться им. Они в юности не раз так морочили головы девушкам, в основном, проверяли на «верность». Низко и подло – да, но тогда они о последствиях не задумывались. И вот теперь ему самому пришлось испытать подобную «проверку» на себе, вернее, испытать Каролину, но гадко чувствовал себя именно он.

– Есть еще записи? – глухим голосом уточнил Алехандро, смотря на экран, когда брат покидал спальню Каролины через два часа. Что ж, время с сообщением совпало, значит, он провел, вернее, они провели его вместе.

– Одна, – нехотя проговорил Диего, пряча взгляд. Понятно, решил прикрыть любовников, – усмехнулся про себя Алехандро, но продолжил сверлить взглядом телохранителя, – после прилета с острова...

– Ясно, – сухо обронил Алехандро, а затем, немного поразмыслив, проронил, – сделай мне копию.

* * *

Проснулась Каролина с сильнейшей головной болью. Сказались сорок минут беспрерывного потока слез. Телефон мужа по-прежнему молчал, но удалось дозвониться до аэропорта, где ей сообщили, что среди прибывших рейсов, несмотря на сильнейшую непогоду, был один из России, а в списках прилетевших значилась фамилия Алмейра. Каролина облегченно выдохнула, чувствуя, как по щекам сбегают слезы облегчения. Значит, с Алехандро все в порядке. Внутри кольнуло неприятное ощущение, что муж даже не позвонил ни разу за все время, прекрасно зная, что она волнуется, не приехал домой и не пожелал ее видеть.

Резко сев на кровати, девушка почувствовала, как закружилась голова, а к горлу подкатил противный ком желчи. Едва успела добежать до ванной комнаты, склоняясь над раковиной и ощущая, как мелко трясутся мышцы, с трудом удерживая ее на ногах. Противная липкая слабость накатила на девушку, заставляя присесть на край ванны, чтобы отдышаться. Из огромного зеркала на нее смотрела бледная, уставшая женщина с серым оттенком кожи и тусклыми глазами и волосами. За эти три дня она так издергалась, что даже не удивилась собственному внешнему облику. Если Алехандро своим поведением хотел добить ее или избавиться, ему удалось. У нее просто не осталось моральных сил страдать по этому поводу и придумывать новые оправдания того, что муж ее бросил.

– Да, пора уже признать, что так оно и есть, – пробормотала девушка, устало потянувшись к крану, чтобы включить воду. Набрала в ладошку ледяной воды и умыла лицо, чтобы хоть немного приободриться, когда услышала щелчок замка входной двери.

Мгновение на испуг – вдруг снова заявился Себастьян, а потом ошеломляющая радость и надежда, что вернулся Алехандро. Каролина подскочила, едва не забыв завинтить кран, и выскочила из ванной.

– Алехандро, – с облегчением выдохнула она, заметив его стоящим у окна. Свет дня на секунду ослепил девушку, когда супруг повернулся, и она не сразу заметила его отчужденность. Лишь оказавшись рядом, чтобы его обнять, просто подняла взгляд, чтобы тут же остановиться и замереть. На нее пустым взглядом смотрели прежде любимые карие глаза. – Алехандро...

– Доброе утро, Каролина, – сухо поприветствовал он, чтобы тут же отвернуться, – одевайся, я подожду за дверью.

Приказ, отданный холодным, лишенным даже намека на радость, тоном, заставил плечи девушки поникнуть, а она сама отступила на шаг, давая ему возможность пройти. Он не поцеловал, не прикоснулся... словно перед ней чужой человек. Не ее Алехандро – чувственный, нежный, заботливый мужчина. Словно его... отражение. Жестокий, надменный, суровый испанец, такой, как его брат. Не знающий пощады.

Она вышла к нему ровно через пятнадцать минут, собранная и деловитая, скрывающая за макияжем бессонные ночи, проведенные в пустой супружеской спальне. Как же быстро растаяло их счастье, разбилось... даже не о быт, а о чужую ненависть и зависть. А она... она оказалась слабой, чтобы бороться за свое счастье. Да и как за него бороться, если любимый человек смотрит на тебя абсолютно равнодушно.

– Алехандро..., – она слегка замялась, не зная, с чего стоит начать, но точно была уверена, что он знает обо всем, а потому... – Я все могу объяснить. То, что произошло тогда, – она подняла взгляд, пытаясь найти в его лице понимание, а, может, даже злость. Но не маску отрешенности. – Тебе, наверное, уже сказали, что я... что там произошло, – нервно сглотнула Каролина, снова опуская взгляд. Черт! Ну почему она такая мямля и трусиха?! Ведь, что стоило ей сразу после свадьбы – или до нее – рассказать о том случае, чтобы не врать и не изворачиваться.

– Да, я в курсе, – снова сухо проронил Алехандро, даже не делая вид, что не знает. – Я нашел и уничтожил все фото и видеоматериалы того... дня. Почему ты мне не рассказала, теперь не имеет значения. Никто тебя ими шантажировать больше не станет, – на секунду их взгляды встретились, но мужчина тут же отвел глаза, делая вид, что ему все равно. Но Каролина неожиданно воспряла духом, шагнув к нему ближе.

– Хандро, прости, я должна была сразу сказать тебе, но я... боялась, – произнесла она, кладя ему ладонь на грудь. Туда, где билось его сердце. Она почувствовала, почувствовала, что он злится на нее, но его поступок говорил красноречивее любых фраз. – Спасибо тебе. И... я бы обязательно все рассказала, просто не знала, как ты воспримешь это.

– Не стоит, – его ладонь сжала ее запястье, убирая руку, а затем он отступил. – Теперь это не имеет значения, Каролина...

– Каролина, – задумчиво проговорила она, тоже отступая на шаг и отворачиваясь, чтобы скрыть подкатившие к глазам слезы, – говоришь со мной, как с чужим человеком. Скажи, в чем я провинилась? За что ты со мной так? Уехал, не звонил и секретарю запретил говорить об этом. Я за эти дни переволновалась за тебя, а о маме ты подумал? Она же...

– Мама была в курсе, где я нахожусь, – ледяным голосом ответил Алехандро, и Каролина отшатнулась от него, словно он ударил ее наотмашь. – Тебе не стоит прикрываться заботой о других, в то время как ты сама..., – он сжал зубы так, что скулы побелели, а кожа на них натянулась. Только сейчас Каролина обратила внимание, что он тоже устал, а на щеках пробивалась щетина, делая его мрачнее и еще более далеким от того Алехандро, которого она знала.

– Вот, значит, как, – едва слышно проговорила она, смотря в окно. Там, по гравийной дорожке вели Эрни, который почему-то оглядывался по сторонам. – А... куда ведут Эрни? – только сейчас она заметила, что в автомобиль семьи Алмейра загружают два небольших чемодана. – Куда ты отправил Эрни?!

– Успокойся, – осадил он Каролину, а когда девушка дернулась, чтобы выбежать из комнаты, просто ухватил за руку и прижал к себе так, чтобы она смотрела в окно, а он сам остановился за ее спиной и наклонился к уху. – Если бы я знал, что именно ты разрушишь мою семью, настроишь моих родственников против меня и себя, клянусь, я бы не только оставил тебя в той тюрьме, но и сделал все, чтобы ты осталась там надолго, – прошипел он ей, обжигая горячим дыханием ухо и шею. – Ты, как та змея, вползла в мой дом, отравила своим ядом тех, кто мне дорог, влезла...

– Алехандро, что ты такое говоришь? – Каролина всхлипнула и дернулась, чтобы освободиться из его стальной хватки. По щекам, уже не скрываясь, текли слезы, размывая очертания предметов и уезжающий автомобиль. – Что ты такое говоришь, в чем обвиняешь меня? Я не понимаю...

– Не понимаешь, значит? – он нервно дернул уголком рта, а затем, потянул за собой из комнаты, продолжая удерживать ее за плечо, – не понимаешь...

Она едва успевала за ним, опасаясь растянуться на одном из ковров, которыми были устланы коридоры особняка. Кто-то тихонько пискнул, отходя с их пути, но Каролина по-прежнему ничего не видела из-за слез. Что теперь подумают о них, если озверевший хозяин дома волочет за собой жену на глазах у всей прислуги? – Куда ты меня...

Алехандро толкнул дверь какой-то неприметной полутемной комнатки, где находилось несколько человек. Проморгавшись, она узнала в сидящей сбоку женщине сеньору Леонорру, которая, не скрываясь, смотрела на нее с презрением и брезгливо поджимала губы. Рядом стоял Диего, охранник Алехандро, и еще какой-то мужчина, которого она не знала, но, кажется, где-то видела. И вот они смотрели на девушку с толикой сочувствия, вопреки выражению на лице сеньоры.

– Привел эту гадину, – констатировала Леонорра, поджимая и без того тонкие бесцветные губы. – Шл...

– Мама! Помолчи! – рыкнул в ее сторону Алехандро, подводя Каролину к креслу, что стояло у стола, на котором мелькали несколько мониторов. Сморгнув с ресниц очередные соленые капли, выступившие после оскорбления свекрови, Каролина смогла рассмотреть, что они демонстрировали записи с камер наблюдения, но сейчас почему-то были на стоп-кадре. – Диего, включи.

Охранник шагнул вперед и бросил мимолетный взгляд на недоумевающую Каролину, в котором на долю секунды мелькнули то ли тревога, то ли сочувствие. Но тут же его заслонил Алехандро, который отчего-то хмурился и недобро смотрел на телохранителя.

Замелькали кадры на экране, отсчитывая события в обратном порядке, но уже сейчас девушка поняла, что ей хотел показать муж. Вот из ее комнаты выходит Себастьян, а немного времени спустя он же открывает дверь в ее спальню.

– Бесстыжая! – припечатала за спиной свекровь, но Каролина не обратила внимания на ее слова. Только на цифры, мелькающие при перемотке. Почти три часа ночи, а зашел он... в час? Значит, он провел рядом два часа, пока она спала, как младенец. – Залезла сначала к одному моему сыну, а потом и второго сбила с пути. Да что же ты...

– Мама, помолчи, пожалуйста. А лучше выйди, – тихим приказным тоном произнес Алехандро, прожигая взглядом ее сгорбленную фигурку в кресле.

– Алехандро! Я более не желаю видеть ее в нашем доме, – непримиримым тоном заявила сеньора Алмейра, вставая с места. – Надеюсь, теперь твои глаза открыты и ты видишь, что... за особа перед тобой. На ком ты женился! Чтобы ноги ее в нашем доме не было!

Алехандро промолчал, а Каролина продолжала смотреть на экран, понимая, что... все. Они добились, чего хотели. Сеньора Леонорра, Лорена Хименез, Себастьян... они все сделали, чтобы Алехандро отвернулся от нее, да и он сам... он же получил то, что хотел, а она теперь не нужна?

Дверь за ее спиной закрылась с тихим стуком, оставляя их одних. Даже охранник вышел, чтобы они могли поговорить без свидетелей. Но Каролина, казалось, даже не заметила этого. Она смотрела на замерший экран, пытаясь понять – как же так? Как она могла попасть в их ловушку?

В повисшей тишине, казалось, был слышен медленный стук ее сердца.

– Каролина, если ты сейчас расскажешь мне всю правду, я... постараюсь понять тебя, а потом..., – Алехандро замолчал. Боковым зрением она видела, как его ладони зависли над ее плечами, а затем он медленно сжал пальцы и отстранился. Наверное, ему противно не то, что касаться, но и находиться с ней в одной комнате.

– Правду, – облизнув пересохшие губы, прошептала Каролина, не в силах отвести взгляда от экрана, на котором застыла фигура того, кто сломал все ее надежды на семью и счастливое будущее. Ее песочный замок рухнул в одночасье по прихоти избалованного сынка сеньоры Алмейра. Ее разлучили с мальчиком, которого она полюбила всем сердцем, очернили ее перед любимым мужем, а она не может даже ничего сказать в свою защиту – слишком очевидны доказательства. – Правда в том, что я не пришлась ко двору в твоей семье, Алехандро...

– Прекрати! Мои родные не причем... с братом я еще поговорю, – скривился мужчина, отворачиваясь от нее, а девушка только тяжело вздохнула. – Скажи, сколько раз мой брат приходил к тебе в спальню? Неужели...

Договорить он не успел. Ладонь Каролины загорелась огнем, а боль мгновенно вызвала приступ ярости, выжигая все чувства внутри.

– Не смей! Никогда не смей говорить мне подобного! – прошипела она, смотря ему прямым твердым взглядом в глаза. Смотреть на отпечаток собственной ладони на его щеке было... больно, но слушать его обвинения еще больнее. – Я не изменяла тебе с твоим... братом, – последнее она буквально выплюнула, – я прогнала его, как только...

– После этого? – издевательски усмехнулся Алехандро, разворачивая экран своего телефона к ней. Стекло оказалось все в трещинах, но изображение было четким. Она и Себастьян в одной постели. – После того, как он отправил мне это сообщение, ты его выгнала? – он с силой сжал плечи жены, глядя в ее широко распахнутые зеленые глаза, в которых застыло изумление, шок, боль. – Ты хорошо научилась играть свою роль, браво! – он хлопнул в ладоши и издевательски склонил голову, словно признавая ее талант актрисы.

– Скажи, я когда-нибудь тебя обманывала? – тихо спросила она, и мужчина резко обернулся.

– Напомнить, почему я уехал в Россию на три дня? – недоуменно приподняв брови, уточнил он, и девушка закусила губу. – Признаю, там несколько иной случай, но вот верить тебе, после того, как ты мне солгала...

– Алехандро...

– Я хочу услышать правду, – холодно проговорил он, не глядя на нее. – Сколько? Просто скажи...

Но девушка только покачала головой, понимая – что бы она сейчас ни сказала, он все равно не поверит. Ей просто нужно найти доказательства, что она невиновна или... уйти навсегда.

– Что ж... думаю, разговор окончен, – сурово поджал губы Алехандро, а затем просто шагнул к двери. – Собирай вещи, ты поживешь пока в городской квартире. Так будет лучше для нас обоих. Как только мы оформим развод, ты вернешься в Россию. До этого времени я запрещаю тебе выходить без моего разрешения куда-либо. Если ты посмеешь связаться с журналистами..., – каждое его слово, будто огромный камень, падали между ними, означая конец всему. – Эрни тоже лучше пока побыть вдали от тебя, не стоит ему... знать обо всем.

– Алехандро, я не виновна, – тихо прошептала Каролина, когда мужчина практически вышел из комнатки.

– Не знаю... не верю, – ответил он равнодушно, а затем просто вышел, оставляя двери открытыми, а ее сердце навсегда разбитым.

* * *

– Просто замечательно, что вы порадуете наших детишек и их мам своими чудесными десертами, – восторженно произнесла директор местного центра помощи попавшим в беду женщинам. Она уже полчаса водила небольшую делегацию по коридорам центра, выкрашенным унылой серой краской. – Им, как раз, сейчас не хватает хороших эмоций...

– Простите, а... конкретно, какие женщины, вернее, из каких социальных слоев, попадают в ваш центр помощи? – вопросила глава делегации, она же директор благотворительного фонда, обратившегося с просьбой помочь провести акцию в поддержку женщин, подвергшихся домашнему насилию в небольшую кондитерскую, в которой теперь работала Валентина Белова. И в этот день ей выпала возможность проявить свои таланты, да еще и прорекламировать их заведение и продукцию. Конечно, здесь присутствовали и другие компании, решившие помочь, но кондитерская была всего одна. Но Валя находилась здесь совершенно по другому поводу. В списках благотворителей значилась фамилия Алмейра, и она очень надеялась, что Каролина непременно будет здесь, оставалось только найти момент, чтобы поговорить с ней.

После того случая, произошедшего четыре месяца назад, когда она собиралась на свадьбу лучшей подруги, а попала в переделку, девушка многое пересмотрела. И обида на Каролину, конечно же, прошла. Особенно, когда выяснилось, что это сделали намеренно, чтобы Тина не приехала. И кто? Брат жениха! Кто же знал, что они близнецы? Он-то и вручил липовое приглашение с неверно указанным адресом. Сеньор Алмейра, жених ее подруги, извинился, но тогда встретиться с Каролиной они не успели. Валя спешно улетала домой, а потом и сама потеряла новый номер Каро. Жаль, конечно, что судьба развела их, но подруге она желала только счастья.

– Разные, сеньора, – печально улыбнулась женщина, а затем они прошли в большой зал, где беззаботно играли дети, а их мамы читали или смотрели кино на большом плазменном экране. Валя плелась позади, тщетно рассматривая важных сеньор, уже находящихся там, и отыскивая взглядом стройную фигурку подруги. Кажется, вон та сеньора похожа на ее свекровь, но уверенной быть она не могла. Видела лишь мельком на фотографиях с торжества. Наверное, Каролина не приехала по важной причине, ведь она не могла не знать, что фамилия Тины значилась в списках делегации, и также не упустила бы возможности встретиться с ней.

Вокруг стоял невообразимый шум, который усилился, стоило детям заметить гостей. Пришлось всем отвлекаться от разговора и некоторое время общаться с непоседливыми малышами. Было видно, что детям тоже пришлось не сладко, но психика у них гибче, чем у взрослых, и забывают плохое они быстрее.

Валя любила возиться с малышней, привыкла за годы, проведенные в приюте. И сейчас раздавала припасенные в сумочке леденцы шумным смуглокожим ребятишкам. Директриса меж тем продолжала рассказывать о своих подопечных одной из сеньор, которая сопровождала предположительно сеньору Алмейра. Валя следила за ними боковым зрением, но дама редко открывала рот, чтобы что-то ответить, и больше походила на кусок айсберга, смотрящий на всех свысока. В какой-то момент она побледнела, и ее спешно вывели из зала. Что произошло, понять никто не успел, но девушка приблизилась к главе их делегации, в надежде услышать что-нибудь важное. Но, та по-прежнему внимательно слушала их невольного гида по этому не слишком радостному месту.

– Мы стараемся помогать всем, кто попал в беду, но, в основном, здесь те, кто сбежал от мужей-тиранов, или... вон, как та женщина, – она указала в сторону темноволосой молодой женщины, что сидела у окна, смотря куда-то невидящим взором. – Ее нашли на улице, практически за городом, возле мусорной свалки. Она была в очень тяжелом состоянии и до сих пор ничего не помнит о себе. Бедная девочка, даже имени нет, зовем ее Марией, но она не откликается. Надеемся, Пресвятая Дева смилостивится над бедняжкой, врачи дают хороший прогноз, но...

Валентина тоже с неким любопытством повернулась, чтобы рассмотреть ту, о которой она говорила, и замерла, не в силах оторвать взгляда от хрупкой фигурки в бесформенной белой футболке и плотной джинсовой юбке. Она сидела с отрешенным видом, глядя в никуда, и девушка невольно сделала шаг, желая убедиться, что ей не померещилось. Она бы узнала ее из тысяч людей, потому что всегда незримо чувствовала их связь, их дружбу, которую не разрушить ни одной ссоре. Пусть она и обижалась на Каролину, но... всегда желала ей только счастья.

Но сейчас видеть ее поникшие плечи и отрешенный взгляд было выше ее сил. Почему она в этом месте? Где ее муж? И почему... а вот на последней мысли она чуть не споткнулась, с нахлынувшим пониманием поворачиваясь в ту сторону, куда увели сеньору Алмейра. Значит, не ошиблась, но почему тогда Каролина не узнала ее? Или...

Что там говорила директриса о ней? Практически ничего не помнит, не отзывается даже на имя, потому что и его тоже не помнит! И с губ сорвалось то единственное, что сейчас так ей было необходимо.

– Лина?..

Казалось, она произнесла это шепотом, но девушка вдруг резко обернулась, уставившись на Валентину пронзительными зелеными глазами.

Конец первой части.