Текст книги "Босс для пышки. Роман по контракту (СИ)"

Автор книги: Татьяна Романская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37

Рустем

Солнце начинало садиться, и мы с Майей купались в его розово-оранжевых оттенках.

Мы поднялись на террасу живописного ресторана, который я забронировал заранее, и я помог Майе устроиться за столиком, расположенным на закрытой от посторонних глаз веранде. Здесь мы могли насладиться друг другом наедине. Даже персоналу сюда вход был строго ограничен.

Медом для моих ушей был восхищенный возглас Еникеевой, когда она посмотрела на открывающуюся перед нами долину.

К нам вышел официант и принес какое-то национальное блюдо и бутылку вина.

– Это адобо, – объяснил он. – Курица с морепродуктами, тушеные в специальном соусе. Приятного аппетита.

– Спасибо, – улыбнулась Еникеева, беря в руки столовые приборы.

Мы так проголодались за день, что с аппетитом накинулись на еду, слова как будто бы были излишни. Мне просто было очень хорошо рядом с этой девушкой. Я не уставал любоваться Майей, ее ямочками на щеках и очаровательной улыбкой.

На юге всегда темнеет рано, и поэтому в считаные минуты на небе загорелись звезды.

– Ты только посмотри, как их много, – внезапно прошептала Еникеева, заставив меня поднять голову вверх.

– На юге так часто бывает, – умиротворенно согласился я.

– Знаешь, моя мама любила любоваться ночным небом, – призналась Майя. – Бывало мы просто выходили на улицу по ночам и считали, сколько звезд зажглось сегодня. Я так по ней скучаю…

Ее глаза заблестели от скопившихся в уголках слез. Черт, все так, как и в прошлый раз. Я накрыл ее ладонь своей рукой.

Кажется, сейчас самое время. Я должен ей все рассказать. Я не могу скрывать это вечно. Не от Майи.

Я глубоко вздохнул и закрыл глаза.

– У меня раньше была девушка, Маша, – начал я.

– Мне очень жаль…

– Нет-нет, она не… – протараторил я, качая головой, так как Майя явно меня неправильно поняла. – Мы просто в один момент отдалились друг от друга. Точнее, мы развелись.

– Такое бывает, – мягко улыбнулась Майя, будто бы желая меня приободрить.

– Мы встречались несколько лет перед тем, как расписаться. Она… Она работала флористом недалеко от моего дома, в ее магазинчике мы и познакомились. А потом у нас родился сын, Марат.

Я глубоко вздохнул. Даже спустя столько лет мне было трудно о таком говорить, но я чувствовал, что Майя должна знать чуть больше о моем прошлом. Я видел, как глаза Еникеевой расширились от удивления.

– Он был всем для меня, моим миром, моей вселенной. А потом я… Я оказался виноват.

У меня перехватило дыхание. Майя молчала, давая мне возможность выговориться.

– Я работал, не покладая рук, чтобы жена и сын ни в чем не нуждались. Это был мой день рождения, двадцать третье сентября. Маша пошла в магазин, чтобы купить продукты к ужину, а я остался с Маратиком. Он игрался в своей комнате, а я работал в гостиной. И в общем… – я проглотил ком в горле. – Окно было открыто на проветривание, и он… Я не знаю, что произошло, но сетка не выдержала…

Майя чуть не упала от ужаса. Я же сильнее вцепился в ее руку.

– Ты понимаешь, я… Я предпочел работу ребенку. Его не стало мгновенно. Он не мучился, и это единственное, что меня успокаивает по сей день.

– А Маша?

– Лучше не спрашивай, – горько усмехнулся я. – Это был кошмар наяву. Мы подали на развод через полгода, не смогли справиться с собой. Еще через полгода я стал руководителем нашей фирмы, а потом и ее акционером, но цена этого всего была слишком высокой.

Я замолчал. Шли минуты, и у меня перехватило дыхание. Майя молчала, никак не комментируя то, что я ей только что рассказал.

– Это не твоя вина, Рустем. Роковое стечение обстоятельств, – очень тихо и очень нежно прошептала она.

Острая боль в груди медленно утихала, оставляя после себя глухую, тупую боль. Ту, которую только она могла унять.

Майя смотрела на меня с таким сочувствием, которого я не видел много лет. Я наблюдал, как вздымалась ее грудь, как ложбинка соблазнительно выглядывала из v-образного выреза платья.

Я медленно наклонился над столом, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на ее губах. Ее руки рефлекторно обхватили мое лицо, притягивая меня ближе.

В мгновение ока Майя оседлала меня, продолжая целовать. Ее язык переплетался с моим в жарком, страстном танце.

Ее руки блуждали по моей спине, спускаясь все ниже и ниже. Я тихо застонал, когда Майя обхватила мою затвердевшую длину через ткань брюк. Внезапно она прервала поцелуй и отстранилась.

– Позволь мне, – выдохнула она.

Все рациональные мысли улетучились, когда я откинулся назад, а она опустилась передо мной на колени. Напряжение в моих штанах становилось все сильнее, и я чувствовал, что совладать с собой становится все сложнее.

Майя медленно расстегнула ремень и, подцепив пальчиком резинку трусов, стянула их вместе с брюками. Я зашипел от удовольствия, когда почувствовал ее пальчики на своем члене.

Обхватив мой ствол, она принялась водить рукой вверх и вниз, с каждым разом увеличивая давление.

– Черт, Майя, – выдохнул я, стиснув зубы.

Ухмыльнувшись, Еникеева коснулась своими пухлыми губками головки моего дружка. Я сжал ее волосы в кулак, контролируя темп.

Майя продолжала двигаться, вбирая в себя столько, сколько могла. Второй рукой я вцепился в обивку стула, чувствуя, что скоро кончу.

С тихим рычанием я сорвался, не в силах больше сдерживаться. Блядь.

Что эта женщина со мной творит…

Глава 38

Майя

– Ты точно не хочешь, чтобы я позвонила Рустему Мурадовичу?

– Нет, не хочу. Все со мной хорошо.

Ирина подозрительно посмотрела на меня и покачала головой.

– Ир, у меня просто болит голова – вот и все. Мы только прилетели, это обычная акклиматизация, – ответила я на ее выразительно-подозрительный взгляд. – И вообще, ты сейчас приготовишь мне самый вкусный чай на свете, так что легче мне станет мгновенно.

– Ты слишком бледненькая, Майюш, – ответила помощница по хозяйству, хлопая меня по щекам. – Я не хочу оставлять тебя одну, но мне нужно бежать домой. Давай позвоню…

– Нет, – отрезала я.

Еще Щеголева только не хватало по таким пустякам дергать.

Ирина покорно вздохнула и продолжила колдовать над заварочным чайником.

Ох, вот бы сейчас обратно к морюшку. Там бы у меня точно ничего не болело.

Мы с Рустемом пробыли на острове всего шесть дней, купаясь в лазурной морской воде, осматривая достопримечательности и изучая тела друг друга.

Впервые за долгое время я была уверена в том, что хочу не просто дружить с мужчиной организмами ради здоровья, а реально хочу быть рядом с этим человеком. Чувствовать его тепло, заботу. Да просто чувствовать его рядом с собой.

Я хотела, чтобы наша сказка никогда не заканчивалась.

Но вот мы вернулись домой, и серые будни утащили нас в свою нудную пучину.

Мне почему-то с самого прилета не здоровилось.

Сначала у меня начала дико болеть голова, потом поднялась дурацкая температура в 37.2, которая выматывала похлеще сорока градусов. Ну и, конечно, я еще не отошла от перелета. Даже цикл сбился из-за этой чертовой смены часовых поясов! Чтоб его! Старею что ли?

Поняв, что на работе от меня толку не будет никакого, я попросила Рустема дать мне выходной день, чтобы (Внимание!) «посетить могилу родителей». Наверное, я очень хреновая дочь, которая прикрылась матерью с отцом в такой момент, но вот только я до сих пор не могла понять, зачем соврала. Может, просто не хотела, чтобы Рустем волновался?

Как бы то ни было, Щеголев понимающе улыбнулся, дежурно поцеловал меня в щеку и поехал на работу. Хотя, что-то мне подсказывало, что вернуться сегодня он мог раньше обычного.

– Твой чай, Майя.

Голос Ирины раздался у меня над ухом, и я, обернувшись, благодарно улыбнулась. Однако от одного лишь запаха этого чая к горлу подступила желчь.

– Спасибо, – еле выдавила я из себя улыбку.

– Я пойду, милая. Если что, звони.

– Не переживай, Ир. Я правда норм!

Через пару минут за помощницей закрылась дверь, и я осталась одна наедине с тишиной и тошнотворным чаем.

Да что со мной происходит? Раньше у меня не было такой чувствительности к запахам…

Чувствуя рвотные позывы, я бросилась в туалет. Не думала, что смена климата так по мне шарахнет.

Это же просто акклиматизация, да?

Просто температура.

Просто температура?

Обессиленная, я вышла из туалета через несколько минут.

Я села на диван, пытаясь понять, что со мной творится.

А что, если…?

А может…?

Да нет, бред какой-то.

Быть такого не может.

Ну, не могу же я… Или могу?

На глазах навернулись слезы, к горлу подкатил очередной комок тошноты.

Нет, нет, нет. Этого не может быть! Только не сейчас!

Одевшись со скоростью призывника, я выбежала из квартиры до ближайшей аптеки. Мне срочно нужен тест на беременность, а лучше два. Нет, три, для пущей уверенности.

Минут через пятнадцать я уже сидела на краю ванной, теребя в руках край футболки. Нет, пожалуйста…

Время тянулось ну уж очень медленно. Наконец, собравшись с мыслями, я бросила короткий взгляд на палочки, лежавшие на раковине, и застонала.

Твою мать. Две полоски. На всех трех тестах.

Это фиаско, Еникеева.

Глава 39

Майя

Я беременна. Не могу в это поверить…

Мне срочно нужно кому-то об этом рассказать, иначе я с ума сойду. Ляся, надо позвонить Лясе.

Она меня поддержит.

На дрожащих ногах я вышла из ванны и отправилась искать телефон в спальне, но он, зазвонив, опередил меня. Даже не посмотрев на экран, я сразу же ответила.

– Лясенька!

– Майя, это я, – тихий голос Адель раздался в моем телефоне.

Да что же такое-то!

– Дель, я не мо…

– Он ударил меня, – всхлипнула она.

– Что? Кто ударил?

– Мой муж, он… Он ударил меня.

В трубке послышался вопль белуги. Я постаралась справиться с паникой и унять дрожащий голос.

– П… почему?

– Давай не по телефону, ладно? Можно я приеду? Я не могу оставаться одна.

– Приезжай, конечно, – произнесла я, на мгновение забыв о собственной проблеме. – Я дома.

Адель положила трубку, а я вдруг почувствовала, как слезы ручьем бегут по моим щекам. Инстинктивно я накрыла рукой живот, думая о том, что в один день и моя, и Делина жизни перевернулись на все сто восемьдесят градусов.

Все, что я хотела, – поговорить с Ляйсан здесь и сейчас, но сделаю я это позже. Есть человек, которому сейчас намного хуже, чем мне. Глубоко вздохнув, я высоко подняла подбородок, похлопала себя по щекам, пытаясь взбодриться, и вышла из комнаты.

Деля приехала минут через десять.

Когда я увидела ее, растрепанную и испуганную, у меня перехватило дыхание, а к горлу подступила тошнота. Никогда я еще не видела ее в таком состоянии, от ее вида у меня буквально сердце защемило.

Подбежав, я сразу же заключила сестру Руса в крепкие объятия, желая показать ей, что она не одна. Слезы хлынули из ее глаз, когда она прильнула ко мне.

– Ты даже не представляешь, как я рада, что ты рядом, – прохрипела она между всхлипами.

Отстранившись, я внимательно посмотрела на ее лицо. Привычный огонек в глазах исчез, на его месте был только страх. Я затаила дыхание, когда увидела красный след на ее щеке. Уголок губ тоже кровоточил. Пиздец.

Меня охватил дикий ужас.

Я думала, Делькин муж приличный дядька, а он…

Обычно Адель отзывалась о супруге с теплотой. Хотя, если быть откровенной, я не так уж и много знала о нем. Обычный богатенький Буратино, который любил дорогие машины и, как он утверждал, жену.

– Милая, мне так жаль, – прошептала я, подводя Адель к дивану и усаживая ее.

– Такого раньше никогда не было, – всхлипывая, начала свой рассказ она. – Вчера мы поссорились, и Сергей ушел из дома, ночевать он тоже не вернулся. А сегодня…

Губы у нее задрожали, и я схватила ее за руку, показывая, что я тут, никуда не ушла. И вообще, она может ничего мне не рассказывать. Никакого прессинга с моей стороны не будет.

– Я сразу сказала, что между нами ничего не будет, но слушать меня он не стал. Он полез ко мне, а потом ударил. Мне удалось убежать из дома, и я сразу же приехала сюда, к тебе.

Волосы встали дыбом. Какой ад…

– Нельзя это так оставлять, – наконец, сказала я. – Надо писать заявление. Дель, это очень серьезно!

– Не знаю, – выдохнула она. – Я не хочу думать об этом сейчас. Умоляю, не говори Рустему, он убьет его. Я сама во всем разберусь. Это мои проблемы.

Хоть мне это и не понравилось, но я сдержано кивнула. В конце концов, это было ее решение.

– Не хочешь ничего?

– Есть чай?

– Конечно.

Придя на кухню, я потянулась за пачкой черного чая, принципиально отводя взгляд от чашки с ромашковой эссенцией, которую сделала для меня Ирина. Пока я не пойму, что мне делать с беременностью, никто ни о чем не должен знать.

Даже Рустем.

Заварив чай, я принесла его в гостиную Деле, и та с благодарной улыбкой взяла чашку из моих рук.

Я немного зависла, размышляя о том, как действовать дальше. Оставаться здесь было бы не самым разумным вариантом.

– Поехали в парк прогуляемся, – с надеждой в голосе предложила Деля. – Мне не помешает свежим воздухом подышать.

Наверное, это не самая плохая идея, да и отказать Адель я сейчас бы не смогла.

– Пойдем, конечно. Тем более, я уже готова.

Если у Рустема ее мудила муженек еще мог нас найти, то в людном месте Адель скорее всего будет в полной безопасности.

Глава 40

Майя

Холодный ветерок и шум детворы, бегающей вокруг пока еще работающих в парке фонтанов, подействовали на меня отрезвляюще.

Мы с Адель шли по дорожкам молча. Поэтому я задумалась о том, что творится со мной.

Моя жизнь больше не будет прежней. Я забеременела от начальника, с которым мы играли в какие-то странные игры. Как так произошло? Да очень даже просто. Но в голове все это не укладывалось.

А самое страшное, вряд ли Рустем захочет ребенка после всего, что произошло с его сыном….

– Я очень скучаю по Казани, – призналась Адель, выводя меня из транса. – Очень люблю этот город.

Лучше слушать ее, чем весь тот хаос, который творился у меня в башке.

– Знаешь, мы тут часто гуляли с Нурланом, моей первой любовью. Мы учились в одном классе, и помню, как он пригласил меня в кафе. Мы гуляли, держались за ручки и ели мороженое. А потом… Вон, видишь ту скамейку?

Рука Дели устремилась куда-то вперед. Я кивнула.

– На той лавке мы впервые поцеловались. Шел дождь, мы прятались под ветками осины и хотели согреться, – губы Дельки дернулись в полуулыбке. – Осину эту давно срубили, расстались мы после десятого класса, но такого чистого и светлого чувства я больше не испытывала.

Глаза Адель светились любовью и восхищением, и я с облегчением почувствовало, как напряжение стало потихоньку спадать.

Мы зашли в кофейню, взяли по стаканчику капучино и продолжили нашу неспешную прогулку. Время близилось к вечеру, и я понимала, что пора возвращаться домой. Деля посмотрела на часы.

– Черт, почти шесть вечера! – ахнула она. – Сергей возвращается к половине седьмого, я должна быть дома к этому часу.

– Ты с ума сошла? Зачем тебе к нему возвращаться? Может, останешься сегодня у Рустема? Он скоро вернется, и тебя защитит в случае чего!

– Нет, – отрезала Адель. – Он догадается, а я не могу позволить себе этого. Прости, Майюш, но мне нужно бежать.

Голос ее буквально звенел от паники, но любые мои уговоры оказались бесполезными. Раз Деля решила справиться с ситуацией самостоятельно, значит, я должна уважать ее решение.

– Хорошо. Обещай, что если что-то случится, ты мне сразу позвонишь или напишешь!

Она благодарно кивнула, и полезла в сумочку. Порывшись там пару мгновений, Адель тяжело вздохнула.

– Блять, я не вижу карты Сергея. Черная такая. Не видела?

– Неа.

– Наверное, она в гостиной осталась, на столе. Черт, черт, черт!

– Успокойся, Дель. Поехали и заберем ее.

– Нет, позвони Русу, пусть он проверит.

Я молча кивнула, понимая, что сейчас спорить с Адель было себе дороже. Я тут же позвонила Щеголеву, который, на удивление, снял трубку после первого же гудка.

– Любимая, – его глубокий голос теплом отозвался в моем теле. Преодолев временное оцепенение, я ответила.

– Ты дома?

– Да. А вот ты нет.

– Мы гуляем с Адель. Слушай, посмотри на столике в гостиной карточку банковскую.

Неоднозначно промычав, Рустем принялся чем-то шуршать.

– Тут ничего нет.

– Спасибо, – выдохнула я и положила трубку.

Я отрицательно замотала головой. Адель поняла все без слов.

– Может, я ее вообще не брала? – неуверенно спросила Деля то ли у меня, то ли у себя самой.

Ну, очень даже может быть. Везде она расплачивалась наличкой, так что не удивлюсь, если карта ждет ее дома в другой сумке.

– Дель, точно все нормально?

– Да, – выдохнула она, натянув улыбку на лицо. – Все хорошо.

Спустя минуту я уже не видела ее на горизонте и думала о том, что мне все-таки не помешает навестить Ляйсан.

Глава 41

Рустем

– Все, Вадим, спасибо, ты можешь идти. На сегодня достаточно.

Волков, широко улыбаясь, вышел из кабинета. Ну, а кому такое не понравится? Пятница, тебя отпустили с работы на час раньше. Разве плохо?

В целом, я тоже уже закончил со всеми делами.

Я подготовил документы, просмотрел все необходимые бумаги, заполнил таблички и даже сам заварил себе кофе! Расту, так сказать, на глазах! Только вот уйти раньше пяти я все равно не мог: хороший начальник должен показывать своим примером, как именно нужно работать.

В голове играла какая-то несложная мелодия, услышанная мною утром в машине, и я забарабанил пальцами по столу ей в такт. Сначала медленно, потом немного быстрее.

Черт, что ж так скучно-то!

На самом деле, я прекрасно понимал, чего и кого мне сейчас не хватает. Майи. Эта чаровница могла бы чудесным образом скрасить мой сегодняшний рабочий день. Я не видел ее с самого утра и дико соскучился.

Без нее мне в последнее время ничего не мило. Тусклые серые стены, никаких ярких пятен и теплых красок. Может, стоит сделать тут ремонт? Добавить света в собственную жизнь?

По крайней мере, мне вдруг начало казаться, что сама по себе моя жизнь была тусклой и мрачной до появления в ней Майи.

Еникеева ворвалась в нее, будто фурия, вскружила мне голову своим маскарадным обличием, а потом смогла достучаться до моего сердца, на котором я давным-давно поставил крест. Оно раскололось, разбилось (называйте как хотите), но эта девушка кусочек за кусочком собирала его вновь.

Последние несколько недель я был счастлив, и все это только благодаря Майе. Мне хотелось, чтобы она 24 на 7 была рядом со мной. Я хотел быть подле нее, целовать ее пухлые губки, гладить нежную кожу и доказывать раз за разом, что она моя. И я на мгновение задумался, почему все, что произошло между нами, не случилось раньше? Ах да, правила.

Ненужные правила, которые я сам же и прописал в нашем контракт. Баклан.

Сегодня Майя не пришла на работу, потому что хотела навестить могилу родителей. Что же, это прекрасно объясняло, почему она с утра была сама не своя. Нужно ее как-то порадовать.

Я тут же встал. На часах была половина пятого. Ладно, хрен с ним. Как будто кто-нибудь посмеет мне что-то сказать! Пусть только попробуют! Захлопнув крышку ноута, я открыл портфель, сложил туда несколько бумаг и выскочил из кабинета.

– Добрый вечер, Рустем Мурадович, – очаровательно улыбнулась одна из сотрудниц, проходившая мимо меня.

– Добрый.

Ни на кого больше не обращая внимания, я спустился вниз, на парковку. Решив не дожидаться Максима, который сегодня был в распоряжении Майи, я поехал в ближайший цветочный магазин. Мне нужно сделать приятный подарок моей девушке.

Такое странное словосочетание: моя девушка. Я сто лет так не говорил.

– Здравствуйте, девушка. Мне нужен букет роз.

– У нас есть белые, красные, алые, желтые. Какие вам нужны?

На мгновение я застыл. Белые, наверное, сейчас будут некстати, а вот алые… Такие же страстные и жгучие, как она сама.

– Алые, пожалуйста.

Через пять минут я уже укладывал шикарный букет из пятидесяти одной розы на заднее сиденье своего мерса.

Найдя наконец ту самую мелодию, которая преследовала меня с самого утра, я позволил музыке проникнуть в мой разум, а Еникеевой в мое сердце.

Я больше не мог отрицать очевидного: я влюбился, как мальчишка. Майя сделала меня лучше. Она помогла мне перешагнуть через прошлое и начать смотреть в будущее. Она дала мне надежду на то, что я еще могу жить, чувствовать, любить.

Ее присутствие. Ее запах. Ее тепло. Ее нежность. Я хотел всего этого. Я хотел, чтобы это продолжалось вечно.

Зайдя в квартиру минут через пятнадцать, я положил цветы на барную стойку и с удивлением обнаружил, что Еникеевой дома нет.

Когда я уселся на диван в гостиной и потянулся за пультом, чтобы включить телек, телефон в кармане завибрировал.

Я поспешно ответил на звонок.

– Любимая, – ее имя плавно слетело с моего языка.

– Ты дома? – выдохнула она.

– Да. А вот тебя нет.

– Мы гуляем с Адель. Слушай, посмотри на столике в гостиной карточку банковскую.

Банковская карточка сестры? Странно.

– Тут ничего нет.

– Спасибо, – выдохнула Майя и положила трубку.

Я хотел было спросить, когда Еникеева придет домой, но не успел. Вздохнув, я потянулся поправить бумажки на столе, но вдруг из конверта высыпались какие-то документы.

Мой взгляд зацепился за логотип. «Татар-инфом», ведущая медиа-компания Казани. При чем тут вообще она? Нахмурившись, я начал просматривать бумаги.

На первой странице ничего не было, за исключением логотипа. Поэтому я судорожно листал дальше. Это было соглашение между Майей и медиа-агентством. Согласно которому, Еникеева обязывалась передать всю информацию о нашей фиктивной помолвке в обмен на большие деньги.

Твою мать!

Я сжал бумагу в ярости.

Все тело будто в огне сгорало.

Я должен был догадаться.

Дурак! Идиот! Еблан!

Не может в моей жизни быть ничего хорошего.

Меня как щенка обвели вокруг пальца.