Текст книги "Всё равно не убежишь (СИ)"

Автор книги: Татьяна Катаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 23. Катя

Глава 23. Катя

Сегодня у меня помолвка. Я должна блистать на ней. Но единственное, чего мне хочется, это

залезть под одеяло и свернуться калачиком. А ещё поспать. Выспаться, и проснуться полной

сил. Последнее, кажется небывалой роскошью.

°Саша° "Катя, нам надо поговорить"

°Катя° "Нам нельзя видеться. Прости меня, но так будет правильно"

°Саша° "Я знаю, что ты беременна от него, и лишь поэтому, выходишь замуж. Мы любим

друг друга. Я готов взять ответственность за вас двоих. Давай сбежим?! Распишемся вдали от

всех"

Добивает своим сообщением.

Я хватаю телефон, и в панике звоню бабушке. Она поможет, снова даст правильный совет. Раз

уже вытащила меня. И сейчас поможет.

– Бабуль, все знают! – сходу начинаю.

– Ну, что ж. Теперь это уже не грех. Каждый пусть выползает из своего болота сам. Ты, моя

девочка, держись на плаву. Два месяца в котле собственном варилась.

– Бабуль, я беременна. От него! Отец замуж за него выдает! Разве это не новый котел? А

Саша, он предлагает выйти за него замуж, и воспитывать чужого ребенка.

– А что говорит отец ребенка?

– Он и предложил жениться. Против аборта.

– А теперь хорошенько подумай, Катюш. Выбор перед тобой. Либо всегда будешь бояться, что

правда для твоего ребенка вскроется, и он узнает, что мужчина, который его воспитывал, вовсе

не его отец. Или же, не разлучишь сына с отцом.

– Ты предлагаешь уйти с немцем? – образно говорю. Бабушка знает, о чем я.

– Я предлагаю сделать выбор. Раз немец хочет этого ребенка. Значит, у него есть чувства.

– Бабушка, какие чувства? Он выиграл моё тело, в бестолковом споре.

– Он выиграл тело, забрал невинность. Взамен подарил новую жизнь. Мне кажется, равноценный

обмен.

– Бабушка, ты как всегда загадками говоришь. А я скоро с ума сойду.

– В любом случае, я жду приглашение на свадьбу, кого бы, ты не выбрала. И ещё, мне сон

снился дурной. Ещё раз узнаю, что хочешь навредить моему правнуку, собственноручно задушу.

Поняла?

– Это мальчик? – отчего-то только это успеваю уловить.

– Мальчик, – радостно сообщает, и кладет трубку.

Я закрываюсь в ванной, и, встав под горячие струи воды, плачу навзрыд. Руки так и

опускаются, к ещё плоскому животу, и я отчего-то его глажу. Нежно и с какой-то одержимостью.

Я знаю, Саше сейчас больно. Так сильно, что он готов растить чужого ребенка. Неужели слепо

любит меня?

Сползаю по стене, и плачу. Горько. Чтобы не кричать от собственной никчемности приходиться

зубами впиться в кулак. Но слезы продолжают бежать. Не больно физически. Больно душе. Одна

ошибка... Одна. И сколько жизней я покалечила?!

– Прости малыш... Прошу, прости меня... Я не хотела так. Не хотела.

Выхожу из ванной. Сушу волосы и выравниваю их плойкой. Нет больше мивины, пусть не мечтает.

Макияж. Бельё. Платье. Шикарное такое... Пусть думают, что у меня всё хорошо.

°Катя° "Я приду. Жди меня"

Пора расставить все точки над "i". Игры закончились. Ради малыша. Неделю назад я его убить

хотела, а сегодня...

Посмотрев в зеркало, рассмеялась. Жутко аж стало. Истерический смех, который вырывается из

самого дна моей души. Такой Катерины они ещё не знали. Узнают. Обуваю туфли, и наконец-то

покидаю комнату.

Скоро должны гости приехать, поэтому чтобы не столкнуться с ними, накинув на плечи лёгкую

курочку, выхожу на задний двор. Саша должен ждать где-то здесь. Когда вижу его, замедляю

немного ход. Решимость тает на глазах.

– Это всё для тебя малыш, – повторяю я про себя. Я исправлюсь. Больше никогда я не подумаю

плохо. Клянусь. Мама сделает всё для тебя.

Даже, мама, для меня пока звучит дико. Я в роли мамы, себя не представляю. У меня, ещё

месяц назад, были совсем другие, как казалось, более грандиозные планы. Но жизнь,

перевернулась на сто восемьдесят градусов. Шансов вернуть всё назад, нет. Да и не было. Я,

глупо полагала, что та ночь осталась в прошлом. Что она не оставила следов, кроме как в моей

потрёпанной душе. Я думала, что если я буду делать вид, что Высотникова не существует, то

это сотрёт воспоминания. Но, увы...

– Я всё сделаю для тебя. Прости меня! Ладно? Я больше никогда не скажу, что ты мой груз, -

шепчу сыну, и глажу живот. Раз бабушка сказала, что мальчик. Значит так и будет. У неё дар

видеть такие вещи. Боже, она тогда уже все знала, лишь подготавливала меня.

– Живи сейчас. Цвети. Отпусти. Когда настанет час выбора, ты сделаешь все правильно, – вот

что напоследок, тогда, она мне сказала.

– Катюша, родная. Ты пришла?

Саша подбегает ко мне, а я убираю руки от живота. Ещё совсем плоского. Но это не означает,

что там ничего нет. Там жизнь. Там продолжения меня. Там целая вселенная. Новая.

– Я знал, что ты придешь. Машина за углом, поехали, пока никто не заметил. У меня всё

готово.

– Саша, постой. Я хотела о другом поговорить.

– Потом. Сейчас это не важно. Я люблю тебя, и сделаю самой счастливой. Этот малыш, будет

наш.

Он не даёт мне ничего сказать. Хватает за руку и тащит в сторону задней калитки. Я, туплю.

Честно. Неосознанно переставляю ноги. Хотя надо было остановиться и вырвать руку. Тогда бы,

всё закончилось по-другому.

– И далеко это вы собрались? – слышу за спиной этот голос. Ознобом пробирает от холода,

который излучает он сейчас. А ещё, мне вдруг, становится, очень страшно. Мы останавливаемся,

и я вырываю руку из ладошки Саши. Поворачиваюсь резко.

Но, что такое голос, когда я вижу его глаза. Там такая лють и ненависть.

– Эльдар, ты неправильно понял, – дрожащим голосом пытаюсь успокоить его я. – Мы лишь

хотели поговорить.

– А мне показалось, что вы убегаете, – начинает надвигаться он.

– Нет. Что ты...

– Да, хотели. Катя любит меня. И не выйдет за тебя замуж. Понял? Ребенок, это не повод

сковывать себя железом, если не хочешь.

– Не повод, говоришь?

Челюсть его сжимается. Я слышу, как скрипят его зубы. А ещё кулаки. Они готовы к бою.

– Нет – нет. Эльдар это не правда. Успокойся, прошу тебя, – молю я. Хотя понимаю, уже

поздно. Он принял решение. Его не остановить.

– Я тебя предупреждал, держаться подальше от моей невесты. Говорил, чтобы не смел

подходить. Но ты... – он поднимает руку вверх, и ладошкой наклоняет голову, то влево, то

вправо. Из-за чего, шея громко хрустит, – ты хотел её увести.

– Со мной она будет счастлива, – Саша даже не пытается сдаться. Он, что, не видит, в каком

состоянии буйвол?! Он его убьет просто. Убьет. Нет! Нет! Этого нельзя допустить. Не из-за

меня. Я и так много чего совершила. Я боль ему причиняла. Мне нет прощения. Но всё равно, я

не должна допустить, чтобы он пострадал.

Эльдар резко наносит удар. Я вижу, как лицо Саши поворачивается в сторону, и на белый снег,

падают первые капли крови. Почему первые? Потому что это не конец. Это только начало.

Лисицкий налетает на Высотникова, и начинается настоящая драка. Они бьют друг друга, со

всей силы.

– Не надо!!! Прошу!!! – кричу я, в истерике. – Нет!!! Эльдар, Саша, остановитесь. Умоляю.

Но мои слова рассекают воздух. Никто, кроме меня, их не слышит. Они заняты своей местью

друг другу. Такое чувство, что драться будут до смерти. До последней капли крови.

Эльдар сильнее Александра. Не зря, профессионально боксом занимается. Один его удар, и Саша

может умереть. Когда Александр падает на землю, Эльдар оказывается сверху него и наносит

удар прямо ему в лицо.

Я срываюсь с места и подбегаю к ним. Не знаю, о чем думаю, когда пытаюсь ухватить руку

Высотникова. Он сейчас максимально агрессивен, и случайно может задеть меня. Но это

единственный шанс, остановить его.

– Эльдар, прошу тебя, ради нашего ребенка, остановитесь! – он замирает ещё до того, как я

хватаю его руку. А когда мои пальцы замыкают кольцо вокруг его кисти, он ещё и взгляд на

меня переводит. Там, к сожалению, ничего не поменялось. Тот же мрак. Та же ненависть и

злость. – Нам надо идти, если ты не хочешь, чтобы помолвка прошла без нас.

Он не роняет ни слова. Но слушается меня. Поднимается на ноги и замирает рядом. Саша

принимает положение, сидя, и смотрит, мне прямо в глаза. Увы, Саш, мне так жаль. Наша

история подошла к концу, так, толком, и не начавшись. Я выбрала немца. Своего врага. Но всё

это, я делаю ради своего сына.

– Прости меня, – присаживаюсь возле него на корточки, – я не собиралась с тобой убегать.

Лишь хотела объясниться. Да, я беременна. Жаль, что ты узнал, это не от меня. Но, это ничего

не меняет. Я выхожу замуж за Эльдара. И между мной и тобой, больше ничего не может быть.

Пойми. Ты встретишь ещё девушку, которая будет заслуживать тебя. Я, к сожалению, тебя не

достойна. Прости, пожалуйста. Прости...

Слезы душат. Я еле нахожу в себе силы сказать эти слова. Ком в горле, такой огромный, что

воздух даже в лёгкие не может попасть из-за него. Но, что такое моя боль?! По сравнению, с

той, которую я вижу в глазах Александра. У него тоже в глазах слезы. Это куда хуже, чем,

если бы он оттолкнул меня или же обозвал самыми худшими словами. Я бы это выдержала. Но не

его слезы... Как? Как после этого, мне смотреть людям в глаза?!

– Кать, нам пора, – хватает грубо меня за руку Эльдар. Я подлетаю резко и врезаюсь в его

большую грудь. Клянусь, сейчас мне убить его хочется. Потому что он поступает эгоистично.

Наплевав на чувства Саши, он прижимает меня к себе. Слишком интимно и властно. Мне хочется

дать ему пощечину, чтобы не забывался. Но я обещала себе, что ради ребенка, я сделаю всё.

Раз уж, надо выйти замуж за этого немца, ладно. Пусть только не обольщается, это не

означает, что я буду ему настоящей женой.

Глава 24. Катя

Глава 24. Катя

В таком цирке я ещё не участвовала. Хотя какой цирк? В цирке клоуны смеются. В моем же, все

перепуганные, сдержанные, собранные.

Мы в каком-то квесте, где никто не знает правил, но все пытаются дойти до финиша

победителями.

Что ж, я к финишу не стремлюсь, но меня усердно туда тянет Высотников.

После того как Саша вскакивает на ноги и убегает, я ещё стою неподвижно несколько минут.

Эльдар сильно к себе прижимает. Не знаю, что хочет показать этими объятьями... Мне, если

честно, тупо насрать. Я потом буду думать о своём поступке. Потом буду плакать. Сейчас же,

мне надо собрать оставшиеся силы до конца, и сыграть.

– Покажешь, где ванна? – просит Эльдар, как только мы входим в дом. Оказывается, тут вовсю

уже все готовятся. Родители жениха... Блядь, жениха, я хуею, с этого цирка.

Успокойся Кать! Дыши. Не нервничай, тебе вредно.

Ладно, продолжим, повествование этого балагана.

Родители Эльдара и мои, о чем-то активно переговариваются. Прислуга накрывает огромный

стол, раскладывает приборы, посуды.

– Всё должно быть на высшем уровне!

Эту фразу я слышала от отца раз двадцать, за последние несколько дней.

– Как на высшем уровне, пап? – хотелось, спросить, – Если мы в аду. Мы можем только на дне,

– улыбаюсь собственной шутке. Весело, капец.

– Иди за мной, – безэмоционально говорю. Чувствую, что следует за мной, пусть и не

оборачиваюсь. Дыхание его выровнялось, значит успокоился. – Вот, – показываю на дверь.

– Ты мне не поможешь? – прежде чем войти, спрашивает, – С этим, – кровь на рубашке

показывает.

– Ещё чего, – ответив, удаляюсь в свою комнату, чтобы хоть на десять минут перевести

дыхание.

Вот только покой, мне может, только сниться. Ведь буквально, через пять минут, в комнату

входит Эльдар.

– Тебя стучать не учили? – гневно спрашиваю, и принимаю позу сидя. До этого развалилась на

кровати и смотрела в одну точку на потолке.

– Я думал, в комнату своей невесты, имею право, входить без спроса.

– Больше не думай. У тебя плохо с этим. В дальнейшем, предупреждаю, я не разрешаю входить в

мою комнату без разрешения.

– Ладно. Только в дальнейшем, у нас будет общая спальня. Поэтому будет проще.

Он спокойно разговаривает, при этом осматривает мою комнату. Останавливается возле

фоторамки, где наше с Сашей фото. Черт, я забыла её убрать. После того как она разбилась, я

по возвращению, купила новую рамку. И поставила фото, на то же место.

– Это тут лишнее, убери, – хладнокровно говорит, и протягивает мне фоторамку.

– Я сама решаю, что лишнее, а что нет, – грубо отвечаю, но фото забираю. От греха подальше.

– Послушай, – он резко ко мне поворачивается и надвигается. А я уже жалею, что встала на

ноги. Лучше бы сидела. – С сегодняшнего дня, ты моя невеста. А через месяц жена. Я не

позволю, чтобы за моей спиной шептались.

– Могу помочь тебе с этим. Не женись. Одумайся, Высотников. Мы можем это всё остановить.

– И что? Ты сразу же на аборт побежишь?

– Нет. Об этом не волнуйся. Это мой ребенок, об аборте речь идти больше не может. Я сильно

вспылила тогда. Подобное, не повторится.

– Наш, – на всю мою браваду, всего одно слово, отвечает он.

– Что "наш"?

– Ребенок наш.

– Да. Но мы не обязаны женится. Ты будешь видеть его, когда хочешь, я не буду против этого.

Ты его отец, и с этим не поспоришь.

– Нет! – строго говорит! – Точнее да, я буду видеть его, когда хочу. Потому что когда я

буду возвращаться домой, он будет ждать меня дома.

– Что ж, тогда ты должен понимать, что у нас будет фиктивный брак. Я не собираюсь с тобой

больше спать! – на эмоциях кричу, и смотрю ему прямо в глаза.

Он же, ничего не отвечает. Чем ещё сильнее выбешивает. А потом резко, своей лапой меня

хватает и к себе прижимает. Я влетаю в его огромную грудь, и все так же смотрю в глаза.

Буйвол, тяжело дышит и смотрит на мои губы. За секунду до поцелуя, понимаю, что он хочет

сделать.

– Не смей, – чуть ли, не задыхаясь, возмущаюсь.

– Это мы ещё присмотрим, – не понятно на что именно отвечает, и впивается в мои губы.

Я сопротивляюсь, и бью его по груди. Зубы мои сжаты сильно. Но он всё равно пытается

пробить оборону. А я не сдаюсь, лупашу, что есть силы. Выходит плачевно, но мне кажется, что

хоть какой-то урон, я могу ему нанести.

– Молодёжь, вас все уже заждались, – мама входит в комнату, а увидев картину, резко

извиняться начинает. – Ой, извините... Не думала...

Эльдар отрывается от моих губ, и наконец-то отступает на шаг. Ох, как мне хочется зарядить

ему по морде, силой стереть довольную ухмылку. Я ему устрою рай в шалаше. У него будет

гореть и хата, и сарай. Всем к чертям снесу!

Следующие два часа жизни, я продолжаю наблюдать, всё тот же цирк, о котором, я ранее начала

говорить.

Вокруг нас крутятся родители. О каких-то там обычаях рассказывает отец. Инна Анатольевна и

Давид Дмитриевич, привезли каравай. Если во время выпекания каравай лопнул, пригорел или же,

оказался сырым, жизнь у молодоженов не сложится. И скорее всего, пара разойдется. Что ж,

наверное, они долго выбирали наш каравай, потому что он идеальный.

– Дорогие наши дети! Этот каравай – символ достатка, соль – предупреждение, что не всегда

жизнь бывает гладкой и сладкой, но чтобы Вы преодолели препятствия, которые преподнесет вам

жизнь, угоститесь караваем, наберитесь силы у этого неповторимого дня и достойно, красиво

проживите вашу жизнь крепкой семьей! – говорит отец Эльдара, и вручает мне каравай.

По традиции, я должна нарезать его, и раздать гостям, это знак, что я принимаю сватовство

их сына и свадьбе быть.

Я же стою, как истукан с ним, и смотрю в окно. А может ну его? Рвану сейчас, куда ноги

глядят, и поминайте лихом.

– Когда настанет час выбора, ты сделаешь все правильно, – снова в голове слова бабушки

звучат. Не думаю, что она побег назвала правильным выбором.

Поэтому взяв нож, я разрезаю каравай и раздаю родителям. Затем их сватам, и в последнюю

очередь даю Эльдару. Не будь тут так много свидетелей, я бы ему фак показала, а не каравай

дала.

Потом наши руки связывают полотенцем (*укр. рушник). Этот обычай, указывает на то, что в

день сватовства, молодых повязывают на дальнейшую жизнь. После мы перевязываем руки, всем

сватам.

Ой, ну цирк, я же говорю.

Последний шаг, это подарок жениха – невесте. Мой благоверный, будущий муж, становится на

одно колено и достает чудо красную коробочку. Внутри кольцо, с внушительным камнем.

В гостиной наступает тишина. Такое чувство, что все не дышат даже.

– Катя, ты станешь моей женой? – один вопрос. Один выстрел. Два трупа.

Глупо, конечно, после того, как уже засватали, задавать этот вопрос. Словно у меня есть

выбор.

– Выбор есть всегда, – снова умные советы бабушки звучат в голове.

Вот только свой выбор, я сделала ещё до встречи с Сашей. Я тогда приняла решение, и нечего

давать заднюю.

– Не будь трусихой Люлькина, прорвешься! И не таких ломала!

– Не, таких ты не ломала ещё. Это он тебя сломал! – напоминает мне подсознание.

– Что ж, пора давать сдачи. Готовься Высотников!

– Стану, – натягиваю улыбку и протягиваю ему руку. Он надевает мне кольцо, и поднимается на

ноги.

Ладно, бой я проиграла, но войну собираюсь выиграть!

Глава 25. Катя

Глава 25. Катя

Мне дали слишком мало времени подготовиться к данной роли. Я ещё не отошла от своей

беременности, как подруга сообщает о своей.

У Каролины свадьба через две недели, и мы полным ходом готовимся. Вроде это помогает

отвлечься, но с другой стороны... Места, где мы бываем, мне противны. Мне противно смотреть

на свадебные наряды. Клянусь, ощущаю себя в дурдоме. Хотя, нет. В клетке. Меня заперли,

вручили список дел, и сроки их выполнения. И вот она, свобода. Совсем рядом. Рукой к ней

можно дотянуться. Но я не достаю. Слишком узкие решетки. Слишком жестокие люди вокруг

клетки. Они ни бьют, ни ругают, просто говорят, что я должна делать. И я даже противится, не

могу. Как послушная собачонка выполняю указания.

– Кать, ну хватит! У тебя выражение лица, как будто ты на похоронах, – сердится подруга. -

Это я выхожу вообще-то замуж.

– Выходишь? Ну и выходи. Я что, против?! Меня просто не трогайте, ладно?

– Блин, ты вообще за меня не радуешься. Это обижает меня.

– Каролина. Прошу, хоть ты не начинай, – поднимаю руки вверх, и сдавливаю виски пальцами.

Голова трещит. Сердце кровоточит. Мне выть от боли хочется. А они ещё и давят. Безжалостные

существа. – Я рада за тебя. Ты даже не представляешь как сильно. Но мне больно... Как

объяснить тебе, а? Такое чувство, что я медленно подыхаю. Воздухом давлюсь. Мама и папа к

свадьбе полным ходом готовятся. Об обычаях что-то там мне рассказывают. А я... Словно не с

ними сижу. Где-то в другом месте. Подальше от этого болота.

– Милая, – она садится рядом, и за плечи обнимает. Я же даю волю слезам. Меня так коробит

от смешанных чувств, что я вулкан себе напоминаю. Ещё немного и взорвусь. – Чем быстрее ты

смиришься с этим, тем быстрее отпустит боль.

– Никогда не смирюсь.

– Как так? У вас через месяц свадьба. Меньше даже.

– А вот так. У нас будет фиктивный брак. Я не собираюсь с ним делить постель. Пусть

ублажняется где хочет. Через год разведусь. Пусть родители радуются, а я, сама имею право

выбора. И пусть сейчас они мне его не дают. Но потом...

– Ляля, не начинай войну, а иначе проиграешь.

– Я? Ни за что. Высотников хорошо умеет притворяться. Такой заботливый. Но это пока мне

кольцо на палец не наденут. А потом, покажет себя настоящего. Лицемер, подонок,

бесчувственный чурбан.

– Но ты же его любишь?

– Что? – на ноги вскакиваю. – Ты Каро с беременностью, кукухой немного поехала? Какая

любовь? Я его ненавижу. Он мне жизнь покалечил.

– Что ж, раз ненавидишь, значит, будет легко воевать, – поднимается на ноги и идёт к

зеркалу. В белом платье кружится. – Тогда давай, выбирай платье. Раз тебе плевать на него,

то и больно не будет. Год, это не так много. Всё внимание ребенку дашь. И дерзай, разводись,

– уж слишком спокойно говорит. Даже я удивляюсь, изменениям её решения.

– Так и будет. Вот возьму, и выберу, – иду к вешалкам и пальцами перебираю мягкую ткань.

Какое же я платье хочу?! Пышное? Нет. Короткое? Нет. Вот оно. Стоит мне его увидеть, я сразу

понимаю, что это именно то платье, которое хочу. Уф, у кого-то челюсть отвиснет, когда

увидит меня.

– Только помни подруга, пока ты будешь дома, твой муж, будет ходить и налево, и направо, в

поисках удовлетворения. Раз жена ласки давать не будет.

– Пусть ходит. Мне-то что с этого? Уж как-то год переживу, – захожу в примерку, и начинаю

снимать с себя одежду.

– Ага. Посмотрим. Ты забываешь одну маленькую деталь, – кричит она мне.

– Какую? – надеваю платье. Поправляю волосы и... Любуюсь. Боже, это оно. Потрясающее.

– То, что ты ужасная собственница.

– Он не мой, – выхожу из примерочной, – девушка, а можно мне туфли, под это платье

подобрать.

– Да, конечно. Секундочку, – скрывается из виду продавец. Я же этим временем к подруге

подхожу.

Мы разные. Всегда такими были. Дополняли друг друга. И сейчас, вот обе невесты, а образ

свой видим по-своему. У Каролины пышное платье, фата в три слоя. На груди небольшой вырез.

Рукава длинные. И я... На груди огромное декольте. Ткань полупрозрачная. Вырез аж до бедра.

И рукава с разрезами. Вот вам и невеста.

Каролина достает телефон, и мы делаем снимки в огромном зеркале. Позируем так, словно уже

на свадьбе.

– Пока не твой. Но когда кольцо на палец наденет, посмотрим, как ты запоешь, – не унимается

подруга.

– Ну, вот и посмотрим. И вообще, ты, на чьей стороне? Тоже мне защитница, – недовольно

бурчу себе под нос, и возвращаюсь в примерочную.

– Конечно же, на твоей, – кричит подруга.

И почему у меня такое чувство, что врёт. Все, мне кажется, поддерживают Его. Герой блин.

Решил жениться по залету. Лучше б презерватив научился надевать. Ненавижу!

Эмоции внутри до такой степени бушуют, что выть хочется. Сказать, что внутри буря, это

ничего не сказать. Мне крушить хочется, убивать. Последнее, я, конечно же, не в прямом

смысле. Но еб ту май, должна признать, дали бы мне прут я бы избила Высотникова. За то, что

Сашу ударил. За то, что не согласился на аборт. Ладно, тут я с ним согласна. Во время меня

остановили. Но думаю, с этим бы и родители справились. Ведь мне всего-то, надо было немножко

времени, чтобы свыкнуться с этим известием.

– Плётку, – шепчет подсознание.

– Что плётку? – сама себя уже не понимаю. Клянусь.

– Плётку, вместо прута тебе в руки, и... Согласились, что изменив инструмент, сразу другие

игры начинаются.

Не, ну если я сама с собой спорю, то, что же говорить о других. Конечно же, они все во всём

виноваты. И лучше им, меня не трогать. Я петарда, на которой уже говорит фитиль. Бах, и

никто не останется целым.

Но ведь у судьбы, моих друзей, родных, и в частности Высотникова, особое чувство юмора. Всё

началось с банальной договоренности, которую никто не сдержал.

Лучший друг Эльдара – Стас. Лучшая моя подруга – Каролина. У кого скоро свадьба? Правильно.

У Каролины и Стаса. Кто должен быть свидетелями? Мы. Но... Я попросила Стаса, взять Макса

дружком. Так было бы лучше. Может не правильно, и уж сильно нагло с моей стороны просить об

этом. Но это же я, я не обхожу стороной преграды. Пру на пролом. Вот и попросила Каролину,

чтобы она поговорила со Стасом, а он в свою очередь с Эльдаром. Ненавязчиво и спокойно.

Чтобы тот придурок отказался от предложения быть свидетелем. Это же просто. Сам говорил, что

не любит такие мероприятия, и излишнее внимание к себе на них.

Я ему вручила золотой билет. И всё, что ему надо было, это взять его. Но он... Отказался.

Сказал, если я не хочу быть рядом с ним в качестве свидетеля, то могу сама отказаться.

– Вух, он мне такое предложил?! Вообще страх потерял? – если вы никогда не видели, как у

человека из ушей идёт пар, добро пожаловать. Екатерина Люлькина дымится.

– Катюш, солнышко, я ничего не смогла сделать. Стас, как и обещал, поговорил с ним. Но тот,

даже слушать не захотел. Сказал, что будет дружком и все!

– Ладно! Ладно! Я спокойна. Спо-кой-на! Дышим! Дышим!

И так, что мы имеем. Мой жених, вообще попутал рамсы, и в открытую противостоит мне. Ладно,

перегнула. Согласна. В открытую отбивает мои удары. Единственное ляля, что ты умела всю

жизнь, так это выбирать себе достойного соперника. Так что в спутники по жизни, ты выбрала

не любимого, а именно соперника. Люди: встречаются, влюбляются, женится. Мы: сталкиваемся,

трахаемся, воюем. Ну, типа мы индивидуумы. Хорошо же быть не такими как все?! Только что тут

хорошего?

У меня не было конкретного плана мести. Да и как я буду воевать, в самый важный день в

жизни, моей подруги. Увы, наша война без кровопролития невозможна. А в такой светлый и

счастливый день, проливать кровь нельзя.

Так что мой план, это обычный игнор. Это максимум, что я могу сделать. Не думаю, что он

особо расстроится, но это не то, чтобы план, это минимизация растрат моих нервов. Береженого

Бог бережет.

Но, и я же не настолько цветочек аленький, чтобы какие-то выкидоны и не сделать. Первое,

это платье дружки. Каролина помогала мне выбирать. Точнее цвет от неё. Платье от меня. И

так, на мне, розовое платье в пол. Было бы лето, я бы надела короткое платье, которое только

ягодицы мои прикрывает. Но, увы, не погода. Но с другой стороны, в ресторане и на церемонии

будет лето. Так что вязаный мешок, можно не одевать.

А так, у меня довольно-таки красивое платье, не вульгарное вовсе. Но... Оно настолько

сильно меня облегает, подчёркивая все мои идеальные формы. И особенно грудь, которая

увеличилась, как минимум на один размер.

– Вай-вай, я сама себя хочу, – говорю своему отражению в зеркале, а потом во весь голос

смеюсь. Сначала искренне, потом с горечью. – Только ты себя и желаешь Люлькина. Всё,

претенденты закончились. Одному ты сердце разбила, и он уехал в Одессу. Второму ты и нахрен

не нужна. У него подстилок уйма. Куда член приткнуть найдет. Как с тобой. Ты думаешь, ты

одна такая, которую он привел в свою квартиру, и вот так вот, бесцеремонно трахнул? Да ты не

десятая, и не сотая. Разве что тысячная.

По щеке сбегает одинокая слеза. Обидно, что я по глупости отдалась ему. Просто позволила

телу чувствовать. А надо было, разум включить. Отстоять себя. Он бы не взял силой. Слишком

гордый мачо попался. Но тогда, это было мне на руку. А я... Сфальшивила.

Позволила глупой похоти затмить все предостережения! Все подсказки мозга. Я все пропустила

в ту ночь. Кроме одного...

Одного маленького сперматозоида, который рванул в меня со всей скорости, и укоренился, там,

где ему понравилось. В моей матке. Да, сынок?!

Вытираю слезы, поправляю прическу, одергиваю платье, и выхожу из комнаты. Иду по коридору

родительского дома, и знаю, что там, внизу, меня ждёт он. За невестой приехал. Что ж, удар

нужно нести достойно. Давай Люлькина, ты сможешь!