Текст книги "Босс для пышки. Роман по контракту (СИ)"

Автор книги: Татьяна Романская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32

Рустем

– Потихонечку восстанавливаюсь. Доктора говорят, еще повоюем.

Голос у Широкова был еще слабый, но слова его меня значительно обнадежили.

– Отличные новости, Александр Юрич. Еще немного, и будете дома.

– Сплюнь, сынок, – ответил Широков. Даже не видя его лицо, я знал, что он улыбнулся. – Мы с тобой оба знаем, что в моем возрасте в любой момент все может пойти плохо. Я-то понимаю, что одной ногой уже прочно стою в могиле.

Меня передернуло.

Ну, понятное дело, Широков уже не первой свежести мужик, и реально может произойти все, что угодно, но от такого цинизма все равно как-то не по себе.

– Эх, была бы рядом моя Галюня… Я бы, конечно, быстрее в себя пришел. Был бы стимул. Знал бы ты, как я по ней тоскую! Она ж за мной всегда носилась, как за дитем малым. Говорят, что бабы мужикам крылья подрезают. Брехня это все, Рустемчик. Бред сивой кобылы. Так только неудачники говорят да дураки. Без женщин мы ноль без палочки. Послушай старика, еще помянешь меня добрым словом.

Широков в любых разговоров часто вспоминал жену. Я знал, что отношения у них были трепетные и нежные, но каждый раз не имел ни малейшего понятия, как мне на это реагировать.

– Я… Я понимаю.

– Ну ладно, запудрил я тебе мозги своими стариковскими разговорами, – продолжил Широков. – Ну, уж как есть. Я молодой был тоже старших не слушал, и уж потом до меня все дошло. Поскорее бы нам с тобой, сынок, все подписать. Не хочу уходить, дела не закончив.

– Ну что вы, Александр Юрьевич!

– Успокойся, я прекрасно все понимаю. Надеюсь, недели через две меня отсюда выпнут, и мы все подпишем. Так что до скорой встречи, сынок.

А я-то как надеялся, что мы подпишем все эти бумаги, кто бы знал…

– До свидания, Александр Юрич. Выздоравливайте.

Я уже хотел было положить трубку, но Широков не дал мне этого сделать.

– И да, передавай привет своей невестушке!

Теперь уже старик повесил трубку, и я невольно улыбнулся.

Плеснув себе выпить, я покрутил бокал в руках, наблюдая, как янтарная жидкость плавно закручивается в спираль.

Наигравшись вдоволь, я сделал один большой глоток.

Удовлетворенно вздохнув, я встал из-за стола и подошел к окну, любуясь панорамой.

И почему я раньше никогда не замечал всей этой красоты?

А чего тут собственно удивляться? Я в принципе никогда не давал себе воли получать удовольствие от простых вещей. Я не наслаждался видом из окон. Не пил просто так, без повода. Никогда не отдыхал.

Но что-то изменилось.

Вот он я. Стою у себя в кабинете с бокалом в руке, смотрю на город и наслаждаюсь безмятежностью и спокойствием.

После встречи с родными у меня на душе воцарился мир. Никаких тревог и бед, ничего подобного не было. Тишь, гладь да Божья благодать. Да, давненько я так себя не чувствовал.

После того, как мама с распростертыми объятиями встретил меня и Майю, мы все вместе сели за стол. Я моментально почувствовал облегчение, когда понял, что мое семейство приняло Еникееву с большим трепетом.

Конечно, это не имело совершенно никакого значения, ведь отношения-то у нас были лишь на бумажке, но я все равно испытал чувство глубокого удовлетворения. Наверное, сказывалась эйфория от встречи с родными.

Потом в один момент я понял, что Майя расслабилась. Она постепенно включилась в разговор, поддерживала беседу и охотно отвечала на все мамины вопросы.

А еще она искренне смеялась. Я и забыл уже, какой у нее потрясающий смех.

Сидя в кругу родных и близких мне людей, я вдруг почувствовал, как осколки моего разбитого сердца собираются воедино. У японцев есть ритуал: разбитую посуду склеивать при помощи специального состава с золотом. По кусочкам, по маленьким фрагментам и наконец из груды осколков вновь получается что-то волшебное.

Так было и со мной. На душе стало легко.

Момент моей рефлексии прервали громкий стук в дверь и тяжелые шаги за ней. Секунда – и дверь распахнулась настежь.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто пришел.

Так ко мне врывался только один человек.

Глава 33

Рустем

– Здорова, братан!

– Ты какого хера тут делаешь? – Спросил я Макса, и, к сожалению, это был не мой водитель.

– Это так ты друзей приветствуешь?! Старый ты пердун!

Я поджал губы и старался не взорваться. Во-первых, никакой он мне не друг. Во-вторых, он откровенно выбесил меня своим появлением.

Макс окинул меня удивленным взглядом, а после подбежал ко мне и похлопал руками по пиджаку, как делают военные и секьюрити в момент досмотра.

– Кто ты такой, и что ты сделал с Русом?

Я закатил глаза.

Мы с Максом познакомились на конференции в Москве года четыре назад. Ну, как познакомились: этот тип прилип ко мне как банный лист к заднице.

Его девушка рассталась с ним прямо на том мероприятии. Закатила истерику на ровном месте, разбила бокал с вином, ушла, громко цокая каблуками и обвинив Максика во всех смертных грехах. Хотя, изменила она ему, а не наоборот.

Я стал свидетелем этой сцены совершенно случайно: скандал разыгрался около моего столика. После того, как Макс проводил свою шалаву взглядом, он взял бутылку коньяка и сел рядом со мной.

– Слыхал, че устроила?

Я отрицательно замотал головой. Незачем ему было знать, что я не только все слышал, но и видел, хотя упорно отворачивался.

– Ой да не пизди! Ты же вроде не глухой.

Макс моих намеков на то, что я знакомств не ищу, не понял, просто сел рядом и принялся изливать душу. Он рассказал мне обо всем: как и где они познакомились, сколько провстречались, как зовут кота его мамы и даже сколько шлюх он успел трахнуть до того, как начал встречаться с этой.

Многие пытались завязать со мной дружбу из-за моего статуса и положения, но Максу на это было совершенно фиолетово. Ему нужны были свободные уши. Так наше общение и завязалось.

Он меня своим беспардонством, конечно, дико подбешивал, но все равно относился я к нему по-своему тепло.

– Что это ты вернулся из своих Европ? – наконец спросил я.

– Достал меня этот Лиссабон. Большая деревня. Честное слово.

– Перетрахал всех баб и скучно стало? – хмыкнул я, делая еще один глоток вискаря.

– Ну, хочу чего-то новенького, – рассмеялся он. – Например, темненькую. Таких у меня еще не было.

Я проигнорировал его последнее замечание. Почему я не удивлен?

– Как дела в компании?

Макс мгновенно скривился, отобрал у меня стакан из рук и допил остатки. По настоянию отца он отучился на юриста, тот пытался приобщить его к благородной профессии, но ничего не получилось. Он просто жил в свое удовольствие, мотаясь по странам и зажигая с телочками.

– Отвали. Все как всегда. Не напоминай. А где твоя невеста?

– На работе, – процедил я. – А что такое?

– Да так, думал вдруг она хочет с нормальным парнем позажигать, – хмыкнул Макс, недвусмысленно подмигивая. – Не все ж ей с тобой от скуки вешаться!

– Иди нахер, а.

– Да шучу я, не ссы!

Вдруг у него на полную громкость затрезвонил телефон. Макс взглянул на экран и весь поник. Кто это там звонит нашему развеселому мальчику?

– Да, мам? – покорно ответил он, даже я слышал, как надрывалась женщина на том конце.

Ну кто бы сомневался! Такой секс-гигант, а мамка позвонила, так он весь скукожился.

Вопли стали еще громче.

– Понял. Скоро буду! Да буду скоро, говорю, – буркнул Макс и сбросил вызов.

– Дела не дремлют, – хмыкнул я, помахав на прощание рукой.

– Так просто от меня не отделаешься, Щеголев!

Я так и не понял, зачем этот хлыщ вообще ко мне приезжал. Неужели реально к Майе подкатить рассчитывал? Пусть только попробует…

Снова воцарилась тишина, но дзен я поймать уже не мог. Может, позвонить Майе, спросить, как у нее дела?

Нет, не буду. Пусть отдохнет от меня.

Сев за стол, я пододвинул к себе компьютер и принялся что-то искать в рабочем чате. Да и вообще не мешало бы закончить с одним делом, так что я с головой и полностью ушел в бракоразводный процесс Соколовых.

Отвлек меня звонок. Затаив дыхание, я ответил.

– Рустем?

– Маша! – выдохнул я. – Ну, что?

Я знал, что рано или поздно она позвонит. Она не из тех людей, кто бросает слова на ветер, поэтому я с нетерпением и страхом одновременно ждал от нее новостей.

Пришло время вернуться из безмятежности в суровую реальность.

– Все, Рустем. Все кончено. Семь лет – долгий срок, и я научилась с этим жить. Не беспокойся, я все стерла, – ее голос был напряженным. Почти на грани срыва. – Никто не узнает, что на самом деле произошло той ночью.

У меня сжалось сердце. Она продолжила.

– Рус, ты любил его, ты был хорошим отцом. Я знаю, что забыть о таком невозможно, но нам нужно учиться дальше жить с этим. Некоторые вещи нам просто неподвластны, ничего изменить уже нельзя, – тихо произнесла Маша, всхлипывая. – Я… Я встретила человека, с которым мне легко. Я счастлива, Рус. Впервые за много лет.

Ее слова поразили меня прямо в сердце. Но вместо боли я почувствовал облегчение.

– Я рад за тебя, Маш. Правда.

– Береги себя, Рустем. Прощай.

Положив трубку, я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Впервые за столько лет я почувствовал облегчение. Будто бы веревку, к которой был привязан камень, перерезали, и груз упал.

Все потихонечку становилось на свои места. Только вот как прежде уже не хотелось.

Через несколько недель мы подпишем все бумаги с Широковым, и нашу сделку с Майей можно аннулировать. Я заплачу ей всю сумму, и она переедет обратно в свою квартиру.

Я так не хочу. Я не хочу возвращаться к одиночеству.

Я не хочу жить без Майи.

Глава 34

Майя

Я дико хотела есть. Точнее, не так. Я была готова съесть слона и закусить его ведром мороженого или целым тортом.

От голода скрутило живот, но на часах был уже час ночи! Блин!

Спать надо в это время, Майя, а не фигней страдать. Ну а с другой стороны, что я могу поделать, если в голову лезет всякое?! Докатилась ты, Еникеева, конечно. Надо было так на мужике зациклиться, что аж бессонница накрыла! Ужас.

Щеголев просто не выходил у меня из головы, и я пыталась понять, что же мне с этим делать. Мой разум твердил мне одно, но вот сердце…

Я не хотела признаваться в этом даже себе. Я боялась даже подумать о таком, но, похоже, я влюбилась в Щеголева. Жесть.

Сначала я не понимала, что происходит. Я не хотела его видеть от слова совсем, но в это же время старалась приготовить ему сюрприз на день рождения. Я ерничала и ехидничала во время наших разговоров, но таяла от одного лишь его теплого взгляда. А еще меня начали бесить девки, которые засматриваются на него.

От любого его прикосновения по спине бежали мурашки. Сначала я списывала все на прохладную погоду, потом на внезапный всплеск адреналина, потом на еще что-то.

И только лишь после стадий отрицания, гнева и торга я была готова признаться самой себе. Я влюбилась в Рустема Щеголева.

Как так получилось я не знала. То ли из меня актриса слишком хорошая, то ли наоборот слишком плохая. Вот вроде бы и вжилась в роль невесты и будущей спутницы жизни, а не смогла развести в разные стороны жизнь реальную и игру на публику.

А может, это все не просто так?

Из мыслей меня выдернуло громоподобное урчание моего живота. Я поморщилась, но поняла, что если ничего сейчас не съем, то разбужу этими звуками Рустема. А тут тебе очередной выговор за нарушение договора и штраф…

Я подошла к двери, повернула ручку и наступила босой ногой на ламинат, который легонько скрипнул. Мне кажется, или все неодушевленные предметы действительно внезапно становятся громче посреди ночи?

Чтобы предотвратить остальные шумы, я на цыпочках пробралась на кухню. Блин, да я даже задержала дыхание возле спальни Рустема. Мало ли что.

Наконец, я добралась до кухни. Первая миссия выполнена.

Теперь перейдем ко второму заданию. Нужно найти что-то поесть.

Я принялась шарить на полках и в шкафчиках в поисках каких-нибудь орешков, печенек или конфет, но ничего, абсолютно ничего такого тут не было. Лезть в холодильник за бутербродами мне не хотелось, а вот за сладкое сейчас я бы душу продала. Если я не съем сейчас кусочек шоколадки, то вряд ли доживу до утра.

Оставался один шкафчик, в который я еще не засунула свой нос. Найдя на кухне табуретку, я поставила ее возле гарнитура и полезла наверх. Твою мать! Лаврушка, перец и мука. Ну какого хрена-то?

От обиды я взмахнула руками и в один момент поняла, что теряю равновесие и падаю. Господи, хоть бы упасть так, чтобы не наделать много шума… Я уже приготовилась лететь назад и встретиться с холодным твердым кафелем, поэтому зажмурилась. Только вот ничего подобного не произошло.

Сильные мужские руки подхватили меня во время полета. Сука. Только что я нарушила пункт нашего договора: Рустем проснулся из-за меня. А вот Щеголев на удивление был полностью спокоен. Что это с ним? Только не говорите, что для него в порядке вещей полуголых девиц посреди ночи от падения спасать!

– Я… Я…

У меня возникло дикое желание объясниться, потому что все, что произошло сейчас, достойно сцены из второсортных сериальчиков или любовных комедий. После такого обычно герои начинают трахаться прямо на месте.

Рустем же осторожно погладил меня пальцами по щеке.

– Ты не ушиблась?

Моя кожа вновь покрылась мурашками от одного лишь его мягкого прикосновения.

– Нет, все хорошо.

Не говоря больше ни слова, Щеголев отпустил меня и пошел к холодильнику. Я видела, как напряглись мышцы у него на спине, когда он открыл дверцу и достал оттуда плитку шоколада.

Так вот где сокровище было спрятано!

Мы с Лясей никогда не хранили сладости в холодильнике, но у богатых свои причуды.

Рустем протянул мне шоколадку, и я вздрогнула, когда наши пальцы соприкоснулись. Жар от его взгляда внезапно стал невыносимым, поэтому я повернулась к столу, делая вид, что занята упаковкой.

Внезапно его руки обхватили меня сзади, прижимая к себе.

– Ешь.

– Что?

– Ты же пришла сюда, чтобы найти чем перекусить, – промурлыкал он мне на ухо.

Его теплое дыхание овеяло мою шею. Рустем осторожно заправил мне за ухо выпавшую прядку волос и, клянусь, это реально походило больше на какую-то романтическую комедию. Хорошо хоть не трагедию, хотя радоваться пока рано.

– Звонил Широков, – неожиданно сказал он. – Его выпишут из больницы через пару недель.

После его слов воцарилась тишина, которую нарушало лишь тиканье часов. Я уже говорила, что ночью все предметы как будто становятся громче?

А что тут говорить-то… Все и без того понятно.

Я прекрасно поняла, что это значит, и чувство разочарования пронзило меня насквозь. Скоро моя сказка в доме прекрасного принца закончится, карета превратится в тыкву, и я вновь останусь одна.

Щеголев осторожно развернул меня к себе так, что я уперлась спиной в столешницу. Казалось, он изучал мое лицо, пытаясь запомнить каждую морщинку и родинку, пока его взгляд не переместился ниже.

– Ты даже не представляешь, что делаешь со мной, Майя. Даже не представляешь…

Глава 35

Майя

От неожиданности с моих губ сорвался полустон-полувсхлип.

Рустем шумно выдохнул и тут же поцеловал меня. Его руки обвились вокруг моей талии, сократив расстояние между нами до минимума. Я с готовностью поддалась его власти.

Моя рука коснулась его волос. Он, сладостно целуя меня, слегка игрался с прядями на моем затылке, прежде чем опуститься ниже.

Я вздрогнула, когда горячая большая ладонь Рустема скользнула под мою майку, и выгнулась в предвкушении, когда почувствовала, как его рука переместилась на мою грудь.

Его пальцы погладили мой сосок, и я застонала. Щеголев принялся целовать меня с еще большим пылом, слегка прикусывая мои уже распухшие губки.

На мгновение Рустем отстранился, и я в удивлении склонила голову на бок.

– Что-то случилось?

– Прыгай.

Его руки переместились на мои ягодицы, и я подчинилась. Он поднял меня и я, обхватив его ногами за торс, вновь прильнула к нему поцелуем. Не отрываясь от моих губ, Щеголев куда-то меня понес.

Несколько мгновений, и я почувствовала, что моя спина коснулась мягкой кровати. Быстро стянув с меня майку, Рустем коснулся горячим языком моего соска. Он обвел вокруг ареолы, после чего начал осторожно его посасывать. При этом рукой он массировал мою вторую грудь.

В одно мгновение Щеголев стянул с меня шорты, и я осталась перед ним в одних трусиках. Не скрывая похотливого взгляда, Рустем медленно провел пальцем по краю кружева. В игры со мной решил поиграть? Давай уже! Мне сейчас не до шуток!

Дыхание участилось, и Щеголев стянул с меня последний предмет одежды. Мельком я взглянула на него: шорты явно стали ему тесноваты.

Будто бы прочитав мои мысли, он с легкой ухмылкой стянул с себя шорты вместе с боксерами, выпуская свою затвердевшую длину наружу. Я прикусила губу.

– Я хочу тебя, – прошептала я и увидела, как мгновенно потемнели его глаза.

Он наклонился надо мной, и, припав губами к шее, осторожно положил мою руку на свой член. После этого он резко выдохнул. Пока я водила рукой по всей его длине, Рустем целовал меня особенно страстно.

Я отстранилась и уже хотела было сделать ему приятно иначе, но Щеголев остановил меня.

– Не сейчас.

Еще мгновение, и он вошел в меня.

Я хрипло застонала. Блин, как же давно я об этом мечтала. Боялась даже себе признаться, в том насколько сильно хочу этого мужчину.

Рустем продолжал двигаться в ровном, медленном темпе, попутно наклоняясь и ловя мои губы.

Воздух наполнился нашими тихими стонами, дыхание смешалось воедино.

Начав двигаться быстрее, Щеголев принялся массировать пальцами мой клитор, и я вскрикнула от удовольствия. Что со мной творит этот мужчина…

Выйдя, Рустем поставил меня перед собой на колени и пристроился сзади. Кончик его члена упирался мне в лоно, и я не могла дождаться, когда же он войдет. Рустем положил мне под грудь подушку и, выгнув мою спину, схватился руками за бедра.

Одно движение – и он уже во мне. Целиком и полностью.

– Произнеси мое имя, – выдохнул он, ритмично двигаясь во мне.

– Да…

– Имя!

– Рустем, – простонала я, чувствуя удары его бедер о мои ягодицы.

Удовольствие нарастало, его звериный рык наполнил комнату. Щеголев напрягся и быстро вышел из меня, изливая семя мне на спину.

Немного отдышавшись, Рустем нежно прикоснулся губами к моему лбу и поцеловал меня.

Сердце бешено заколотилось.

– Ты все еще голодная? – спросил он наконец.

– Неа, – хихикнула я в ответ.

О какой еде может быть речь?!

У меня только что был самый потрясающий секс в моей жизни.

Глава 36

Рустем

Майя взволнованно носилась по нашему номеру, а я не мог сдержать довольной улыбки, пока наблюдал за ней.

Ее волосы, прямые от природы, слегка завивались от соленого морского воздуха. Пышные бедра были призывно обтянуты легким платьицем в мелкий цветочек, которое я мечтал сорвать с нее поскорее.

Сглотнув, я подавил дикое желание прижать Еникееву к стене, но сдержался. Вряд ли ей это понравится… Ничего. До вечера я уж как-нибудь дотерплю, но потом ей от меня не отвертеться…

Когда я сказал Майе, что скоро мы кое-куда полетим, она чуть с ума не сошла от любопытства.

Конечно, Еникеева попыталась выведать у меня делали нашей поездки, но я заверил ее, что о сюрпризе ни за что не расскажу, и никакие пытки и ультиматумы на меня в этом вопросе не подействуют.

На этом Майя, казалось, немного подуспокоилась, но все равно то и дело бросала на меня пытливые взгляды.

Когда из окна самолета Еникеева увидела лазурный океан и белоснежный песок, радости ее не было предела. Я и сам, если честно, испытал неподдельный восторг от того, что мне удалось так порадовать девушку, которая единственная за долгие годы сумела меня как-то зацепить.

К тому же, последние лет десять, если я и оказывался около моря, то только в каких-то командировках. В первый раз за долгие годы я прилетел на курорт отдыхать.

Раньше мне казалось, что в моем случае валяться на пляже без телефона, – непозволительная роскошь, но сейчас все иначе.

– Я готова! – наконец взвизгнула Еникеева, застегивая на запястье браслет.

Я кивнул, окинув ее взглядом. Пухлые, алые губки, порозовевшие от яркого солнца щеки, полыхающий огнем взгляд.

– Иди ко мне, – сказал я.

Соблазнительно покачивая бедрами, будто бы она – звезда подиума, Майя повиновалась. Я схватил ее за талию, притягивая к себе, и нежно поцеловал.

Сунув руку в карман, я нащупал ожерелье, которое купил вчера вечером на прогулке. Натуральный жемчуг, мягкий, переливающийся перламутр. Поправив волосы Майи, я осторожно надел его на ее шею.

– Какое красивое! – прошептала Майя, рассматривая мой подарок.

Здесь, на родине жемчуга Южных морей, сделать ей какой-либо другой подарок было бы преступлением.

– Я старался, – промурлыкал я, касаясь губами ее шеи. – Хотя такой красотке все идет…

Мне совершенно не хотелось уходить из номера. Опьяняющий персиковый аромат Майи, тепло ее тела, взгляд, который западал прямо в душу, буквально примагнитили меня к полу.

– Спасибо тебе, Рустем, – улыбнулась Майя и потянула меня за собой. Черт, ну как же не хочется никуда тащиться!

Ладно, пора потихоньку выдвигаться, иначе мы все пропустим. Выйдя из отеля, мы подошли к машине, в которой нас уже заждался экскурсовод.

– Доброе утро, – поздоровался с нами улыбчивый мужчина средних лет.

– Доброе, – очаровательно улыбнулась Майя, садясь на пассажирское сиденье.

Джип мчал нас через узкие улочки в сторону какого-то парка, который должен посетить каждый уважающий себя турист.

Если честно, мне на достопримечательности было совершенно фиолетово, я предпочитал любоваться девушкой, которая сидела возле меня.

Шелковистые локоны волос волнами спадали ей на плечи, рассыпаясь по открытой части спины. К сожалению, это все, что я мог видеть сейчас: взгляд Майи был прикован к окну и отвлекаться на меня она никак не желала. Что же, будем довольствоваться малым.

В последний раз мы занимались сексом в моем кабинете три дня назад, вспоминая об этом, я не мог сдержать улыбки. Почувствовав, что ситуация у меня в штанах становится критической, я изо всех сил постарался думать о чем-то, что с Майей никак не связано. Успею еще ей насладиться. У нас вся ночь впереди.

– Все, выходим из машины, – скомандовал гид.

– Наконец-то! – с плохо скрываемым восторгом воскликнула Еникеева и выскочила из джипа.

Я без особо энтузиазма последовал за ней.

– Теперь пешком?

– Да, иначе мы ничего толком не увидим.

Честно говоря, прогулки по паркам меня не впечатляли от слова совсем, но если Майе нравится, значит, нравится и мне. Придется полазить по всем этим ущельям и водопадам, засунув куда подальше собственные предпочтения.

Майя от всего происходящего была в щенячьем восторге. Она озиралась по сторонам так, что я всерьез начал беспокоиться, не отвалиться ли у нее голова. А уж телефон из рук она вообще не выпускала, фоткая на своем пути каждый цветочек и камушек.

Когда мы подошли к водопаду, то даже я восхищенного вздоха не сдержал. На что там человек может смотреть вечно? Огонь и воду? Насчет огня не знаю, но про воду не соврали. Стихия в своей полной мощи даже на самого скупого на эмоции сухаря впечатление произведет.

– Это место обладает волшебной силой, – произнес экскурсовод, снимая солнцезащитные очки. – Я лично прихожу сюда в какие-то сложные моменты. И как будто энергией подпитываюсь.

– Может, это ваше место силы? – предложила Майя. – У меня есть такое в Казани. Прихожу туда опустошенная, а выхожу заряженная энергией, хоть марафон беги.

– Это какое же? – поинтересовался я, стараясь не пропустить важную информацию мимо ушей. Кто его знает, может, еще понадобится.

– Старотатарская слобода. Обожаю эти улочки.

Запомним. Вдруг пригодится. Гид, не мешая нам наслаждаться видом, отступил на несколько шагов назад.

– Вообще, у нашего острова очень сильная энергетика. Есть легенда, что один моряк никак не мог найти себе невесту, ушел в кругосветное путешествие, но по какой-то неизвестной причине причалил к этим берегам. Здесь он нашел любовь всей своей жизни и остался навсегда. Так что считается, что у нас тут можно испытать настоящие чувства.

Блин. Звучит, как ересь для туристов, но сейчас я в таком романтическом настроении, что меня она даже не бесит. Может, судьба? Может, не зря я приехал сюда с Майей?! А вдруг мне на самом деле суждено провести с этой девушкой всю оставшуюся жизнь? Не знаю. Но что, если…