Текст книги "Мой бывший сводный брат (СИ)"

Автор книги: Татьяна Романская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 23

Сергей

Утро начинается так себе. Сидя за чашкой кофе, я погружаюсь в бумаги, которые мы получили на днях. У меня две важные задачи – решить, как быть с контрактом, и выяснить, что не так с нашим оборудованием. С первым все, конечно, понятно – нужно сохранить контракт любой ценой. А вот со вторым… что же такого натворила Милена?

Илья всегда держал свои проблемы при себе, и если в его браке и были какие-то сложности, я об этом ничего не знаю. А еще совсем недавно он написал, что разработчики перепроверили программное обеспечение и считают, что с ним все абсолютно нормально. Значит, проблемы с производством и качеством продукции. Изучив все документы о закупках, мы нашли одно и тоже повторяющееся название компании, оно появлялось снова и снова, оставаясь при этом нам абсолютно незнакомым.

– Доброе утро, – Леся улыбается, выходя из спальни.

Она одета в желтое платье без рукавов и туфли на каблуках. Выглядит невероятно сексуально, но при этом собрано, и она явно настроена еще целый день проторчать в офисе. Сейчас Леся совсем не похожа на ту женщину, которая выкрикивала мое имя прошлой ночью.

Я не стал уговаривать ее остаться в моей постели. При всей своей эмоциональной нестабильности Леся должна прийти к какому-то соглашению с собой и остаться спать со мной по собственному желанию. Пока она не готова, и мне приходится мириться с этим. Слишком уж долгоиграющие планы я нарисовал в собственной фантазии, поэтому стоит быть аккуратнее. Я же не хочу разрушить то, что уже есть между нами.

– Доброе утро, – я жестом приглашаю Лесю сесть рядом. – Кофе будешь?

Она кивает, и я наливаю полную чашку, а потом двигаю к ней.

Леся благодарно кивает, делает первый глоток и блаженно вздыхает. Внизу живота становится тепло, но я стараюсь сосредоточиться на работе. Сегодня у нас много дел.

– Нашел что-нибудь интересное в бумагах? – спрашивает она, сделав еще один глоток и потянувшись за йогуртом, который вместе с кексами принесли в номер сегодня утром.

– Да. Очень часто упоминается одна компания. Большая часть закупок идет через нее.

– Это странно? Много покупать у одной компании? – уточняет Леся, опустив ложку в йогурт. Я качаю головой.

– Нет, но я никогда о ней не слышал. Это еще ничего не значит. Тем не менее…

Я беру со стола телефон, чтобы позвонить брату.

Паша отвечает не сразу, но в итоге с готовностью включается в разговор и обещает поискать информацию о компании, которая меня заинтересовала, и прислать мне как можно скорее.

Паша пытается выяснить подробности нашего расследования, но пока, не имея конкретных имен и фактов, я не хочу раскрывать ничего лишнего. Скомкано попрощавшись, я сбрасываю вызов и кидаю быстрый взгляд на Лесю. Та ободряюще улыбается мне.

– Спасибо, – вдруг говорю я, неожиданно даже для себя самого.

– За что?

– За то, что ты моя опора.

Леся удивленно поднимает брови, когда мы встречаемся взглядами, но выглядит весьма впечатленной моими словами.

– Рада помочь, Сереж. Если я могу дать тебе это, я только рада.

Я неловко киваю, торопясь перевести тему.

– Мне придется еще раз встретиться с Екатериной. Мне кажется, она нам рассказала далеко не все.

Я задумчиво стучу пальцами по папке со счетами у себя на коленях.

– У нее есть дети. И она боится потерять работу. Короче, ее можно понять.

Я задумчиво киваю.

– Мне придется надавить на нее.

– Делай то, что должен, – говорит Леся. – У тебя нет выбора.

Я мрачно улыбаюсь, а потом залпом допиваю свой кофе.

– Готова ехать в офис?

– Сейчас, только сумочку возьму, – Леся торопливо кивает.

Пора выяснить, что же на самом деле происходит в нашей компании.

Глава 24

Леся

Пока мы добираемся до офиса, Сереже перезванивает Паша. Оказывается, что компания, так часто появляющаяся в документах по проблемной сделке, открылась совсем недавно, чуть ли не за один день. У них нет опыта работы с крупными партнерами, и Сережа говорит мне, что это повод для беспокойства.

Оказавшись в офисе, мы идем в конференц-зал, где нас ждет Екатерина. Я предлагаю Сереже оставить их вдвоем, чтобы он смог поговорить с ней наедине, но он настаивает на моем присутствии.

Я ведь… его опора.

Не знаю, как расценивать это заявление. Но, наверное, я рада быть рядом с Сережей в моменты, когда он во мне нуждается.

– Как у вас дела? – начинает разговор Сережа, усевшись на одно из кресел и положив руки на стол.

– Хорошо… отлично, – на лбу у Екатерины выступили бисеринки пота – сказываются нервы от того, что теперь она встречается с начальником не на своей территории.

– Я буду с вами откровенен, – говорит Сережа. – Ваша работа под угрозой. Все, кто имеет отношение к этому проекту, будут под угрозой, если наша компания потеряет контракт, поэтому мне нужны ответы. Мы понимаем друг друга?

Екатерина быстро, судорожно кивает.

Я знаю, что Сереже нелегко дается жесткая позиция, но одновременно с этим понимаю, как все-таки много поставлено на карту. Я горжусь Сережей и тем, как он справляется с ситуацией. От Ильи я знаю, что Сережа никогда не воспринимал свою жизнь всерьез. Но сейчас я вижу, как он меняется, когда обретает опору и работает над спасением компании. Никогда бы не подумала, что могу начать восхищаться этим человеком.

– Что ж, вы дали мне бумаги о заказах на поставку товаров для проекта, и я просмотрел их, – говорит Сережа. – Начнем с компании, у которой закупалась большая часть компонентов. Как руководитель отдела закупок, именно вы подписали с ними контракт.

– Да.

– Мне нужно увидеть остальные предложения.

Екатерина тут же краснеет.

– Я…

Сережа окидывает ее суровым взглядом.

– Они были не самым перспективным участником торгов, – тихо выдыхает Екатерина.

– И почему тогда выбор все равно остановился на них?

– Ммм… – Екатерина явно не хочет отвечать.

– Вы выбрали предложение от новой компании, у которой нет опыта на рынке и я хочу знать, почему, – настаивает Сережа.

– Это была не я. То есть… не я все решила, – Екатерина нервно кусает губы, в ее глазах появляются слезы. – Пожалуйста, только не увольняйте. У меня дети. Я мать-одиночка, и мне нужна эта работа.

– Просто объясните мне, – голос Сережи становится мягче. – Я здесь не для того, чтобы портить вам жизнь. Мне просто нужно докопаться до истины.

– Милена Андреевна настояла на этом решении. Сказала, что будет работать только с поставками от этой компании. Мне было непонятно, почему мы платим за компоненты намного больше, чем раньше, но она сказала, чтобы я не задавала лишних вопросов.

Екатерина опускает взгляд.

– Извините. Я не хотела говорить ничего плохого о вашей родственнице. Мне просто очень нужна моя работа…

– Все в порядке, – говорит Сережа хриплым, будто сорванным голосом. – Именно правду я и хотел услышать, какой бы она не была.

Я понимаю, что от этой самой правды Сереже ничуть не легче.

– Вы знаете имя человека, с которым Милена Андреевна имела дело в той компании? – спрашивает Сережа, и Екатерина кивает.

– Николай Давыдов.

Сережа тяжело вздыхает, откидываясь на спинку кресла.

– Спасибо, Екатерина. Теперь вы можете возвращаться к работе.

Она встает, явно потрясенная.

Сережа тоже поднимается.

– Не беспокойтесь о работе. Вам ничего не грозит. Все в порядке.

Во взгляде Екатерины читается бесконечное облегчение.

– Спасибо, огромное спасибо, – и она поспешно выходит, оставив нас с Сережей наедине.

– О чем думаешь? – спрашиваю я.

– О том, что нам нужно узнать больше.

Я киваю в знак согласия.

– Верно. То, что Милена заплатила за компоненты больше, чем компания платила в прошлом, не означает, что детали были плохими, правильно? – уточняю я, не теряя надежды.

– Не значит. Но… – Сережа хмурится, и все внутри меня беспокойно сжимается. – Это все очень плохо пахнет.

Я тяжело сглатываю.

– Тогда мы продолжаем копать.

Сережа кивает.

– Мне нужно поговорить с нашим главным инженером. Выяснить, могло ли что-нибудь из поставленных деталей вызывать проблемы. А еще надо найти этого Николая Давыдова и выяснить, что их связывало с Миленой.

– А Илье мы ничего пока говорить не будет? – тихо спрашиваю я.

– Не будем. Я не хочу добивать его еще и этим, когда он только начал приходить в себя.

Внутри теплеет от осознания того, как сильно Сережа любит свою семью. То, что он не хочет причинять боль брату, не имея стопроцентных доказательств, говорит о том, каким человеком является Сережа в глубине души.

И мне очень страшно от мысли, что я могу в него влюбиться. Или уже влюбилась?

Глава 25

Сергей

После бесконечного количества звонков в приемную и сотни просьб как-нибудь связать меня с Николаем Давыдовым, на которые мне отвечали, что его нет в офисе. После нескольких сообщений на номер, продиктованный мне скучающей секретаршей и часов бессмысленного молчания я все-таки сдаюсь и снова звоню Паше. В итоге к поискам мы привлекаем Соню, потому что она прекрасно разбирается в социальных сетях и способна достучаться там буквально до любого. Она берется за дело, клятвенно пообещав ничего не рассказывать Илье.

А мне надо бы осмотреть место, где были установлены неработающие замки. Их успели вмонтировать в двери только одного здания, сразу же обнаружив недостаток конструкции.

Достав два пропуска и подписав соглашение о неразглашении на пропускном посту, мы оказываемся на территории, где активно идет стройка – точнее, она уже активно подходит к концу. Не удивительно, что времени разбираться в ситуации у всех было в обрез.

Мы оставляем машину с водителем у входа и идем внутрь нужного здания. Охранник указывает на один из кабинетов, где нас встречает высокий мужчина с военной выправкой. Он здоровается, отметив, что ждал встречи, и пожимает нам руки.

– Я говорил со Станиславом Олеговичем, и он сказал, что вы приедете осмотреть замки. Мы еще не приступили к работе, так что вы можете передвигаться без ограничений. Замок есть в каждой из дверей этого здания.

– Спасибо.

Аккуратно придерживая Лесю за локоть, я вывожу ее из комнаты.

– Расскажи мне, что это вообще у вас за такие замки навороченные, – просит она, пока мы поднимаемся на лифте на пятый этаж.

Я оглядываюсь по сторонам. Здание было устроено так, чтобы обеспечить находящихся внутри людей всем необходимым. Интеллектуальные системы отопления и охлаждения, датчики движения, управляющие освещением, системы оповещения о чрезвычайных ситуациях, которые напрямую посылают сигнал полицейским и пожарным. И многое другое – все по последнему слову техники. В том числе и наши замки.

– Умные замки предназначены для запирания и отпирания двери после получения инструкций от авторизованного устройства с использованием беспроводного протокола и так называемого криптографического ключа для выполнения процесса авторизации.

Леся смеется из-за заученной техничности моего объяснения. Видимо, она хотела услышать не выдержку из руководства пользователя.

– Я уже почти пожалела, что спросила.

– Там все немного запутанно, – признаю я с язвительной ухмылкой. – Но, по сути, для работы нужен замок и ключ, только ключ не физический, а смартфон или специальный брелок, настроенный на беспроводное взаимодействие.

– Я понимаю. Вроде бы. Это как домофон с магнитным ключом?

– Ну… почти. Уровень безопасности повыше будет. И программа реализации посложнее. И проблем, как видишь, больше.

Я хлопаю по одной из открытых металлических дверей. От замка там разве что крошечные дисплеи с обеих сторон. И внутрь этой конструкции так просто не забраться, как ее ни разглядывай.

– Хотел бы я взглянуть на систему вблизи и понять, что не так, – я хмурюсь от досады и подхожу к окну с видом на парк.

Леся идет следом и утыкается мне в плечо, пристроившись за спиной.

– Мы не можем ничего здесь сделать. Почему бы нам не вернуться в отель? – предлагает она.

Эта идея мне нравится. Оставаясь здесь, я только напоминаю себе о том, что не успел сделать.

Глава 26

Леся

Я чувствую острую необходимость вывести Сережу из накатывающей на него апатии. В отель мы возвращаемся молча, и, оказавшись в номере, Сережа развязывает галстук, скидывает туфли и опускается в кресло. Мне грустно смотреть на него, уставшего и разочарованного. Я скидываю каблуки и подхожу ближе.

– Тебе нужно расслабиться.

– Да? Есть предложения? – спрашивает Сережа, но его мысли явно заняты делом.

– Ну, например… – я собираю волосы, перекидывая их через плечо, и поворачиваюсь к нему спиной. – Можешь помочь расстегнуть молнию на моем платье?

Оглянувшись на Сережу я коротко улыбаюсь и невинно хлопаю ресницами. Его глаза темнеют от очевидного намека.

– Ты пытаешься меня отвлечь.

Я усмехаюсь.

– У меня получается?

Он опускает взгляд вниз, я смотрю туда же и замечаю вполне однозначную выпуклость на его штанах.

– А сама как думаешь?

Я нетерпеливо дергаю плечом.

– Расстегни молнию.

Сережа слушается, помогает мне и тут же прижимается губами к обнаженной коже. От прикосновения его губ у меня твердеют соски и между ног становится влажно.

Выпутавшись из платья, я бросаю его на пол, а потом быстро снимаю с себя белье.

Одежда остается лежать неаккуратной кучей, а я стою перед Сережей абсолютно обнаженной. Он смотрит на меня жадно и голодно несколько секунд, а потом с тихим рычанием тоже начинает раздеваться, расстегнув рубашку обнажив свое шикарное тело. Дорожка темных волос спускается под пояс брюк, к которому Сережа тянется, чтобы освободиться.

Поднявшись, он спускает штаны вместе с бельем. Я завороженно наблюдаю за его возбуждением, нетерпеливо облизывая губы. Сережа шумно выдыхает.

– Не в этот раз. Хочу взять все в свои руки.

Я чувствую, что Сереже это нужно, и не сопротивляюсь. Он обнимает меня за талию и подводит к краю дивана. Пристроившись сзади, он кладет ладони на мою грудь, мнет ее, сжимает пальцами соски. Склонив голову к плечу, упиваясь ощущениями, я не сдерживаю стонов. Все внизу горит от желания. Чем ярче я реагирую, тем сильнее и ощутимее становятся ласки.

Ноги дрожат, и мне невероятно хочется большего. И я уверена, что Сережа все понимает, и ему просто хочется помучить меня. Я чувствую его возбуждение бедром, к которому он прижимается, его руки продолжают гладить мою чувствительную плоть Он прикусывает мою шею, и я сдаюсь.

– Сережа, пожалуйста, – я двигаю бедрами, чтобы притереться ягодицами к его крепко стоящему члену.

Сережа кладет руку мне между лопаток и толкает, чтобы я перегнулась через высокий подлокотник дивана. Затаив дыхание, я жду удовольствия, как чуда, остро чувствуя, как мокро и скользко сейчас у меня между ног.

Сережа ненадолго отстраняется, я слышу, как шуршит упаковка презерватива, и вот он снова стоит надо мной. Его крупная головка медленно проскальзывает внутрь и я стараюсь раздвинуть ноги пошире, чтобы он вошел как можно глубже. С губ срывается стон облегчения.

Пальцы Сережи оказываются в волосах, и он крепко удерживает меня, начиная жестко двигаться сзади. Он заполняет меня до отказа, и это чувство не сравнится ни с чем другим. Выходя почти до конца и вновь входя до упора, до пошлого шлепка по моим ягодицам, Сережа не жалеет меня, но мне именно это и нужно. Из раза в раз, с каждым движением он попадает ровно туда, куда нужно, чтобы довести меня до невменяемого состояния.

Я не вижу лица Сережи, но то, как тщательно он контролирует каждое движение, то, как мы сливаемся буквально в одно целое, заставляет меня ощущать какую-то особенную близость между нами. Я доверяю ему доставить мне удовольствие, точно зная, что Сережа не причинит мне боль, и это придает всему происходящему заоблачный уровень интимности. Не говоря уже о том, что я могу помочь Сереже справиться с проблемами, которые возникают у него внутри из-за неспособности контролировать некоторые неприятные жизненные события.

Рука Сережи легко гладит меня, потом скользит по животу и спускается вниз, чтобы кончиками пальцев потереть чувствительный клитор. Вскрикнув, я выгибаюсь почти до боли и сильно сжимаюсь, двигая бедрами, чтобы Сережа оказался еще глубже, и погружаюсь в головокружительный оргазм с его именем на губах.

Вскоре за этим я слышу Сережин резкий стон, и он совершает еще несколько движений, прежде чем я чувствую внутри характерную пульсацию.

– Как же хорошо, – бормочет он, выходя из меня. – Теперь в постель?

Я киваю, нуждаясь в том, чтобы меня подняли на ноги – тело после такого просто-напросто отказывается слушаться. Сережа помогает мне встать, провожает до спальни и скрывается в ванной. Он возвращается ко мне в постель и устраивается рядом.

Глава 27

Сергей

Я помогаю Лесе устроиться поудобнее на подушках у изголовья кровати, и сам сажусь рядом, притягивая ее к себе под бок.

– Ты как? – спрашиваю я, потому что повел себя достаточно резко. Не каждый день Лесю перекидывают через подлокотники и хватают за волосы. Глядя в эти прекрасные глаза, мне правда важно знать, как Леся себя чувствует.

Я морщусь, испытывая смутную вину за то, что в сексе могу перегнуть палку, но Леся улыбается и смущенно краснеет, отводя взгляд. Кажется, это хороший знак.

– Мне было хорошо. Правда хорошо. Мне хотелось этого, – говорит она тихо. – И я рада, что тебе тоже.

С каждым разом я только сильнее убеждаюсь, что Леся просто потрясающая. Чувства к ней с каждым днем, проведенным вместе, с каждой ночью с ней в моих объятиях, затягивают меня все глубже. Вот только я не уверен в том, какого прогресса мы достигли с Лесей в эмоциональном плане. И, наверное, не узнаю, пока ей не придет время уезжать. При этой мысли желудок неприятно скручивает, но я отгоняю ее от себя. До этого момента нам предстоит многое сделать и изменить.

Разобравшись с собственными переживаниями, я вдруг понимаю, что голоден как волк. Мы недолго спорим о том, что заказать, и в итоге останавливаемся на бургерах и чизкейке на десерт.

– Я из-за тебя растолстею, – ворчит Леся, с удовольствием оказавшись у меня в объятиях, где смотрится просто идеально. Но порадоваться я не успеваю – из-за ее заявления про «растолстею».

– Не нагнетай. Твоя мать выкрутила у тебя страх набрать килограммы на какой-то ненормальный уровень, – я недовольно хмурюсь.

– Думаю, ты прав, мне тщательно промыли мозги в свое время, – размышляет Леся.

– Что ты имеешь в виду? – я аккуратно убираю волосы с ее лица, а потом заглядываю Лесе в глаза.

– Мама заставляла меня следить за тем, что я ем, чтобы нравиться мужчинам.

Я качаю головой.

– У тебя никогда не было с эти проблем, – все мои неженатые, и некоторые женатые, знакомые, видевшие Лесю, как минимум по разу интересовались, а что за красотка постоянно появляется рядом. После угроз разбить нос за такие вопросы все обычно успокаивались.

– Ну, что касается мамы, то она хотела стать трофейной женой какого-нибудь мужчины, будь то твой отец или какой-нибудь другой богатенький идиот, – Леся неприязненно морщится. – Стой, прости… я не хотела называть твоего отца идиотом.

Я не могу сдержать довольную ухмылку.

– Ему подходит, в принципе.

Леся тихонько хмыкает.

– Дело не в том, что я хочу быть худой по какой-то определенной причине, а в том, что я слышу ее голос в голове. Здоровое питание делает тело здоровым, Леся. И тогда подходящий мужчина обратит на тебя внимание. Она просто не имела в виду «здоровое» в каком-то правильном смысле. Но старые привычки умирают с трудом.

– Ты общаешься с матерью? – уточняю я. До этого момента мы не обсуждали ее отношения с единственным родителем.

Леся тяжело сглатывает.

– По праздникам и дням рождения, если она помнит о моих, потому что в остальное время ей звоню я. В основном потому, что она моя мать и так надо.

Я замечаю в ее взгляде боль от этого признания и сам отлично все понимаю.

– У меня с отцом тоже самое. Я звоню ему, потому что он мой отец. Но я знаю, что он много в чем виноват и не могу ему этого простить. И наказываю его тем, что живу не пойми как. Точнее… наказывал. Сейчас все не так.

– Почему? – Леся оборачивается ко мне крайне заинтересованно. – Что изменилось?

Поколебавшись, я собираюсь с мыслями и пытаюсь решить, как много можно и нужно сейчас сказать.

– Честно говоря, сразу несколько вещей.

– Смерть Милены.

Я киваю.

– Моя семья не могла дозвониться до меня в ту ночь, когда она умерла, – я вспоминаю боль, которую испытал, услышав новость, и отчаянную потребность добраться до брата. Но никто даже не догадывался, как сильно я тогда переживал.

Но вот на вопрос о том, почему так вышло, я на всякий случай не отвечаю.

– Когда я узнал, то сразу же бросился к семье. В то утро я узнал о депрессии Милены и о том, что Соня и Паша были уже в курсе. Никто не счел нужным рассказать мне об этом раньше.

Леся ласково гладит меня по груди кончиками пальцев.

– Так бывает, что некоторые взрослеют и достигают осознанности позднее, чем остальные. Это не повод не делиться с тобой тем, что происходит внутри семьи.

Я неловко пожимаю плечами, прислонившись головой к изголовью кровати.

– Теперь я понимаю, что у них были свои причины. А когда ты рассказала мне о том, что подслушала тогда в кабинете моего отца, я вернулся домой и задумался не только о том, кто я есть, но и о том, кем хочу быть.

Признаваться в этом тоже больно.

Но Леся слушает меня с молчаливым пониманием и, как мне кажется, безусловной поддержкой. Она не осуждает меня, и это все меняет.

– Я увидел парня, который думал, что относится к жизни серьезно, но на самом деле не был сосредоточен на бизнесе или семье так, как следовало бы. Я увидел, – говорю я, сделав глубокий вдох, – что безудержно мчусь к тому, чтобы встать на кривую дорожку, как мой отец.

Я смотрю на Лесю и в ее взгляде не вижу жалости. Только тепло и заботу.

– И что ты решил?

– Что хочу все исправить и измениться.

Леся улыбается мне, и я улыбаюсь в ответ, а потом раздается стук в дверь.

Она смотрит на меня с ужасом, потому что мы лежим в чем мать родила, и сбегает в ванную, продемонстрировав мне чудесный вид ее обнаженного тела на несколько секунд. Я поднимаюсь с кровати, натягиваю штаны и иду открывать дверь, чтобы забрать наш ужин.

Пока мы едим, я чувствую себя так, словно с плеч свалился огромный камень. Поделившись с Лесей тем, что я чувствую, и признав свои попытки измениться, я будто сделал свою жизнь легче и правильнее.

Хочется верить, что моих стараний будет достаточно, чтобы в итоге завоевать Лесю.

Меня будит настойчивый звонок телефона. Приходится аккуратно, стараясь не разбудить, выпутаться из рук Леси и дотянуться до прикроватной тумбочки. Раздраженный таким неприятным пробуждением непонятно во сколько, я отвечаю, не глядя.

– Надеюсь, это что-то важное, – мой голос хриплый ото сна.

– Так и есть, – оказывается, звонит Паша.

– Ты время вообще видел? – недовольно спрашиваю я.

– Видел.

– Кто там? – спрашивает Леся, которая все-таки просыпается из-за шума.

– Это Леся? Вы что, спите вместе? – удивляется Паша.

Леся утыкается лицом мне в грудь, и я могу только догадываться, как же сильно сейчас покраснели ее щеки. Утешающе погладив ее по спине, я возвращаю все свое внимание к разговору.

– Не твое дело. Что произошло?

– Мы с Соней навели справки о Николае Давыдове, как ты и просил. И, честно, мы просто охерели, Серег.

Полностью проснувшись, я откидываюсь обратно на подушки. Леся натягивает на себя одеяло и придвигается ближе, чтобы тоже слышать разговор.

– Николай Давыдов не так давно в бизнесе, это мы знаем, поэтому возникает вопрос, почему Милена вела с ними дела? Не говоря уже о том, что большую часть времени он проводит в клубе, который, судя по всему, является центром всех нелегальных махинаций, – говорит Паша с отвращением в голосе.

Я тихо ругаюсь себе под нос, но брат предупреждает, что это еще не все.

Коротко глянув на взволнованную Лесю, я прошу Пашу продолжать.

– Я скинул тебе фотографию, которую нашла Соня, посмотри потом. Ее выложили около четырех месяцев назад.

– Подожди, – я переключаю звонок на громкую связь и открываю сообщение с фото.

Наконец, фотография загружается.

На ней парень с длинными патлами сидит в темном ночном клубе с очень знакомой женщиной на коленях. Ярко-красная помада на ее губах смотрится крайне непривычно. Глаза густо подведены, тело обтянуто облегающим черным платьем с глубоким декольте. Поза у них крайне провокационная и весьма однозначная, а за пустым взглядом и тонной штукатурки все-таки узнается лицо этой женщины.

– Милена, – говорит Леся, в ее голосе отчетливо слышится ужас.

– Точно, – подтверждает Паша, на этот раз не комментируя присутствие Леси в моей постели. – А парень на фотографии никто иной, как Николашка Давыдов.

В том, что между этим Николаем и женой Ильи отношения выходили далеко за рамки деловых, можно не сомневаться.

– Что за бред… – я беспокойно сжимаю руки в кулаки, но Леся накрывает мои ладони своими, призывая успокоиться.

– Илья не знает? – спрашивает она, явно больше не заботясь о том, что подумает Паша.

– Конечно нет! Я подумал, что нам сначала надо решить, что делать дальше, – отвечает Паша. – Поэтому и звоню.

Я не упускаю из внимания то, что Паша обратился ко мне за решением проблемы. Но проще ситуацию это не делает.

– Мы получим полную информацию о том, что произошло, а уже потом донесем ее до Ильи, чтобы все по факту было.

Глаза Леси сверкают одобрением.

– Согласен, – говорит Паша. – Соня тоже. Поэтому мы решили пока молчать. Есть идеи, как докопаться до правды?

– Мы поедем в этот клубешник сегодня вечером и поговорим с этим персонажем, – жестко заявляю я. – Я свяжусь с тобой, как только узнаю больше. Надеюсь, с нашей неудачной сделкой это тоже поможет. Сегодня я собираюсь встретиться с главным инженером по проекту. Обсудим с ним детали, которые поставляли на производство. Тогда я буду знать больше.

– Так держать, Серый. Ты молодчик, – выдает Паша, застав меня врасплох.

От похвалы брата внутри приятно теплеет.

– Спасибо. На связи, – я отключаю звонок и встречаюсь взглядом с Лесей, выражение лица которой остается крайне встревоженным.

– Это ужас, – выдыхает она.

Я не могу отрицать очевидного.

– Нам с тобой надо будет доехать до магазина и купить тебе какое-нибудь платье для похода в клуб. Что-то, что ты обычно не носишь, и что не будет выглядеть неуместно. Мы не должны выделяться. Я хочу, чтобы этот хрен поговорил со мной. Нам нельзя его спугнуть.

– Ты хочешь, чтобы я купила сексуальное платье? – невинно уточняет Леся.

Она легонько трогает меня самыми кончиками пальцев там, куда только дотягивается, и все тело с готовностью откликается на ее дразнящие прикосновения.

– Такое, чтобы каждый парень в этом месте не желал отрывать от тебя взгляда. И тогда мне придется набить харю любому, кто подойдет близко, – бормочу я, внезапно почувствовав, что мой же собственный план мне не нравится.

– Тогда понадобится еще и новая пара туфель, – чуть рассеянно говорит Леся. – Такие, которые позволят мне крутить бедрами и заставлять тебя пускать слюни.

– Если у меня будет опция привезти тебя домой и трахнуть прямо в них, то я готов смириться со своей участью.

Леся нарочито смущенно опускает голову, медленно облизывает пухлые, манящие губы. А потом ее будто переключает.

– Я не хочу думать о том, что Милена изменяла Илье, – во взгляде Леси мелькает настоящая боль.

– Я тоже. Так что давай-ка лучше займемся чем-нибудь более приятным.

Я откидываю смятое одеяло, и Леся послушно придвигается ближе.

– Давай, – соглашается она хрипло.

Спустя несколько секунд Леся уже касается моего крепко стоящего члена, а я протягиваю ей упаковку презервативов, давая возможность теперь развлечься самостоятельно.

Соблазнительная улыбка растягивает ее губы, когда она поднимается, располагаясь надо мной, а потом начинает медленно скользить вниз.

Надолго ее не хватает и она одним быстрым движением насаживается до упора. Я не сдерживаю громкий стон, плотно стискивая зубы.

А потом Леся начинает двигаться, и я совсем теряю связь с реальностью.

Я обхватываю ее бедра и не отпускаю, пока она получает удовольствие, принимая меня в себя. Я даже не знаю, как мне удается продержаться так долго. Леся, раскрасневшаяся, возбужденная, растрепанная, выглядит просто великолепно. А еще она громко стонет, и эти звуки для меня, как бальзам.

А потом ее тон меняется, глаза закрываются, и я чувствую, как Леся сжимается на мне от удовольствия, и сам не могу удержаться. Мы кончаем одновременно, и я понимаю, что готов целиком отдаться этой женщине – потому что Леся окончательно и бесповоротно присвоила себе мое сердце, наверное, даже не подозревая об этом.