Текст книги "Ты сильная (СИ)"

Автор книги: Татьяна Киселева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 10

Женщина сидела и думала, что же не так с её соседями, почему они вдруг прицепились к Женьке, их семье.

Катя пыталась вспомнить, не обижала ли она чем-нибудь Клавдию, ведь пожилые люди бывают порой, очень обидчивы. Но ничего такого не вспоминалось. Их отношения были ровные, хоть Кате и не нравились иногда слишком льстивые и сладкие речи Клавдии Абрамовны. К Ирине же Катя всегда относилась, как к младшей сестрёнке. Сочувствовала, что той довелось расти без отца и матери. Ей даже нравилась эта спокойная, похожая на снегурочку девушка. Нравилась ровно до тех пор, пока не стала претендовать на её мужа. Но если не Женька отец Ирининого ребёнка, то кто же тогда?

Екатерина вспомнила, как Ира, краснея, призналась, что за ней ухаживает Егор Поливанов и он очень нравится ей. Так может это ребёнок Егора?

«Наверное, мне надо поговорить само́й с Ириной. Может быть, она мне расскажет правду». Подумала Екатерина и принялась за работу. Ближе к концу рабочего дня у неё зазвонил телефон.

– Слушаю.

– Катя, здравствуй. Это Александр.

– Здравствуйте, Александр.

– Катя, я уже в вашем городе. Когда мы можем встретиться? Как насчёт завтра? Получится у тебя?

– С приездом Александр. Думаю, получится. Давайте встретимся. Где вы остановились?

– В «Виктории». Знаешь, где это?

– Да, конечно. Ну что же, я заканчиваю в пять, примерно в половине шестого я буду в ресторане при гостинице. Вас это устроит.

– Катя, мы же с тобой были на ты. Хотелось, чтобы так всё и было. И да меня, конечно, устроит. Но я могу подъехать в любое место, которое ты назовёшь. Можешь выбрать любое, где тебе удобнее.

– Извини. Исправлюсь, – Катя хмыкнула, – Говоришь в любом месте. Тогда давай в «Белочке» на Лесопарковой. Я адрес тебе сейчас скину.

– Хорошо. Тогда, до встречи, Катя.

Молодая женщина слегка задумалась, устремив взгляд в окно, а потом набрала номер. Трубку подняли сразу же.

– Дашка, привет,

– Привет Катюнь, как дела? Как там мои крестники поживают?

– Нормально поживают. Бабушку уже рыбой завалили. Её в нашем озере скоро совсем не останется.

– Ишь молодцы какие. Добытчики! Что звонишь? Только не говори, что соскучилась.

– Не скажу. Вредная ты Дашка. А я тебя хотела завтра в кафе пригласить. С классным мужиком познакомить хотела.

– Уммм, как интересно. С мужиком говоришь... Где откопала?

– Пф-ф.– фыркнула Катя, – Приехал к нам в командировку. С Владивостока.

– Ууу, и зачем он мне сдался? Это, сколько же на дорогу потратить надо, чтобы на свиданку с ним сбе́гать?

– Ну часов так шестнадцать – восемнадцать и тысяч пятьдесят.

– Надеюсь, не долларов?

– Не-е, рублей.

– Ну, уже легче. Спасибо, удружила. В рублях мне подойдёт. И по времени как раз норм. Пятнадцать минут на прелюдию, десять на самое интересное и можно назад. Как раз выходные кончатся. Где встречаемся?

– Завтра в «Белочке». Даша, подойди минут десять седьмого. Сделай вид, что случайно меня встретила.

– Договорились. Только зачем тебе это надо?

– Не поверишь, но я действительно хочу вас познакомить. Это друг Арсения. Сенька меня с ним на юге познакомил. Он хороший парень, только мне совсем не нужен. Ты только макияж слишком уж агрессивный не делай. А то я знаю тебя. Напугаешь ещё мужика.

– Ой, Катя, а зачем мне, тогда такой нужен? Пугливый-то? Ладно не боись, всё будет тип-топ. Чао.

– Пока-пока.

На следующий день Катя встретилась возле кафе с Александром. Было видно, что мужчина заметно нервничал. На нём были тёмно-синие джинсы и белая футболка, выгодно обрисовывающая его мускулистое тело. Он вручил Кате букет из тёмно-бордовых роз, лепестки которых, казалось, были сделаны из бархата, и поцеловал её в щёчку.

– Рад снова встретиться с тобой, – произнёс он.

– Я тоже, – отозвалась Катя, – Ну, что идём?

И они вошли внутрь. Столик, не договариваясь, выбрали у окна. Катя села так, чтобы её было видно от дверей. Сражать мужчину своим внешним видом у Кати в планах не было, и поэтому на ней была её обычная рабочая одежда: брючки красного цвета и тонкий полосатый джемперок. Волосы собраны в хвост, на лице ни грамма косметики, лишь губы чуть тронуты блеском,

Александр, улыбаясь, смотрит на женщину и говорит, – Какая всё же ты красивая, Катя. Прекрасно выглядишь.

– Ты тоже, – отвечает Катя и ловит себя на мысли, что она как попугай повторяет одни и те же слова, и спрашивает – Как долетел?

– В Новосибирске долго сидели, а так всё отлично, – говорит Александр и спрашивает в ответ, – А как у тебя дела?

– Саш, у меня всё хорошо. А скоро будет ещё лучше. Вот разберёмся с подставой, что устроили моему мужу и всё сразу станет отлично.

– Вы помирились? – голос у мужчины стал грустным.

Но Катя не успела ответить, в кафе впорхнула Дашка,

Оглядевшись, она направилась к столику, за которым сидела Катя с Александром.

– Катюш, привет, – поздоровалась она с подругой поцеловавшись с ней в щёчки, – Ты какими здесь судьбами? Я вам не помешаю?

– Нет, не помешаешь. Александр, познакомься, это Даша – моя самая близкая подруга и крёстная моих детей. Даш, а это Саша, он гость нашего города и друг Сеньки.

– Очень приятно, – и Даша очаровательно улыбнулась, – Катины и Арса друзья и мои тоже. Что вы заказали такого вкусненького? Умм, я тоже это же хочу.

Катя улыбалась, Дашка была само очарование. Умело наложенный макияж, выгодно подчёркивал, большие голубые глаза девушки, синее платьице безукоризненно облегало фигурку.

Теперь разговор за столом шёл в одни ворота и Александр не заметил, как выложил о себе почти всё. Выспросила Дарья и о его планах, и как-то незаметно молодые люди договорились, что Даша, покажет ему город. Ужин подошёл к концу, и Катя встала, чтобы попрощаться. – Саш, ты меня прости, пожалуйста, но мне ещё целый час ехать до дома. Я, пожалуй, поеду. Даш созвонимся. Проводи Александра, пожалуйста.

– Не переживай, подруга. Не брошу человека в беде. Крестников поцелуй, Женьке привет.

– До встречи Катя. Спасибо, что не отказалась встретиться, – парень грустно посмотрел на неё. А в следующую минуту Даша уже тащила его в сторону. Она решила для начала показать ему Шершнёвское водохранилище, благо находились они неподалёку.

Катя печально улыбнулась и тихо произнесла, – Не в этой жизни...

Катя ехала домой и думала, как всё же сильно изменилась их жизнь. Даже дети, чувствуя всё на интуитивном плане, не хотят находиться дома. Предпочитают дневать и ночевать у деда с бабушкой. Радость ушла из их семейного гнезда, да и называть-то его сейчас так, пожалуй, не стоит. Так, место для ночлега, не больше. Маршрутка уже подъезжала к городку, когда зазвонил телефон. Катя достала его из сумки и ответила на вызов.

– Екатерина, добрый вечер. Меня зовут Павел. Мы с женой смотрели ваш дом. Знаете, нас всё устраивает. Когда бы мы могли начать переоформление? Давайте встретимся, обговорим детали.

– Добрый вечер, Павел. Давайте так, я сегодня созвонюсь с мужем, посоветуемся и завтра утром вам перезвоню. Дело в том, что он в отъезде, и я пока не знаю, когда муж точно вернётся.

– Хорошо, будем ждать вашего звонка.

Екатерина вышла на своей остановке и направилась домой, по дороге позвонив матери и узнав, как обстоят дела у детей и родителей.

– Мамуль, я, кажется, нашла покупателя на дом. Я завтра после работы к вам заскочу, нужно будет обговорить всё.

– Хорошо дочка, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мам. Поцелуй за меня сорванцов.

Несмотря на открывшиеся обстоятельства, решения о переезде на новое место жительство Катя не поменяла. Жить рядом с людьми, которые испортили им месяцы жизни, внесли разлад в семью, ей не хотелось.

Сумерки уже полностью укутали городок сине-сизою шалью. Редкие фонари бросали под ноги столп света, и пространство между ними, казалось, даже темнее, чем было на самом деле. Катя привычно шла к дому посередине пустынной дороги и ещё издали увидела у своей калитки тёмную фигуру человека.

С каждым шагом расстояние всё больше сокращалось и, заканчивая разговор с матерью, Катя дошла до калитки, а там поджидала Клавдия Абрамовна.

– Что же ты, так поздно домой возвращаешься Катерина? Устала я тебя дожидаться, – с какой-то непонятной претензией встретила её соседка.

– А вам-то какое дело, во сколько я возвращаюсь? Вы мне кто, чтобы перед вами отчитывалась? И зачем это я вам понадобилась? – опешила от вопроса Екатерина.

– Где муж твой? – сердито спросила пожилая женщина.

– Кто? – изумилась Катя.

– Женька, твой где? – злилась соседка.

– Вы что-то путаете, Клавдия Абрамовна. У меня нет никакого Женьки. Это теперь ваш Женька. А я к нему никакого отношения больше не имею. А что, сбёг от молодой-то невестушки? – ехидно протянула Катя.

– Ты Катька, давай не наглей. Где Женька, спрашиваю?

– А я почём знаю. Он мне теперь никто и отчитываться не обязан. Ирину свою спросите. Она же его пара теперь. А меня избавьте от ваших вопросов и вашего присутствия. Я устала, уйдите с дороги, – и Катя, отодвинув в сторону соседку, пошла к дому. Настроение у неё заметно улучшилось. А ей ещё предстоял разговор с мужем.

Женщина открыла двери и вошла в дом. Привычным жестом нащупала выключатель и зажгла свет. Прошлась по всему дому, щёлкая выключателями и оглядывая помещения. Они наполняли с Женькой своё жилище с любовью, тщательно подбирая каждую вещь. Катя любила свой дом, но сейчас он казался ей пустым и холодным. Екатерина вздохнула, ещё раз огляделась вокруг и пошла на кухню. Включила чайник, и сев к столу, покрутила телефон в руках. Набирать Женьку было рано, разница в пять часов, во Владике сейчас четыре утра.

Екатерина налила себе в кружку чай, забелила его молоком, и открыв баночку с гречишным мёдом, зачерпнула ложечку. Её мысли были в прошлом, там, где не было всех этих событий, пугающих, непонятных, выворачивающий душу наизнанку, выкручивающих нервы. Там, где она ещё ничего не знала и думала, что счастлива и любима.

Женька ошибался, когда писал в письме, что-то происшествие, случившееся с ними, осталось без последствий. Только во всей этой нервотрёпке Катя сразу и не вспомнила, не поняла, что с ней что-то не так. Вчерашний визит к доктору добавил смятения в её душу. И сейчас женщину обуревали сомнения, надо было срочно принимать решения, времени почти не осталось. Она опять вздохнула, поставила будильник на шесть. И пошла в спальню, по дороге выключая свет во всех комнатах.

Они всегда вместе принимали важные решения, а теперь Катя осталась с проблемами один на один. И ей было страшно ошибиться.

Женщина легла в постель, прижала к лицу футболку мужа и затихла.

За окнами начало светать, встающее солнце осторожно гладило своими пока ещё робкими лучиками крыши домов, окрашивая их в розоватый цвет. Путалось в листве деревьев, улыбалось навстречу головкам подсолнухов. А Катя спала и видела прекрасный сон. Она шла по весеннему саду, положив голову на плечо мужа. Женька одной рукой обнимал её за талию, а другой катил детскую коляску.

Звонок будильника разорвал тишину. Катя открыла глаза. Начинался новый день, полный сомнения и тревог. И нужно было принимать решения по продаже дома. Искать новое место жительство для семьи. И думать, что делать с новыми вылезшими, так внезапно обстоятельствами.

Женщина, потянувшись, встала и решила, что начать день с кофе и звонка мужу будет правильно.

Звонок Кати перехватил Евгения в аэропорту, когда он готовился идти на посадку. Времени на разговор уже почти не было. И Катерина успела только спросить, когда он приезжает и на какой день ей назначить встречу с покупателями. И мужчину всю дорогу вначале в самолёте и теперь, пока ехал в маршрутке, одолевали грустные мысли. Было понятно, что к прежней жизни возврата не было. Это ему было предельно ясно. А вот что ждало впереди, было покрыто мраком. И порой Евгения охватывало отчаяние, и он думал, что всё его трепыхания напрасны. Что Катю он безвозвратно потерял. Женька вспоминал её взгляд, полный недоумения и боли, её приглушённый, задавленный стон и безучастное, равнодушное лицо после.

Она сильная девочка, его Катя. Если уж решит, что любовь необходимо вырвать из сердца, то она сделает это.

А ему уже самому не казались убедительными его доводы, объяснения, почему он столько времени молчал, почему довёл ситуацию до абсурда.

Но, чёрт, как сказать любимой женщине, «Милая, я, кажется, переспал с соседкой и меня теперь шантажируют». Он тысячу раз представлял себе, этот разговор, представлял, как будет ей об этом рассказывать, пытался угадать её реакцию и каждый раз облегчённо вздыхал, когда ему что-то мешало.

Он писал письмо почти двое суток, обдумывал, пытался объяснить, рассказать, что чувствовал, почему поступил так, а не иначе. Но даже теперь, когда он, казалось, вывернул душу наизнанку, Женька сомневался, что сумел донести до Кати свою боль и страх.

Страх, что злобная старуха искалечит души его детей, их с Катей детей. За себя он не боялся, а вот за них... Даже то, что происходит в его семье сейчас, уже откладывает на них свой отпечаток. Но если она сделает, то чем пугает, то всё может быть в разы хуже.

Страх, что он уже потерял семью, потерял, её Катю. И его боль, всё заслоняющую собой боль оттого, что вынужден так поступать. Вынужден причинять боль самым родным на свете людям.

И страх, что не сумеет, не сможет ничего исправить.

Евгений прямо из аэропорта поехал в офис Стаса. Тот сообщил ему по телефону, что есть интересные новости. Он ехал к Стасу, и все мысли были только об одном, скорее бы всё прояснилось.

Детектив с новостями затягивать не стал, поздоровавшись, пригласил к его монитору, и включил запись.

На экране зал в квартире соседей. Ирина нервно теребит в руках салфетку, лицо у девушки заплаканное, – Бабушка, не делай этого. Не надо бабушка, я прошу тебя. – она судорожно всхлипывает.

– Вот тебя не спросила, что мне делать. Нет, ты посмотри какой, а? Решил, что может с крючка соскочить! Если не появится до завтра, пусть обижается сам на себя. И на телефон ведь не отвечает, – зло фыркая Клавдия Абрамовна ходит по комнате, время от времени останавливаясь перед внучкой.

– Бабушка, ну зачем ты так? Ты же знаешь, что он этого не делал. Что он не виноват! Как мне жить-то после того, как мы испортили жизнь и ему и Кате, и детям их. – Ирина почти кричит, – Как ты не понимаешь, бабушка. Я не хочу за него замуж, я ничего не хочу. Бабушка не надо, прошу тебя, – Ирина плачет, вытирает слёзы то салфеткой, то просто рукой.

– Ну всё-всё успокойся. Хватит тут сопли распускать. Не нужно было по клубам шляться. Дошлялась? Вот и делай сейчас то, что я скажу. Или выгоню тебя и иди куда глаза глядят. Вот на что ты жить собираешься? Я тебя спрашиваю, а? Я не обязана и тебя и твоих выб****в содержать. Хватит, вырастила вот тебя на свою голову. Пойми дура, что ты с одним-то никому не нужна будешь, а уж с двумя и подавно. Или ты выйдешь за Ковалёва замуж или я завтра сделаю рассылку и ему жизни здесь не будет, а если мне повезёт так ещё и сядет. И это моё последнее слово.

– За что ты въелась на него бабушка? Что он тебе сделал? Они же всегда к нам по-доброму относились.

– Слишком красивый гад. Красивые мужики верными никогда не бывают. Целый шлейф любовниц за ними тянется. Ненавижу...

– Но Евгений же не такой, он Катю любит ...

– Все они такие! И тесть его такой же! Тварь. – и Клавдия Абрамовна вышла из комнаты, громко хлопнув дверями. А Ирина упала на диван и глухо простонала, – Господи, да забери ты меня отсюда. Устала, я господи. Ничего не хочу. Куда же мне идти... – плечи девушки судорожно сотрясались.

Стас отключил монитор и сказал, за бабкой установили круглосуточное наблюдение, чуть дёрнется, её сразу задержат. А пока наша дама укатила на свидание.

– Теперь, что касается Ирины. Мы долгое время думали, что виноват таксист, потому что он исчез сразу после заказа. Мужик работал на своей машине и испарился в тот же вечер. Пока пробили адрес, пока встретились. В общем, дело было так. Ирина вызвала такси, получила СМС, попрощалась с подругами и пропала. Так как к таксисту она не вышла, он несколько раз звонил ей. Мы проверили, это действительно так. А потом ему позвонили из дома, сообщили, что жену в роддом отвезли, он плюнул на всё и уехал. Скорее всего, девчонка решила перед доро́гой заглянуть в туалет и её там перехватили. А камеры там ни одна не работает. Мы проверили и обнаружили ещё один вызов такси на этот адрес на следующий день в час дня. Таксист посадил девушку возле торгового центра и сказал, что её всю дорогу трясло и она плакала. Мы проверили записи, что сохранились, к сожалению, понять, как она там оказалась, не удалось. Теперь по Егору. С парнем встретились, поговорили. Убедили сотрудничать, флешку он отдал, но сказал, что сделал для бабки ещё две копии. Одну она отдала тебе ещё одна у неё. Парень влюблён в Ирину, но бабке удалось запудрить ему мозги. Он с чего-то вдруг решил, что она в тебя влюблена, а ты попользовался девчонкой и в кусты. Горел праведной местью. Готов был на всё ради счастья любимой. Пока не показали ему видео, флешку отдавать не хотел.

– Хороший мальчишка, – Стас взъерошил волосы на голове.

– Хочу предложить, ему у меня поработать, когда колледж закончит. Ты же не планируешь его посадить?

Женька усмехнулся и сказал, – Я женил бы его на Ирине, если он, конечно, ей нравится. Жаль мне её. Не повезло девчонке в жизни. И с матерью, и с бабкой и ещё изнасилование это...

Глава 11

Евгений вышел от Стаса и сразу же позвонил Кате, сказал, что уже едет и у него есть замечательные новости.

Новости были и у Кати. Про беременность мужу решила пока не говорить. Сама ещё не знала, хочет ли она рожать в нынешних условия третьего ребёнка или нет. А вот по поводу переезда, хотела посоветоваться.

Узнав, что Катя продаёт дом и хочет перебираться на новое место жительства из своего городка, её позвала к себе в кабинет главный бухгалтер Альбина Петровна.

– Катюш, я слышала ты дом для своей семьи, ищешь. Какой-то населённый пункт конкретно рассматриваешь или тебе не принципиально, где жить? Лишь бы место было хорошее и для детей удобно? – спросила она женщину.

– А почему вы спрашиваете Альбина Петровна?

– Сестра у меня, старшая в Верхней Пышме живёт. Расстояние до Екатеринбурга всего двадцать километров. У неё муж десять месяцев назад от ковида помер. Дети-то давно уже поразъехались. А дом у них большой, в два этажа. Куда ей одной, такой. Вот она и надумала, продать его, хочет сюда поближе к нам переехать. Она его за шесть миллионов продаёт. Думаю, можно и поторговаться будет. А если у тебя сразу такой суммы нет, можно заплатить половину. Ей как раз столько надо, чтобы купить домик, что она здесь присмотрела. А оставшуюся сумму потом частями выплатите. Я за тебя поручусь. Я сейчас тебе фотки и видео скину, ты посмотри подумай. – Альбина Петровна уткнулась в телефон.

– Мы, вообще-то, под Челябинском собирались что-нибудь поискать. Но скидывайте. Подумаем, посоветуемся с мужем, с родителями, – согласилась Катя, – Да, Альбина Петровна, отпустите меня на пару дней без содержания. Дом переоформлять будем.

– Отпущу. Пиши заявление. Я тебе телефон Ольги тоже скинула. Если дом понравится, звони договаривайся.

– Спасибо, Альбина Петровна, – поблагодарила начальницу Катя и вышла.

По фотографиям дом Кате понравился. Ухоженный сад, хорошая банька, мангальная и игровая зоны, две теплицы. За огородом берёзовый лесок. И ей захотелось посмотреть его само́й живьём. Потрогать руками, да и городок посмотреть. Вот и хотела попросить Женьку съездить, оглядеться. То, что ей придётся, искать новую работу женщину не пугало, она уже глянула, вакансии были. Ну если что, то и до Екатеринбурга рукой пода́ть, ей сейчас куда дальше до работы добираться приходится.

Да и деньги на покупку дома тоже были, при условии, что она продаёт свой. Ну с этим вроде уже всё в порядке. Завтра она встречается с покупателями, и они едут оформлять документы.

Дети опять остались ночевать у бабушки. И Катя была дома одна. Она приготовила на ужин картофельное пюре и отварила сардельки. А сейчас ждала появления мужа, чтобы вместе с ним поужинать. Екатерина накрыла на стол и подошла к окну, по времени Женька должен был уже подъехать. А вот, кстати, и его машина.

Женька выскочил из автомобиля и.… вошёл в калитку к соседям. Катя нахмурилась и у неё неприятно засосало под ложечкой.

Женьки не было минут пять, потом он вышел из дому, но не один. Муж шёл, прижимая к себе за талию Ирину.

Не доходя до калитки, они остановились, Женька что-то говорил девушке, потом подхватил её на руки и закружил. Катя проглотила горький комок, задёрнула на окне штору, скинула в мусорное ведро ужин и ушла в спальню.

Она не плакала, нет. Она лежала, свернувшись калачиком, и убеждала себя, что это всё случайность, всё не так, как кажется. Она просто, что-то не так поняла.

Ну не мог он... Вот только что не мог? Вначале позвонить ей, и сказать, что едет, а потом демонстративно отправиться к Ирине.

У неё не было слов, и она никак не могла придумать, для чего Женьке кружить девчонку, словно он был чему-то рад.

Катя ловила себя на мысли, что ждёт стука в дверь или хотя бы звонка. Но ни того ни другого не было. Она так и заснула, напряжённо вслушиваясь в тишину.

Ей опять снился сон. Она стоит посредине какого-то поля с малышом на руках в линялом и невзрачном платье и смотрит, как мимо неё идёт Женька с Ириной. Её муж обнимает Ирину, держащую на руках ребёнка. Они смотрят на неё. Ирина тычет в неё пальцем, и они смеются. Их счастливые улыбающиеся лица, стояли у Кати перед глазами, даже после того, как она проснулась. Настроение у женщины было мерзкое.

Она приняла душ, поставила чайник и пошла одеваться. Выпив кружку чая с бутербродом, позвонила в клинику и записалась на приём к гинекологу.

Катя выходи́ла из дома, когда зазвонил телефон. Она посмотрела абонента и сбросила звонок, поставив телефон на беззвучку.

Уже в маршрутке послала СМС-ку Евгению, в которой сообщала, куда и во сколько ему подъехать. Женька перезвонил тут же, но Катя опять равнодушно сбросила звонок и задумчиво уставилась в окно. Слушать его оправдания, сейчас она была не готова. Всё нужно делать вовремя.

В девятом часу утра она уже заходила в здание клиники.

С Евгением они встретились МФЦ. Все документы были уже подготовлены и подписаны и ждали только его подписи. Женька, поздоровавшись, подписал бумаги, и они все вместе вышли на улицу.

– Ну, что жду вас через неделю, дом к тому времени мы полностью освободим. До встречи. – Екатерина попрощалась с новыми владельцами их семейного гнёздышка и повернувшись, подошла к ожидавшей её машине, открыла дверцу.

– Катя, погоди, – позвал её Женька, но она молча села на пассажирское сиденье, и машина тронулась с места.

Утром она позвонила подруге, чтобы пожаловаться на мужа, и рассказала о своей проблеме. Дарья пообещала помочь, и вот теперь Катя ехала с братом Дашки в Верхнюю Пышму. Тихо играла в салоне музыка, Виктор сосредоточенно вёл машину, и Кате ничто не мешало думать. Она понимала, что поступает неправильно, не давая Женьке оправдаться. Ведь должно́ же быть какое-то логическое объяснение его вчерашнему поведению. Ну не мог он просто так вначале позвонить ей, а потом ни с того, ни с сего обниматься с соседкой. Или всё же мог? Ну тогда, она точно не знает человека, с которым прожила десять лет. Но какой бы ни была причина, женщину мучила ревность и что скрывать обида. Женька ведь даже не объяснил, не позвонил ей, а она ждала. А то, что позвонил утром и пытался поговорить днём...

Как говорится, дорога ложка к обеду. Кто не успел, тот опоздал. Она имеет право обижаться, пусть побудет немного в её шкуре. Пусть теперь он помучается, как мучится она.

Катя признавала, что скучала по мужу, по его объятиям, в которых чувствовала себя защищённой от всего мира, скучала по его поцелуям, что кружили ей голову, покрепче вина́. И где-то в глубине души надеялась и верила, что он скучает тоже. И да она поверила, что у него с этой Иркой ничего не было, но тем больнее было видеть вчера, как он её обнимал.

И хотя она и старательно отгоняла от себя эту мысль. Но что уж себя-то обманывать, себе-то, наверное, можно признаться, что она надеялась завершить вчерашний ужин в постели.

Катя провела ладонью по вспыхнувшим щекам. Господи, ну о чём она только думает. М-да недаром, наверное, говорят, у кого что болит... Похоже, гормоны расшалились.

Катя повернула голову к Виктору и спросила, – Вить, как ты думаешь, во сколько мы на месте будем? Не слишком поздно?

Виктор мельком глянул на Катю и ответил, – Нам примерно три часа ехать, плюс-минус. Часов в семь – восемь на месте будем. Ещё светло будет, не переживай, нормально всё осмотрим.

– Хорошо, – задумчиво проговорила женщина и снова замолчала. Теперь её мысли крутились вокруг переезда. Нужно будет уволиться, забрать документы детей из школы, нанять машину. Столько всего надо успеть, сделать...

Ольга Петровна встретила их у калитки. Они поздоровались и вначале пошли осматривать сад, баню и надворные постройки.

– Вот смотри Катенька, в этой теплице у меня огурчики посажены, а здесь помидорчики и перцы.

Яблоньки три штуки, груша, слива, там у забора вишня и смородинка.

– Красиво у вас, а вот эта калиточка?

– А это чтобы круго́м не обходить. В лес я хожу. Лесок у нас здесь хороший. Груздочки, сыроежки, белые попадаются.

– Вот наша банька, мой Митя, царство ему небесное, прошлым летом достроил её, а помыться, так и не успел, – Ольга Петровна шмыгнула носом и вытерла набежавшие слезинки. Банька была хороша, ничуть не хуже, чем построили они с Евгением. Комната для отдыха даже немного побольше будет.

– Ну, идёмте в дом, – пригласила их хозяйка, – Посмотрим всё, да чаю попьём. Я пирог испекла. Гости-то у меня теперь редко бывают. Так что я вам рада-радёшенька.

Катя осталась всем довольна. Дом Ольги Петровны ей понравился и за чаем они с Ольгой Петровной обо всём договорились. Пожилая женщина оставляла в доме практически всю мебель, забирая с собой только секретер, который своими руками сделал её муж.

– Я пишу немного. Привыкла уже работать за ним, да и память о Митеньке моём, – Ольга Петровна ласково провела рукой по столу.

Катя с Виктором остались ночевать у гостеприимной хозяйки с тем, чтобы утром ехать оформлять документы. Женщине было неудобно задерживать его, и она об этом сказала.

– Виктор, может, ты утром домой поедешь. Вдруг у нас быстро не получится. У тебя же и свои дела есть.

– Кать не бери в голову. У меня всё равно отпуск, пока вы документы подписывать будете, я в Екатеринбург смотаюсь, запчасти посмотрю.

На том и порешили, Виктор завёз их в МФЦ и уехал. Через два часа Ольга Петровна и Катя уже стояли в очереди в Росреестре, чтобы сдать документы для регистрации сделки.

Вечером Екатерина и Виктор двинулись в обратный путь, договорившись с хозяйкой, что Катя заплатит за машину для перевозки вещей и мебели в оба конца.

Не отвеченных вызовов от Женьки было больше десятка, но Катя не торопилась сменять гнев на милость.

В десятом часу вечера Виктор припарковал машину возле дома Катиных родителей. В дом заходить отказался и сразу же уехал, как только Катя зашла в калитку.

Родители сидели на кухне, и Катя сразу же прошла к ним.

– Добрый вечер, – поздоровалась она с родителями. – Ну всё, документы оформлены. А у меня такое чувство, словно я что-то потеряла. Грустно.

Она подошла к матери и обняла её.

– Ну а что ты хочешь? Ты тридцать лет здесь жила. Здесь для тебя каждая травинка родная, конечно, потеряла. – негромко проговорил отец. – Когда переезжать, думаешь?

– Я до выходных должна освободить дом. Думаю теперь, когда дом уже купила, нет смысла перевозить вещи вначале сюда. Наверное, закажу машину на пятницу и будем переезжать. Тянуть смысла не вижу, со вторника уже школа начинается. А нам ещё документы сдавать, да мало ли что ещё понадобится...

– Ну, значит, завтра начнём упаковывать вещи, – резюмировал отец, – Мы с вами поедем, поможем тебе на первых порах. Посмотрим, что за место, может, и сами потом туда переберёмся. Скучно нам здесь с матерью без вас-то будет.

– Было бы здорово. Там неплохой городок, бассейн есть, спорткомплекс, магазинов много. – Катя подошла к отцу и поцеловала его в щёку, – Спасибо пап.

На следующий день Катя уехала на работу увольняться. Женька звонил ей с утра пару раз, но она была занята и сбрасывала звонки. А вечером позвонила ему сама.

– Да, Катя. Рад, что ты позвонила.

– Ковалёв, я машину на девять утра в пятницу заказала. Мы уезжаем Жень, – прервала она мужа.

– Ты где сейчас, я подъеду.

– Дома, вещи упаковываем.

Женька приехал через полчаса. Они долго разговаривали. Потом он помогал упаковывать вещи и разбирать мебель, которую Катя решила забрать с собой. Закончив работу, как в прежние добрые времена всем семейством сели пить чай с пирогом, что испекла Татьяна Васильевна. Всем было грустно.

Утром в пятницу к дому подошла фура, и нанятые грузчики начали грузить вещи. И часа через три, отдав ключи от дома новым хозяевам, Катя с родителями и детьми сели в отцовский Жигулёнок и отправились к новому месту жительства.

Пять дней назад.

Женька несколько раз пытался, дозвониться до жены и объяснить, по какой причине не смог, подойти, как обещал. Но Катя звонки сбрасывала, и после МФЦ говорить с ним тоже не пожелала. Молча, села в машину и уехала. А Женьке ничего не оставалось, как только вздохнул и идти к своему автомобилю.

Всё одно к одному, это просто какое-то невезение. Одно только радует, Стас ему пообещал, что ни сегодня, так завтра всё закончится.

Он сел в машину и отправил жене ещё одну СМС-ку.

«Катя, пожалуйста, поговори со мной. Я всё тебе объясню».

За эти двое суток он почти не спал и очень устал. Он посидел немного, уткнувшись головой в руль, потом набрал телефон друга, Никита ответил сразу же, словно ждал звонка.

– Никит, привет. Слушай, можно, я у тебя сегодня заночую. Устал, не доеду до дома.

– Конечно, дружище. Поезжай к нам, я Ксюху сейчас предупрежу, да и сам скоро подъеду.

В салоне Женькиного автомобиля звучала музыка:

А дождь осенний, как дождь весенний,Словно соткан из твоих сомнений.Может, снова скажешь, нет, а может, да.А мне ночами наше лето снится,Значит, может так ещё случиться,Что любовь к нам возвратится навсегда...

А мысли мужчины крутились вокруг недавних событий.

Катя, конечно же, имела право обижаться. Он должен был её предупредить. Но сразу не смог, не было времени, а потом не взяла трубку она.

Шесть дней назад.

Он уже подъезжал к дому, когда ему позвонил Стас.

– Жень, ты далеко от дома Ирины?