Текст книги "Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров"

Автор книги: Терри Гудкайнд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 47 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Глава 68

Несколькими днями позже, когда Ричард уже почти полностью поправился, дядя Тристана Башкара, король Джорин Башкар, правитель Джары, прибыл в Эйдиндрил во главе отряда уланов. На острие каждого из ста копий была голова.

Кэлен смотрела из окна, как отряд разворачивается двойной шеренгой перед дворцом Исповедниц. Джорин Башкар дождался, пока строй подравняется, и, сверкая доспехами, величественно направился со своим звездочетом Джавасом Кедаром к главным дверям.

Кэлен махнула Каре.

– Сходи за Ричардом. Пусть встретит меня в зале Совета.

Кара вышла за дверь, а Кэлен направилась в зал Совета.

Кэлен Амнелл, Мать-Исповедница, сидела в своем кресле под фресками Магды Сирус, первой Матери-Исповедницы, и ее волшебника, Мерита, и ждала своего волшебника.

Ее сердце забилось, когда он вошел. Золотой плащ развевался у него за плечами, амулет с рубином сверкал на груди, а серебряные кольца на браслетах и ножны Меча Истины были начищены до нестерпимого блеска.

– Доброе утро, моя королева! – произнес он, и его голос эхом прокатился по огромному залу. – Как вы чувствуете себя в этот последний день вашей свободы?

Кэлен редко смеялась в зале Совета. Это всегда казалось ей неуместным. Но теперь она разразилась веселым смехом, и даже стражники заулыбались.

– Отлично, магистр Рал, – сказала она, и Ричард поднялся на возвышение.

Кара с Бердиной и Улик с Иганом заняли свои места по обе стороны от него.

– Что происходит? – спросил он уже серьезно. – Я слышал, что какой-то король явился к нам с сотней голов на пиках.

– Король Джары. Помнишь? Ты послал ему голову Тристана, требуя капитуляции?

– Ах, этот король. – Ричард уселся в кресло позади нее. – И чьи у них головы?

– Скоро это станет известно.

Стражники распахнули тяжелые двойные двери, и в зал вошли два человека.

Остановившись перед возвышением, король Джорин отвел в сторону полу своего лилового плаща, отороченного белой лисой, и встал на одно колено. Позади него его звездочет опустился на оба колена и коснулся лбом пола.

– Встаньте, дети мои, – сказала Кэлен, как полагалось.

– Мать-Исповедница, – сказал король Джорин. – Рад снова видеть вас.

– И я вас, король Джорин. – Кэлен подняла руку и указала на Ричарда. – Это магистр Рал, владыка Д’Харианской империи и мой супруг.

Король поднял бровь.

– До меня доходила молва об этом. Примите мои поздравления.

Ричард наклонился вперед.

– Я отправил вам послание. Каков ваш ответ?

Кэлен подумала, что ей придется немало потрудиться, чтобы научить Ричарда дипломатическому этикету.

Король рассмеялся.

– Я с радостью присоединю свою страну к империи, возглавляемой человеком, который не заболтает меня до смерти, – он большим пальцем указал на звездочета, – как некоторые.

– Значит ли это, что вы готовы подписать капитуляцию? – спросил Ричард.

– Именно так, магистр Рал, Мать-Исповедница. В Сандилар прибыли представители Имперского Ордена и предложили нам присоединиться к ним. Мы ждали знамения, как потребовал наш звездочет. Тристан решил взять дело в свои руки и попробовать заключить сделку с Орденом. Когда началась чума, мы подумали, что это свидетельствует о силе Ордена, и, должен признаться, испугались. Но когда вы изгнали чуму, для меня это был совершенно ясный знак. Джавас, разумеется, рано или поздно найдет в небе подтверждение моему решению. Если же нет, мы найдем другого звездочета.

Джавас Кедар покраснел и поклонился.

– Как я уже говорил вам, ваше величество, это для меня не составит труда.

Король сурово посмотрел на него через плечо.

– Вот и хорошо!

– А головы? – спросил Ричард.

– Представители Имперского Ордена. Я привез вам их головы, чтобы вы не сомневались в моей искренности. Я подумал, что это подходящий ответ тем, кто насылает чуму и убивает без разбору.

Ричард склонил голову.

– Благодарю вас, король Джорин.

– Кто приказал обезглавить моего племянника Тристана?

– Я, – сказал Ричард. – Я сам видел, как он пробрался в покои Матери-Исповедницы и несколько раз пронзил кинжалом куклу, которую мы подложили вместо Кэлен. Он думал, что убивает Мать-Исповедницу.

Король пожал плечами.

– Правосудие есть правосудие, какой бы титул у преступника ни был. У меня нет претензий. Своему народу Тристан тоже служил плохо. Мы с нетерпением ждем дня, когда мы избавимся от угрозы со стороны Ордена.

– Мы тоже, – сказал Ричард. – Надеюсь, с вашей помощью мы приблизим этот день.

Король удалился подписывать документы. Ричард и Кэлен поднялись, чтобы уйти, но их остановил стражник.

– Что еще? – спросила Кэлен.

– Три человека хотят видеть магистра Рала.

– Три человека? Кто они такие?

– Они не назвали своих имен, Мать-Исповедница, но сказали, что они – Рауг’Мосс.

Ричард снова сел в кресло.

– Пусть войдут.

Кэлен ободряюще пожала ему руку под столом. Три человека в плащах с широкими капюшонами, надвинутыми на лица, скользнули к возвышению.

– Я магистр Рал, – сказал Ричард.

– Да, – произнес тот, что стоял впереди, – мы чувствуем узы. – Он поднял руку. – Это брат Керлофф и брат Хоук. – Он откинул капюшон, и Ричард увидел морщинистое лицо и редкие седые волосы. – Я – Марсден Табур.

Ричард испытующе оглядел этих людей.

– Добро пожаловать в Эйдиндрил. Что я могу для вас сделать?

– Мы ищем Дрефана Рала, – сказал Табур.

Ричард провел большим пальцем по краю стола.

– Мне очень жаль, но ваш верховный жрец умер.

Два младших служителя переглянулись.

Лицо Табура потемнело.

– Верховный жрец? Я верховный жрец Рауг’Мосс и был им задолго до того, как родился Дрефан.

Ричард нахмурился.

– Дрефан сказал нам, что он верховный жрец.

Табур в замешательстве потер висок.

– Магистр Рал, боюсь, что ваш брат… ввел вас в заблуждение. Он обманул вас, руководствуясь соображениями, которые я боюсь себе даже представить. Его мать оставила его нам еще ребенком. Мы его вырастили, понимая, что отец убьет его, если найдет. Когда мы поняли, что Дрефан опасен, мы решили и дальше держать его в своей общине, чтобы он никому не причинил вреда. Но он был талантливый целитель, и мы всегда надеялись, что когда-нибудь в его душе воцарится мир. Некоторое время назад он пропал. Несколько наших целителей были найдены мертвыми. Их убили самым неприятным образом: замучили до смерти. С тех пор мы ищем Дрефана. Мы шли по его следам и видели женщин, которые были убиты так же. Хотя его отец не причинил вреда его телу, похоже, дух Дрефана не избежал его влияния. Я молюсь, чтобы он никому не причинил вреда здесь.

Какое-то время Ричард молчал. Потом он заговорил:

– У нас свирепствовала чума. Ужасная чума. Тысячи людей умерли. Не жалея себя, Дрефан как истинный целитель общины Рауг’Мосс помогал страждущим. Он отдал нам свои знания и спас много жизней. Мой брат помог нам остановить чуму, но при этом погиб.

Табур сунул руки в рукава и изучающе посмотрел Ричарду в глаза.

– Вы хотите запомнить его таким?

– Он был моим братом. Его приход сюда отчасти помог мне понять силу прощения.

Кэлен снова сжала под столом руку Ричарда.

– Благодарю, что уделили мне время, магистр Рал. – Марсден Табур поклонился. – В сиянии славы твоей – наша сила.

– Спасибо, – прошептал он.

Три целителя пошли прочь, но вдруг Табур повернулся к Ричарду.

– Я знал вашего отца. Вы не похожи на него в отличие от Дрефана. Не многие оплакали бы смерть вашего отца или вашего брата. В ваших глазах, магистр Рал, я вижу целителя, истинного целителя, а не только воина. Волшебник, как и целитель, – дитя равновесия, и если оно нарушается, он погибает. Мы верно служили Д’Харе в прошлом. Если мы вам понадобимся, позовите нас.

Двери за ними закрылись, Улик вздохнул.

– Магистр Рал, есть еще много желающих вас увидеть.

– Если вы, конечно, хорошо себя чувствуете, – вставила Кара.

– Всегда найдется кто-то, кто хочет меня увидеть. – Ричард встал и предложил руку Кэлен. – Генерал Керсон примет их. Разве у нас нет более важного дела?

– Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? – спросила Кэлен.

– Как никогда прежде. Ты еще не передумала?

Кэлен улыбнулась и встала.

– Нет. Если магистр Рал полностью выздоровел, чего же мы ждем? Мои вещи готовы.

– Давно пора, – пробормотала Бердина.

Пока они ждали Ричарда, Кэлен ободряюще похлопала Кару по плечу.

– Она не станет нас обманывать, Кара. Если сильфида говорит, значит, ты можешь путешествовать.

Сильфида проверила всех телохранителей Ричарда, и только Кара прошла испытание. Ричард предположил, что это потому, что Кара завладела магией андолианина, а в ней присутствовала и Магия Ущерба. Но Каре не нравилась все, что связано с магией, поэтому сильфида вызывала у нее определенное недоверие. Кэлен придвинулась к ней поближе и прошептала на ухо Каре:

– В этой комнате тебе еще и не такое довелось пережить. Я сестра эйджила; я буду держать тебя за руку всю дорогу.

Кара посмотрела на Кэлен, потом на сильфиду.

– Ты должна это сделать, Кара, – сказала Бердина. – Ты будешь единственная морд-сит на свадьбе нашего магистра Рала и Матери-Исповедницы.

Кара перевела взгляд на нее.

– Магистр Рал вылечил тебя в свое время. – Бердина кивнула. – С тех пор ты не чувствуешь… некие особые узы с ним?

Бердина улыбнулась.

– Да. Именно поэтому я хочу, чтобы ты пошла. За меня не волнуйся. Я знаю, что Райна тоже хотела бы, чтобы ты отправилась туда. – Она хлопнула Улика по пузу. – Кроме того, кто-то должен остаться здесь и присмотреть за этими разгильдяями.

Улик и Иган дружно закатили глаза.

Кара взяла Кэлен под локоть и прошептала:

– После того как магистр Рал вылечил тебя, ты не чувствуешь… того же самого?

Кэлен улыбнулась.

– Я это чувствовала еще до того, как он меня вылечил. Это называется любовью, Кара. Когда ты заботишься о ком-то не потому, что вас связывают какие-то обязательства, а потому, что вы отдали друг другу частичку своей души. Когда он лечил тебя, ты почувствовала его любовь к тебе.

– Но я и раньше знала об этом.

Кэлен пожала плечами.

– Возможно, ты почувствовала это более остро.

Кара взяла в руку эйджил и покрутила его в пальцах.

– Наверное, он брат эйджила.

Кэлен улыбнулась.

– После всего, что мы пережили вместе, я думаю, мы все стали одной семьей.

В комнату вошел Ричард.

– Ну, я готов. Поехали?

Ричард не мог взять с собой Меч Истины; его магия была несовместима с магией сильфиды. Он оставил меч в анклаве Первого Волшебника, откуда никто не мог его взять. Разумеется, кроме Зедда. Но Зедда уже нет в живых. По крайней мере Кэлен так думала; Ричард же не хотел даже сомневаться в том, что Зедд жив.

Ричард потер руки.

– Итак, Кара, ты едешь или нет? Я бы очень хотел, чтобы ты была там. Для нас это много значит.

Кара улыбнулась:

– Придется поехать. Вы же не в состоянии сами себя защитить. Без морд-сит вы будете беспомощны.

Ричард повернулся к серебристому лицу:

– Сильфида, я помню, что я погрузил тебя в сон, но ты осталась бодрствовать. Почему?

– Я не была погружена в сон, пробудить от которого смогли бы только вы. Вы погрузили меня в состояние покоя, из которого меня могут вызвать другие.

– Но мы не можем позволять всяким другим тебя использовать. Разве ты не можешь отказываться? Разве ты не можешь просто не явиться на зов? Мы не можем допустить, чтобы ты привозила к нам волшебников Джеганя и прочих врагов.

Сильфида задумчиво посмотрела на Ричарда.

– Тот, кто меня создал, создал меня такой, какая я есть. Я должна путешествовать со всеми, кто меня об этом просит, если у них есть необходимая магия. – Она придвинулась ближе к краю колодца. – Но если я сплю, только у вас есть власть вызвать меня, хозяин, и тогда другие не смогут мной пользоваться.

– Но я уже пытался погрузить тебя в сон, и из этого ничего не вышло.

Сильфида снова улыбнулась.

– Тогда на вас не было серебра.

– Серебра?

Сильфида протянула руку и коснулась его браслетов.

– Серебро.

– Ты хочешь сказать, что раньше, когда я скрещивал запястья, чтобы погрузить тебя в сон, у меня ничего не вышло, потому что у меня не было браслетов? А теперь это должно сработать?

– Да, хозяин.

Ричард на мгновение задумался.

– А тебе не будет больно, если погрузить тебя в сон?

– Нет. Для меня это наслаждение, потому что, когда я сплю, я воссоединяюсь с остальной частью моей души.

Глаза Ричарда удивленно расширились.

– Когда ты спишь, ты попадаешь в мир духов?

– Да, хозяин. Я никому не должна была говорить, как погрузить меня в сон, но, поскольку вы мой единственный хозяин и хотите знать, значит, вы не рассердитесь, что я вам рассказала.

Ричард вздохнул с облегчением.

– Спасибо, сильфида. Я рад слышать, что тебе приятно пребывать во сне. – Он обнял Бердину. – Присмотри тут за всем, пока мы не вернемся.

– Я что, остаюсь за старшую? – спросила Бердина.

Ричард подозрительно нахмурился.

– Вы все втроем за старшего.

– Ты слышала, госпожа Бердина? – осведомился Улик. – Потом не говори, что тебе не давали таких указаний.

Бердина скорчила ему рожу.

– Слышала. Мы все втроем будем приглядывать за делами.

Кэлен поправила костяной нож на плече и узел за спиной.

Потом взяла Кару за руку, и они поднялись на парапет.

– Сильфида, – сказал Ричард, широко улыбаясь. – Мы желаем путешествовать.

Глава 69

Дыши.

Кэлен выдохнула сильфиду, вдохнула обычный воздух и хлопнула Кару по спине:

– Дыши, Кара. Давай выпускай сильфиду и дыши.

Кара наклонилась вперед, выпустила сильфиду из легких и с неохотой втянула первый глоток воздуха. Кэлен по опыту знала, как это тяжело. Всю дорогу Кара крепко держала Ричарда и Кэлен за руки.

Она посмотрела на них и глуповато улыбнулась:

– Это было чудесно.

Ричард помог ей и Кэлен спуститься. Кэлен поправила нож и узел за спиной.

– Вы там, куда желали попасть, – сказала сильфида. – Сокровище Джокопо.

Пригнувшись, чтобы не удариться головой о низкий свод, Ричард обвел взглядом пещеру.

– Что-то я не вижу никаких сокровищ.

– Они в соседней пещере, – объяснила Кэлен. – Кто-то нас ждет. Здесь оставлен горящий факел.

– Ты правда готова ко сну? – спросил Ричард сильфиду.

– Да, хозяин. Я жду, когда воссоединюсь с моей душой.

Мысль о том, что волшебники сделали с женщиной, которой раньше была сильфида, заставила Кэлен поежиться.

– А тебе не будет неприятно снова проснуться?

– Нет, хозяин. Я всегда готова доставлять удовольствие.

Ричард кивнул.

– Спасибо за помощь. Мы у тебя в долгу. Приятного… сна.

Он скрестил запястья, закрыл глаза и призвал магию.

Сияющее серебристое лицо, в котором отражался огонь факела, стало таять. Серебро браслетов сверкало так ярко, что Кэлен видела их обратную сторону сквозь запястья Ричарда. Соприкасаясь, они образовывали замкнутую двойную петлю: символ бесконечности.

Сильфида оплавилась, словно свечка, растворилась в ртутной жидкости и наконец исчезла в глубине колодца.

Ричард взял факел, и они пошли по низкому коридору, который привел их в просторную пещеру.

Кэлен обвела ее рукой.

– Сокровище Джокопо.

Ричард поднял факел повыше, и пламя тысячью искр отразилось в золотых самородках и слитках.

– Неудивительно, почему это место так называется, – заметил Ричард. Потом он показал на полки. – Похоже, тут что-то лежало.

Кэлен посмотрела туда.

– Когда я была здесь раньше, эти полки были забиты свитками. – Она принюхалась. – Не хватает еще кое-чего. Раньше здесь омерзительно воняло. А сейчас никакой вони.

На полу валялась кучка золы. Кэлен потрогала ее носком башмака.

– Не понимаю, что здесь произошло.

Они прошли по следующему коридору и вышли наружу. Начинался рассвет, и края облаков горели золотом более ослепительным, чем сокровище Джокопо.

Перед ними простирались зеленые луга и пахло свежестью.

– Похоже на равнины Азрита весной, – сказала Кара, – пока их не опалил жар летнего солнца.

Кэлен взяла Ричарда за руку и повела по тропе, ведущей в деревню людей Тины. Это было прекрасное утро для прогулки. Это был замечательный день для свадьбы.

Еще издали они услышали рокот барабанов. Песни и смех оглашали окрестности.

– Похоже, у людей Тины пиршество, – заметил Ричард. – Интересно, по какому поводу?

По голосу чувствовалось, что ему не по себе, и Кэлен понимала почему: обычно пиршества устраивались перед сборищем.

Чандален встретил их недалеко от деревни. На нем была шкура койота, а волосы густо вымазаны грязью. За поясом у него был его лучший нож, а в руках – лучшее копье.

Чандален шагнул вперед и хлопнул Кэлен по щеке.

– Силы Исповеднице Кэлен.

Ричард едва успел остановить Кару.

– Спокойнее, – прошептал он. – Мы же говорили тебе – это у них такой обычай приветствовать гостей.

Кэлен ответила ему такой же пощечиной.

– Силы Чандалену и людям Тины. Как хорошо вернуться домой. – Она показала на шкуру койота. – Ты теперь старейшина?

Он кивнул.

– Старейшина Брегиндерин умер от лихорадки. Выбрали меня.

Кэлен улыбнулась:

– Мудрый выбор.

Чандален подошел к Ричарду и долго его разглядывал. Когда-то они были врагами. Наконец Чандален хлопнул Ричарда по щеке – сильнее, чем Кэлен.

– Силы Ричарду-с-Характером. Хорошо, что ты вернулся. Рад, что ты женишься на Матери-Исповеднице, иначе она выбрала бы в мужья Чандалена.

Ричард хлопнул его в ответ.

– Силы Чандалену. Спасибо, что защищал Кэлен во время вашего путешествия. – Он показал на Кару: – Это наша подруга и защитница, Кара.

Чандален тоже был защитником своих людей, и это слово много для него значило. Он задрал подбородок и заглянул ей в глаза. Потом ударил ее еще сильнее, чем Кэлен и Ричарда.

– Силы защитнице Каре.

К счастью, Кара была без своих перчаток, обшитых железом. Она так сильно его ударила, что, будь на ней перчатки, она сломала бы ему челюсть. Чандален покрутил головой и ухмыльнулся.

– Силы Чандалену, – сказала Кара и повернулась к Ричарду. – Мне нравится этот обычай.

Она протянула руку и потрогала шрамы на груди у Чандалена.

– Очень хорошо. Вот этот просто загляденье. Боль, наверное, была умопомрачительная.

Чандален нахмурился и на своем языке спросил у Кэлен:

– Что значит последнее слово?

– Оно означает, что тебе, наверное, было очень больно, – ответила Кэлен. Она учила Чандалена своему языку, но он знал еще не все слова.

Чандален с гордостью усмехнулся:

– Да, мне было очень больно. Я плакал и звал свою мать.

Кара посмотрела на Кэлен.

– Он мне по душе.

Чандален оглядел ее с ног до головы.

– У тебя красивая грудь.

Эйджил прыгнул Каре в ладонь.

Кэлен предостерегающе положила руку ей на плечо.

– У людей Тины другой взгляд на вещи, – прошептала она. – Когда он так говорит, то имеет в виду, что ты здоровая, сильная женщина, способная выносить и вырастить здоровых детей. Для них это большой комплимент. – Она наклонилась ближе и понизила голос, чтобы не услышал Чандален. – Только не вздумай сказать ему, что хотела бы видеть его без грязи на голове. У них это означает предложение зачать от него детей.

Кара приняла все это к сведению. Потом она повернулась к Чандалену и, расстегнув пару пуговиц, показала ему страшный шрам на боку.

– Это было тоже очень больно, совсем как тебе. – Чандален хмыкнул с видом знатока. – Спереди у меня было много шрамов, но магистр Рал их убрал. Это позор; некоторые из них были просто загляденье.

Ричард и Кэлен шли позади Чандалена и Кары, которые увлеченно показывали друг другу свое оружие и говорили о ранах. На Кару произвели впечатление его познания.

– Чандален, – спросила Кэлен, – что у вас происходит? По какому поводу пир?

Он посмотрел на нее как на сумасшедшую.

– Это свадебный пир. По поводу вашей свадьбы.

Кэлен и Ричард переглянулись.

– Но откуда же вы знали, что мы приедем играть свадьбу?

Чандален пожал плечами.

– Птичий Человек сказал.

* * *

Когда они вошли в деревню, их окружила толпа людей, жаждущих обменяться с ними приветствием. Савидлин хлопнул Ричарда по спине, а его жена, Везелэн, по очереди обняла и расцеловала их с Кэлен. Их сын, Сиддин, цеплялся за ногу Кэлен и что-то лопотал на своем языке. Ричард и Кара не понимали ни слова; в Племени Тины только Чандален говорил на их языке.

– Мы приехали, чтобы сыграть свадьбу, – сказала Кэлен, обращаясь к Везелэн. – Я привезла то красивое платье, которое ты для меня сшила. Надеюсь, ты помнишь, что я просила тебя стоять со мной рядом?

Везелэн просияла.

– Я помню.

Кэлен увидела человека с длинными серебряными волосами, одетого в штаны из оленьей кожи и такую же куртку. Она наклонилась к Каре:

– Это их вождь.

Птичий Человек приветствовал их легкими ударами, как почетных гостей, а потом отечески обнял Кэлен.

– Лихорадка прошла. Дух нашего предка, должно быть, помог тебе. – Кэлен кивнула. – Я рад, что ты дома. С удовольствием обвенчаю вас с Ричардом. Все уже готово.

– Что он сказал? – спросил Ричард.

– Все готово к нашей свадьбе.

Ричард нахмурился.

– Мне не по себе, когда люди знают то, что мы им не говорили.

– Ричард-с-Характером недоволен? Ему не нравятся наши приготовления?

– Нет, не в этом дело, – сказала Кэлен. – Все замечательно. Просто мы не можем понять, как вы догадались, что мы приедем именно сегодня. Еще позавчера мы сами об этом не знали.

Птичий Человек показал в сторону помоста, укрытого навесом.

– Тот человек нам сказал.

– В самом деле? – переспросил Ричард, когда Кэлен перевела, и нахмурился еще больше. – Что ж, я думаю, надо взглянуть на человека, который, кажется, знает о нас больше, чем мы сами.

Поворачиваясь, Кэлен заметила, что Птичий Человек почесывает щеку, чтобы скрыть улыбку.

Они протолкались сквозь толпу танцоров и музыкантов, детей и взрослых. Женщины разносили корзины с едой и блюда с лепешками из тавы. Труднее всего приходилось Каре, которая очень нервничала при виде такого количества людей, говорящих на незнакомом языке. Она не брала в руку эйджил, но было видно, что сделает это, если кто-нибудь хотя бы случайно наступит ей на ногу.

Выйдя к помосту для старейшин и почетных гостей, Ричард и Кэлен застыли.

– Зедд, – прошептал Ричард.

Это был действительно он, облаченный в роскошный черно-фиолетовый балахон. Его седые волосы были, как обычно, всклокочены. Перед ним толпились девушки с блюдами и корзинами, и Зедд придирчиво выбирал себе кушанья. Рядом с ним, скрестив ноги, сидела низенькая женщина в темном платье и плаще.

– Зедд! – Ричард вскочил на возвышение.

Зедд улыбнулся и помахал ему.

– А, вот ты где, мой мальчик.

– Ты жив! Я знал, что ты жив!

– Ну конечно. С чего бы…

Не успел он договорить, как Ричард с такой силой сгреб его в охапку, что едва не задушил. Зедд забарабанил кулаками по плечам Ричарда.

– Ричард! – пищал он. – Проклятие, Ричард! Ты же меня раздавишь! Отпусти немедленно!

Ричард отпустил его, но лишь для того, чтобы Зедда тут же схватила Кэлен.

– Ричард говорил, что ты жив, а я не верила!

Женщина рядом с Зеддом встала.

– Рада видеть тебя, Ричард.

– Энн? Вы тоже живы!

Она улыбнулась.

– Ну, уж никак не благодаря твоему дурному деду. – Она проницательно посмотрела на Кэлен. – А это, я не сомневаюсь, сама Мать-Исповедница.

Ричард обнял Энн. Зедд, глядя на них, жевал кусок рисового пирога.

Ричард вытолкнул вперед Кару, но она заговорила раньше, чем он:

– Я – телохранитель магистра Рала.

Ричард посмотрел ей в глаза.

– Это Кара, и она больше, чем телохранитель. Она наш друг. Кара, это мой дедушка, Зедд, и Аннелина Алдуррен, аббатиса сестер Света.

– Бывшая аббатиса, – сказала Энн. – Рада познакомиться с другом Ричарда.

Ричард снова повернулся к Зедду:

– Никак не думал, что встречу вас здесь. Вот уж сюрприз так сюрприз. Но откуда ты узнал, что мы сегодня приедем сюда?

– Прочитал, – ответил Зедд с набитым ртом. – Там было про это написано.

– Написано? Где?

– В сокровище Джокопо.

Кэлен подалась вперед.

– Там что, написано на золоте?

Зедд помахал куском пирога.

– Да нет, не золото – сокровище Джокопо. Пророчества. Все те свитки. Мы сожгли их, чтобы они не достались Джеганю, но сначала я кое-какие прочел. Я прочел о том, что вы поженитесь, а Энн вычислила день. Я поражаюсь ее знаниям в этой области.

– Ну, это было не самое сложное пророчество, – сказала Энн. – Там вообще не было сложных пророчеств – поэтому нельзя было допустить, чтобы они попали Джеганю в лапы. Он едва не завладел ими.

– Так вы пришли сюда, чтобы уничтожить пророчества? – спросил Ричард.

– Да. – Зедд с отвращением потряс кистями рук. – Да, но это было ужасно.

– Да, просто ужасно, – подтвердила Энн.

Зедд помахал костлявым пальцем перед лицом Ричарда.

– Пока ты там резвился в Эйдиндриле, мы попали в настоящую переделку.

– Переделку? Какую еще переделку?

– Ужасную переделку, – сказала Энн.

– Да, – подтвердил Зедд. – Нас взяли в плен и содержали в ужасных условиях. Это было чудовищно. Просто чудовищно. Мы едва не простились с жизнью.

– Кто взял вас в плен?

– Нантонги.

Кэлен кашлянула.

– Нантонги? А зачем вы им понадобились?

Зедд поправил балахон.

– Они собирались принести нас в жертву. И им это почти удалось. Мы подвергались смертельной опасности.

Кэлен скептически фыркнула.

– Нантонги осмелились исполнять запрещенные обряды?

– Это из-за красной луны, – предположил Зедд. – Они боялись самого худшего и старались лишь защититься.

Кэлен вздернула голову.

– Как бы там ни было, я нанесу им визит.

– Вы оба могли погибнуть, – сказал Ричард.

– Чепуха. Волшебник и колдунья поумнее этой бродячей шайки дикарей. Разве не так, Энн?

Энн моргнула.

– Ну…

– Энн хочет сказать, что все было немного сложнее. – Зедд отвернулся от нее. – Но это было просто ужасно, можете мне поверить. А потом нас продали в рабство.

Брови Ричарда поползли вверх.

– В рабство!

– Честное слово. К доакам. Мы должны были на них работать. Но доаки по некоторым причинам, касающихся в основном Энн, были нами недовольны и решили продать нас людоедам.

У Ричарда отвисла челюсть.

– Людоедам?

Зедд усмехнулся.

– К счастью, людоедами оказались люди Тины. Они предложили нас Чандалену. Он меня, конечно, узнал, так что подыграл мне и выкупил нас у доаков.

– А почему вы не могли сбежать от доаков? – спросила Кэлен. – Ты же волшебник. А Энн – колдунья.

Зедд показал свои голые запястья.

– Они надели нам магические браслеты. Мы были беспомощны. – Он поглядел вокруг. – Совершенно беспомощны. Это было ужасно. Мы были беспомощными рабами и стенали под ударами бича.

– Звучит и впрямь на редкость ужасно, – сказал Ричард. – Но как же вам удалось их снять?

Зедд развел руками.

– А нам и не удалось.

Ричард схватился за голову.

– Но их же нет.

Зедд поскреб подбородок.

– Сейчас нет. Это были магические браслеты. Мне – нам – хватило ума не пытаться использовать магию. Нам было бы только хуже. Оставалось только ждать, пока они не потеряют силу. После того как мы ушли далеко от племени доаков и сожгли свитки, они расплелись и упали.

– Так вот на что вы рассчитывали?

– Ну конечно!

Энн кивнула.

– Верь Создателю и следуй его промыслу.

Зедд погрозил Ричарду пальцем.

– Магия – опасная штука, Ричард. Настанет день, когда ты поймешь, что самое сложное для волшебника знать, когда не использовать магию. Это был один из таких случаев. Мы были должны найти сокровище Джокопо. Поразмыслив, я понял, что, учитывая все неприятности, без волшебства мы вернее добьемся успеха. – Он сложил руки на груди. – И я оказался прав.

Чандален выступил вперед.

– Много солдат пришли оттуда. – Он указал на юго-восток. – Они хотели взять те вещи, которые сжег Зедд. И пока Зедд и Энн жгли их, мои люди отгоняли врага. На западе было большое сражение. Армия Ордена была разбита. Я отправился туда, и человек по имени Райбих сказал, что кто-то, кого зовут Натан, приказал ему начать эту битву.

Ричард покачал головой.

– Все это очень сложно.

Зедд щелкнул пальцами.

– Ах, ну, в общем, когда-нибудь ты поймешь, Ричард. Волшебником быть нелегко. В один прекрасный день ты все же решишь заняться чем-то еще, вместо того чтобы сидеть со своим даром, пока я рискую жизнью, и тогда ты поймешь. Между прочим, чем ты занимался, пока в мире происходили такие важные события?

– Чем занимался? – Кэлен улыбнулась, положив руку ему на плечо, а Ричард задумался, с чего начать. – Ну, одним словом, теперь я – магистр Рал, и дело с концом.

Зедд хмыкнул и сел. Энн тоже опустилась на прежнее место.

– Магистр Рал, вот как. – Он взял с деревянного подноса жареный перец. – Бумажная работа – это ужасно.

Ричард почесал затылок.

– Зедд, ты можешь объяснить мне кое-что? Почему книги в анклаве Первого Волшебника сложены шаткими столбиками?

– Это своего рода контроль. Я помню, как они сложены, так что, если кто-то коснется их, я буду об этом знать. – Ореховые глаза Зедда широко распахнулись. – Что? Проклятие, Ричард, что ты там делал? Это опасное место! И как вообще ты туда вошел? – Зедд показал на грудь Ричарда. – Амулет! Это оттуда. Как ты туда вошел? Проклятие, Ричард! Где Меч Истины? Я доверил его тебе! Неужели у тебя хватило ума кому-то его отдать?

– Ну… С мечом нельзя путешествовать в сильфиде, поэтому мне пришлось оставить его в анклаве Первого Волшебника. Там его никто не возьмет.

– Сильфида? Какая еще сильфида? Ричард, ты – Искатель. Меч должен быть при тебе, это твое оружие. Ты не можешь оставлять его валяться где попало.

– Когда ты мне его дал, ты сказал, что меч всего лишь инструмент и что истинное оружие – как раз Искатель.

– Я говорил, но не думал, что ты слушаешь. – Зедд посмотрел. – Надеюсь, ты не полез в книги? Ты еще слишком мало знаешь, чтобы их читать.

– Я взял только одну. Tagenricht ostfuer Mosst Verlaschendreck nich Greschlechten.

– Это на древнед’харианском. – Зедд пренебрежительно махнул рукой. – Никто больше не знает этого языка. Ну, во всяком случае, книга, которую нельзя прочесть, до беды не доведет. – Зедд покачал пальцем. – Но я еще не услышал, как ты туда вошел!

– Это было нетрудно. – С лица Ричарда исчезло радостное выражение. – Намного легче, чем войти в Храм Ветров.

Зедд и Энн вскочили на ноги.

– Храм Ветров! – воскликнули они в один голос.

– «Храм Ветров. Следствие и материалы суда» – так называется эта книга. Мне пришлось выучить древнед’харианский. – Ричард обнял Кэлен за плечи. – Джегань послал туда сестру Амелию. Она вошла в храм через Зал Предателя. Она предала Владетеля, чтобы войти. Сестра Амелия украла из храма некую магию и, вернувшись, с ее помощью обрушила на нас чуму. Умерли тысячи людей. Она начала чуму среди детей – по приказу Джеганя. Мы ничего не могли сделать, только беспомощно смотрели, как умирают люди. У меня не было выбора. Я был должен пойти туда и остановить эпидемию, иначе чума как огненный вал прокатилась бы по всему миру.

Подошла женщина – одна из тех, кому поручено было готовить особое мясо. В руках у нее был деревянный поднос с аккуратно разложенными темными полосками мяса. Сначала она предложила поднос Чандалену как старейшине. Чандален положил в рот кусочек и посмотрел на Ричарда.

Ричард знал, что это за мясо. Он взял большой кусок.