Текст книги "Умножай, если не сложилось (СИ)"
Автор книги: Таюна Элай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
– Получается, ты даже не сожалел о ее смерти? Не скучал?
– Скучал, конечно. И долго не мог забыть, перебороть в себе остатки чувств в ней и вину за то, что так и не смог помочь. Но, скорее, это была не тоска, а грустные мысли о том, что все могло сложиться иначе. Извини заранее, если тебе неприятно это слышать, но Виен была замечательной, талантливой девушкой, это глупо было бы отрицать. У нее был огромный потенциал, и если бы не то, что она с собой сделала... Мне обидно из-за того, что некоторые не ценят свою жизнь и все то, чем их наградила природа. Хотя, рассуждать только с этой точки зрения было бы несправедливо. Каждый сам выбирает себе путь, а Виен выбрала тот, который выбрала. А то, что я не поддержал ее, это уже совсем другой вопрос.
– Если бы не эта трагическая случайность, мои родители тоже еще многое успели бы. Ты бы видел, сколько благодарных клиентов было на похоронах. А ведь мама жила в Токио всего несколько месяцев, а уже успела помочь стольким людям!
Мы уже почти заканчивали расставлять книги, как Танэки взяла в руки довольно толстый том в сдержанном темно-синем переплете. Сначала я удивился, что же это за такая книга, на которой не написано название, а потом понял, что это – фотоальбом.
– Давай я покажу тебе фотографии родителей, если у тебя есть время? – предложила девушка.
Я ответил согласием, мы вместе присели на диван.
– Я, когда только переехала сюда, забрала из дома один из альбомов с фотографиями. Мне кажется, что такой альбом – это нечто из разряда того, что обязательно должно быть в квартире. Сам посуди, как только заканчиваются темы для разговоров или беседа заходит не в то русло, хозяева сразу предлагают посмотреть альбомы с фотографиями, и разговор снова становится оживленным. Сразу всплывает масса рассказов, воспоминаний, подробностей, вопросов. Ты тоже это замечал?
– Пожалуй, да, но никогда об этом не задумывался. Тем более, что фотографии сейчас обычно хранят на флешках или жестких дисках.
– Так делает кто угодно, но только не моя мама. Она даже подписывает каждую фотографию. Давай смотреть! Так, вот на этой фотографии мне 4 года, мы с родственниками отмечаем чей-то день рождения, уже не помню чей. А здесь мне уже 5, мы ходили в парк аттракционов.
На фотографии я увидел милую розовощекую малышку, которая держала в руках воздушный шарик в виде мультяшной кошечки и пыталась позировать. Рядом радостно улыбались мужчина и женщина, держащиеся за руки. Я заметил, что мама Танэки была одета в широкие капри бирюзового цвета с яркими разводами. Собственно, самые обычные капри, но почему-то на малышке была безрукавка такого же цвета, а у главы семейства – воротник на футболке.
– Какое оригинальное решение! Конечно, я встречал влюбленных молодых людей в парных футболках, но такое вижу впервые. Вам пошили на заказ всю эту одежду?
Танэки улыбнулась с теплотой и грустью одновременно.
– Нет, все куда проще. Мама увидела платье в магазине, ей очень понравился узор на ткани, но оставались только очень большие размеры. Она все же решила купить это платье и перешить в что-нибудь для себя. Ткани оставалось много, поэтому хватило мне на жилетку и папе на воротник. Мы очень любили наряжаться в эти вещи и идти гулять вот так вот, втроем.
Я увидел, что глаза девушки начали наполняться слезами, поэтому поспешил сменить тему.
– А это, наверное, твой дядя из Токио? – я указал пальцем на изображение сидящего в кресле мужчины.
– Да, это дядя Кичиро. Он приезжал в гости на мой день рождения и подарил огромного плюшевого енота. Кажется, здесь была моя фотография с ним…
Мы довольно долго рассматривали снимки, Танэки делилась со мной воспоминаниями и подробностями из жизни своей семьи. Было грустно осознавать, что я теперь уже точно никогда не стану ее частью. Ближе к середине альбома Танэки стала походить на ту девушку, которую я видел перед собой сейчас. Вот она на какой-то вечеринке, на школьной экскурсии, с родителями в ботаническом саду.
А потом Танэки заявила:
– Знаешь что, Тхай, я просто не имею права раскисать. Я буду жить и за себя, и за своих родителей. Я пойду к психологу, обязательно вернусь на работу и сделаю все, что от меня зависит, чтобы они мной гордились!
– Уверен, что они уже гордятся тобой! – я приобнял девушку и слегка коснулся губами ее виска.
Прошло три недели. Танэки вернулась на работу и учебу, жизнь потекла своим чередом. Я так и не отказался от идеи предложить девушке переехать ко мне, но пока не решался заводить разговор на эту тему. В свободное время я просматривал сайты с объявлениями и риэлтерскими услугами, намечал подходящие варианты квартир. Но внутренний голос подсказывал мне, что не стоит торопить события, Танэки имеет полное право отказать мне. Но разрешился этот вопрос довольно легко, естественно и буквально сам собой.
В один из рабочих дней я, как всегда, подвозил Чертенка до дома. На мой вопрос, как у нее прошел день, она ответила:
– Да блин, не очень! Звонил хозяин квартиры, сказал, что со следующего месяца поднимает цену за аренду. Не то, чтобы значительно, но неприятно. Теперь придется урезать расходы на книжки, косметику, игры и прочее.
– Подожди пока урезать расходы. Я давно хотел тебе предложить, а давай жить вместе? Конечно, я понимаю, что у меня довольно тесно, еще и собаки. Но я сниму квартиру побольше. Не бойся, все расходы я беру на себя. Только не отказывай сразу, пообещай, что подумаешь.
По лицу Танэки расплылась улыбка.
– А я и не думала отказывать. Неожиданное, конечно, предложение, но давай попробуем, почему нет? Только не прямо сейчас. На дворе ноябрь, не за горами сессия. Мне кажется, лучше все спокойно сдать, а потом заниматься переездами. Ты не возражаешь?
– Конечно, нет! Учеба сейчас важнее всего.
– Да и как раз к тому времени я постараюсь окончательно прийти в себя. И теперь я уж точно буду помогать тебе с собаками, даже не спорь!
– Собаки заранее просили передать, что не возражают.
Глава 11 «Изнанка идеала»
Привет, я Танэки Имура, и теперь я понимаю, почему Тхай так сильно переживал за сохранность наших отношений в тайне. Нужно было прислушаться к нему, а не посмеиваться над его излишней осторожностью, а главное – не вести себя как самонадеянная дурочка.
А еще я не думала, что он так быстро предложит мне жить вместе. Хотя, наверное, я понимаю, что это решение обусловлено желанием помочь мне справиться со смертью родителей и не оставлять меня одну.
Довольно быстро я поняла, что отпустить родителей полностью мне не удастся никогда. Уверена, что даже когда мне будет и тридцать, и сорок, и пятьдесят лет, мне будет очень их не хватать. Я обещала Тхаю, что пойду к психотерапевту и буду жить дальше. Настолько счастливо, насколько это вообще возможно в такой ситуации. И я пошла. Во время первого сеанса я вообще мало что смогла сказать специалисту, так как все полтора часа безостановочно плакала. Но мне сказали, что это нормально, что горе нужно прожить, без этого никуда. И я проживала, но по вечерам старалась делать это не слишком громко, чтобы не привлекать к себе внимания соседей.
Сеансы с психотерапевтом действительно помогали, и постепенно я начала приходить к тому, что мои мама и папа все еще со мной, просто немного в другом измерении. И что я имею полное право радоваться жизни, смеяться, улыбаться, встречаться с друзьями и развлекаться, не чувствуя при этом вины и не думая, что я предаю их память.
Приближалось время сессии, и я постаралась максимально загрузить себя учебой. Я поставила перед собой цель сдать экзамены с более лучшими оценками, чем в прошлый раз. В конце концов, я обещала маме, что буду стараться учиться хорошо.
Тхай же уже начал поиски квартиры, куда мы вскоре планировали переехать. Конечно, он предлагал мне заняться этим вместе, но я решила полностью довериться его вкусу. Да и времени ездить и присматривать жилье не было совершенно. Подготовка к экзаменам отнимала практически все силы, на работе я решила не брать отпуск, поэтому все мои мысли были заняты только делами.
И в итоге я упахалась настолько, что даже сданная на хорошие оценки сессия не вызвала у меня положительных эмоций и чувства облегчения. Тхай пытался уговорить меня отпраздновать успешную сдачу экзаменов, может, съездить за город на выходные или хотя бы заказать пиццу и устроить совместный просмотр фильмов, но у меня на это не оставалось ни моральных, ни физических сил.
Мне все еще доставляли много боли мысли о смерти родителей, а теперь к ним добавились переживания по поводу нашей с Тхаем совместной жизни. А что, если у нас ничего не получится? А если наши отношения испортятся? Может, у него есть какие-то привычки, которые начнут меня раздражать? Вдруг я не уживусь с его собаками в одной квартире?
Я старалась успокаивать себя и без конца повторяла, что лучше не делать поспешных выводов. Сначала все же стоит попробовать, а если будут возникать какие-то проблемы, то буду решать их по мере поступления.
В марте должен был начаться новый семестр в колледже, а до этого у меня было немного свободного времени, чтобы отдохнуть. И в один из таких дней Тхай позвонил мне с самого утра и сказал, что на работу мы поедем вместе, а по пути обсудим потрясающие новости. Я не сомневалась, что речь пойдет про наше совместное проживание. Так и оказалось, Тхай нашел квартиру, о чем поспешил рассказать мне, как только утром я села в машину.
– Квартира просто чудесная! Три комнаты, есть почти вся мебель и техника, просторная, из окон красивый вид на город. Дом хороший, этаж, ты представляешь, двенадцатый! В жизни не жил так высоко. Твой колледж недалеко, до агентства тоже рукой подать. После работы съездим посмотреть, я не прощу себе, если упущу этот вариант.
– Ты сказал три комнаты? Но нас всего двое, куда нам столько? Я и в своей студии заблудиться могу, – удивилась я.
– Это только так кажется, что три комнаты много. Смотри, одна точно пойдет под нашу спальню. Еще одну разумно будет оставить под гостиную. А из третьей я хочу сделать для тебя рабочий кабинет, если ты не возражаешь. Туда отнесем всю твою косметику, в квартире есть очень годные книжные стеллажи, их поставим туда же. Оборудуем тебе место, чтобы ты смогла заниматься. По мере надобности сделаем рабочую зону, вдруг ты опять решишь делать на дому макияж. И на дверь замок поставим, чтобы собаки не особо донимали тебя и не мешали учиться.
– Звучит здорово. А сколько обойдется аренда?
– Я уже говорил, что этим вопросом буду заниматься я. А ты пока выбирай письменный стол в свой рабочий кабинет. Ну и по мелочи тоже посмотри. Лампу настольную, может. Или что-то еще, что тебе может пригодиться.
Мысли о скором переезде заставили меня встряхнуться и почувствовать прилив радостного возбуждения. Конечно же вечером Тхай подписал договор с риелтором, оплатил все необходимые услуги и получил ключи, а как только мы остались в квартире одни, начал носиться по ней как угорелый и планировать, где будут лежанки для собак, коврики какого цвета мы купим в ванную и куда мы будем ставить обувь.
Но меня больше волновали другие вопросы. Видимо, квартира простояла без жильцов довольно долго, на мебели и полу уже успел собраться приличный слой пыли. Не помешало бы вымыть окна, вынести мусор от предыдущих владельцев, да и вообще, привести наше будущее жилище в порядок. Я не фанат уборки, но ничего не поделаешь.
– Ну так что, когда планируем переезд? – спросил Тхай.
– Было бы идеально успеть до конца моих каникул, – ответила я. – Но, мне кажется, сперва стоит навести здесь порядок, а только потом перевозить и раскладывать вещи.
– Да, согласен. Тогда на завтра постараюсь вызвать клининг.
– А может, ну его, этот клининг? У меня все равно начинаются выходные на работе, не хочу дома тухнуть. Мне не составит труда завтра приехать и немного прибраться.
– Но мне как-то неловко, что ты все будешь делать одна…
– Хорошо, уговорил. Почистишь унитаз, как вернешься из агентства.
Мы оба согнулись пополам от смеха, хотя про унитаз я не шутила. Мы еще немного побродили по квартире, договорились, что завтра днем я начну наводить порядок, а Тхай приедет, как только сможет и присоединится ко мне.
По дороге домой мы сделали дубликаты ключей для меня. В мастерской продавались милые брелочки, я не удержалась и купила себе один в виде Тоторо, чтобы повесить его на новую связку ключей от нашей с Тхаем квартиры. Сидя в машине, мы с ним съели по бургеру и выпили по стакану колы, отпраздновав таким образом то, что нам удалось найти классную квартиру.
Утром следующего дня я решила не залеживаться в постели, дел предстояло много. Я позавтракала, сложила в пакет домашнюю футболку, порядком вылинявшие от многочисленных стирок старенькие джинсы, а также тапочки, чтобы переодеться во все это во время уборки. До новой квартиры я решила прогуляться пешком, а заодно и зайти в хозяйственный магазин, чтобы купить средства для уборки. А по пути как раз позвонила хозяину своей студии и сообщила, что планирую съехать примерно через неделю-другую.
В магазине я отоварилась по полной программе. Накупила разных средств, взяла несколько пар перчаток, гель для мытья посуды, освежитель воздуха и даже стиральный порошок, если вдруг на месте нужно будет что-то срочно постирать.
Уже в новой квартире я переоделась в домашние вещи и собралась было приняться за уборку, как до меня дошло, что я купила все, ну вообще все, кроме губок или хотя бы тряпок для уборки. В квартире не оказалось ничего подходящего, поэтому придется бежать до ближайшего супермаркета. Переодеваться было жутко лень, поэтому я решила, что старые джинсы выглядят более или менее прилично, чтобы на 5 минут выбежать в них до магазина, надела сверху куртку, взяла с собой банковскую карту, в задний карман джинсов засунула телефон, закрыла дверь и посеменила в сторону магазина.
Супермаркет находился буквально в двух кварталах от нашего дома. Казалось бы, что сложного в том, чтобы дойти до туда, купить упаковку губок, оплатить покупку и вернуться домой? Но я нашла на свою задницу приключений, да еще таких, которые чуть не стоили мне жизни.
По пути в магазин я заметила краем глаза компанию из трех девочек-подростков. Я даже не обратила на них никакого внимания, ну девчонки и девчонки. Но тут они начали окликать меня, причем, довольно грубо для незнакомых людей, которые хотят, например, спросить дорогу или уточнить, сколько сейчас времени.
– Эй, ты, а ну подошла сюда!
Я решила, что бояться девчонок мне незачем. Что они мне сделают? Подростки иногда ведут себя эксцентрично, но я не их родитель, чтобы учить их вежливо общаться с окружающими.
– Привет, я могу чем-то помочь? – ответила я.
А дальше начался вообще какой-то ад. Они окружили меня со всех сторон, у одной в руках я заметила осколок кирпича. Вполне симпатичные и безобидные на вид девчонки начали оскорблять меня и угрожать расправой, если я не оставлю их обожаемого кумира Тхая Тена в покое. Наперебой они кричали, что он принадлежит только им, что они – его фанатки и имеют полные права на него, а мне стоит убраться куда подальше и лучше даже не смотреть впредь в сторону их любимого артиста.
Нет, я не испугалась, но растерялась. И очень быстро поняла, почему Тхай так боялся того, что общественность узнает о наших отношениях. Видимо, когда-то мы все же были недостаточно осторожны, и нас заметили вместе. Пока я соображала, какую стратегию поведения мне выбрать – попытаться вразумить настырных фанаток и объяснить им, что их кумир – живой человек, у которого могут быть отношения, или же просто все отрицать, разговор начал принимать угрожающий оборот.
Одна из девочек больно ударила меня в область колена, а вторая попыталась схватить за волосы, но я увернулась. Куртку я застегнула не до самого верха, поэтому одна из засранок заметила у меня на шее тот самый кулон с лисичкой, подарок Тхая, и сорвала с меня тонкую цепочку. У меня не было с собой даже рюкзака, чтобы хотя бы дать одной из моих обидчиц под зад, но были ключи, которые могли здорово помочь. Я попыталась достать их из кармана куртки наощупь, но замок заклинило. Наверное, ткань попала в молнию.
Я отвлеклась всего на несколько секунд, перевела взгляд на карман, чтобы понять, что не так. Этого времени малолетним хулиганкам хватило, чтобы одна из них толкнула меня и сбила с ног, а другая как следует приложила мне кирпичом в область виска.
Но драка закончилась, так и не успев толком начаться. Напавших на меня спугнула заехавшая во двор машина, и они поспешили убраться.
На куртку уже начали капать капли крови, но боли как таковой я не почувствовала. Я натянула посильнее рукав куртки и приложила руку к голове, а второй достала телефон из кармана джинсов. Во время падения я приземлилась на задницу, поэтому телефону досталось вдвойне. Сенсорный экран был разбит, телефон ни на что не реагировал. Я грязно выругалась, но нужно было что-то делать.
Натянув посильнее капюшон, чтобы прикрыть рану, я поспешила к женщине, которая только что вышла из подъезда, чтобы попросить ее о помощи. Но она с отвращением посмотрела на меня, назвав оборванкой и чертовой наркоманкой, приказала убираться из их двора. Да, видок у меня был не лучший. Джинсы порвались и испачкались при падении, куртка была в темных пятнах крови. Боль в голове начала проявляться сильнее, у меня совершенно не было сил спорить и доказывать, что на меня напали.
Я побрела в сторону дома, решив попросить помощи у соседей. Кое-как добравшись и поднявшись на лифте на наш этаж, я начала звонить в ближайшие квартиры. В одной из них мне никто не открыл, за дверью другой послышался детский голос: «Извините, родителей нет дома, мне не разрешают открывать дверь незнакомым». Этажом ниже мне тоже никто не открыл. Дом сравнительно новый. Скорее всего, еще не все квартиры сдали в аренду или продали. Да и в такое время люди обычно находятся на работе или учебе.
Пришлось возвращаться домой. В ванной я попыталась промыть рану на виске водой, но от этого, кажется, стало только хуже. Она начала сильно щипать, волосы мешали и прилипали. Пришлось стащить с себя футболку и приложить ее к голове, чтобы остановить кровь. Я еще раз попыталась привести в чувство телефон, чтобы дозвониться хоть до кого-нибудь. Но нет, телефон не ожил волшебным образом. Боль в голове усиливалась, я сама не заметила, как не то задремала на диване, не то потеряла сознание.
Глава 12 «Если виноват, то во всем сразу»
Привет, я Тхай Тен, и я подозревал, что наш с Танэки роман не закончится ничем хорошим. Нельзя постоянно быть осторожным, что-то да всплывает на поверхность. А вообще, уже давным-давно пора было ввести закон о наказаниях для неадекватных фанатов. Не только мне их выходки портят жизнь.
Но я старался об этом не задумываться, пока дело не коснулось меня лично. А точнее – Танэки, из-за чего я чувствовал себя виноватым вдвойне.
Не нужно было мне ее слушать, если бы я вызвал клининг, то ничего бы не произошло. Но противный голосок в голове твердил, что это точно бы случилось, если уж отбитым дурам пришло в голову выследить девушку и расправиться с ней.
В тот злополучный день у меня даже мысли не возникло, что что-то может пойти не так. Конечно, я упахался в агентстве, но мне нравилась мысль, что мы вместе с Танэки будем обживать и обустраивать нашу новую квартиру. Все это казалось милым, тем более, у меня не было ранее опыта совместного проживания с девушкой. В глубине души я мечтал о том, чтобы этот опыт был первым и последним, ведь мы с Танэки отлично дополняем друг друга. Радовало то, что сестра все же договорилась с хозяевами квартиры и согласилась забрать собак к себе, пока мы занимаемся уборкой, сбором вещей, переездами и прочей головной болью.
Меня даже не смутило то, что Танэки не ответила на мое сообщение и пару звонков. Я логично предположил, что она увлеклась наведением порядка и просто не услышала телефон. Ну или отключила его, чтобы ничего не отвлекало.
После всех своих дел я решил зайти в кафе, как раз возле агентства открылось какое-то новое местечко, купить еды на вынос. Наверняка Танэки захочет чего-нибудь поесть, да и я сам был голоден. Мой выбор пал на рис в коробочках, курицу в остром соусе и сок. А на десерт я взял хотток с начинкой из шоколада и орехов.
Благополучно добравшись до дома, я взял пакеты с едой, поднялся на наш этаж и открыл дверь своим ключом, оповестив Танэки, что я пришел домой. Странно, но свет нигде не горел, а девушка не вышла меня встречать. Я было подумал, что она тоже решила купить еды и вышла в магазин, но ее ботинки стояли у двери. Заподозрив неладное, я начал включать везде свет и проверять комнаты. В гостиной я увидел, что Танэки лежит на диване и вздохнул с облегчением. Наверное, она просто устала и прилегла отдохнуть. Но потом я заметил окровавленную тряпку возле ее головы, подскочил к девушке и начал ее трясти:
– Танэки, что с тобой? Что случилось? Ты жива? Скажи что-нибудь!
К счастью она открыла глаза, но не смогла сказать мне ничего вразумительного. Я же заволновался не на шутку и уже вызывал скорую помощь. Пока она ехала, я носился вокруг Танэки как угорелый и задавал миллион вопросов.
Приехавшие врачи осмотрели девушку, привели ее в чувство, сказали, что рана неглубокая, но стоит доехать до больницы и показаться врачу. Так мы и сделали.
Пока Танэки осматривали врачи, я сидел в коридоре и пытался сообразить, что же такое могло произойти. Скорее всего, она просто откуда-то упала во время уборки или поскользнулась в ванной, так как я видел там кровь. Я же сто раз просил ее быть осторожнее! Но почему она сразу не позвонила мне или сама не вызвала врача?
Тем временем из кабинета вышел доктор, мужчина средних лет с добрыми, но усталыми глазами. Я подбежал к нему, чтобы выяснить, что с Танэки.
– Девушку ударили чем-то довольно тяжелым и острым. К счастью, удар прошел по касательной, рана неглубокая. Зашивать не требуется, признаков сотрясения я не обнаружил.
– Ударили? Вы уверены? – от такой информации у меня отвисла челюсть и пробежал холодок по спине – Она была дома одна, этого просто никто не мог сделать. Я думал, она просто неудачно упала.
– К сожалению, абсолютно уверен, – ответил врач. – Я сделал укол, пусть немного отдохнет, а потом вы сами спросите у нее, что случилось. Рекомендую все же оставаться в больнице до утра для наблюдения.
Я поблагодарил врача и вернулся в зону для посетителей, натянув посильнее капюшон толстовки и надев медицинскую маску, которую всегда носил с собой. Еще не хватало, чтобы меня узнали. Несколько часов я сидел там и бездумно листал новостную ленту в телефоне, отошел только выпить кофе из автомата, когда посетители больницы стали расходиться. Давала о себе знать усталость и переживания, я плохо соображал. Но мне казалось, что всему произошедшему должно быть логичное объяснение. Моя девушка была немного неуклюжей, и я вообще не удивлюсь, если она скажет мне, что сама приложила себе по лбу дверцей от навесного шкафчика, когда открывала его.
Наконец, ко мне подошла медсестра и сказала, что Танэки проснулась, и я могу зайти в палату повидаться с ней. Просить дважды меня не пришлось, я вскочил с кресла и пошел вместе с медсестрой. Она предупредила, чтобы мы не засиживались долго, больной нужен покой.
Когда я зашел в палату, Танэки полусидела в кровати и выглядела уже гораздо лучше, хоть и голова была заклеена пластырем. Я сел рядом и взял ее за руку:
– Чертенок, как ты? Как себя чувствуешь? Ты меня до смерти напугала!
– Уже лучше, все нормально. Не беспокойся за меня.
– Точно ничего не болит?
– Точно. Только немного клонит в сон, но врач сказал, что это нормально, действие лекарства.
– А что вообще произошло? Врач говорит что-то странное, что тебя ударили по голове. Но ты же просто упала во время уборки, так?
– Нет, меня и вправду ударили, когда я выходила в магазин.
– Но кто? Кто это сделал? На тебя напал какой-то отморозок?
– Нет, не отморозок. Хуже. Это были твои фанатки.
В глазах у меня потемнело от гнева и отчаяния. Такого я точно не ожидал, на меня будто вывернули ведро с холодной водой. Я вскочил со стула, но тут же сел, осознав бессмысленность своих действий.
– Малышка, расскажи мне все! Ты их запомнила? Я обязательно обращусь в полицию и не оставлю этого просто так! Где именно это произошло? Как они выглядели?
– Я правда не запомнила. Обычные девчонки, ничего примечательного. В джинсах, в куртках. Не надо никакой полиции, все нормально. Я буду впредь осторожнее.
– Еще как надо! Они мне лично за все ответят! Сегодня же куплю тебе баллончик, и даже не думай без него выходить из дома! А если нужно, то и телохранителя найму.
– С баллончиком идея хорошая, я и сама об этом думала. Но с телохранителем ты, по-моему, перебарщиваешь. Успокойся, ничего страшного не произошло.
– Ничего себе не произошло! А если бы они придумали что похуже? Нет, я срочно подниму этот вопрос в агентстве, за такое неадекватное поведение должны наказывать, это уже не первый случай. Нас то преследуют, то фотографируют спящими в самолете, то по почте присылают всякую дрянь! Мы тоже люди, в конце концов, у нас и наших близких должно быть личное пространство!
Пока я сокрушался, пришла медсестра и попросила меня выйти, Танэки нужно отдыхать. Я поцеловал ее и пообещал приехать за ней утром, а сам отправился домой.
Нужно было что-то делать, но я пока не представлял, что именно. Я собирался рассказать о случившемся продюсеру и другим руководителям, а потом до меня дошло, что я сам же могу себя скомпрометировать и попасть на громадный штраф за нарушение условий контракта. Я сам, получается, признаюсь, что начал тайно встречаться с девушкой. И если история получит общественную огласку, то меня просто со света сживут. Айдолы не могут неуважительно относиться к фанатам, ведь именно они обеспечивают нам популярность и доход, благодаря которому окупаются средства, затраченные на нас во время обучения. Да, некоторые особо одаренные считают нас своей собственностью, едва ли не мужьями или женами, но это особенность нашей музыкальной культуры. В общем, как не посмотри на ситуацию, складывается она крайне дерьмово.
Я долго не мог сомкнуть глаз, зато заказал на всякий случай несколько баллончиков, лишними точно не будут.
А вообще, я не понимаю, почему фанатки сходят от нас с ума и портят нам же жизнь. Безусловно, можно кого-то любить, обожать или даже боготворить, но должны же быть какие-то границы допустимого. Конечно, я сам стремился к популярности, и поначалу, еще когда я выступал в группе, мне было приятно такое внимание к моей персоне. В наивных сообщениях с пылкими признаниями в любви было что-то милое и непосредственное. Мне даже было приятно, что нас встречают в аэропортах, кричат наши имена, мечтают дотронуться до нас хотя бы кончиком пальца.
Но когда эйфория от успеха и всеобщего обожания прошла, это начало здорово раздражать и портить жизнь. Неоднократно айдолы жаловались на то, что их преследуют, караулят в общественных местах, сливают телефонные номера и даже нападают на фан-встречах. Нередко сопровождающим нас приходилось прибегать к помощи полиции.
Конечно, навязчивые поклонники зачастую мешали жить не только нам, но и нашим семьям. Но случаев нападения на них я не припомню. В том, что случилось с Танэки есть и моя вина. Скорее всего, они выследили девушку и узнали наш новый адрес. Рисковать нельзя, вдруг они вернутся и попытаются напасть на нее снова?
Я принял решение завтра забрать Танэки из больницы, а потом все же расторгнуть договор на аренду жилья, который я заключил. Оставаться жить в той квартире не безопасно, хоть она и замечательная во всех отношениях. Не уверен, что мне удастся быстро найти ей замену, но, видимо, наши планы на совместное проживание пока придется отложить на неопределенный срок. А лучше вообще воспользоваться услугами риелтора.
И неплохо было бы еще раз поговорить с Танэки о наших отношениях. Как бы больно мне не было это осознавать, но я пойму, если мне она предпочтет жизнь нормального, свободного человека.
Глава 13 «С отчаянием лучше справляться самому»
Привет, я Танэки Имура, и кажется, что в моей жизни началась громадная черная полоса. Не знаю, когда я увижу ее конец, и увижу ли вообще.
Мне еще не удалось оправиться от внезапной гибели родителей, как меня настигли новые проблемы. Тхая я всегда представляла себе как человека очень надежного, мудрого и спокойного. Мне казалось, что не существует такой проблемы, которую он не мог бы решить. Находясь рядом с ним, я не боялась вообще ничего. Но эта мнимая безопасность и стабильность оказалась одной большой сплошной иллюзией.
После того, как на меня напали его поклонницы, хуже относиться я начала почему-то к Тхаю, хотя он здесь вообще ни при чем. Я по сто раз на дню напоминала себе, что он никак не мог это предвидеть или предотвратить, что не он это подстроил, что ему тоже досталось сполна в этой ситуации. Пусть не физически, но морально. Лично я бы чувствовала себя крайне паршиво, если бы по моей вине случилось что-то плохое и моими близкими.
Я усиленно делала вид, что все хорошо и старалась не переносить свою злость на Тхая. Он и так делал для меня все, что мог, поэтому точно не заслужил такого отношения к себе.
Безусловно, со мной не произошло ничего страшного. Но кто знает, что придет в голову ненормальным в следующий раз? Сейчас я отделалась раной на голове, разбитым телефоном и украденным украшением, но что будет потом?
На покупку нового телефона денег у меня сейчас не было, клянчить у Тхая его мне не хотелось, поэтому разбитый мобильник я отнесла в ремонт. Хорошо, что он подлежал восстановлению.
С Тхаем мы старательно избегали разговаривать на тему того, что случилось несколько дней назад. Я продолжила ходить на работу и в колледж, когда закончился мой больничный, делать свои повседневные дела и жить так, как я жила раньше. Но получалось это плохо. Буквально каждые двести метров я ездила на такси, по улицам передвигалась короткими перебежками, даже на пушечный выстрел не приближалась к компаниям подростков. Я уговаривала себя потерпеть немного, надеялась, что страх скоро пройдет, но он и не думал никуда деваться. Постепенно я стала превращаться в параноика.
Нельзя вечно делать вид, что ничего не происходит. Кажется, Тхай тоже это понимал, поэтому вскоре пригласил меня к себе на разговор. Я видела, что он сильно напряжен и пыталась разрядить атмосферу шутками и болтовней обо всем на свете, но улыбка на лице парня так и не появилась. Наконец, он не выдержал:
