Текст книги "Плохая девчонка и Зеркало Мира (СИ)"

Автор книги: Тата Сван

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Глава четвертая. Безумный алхимик и другие сумасшедшие

Глава четвертая. Безумный алхимик и другие сумасшедшие

Если бы Лика могла предположить, что за ночка ей предстоит, она бы наверняка пропустила сегодняшнее посещение спальни и заменила бы его чем-нибудь более одухотворенным. Например, чисткой унитаза с помощью зубной щетки. Знакомый по Питеру парень, не сумевший отвертеться от службы в армии, рассказывал, что подобная процедура значительно повышает самооценку. А именно в этом Лика сейчас остро нуждалась. А как прикажете чувствовать себя, если вам всю ночь, в собственном сне, странные типы будут внушать мысль о вашей несостоятельности и непроходимой тупости.

А все так хорошо начиналось. Дремотные мысли, на фоне которых «Портрет Императора в стиле Ню» переходил в изображение любимой родственницы, потихоньку развеялись. И на смену им пришел глубокий сон, перенесший в совершенно очаровательное фантастическое место. Именно так она представляла себе алхимическую лабораторию. Небольшое тускло освещенное помещение в искусственно созданной гномами пещере, или в подземелье заброшенного замка, рядом с пыточными застенками и камерами узников, приговоренных к пожизненным срокам.

– Мрачно, сыро, душно и пафосно,– заключила Лика во сне. – К тому же, с потолка что-то капает.

Окружающую обстановку заметно оживлял огромный стол в центре комнаты, вырубленный из монолитной каменной глыбы. Он, как и положено, был уставлен многочисленными приборами и инструментами. Толстенные фолианты и манускрипты, создавали достойный фон скалящемуся черепу. Череп был как новенький, сиял белой костью и усмехался полным комплектом зубов . Среди всего разнообразия предметов на столе Лика узнала только реторту и ступку с пестиком. Все остальное выходило за рамки ее понимания.

В углу она увидела самую настоящую конторку. Подобную тем, что присутствуют в музейных экспозициях, посвященных творчеству писателей Пушкинской поры. Или на старинных литографиях. Когда-то санитарные нормы учили тому, что самая полезная поза при работе – это поза вертикальная. Вот предки и сочетали умственный труд с физическими нагрузками, творили, стоя за конторками, и никто не жаловался на искривленный позвоночник.

Вот именно за такой конторкой, с многочисленными ящичками сбоку, и стояло странное существо, остервенело черкая гусиным пером по листу пергамента. Используя определение «Странное существо», Лика никого не хотела обидеть. Просто вот так с маху, да еще во сне, не смогла найти подходящее определение.

Не вызывало сомнения, что ее варяг является существом разумным. Об этом однозначно свидетельствовало то, с какой яростью он в клочья порвал лист пергамента, на котором до этого старательно выводил непонятные закорючки. Опять же: две руки, две ноги и одна голова позволяли причислить его к числу гуманоидов. А вот дальнейшая идентификация привела девушку в замешательство. Лика начала перебирать у себя в голове все возможные варианты известные ей лично и вычитанные в книгах.

Однозначно – не человек, пусть даже карлик или мутант. Не гоблин, не гном. Может быть, лепрекон? Тогда где шляпа и туфли с золотой пряжкой? Обуви на ногах у существа не было вообще, за исключением легкомысленных носков в полоску, украшенных мордочками панды. Это при том, что одет хозяин подземелья был в представительный сюртук с жилеткой и полосатые брюки дудочки.

– Ох, так он же – вылитый Добби, – внезапно сообразила Лика. – тот самый, из Гарри Поттера

Лика уже было хотела его окликнуть, как внезапно собразила:

–А разве Добби существует на самом деле? Это же – литературный герой.

Но тут же успокоила себя тем, что она спит. А во сне такие мелочи как «бывает – не бывает» не имеют решительно никакого значения.

– Буду называть его Добби-То или просто Валерой, – решила она.

Добби-2 раздраженно порвав очередной исписанный листок в клочья, растерянно огляделся по сторонам. И вдруг увидел Лику. Трудно передать словами всю ту гамму восхищения, восторга и радости, которая отразилась у него на лице при виде девушки. Вслед за клочками пергамента полетели и само перо вместе с чернильницей непроливайкой. Даже конторка, стоящая преградой между Ликой и Добби, была небрежно отброшена в сторону, не смотря на свою явную массивность.

Валера с распростертыми объятиями бросился к Лике, непрерывно шевеля губами.

– Кажется, у меня тут во сне, звук забыли включить, – предположила девушка. И сделала шаг в сторону, уклоняясь от обнимашек.

– Восхищаться можно, а руками трогать не надо, – на всякий случай предупредила она, своевременно отшатнувшись от Добби. Тот летел к ней, размахивая руками со скоростью вертолетного винта, мог и сбить ненароком. – Вон как с конторкой расправился.

Впрочем, вскоре стало ясно, что ни о каком физическом контакте не могло быть и речи, поскольку Лика присутствовала в лаборатории в виде бесплотного духа.

–Ах какая жалость, – огорчилась девушка: ей приглянулся череп. А парочка очаровательных безделушек к нему в придачу вполне могли украсить стол руководителя детективного агентства.

Она была уверена, что хозяин, не стал бы мелочиться и поделился бы с девушкой совершенно не нужными вещами.

Добби-2, тем временем, пытался что-то рассказать. Сообразив, что девушка его не слышит, Второй перешел на язык глухонемых. Он отчаянно жестикулировал руками, пытаясь что-то объяснить. Девушка внимательно осмотрелась, пристально вглядываясь в каждый угол. Не обнаружив ни взрывчатого устройства, ни подозрительных баллонов с газом, Лика укоризненно покачала головой:

– Тебе бы дружок в Корову поиграть, потренироваться. Вот бы и научился внятно изображать жестами свои мысли. А так, полная ерунда получается.

С точки зрения Лики, все эти гримасы и дерганые движения руками были совершенно бессмысленными. А для себя сделала вывод: надо научиться читать по губам. Вот, как бы сейчас помогло, да, наверняка, и в будущем пригодится.

А Восторженное выражение лица Второго начало меняться, как погода в марте.

На смену недоумению пришло возмущение – он сообразил, что достучаться до чужого сознания не получается. Любитель полосатых носков схватился за голову от безысходности и стал раскачиваться всем телом, демонстрируя тоску и отчаяние, не хватало только слез.

Но, видимо, решив, что в его действиям не хватает экспрессии быстро сменил образ убитого горем существа и превратился в грозного обличителя. Для чего начал крутить пальцем у виска, и тыкать пальцем в сторону Лики, притоптывая и подпрыгивая.

Потом снова сменил линию поведения, бросился к ближайшей стене и принялся стучать по ней головой.

– Сам дурак, – незлобиво проворчала Лика, обидевшись на намеки в свою сторону.

– Ишь, какой активный выискался. Такие нам нужны, – она с любопытством наблюдала, как Добби, названный Валерой, бросился собирать разбросанные по полу письменные принадлежности.

Найдя сравнительно большой кусок пергамента, он прямо на полу начал выводить пером вполне различимые слова, которые Лика тут же читала, выглядывая из-за спины. Начало ей однозначно не понравилось:

Коза, курица, болванка, – сообщал в своем письме Добби. – Тебе нужно подойти к портрету Императора и …

– Это кто коза? – рассердилась девушка

– Мисс Лика, – ответили ей почему-то голосом Рона.

– Неужели и Рон заодно с этим недоразумением! – Возмутилась она.

– Мисс Лика, – голос Рона звучал настойчивее и громче, раздаваясь из-за двери спальни, – К вам клиент. Требует немедленной аудиенции. Прикажете выставить за дверь?

Лике безумно хотелось понять, чего же от нее добивался Добби, но поняла, что момент безвозвратно упущен, и в сон не вернуться. Надо вставать. Кроме того, обидно было бы упустить своего первого потенциального клиента.

– Рон, – Лика выглянула в приоткрытую дверь, – скажи, пусть подождет, я сейчас буду. И пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, сделай кофе.

– Конечно, мисс Лика, – улыбнулся Рон, – можно было бы и без пожалуйста, я все равно охотно сварил бы вам кофе. – сообщил он, собираясь уходить.

– Погоди. – остановила его девушка.

– Да? Мисс Лика

– Вот, я как раз об этом

– О чем? – удивился Рон

– Буду тебе признательна,– задушевно начала девушка, – если ты перестанешь называть меня мисс Лика

– А как же мне вас называть? Вы ж – мой босс, – еще сильнее удивился парень.

– О! Так и называй

– Босс?

– Да. А что, мне нравится. А то от этой «мисс» нафталином несет. Ну какая из меня Агата Кристи? В самом деле.

– Как скажете, босс, – вытянулся по струнке парень

– А в нерабочее время зови меня просто Лика, мы же друзья, – девушка сладко зевнула, и они вместе рассмеялись.

– Ладно, босс, побежал кофе варить.

После этих слов Лика вскочила с постели и установила личный рекорд по скорости выполнения утренних процедур. Она спустилась вниз и теперь озадаченно рассматривала гостя.

Где-то она этого типа уже видела.

Посетитель, нервно мерил шагами комнату, которую хозяйственный Рон отвел для приемного кабинета.

– Знакомое пальто. В клеточку. Где же я его видела? Но обнаружив, головной убор гостя – прекрасный черный цилиндр украшал пустой стол в углу, вспомнила. – Ах, да. Не далее, как вчера, на выставке живописи.

– Вау! у меня уже и стол есть, – восхитилась она, подходя поближе – Почти такой, как у Шефа в Окружном Департаменте Полиции.

Стол, действительно, был хорош и непроизвольно притягивал взгляд к себе. Огромный, явно старинный, украшенный разнообразными резными финтифлюшками и золочением. Столешница выполнена из дерева, напоминающего карельскую березу. И стоит, наверное, баснословно дорого.

– Представительный аксессуар получился, но еще много, чего не хватает, – Лика огорченно вспомнила про череп из своего сна. – Ничего, повесим карту города, утыкаем разноцветными флажками и все клиенты – наши, – воодушевилась девушка.

– Все-таки, Рон – волшебник. Недаром мне постоянно кажется, что с ним что-то не так. Мало того, что он за ночь, пока я спала, очистил и привел в порядок огромную комнату. Так он её даже мебелью обставил!

Самое интересное, что Лика уже видела этот стол в горе хлама на чердаке, инспектируя особняк. Как раз на него она обратила внимание, прикидывая, чего ей будет стоить, чтобы отправить этого монстра на ближайшую свалку. Особенно учитывая тот факт, что ни в одну дверь стол не пройдет, и для вывоза придется разбирать крышу.

К столу было придвинуто массивное кресло из того же антикварного комплекта. Наверняка, для босса-Лики . Похоже, посетителям предлагается излагать свои просьбы и поручения стоя напротив по стойке смирно.

– Это конечно дисциплинирует пациента и заставляет относиться к детективу с должным почтением, но вдруг клиент сгоряча решит выписать чек авансом, – размечталась Лика, которую в последнее время беспокоил вопрос отсутствия денежных средств , – стоя писать неудобно. Как бы в пролете не оказаться.

Впрочем для ВИП клиентов, Рон предусмотрел в углу комнаты этакий уютный уголок, предназначенный для задушевных бесед. Он состоял из невысокого столика и двух мягких кресел по бокам, напротив друг друга. Именно этот столик в это самое время сервировал Рон, расставляя кофейник, чашки и даже корзинку с печеньем. Лика непроизвольно сглотнула слюну, наполнившую рот при виде такого изобилия.

Внезапно в голову Лики пришла очередная дурацкая мысль, совершенно не связанная ни с типом в клетчатом пальто, который, судя по багровому цвету физиономии, окончательно терял терпение, ни с манипуляциями, осуществляемыми Роном.

– А собственно почему это в особняке царит такой хаос. Мебель, одежда, посуда, буквально все, свалено скопом в различные горы хлама. Само по себе, за три года, пока особняк стоял без хозяина, такого произойти не могло. Неужели Дэн Браун в последние годы жизни в столице предавался в своем жилище разгульным оргиям и ритуальным жертвоприношениям. На оборотня это совершенно не похоже. Впрочем, после недолгого размышления, Лика решила пункт с разгульными оргиями оставить в списке. И тем не менее, никакие оргии не могли привести к подобному результату. Нет, превратить особняк в бордель, это запросто, но не в свалку же. И тетя Джейн ничего по этому поводу не говорила. Опять загадка. Занести ее, что ли, в список для дальнейшего оттачивания своих дедуктивных навыков. Вместе с загадкой Рона и отсутствием котов.

Немного подумав, Лика решила отказаться от этой мысли и тут же установила для себя лимит: не больше одной новой загадки на бесплатной основе в неделю. Она и так недельную квоту за счет котов перебрала.

В то время, пока Лика размышляла по поводу вещей, совершенно далеких от проблем своего первого клиента, тип в клетчатом пальто, в свою очередь, ломал себе голову с не меньшей интенсивностью. Ему срочно надо было решить проблему: Каким образом быстро и эффективно обмишулить эту рыжеволосую малолетку.

Сейчас, глядя на свою визави, задача, стоящая перед ним уже не казалась ему такой трудной, как представлялось всего пару часов назад, когда за неприлично большие деньги, ему, барону Отто Фон Клауленду, удалось получить досье на свою потенциальную жертву. Правда досье грешило огромными дырами, в частности не сообщалось, откуда объект взялся и кто стоит за его спиной.

Скупые строчки сообщали, что объект является внеклановым оборотнем и Тайными Знаниями не владеет. Три года учебы в магической Академии по специальности Сыскное дело и неделя работы в Окружном Департаменте Полиции. Какая-то мутная история, завершившаяся получением награды из рук самого Императора. Правда, награда столь незначительна, что может расцениваться разве что в качестве насмешки. А уж создание собственного детективного агентства вообще ни в какие ворота не лезет.

Все эти сведения барон «перелистывал» у себя в голове, раздраженно вышагивая по комнате и с нетерпением ожидая встречи с хозяйкой детективного агентства. С таким досье, объект мог оказаться как прожжены матерым убийцей, так и девочкой, божьим одуванчиком. При виде Лики барон моментально успокоился. Кажется ему повезло, и речь идет о варианте с одуванчиком.

Отто Фон Клауленд настолько расслабился, что впервые за последнюю неделю воспоминания о свояке не вызвали у него чувство иррациональной злобы. А ведь именно благодаря протекции двоюродного брата своей жены он получил это задание. С одной стороны, удачное выполнение поручения Департамента Внутренней Безопасности республики Сэт, могло придать третьеразрядному служащему из Отдела по надзору за Восторженным образом мыслей колоссальный пинок в карьерном росте. С другой стороны, Отдел был сугубо гражданской организацией и его сотрудники, в том числе и барон Отто Фон Клауленд не обладал соответствующими навыками необходимыми для выполнения секретной миссии на территории вражеского государства, к которому относилась Империя Терра. Отдел в первую очередь следил за местными органами прессы, на предмет правильного освещения событий. А при необходимости проводил разъяснительную работу с зарвавшимися писаками. Именно на этом поприще и подвизался барон. Слабые способности к ментальной магии позволяли ему худо – бедно справляться со своей работой.

Именно дар барона к Магии разума и позволил свояку рекомендовать своему начальству кандидатуру Отто для выполнения ответственного задания.

Барон был бы и рад отказаться от такой чести, но предложениям со стороны Департамента Внутренней Безопасности не принято отказывать. Ибо чревато. Резоны свояка были для барона открытой книгой. Справится Отто Фон Клауленд с заданием, и свояк в шоколаде. Как же, такого исполнителя подогнал. Провалит барон задание и того лучше. Кузина наконец то станет свободной, притом никаких затрат на бракоразводный процесс. Да еще и пенсию можно будет оформить , как вдове героя, павшего....

Так что до последнего момента барон был свято уверен, что вся эта история с артефактом, чистой воды подстава.

Все могло сложиться совершенно по другому, знай барон заранее, что в Департамент Внутренней Безопасности информация об артефакте поступила по таким каналам, которые не позволяли к ней относится иначе как к «дезе».

Сообщение пришло в Департамент в виде открытки. По почте. Курьер, обеспечивающий внутри офисную раскладку, просто положил ее на стол соответствующему адресату. Молодой вампир не был в курсе, что один из старейших сотрудников Департамента, по прозвищу Патриарх, незадолго до того скончался. Коллеги по работе живо злословили, что Патриарх имел привычку женится на молоденьких человеческих женщинах. А потом быстро сводил их в могилу, то ли своим неуемным темпераментом, то ли тем, что регулярно повышал собственное либидо глотком крови из шейки очередной избранницы. От чего те быстро сходили в могилу. Только вот, с четвертой по счету женой, этот номер не прошел. Видно кровь оказалась неподходящей группы.

На самом деле, все эти россказни были гнусными инсинуациями, поскольку ни один уважающий себя вампир не станет пить кровь разумного. А ведь так иногда хочется!!! Поэтому, появление открытки на столе покойника, послужило для молодых вампиров, сотрудников Департамента, очередным поводом для оживленной дискуссии. Тем более, что ее содержание смахивало на бессмысленный горячительный бред, а изображение навевало эротические фантазии.

И если бы открытку случайно не увидел сотрудник старожил из Департамента, которого коллеги всеми силами старались последние десять лет спровадить на пенсию, то никто бы и не понял, что текст в открытке зашифрован. Неудивительно, поскольку этот шифр использовался последний раз еще в то время, когда старожил был еще стажером.

Результат расшифровки попал на стол начальнику Департамента. В сообщении говорилось, что на выставке продаже живописи, которая состоится в Столице Империи в ближайшее время, будет выставлен артефакт необычайной силы, замаскированный под портрет Императора. Отправитель просил того самого Патриарха, почившего в бозе, организовать приобретение этого артефакта, а затем совершить с выкупленным предметом заранее обговоренный ритуал. То, что старейший сотрудник одного из самых секретных учреждений республики Сэт выполнял частные заказы третьей стороны, не очень удивило начальство. Кто не без греха. А вот возможность выяснить, что это за артефакт и нельзя ли его использовать в личных целях, начальника Департамента чрезвычайно заинтересовало.

С другой стороны, все это: и письмо, и чем черт не шутит, преждевременная кончина Патриарха, могло оказаться происками конкурентов. Борьба между секретными службами в республике Сэт шла не на жизнь, а на смерть.

Короче, серьезно относиться к подобной информации – это ставить на кон репутацию Департамента. С другой стороны, и игнорировать подобное сообщение чревато.

Вот и было поручено найти лопуха, которого не жалко, для выполнения задания по изъятию артефакта с территории вражеского государства.

Обо всем этом барон Отто Фон Клауленд даже не подозревал.

Он даже в наличии самого артефакта сомневался. Да существуй подобной силы артефакт самом деле, бюджет в тысячу золотых, выделенный барону на операцию, никоим образом не позволил бы даже приблизится к вожделенному портрету. Такие вещи по самым скромным оценкам стоят сотни тысяч золотых и охраняются наравне с императорской короной. Так что Барон собирался немного покрутится в столице Терры, продемонстрировать усердие и настойчивость, а затем вернуться в родную Республику вампиров, вооружившись убедительным отчетом о проделанной работе и аргументами, оправдывающими провал задания.

Будучи вампиром, далеким от романтики плаща и кинжала, барон панически боялся собственного разоблачения и не без основания предполагал, что его липовые документы вряд ли выдержат мало-мальскую проверку со стороны компетентных органов. Итог подобной проверки мог быть только один – свобода прекрасной Брухильды, ныне жены, а в последствии вдовы барона. И ее же, Брухильды, последующее слияние со свояком в порыве.... Короче слияние.

Так что барон поставил перед собой задачу быть предельно осторожным и ни в коем случае не попадаться на глаза полиции.

Но когда стало понятно, что об истинной ценности артефакта в Империи никто не подозревает, барон просто растерялся, не понимая, как такое могло случиться.

А портрет-то оказывается и вправду существовал. Более того, на самом деле был выставлен на продажу и самое обидное, был продан какой-то случайной девице за сущие гроши. Барон потратил впятеро больше денег на то, чтобы узнать адрес этой счастливицы. А уж в какие деньги обошлось это скупое досье, подумать страшно.

И вот теперь барон чувствовал себя человеком, которому выпал флэш рояль при игре в покер. Он не на секунду не усомнился, что его опыт в промывания мозгов юным журналисткам сработает здесь на все сто процентов. Конечно, вампиры давно уже не питаются кровью разумных. Во всяком случае, об этом не принято упоминать в приличном обществе. Но любая молоденькая человеческая девица нутром чувствует особую вампирскую ауру и заранее предрасположена ко всему. А уж если эта аура еще и усилена ментальным воздействием... А уж у девиц оборотней, с их повышенной чувствительностью, вообще никаких шансов нет устоять перед бароном.

– Может быть даже удастся сэкономить и обойтись без дополнительных затрат, а портрет мне просто подарят, – размечтался Отто Фон Клауленд

– Надо только историю придумать поинтереснее, что нибудь этакое романтичное,– решил агент республики Сэт и, не слишком заботясь о достоверности своего рассказа, начал охмурять Лику

К этому времени Лика определила свое отношение к загадке захламленного особняка и занесла ее в очередь на перспективу, на следующую неделю. После чего пригласила типа в клетчатом к столику для ВИП персон и принялась разливать кофе. По-хорошему, надо было поинтересоваться у потенциального клиента, а хочет ли он вообще кофе, и как его зовут а, может быть, даже предложить ему снять это дурацкое пальто. Впрочем, последнее предложение могло оказаться неуместным, поскольку в поле зрения вешалки для одежды не наблюдалось. Но Лика решила пропустить все эти экивоки, так как любые ее разумные мысли заглушал аромат божественного кофе, приготовленный Роном.

– Как бы Шеф Окружного Департамента Полиции не пронюхал о таком умельце. Начнет к себе переманивать. А вот фиг ему, – твердо решила для себя девушка. – Ни за что не отдам. Самой мало.

В это время, барон, ободренный приветливым поведением Лики, бросился в решительную атаку.

Суть его рассказа сводилась к тому, что он, барон Отто Фон Клауленд, безумно влюблен в прекрасную леди Лауру. Молодая девушка готова ответить ему взаимностью. Но на пути объединения влюбленных сердец стоит злой отчим Лауры. И вот этот самый злодей поставил перед бароном задачу, вернуть в дом старинный семейный портрет, много лет назад, выкраденный из родового замка. Тот самый портрет, который Лика не далее как вчера приобрела на выставке продаже живописи. Барон очень просит и не сомневается, что такая чуткая и милая девушка, как Лика, поможет воссоединению любящих сердец и передаст портрет барону.

Увидев перед собой потрясенное лицо Лики, барон мысленно себя похвалил

– Это я здорово придумал насчет отчима злодея. А упоминание титулов и родового замка придает истории привкус аристократизма. Простушки на это всегда покупаются.

А Лику рассказ барона действительно потряс Она даже кофием поперхнулась. Такого бессовестного и наглого развода она не встречала с пятого класса. Тогда Петька, ее сосед по парте, попросил Лику уступить ему бутерброд с ветчиной, сделанный тетей Джейн. При этом объяснил, что с помощью этого столь аппетитного бутерброда будет добиваться расположения Дианы, первой красавицы класса. Лика бутерброд отдала. А потом на перемене случайно услышала, как парочка хихикала над ее доверчивостью, собираясь развести лохушку и завтра. На следующий день Петька снова поведал Лике ту же душещипательную историю про неразделенную любовь, украсив ее ноткой оптимизма, о том, что лед тронулся. И тут же получил вожделенное. Правда, и в этот день и до конца недели влюбленная парочка на уроках больше не появлялась. А Лика очень переживала. Ведь говорила же ей тетя: «Не больше одной таблетки». Хорошо, хоть, что в упаковке со слабительным осталось всего восемь пилюль.

– Ну, и что мне с ним делать?– раздумывала Лика разглядывая несуразную фигуру барон Отто Фон Клауленда. – Может быть, Рона за таблетками послать. Наконец, приняла решение.

– Рон, позвала Лика юношу

– Да, босс

– Ты утром предлагал выставить некого назойливого клиента за дверь

– Да, босс

– Выставляй. А если будет сопротивляться вызывай полицию. Похоже, наш посетитель – вампир и у него не все в порядке с документами.

Последнее предположение было чистым экспромтом, но оно привело к совершенно неожиданным последствиям. Барон Отто Фон Клауленд выскочил из-за стола и стремглав бросился к двери.

– И что это было, – недоуменно поинтересовалась Лика у Рона.

– А что нам делать с цилиндром, забытым на столе, – в свою очередь, спросил Рон у Лики.

– Станет вещественным доказательством, когда я буду рассказывать эту историю тете Джэйн. Без доказательств она в этот бред ни за что не поверит, – ответила Лика