Текст книги "По краю лезвия смычка (СИ)"

Автор книги: Тереза Тур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Но наконец, они все это сделали, и пришло время рассказать, почему в этот раз подарок из Королевства Заснеженных роз повел себя столь странным образом. А заодно Мирру пришлось признаться, что его ученица, ее подруга Лера и некий Кирилл Ворон, заброшены им в это самое Королевство…

Глава 5

Королевство заснеженных роз

Чужаки

Поленья весело трещали в камине, за окном огромными размером с крупного шмеля хлопьями медленно шел снег. Старушка выдала девочкам по кружке с теплым молоком и по куску ароматной медовой коврижки.

Лера вцепилась в лакомство зубами, не думая о диете. Сначала надо разобраться с тем, что происходит. Миррка тоже от угощения не отказывалась. Девушка пила молоко, жмурясь от удовольствия. Когда их занесло неведомо куда, она хотя бы в свитере и джинсах была! А Миррка – в пижаме и махровом халатике. В тапочках на босу ногу! Спасибо старушке Агене. Она их увидела, посадила к себе в сани и увезла из города.

Девушки слушали рассказ пожилой женщины и вспоминали. Они уже были на этой огромной ледяной площади в своих видениях.

В этот раз там стояла огромная елка. Странная очень. Вся в увядших розах. Повсюду висели огромные венки сухих цветов. Как-то… мрачновато. Рыцари в тяжелых, черных доспехах строем шли сквозь толпу насмерть перепуганных людей. Вот и Агена в своих рассказах называет их «черные рыцари».

А потом Мирра с Лерой увидели сани. Золото, мех, бархат. Цветы. Правда, что уже ожидаемо, сухие. В санях сидел рыцарь. Рядом с ним – принцесса. Принцесса Дэлл.

Лера никогда такой красоты в жизни не видела! Золотые волосы рекой бежали за санями по пушистому снегу, а лицо… белее Белоснежки, краше Спящей красавицы. Златовласка, та и вовсе удавилась бы от зависти! Ну и царевне Несмеяне придется подвинуться. Сказать, что принцесса была печальна – не сказать ничего…

Мирра пила молоко маленькими глотками, шевелила пальцами в теплых, войлочных, вышитых розами сапожках, и вспоминала. У той девушки с золотыми волосами была в глазах такая боль. Безысходность. Крик о помощи. Они с Лерой обязательно должны что-нибудь придумать! Надо только побольше узнать. И девушка снова прислушалась к рассказу Агены:

– Черные рыцари, они, может и неприветливы, с виду-то. А только они Тьму прогнали! Они одни защитить могут от Тьмы…

– А ее кто-нибудь видел? – Лера нахмурилась.

– Кого, девочка?

– Ну… Тьму эту вашу? Как она выглядит-то?

– Страшно, девочка. Страшно… Огромной черной тенью накрыла она наше маленькое королевство с западной стороны. Небо затянуло тучами. Розы завяли. И пошел черный снег! Ничего страшнее мы в своей жизни не видали! А дети как плакали… Там, у леса, на окраине. Там он так и лежит…

– Кто лежит? – чуть дыша, шепотом спросила Мирра.

– Черный снег лежит, так-то… Спасли нас рыцари! И теперь принцесса Делл отдаст свое сердце спасителю. Только не веселой будет та свадьба…

– Почему? Она его не любит? Ее заставляют выйти замуж? Мы ее видели. Она была… грустная очень.

– Ну… Я в сердце принцессе Делл не заглядывала, а только никто кроме Черных рыцарей нас от Тьмы не спасет! Да и спать пора. Нечего болтать… Засиделась я тут с вами. Спать вам пора. Вы, небось, устали с дороги-то.

Девочки переглянулись, Лера кивнула Мирре, и та потянулась за вторым кусочком пирога, чтобы старушка еще немного рассказала им про принцессу:

– Вкусно как! – Мирра улыбнулась как можно более невинно и искренне.

– А, нравится? Сама пеку! Такой коврижки как у Агены не найдете нигде! Сначала надо…

– Бабушка Агена, вы про принцессу обещали рассказать. – Поспешно вставила Лера, опасаясь, что рецепт медовой коврижки – это надолго.

– Ах, да… Вот. И как только умерла старая Королева, в ту же ночь Снежные Совы принесли младенца – девочку. Принцессу Дэлл. Одна-одинешенька она у нас. А заботились о ней придворные, Советник, да у каждой из Сов под крылом оказалось по снежному Вихрю. Вот с тех пор у принцессы Дэлл четыре брата и есть.

– Четыре брата? А кто наследник? – спросила Лера.

– Какой такой наследник, девочка? – старуха даже закашлялась от смеха. – Они ж Вихри! Балагуры. Только носятся да играют на своих больших скрипках! Раньше играли то есть… Но как играли! Веселья-то было перед Волшебной ночью, ух! И повсюду венки из роз. Сказку о Мирре и Рози в каждом шатре показывают! Представления дают…

– О Мирре и Рози? – Мирра даже рот открыла. Они с Лерой переглянулись.

– Так вы и этого не знаете? Королевство наше, по преданию, создал великий Волшебник Мирр в хрустальном шаре. По прихоти его у нас всегда зима, все покрыто льдом, люди на коньках друг к дружке в гости ездят. И все бы хорошо, только лета мы не видим. А в Волшебную ночь ходит Мирр по своему Королевству и желания детей, что весь год были послушными, выполняет.

Однажды попросила его девочка Рози о том, чтобы позволил волшебник розам зимой цвести. Девочка та была послушная, прилежная, трудолюбивая. На скрипочке училась играть. Волшебник и наделил ее даром необыкновенным – играет она на скрипочке, а цветы зимою цветут! И не вянут! С тех пор все наше королевство на скрипках играет, на коньках катается, розами любуется… Ну… Раньше так было то есть…

– А сейчас? – Мирра боялась, что старушка заснет в кресле прежде, чем они что-то узнают.

– А сейчас черные рыцари наложили на музыку запрет. Рыцари прогнали Тьму и боятся, что вернутся Тени в наш мир.

– Из-за музыки? Музыка – самое прекрасное, что есть на свете! Она не может призвать Тьму! – Мирра неожиданно разозлилась.

– Не кричи, девочка, не кричи, что ты! Мне и так достанется за то, что припрятала чужаков! Ищут вас… Переодеть-то я вас переодела, но…

– Не переживайте, бабушка Агена. Мы с Мирркой в общем-то в теме. На коньках катаемся, на скрипке играем…

– Это хорошо! Только на скрипке нельзя теперь…

– Если этот мир – волшебника, то откуда взялась королева? Та, что умерла? У нее что, не было ни мужа, ни детей? – Лера доела коврижку, стряхнула крошки в камин.

– А вот этого, девочка, не знает даже старая Агена. Ложитесь-ка спать!

В дверь постучали, звякнул колокольчик.

– Бабушка Агена! – в дом влетел мальчишка лет четырнадцати, на коньках и с какой-то палкой, к которой гвоздем был прикручен черный рыцарский доспех с ноги. Получилось очень похоже на клюшку. Может, они так и появились, клюшки эти?

– Имке! – а ты что так поздно? И что это у тебя, мальчик?

– А, это… Ну… У нас новая игра. Бабушка Агена, дай еще молока, меда и лепешек! У нас не хватает.

– Я ж на той неделе пригнала санки с провизией! Вам хватало раньше на месяц… Ну да ладно, соберу еще. Только гостей уложу. Может, расскажешь, что у вас там, Имке? Я вот видишь, чужаков пригрела. Может, и вы на мельнице прячете кого, а? Ты скажи Агене, не бойся. Я не выдам.

– Твоя правда, бабушка Агена. Чужак у нас…

Королевство заснеженных роз

Розимир

Принцесса Дэлл медленно скользила по залу Розимира. Скрип коньков летел вверх, где под каменными сводами в такт плавным движениям кружились совы. Девушка остановилась. Огляделась.

Серые стены. Венки сухих цветов. Тишина.

А когда-то…

Когда-то ледяной дворец Розимир был нарядно украшен алыми розами, белый снег искрился на лепестках, нарядные дети, смех, запах медовых пряников, музыка… Королевство праздновало наступление Последней ночи в году.

А потом пришла Тьма. Темным облаком, черным снегом. Ничего страшнее принцесса Дэлл в жизни не видела, и хотя доспехи рыцарей тоже были черные, блестящие, холодные – они спасли их маленькое королевство. Спасли, и Мирр знает, что было бы, если бы это было не так!

Черные, хмурые, молчаливые и нелюдимые спасители их запретили музыку. Братьев и след простыл. Цветы завяли. Лишь стаи черных воронов на крышах домов. Мерное, жалобное карканье. Оно бьется в висках, стараясь заглушить отчаянный крик ее сердца: «Не хочу! Не хочу, не хочу, не хочу!»

Когда она была ребенком, стоило лишь крикнуть «Не хочу!», топнуть ножкой и любой каприз будет исполнен. Дядюшка никогда ей не отказывал. Принцесса. Сирота. Он жалел ее. Баловал. Она всегда чувствовала, что у дяди доброе сердце. Так что же случилось с ним?

Глаза Советника Кирсса стали холодны, как лед. Голос шелестел увядшими лепестками, он каркал, подобно этим ненавистным воронам, отдавая приказы. Раньше она делилась с ним своими секретами. Не всеми, конечно, но…

А сейчас она даже глаз поднять не смеет. Она должна ради спасения королевства от Тьмы выйти замуж за Черного рыцаря. Рыцарь молчит, будто прислушивается к чему-то, да провожает пустым взглядом стаю черных птиц.

Вот если бы рядом был тот, кто ей снился…

Ах, только бы это был лишь сон! Глупый сон, ничего не значащий. И так оно, верно, и есть. Но его лицо. Ямочки на щеках. Кудри. Румянец, улыбка! Смех, будто дети толпой разом полетели в наточенных коньках по расчищенному льду наперегонки!

А последний раз, перед тем как проснуться она изо всех сил пожелала, чтобы заснеженные розы оказались в его комнате. Они понравятся ему, она точно знает.

– Привет!

– Сестренка!

– Ты плачешь?

– Не плачь, Дэлл!

Братья… Дорри, Рэй, Майки и Филл. Они родились от взмаха крыльев белых сов, что несли сквозь бурю и ветер новорожденную принцессу во дворец Розимир Последней ночью в году девятнадцать лет назад. Они были ровесниками и были неразлучны.

Смех. Шутки. Звуки виолончели. Неужели этого никогда, никогда не будет теперь?

– Дэлл, не реви!

– Не плачь, сестренка!

– Мы сейчас сыграем!

– И тебе снова будет весело!

Они всегда говорили по очереди, никогда не нарушая порядок: Дорри, Рэй, Майки и Филл.

– Нет! Нет, нет – не надо! Дядя рассердится. Музыка запрещена в королевстве…

Дэлл отвернулась и медленно покатила по кругу, низко опустив голову.

– Хорошо, мы не будем играть!

– Играть не будем!

– Мы расскажем тебе последние новости!

– Тебе ведь интересно? Или нет?

Дэлл остановилась. Обернулась. Секунда, и девушка понеслась к братьям:

– Рассказывайте!

Она слушала о трех появившихся в королевстве чужаках – девушках и парне, что прятались на окраине. Девчонки ведут себя тихо, из домика, в котором их приютили добрые жители ни ногой, а парень научил местных мальчишек странной, но до чего веселой игре! Палками загнутыми сначала гоняли медовый пряник, а потом как он у них разлетелся в крошки, кружок из дерева в смолу окунули, ночь выждали, и давай его, словно муху по льду гонять!

– Две команды, у каждой – ворота.

– На воротах – защитник!

– Каждая команда старается эту штуку в ворота палками загнать.

– Кто больше загонит – тот и выиграл!

– Дайте угадаю, – Дэлл сложила руки на груди, – вы между собой на две команды разделились, и «помогаете» своим?

– А как ты догадалась?

– Дэлл, ну ты даешь!

– Ну а ты как думала – конечно!

– Нам же скучно… Играть нельзя. А так… весело!

Вихри выглядели обычными людьми, когда показывались. Разве что глаза льдисто-синие да белоснежная, чуть поблескивающая в лунном свете кожа. Волосы отливают серебром. Мгновение – и обернутся ветром, скользнув на прощание по щеке. У каждого из них была серебряная виолончель, с почти невидимыми струнами. Ах, как они играли! Лучшие музыканты королевства!

Дэлл с грустью подняла глаза туда, где под куполом Розимира, на балкончике, когда-то пышно украшенном розами, они играли, не зная усталости всю ночь…

– Ах!

Принцесса вздрогнула. Вихри тут же исчезли, правда, Рей успел шепнуть: «Держись, сестренка, он здесь! Мы просто сказать не решились…»

Черный рыцарь стоял на балконе. Дэлл опустила глаза, а когда вновь подняла – он уже стоял рядом!

– Ах!

– Я все время пугаю вас, принцесса.

– Нет, что вы…

– С кем вы разговаривали?

– Это мои братья. Они обещали не играть! И… они не сделали ничего дурного, клянусь!

– Вы должны быть осторожны. Тьма – рядом. Но пока я с вами – вам нечего бояться.

Глава 6

Одно из тысячи Волшебных королевств миров затерянных – Королевство заснеженных роз

Принц

– Принцесса… Принцесса Дэлл! – шептал он во сне.

Снова узкие, покрытые хрустальным льдом улочки, расписанные причудливыми узорами серебряных лезвий коньков. Пушистый искрящийся снег на алых лепестках распустившихся роз. Что за чудный мир? Снег и розы… Королевство заснеженных роз! Но самая красивая роза – она. Принцесса Дэлл. Золотые волосы. Печальные глаза. Любимая…

В королевстве принца не цвели заснеженные розы. Не кружились снежинки весь год, не летали огромные белоснежные совы. В его родных, залитых солнцем лесах, охотились братья. Король и королева давали пышные балы, на которые съезжались принцессы с разных концов света. Но не было среди них принцессы Дэлл.

Братья смеялись над ним. Шутили, что нет во снах юного принца никакой возлюбленной, просто ему никто не нравится. Братья, если честно, и сами не спешили с выбором. Отец был этим недоволен, а посему шутки братьев пресекал, но и мечтательностью младшего был обеспокоен не меньше.

На пышные балы тратились немалые средства, принцессы, что съезжались на них, все как на подбор являлись выгодными партиями по политическим соображениям. А молодые люди медлили… Танцевать – танцевали, пировать – пировали. Охотились. Главы соседних государств посматривали с явным неодобрением. Дочери на выданье. Принцев всего трое, на каждого без малого принцессы по три. На наряды и дары опять же средства из казны уходят! А дело все не спорится. Разборчивы принцы не в меру…

И только матушка смотрела в глаза младшему – долго, печально, внимательно. Но при отце возражать не смела. Лишь однажды, улучшив момент, сунула в руку сыну флакончик с маслом. Масло пахло розой…

– Перед сном помажь запястье, а утром, как проснешься – придешь ко мне, – шепнула и поцеловала в лоб.

Утром он бежал к королеве, не чувствуя под собою мраморных плит дворца! В руках была охапка алых роз, щедро припорошенных искристыми снежинками. Точно алмазами, право слово! Снег не таял…Чудо!

Счастью не было предела… Рассвет еще не наступил, а королева уж ждала его. И как узнала? Аккуратно взяла букет. Сказала, что принимает дар принцессы Делл и дает свое благословение. Он склонился над ее рукой, и…

– Ой….

– Ай!

– Осторожно!

Парень в расшитом золотом бордовом костюмчике (что твой принц из Золушки на детском утреннике, честное слово!) появился аккурат в тот момент, когда Кирилл показывал мальчишкам свой фирменный удар…

Спустя пару часов «принц» с огромной шишкой на лбу уминал принесенные Имке припасы (мед, лепешки, сыр), и с набитым ртом нес откровенную ерунду. Он из другого мира, матушка-королева его оказалась волшебницей, а он и не знал, по уши влюблен в местную принцессу Дэлл и ищет ее. Мальчишки, правда, подтвердили, что да, есть у них такая.

Ворон обхватил голову руками. Весь этот бред никак не хотел отпускать. Может, он в коме? Упал на тренировке? Нет. Не помнит. Последнее, что помнит, вошел в квартиру вроде как Леркиной подружки. Может, она у нее клофелинщица? Да не помнит он ни длинноногих девиц, ни бокала с шампанским! Да и на Лерку не похоже. Она ж к чемпионату готовится…

Однако все происходящее на адекватную реальность не тянуло никак. Мальчишки эти… Будто из другого времени. Коньки с загнутыми, закрученными носами. Штанишки по колено…

Все улицы льдом покрыты. Маленькие, аккуратные домики. Балкончики завалены сухими цветами. Мрак! Будто в каждом жилище умер кто-то. Бесшумно падающий снег. Тихо. Жутко. Он научил играть их в хоккей, но ребята старались не шуметь, хотя… Это ж …игра! Эмоции через край.

Дети уверяли, что еще недавно их городок был наполнен музыкой, смехом и цветущими под снегом розами. И самое удивительное, этот ниоткуда взявшийся Ромео тоже бормочет про какие-то снежные розы. Принца, кстати, звали Рамир. Хотя… что это меняет?

– Я должен, должен ее найти!

Румяное лицо. Ямочки на щеках. Кудри. Прям… херувим! Принц решительно облизал испачканные медом кончики пальцев. И так это… не по-королевски у него получилось, что Кирилл улыбнулся.

– Значит, ты ее видел во сне.

– Да! И она – самое прекрасное, самое юное…

– Доброе и светлое создание, это я уже слышал! Лучше расскажи, ты кроме ее лица еще что-нибудь из своего сна помнишь?

– Ах, вы, право, смешны! Разве можно помнить что-то еще, когда видишь ее? Ведь она самое…

– Так, стоп! Повторяешься. Вспомни – где это было? На улице? В помещении? Ну?

Кирилл сжимал самодельную клюшку. Вот так и дал бы по башке этому восторженному херувиму, честное слово! Мальчишки, с которыми он уже успел сродниться за это время, еле сдерживали смех.

– За ней… За прекрасной Дэлл… Ах, какая красота, вы бы только видели! Сверкал лед, и стрельчатые окна, и огромные серебряные клетки под самым куполом с белоснежными совами, и…

– Это дворец Розимир, – стряхнув снег с лезвия конька, сказал один из мальчишек.

– Ну, хоть что-то, – вздохнул Ворон.

Королевство заснеженных роз

Встреча

– Слушай, может, хватит? Нельзя, нельзя! А что прикажешь делать? Тебе не надо каждый день играть? Гаммы свои?

– Надо…

– Вот! И мне тренироваться надо! Откуда мы знаем, сколько здесь проторчим?

– А здесь…это где?

Карие грустные глаза внимательно смотрели из-под толстых стекол огромных очков. Если они выберутся, она обязательно заставит Миррку перейти на линзы. Это просто невозможно!

Тонкие прозрачные пальцы вцепились в изящно изогнутый инструмент. На секунду Лере стало стыдно. Ну что она на нее наехала? Миррка и так-то… В чем душа держится.

– Если честно… Знаешь, что я на самом деле обо всем этом думаю? – как можно мягче, будто извиняясь, пробормотала Войсковицкая.

– Что?

Пальцы запорхали вверх-вниз по отполированной палочке смычка. Лера выдохнула. Разминается. Уже хорошо. И ей пора. Девушка поехала по кругу, постепенно наращивая темп. Стараясь не сбивать дыхания, продолжила:

– Последнее, что я запомнила, это как…

– Я встряхнула хрустальный шар!

– Именно. Так вот. Я думаю, ты его случайно уронила.

– И?

Скрипка запела… Пальцы побежали по струнам. Вверх-вниз, вверх-вниз… «Любимые» гаммы. А разминаться-то как под них удобно! И кто бы мог подумать… Хоть на тренировки Миррку приглашай!

– И он разбился. Мы ж не знаем, что внутри. Может, газ, или вещество какое-нибудь ядовитое, и мы…

– Умерли? – скрипка смолкла.

– Продолжай! С ритма сбиваешь… Почему умерли-то сразу! Может, в коме лежим.

– И, – скрипка снова смолкла, – нам все это… кажется?

– Да. По крайней мере, это объясняет, почему появились скрипка и коньки. Мы подумали, и они появились. Значит, реальность, та, что вокруг, сформирована нашим сознанием.

– Ну ты даешь! Мозг, – скрипка снова запела.

– Еще скажи, что все спортсмены – тупые, – Лера прыгнула.

Сколько раз Мирра смотрела эти ее прыжки и все равно каждый раз вздрагивала. Вдруг упадет?

– Нет, ну что ты… Просто…

– Что?

Лера затормозила, подняв в воздух снежное облачко.

– Ну… Раньше я от тебя такого не слышала просто.

– Ладно. Ты разыгралась? Давай пять минут и начнем.

– Хорошо…

– Понимаешь, – Лера запрокинула голову, вглядываясь в ярко-голубое небо, – играть на скрипке можно и до старости, а вот кататься…

– Но можно же тренировать! – Мирра вдруг так искренне испугалась за подругу, сама не понимая почему.

– Можно. Но я еще не решила. Я думаю… Может, стать спортивным психологом. Ну вот. Читаю иногда. Что-то на эту тему. Интересно. Нравится.

– Чем бы ты ни занялась, у тебя все получится.

– Поехали?

– Давай…

Запела скрипка, и они обе забыли обо всем. Снова вокруг танцевали снежинки. Руки помнили, тело помнило…

– Браво, Войсковицкая! А ты в неплохой форме. Как думаешь… Выберемся отсюда до чемпионатов?

– Ворон?!

– Смотрите! – мальчишка, что стоял вместе с Кириллом, пальцем показывал на висевшие повсюду сухие венки. – Смотрите, розы! Они оживают!

Мертвые, сухие розы на окнах и балкончиках, венки на деревьях, все они ожили, и так радостно стало, так хорошо! Аромат цветов, пляшущие снежинки, все, как и прежде, когда девочки вместе с музыкой попали сюда в первый раз!

Лера летела, кружилась, баюкала на плече воображаемую скрипку, а Мирра играла чудесную, дивную мелодию. От этой музыки все расцветало вокруг, мелодия так шла этому сказочному миру.

Как катается Войсковицкая, Ворон не раз видел, грацией и четкостью движений восхищался, конечно, но почему-то сейчас он на нее не смотрел. Сам не понимая, что с ним, прилип глазами к тонким, легким, быстрым пальчикам девушки, что играла на скрипке. Худенькая, в очках, она была похожа на совенка, и Кириллу вдруг на мгновение почему-то стало страшно за нее. Как будто она сейчас исчезнет…

– Ух ты! Здорово! – Имке захлопал в ладоши, потому что такого, что эта пришлая на коньках вытворяла, он еще не видал!

Старая Агена сидела в кресле и вязала, тихонько напевая себе под нос дивную, удивительную мелодию, чудо какую хорошую, и как только она пришла в ее дурную голову, такая красивая? Или она ее слышит? Ой, беда… беда!

Она хотела вскочить и бежать, но ветер разбил окна в доме, загасил камин. Туча нависла над нарядными, словно игрушечными домиками, а черный вихрь бил окна, валил с ног тех, кто распахнул свои двери навстречу чудесной мелодии, навстречу цветущим розам…

Сердце Кирилла сжалось, он махал руками, бил снежками в огромную воронку черных птиц, налетевших не пойми откуда, а когда вороны с оглушительным карканьем исчезли, девчонок уже не было. Только огромные, с толстыми линзами очки лежали на том месте, где стояла Леркина подруга. Ворон вспомнил старенькую «Соньку» и музыку… Это была она, та самая музыка!

– Смотрите! Что…что это? – прошептал принц, протягивая раскрытую ладонь.

На кружева его смешного, трогательного, будто из диснеевского мультика камзольчика падал…черный снег. Кирилл поднял голову, затем огляделся и увидел, что вся улица вышла. Люди поднимали к небу бледные лица, плакали дети, причитали старики, и вдруг кто-то крикнул:

– Рыцари! Рыцари! Черные рыцари! Они нас спасут! Спасут!

И все бросились к людям в черных, блестящих латах, и ничуть не возражали когда те, довольно грубо стали заталкивать жителей королевства обратно в их дома.

Застучали топоры. В домах заколачивали разбитые окна глухими, уродливыми ставнями. Цветы исчезли. Кирилл заметил, как двое рыцарей выволокли старика, отобрали скрипку, такую же, как у Леркиной подружки, и, сломав ее, потащили музыканта куда-то.

Пока они втроем, стараясь не привлекать к себе внимания, окольными путями пробирались к Мельнице, наткнулись на несколько разбитых скрипок. А вот еще одна… Большая. Как ее… Виолончель. Почему-то Кириллу стало и больно, и злость поднялась в душе на такую несправедливость! Зачем? Он к музыке был равнодушен, как он всегда думал, но вид раздавленной, сломанной вещи, которую кто-то делал с любовью, возможно не один день… За что?

К вечеру все стихло. Только карканье. Тревожное. Тоскливое. Как… на кладбищах. Юноша вспомнил – два года назад, осенью, хоронили бабушку. Дождь, сухие листья под ногами. И вот такое же точно карканье над головой.