355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сюсукэ Амаги » Стальной Региос. Том 1 » Текст книги (страница 8)
Стальной Региос. Том 1
  • Текст добавлен: 22 мая 2017, 00:00

Текст книги "Стальной Региос. Том 1"


Автор книги: Сюсукэ Амаги



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Летающие чешуйки передавали информацию, полученную множеством способов. Отражённый свет, инфракрасное излучение, ультразвук и другие. Она искала цель для Лейфона так, как не мог искать обычный человек. Владеть сильным психокинезом мало, чтобы считаться одарённой. Фелли была одарённой, потому что могла обрабатывать единовременно огромное количество информации.

– Пожалуйста, поспеши. Я могу уничтожить сколько угодно личинок, но если матка вызовет помощь, даже мне придётся нелегко.

– Знаю.

До неё донёсся голос ведущего отсчёт президента. От десяти до одного. Она ускорила обработку. Ультразвук не пробивал землю, и она завела чешуйки в трещины под ногами Целни, погружая их глубоко под поверхность. Одновременно Фелли вела поиски над землёй в инфракрасном диапазоне. Отбрасывала тепловые излучения бесчисленных личинок и, основываясь на сообщённой Лейфоном информации, продолжала искать большой источник тепла.

Наконец, когда отсчёт дошёл до двух…

– Нашла. Направление тринадцать ноль пять. Расстояние тридцать килумелов. Глубина двенадцать мелов. Уточняю местоположение.

– Полагаюсь на тебя.

Ноль.

Что означает конец отсчёта? Фелли ожидающе посмотрела на Лейфона. Но он продолжал стоять и смотрел вперёд, крепко сжимая дайт.

Чешуйки передавали полученные сведения. Девятьсот восемьдесят две. Девятьсот шестьдесят пять. Девятьсот три. Восемьсот семьдесят семь. Восемьсот тридцать три. Семьсот семьдесят восемь. Шестьсот девяносто одна… Красные огоньки личинок гасли один за другим.

Четыреста семьдесят семь. Триста шестьдесят пять. Двести двадцать три. Сто девяносто восемь. Сто пятьдесят семь. Сто две. Девяносто девять… Огромное количество этих личинок измотало всех студентов-военных, а теперь они таяли на глазах. Фелли не стала проверять с помощью изображений. На неё и так слишком сильно подействовало зрелище спасения Нины.

Фелли снова посмотрела на Лейфона. Его дайт был восстановлен. Странное оружие – одна рукоять.

– Главное – контроль. Если приноровиться, то у тебя, может, даже лучше получится, – объяснил он позднее. Но Фелли очень сомневалась, что способна на такое.

Дайт в руке Лейфона. Дайт был восстановлен в другую, настроенную Харли форму. Это была не просто рукоять. С её конца свисали бесчисленные длинные нити, столь тонкие, что их не было видно невооружённым глазом.

Стальные нити – как оружие. Обычная струна при правильном нажиме и трении может разрезать плоть. Нити же были просто смертельным оружием. Лейфон управлял ими так ловко, будто они были его частью. Нити протянулись к краям города, разрезая личинок.

Девяносто восемь. Девяносто семь. Девяносто шесть. Девяносто пять. Девяносто четыре. Девяносто три. Девяносто две. Девяносто одна. Девяносто… Нити находили добычу с пугающей быстротой. Исчезающие красные точки тоже служили для Фелли отсчётом. Матку надо найти прежде, чем исчезнут все огоньки. В противном случае она позовёт всех гряземонстров в округе, и Целни станет пищей для детёнышей других гряземонстров. Гряземонстры были намерены обеспечить выживание своего вида, что лишь усугубляло положение Целни. Если Фелли не найдёт матку… Пятьдесят шесть. Пятьдесят пять. Пятьдесят четыре. Пятьдесят три. Пятьдесят две. Пятьдесят одна. Пятьдесят…

Мысленно она летела с чешуйками вглубь земли. Погружаясь глубже и глубже, по извилистым пещерам и змеящимся коридорам, она вдруг на него наткнулась.

Огромный, уродливый живот. Тело матки, на первый взгляд безжизненное. Мощный источник тепла.

– Нашла, – тут же сообщила Фелли Лейфону. – Я тебя проведу.

– Спасибо, – ответил он, спрыгивая с башни.

И полетел. Точнее, так оно выглядело. На деле он, скорее всего, подтягивал себя с помощью одной из нитей. Направив кэй в ноги, он мчался из центра к окраине города. В полёте он продолжал работать нитями. К тому времени, как Лейфон достиг края города, число личинок свелось к нулю.

Фелли послала к нему ещё чешуйку.

– У тебя пять минут. Больше лёгкие не выдержат.

– Знаю, – спокойно ответил он, но Фелли беспокоилась.

Человек не может долго находиться на загрязнённой земле вне города. От летающих в воздухе загрязнителей гниют лёгкие.

Она не понимала, зачем Лейфон рискует жизнью. Потому что у него есть сила? Но его сила лишь подвергает его опасности…

– Он же не хочет, – сказала она, сама не зная кому.

Будто это ему самому нужно, а не другим. Фелли не понимала его дурацкой, наивной логики. Но всё же…

– Возвращайся живым, – сказала она изображению в чешуйке, но передавать не стала.

* * *

Как только Лейфон покинул воздушное поле, ему показалось, что он попал во что-то липкое.

Он спрыгнул с самого края города. Лейфон создал с помощью нитей точки опоры и таким образом опускался в трещину. Он старался как можно меньше касаться земли, дышал неглубоко. В глаза попали частицы почвы, появилась резкая боль. Загрязнители разъедали плоть. Он прищурился, потекли слёзы. Лейфон пожалел, что у него нет маски. В Целни ведь есть маски? У машиностроительного-то должны быть.

Нити с текущими по ним кэй заменили нервную систему и вели его по тёмной пещере. Он следовал за той нитью, что была привязана к его проводнику, чешуйке. Через нити ощущалась влажность. Влага в воздухе кишела загрязнителями. Даже под формой кожа горела. Сколько у него времени?

Боль вспыхнула глубоко в горле. Он пытался делать вдохи как можно мельче, но полностью избежать проникновения загрязнителей невозможно. Если задержать дыхание, нельзя будет вырабатывать кэй. Он так и не научился преодолевать тревогу и волнение, охватывавшие его в битве с гряземонстрами. Сколько бы раз он их ни испытывал.

Мир, непригодный для жизни людей. Суровый мир. Он жесток к людям, заставляет их жить в изолированных городах, связываться с внешним миром лишь посредством опасных путешествий на хоробусах. И всё же люди в этом мире живут. В мире, который им жить не разрешает. Но за такую жизнь приходится платить…

Боль достигла лёгких, и он почувствовал, как желудочный сок поднимается к горлу. Если станет ещё хуже, совсем, невыносимо плохо – то всё кончено. Лейфон прикинул, сколько он сюда добирался, и решил, что осталась минута.

– Прямо за этим поворотом, – сообщила Фелли, и он, залетев за угол, обрубил все нити.

Лейфон свернул дайт. Почувствовав, что стоит на влажной земле, он открыл глаза. Перед ним была матка гряземонстра. Живот занимал две трети громоздкого тела. На теле были раны. Здесь, в животе, вырастали личинки. Над панцирем были присыпанные землёй неподвижные крылья. На голове, гораздо большей, чем у личинок, располагался фасетчатый глаз. Челюсть была полуоткрыта, будто матка испускала последний вздох. Пещеру заполнил шум трения тела о панцирь.

– Ресторейшен ноль один.

Дайт восстановился в сине-зелёный меч.

– Наверное, ты тоже хочешь жить, – сказал Лейфон матке, уже не пытаясь сберечь дыхание. – Наверное, тоже не хочешь умирать.

Он шагал, продолжая говорить. С каждым шагом кэй в клинке светилась всё ярче, разгоняя окружающую тьму.

– Если кто-то хочет большего – он, наверное, просто с жиру бесится.

Возможно, гряземонстры, приспособившиеся к жизни на загрязнённой земле, – хозяева мира. История гласит, что во времена, когда люди не нуждались в региосах, они на правах хозяев делали всё, что хотели. Но настала эпоха, когда люди могут жить лишь в своих искусственных мирах – а значит, пришли новые завоеватели, гряземонстры.

Заметила ли матка Лейфона или почувствовала опасность от его кэй, челюсти её стали стремительно открываться и закрываться, и шум трения увеличился. Матка собиралась звать на помощь.

– Но мы всё равно хотим жить, – тихо сказал Лейфон и занёс меч. – Извиняться не буду.

Он нанёс удар.

Эпилог

Наступила тишина, а Нина всё стояла, не в силах сдвинуться с места.

Перед ней лежали обезглавленные личинки. Никто из присутствующих не понял, что произошло.

Первыми опомнились студенты-медики. Они начали заниматься ранеными. Вынесший Нину медик обработал рану раствором антисептика, гемостатиком и клеточно-регенерационным гелем. Потом, не особо церемонясь, забинтовал.

Что произошло? Каких-то несколько минут назад президент только начал отсчёт. Никто ничего не предпринимал, но личинки одна за другой развалились на части. Это Лейфон сделал?

Скорее всего, решила она. И её бросило в дрожь. От потери крови или от возбуждения… Или от страха?

Невероятное мастерство. Вот он какой, Обладатель Небесного Клинка, подумала она, пытаясь давлением правой руки унять дрожь собственного тела.

Ничего не понявшие студенты задвигались. Кто-то удивлённо кричал. Другие радовались, что остались живы. Их можно понять, сказала себе Нина.

Благодаря Лейфону потери оказались минимальны. Этого она отрицать не собиралась. С Лейфоном они спокойно выиграют следующий турнир. Но правильно ли это, засомневалась Нина. Правильно ли, когда в беде можно надеяться лишь на одного человека? Если бы она погибла, сейчас об этом не размышляла бы. Без вмешательства Лейфона она уже была бы мертва. Он не гордился своим невероятным военным мастерством и взглядов придерживался совершенно необычных. Нина не считала его взгляды абсолютным злом. Прежняя Нина, не знавшая проблем с деньгами, не поняла бы, а нынешняя поняла. Поняла, потому что самой пришлось зарабатывать на учёбу и на жизнь. Но…

– И чего я о всякой ерунде думаю?

Она развернулась, чтобы отдать приказ к отходу. И взгляд Нины упал на него.

– Лейфон…

Лейфон стоял на краю города, по ту сторону трупов личинок. Прежде его там не было. Он поднялся сюда с земли на одной из нитей, но Нине казалось, что он просто запрыгнул на ступеньку. Она замолчала.

– О… Сэмпай, здорово, что с тобой всё хорошо.

Он, пошатываясь, приблизился, вид его был ужасен. Лицо и выглядывавшие из-под формы части рук распухли и покраснели. Из покрасневших глаз по щекам текли слёзы.

– Что с тобой?..

– Извини, я тут за пределы города вышел.

Боль превратила его улыбку в гримасу.

– Надо было уничтожить матку, а то другие бы пришли…

Он, казалось, стеснялся, и Нина, глядя, как он пытается улыбаться и разрядить обстановку, почувствовала себя глупо.

– Дурак, – выпалила она наконец. – Ты не знал, что у нас есть снаряжение для боя за пределами города?

– Да?! Всё-таки есть!

– Конечно, есть. Наш город, конечно, школьный, но один из самых известных. Стандартное снаряжение у нас есть.

Выражение его лица выглядело очень забавно. Она рассмеялась. Он тоже со слегка обиженным видом улыбнулся. Затем…

– Прости, что-то я устал, поспать бы, – сказал Лейфон, падая.

– Ээ!

Нина поддержала его, но просыпаться он явно не собирался. Она сама была ослаблена потерей крови и, не удержав его веса, тоже упала.

– Э-эй… Нашёл где спать!

Лейфон поневоле улёгся на грудь Нины, как на подушку. Она безуспешно пыталась выбраться из-под оказавшейся на ней тяжести.

– С виду худой… а тяжёлый!

Как бы она его ни отталкивала, сдвинуть его с места не получалось. Ни один из находящихся неподалёку медиков на помощь почему-то не спешил. Нина сердито пыталась его спихнуть.

Раздался умиротворённый храп.

– Ну вот, – вздохнула она. – Впрочем, ты молодец.

Нина потрепала запачканные землёй волосы Лейфона. Он участвовал в подпольных боях ради денег, но зато рисковал жизнью в сражении, где деньги были ни при чём. Разве не так должен поступать человек, обученный Военному Искусству? Вряд ли можно назвать поведение Лейфона правильным. Просто он слишком честный. Настолько честный, что без колебаний бросается делать то, что следует сделать.

Если бы я могла ему как-то помочь, подумал Нина, поглаживая его волосы. Но…

– А? Э, ээ! Кровь, он кровью кашляет! Носилки! Носилки сюда! – испуганно закричала Нина, и медики наконец-то засуетились.

Расшумелись тут, подумал Лейфон сквозь сон. Ах да. Надо написать ответ Лирин.

Наверное, жизнь снова станет как прежде. Но теперь он, кажется, будет чуть-чуть счастливее.

Я обо всём напишу Лирин, подумал он, затем мысль улетучилась, исчез и шум, и Лейфон погрузился в глубокий сон.

notes

Примечания

1

«Хоро» (яп.) – бродячий, странствующий.

2

Здесь и далее «военный» дословно означает «человек Военного Искусства».

3

В японском языке слог «фо» «родным» не является.

4

Мифи искажает имена подруг, придавая им уменьшительно-ласкательное звучание.

5

Сэмпай (яп.) – здесь: учащийся более старшего курса.

6

Додзё (яп.) – место, где проходят тренировки, соревнования и аттестации в боевых искусствах.

7

Бэнто (яп.) – упакованная порционная еда, готовая к употреблению.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю