Текст книги "История одной ведьмы. Вероника (СИ)"

Автор книги: Татьяна Полунина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

История одной ведьмы. Вероника

Глава первая. Вероника

Вероника закончила занятие:

– Ну все, Вика, собирай тетради, сейчас папа за тобой приедет. Ты сегодня умничка! До конца учебного года осталось совсем немного. У тебя все получится! Надеюсь, в году по русскому языку будет пятерки.Вика, девочка одиннадцати лет, невысокая, хрупкая с двумя красивыми русыми косами, смущенно улыбнулась и начала собирать тетради в папку.

– Спасибо, Вероника Валерьевна.

Папа никак не приходил. Вероника нетерпеливо поглядывала на часы. У нее было всего тридцать минут до следующего занятия. И в это время она планировала добежать до ближайшего кафе. Быстренько перекусить. Сегодня у нее десять занятий. Она на работе с самого утра, уже пятнадцать часов. Осталось еще четыре ученика… Если не успеет перекусить, то хотя бы немного помолчать в тишине и одиночестве. Но папа Вики никак не приходил. Прошло уже десять минут. Девочка переживала и уже сунула в рот кончик своей косички.

– Викусь, вытащи косу изо рта и не нервничай. Здесь тебя точно не забудут, – улыбнулась Вероника, стараясь не показывать своего раздражения, – сейчас маме напишу, папиного номера у меня нет.

Минуты через три мама ответила, что отец стоит в пробке. В общей сложности папа опоздал на двадцать пять минут. Здоровый широки детина переминался с ноги на ногу у двери, делая вид, что виноват. По довольной физиономии было видно, что порешал все свои дела, у него все было замечательно.

– Вероника Валерьевна, извините, – говорил он, я в пробке застрял.

– В нашем городе днем пробки? Я сама за рулем и прекрасно знаю где и в какое время у нас обычно бывают пробки. Ваша жена очень просила перенести это занятие, чтобы вечером вы могли уехать за город. Я пошла вам навстречу, поставила занятие на время своего перерыва, оставив себе тридцать минут на отдых. Сейчас уде приведут следующего ребенка…

– Извините…

– Идите, пожалуйста, – махнула рукой Вероника. Отец пошел догонять свою дочь, которая давно убежала к машине.

Как только дверь за ним закрылась, у Вероники полились слезы. Она очень устала. И не только сегодня. Просто устала. Конец учебного года, большое количество занятий. Это хорошо, что клиентов много. Но усталость накопилась, а это сказывается на физическом и психологическом состоянии. Неужели скоро отпуск? Поехать никуда не получится. Несмотря на хороший заработок, Вероника все таки экономила. Сначала заплатить аренду, потом налог, потом коммуналку, потом ипотеку, потом пенсионный фонд, потом отложить на непредвиденные обстоятельства… А какие они могут быть? Да очень простые – заболела. Когда работаешь на себя, больничный никто не заплатит, значит, если не зарабатываешь, то уходишь в «минус». Жила Вероника одна, поддерживать в такие моменты ее было некому… Оставшиеся деньги уходили на жизнь продукты, иногда одежду и маленькие радости. А еще частенько помогала родителям. Они жили на свои пенсии, а Веронике всегда хотелось их побаловать чем-то вкусненьким и приятным.

Женщина всхлипнула еще раз, вытерла слезы, посмотрела на часы. Кирюша опаздывал уже на десять минут. Позвонила его маме.

– Вы знаете, он сегодня не придет, я его к бабушке отправила в деревню. Завтра же суббота, пусть отдохнет. Погода хорошая.

– А предупредить заранее?

– А я забыла… извините, – и бросила трубку.

– Вот тебе и время на обед, – сказала Ника сама себе, – вытирай сопли, собирайся и иди съешь салатик…

Вот на ситуацию с пропуском занятия Ника совсем не отреагировала. Когда она начинала работать, не пришедшие клиенты выбивали из колеи. Соответственно, Ника теряла в деньгах. Сейчас же она работала по абонементам, т.е. оплачивались занятия на месяц вперед. А с клиентами подписывался договор, в котором указано, что при пропуске занятий без предупреждения оплаченные деньги не возвращаются. «Мое время стоит денег, так же, как и мои знания!»

Ника сунула ноги в кроссовки, повесила на плечо маленькую сумочку и отправилась в кафе. Она была невысокого роста, кругленькая, но не безобразно полная. Периодически «садилась» на диеты, но из этого мало что получалось. «Гуляли» туда-сюда пять килограмм, не более. В одежде ценила удобство и качество. Белые джинсы и футболку дополняла синяя легкая рубашка.

В кафе Вероника взяла овощной салат, картофельное пюре и куриную котлету. Немного задумалась, потом махнула рукой и заказала чай и пирожное картошку. Надо успокоить нервы.

Пока ела, успела проверить переписку в ватсапе. Извинения от мамы Вики, запоздалое уведомление от мамы Кирилла, два сообщения с неизвестных номеров о возможности записаться на занятия, сообщение от подруги с приглашением в выходные на дачу. Выходные на даче – это хорошо! С Катей они были знакомы уже много лет, с первого курса института, учились в одной группе. Третья подруга Люба перевелась к ним в группу на четвертом курсе. Дружили они втроем. Катюша была замужем, а вот Вероника и Люба – «девушки свободные».

Ника написала подруге, что вечером ей позвонит, допила чай и отправилась на работу. Оставшиеся занятия прошли без приключений и очень быстро. Ника сложила в рюкзак ноутбук, ежедневник, взяла свою сумочку, закрыла кабинет и отправилась домой. Завтра пятница! Занятия будут только до обеда, а потом свобода на три дня!!!

Домой Вероника шла пешком. Специально искала кабинет в аренду недалеко от своей новой квартиры, чтобы можно было ходить пешком. По дороге зашла в супермаркет, купила творог и яблоки. «В субботу утром обязательно на рынок за клубникой и фруктами!» – подумала Ника.

На кассе стояла женщина лет семидесяти, но бабушкой ее язык назвать не поворачивался. Натянутая, как струна спина, высоко поднятый подбородок. Совершенно белые волосы собраны на затылке в «улитку». Легкое черное платье в белый горох закрывало щиколотки, в ушах жемчужные серьги. Образ завершали аккуратные белые туфли на широком низком каблуке. Она уже сложила в текстильную сумку свои покупки и прикладывала карту к терминалу. Терминал выдавал ошибку. Женщина была порядком взволнована. Раздраженная к вечеру кассир нетерпеливо, громко сказала:

– На карте недостаточно средств!

– Ну как же так?! – растеряно сказала женщина, – я точно знаю, что деньги должны быть на карте!

– Есть у вас другая? Или наличка? – спросила продавец.

– Нет, – развела руками женщина.

– Значит отменяю покупку. Вы всех задерживаете! Посмотрите сколько народу!

Женщина покраснела, опустила глаза, руки дрожали:

– Извините.

– Я заплачу, – вмешалась Вероника, которая стояла следом за дамой в возрасте, – сколько там?

Продавец назвала стоимость покупки, Ника оплатила. Потом стала собирать свои продукты в пакет. Женщина дождалась, когда Вероника отойдет от кассы:

– Спасибо вам, милая девочка! – с достоинством сказала она, – не могу понять, что случилось с картой…, смогли бы вы проводить меня до дома, я отдам вам деньги.

Вероника улыбнулась:

– Что вы, не стоит благодарности! Мне приятно помочь. Не надо ничего возвращать.

– Я в затруднительном положении: очень благодарна вам, но не люблю, когда кому-то должна. Ну если не деньги, то позвольте вас отблагодарить по другому! Не откажите старушке.

– Да какая же вы старушка! – засмеялась Ника, – вас ни старушкой, ни бабушкой язык не поворачивается назвать.

– Значит уговорила? – лукаво прищурилась женщина.

– Уговорили, – согласно кивнула Вероника.

Глава вторая. В гостях

Вероника взяла у женщины ее сумку.

– Деточка, да у тебя свои тяжелые, – не хотела отдавать свою ношу дама.

– Что вы! Рюкзак за спиной с ноутбуком, а все остальное легкое, – улыбнулась женщина, – Давайте познакомимся. Меня зовут Вероника. А вас?

– А мы с тобой тезки! Я тоже Вероника. Честно сказать, меня зовут ВерОника, так меня назвала бабушка испанка. Но за столько лет жизни здесь, я уже привыкла к ВеронИке.

Вероника еще раз внимательно взглянула на женщину. Гордая посадка головы, прямой нос, смуглая кожа, живые карие глаза, приятная улыбка. В молодости она разбила много сердец.

– А дедушка мой был русский. Да, и ты можешь звать меня Вероника Марковна. Бабушка назвала моего папу Марко, но он, когда получал паспорт изменил имя. Марк для нашей страны звучало более привычно. Но я хорошо помню, как бабушка называла отца. – продолжила женщина.

Слушая свою собеседницу, Вероника не заметила, как они дошли до старого двухэтажного дома. Женщина иногда проходила мимо него, когда по выходным ходила на рынок, чтобы побаловать себя и родителей свежими фермерскими продуктами. Вероника всегда думала, что это дом-музей, хотя никаких табличек на доме не было. Да их и не могло быть видно, потому как перед ним была низкая изгородь и кусты сирени и жасмина. Женщины вошли в небольшой дворик. Оказалось, что за плотными кустами сирени стоял небольшой круглый столик и пара плетеных кресел.

– Ко мне по вечером приходит подружка, чаю попить, поболтать, – пояснила Вероника Марковна, – проходи в дом.

В дом вели три широкие каменные ступени и маленькое крыльцо. В дождь можно спокойно открыть дверь, не боясь намокнуть. Внутри дома было прохладно.

– Заходи, не стесняйся. Обуй тапки. Здесь достаточно свежо и пол холодный, – сказала ВерОника, указывая на черные женские резиновые шлепанцы. – Дом старый, каменный, центральное отопление уже отключили. Зато в жару здесь спасение. Никаких кондиционеров не нужно! А когда хочется тепла, можно затопить камин.

Вероника оставила свой рюкзак и сумки в прихожей на старинной банкетке с изогнутыми ножками, сунула ноги в тапки, решив, что в носках на полу, покрытому красивой плиткой, ноги замерзнут. Стены в прихожей были глубокого зеленого цвета, а освещалась она электрическими светильниками, стилизованными под старинные бронзовые подсвечники. Вероника рассматривала все, открыв рот.

– Дорогая, проходи на кухню, я здесь, – позвала Вероника Марковна.

Названное кухней помещение оказалось огромной кухней-столовой-гостиной.

– Ты думала я совсем древняя старуха и у меня здесь все дореволюционное и старое? – улыбнулась женщина, – Несколько лет назад сын помог мне сделать ремонт, тут полно современной техники, а интерьер делал дизайнер… Конечно, с нею пришлось пободаться, – засмеялась ВерОника, – но вот это смешение стилей мне нравится.

Наверно четверть помещения занимал кухонный гарнитур, расположенным буквой П, он был почти такого цвета, как и стены в прихожей – насыщенного и глубокого. За многочисленными дверцами были спрятаны посудомоечная машина, холодильник, морозильная камере, а так же много техники. Обязательный атрибуты современной кухни – варочная поверхность, большой духовой шкаф, микроволновка. От зоны столовой кухню отделял длинны объемный остров, в который была встроена мойка, а над ним на прямоугольном подвесе висели красивые медные сковородки, ковшики и кастрюльки. «Интересно, это декор или она ими пользуется?» – подумала Вероника.

– Знаешь, если бы готовила для семьи и гостей, то пользовалась бы, а так… для одной себя… не готовлю, просто висят. Раз в неделю приходит женщина, которая убирает дом, она то и чистит эту посуду. Я старая уже, чтобы содержать весь дом в чистоте.

– А где ваш сын? У вас есть внуки? – спросила Ника.

– Давай ка я сейчас чая нам сделаю и расскажу, пока за столом сидеть будем. Ты проходи, осматривайся.

Стены столовой и гостиной были окрашены в светло серый цвет, обрамлённый широкими белыми плинтусами у пола и потолка. А так же, широкими наличниками на дверях. Окна обрамляли тяжелые серые портьеры. Посреди столовой стоял большой овальный стол, покрытый белой льняной скатертью, вокруг него стулья с высокими спинками, «одетые в рубашки» в цвет портьер с нежными розовыми бантами сзади. Ближе к окнам расположилась диванная группа. Современный широкий мягкий диван выбелено розового цвета и три кресла в комплект к нему, между ними небольшой белый журнальный столик.

– Где будем пить чай, – спросила Вероника Марковна, – в столовой или устроимся здесь? – она показала на остров и пару высоких барных стульев.

– Если вам будет удобно, то на «острове», – улыбнулась Ника.

– Отлично! – воскликнула дама. На столе стоял красивый фарфоровый чайник, в белой керамической вазе на высокой ножке лежали пирожные-корзиночки, в хрустальной вазочке крупная красная клубника. Сахарница, молочник и две чашечки с блюдцами были из одного набора с чайником. Ника разглядывала посуду. Красивые чашечки казались настолько хрупкими со своими витыми ручками, что женщина боялась к ним прикоснуться. Она вообще чувствовала себя маленькой девочкой, попавшей в волшебную сказку, а привела ее туда волшебница.

– Я не волшебница, – улыбнулась ВерОника, – но ты не далека от истины, для меня здесь тоже все сказочное и волшебное.

– Я это вслух сказала? – удивилась Ника.

– Нет, – засмеялась женщина, – ты у меня про семью мою спрашивала. Дед мой в семнадцатом году вместе со своими родителями иммигрировал в Польшу, а потом каким-то образом попал в Испанию, там бабушку мою и повстречал. Клаудия бабушку звали. А здесь ее Клавой все называли, Клавдией. Дедушка разделял политику новой власти в России, поэтому они с бабушкой вернулись на его Родину. В доме этом когда-то жили его родители, а потом здесь училище какое-то было. А дедушка с бабушкой в небольшом домике в частном секторе жили. Отец мой, Марк, родился, когда деду больше тридцати лет было. Дед ученый был, словесность в университете преподавал. А бабушка дома сидела. Она травами людей лечить умела. Тогда этого нельзя делать было, время не то. Но все равно люди потихоньку шли.

Потом война. Отцу моему 11 лет было, с матерью в эвакуацию за Урал отправили, там на заводе работал сначала просто помогал, а постарше стал – к станку. А дедушка на войне погиб… Ополченцем ушел Москву защищать. Тридцать первого декабря тысяча девятьсот сорок первого года тяжело ранили под Волоколамском, а второго января скончался от ран в госпитале.

После войны вернулась бабушка с мои отцом в город, в свой дом на окраине. Удивительно, что дом во время оккупации уцелел, только разорен был весь. Потихоньку страну восстанавливали и дом восстановили. Отец школу окончил, потом в армию пошел, потом в милицию работать. После войны преступность высокая была. Работал и высшее образование параллельно получал, юридическое. Женился на маме, я родилась. Дослужился в милиции до генеральской должности и назначения в Москву, они с мамой и уехали. Мама ни дня не работала… А меня бабушка воспитывала. Бабушка Клаудия – бабушка Клава. Я ей людей лечить помогала…. Ника, я тебя совсем заговорила, надоела тебе наверно!

– Что вы, Вероника Марковна! Так интересно! И чай у вас такой вкусный! – улыбнулась Ника. Она, действительно с удовольствием слушала рассказ новой знакомой и думала, что хорошо бы написать роман о ее жизни.

– О, – улыбнулась собеседница, – роман о жизни любого человека написать можно, поверь. И о твоей тоже, просто ты никогда об этом не думала. А если посидеть и вспомнить, то столько интересных событий будет!!!

– Вероника Марковна! Как вы догадались, что я как раз о романе подумала?

– Опыт, деточка, опыт, – улыбнулась она, потом посмотрела на часы и воскликнула, – о боже, уже час ночи, вот мы с тобой заговорились! Я тебе такси вызову! И не спорь со мной! Как раз расплачусь за покупку. И очень жду тебя завтра вечером в гости. Придешь? Продолжим разговор.

– О, с удовольствием, – воскликнула Вероника.

Глава третья. Подарок от ВерОники

Утром Вероника проснулась бодрой и полной сил, несмотря на то что спать легла очень поздно. Быстренько позавтракала овсянкой и чаем с бутербродом. Собрала длинные черные волосы в любимую прическу: два пучка в форме рожек на голове. Натянула свои голубые джинсы, белую рубашку, только вместо кроссовок обула очень удобные сабо на невысоком каблучке. Они кокетливо открывали покрытые бордовым лаком ногти, демонстрируя недавно сделанный маникюр. Вместо женской сумочки взяла небольшой кожаный рюкзачок голубого цвета, положила туда ежедневник и распечатанные задания для своих учеников. Ноутбук сегодня решила не брать. В таком виде никто не давал ей тридцати лет. Она больше походила на молодую двадцатилетнюю девушку.

Вероника даже не заметила, как пролетели занятия. Сегодня были взрослые самостоятельные дети, не пытающиеся судорожно за месяц подготовиться к ОГЭ, а серьезные ученики, которые совершенствовали свои знания, занимались самостоятельно и планировали получит на экзамене отлично. С такими работать одно удовольствие!

В районе часа дня, когда Ника уже собиралась домой, раздался телефонный звонок. На экране телефона высветилось лицо двоюродной сестры. Ника закатила глаза, вот с кем она не хотела бы сейчас общаться… Милка была не плохая вроде, но без царя в голове. В свое время частенько помогала и поддерживала, Вероника даже познакомила ее со своими подругами. Ника с детства привыкла к взбалмошному характеру сестры, поэтому часто не обращала внимания на ее выпады. Даже если иногда обижалась, старалась не заострять на этом внимания и все спускала на тормозах: «Ну подумаешь, обидела, может и не хотела, не специально». Со временем Вероника начала понимать, что сестрица ее крайне токсична, поэтому старалась избегать общения, но на открытый конфликт не шла никогда. Хотя, было обидно, что ее считают толстой, неудачливой, никому ненужной. Любые успехи и достижения Вероники принижались и сводились в ничто. Зато Мила могла часами рассказывать, как она сидела в кафе и все мужчины сворачивали головы. Как как она строила своих подчиненных на работе. Ведь она начальница! Управляющая целым магазином хозяйственных товаров.

Мила была очень настойчива, пришлось ответить:

– Слушаю, – сказала Вероника.

– Ник, привет, – раздался жизнерадостный голос в трубке, – мне с тобой срочно встретиться надо!

– Мил, может не сегодня? – попросила Вероника.

– Сегодня, сейчас!!! Очень надо! Ты представляешь, он хочет, чтобы я к нему в его тьмутаракань приехала, билет он мне купит, но вот встретить на вокзале не сможет! Представляешь! Мне срочно нужен твой совет!!!

– Ну хорошо, минут через пятнадцать в пиццерии напротив моей работы, успеешь подъехать?

– Какая тебе пиццерия! Ты же жирная! Тебе худеть надо!

Вероника онемела от такого хамства. С трудом совладав с собой ответила:

– Иди ка ты лесом, красавица! Ты со своим змеиным языком точно приключения себе найдешь. Представляешь, если ни в одну свою брендовую шмотку не влезешь?

Вероника бросила трубку. «Ну надо же! Испортила все настроение, змеюка!» вот теперь точно надо что-то «заточить» и не в пиццерии, а в кондитерской.

Закрыв кабинет, Ника отправилась в ближайший кафетерий. Там уже внимательно рассматривала меренговый рулет, но потом вспомнила, что вечером приглашена в гости к Веронике Марковне, решила купить с собой вкуснейший тирамису, а на обед ограничиться овощным салатом дома.

Часов в семь вечера Вероника стояла на знакомом крылечке и уже подняла руку, чтобы позвонить в звонок, но дверь неожиданно открылась. На пороге стояла ВерОника.

– Проходи, дорогая, я так рада тебя видеть! – широко улыбнулась она.

– Добрый вечер, Вероника Марковна, вот, я нам десертик принесла.

– О! У нас с тобой одинаковый вкус, – засмеялась хозяйка, – разувайся, мой руки, проходи на кухню, чай я уже заварила, тебя только ждала.

– Вы точно знали, что я приду и во сколько, – улыбнулась Ника.

– Ну…, знала. Я много чего знаю и чувствую. И чувствую, что мы с тобою не просто так встретились.

– Вот в этом я с вами полностью согласна, – ответила Ника, заходя на кухню, – любые люди встречаются нам в жизни не просто так. Каждый человек нам для чего-то дается.

ВерОника остановилась, развернулась и внимательно посмотрела на гостью.

– Ты очень умная девочка, – констатировала она, – Дорогая, давай мы сегодня сядем в гостиной. Столик там журнальный есть, на нём и расположимся. Поможешь мне все отнести?

– Конечно, – согласилась Ника. Она взяла поднос с чашками, сахарницей и молочником. ВерОника принесла чайник и десерт. Она переложила десерт на красивые фарфоровые тарелки, а ели они его изящными мельхиоровыми ложечками с витыми ручками.

– Очень люблю красивую и дорогую посуду, это моя слабость. Вот этот фарфоровый сервиз – подарок сына. Посмотри, какая тонкая работа.

– Я еще вчера это заметила. Честно говоря, вы вчера рассказывали, что бабушка ваша была травница и людей лечила, а вы ей помогали. Я смотрю на вас, ваш дом и никак не вяжется у меня образ травницы и ведуньи с вами. Вы больше на графиню похожи.

Вероника Марковна от души расхохоталась.

– Ты раскусила меня, милая девочка. Бабушка, и правда, была из знатного рода. По образованию врач. Да и дедушка из дворянской семьи. Про бабушку там, в Испании, говорили, что она ведьма наследственная. Ее маму и бабушку сожгли крестьяне в их поместье. Обвинили в колдовстве и сожгли, ночью. И это в начале двадцатого века! Так что считай меня ведьмой, – засмеялась Вероника Марковна.

Вероника тоже захохотала:

– Может и меня колдовать научите? – смеясь спросила она, – а то столько лет живу, а вот никак замуж не выйду… вдруг получится мужа себе нафеячить?

– Ох, деточка! Вот мужа себе «феячить», самое неблагодарное дело. Муж, он богом дан. Муж – это судьба. Ты его встретишь, когда время придет. И достаточно скоро, – серьезно ответила ВерОника.

– А когда? – удивленно спросила женщина.

– Ну…, через пару месяцев…

– Да ладно! А вот скажите, вы считаете, что муж – это судьба. А как же некоторые по несколько раз замуж выходят?

– А это особы нетерпеливые, сами себе приключения ищут, потом других винят, да жизнь ломают. У каждого свое на роду написано. А если замуж не вышла, значит не надо ей, значит предназначение в жизни другое. А привороты, как ты назвала «нафеячить», это грех огромный. Не гоже человека неволить, сохнет он потом и долго не живет. – вполне серьезно ответила дама.

Вероника удивленно хлопала глазами. Она предполагала, что Вероника Марковна женщина незаурядная, но чтобы она была ведьмой – не предполагала. «А может она просто шутит,» – промелькнуло в голове у гостьи.

– А ты как хочешь? Чтобы это шуткой оказалось или правдой? – серьезно спросила ВерОника.

– Наверно, правдой. Неожиданно, волнительно, даже страшно, но очень интересно! – ответила Вероника.

– Знаешь, Ника, ты девочка тоже не совсем простая, ты очень многое можешь, главное не спешить и не торопиться. Все, что я сейчас говорила – правда. И я многому тебя научу. Ты не замечала в последнее время странностей с тобой и окружающими?

– Нет. С детками все нормально… Сестра звонила, вот с нею я поругалась, обидела она меня очень. Удивилась я только своей реакции, раньше бы промолчала, а сегодня сорвалась, гадостей наговорила.

– А что ты ей сказала? – поинтересовалась дама.

– Дословно? «Иди ка ты лесом, красавица! Ты со своим змеиным языком точно приключения себе найдешь. Представляешь, если ни в одну свою брендовую шмотку не влезешь».

Ведьма хохотнула:

– Ну, жди, в ближайшее время ты с нею встретишься. Не волнуйся, тебе ничего не грозит, а вот удивлена будешь сильно.

Вероника удивленно воззрилась на собеседницу.

– Теперь будь очень внимательна со своими словами. Старайся никому ничего плохого не желать. Завтра увидишь, почему это важно.

Ника открыла было рот что-то спросить, но ее перебили:

– Сама все завтра увидишь. Веди себя как обычно, ты же добрая девочка. Только сейчас тебе будет сложнее контролировать свои эмоции, но ты привыкнешь. А в понедельник вечером я тебя опять жду в гости. Продолжим знакомство. И еще. Возьми вот это.

Вероника Марковна встала с дивана, подошла к красивому шкафу со стеклянными стенками и полками. В шкафу-витрине стояли необычные статуэтки, парочка красивых шкатулок, несколько необычайной красоты вазочек и чайных пар. Женщина что-то достала из изящной мельхиоровой шкатулки и подошла к гостье.

– Возьми, носи пока и не снимай, – протянула она Нике маленький медальончик. На тонкой серебряной цепочке овальной формы черный обсидиан около двух сантиметров размером. Как только злиться начнешь, он тебя предупредит, что за языком последить надо. Глупостей не даст сделать, да и от чужих гадостей убережет. А теперь ступай, завтра у тебя день длинный будет. Длинный, но хороший. С подружками встретишься, отдохнешь.

Вероника открыла было рот, чтобы что-то сказать, но ВерОника ее перебила:

– Посуду я сама вымою, не беспокойся. Подвеску не снимай, спрячь ее под одежду. Хороших выходных тебе, девочка!