355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сюсукэ Амаги » Стальной Региос. Том 1 » Текст книги (страница 2)
Стальной Региос. Том 1
  • Текст добавлен: 22 мая 2017, 00:00

Текст книги "Стальной Региос. Том 1"


Автор книги: Сюсукэ Амаги



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

– Как же так, он же был в форме общих наук, – заметила девушка с рыжими волосами. – Всех обманул.

На ней была такая же форма, как и на Лейфоне. На талии, как и у него, болталась пустая портупея.

– Мне вот форму общих наук не выдали. Ну-ка рассказывай, в чём секрет? – спросила она, словно пытаясь уличить его в преступлении.

– Ну, так получилось…

– Как получилось? Мне не выдали, потому что я некрасивая? Так что ли?

Предъявлять ему претензии смысла не было – помочь он ничем не мог. Что касается девушки, она была красива, но скорее в мужском смысле. Лейфон подумал, что чёткие очертания военной формы идут ей больше, чем женственная форма общих наук.

Но девушка была недовольна.

– Постой, Накки, спокойно, – вмешалась обладательница косичек. – Ты мешаешь Мэйтти.

Рыжеволосая замолчала, будто что-то вспомнив, и подвинулась, уступая место ещё одной девушке.

– И правда. Давай, Мэйшэн.

Положив руку на спину третьей девушки, рыжеволосая подвела её к Лейфону. У неё были длинные, струящиеся до плеч и ниже волосы. Вид был хрупкий и беззащитный. Она смотрела в пол и выглядела напуганной. Брови изогнулись, будто она вот-вот заплачет. Лицо чуть-чуть порозовело.

– Спасибо… тебе большое, – выдавила она и, кажется, истратила таким образом весь остаток сил. Черноволосая девушка с покрасневшим лицом спряталась за рыжей.

– Извини, она всегда была застенчивой, – объяснила девушка с косичками. – Но всё же набралась храбрости поблагодарить тебя за спасение на открытии, да?

Черноволосая девушка зарылась лицом в спину подруги.

Лейфон ничего такого не припоминал. Помнил лишь, как расталкивал людей, которых могли задеть в драке. Тогда, наверное, и спас.

– Как маленькая… – вздохнула рыжеволосая. – Но я ещё не представилась. Наруки Гелни, военный факультет.

– А я – Мифи Роттен. Эта любительница пряток – Мэйшэн Тринден. Мы обе с факультета общих наук. И все трое – из Йолдема. Транзитный город Йолдем – знаешь такой?

– Знаю. Точка сбора хоробусов. Проезжал на пути сюда. Я – Лейфон Альсейф из Копьеносного Города Грендана.

– А, родина Военного Искусства. Вот отчего ты такой сильный.

– Нет, дело не в этом… – неопределённо ответил Лейфон. Он задумался, как им объяснить, но тут…

– Слушайте, а чего мы стоим? Я есть хочу. Пошли, найдём что-нибудь перекусить.

– Опять? Ты и здесь карту рисовать будешь?

– А как же! Питание, одежда, территория – всё, что можно, я нанесу на карту. Мне тут ещё шесть лет жить, а без карты я чего-нибудь пропущу. О, сбор информации – моё любимое занятие. Хочешь что-то узнать – спроси меня. Даже если я чего-то не знаю, всё равно разузнаю.

– Да, есть хочется. К тому же у меня к тебе вопросы – про то, что у тебя в руках, например, – Наруки проницательным взглядом выхватила форму общих наук в руках Лейфона.

Ему даже не дали права голоса. Решение приняли без него.

– Но ведь… Слушайте, Мэйшэн же не захочет. Вы ведь сказали, что она стесняется.

– Я не против… – донеслось из-за спины Наруки.

– Вот и договорились.

Решение было принято.

* * *

Они переместились в расположенное неподалёку кафе. Кафе из красного кирпича было построено так, чтобы не слишком выделяться. Время обеда уже прошло, и в заведении почти никого не было. Однако они всё же ухитрились успеть к обеденному меню.

За едой Лейфон объяснил, почему перевёлся на военный факультет – не упоминая, что его вынудили перевестись.

Дело дошло до десерта. Не ел только Лейфон – вместо десерта он пил сок.

– Ой, я беспокоилась, что в школьном городе только «здоровая» еда для учащихся. Какое счастье, что мои опасения не подтвердились, – довольно заметила Мифи, набивая рот тортом. – Вот это точно стоит отметить на карте.

– А я всё гадала, на что похож город под управлением студентов, – с восхищением сказала Наруки. – Кто бы мог подумать, что всё так здорово организовано.

Вообще вдоль дороги от общежитий к школе заведений было много. Правда, город был школьный, и большинство закрыто в часы занятий, но когда занятия заканчивались, народу в заведениях становилось полно. Управляли ими старшекурсники с факультета общих наук со специальностью в торговле или менеджменте. Другие студенты приходили к ним на работу. Еду готовили старшекурсники с кулинарного факультета.

– Ещё полицейское управление и суд есть. Точно, не попробовать ли устроиться в полицию?

– Накки мечтает работать в полиции.

– Угу.

– А я – журналистом. Раз надо издаваться, надо найти, где издаются новости. А ты, Мэйтти?

– Сладости делать…

– Правда? Тогда придётся найти, где вкусно готовят. Ой, это же все кафешки обойти придётся… Так и растолстеть недолго.

– Это ты от жары такая красная?

– Фу, что это? Это оттого, что Накки вся потная после своих упражнений. Воняет…

– Пф, это запах молодости.

– Ох, не понимаю я тебя.

Разговор ушёл непонятно куда, и Лейфон наблюдал за происходящим с чувством отрешённости. Девушки приехали из одного города и, судя по разговору, были знакомы ещё там. Они обсуждали что-то своё, и Лейфону оставалось только потягивать сок.

– Ах да, а ты, Лейтон, где будешь работать? – внезапно обратилась к нему Мифи.

– Лейтон?

Перемена имени застала Лейфона врасплох, и он открыл рот, забыв проглотить содержимое, в результате едва не выплюнул весь сок.

– Да, Лейтон. Так удобнее произносить[3], – радостно пояснила Мифи. – Накки, Мэйтти, Лейтон и я, Мифи-тян[4]. О’кей?

– Себе-то ты имя сохранила. А наши как могла исковеркала.

– Самой себе прозвище выдумывать неинтересно. И потом, если я буду говорить «зовите меня Митти», тебе тошно не станет?

– Станет. Я бы с такой кокеткой дружить не хотела.

– Вот видишь. Значит, о’кей. Так что Лейтон теперь Лейтон!

– И не поспоришь. Будем знакомы, Лейтон.

– Да-да, Лейтон, Лейтон.

– Лейтон… – присоединилась даже Мэйшэн, и Лейфон почему-то ощутил, что он очень далеко от дома. Где он? В каком мире оказался?

Прежде ни одна подруга его так не называла. Даже самая близкая, Лирин, просто звала по имени. В крайнем случае «Лей». Лейтон, то есть Лейфон, был в растерянности.

– Так где будешь работать, Лейтон?

Он понял, что насчёт имени спорить уже бесполезно, и оставалось лишь ответить на вопрос. И вдруг осознал, что не знает, как ответить. Можно ведь и не работать – ему обещали повысить стипендию.

– Тебе что, не надо работать?

– Нет, работать надо, – тут же замотал головой Лейфон. – Буду работать в отделении центрального механизма.

Девушки издали возглас удивления, а затем нахмурились.

– Такая тяжёлая работа, зачем?

– Говорят, на военную подготовку уходит много сил. У тебя так здоровья не хватит. Ты уверен?

– Ты… не переутомишься?

Все трое высказали беспокойство. Лейфон только грустно улыбнулся в ответ. Он понимал, что работа тяжёлая. Но полностью полагаться на президента опасно. Случись Лейфону пойти против воли Кариана, стипендии могут лишить. Нет ничего хуже, чем остаться без денег и возможности продолжать учёбу.

– Знаю. Но ничего не поделаешь. Я сирота, стипендия – всё, что у меня есть.

Он не искал жалости – просто излагал факты. Но при слове «сирота» глаза девушек расширились. Они смутились и избегали встречаться с ним взглядом.

– А, вот как… Извини… Ну ты не унывай…

– Да, если что понадобится, обращайся, я помогу.

– Я тоже…

– Нет, что вы… Не переживайте, не надо.

От их реакции ему стало неудобно.

– Мне не так уж и тяжело, и я не люблю, когда меня жалеют.

Однако Мифи с Мэйшэн переглядывались очень обеспокоенно. Лейфона не особо расстроило их поведение – наученный горьким опытом, он знал, что сразу ему не поверят.

– Ну и ладно. Не буду, – тут же кивнула Наруки.

Незамедлительный ответ его удивил.

– А? Как это? Не будешь меня жалеть?

– Да, именно так, – подтвердила Наруки, и явно не просто из вежливости. Она говорила всерьёз.

Лейфон нерешительно кивнул, потом не сдержался и рассмеялся.

– Что?

– Просто ты будто в роли старшей сестры получаешься.

– В смысле? – нахмурилась Наруки, но Мифи его поддержала.

– А, точно, точно. У Накки характер старшей сестры. Она классная.

– Её девочки любят…

– Точно, ей всегда достаётся куча подарков и любовных писем.

– Да беда просто. Никогда не знала, куда всё это девать, – серьёзно сказала Наруки, но Лейфон опять засмеялся.

Хорошо здесь, думал он, смеясь. Произошедшее на открытии выбило его из колеи, но болтовня с девушками, казалось, вновь придала сил.

– Прошу прощения, – прервал их смех чей-то голос.

Взгляды обратились к обладательнице голоса, и у всех перехватило дух.

Возле столика стояла девушка. Спадающие до пояса серебристые волосы сияли, словно отражая освещение кафе. Кожа была белоснежной, а нижняя часть лица по форме напоминала сердечко. Из воротника выглядывала нежная тонкая шея, создавая почти гипнотизирующий эффект. Из-под длинных слегка опущенных ресниц смотрели серебристые глаза. Девушка была прекрасной и хрупкой, как кукла.

Сначала никто не обратил внимания на её военную форму. Первой заметила Наруки.

– Это сэмпай[5]. Ты чего-то хотела?

После слов Наруки Лейфон заметил, что полоски на портупее девушки не такого же цвета, как у него. С портупеи свисал какой-то длинный тонкий жезл.

– Ты Лейфон Альсейф-сан?

Серебристые глаза уставились на него.

– Э, да.

– Есть дело. Ты не мог бы пойти со мной?

– Хорошо…

Лейфон сразу встал, словно околдованный её голосом. Девушка повернулась к выходу. Он уже двинулся было следом, но, опомнившись, вернулся к столику. Взял портфель, бумажник и положил немного мелочи за сок.

– Извините, надо идти.

– Конечно. Иди, раз надо, – ответила Наруки за всех троих, так как к её подругам ещё не вернулся дар речи.

– Да уж. Но с чего бы вдруг… – пробормотал Лейфон и бросился догонять серебристую девушку.

* * *

Колокольчик на двери кафе звонко сообщил об уходе Лейфона. Наруки усмехнулась, вспоминая, каким озадаченным он выглядел.

– Что… что это было? – пробормотала Мифи.

– Естественно, после столь блестящего выступления на открытии на него положили глаз, – объяснила Наруки.

Подруга лишь ответила непонимающим взглядом.

– Видела значок у неё на нагрудном кармане?

– Что, был значок? – нахмурилась Мифи.

– Серебряный такой? – уточнила Мэйшэн.

– Да.

Мэйшэн тоже заметила.

– Там число семнадцать…

– На военном факультете такие значки носят только бойцы взвода.

– Взвода… А что это?

– Если попросту, временный командный состав военного факультета. Помимо прочего, у них высокий уровень подготовки.

– Э… что?

– Во время турнира взводы составляют костяк войска, – терпеливо объясняла подругам Наруки. – Генштаб отдаёт приказы взводам. А взводы играют роль этаких командных структур. Им подчиняются большие по размеру подразделения из бойцов, которые ни в какой взвод не входят – обычных студентов-военных вроде меня.

– О, так это же, считай, взлёт карьеры, – захлопала в ладоши Мифи.

– Но там нелегко.

– Почему?

– Разве я не сказала? Ношение значка подразумевает высокий уровень подготовки. Студенты взвода должны продемонстрировать мастерство в какой-либо области. От умения командовать до психокинеза. А главное – специализация на конкретном оружии. Оцениваются не только личные навыки, но и работа команды в целом. Анализируется и способность каждого работать в команде. Для всего этого среди команд проводятся состязания, по итогам которых определяется позиция каждой команды в общем списке. Иными словами, между студентами школы идут бои. И если в ходе боёв команда плохо себя проявит, её могут и распустить. Из комсостава ты снова станешь обычным студентом. Бойцы – люди гордые. Станешь обычным студентом – другие будут говорить, что «упал с небес на землю»… Такого шага назад никому не вынести. Дальнейшая жизнь в школе будет слишком тягостной.

Наруки кинула взгляд на дверь, через которую вышел Лейфон. Новых клиентов не было. Колокольчик молчал.

– Лейтон говорил, что будет мыть отделение центрального механизма… – вспомнила Мэйшэн.

– Ух, это же тяжело! – воскликнула Мифи. – Он справится?

– Ну, ему-то это наверняка по зубам, – постаралась успокоить их Наруки, запивая чаем последний кусок торта.

* * *

Лейфон услышал примерно то же, что и подруги Наруки в кафе, но от златовласой девушки сурового вида.

Красивая девушка с серебристыми волосами отвела Лейфона вглубь общежития первокурсников – старого и обветшалого на вид здания. Лейфона привели в одно из помещений, где его и встретила суровая златовласка.

– Нина Анток, командир семнадцатого взвода, – чётко представилась она.

Зал делила напополам большая стена, и в результате места было вдвое меньше, чем в обычной аудитории. На стене висело множество всякого оружия.

В зале находилось пять человек, считая Лейфона. Первой была стоявшая прямо перед ним Нина Анток. Затем девушка, которая его привела. Красавица с серебристыми волосами, войдя в комнату, сразу же ушла в угол. Остальные двое были парни. Один, высокий, лениво развалился в углу. На другом был тёмно-зелёный рабочий костюм, перепачканный машинным маслом и другими техническими жидкостями.

Нина читала озадаченному Лейфону лекцию про взвод. Он слушал вполуха, но думал о другом.

– Всё понял?

– Ну… да, – повернувшись к Нине, быстро ответил Лейфон, хотя на самом деле ничего не понял. – А зачем меня сюда привели?

Насколько он понял, все присутствующие входили во временный комсостав. Больше он ничего не знал. Нина не объяснила, зачем он здесь.

Глаз Нины нервно задёргался.

– Ну, то есть я понял, что здесь элитные бойцы, это ты объяснила, – попытался предотвратить бурю Лейфон. – Но ведь тогда… Тогда непонятно, зачем здесь я, первокурсник.

Нина закрыла открытый рот, повела плечами, словно для глубокого вдоха, и собралась ответить. Но как только она снова открыла рот…

– Ухахахахахахахахахахахахахахахахахахахаха…

Высокий студент зашёлся хохотом.

– Шарнид-сэмпай! – прикрикнула на него Нина. Её плечи тряслись от ярости.

– Ахаха! Ух… хихи… Ой, живот болит. Сама виновата, Нина. Всё ходила вокруг да около, вот и дала новенькому возможность прикинуться дурачком.

Нина в ответ лишь заскрежетала зубами.

– Оппа, – вскочил Шарнид, жизнерадостно глядя на Лейфона. – Меня зовут Шарнид Элиптон. Четвёртый курс. Я здесь снайпер.

– Очень приятно.

– Итак, позволь объяснить то, что так старалась объяснить командир. Лейфон Альсейф, мы тебя позвали, потому что ты нужен нам для численности.

– Что?

– Ну не надо, не надо притворяться. Все видели, как ты сработал на открытии. Так что убедить нас, что ты новенький и мало чего умеешь, не выйдет. Твоё мастерство уже доказано. Мы решили, что ты неплох, и хотим взять тебя в команду.

Шарнид многозначительно посмотрел на Нину. Она, откашлявшись, снова стала перед Лейфоном.

– Лейфон Альсейф. Приказываю тебе вступить в семнадцатый взвод. Отказ не принимается. Президент Школьного Совета уже дал разрешение и подал за тебя документы. Кроме того, отказ вступить во взвод – недопустимое для военного факультета малодушие, – решительно отрезала она.

Нина была непреклонна, а значит, отступать некуда.

– Сейчас устроим проверку, посмотрим, на какую роль во взводе ты больше подходишь.

Она сняла два прута с портупеи. Зажатым в правой руке прутом указала на Лейфона.

– Выбирай оружие!

Чувствуя себя неуютно под её серьёзным взглядом, Лейфон повернулся рассмотреть оружие на стене.

Стипендия категории A… За бесплатное обучение предстояло заплатить.

Глава 2. Студенческая жизнь

У тебя всё хорошо? У меня отлично.

Как новая школа? Подружилась с кем-нибудь? Для меня тут каждый день – открытие. Вокруг новые люди, и открытия бывают разные и весьма неожиданные.

Я смотрю на новую жизнь с любопытством и удивлением. Всё так ново и необычно, что я иногда мысленно сравниваю нынешнюю жизнь с прошлой. Недавно довелось вспомнить, на что похоже начало подготовки.

Возможно, ещё рано называть ту жизнь прошлой, но сделанного не воротишь. Наверное, лучше считать, что всё в прошлом.

Я начал здесь новую жизнь. Сначала не всё шло гладко, но теперь вроде наладилось. У меня появились друзья. Есть старшие товарищи, которые мне помогают.

Как дела у тебя? За тебя, наверное, беспокоиться не стоило бы. Думаю, у тебя уже больше друзей, чем у меня – ты лучше сходишься с людьми.

Ах да, ещё я теперь работаю уборщиком в отделении центрального механизма. Работа утомительная, но, как ни странно, интересная. Я впервые увидел истинный облик города. Никогда бы не подумал, что он такой. Может, Грендан тоже так выглядит? Или Грендан… Очень забавно фантазировать на эту тему.

Ты дочитала досюда и, наверное, рвёшь и мечешь уже. Но больше я ничего не скажу. Сердишься? Если хочешь узнать – дождись дня, когда мы встретимся вновь.

Надеюсь, мы встретимся – пусть и не в Грендане.

Моей дорогой Лирин Марфес

Лейфон Альсейф

* * *

Из разнообразных оружий на стене Лейфон выбрал меч с длинным широким клинком.

– Это тренировочный меч, так что параметры я поменять не могу. Это ничего? – спросил паренёк в рабочем костюме.

Лейфон кивнул.

– Но мне кажется, что меч к твоему телосложению как-то не подходит, – недовольно проворчал парень, но Лейфон, не слушая, попробовал, как ложится меч в руку.

– Харли, он же сказал, что не против. Вот ты зануда, – беспечно заявил Шарнид, перебивая товарища. До Лейфона всё равно доносилось бормотание Харли.

Лейфон взмахнул зажатым в руке мечом, слегка качнулся вслед за острием. Немного подвигался по тренировочному залу взвода.

– Разогрелся? – спросила Нина, когда Лейфон остановился.

Он молча кивнул.

– Ну, в таком случае… ресторейшен, – шепнула Нина.

Прутья в её руках трансформировались, увеличились и отразили льющийся с потолка свет – чёрная поверхность словно выплеснула свет зала, впитавшийся ранее. Рукоятки подстроились под руки Нины. На рабочей части оружия появилось несколько кольцевых утолщений. Запястья опустились отработанным движением. Оружие совершенно изменило свой облик. Оно называлось «железный хлыст».

Преобразование оружия определялось комбинацией голоса и памяти дайта. Используемый алхимиками сплав способен восстановить не только форму, но и изначальный вес предмета.

– Поддаваться не буду.

Нина легонько взмахнула правым хлыстом, и в зале раздался свист разрезаемого воздуха. Хлыст нацелился на лоб Лейфона.

Ощущая на лбу почти физическое давление, Лейфон молча кивнул. Он встал в боевую стойку.

Дальнейшее происходило молниеносно.

Нина бросилась в атаку прежде, чем Лейфон успел оценить дистанцию между ними. Она ударила правым хлыстом. Лейфон повернулся боком, уклоняясь от нацеленной в грудь атаки, но левый хлыст уже опускался на его подставленную спину. Он поднял руку с мечом, выгнул запястье, и клинок оказался параллельно спине, блокируя удар хлыста Нины. Попытка принять на себя и отразить всю силу удара в таком положении могла стоить вывихнутого запястья. Но Лейфон поступил иначе. Он подставил под удар пружинящий клинок и ослабил хватку, чтобы плоская сторона клинка ударила по спине. Полученный толчок он использовал, чтобы развернуться и выскользнуть, пройдя между хлыстов. Разорвав дистанцию, он снова встал в стойку.

Лейфон услышал, как кто-то присвистнул.

– Ха-ха, впервые вижу, чтобы кто-то остановил первую атаку Нины, – сказал Шарнид.

Лейфон не заметил никакой реакции со стороны Нины на замечание Шарнида. Острый, как у настигающего жертву хищника, взгляд был просто прикован к Лейфону. На этот раз она тщательно оценила дистанцию. Лейфон сменил стойку, подстраиваясь под медленно перемещающуюся Нину.

Крепкая конструкция железного хлыста делала оружие определённо наступательным. В целях удобства длина не была чрезмерной. В отличие от меча, железному хлысту не грозит опасность повреждения в ходе боя. Хлыст можно гнуть как угодно, и он не сломается. И в то же время он может принять на себя прямой удар. Из-за удобства железный хлыст был стандартным оружием полиции Грендана. Однако обычных полицейских снабжали лишь лёгкой разновидностью.

Рука, в которой Лейфон держал меч, слегка онемела. Он испытал на себе удар и теперь знал, что эти хлысты тяжёлые не только с виду. Нину они слушались идеально. Её сила и знание оружия не поддавались описанию.

Они кружили вокруг друг друга. Напряжение в зале нарастало. Сам воздух, казалось, сгустился, и на лбу Лейфона выступили капли пота.

Нина снова сократила дистанцию. Она бросилась в атаку, когда реагировавший на её перемещения Лейфон начал переносить левую ногу. Он попытался отступить и набрать дистанцию, чтобы избежать внезапной прямой атаки, но Нина продолжала сближаться. Оставалось лишь воспользоваться мечом. Он опустил острие вниз, чтобы ударить снизу вверх, но хлыст Нины отбил клинок в сторону. В мгновение ока Лейфон движением запястья изменил траекторию клинка. Теперь он попытался атаковать сверху, рубящим движением. Она парировала правым хлыстом и контратаковала левым. Лейфон быстро шагнул влево и вновь разорвал дистанцию. Он хотел продолжать дистанционный бой, но Нина выглядела неудовлетворённой.

– Умеешь работать с внешней кэй?

Внезапный вопрос помешал Лейфону войти в уже спланированный было ритм боя.

– Умеешь работать с внешней кэй? – повторила она.

Лейфон кивнул.

– Хорошо, – улыбнулась Нина. Она скрестила хлысты на уровне груди.

Пол под ногами сотрясла ужасная волна шума и вибрации, способная сбить с ног великана.

– Получи!

Всё, что он успел – увидеть перед собой довольную и жестокую улыбку Нины. В следующую секунду он потерял сознание.

* * *

Лейфон поднял меч. Он нанёс удар без малейшего колебания, сердце билось спокойно и ровно. Он нанёс удар без колебаний, но что с той, кого он ударил?

Её участь была решена.

Проблема. У любого из ныне живущих всегда были и будут разнообразные проблемы. Как их решать? В конечном счете, источник всех проблем – сама жизнь. Решишь одну проблему – появится следующая.

Конца видно не было. Он всё устранял и устранял проблемы, и всё накапливались новые.

Проникающий с потолка свет отражался от клинка дайта из белого сплава.

– Хочешь Небесный Клинок? Забирай, – прошептал Лейфон, нарушив звенящую тишину арены.

Клинок выпал из его руки. Раздражающий металлический лязг эхом разнёсся по арене – выброшенный клинок лежал на полу. Рядом лежала решённая этим клинком проблема.

От увиденного Лейфон тихонько охнул. Не от удивления или радости – просто от осознания произошедшего.

Многочисленные руки показывали на него пальцем. Окружающая толпа была безликой и бесформенной. Толпа его отвергала.

Неслыханно. Предатель. Позор.

Со стороны указывающих на него пальцем доносились всевозможные обвинения. Лейфону не было до них дела. Он смотрел с безразличием. И что с того? Смогли бы они решить вот так свои проблемы? Или они предлагают вписать в решение задачи неверный ответ? Он всего лишь пробивал себе дорогу к правильному решению. Кто мог знать, что итогом станет павший на землю Небесный Клинок.

Его взгляд вселял страх в тыкающих пальцами. Он машинально повернулся к оказавшемуся у его ног решению.

Около выброшенного клинка лежало тело. Тело человека, похожего на Нину.

Нет, это и была Нина. Вся изрезанная мечом Лейфона. Она лежала на полу, с застывшим выражением ошеломления на лице.

– Это ответ? – спросил кто-то.

– Это сон.

Единственная фраза расставила всё на свои места.

* * *

Отвращение к самому себе было первым, что он почувствовал, проснувшись.

– Ох, не может быть!

Он скрючился и обхватил голову руками. Металлический каркас койки скрипнул. У благопристойно-белой стены стоял шкафчик с лекарствами. Слабый запах дезинфицирующих средств подсказал Лейфону, что он в больничной палате. Лейфон не особо удивился. За секунду до того, как потерять сознание, он понял, что сделает с ним атака Нины.

А вот сон тревожил его гораздо больше.

– Да не может такого быть, чтобы я грезил о мести. Я отвратителен… Отвратителен!

Он катался туда-сюда по койке, пока, наконец, не свалился. Лейфон со стоном приземлился на бок. Он лежал на холодном полу, постанывал, постоянно бормотал «отвратителен» и ждал, пока холод пола не охладит пылающее лицо.

– Что ты делаешь?

– Переживаю за свою отвратительность.

Услышав голос над головой, Лейфон прекратил стонать, но подниматься с пола не стал. Ещё немного… Он не мог встать, пока раскрасневшееся лицо окончательно не остынет.

– Я попросила бы встать, если тебя не затруднит, – раздался сверху голос девушки – той самой, что пришла к нему в кафе и отвела во взвод.

– Я попросил бы чуток подождать, если тебя не затруднит.

– Зачем?

– Надо.

– Надо?

– Надо.

Со второго раза девушка как будто что-то поняла. Лейфон не знал, что именно, но вопросов больше не последовало, и встать она его не заставляла. Он чувствовал, что носки её туфель неподвижно застыли где-то возле его головы.

Они оба молчали.

Молчали.

Молчали.

Молчали.

– Кстати, я до сих пор не знаю, как тебя зовут – может, скажешь? – сказал Лейфон, не выдержав тишины в комнате.

– Верно, я не представилась. Фелли Лосс, второй курс, военный факультет.

Лосс? В памяти всплыли нехорошие события.

– Понятно. Э, я, может, что не так понял…

– Ты всё правильно понял. Кариан Лосс – мой старший брат, – перебила его Фелли, подтверждая его подозрения.

Лейфон почувствовал слабость.

– Правда?

– Правда. Ты ненавидишь моего брата? – снова опередила она его. – И не пора ли тебе вставать?

Лейфон медленно поднялся с пола. Тут всё было по-больничному. Чистота и порядок – форма осталась чистой даже после катания по полу.

Окинув девушку изучающим взглядом, он заметил, что её глаза немного похожи на глаза Кариана. Было в них что-то прекрасное. Должно быть, признак родства.

Фелли тихонько вздохнула, вид у неё стал менее напряжённый.

– Всё-таки разговаривать с лицом гораздо легче.

– Я… прошу прощения.

– Ничего. Это я зашла не вовремя.

Забыть, что она застала его стонущим и катающимся по полу, при всём желании было непросто. Он снова покраснел.

– Ты ненавидишь брата за то, что он заставил тебя перевестись на военный факультет? – вернулась к их разговору Фелли, не обращая внимания на смущение Лейфона.

– Думаю, ненависть – это слишком уж сильно сказано, – выдавил из себя он.

– Я его ненавижу, – сказала Фелли, пока Лейфон колебался.

– Что?

Он не понимал смысла сказанного. Ненавидит… собственного брата?

– Я не хотела изучать Военное Искусство, но он меня заставил, – донеслось из её бледных губ.

– Зачем…

– Чтобы победить, – спокойно объяснила Фелли. – Он добьётся своего любыми средствами. Наши желания для него – пустой звук.

– Но… как же…

Фелли произнесла обвинения брату, глядя прямо на Лейфона. Её лицо ничего не выражало – ни грусти, ни злобы. Не было даже прежней улыбки. Лейфон совершенно не мог понять, с какими чувствами она сказала то, что сказала. Он был в растерянности.

– Ради победы он пойдёт на любую подлость. Просто абсурд – работать на такого человека.

– Так что же мне делать? – в замешательстве спросил Лейфон.

Для хрупкой маленькой сэмпай выражение идеального, как у куклы, лица было весьма решительным.

– То же, что и сейчас, – так же спокойно объяснила она.

– Что?

– Действуй так же, как действовал в бою с Ниной-сан.

– Что ты имеешь в виду…

Но Фелли уже отвернулась и открывала свою лежащую на длинной скамье сумку. Она вынула что-то и положила на стул.

– Э, минуточку…

– Твой значок и разрешение на оружие. Значок приколи на форму. Завтра возьмёшь с собой разрешение на оружие и пойдёшь с Харли-саном в оружейный отдел. Он установит тебе параметры оружия, – быстро разъяснила она, еле заметно кивнула и вышла из палаты.

Лейфон остался без собеседника. Ненужные больше слова так и не покинули рта. Вытянутая было рука бесцельно рассекла воздух. Силы покинули его, и он устало вздохнул.

Фелли, ругавшая Кариана, сама ушла сразу же, как только передала Лейфону все указания – и Кариан в подобной ситуации отпустил Лейфона из кабинета. Фелли вела себя точно так же, как её брат.

– И что теперь?

Лейфон склонился над скамьёй. Ничего хорошего придумать не получалось. На него смотрели серебряный значок и бумажка. По-видимому, членство во взводе – уже свершившийся факт.

– Ну вот… И как так получилось? – тяжело вздохнул Лейфон.

* * *

Следующий день, после занятий.

Лейфон, всё равно не знавший, где искать Харли, уже собирался сбежать, как вдруг Харли явился сам – во вчерашнем замасленном рабочем костюме.

– Судя по вчерашнему бою, я бы сказал, что меч тебе не подходит, – сообщил Харли. – То есть Нина и сама использует тяжёлое оружие, которое не в её стиле, но она умеет распределять вес и выработала свою технику.

Лейфон плёлся сзади, слушая без особого энтузиазма. Харли не замечал тоски в его глазах.

– Но ты – дело другое, – радостно продолжил Харли. – Движениям твоего меча просто не хватает плавности. Твой стиль больше ориентируется на скорость, да? Тебя так учили?

– Да нет, я просто немножко занимался в додзё[6]. Я в тонкостях особо не разбираюсь. У меня тогда было оружие, похожее на вчерашний тренировочный меч.

– Правда? – спросил сбитый с толку Харли. – По вчерашнему бою не скажешь, что дилетант. Я думал, у тебя профессиональная подготовка.

– Это не так. В Грендане… Я родился в Грендане. Там повсюду додзё такого уровня. У меня одно рядом с домом было, вот я и занимался некоторое время.

– Однако любят Военное Искусство в Грендане. Хм, так, выходит, в Грендане много высококлассных бойцов вроде тебя?

– Ну, как сказать… Я с другими особо не дрался, так что точно сказать не могу.

– Хо-хо… Ну в собственных-то силах уверенность у тебя есть, верно?

– Да не сказал бы.

Дружелюбный сэмпай добродушно улыбнулся, и они вошли в здание, на входе которого было написано «Оружейный отдел». Харли подал в окошко документы, получил деревянный ящик и вернулся к Лейфону.

– Пойдём в мою лабораторию, – сказал Харли, всучив Лейфону ящик, и повёл его к выходу из отдела. – Ну, вообще-то это лаборатория моей группы.

Студентов алхимического факультета разбивали на группы, каждой группе предоставлялась собственная лаборатория. В лабораториях разрешалось ставить собственные эксперименты.

– Личную лабораторию дают, если постоянно занимаешь первые места или публикуешь достаточно неплохую работу. А здесь я не могу заниматься всем, чем хотел бы.

– А на чём ты специализируешься?

– Настройка вооружения. Приходится, конечно, и разработками заниматься, но мне больше нравится настраивать оружие, подгонять его под владельца.

Лейфон понял, почему Харли так упорно втолковывал ему, что оружие неподходящее.

– Это как тренер, но не совсем. Как бы это сказать…

– В Грендане их называют дайт-механиками.

– О, вот оно как. Очень логично.

В лаборатории был бардак. Точнее, сама лаборатория была олицетворением бардака.

Открыв дверь, Лейфон увидел, что на полу налипло нечто цвета угля. Возле стены со стороны двери валялась куча журналов и газет с непонятыми названиями. Их покрывал тонкий слой пыли. Ещё тут была перепачканная по краям кружка и выброшенный кусок недоеденной булки. Холостяцкая жизнь… точнее, худшие о ней представления воплотились здесь. От какого-то неприятного запаха у Лейфона начала кружиться голова. Харли казался практичным, но практичность его, по-видимому, ограничивалась тем, что интересно лично ему.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю