Текст книги "Принц на белом коне (СИ)"

Автор книги: Светлана Ивах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 12. Возвращение Бармалея

– Какие планы у тебя на сегодня? – спросил Мишка, когда за Бармалеем закрылась дверь.

– Для начала я попрошу кого-нибудь прибраться в квартире, – объявила я своё решение, одновременно пытаясь унять дрожь. – Ну, а потом…

– Погоди! – осадил он меня. – А почему бы не сделать это самой?

– А это! – я сунула ему под нос руки растопыренными пальцами.

Конечно, дело было вовсе не в маникюре. Вернее и в нём тоже. Но, главная причина, это отсутствие какого либо желания даже прикасаться к уборочному инвентарю, как называли в следственном изоляторе, где мне посчастливилось провести несколько незабываемых недель, веник, совок и тряпку…

Дождавшись, когда Мишка насладится моими ногтями, я продолжила вводить его в курс дела:

– А потом попробую наладить контакт с твоей Перовой.

– Она не моя, – это во-первых. – А во-вторых, Бармалей тебе ведь сказал, что она вышла замуж за Платова. Значит и фамилия у неё теперь по мужу.

Я была поражена способностям этого маргинала подмечать детали и тонкости, но виду не подала.

– Пусть будет Платова, – легко согласилась я. – Это как раз тот случай, когда от обёртки вкус конфеты не меняется.

– Странное сравнение, – заметил он и предложил: – А давай я у тебя приберусь?

– Что, прости? – переспросила я, думая, что ослышалась.

– Давай, ты мне заплатишь, а я за это наведу у тебя порядок, – повторился он. – Если хочешь, и вещи постираю. Как ты успела заметить, мы с Бармалеем на «ты» с бытовой техникой.

Я вдруг вспомнила то, как в машинке в грязной пене кувыркаются штаны бродяги и содрогнулась.

– Ну уж нет!

– А ты подумай! – стоял он на своём. – Я недорого возьму. Бутылкой отделаешься. К тому же зачем пускать в квартиру постороннего, когда есть в доску свой человек?

Я поперхнулась от его аргумента и восхитилась одновременно искусству убеждать.

– Этот человек загадил мне всё! – напомнила я.

– Между прочим, я жертвовал своим временем и здоровьем, когда тебя здесь охранял! – напомнил Мишка. – Ещё жизнью рисковал!

– Ты жертвовал печенью, – сказала я с сарказмом.

Звонок в двери заставил нас замолчать. Некоторое время мы глядели в глаза друг друга, словно пытаясь найти в них ответ. Потом, не сговариваясь, двинули в коридор.

– Кто? – спросила я одними губами, когда Мишка выглянул в глазок и просиял.

– Брат пришёл.

– У тебя есть брат? – изумилась я и представила точно такого же Мишку, только старше и грязнее.

Тем временем мой телохранитель открыл двери.

– Нет! – завопила я и бросилась вперёд, увидев Бармалея. – Только не это!

– Погоди! – рычал Бармалей и давил на двери. – Я не с пустыми руками!

– Мишка пить больше не будет! – кричала я и давила плечом на дверь с другой стороны.

– И не надо! – брызгал слюной Бармалей, казавшейся ядовитой. – Я не за этим вернулся!

– А зачем? – пыхтела я, злясь на безучастно стоявшего рядом Мишку.

– Вспомнил кое-что!

– Ты вспомнил, когда до ближайшего магазина дошёл? – попыталась я угадать, всё ещё уверенная, что Бармалей попросту воспользовался случаем, чтобы сбегать за бутылкой.

– Я знаю, где сегодня будет Платова!

– Что? – я отпустила двери, и Бармалей ввалился в прихожую.

– Она на фитнес приезжает каждый день, – выдохнул он.

– Куда? – хором спросили мы.

– Здесь недалеко, – с этими словами Бармалей показал рукой куда-то в сторону вешалки.

– Что-то верится с трудом, – пробормотала я.

– А ты поверь! – предложил Мишка.

– Настораживает такой фарт, – блеснула я запомнившейся фразой.

– Почему? – недоумевал Бармалей.

– Всё как-то удачно выходит, – стала объяснять я. – За одну ночь определили, кто является героем скандального ролика и нашли, где она проводит время.

– А что тут такого? – удивился Мишка. – Мы просто везучие с Бармалеем.

– Ага! – Я хохотнула. – Такие везунчики, что бизнес вместе с жильём просрали…

– Откуда ты знаешь, что это плохо? – возмутился Мишка. – А что если это наоборот, провидение?

– Как это? – не поняла я его.

– Ну, вот смотри, – он закатил глаза под потолок и бросился в пространные рассуждения: – Давай исходить от того, что например я остался в бизнесе, и на пару с Бармалеем мы продолжили грести деньги лопатой.

– Если честно, то этого не могу себе представить, – призналась я.

– А ты постарайся! – потребовал Мишка.

– Ну, допустим, – сдалась я.

– У нас на тот момент уже приличные накопления были, а место! М-мм! – помычал он и снова закатил глаза под потолок, но уже мечтательно. – Закачаешься! Не какая-нибудь окраина, а почти центр города!

– И! – торопила я.

– И вот на этот лакомый кусок зарится какой-то серьёзный человек, – продолжал он. – Приходит ко мне и предлагает продать бизнес за копейки…

– Ты это к чему? – Я поскучнела.

– А к тому, что мы с Бармалеем это всё потом и кровью…

– Ты быстрее можешь? – злилась я.

– Могу! – Он выразительно кивнул, отчего ударился подбородком о собственную грудь и заключил: – Нас бы с ним всё равно пристрелили!

– Господи! – Я всплеснула руками. – Вот бы кто-то доброе дело сделал!

– Дура! – обозвал он, и надулся.

– Ладно, – я вздохнула, собираясь с мыслями, и приняла решение: – Придётся вступать в игру мне.

– В каком смысле? – насторожился Мишка.

– Пойду сегодня в этот клуб и посмотрю, что собой представляет ваша Платова.

– А тебе это надо? – усомнился Мишка.

– А по-твоему, нет?

– Ты же хотела просто квартиру поменять, – напомнил он.

– Расхотела, – огрызнулась я, прекрасно понимая, что хитрый маргинал, таким образом, попросту меня заводит. Ещё бы, ведь пока во всей этой истории есть интрига и человек, который хочет в ней разобраться, у Мишки есть шанс пить на халяву.

– Быстро же ты меняешь решение! – стыдил меня Мишка, с явным желанием разозлить.

– Разве не понимаешь, что они всё равно меня найдут? – расстроенно спросила я, пытаясь понять, как далеко он готов зайти в своём безрассудстве и что, кроме водки, им движет.

– В Москве? – не поверил Мишка.

– Нет, в Арктике! – разозлилась я. – А где еще, по-твоему?

– Но как?

– Просто! – сказала я. – Они бандиты.

– Платова блядь, – неожиданно напомнил о себе Бармалей. – А не бандит.

– Скорее блядь с садистскими наклонностями, – перехватил инициативу разговора Мишка. – Отрезала мужику яйца и глазом не моргнула.

Сказав это, он поёжился.

– Таких называют мазохистами, – блеснул познаниями Бармалей.

– Нет, – возразил Мишка. – Мазохисты это когда себе, а садисты, когда другому, и от этого получают удовольствие.

– Где говоришь, этот клуб? – спросила я, всё ещё не веря, что Бармалей эту историю не выдумал.

– Какой? – Бармалей захлопал глазами.

«Началось!» – подумала я зло, вспомнив папочку, который на полуслове забывает, о чём говорит и напомнила:

– В который твоя Платова ходит на фитнес.

– На Вернадского, – не моргнув глазом ответил Бармалей.

– Ты не ошибся? – допытывалась я.

Я всё ещё не верила, что так бывает. Всё-таки в Москве огромное количество людей. А здесь какой-то бомж, пусть в прошлом предприниматель, во что даже после всех доказательств мне верилось с трудом, вдруг опознаёт в криминальном сюжете свою знакомую. Ладно ещё узнал! Он каким-то боком называет клуб, в который она ходит! Может, сочинил, чтобы выпить с комфортом?

– Точно нет! – между тем стоял он на своём. – Не ошибся.

Я посмотрела Бармалею в глаза и потребовала:

– Докажи что не врёшь!

– Как?

– Ну, не знаю. – Я пожала плечами. – Откуда тебе всё это известно?

– Нравилась она ему в своё время, – ответил за него Мишка и виновато потупился.

– Господи! – Я прижала руку к груди. – Я сейчас растрогаюсь! Прямо сюжет для мелодрамы!

– Скорее для драмы, – поправил Мишка.

– Ладно, пойду собираться, – приняла я решение.

Глава 13. Шутница

Я уже отчаялась поднимать и опускать руки с зажатыми в них ручками тренажера, а спина стала словно деревянной, когда в зале появилась Платова.

– Господи! – ужаснулась я вслух и отвернулась.

Конечно, возможно она не знает меня в лицо, и моим розыском занимается её охрана. Но всё равно, стало страшно.

– Что, простите? – заволновался тренер.

Слащавый брюнет, который с момента моего появления будто бы перестал видеть остальных женщин, и вился вокруг «новенькой» навис надо мной.

– Всё нормально, – успокоила я его.

– Меня, кстати, Кирилл зовут, – представился он.

Я это знала. Его уже подзывали к себе по имени.

– Меня Марта, – назвалась я, больше для того, чтобы отвлечься разговором от Платовой.

– Вы очаровательны! – не удержался и отвесил он комплимент.

Выглядела я конечно эффектно. Мало того что красива и имею безупречную фигурку, так ещё не один час провела в спортивных бутиках, подбирая под цвет кожи, волос и глаз соответствующую одежду. На мне было регулируемое спортивное бра, зелёного цвета и леггинсы с высокой талией под мрамор.

– Делать комплименты это ваша работа? – съязвила я.

– Глядя на такую, как вы, сразу теряешь голову и забываешь, зачем здесь находишься! – признался Кирилл.

– Лучше делайте свою работу, – попросила я.

– Вы в сауну не торопитесь, – наставлял он вкрадчиво. – И вообще, на первых тренировках не стоит стразу пытаться испытать всё. Ограничитесь тёплым душем.

– С тобой? – я разозлилась. Мне вдруг захотелось плюнуть в это похотливое лицо. Я готова была поспорить, что он работает не за деньги, а для того, чтобы склеивать здесь баб. Ещё бы, мужики с таким торсом и лицом пользуются успехом. Он был не в моём вкусе, но красив, и если бы не дела, возможно бы я с ним пофлиртовала, и даже больше. Но сейчас, что говорится, не стоял…

– Я ещё могу предложить массаж, – продолжал он.

– Почему бы тебе не заняться вон той, – я показала взглядом на Платову.

К этому моменту, женщина размялась и сейчас работала с гантелями.

– С кем? – Тренер обернулся.

По тому, как Платова улыбнулась, встретившись с ним взглядом, я поняла, что они знакомы. Хотя, по-другому и быть не могло, ведь Бармалей сказал, что она ещё десять лет назад приходила сюда. Конечно, её знали все, впрочем, как и она. Интересно, а почему Платова не меняет своих предпочтений? – задалась я вопросом, разглядывая её фигуру.

Она была в майке и шортах. Без всякого выпендрежа. Сразу видно, сюда она ходит исключительно ради здоровья. Я вдруг поняла, что допустила ошибку. Если судить по тому, что собираются здесь в основном одни и те же, то я сейчас в своём одеянии и со своей внешностью наверняка привлекла внимание. В том числе и Платовой. А как иначе? Небось, она уже сравнила себя со мной и сейчас размышляла, что я за фрукт. Все мы одинаковые. Пусть мужчины не думают, что когда в помещение входит красивая женщина, то озабочены только они. Скорее женщины озабочены больше. Сразу включается какой-то механизм соперничества, начинающий сравнивать себя милую с новым объектом.

«А у неё бёдра шире или бюст больше… А вот майка не подходит под цвет волос…»

– Ольга занимается по индивидуальной программе и тренер ей не нужен, – объяснил, наконец, Кирилл.

– Вы знакомы? – спросила я.

– Конечно, – подтвердил он с гордостью тренера, как минимум, чемпионки мира по художественной гимнастики. – Ольга здесь занимается давно.

– Каждый день? – засыпала я его вопросами.

– Каждый день.

– Ты спал с ней? – спросила я напрямую.

Кирилл ничуть не смутился. Ещё бы, на такой работе ко всему привыкнешь.

– Почему спросила?

– А мы разве на «ты»?

– Между тренером и учеником должны быть доверительные отношения, – заявил он вкрадчивым голосом.

– Мне тренер не нужен, – объявила я, и снова стала наблюдать за Платовой.

Она отложила гантели и сейчас занималась на беговой дорожке. Но не бежала, а шла. Я невольно залюбовалась тем, как она двигается.

– Хороша! – вслух восхитился Кирилл, проследив за моим взглядом. – Результат каждодневных тренировок.

– Ага! – Я усмехнулась. – Знаю я эти тренировки.

Платова словно почувствовала, что на неё смотрят и снова обернулась. Я не сразу поняла, что она смотрит на меня, и запоздало перевела взгляд на окно. Однако было поздно. Я почувствовала, как Платова рассматривает меня, и ощутила тревогу.

Но вот она уставилась перед собой и увеличила обороты. Мой взгляд, словно магнитом снова притянула её фигура. Что-то было не так. Я разглядывала руки, ноги, волосы, и не могла понять, что меня смущает. Платова, наконец, отключила дорожку и ступила на пол. И всё повторилось. Словно чувствуя мой интерес к своей персоне, она посмотрела прямо на меня, через весь зал. Я снова отвела взгляд в сторону и, кажется, покраснела. Да, сыщик из меня никакой. Ещё подумает, что я лесбиянка. А что, сплошь и рядом в таких заведениях обитают извращенки.

«А, может, она тоже? – подумала я. – Точно! Вон как с мужиком расправилась».

Вспомнив то, как Платова отрезала член, я снова поймала себя на мысли, что вижу немного не то. А что «не то» и что «вижу», не могла понять. Да что же это такое?

Спина и плечи уже ныли, а под мышками скопился пот. Я сняла полотенце с перекладины и поплелась в раздевалку. Проходя мимо Платовой, напрягалась. А что если она знает меня в лицо? Я оглянулась и, словно от ожога, вздрогнула. Мы в который раз встретились взглядом. Ненадолго, на какое-то мгновенье, но я поняла, что её озаботило моё внимание…

Стоя под упругими струями воды, я размышляла, как быть дальше. Не открывая глаз, нащупала флакон с шампунем, щедро выдавила маслянистой жижи на руку и стала мылить волосы. «Господи, сколько же придётся сохнуть?» – подумала я и снова мысленно вернулась в зал. Вот Платова входит. С первых её шагов мне показалось что-то странным. Будто бы это была та самая женщина, которую я видела на записи, и, в то же время, не та. Разве так бывает?

Погружённая в свои мысли я пошла на массаж. Полный релакс! Надо взять за правило посещать такие центры. «Сейчас может и не актуально, но уже через пару лет я начну стареть, – думала я в полудрёме, кайфуя от крепких рук массажиста. – Господи, о чём это я? – вновь всплыл из глубины дрёмы вопрос. – Надо что-то решать! Но что? Давай сначала! Я имею на руках запись тяжкого преступления. Возможно, после всего этого парня убили, а тело спрятали. Вернее так оно и есть. Какой дурак будет оставлять в живых евнуха? Ведь такого уже ничто не остановит. Если сразу не наложит на себя руки и не бросится мстить, то наверняка направится в полицию. Даже не так, – мысленно одёрнула я себя. – Скорее, после такой экзекуции, человека ждёт если не морг, то больница, а врачи обязаны о таких злодеяниях сообщать в правоохранительные органы. Следовательно, его убили, а тело спрятали. Значит, я имею на руках доказательство тяжкого преступления. Знают об этом и люди Платовой, которые убили из-за жёсткого диска Сохотского и, если ничего не предпринять, убью и меня. По всему выходит, со всем этим мне теперь надо идти в ближайшее отделение полиции и всё рассказать. А может ну её в баню? Что если просто снять квартиру где-нибудь в Мытищах, поменять телефон и жить себе потихоньку? Хотя зачем собственно что-то снимать? Мне давно пора встретиться с Вадимом, чтобы принять предложение и выйти замуж. От этой мысли вновь заныло под ложечкой. Нет, лучше переспать с Мишкой или, даже, с его дружком Бармалеем, чем с Вадиком! При одной мысли, что придётся целовать этот рот с мелкими как у акулы зубами и впускать его в себя мне стало тошно.

«А почему собственно я должна за него выходить замуж?! – от пришедшей в голову мысли я едва не закричала. – Рольгейзер нет, а, следовательно, нет и обязательств выходить за него замуж».

С другой стороны у меня не осталось и средств для существования. Те деньги, что выдали в пансионате, уже заканчивались, а работать я не собиралась. Можно, конечно, напомнить о себе Антону. Состоятельный красавец был самым что ни на есть вожделенным объектом для моих чар, если бы не одно но – он был женат и, причём, что сейчас редкость, по большой любви. К тому же я и так злоупотребила его увлечением мной. Склеить нового «папика»? Ладно, вернусь к этому вопросу после того, как решу что делать с диском. А поскольку ещё одну ночь с Мишкой я не вынесу, делать это надо немедленно. «Значит в полицию!» – решила я, как вдруг снова и отчётливо ощутила всю тяжесть нахождения там. Запах, казённый вид коридоров, строгие лица мужчин и минимум макияжа на некрасивых женщинах, и подозрительно-въедливый взгляд следака. Именно такой виделась мне перспектива оказаться в участке. «А чего я собственно туда пойду? – подумала я. – Можно просто позвонить следователю, который дал свою визитку перед своим уходом и всё. Сказать будто знаю, что искали в квартире, а заодно потребовать на время следствия охрану. Точно!»

Глава 14. Это и так подвиг

Местом для наблюдения за фитнес-центром я выбрала небольшое кафе напротив. Натруженные мышцы с непривычки слегка приятно гудели. Следя в окно за выходившими из дверей людьми, я пила кофе и размышляла, когда Платова вышла из дверей клуба в сопровождении какой-то женщины в очках. Она была тоже красива и походила внешне на Платову. Но эти женщины не могли быть сёстрами, поскольку имели совершенно разный типаж. Волосы у неё были тоже длинными и спадали на плечи, но, в отличие от Платовой, она была шатенкой. Ещё я поняла, что этой женщины не было среди тех, кто изнурял себя в зале тренировками. Скорее она приехала позже.

Я торопливо допила уже остывший кофе, бросила на стол деньги и устремилась к выходу.

«Чёрт! – выругалась я про себя. – А что если не успею?»

Я надеялась только на одно: у метро стоят такси. Вернее частники, занимающиеся частным извозом. Две или три машины дежурили здесь постоянно. Об этом мне рассказал массажист. От него же я узнала, что Платова проводит в фитнес-клубе ровно два часа, и по ней можно сверять часы. Странно, почему сегодня она вышла раньше? Я собиралась подъехать на такси к стоянке и там её ждать. Может что-то случилось? А что если она заподозрила, что за ней следят? – подумала я, но тут же прогнала эту мысль прочь. – Не может быть. Разве я похожа на шпионку? С другой стороны она убийца и знает это. Вообще удивительно, как после всего она может ещё заниматься спортом. Железные нервы у бабы! – восхитилась я. – Если к этому прибавить обыкновенный человеческий страх быть арестованным, то я вовсе не понимаю её. Хотя нет, всё правильно, она наоборот должна сейчас вести себя как прежде. Так поступают опытные преступники. Они знают, что перемены во внешности и в поведении, как и отказ от привычек, бросается в глаза. Недаром следователи первым делом в таких случаях спрашивают: «А вы не заметили за ней ничего странного?» Странное, это непохожее на повседневное и привычное.

– Свободен?! – крикнула я в ухо водителю так, что он вздрогнул и отпрянул.

Не дожидаясь ответа, я рванула дверцу на себя и забралась на заднее сиденье. Потом вдруг передумала. Так не пойдёт! Снова толкнула дверцу и выскочила наружу.

– Э-ээ! – протянул таксист.

Круглолицый дядька с большими залысинами крутил головой.

Я обежала машину вокруг и плюхнулась на переднее сиденье.

– За вами никто не гонится? – поинтересовался он.

– Паркинг у фитнес центра знаешь? – спросила я и открыла сумочку.

– Ну знаю, – подтвердил он.

– Давай к нему! – приказала я и достала тёмные очки.

– К какому? – спросил таксист.

– Как к какому? – не поняла я.

– Там их два, – объяснил он. – Один выходит на соседнюю улицу, а один здесь.

– Да вы что? – Я расстроилась.

– А что вам там надо? – поинтересовался он.

– Одну женщину хочу увидеть, – стала на ходу сочинять я. – С моим мужем решила покрутить…

– Кто такая? – Он повернул ключ в замке зажигания.

– А что это вам даст?

– Вы думаете, первая, кто за конкуренткой следит? – насмешливо спросил он отъезжая от бордюра. – Как правило, лучше нет места, чтобы вычислить нужного человека и сесть на хвост.

– Фамилия Платова вам о чём-то говорит? – спросила я.

– Чёрт, пошутил, не подумав, – он притормозил. – Наверное, вы не по адресу обратились.

– Почему?

– Белый кадиллак, – произнёс он и совсем остановил машину.

– И что?

– Да следил я уже за ней…

– Ох! – вскрикнула я от вида, возникшего в окне Бармалея.

– Привет! – воскликнул он, обдав меня могильным запахом.

– Скажи, от тебя можно где-нибудь спрятаться? – спросила я со злостью.

– А разве ты прячешься? – Он заулыбался во весь рот.

– Кто это? – настороженно спросил таксист.

– Мой муж! – на полном серьёзе сказала я.

Таксист поперхнулся воздухом, а я смехом.

– Ты куда собралась? – спросил Бармалей.

– Отстань! – крикнула я. – Времени нет.

Одновременно я всем своим существом ощутила взгляд таксиста. Были в нём недоумение, страх и растерянность. Ещё бы, такой странной парочки он наверняка отродясь не видел. Ещё я поняла его желание – немедленно избавиться от нас. Моё предположение тут же нашло подтверждение.

– Так, молодые люди! – окликнул нас таксист с возмущением. – Я никуда не еду!

– Какого чёрта ты подошёл? – злилась я, решив наврать Бармалею, будто таксист высадил меня из-за него.

– Просто поздно увидел тебя, – оправдывался он.

Шедшие навстречу люди шарахались от нас как от прокаженных, а те, что обгонял, оборачивались и глазели. Даже не так. Многие норовили специально опередить, чтобы получше нас рассмотреть. Пересиливая себя, я взяла Бармалея под руку и прижалась. Он обомлел и даже запутался в собственных ногах. Но через пару десятков шагов быстро привык к новой роли и стал рассказывать, жестикулируя свободной рукой:

– Платова живёт на соседней улице. А вот та женщина, которая сейчас с ней вышла…

– Ты видел? – восхитилась я.

– Конечно! – подтвердил Бармалей. – Так вот она приехала в разгар тренировки. Причём очень торопилась.

– Может, ты знаешь, куда сейчас они направляются?

– Могу предположить, что в небольшой ресторанчик, что чуть ниже, – продолжал он меня удивлять. – Платова там подолгу может сидеть. Иногда просто кофе заказывает, а иногда сидит и что-то печатает на ноутбуке…

– Ты что, за ней следил?

Он вдруг насупился и покраснел.

– Нет, просто в этом районе обитаю. Да и вообще, – Бармалей шмыгнул носом. – Мы ведь люди вольные. С утра до вечера бродим по окрестностям и всё подмечаем. Оттого и менты сразу к нам бегут, случись что…

– Значит, говоришь, в ресторане? – бормотала я, размышляя над возникшей вдруг мыслью.

– Ну да, – подтвердил он. – «Садко» называется.

– Ты вот что… – Я встала. – Спасибо конечно за всё, только дальше я сама…

– Понимаю. – Он освободил свою руку от моей. – Это и так подвиг, с бомжом под руку пройтись…

– Заметь, не я это сказала!

Он развёл руками.

Я всучила ему сумку со своей спортивной одеждой и напутствовала:

– Можешь поменять на бутылку!

Я не понимала своего порыва. Может, просто не до этого было? Да и как таскать с собой всё это по городу? Конечно, можно было попросить Бармалея, потом принести сумку домой или, на худой конец, передать Мишке, но я и представить себе не могла, что надену эти вещи после того, как они побывали в логове бомжа. Мало ли что он там будет делать, пока я слежу за Платовой? Вдруг Бармалей фетишист? А что, живёт без женской ласки. Наверняка и таким как он приходится как-то удовлетворять заложенные природой потребности. Я представила, как Бармалей уткнулся своим красным в прыщах носом в мои трусики и противно сопит, вдыхая запах моего тела. Фу! Или начнёт хвалиться дружкам или подружкам. Таким же, как он бомжам. Те в свою очередь будут трогать одежду руками и примерять… Да ну их, легче новое потом купить…

Я направилась вдоль по улице, а Бармалей смотрел вслед.

«Господи, но и угораздило же!» – подумала я и стала на ходу искать в сумочке салфетку, чтобы протереть руку.

Бармалей оказался прав. Платова со своей подругой сидели в ресторане «Садко» за столиком у окна. Я прошла через зал и устроилась за барной стойкой. Что тут такого, если она меня узнает? Может это и к лучшему? Я заказала воду без газа и стала обдумывать разговор. Мне нужно было во что бы то не стало убедить садистку, что я никому ничего не скажу. Но как это сделать? «Тётенька, я честное слово никому не расскажу, что вы отрезали какому-то мужику яйца». Стало смешно, и я задалась вопросом: «Я сама-то верю, что буду молчать?» Как только у меня появится подруга, я первым делом поделюсь с ней этим кошмаром. Такое разве можно сохранить в тайне? Вот и Платова не поверит. Она наверняка выслушает, сделает вид, будто верит, а ночью отправит по мою душу своих бандитов… Может сказать, будто сделала копию и вторая запись попадёт в полицию, как только со мной что-то случится? Но все мы под Богом ходим. Что если меня просто машина собьёт? И что, Платовой за решётку? Да никто не согласится иметь за пазухой мину замедленного действия. Конечно, рано или поздно я окажусь в каком-нибудь подвале, где всё расскажу…

Время шло, а я так ничего и не придумала.

Между тем Платова со своей подругой стали собираться. К ним подошёл официант, они взяли сумочки.

Так и не решив, как быть дальше, я сползла с табурета и поплелась к выходу.