Текст книги "Усатая полосатая"
Автор книги: Светлана Бурилова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
– Как она может нравиться красавчику Шион?
– И правда, как была уродкой, так и осталась, – громким шёпотом выдала Ианна. – Я же говорила, что она любит отнимать чужое.
– Видно, Ксалиэля ей мало, что на риконов нацелилась...
– Ну, ничего поиграются с ней и выкинут. Ведь и посмотреть-то не на что...
И это были самые приличные высказывания. Тарисса стиснула зубы, не желая показывать, насколько ей обидно.
– Эй, вы, курицы! Что, только на гадости ваш язык способен? Понятно, почему все парни вас обходят стороной. Кому нужны такие гадины!
Ксалиэль подхватил Тариссу под руку и повлёк в сторону столовой.
– Зря ты заговорил с ними, всё равно ведь болтать не перестанут. Я давно на таких внимания не обращаю.
– Я твой друг, и обязан защищать от всего, даже от таких ненормальных. Ммм, идём-ка, лучше поедим, повара обещали сегодня что-то вкусненькое.
Уже сидя за столом, Ксалиэль потихоньку выпытал всё о взаимоотношениях Тариссы с Ианной, хоть сама Тарисса и не хотела сначала ничего говорить.
– Ксалиэль, она просто ещё молодая и глупая. Среди нас, инчихов практически не бывает таких, как Ианна, да и то у неё это скоро пройдёт. Я знаю...
– Только от этого тебе не станет менее больно от её слов, – заметил эльф. – Ты как хочешь, но с девчонкой я поговорю, наставлю на путь истинный.
Тарисса поначалу отговаривала друга, но видя его непреклонность, махнула рукой.
Тем не менее, вскоре нападки со стороны Ианны и её подпевал прекратились. И даже больше, когда Ианна узнала, что Тарисса торопится научиться владеть своими способностями, чтобы помочь внучке старейшины из клана золотых, девушка перехватила Тариссу по пути в столовую и извинилась.
Вот так и прошёл ещё один год в Академии. Только на этот раз, прежде чем отправиться на каникулы домой, Тарисса вначале решила побывать в клане золотых и попробовать помочь девочке.
А там уже и надеяться перестали. Малышка практически стала тенью самой себя, семья же её погрузилась в беспросветную тоску, видя, как угасает дитя.
Едва прибыв на место, Тарисса попросила оставить их с девочкой наедине, а затем осторожно, как учил её аффин Шион, стала проникать в голову малышки.
Темнота, сплошная, непроницаемая...не оставляющая надежды... Но Тарисса упрямо проникала всё глубже, с непривычки вкладывая часть своих жизненных сил и, поэтому чувствуя во всё теле нестерпимую боль. Только и к этому девушка была готова.
И вот, казалось бы, в полнейшем мраке зажглась маленькая искорка, к которой тут же устремилась Тарисса. Вот она, последняя живая частичка души девочки, уже готовая окончательно угаснуть.
'Ну, нет! Я этого не позволю!' – рассердилось всё существо девушки, и она начала с силой раздувать искру, прикасаясь к неё своей душой. И чудо произошло – махонькая искорка мгновенно вспыхнула, засияв ярким чистым светом, выжигая мерзкую вяжущую черноту. А Тарисса осторожно стала покидать чужой разум.
Открыв глаза, девушка с радостью увидела осмысленный взгляд малышки. Тепло улыбнулась девочке и... потеряла сознание....
Пришла в себя от щебетания обеспокоенных голосов.
– Тарисса, девочка! Ну, как же так?!
Похоже это мать малышки.
– Одди, не тряси так девочку. Лучше оботри её лицо, видимо, от напряжения у неё пошла кровь носом...
Тарисса нахмурилась и распахнула глаза.
– Ой! Она пришла в себя! – тихонько вскрикнула аффи Одди.
– Девочка, ты вернула счастье в наш дом, – восторженно сказал старейшина.
– Как малышка? – спросила Тарисса. – У меня ведь получилось?
– Получилось! Я и не сомневался в тебе. Моя внучка сейчас спит, и это целебный сон. И тебе бы он тоже не помешал, но сначала женщины отведут тебя в купальни, а затем накормят... А в благодарность... вот возьми!
Старейшина протянул тончайшей работы цепочку с небольшим кулончиком яркого синего цвета. Тарисса уже видела подобное изделие на шее рикона и знала, что это мощнейший артефакт защиты.
– Что вы, не надо, – попробовала отказаться девушка, зная ценность артефакта. – Я же помогаю бескорыстно...
– Девочка, это твоя первая спасённая жизнь. А этот подарок станет напоминанием этого и ещё не раз поможет в трудную минуту.
Ничего не оставалось, как взять подарок, дабы не обидеть старейшину.
– Ладно отдыхай, девочка. Ты погостишь у нас?
– Не могу, – с сожалением ответила Тарисса. – Дома ждут, к тому же очень хочется понянчить сестрёнку. Я же её ни разу не видела, а ей скоро годик.
– Тогда, если не против, отвези от нашего клана подарки девочке, а родителям передай поклон...
На следующий день, едва рассвело, Тарисса попрощалась со всеми и, обернувшись, при этом совсем забыв, что иногда стесняется своей полосатой половины, понеслась домой.
– Красивая! – вздыхали свободные самцы.
– Повезёт кому-то, – тепло улыбались старейшины.
***
– Мам, я дома! – вскричала Тарисса с порога.
Но первым, на кого она натолкнулась, оказался ненавистный Каинани. Улыбка тут же покинула лицо девушки.
– Ну, здравствуй, мелкая, – усмехнулся инчих.
– И тебе не хворать, старичок! – огрызнулась Тарисса и понеслась дальше на поиски родителей.
Все, и родители и братья, оказались в детской, с умилением поглядывая на спящего ребёнка. Отцы и мать тут расцеловали Тариссу, которая всё рвалась взглянуть на малышку.
– Она так на тебя похожа, – умиляясь, сказал Риани, приобняв старшую дочь.
Сама девушка с восторгом разглядывала сестричку. Такая маленькая, такая лапочка... в сердце тут же разлилось тепло нежности и любви.
– Как назвали? – шёпотом спросила Тарисса.
– Алисса, – ответил Таир, – мама имя выбрала.
– Красивое. Она ещё не оборачивалась? – так же тихо спросил один из братьев.
– Нет. Мала ещё, – рассмеялась Светлана. – Ладно хватит болтать, разбудите ещё. Идите лучше в купальню, а потом за стол, голодные, небось.
Естественно, первыми вниз ломанули парни, весело переговариваясь. И даже внимания не обратили на возмущение Тариссы таким произволом, ведь они уже не первый день дома, в отличие от сестры. Девушка лишь успела крикнуть вслед нахалам пару 'ласковых' слов, а затем отправилась искать себе чистую сменную одежду. Зная братьев и их вечно голодное состояние, Тарисса постаралась поторопиться. К моменту, когда она спустилась в купальню, парней и след простыл.
Блаженно прикрыв глаза, девушка вдохнула тёплые пары воздуха и стала стягивать с себя пыльную одежду, затем расплела косу и медленно пошла в воду. Пребывая в блаженном состоянии, она тихонько рассмеялась, чуть закинула голову назад, рассыпая руками по плечам пряди густых волос. И не слышала позади себя изумлённо-восхищённый вздох...
Постояв так с минуту, Тарисса окунулась с головой в воду, чуть проплыв вперёд, а вынырнув, отправилась в парильню.
Когда она появилась в столовой, все уже приступили к еде. Девушка молча подсела к столу и с улыбкой стала оглядывать свою семью, вот только когда её взгляд натолкнулся на задумчиво взиравшего не неё Каинани, улыбка стёрлась с её губ.
И, не смотря на присутствие инчиха ещё неделю в доме друзей, Тарисса дала себе слово не расстраиваться и как следует отдохнуть на каникулах. И даже один раз соизволила отправиться вместе с парнями на охоту, правда, предварительно узнав, что Каинани не сможет пойти со всеми. Что уж стало этому причиной, девушка не знала, впрочем, это её и мало интересовало, зато она от души порезвилась на охоте под присмотром старших братьев. А как иначе, если большинство парнев из поселения неожиданно стали проявлять к ней бурный интерес, буквально преследуя всюду.
Сначала Тарисса сердилась, потом негодовала, а позднее просто веселилась над глупым поведением парней. Тем более что у них даже шанса не было, хоть чем-то её заинтересовать. И совершенно глупо было надеяться, что девушка станет кому-то из них парой.
Как-то раз, уютно устроившись в глубине сада на качелях, что смастерили ещё лет десять назад для неё братья, Тарисса углубилась в чтение свитка о ментальной магии, что посоветовал для прочтения аффин Шион. Чудесная погода, весёлое щебетание птиц – ну, чем не приятный денёк для расслабления?!
И вот, когда девушка была близка к пониманию сложного заклинания, с той стороны забора раздался тихий свист, а затем голос, тихонько зовущий её. Чуть повернув голову, Тарисса глянула в сторону постороннего звука. На самом верху забора, а был он достаточно высоким. Чтобы скрыть всё то, что происходило в окрестностях дома, сидел Мэррай, один из надоевших своими приставаниями инчих.
– Тарисса, киска, давай поговорим, – сладко пропел он. Тем не менее осторожно озираясь по сторонам, опасаясь встретиться с братьями девушки.
– Вот как?! Киска?! – хмыкнула Тарисса. – А как же 'полосатик' и 'ущербная'?
– Оу, что же вспоминать глупости, сказанные в детстве, – отмахнулся парень. – Я их давно забыл...
– Зато я – нет! – сердито бросила девушка и послала в сторону наглеца маленький заряд молнии.
От неожиданности парень вздрогнул, взмахнул руками и свалился с забора. К огорчению Тариссы совсем не с той стороны. С какой она бы хотела.
Потирая пятую точку, Мэррай, недовольно глянул на девушку, и, практически тут же, широко заулыбался.
– Так не терпится побыть со мной наедине?
Тарисса фыркнула.
– Ну, у тебя и самомнение! Знаешь что, женишок, проваливал бы ты по добру, по здорову, пока я ещё добрая... – Ой, а мне так не терпится узнать, что же будет, если я этого не сделаю?
Неожиданный грозный рык за спиной заставил парня буквально подпрыгнуть от страха. Из-за деревьев показалась оскаленная морда огромного чёрного инчиха, в котором Тарисса тут же узнала зверя Каинани.
Продолжая угрожающе рычать, инчих стал надвигаться на Мэррая.
Ох, как же быстро замелькали его пятки, когда парень улепётывал из сада, буквально птичкой перелетев через высоченный забор. Тарисса весело хохотала, наблюдая эту картину, не заметив, как чёрный зверь очень близко подобрался к ней.
И только когда чуть влажный нос инчиха ткнулся девушке в шею, активно принюхиваясь, Тарисса обратила на него внимание, тихонько взвизгнув от неожиданности. И тут же возмущённо дёрнула большую кису за усы, вызвав у зверя недовольное фырканье.
– Проваливай! – отмахнулась девушка.
Зверь чуть боднул Тариссу головой, как бы говоря 'ну, погладь'.
– Найди себе кого-нибудь по возрасту, – съязвила девушка. – А то вдруг нечаянно что-нибудь сделаю не так такому взрослому дяденьке...
Инчих недовольно дёрнул хвостом и с гордым видом удалился.
Вернувшись в отведённую ему комнату, Каинани то и дело морщился. И что ему далось, крутиться рядом с этой язвой Тариссой. Ведь знал же, что нечто подобное может произойти, только разве поспоришь с внутренним зверем.
Тут же Каинани вспомнил, какие слова о девушке говорил её старшему брату буквально в прошлом году. Да, он называл Тариссу малявкой и совершенно ему не интересной... Но он вынужден был так сказать! Ну, не шокировать же друга тем, что не равнодушен к его сестре с самой первой встречи, когда Тарисса ещё была карапузом. Да, его бы и на порог в этот дом не пустили, узнав, насколько собственнические чувства он испытывает к малышке.
Он потом даже уговорил родителей уехать подальше от соблазна, отнять, присвоить себе маленькое чудо, покорившее его сердце. И через какое-то время ему показалось, что он с собой справился...
Ну, да, до первой встречи с Тариссой...
Перед глазами замелькали кадры.
Вот несуразный подросток, но уже привлекающий взгляд своей непосредственностью и озорным огоньком в глазах... Вот встреча в Академии, заставившая с новой силой пробудиться собственнический инстинкт и ревность ко всему мужскому составу Академии. А уж пристальное внимание к Тариссе рикона... Нет, лучше не думать об этом, потому как тут же хочется рычать от злости.
А теперь ещё и то, что он увидел в купальне...
Сколько ещё терпения нужно?!
***
Меж тем, причина переживаний Каинани довольно нежилась в парильне, размышляя, как переменчива жизнь. То, кроме родных, она никому не была нужна, то все, кому не лень, стали проявлять повышенный интерес, к тому же весьма нежелательных, особенно от парней поселения.
А вот неожиданное внимание Каинани безумно бесило... и в тоже время приносило удовольствие.
Правда, больше инчих не донимал девушку своим вниманием, проводя всё своё время в обществе братьев Тариссы, а потом, вообще, как-то неожиданно собрался и уехал, чес снял с девушки постоянное чувство напряжённости.
Всё оставшееся время до возвращения в Академию, Тарисса посвятила заботе о сестрёнке, проводя с ней практически каждую свободную минуту. Светлана не могла нарадоваться на старшую дочь, видя, что когда-нибудь она станет просто замечательной матерью. Оба отца тоже всё время находились рядом с женой и дочками.
Третий курс не предполагал каникул, ведь у студентов должна была состояться первая практика, поэтому Тарисса пыталась отдохнуть впрок. При этом стребовав в отцов обещание, навестить её в Академии или же перед отправкой на практику.
Вернувшись в Академию, Тарисса и думать забыла про Каинани, посчитав, что мысли о нём портят ей настроение, а сам инчих пытался забыть девушку в объятьях разбитной вдовы. Вот только его больше не радовали чужие объятья, и совершенно не было желания продолжать эти затянувшиеся отношения.
Каинани, наконец-то, признался себе, что совершенно запутался. То он бежит от своих чувств к одной полосатой самочке, мысленно высмеивая её, то, побросав все дела, несётся в дом её родителей, чтобы хоть одним глазком взглянуть на Тариссу.
В очередной раз дав себе мысленно затрещину, Каинани отцепил от себя руки любовницы.
– Ммм, что случилось? Ты не в настроении? – заискивающе спросила женщина.
– Прости, думаю, нам пора расстаться...
– Уже?! Я знала, что это произойдёт, но так скоро... Я же... Зийни ещё не вернулся, чтобы скрасить моё время... Мне, что же, скучать теперь придётся, ведь любовника лучше тебя у меня ещё не было. Может, хотя бы эту ночь?
– Не думаю...
– У тебя другая, – понятливо закивала женщина, внутренне злясь на соперницу. – И чем она лучше меня? Красивее? Искуснее в постели?
– Она – моя пара... кажется...
***
– Тари, а в чём ты пойдёшь на выпускной бал? – в сотый раз разглядывая себя в зеркале, спросила Найна.
Тарисса отмахнулась от вопроса, внимательно вчитываясь в послание из дома. Во-первых, мама обещала какой-то сюрприз на выпускной, во-вторых, передавала привет от сестрёнки, обожавшей свою старшую сестру, в-третьих, просила вернуться домой побыстрее, ведь у младших близнецов намечались свадьбы.
– Ну, Тари! Открывай быстрее коробку! Ведь в неё, наверняка, платье на бал...
Тарисса хмыкнула, глядя, как Эмина приплясывает вокруг её коробки.
– Ладно, глянем, что там.
Стоило Тариссе приблизиться к заветному предмету, как обе сестры обступили её, затаив дыхание. Сначала на свет были вынуты туфельки. Эмина схватила их, разглядывая, а затем прижимая к своей щёчке, охая от восторга. Но почти тут же общим вниманием завладело платье. Медленно поднимая его из коробки, тем самым разворачивая, Тарисса впадала в такой же восхищённый транс, что и подружки.
'Спасибо, мамочка!' – мысленно улыбнулась девушка.
Ведь кто же кроме мамы имел такой тонкий вкус?! Хотя, оба отца ей в этом не уступали. Наверняка, туфли выбирал папа Таир. Значит, папа Риани придумал что-то ещё.
Снова нырнув в коробку, Тарисса обнаружила небольшой ларчик, открыв который, чуть не заплакала от умиления и счастья. А вот и рука папы Риани... В ларчике лежали изящные вещицы, как раз к платью – колье, колечко и браслет.
– Теперь все парни твои! – восхищённо выдохнула Эмина.
– А Эррион будет локти кусать, что променял тебя на Санти! – довольно добавила Найна.
Тарисса фыркнула. Уж она то не собиралась больше страдать из-за такого корыстного дурака. А ведь ещё два года назад сума по нему сходила...
Память тут же услужливо развернула воспоминания о первой встрече с Эррионом...
Вернувшись после очередных каникул в Академию, Тарисса услышала от подруг, что у них появился новый преподаватель, молодой и красивый. И даже отправилась с девчонками унять своё любопытство и увидеть, наконец, предмет всеобщих вздохов, при этом нарушив несколько правил Академии. А кто ж разрешит студенткам подглядывать за купающимися магистрами?! А Найна с Эминой успели разведать безопасный путь к купальне работников Академии.
Потом было получасовое разглядывание во всех подробностях красавца магистра, заставляющее девушек смущённо краснеть, а потом и бледнеть, когда, явно опытный, маг обнаружил слежку.
Нисколько не смущаясь своей наготы, аффин Эррион одним взмахом руки перенёс виновниц прямо в купальни и поинтересовался, чем же это они занимаются... Вразумительного ответа, естественно, не получил, с интересом разглядывая девушек и при этом сканируя силу их магии, уж это он хорошо умел. На первый раз ограничился предупреждением, при этом раздумывая, как может впоследствии использовать это приключение.
А ведь именно приключением он и посчитал произошедшее. Магу польстило, с каким восторгом на него взирали девушки, явно ещё девственницы. Особенно одна, с милым румянцем на щёчках. Следовало разузнать о ней больше, ведь кто знает, может именно она скрасит его пребывание в Академии...
Вот только сама девушка и не подозревала об этих планах на неё и, возможно, впервые в жизни почувствовала влечение к мужчине.
Радуясь, что так легко выпутались из столь щекотливой ситуации, девушки забились в свою комнату и, то и дело вздыхая, в подробностях вспоминали происшествие.
– Тари, а ты видела, как он тебя разглядывал? Если бы на меня так смотрели, я бы просто упала без чувств... – щебетала Эмина.
– И он бы тут же воспользовался таким удобным случаем, – хихикнула Найна.
– Это ты о чём? – нахмурилась Эмина.
– А то не ясно, – фыркнула Найна, – оприходовал бы тебя... Тем более, ему бы на это времени много не потребовалось, задрал бы тебе подол... Сам то уж был в полной готовности, голенький, хи-хи!
Эмина, возмутившись, схватила подушку и запустила её в сестру. Та ответила тем же. Тарисса с улыбкой наблюдала за подругами, надеясь, что новый магистр не встретится им в ближайшее время, потому как было и страшно, и безумно стыдно посмотреть ему в глаза.
Вот только у судьбы были свои планы, и буквально на второй паре объявился глава Академии вместе с аффином Эррионом, дабы познакомить того со студентами.
Подружки, по давно заведённой привычке, сидевшие в первых рядах, втянули головы в плечи, стараясь остаться незамеченными. Вот только стоило Тариссе мельком взглянуть в сторону мага, как её глаза тут же наткнулись на пристальный насмешливый взгляд.
Позднее девушка всё пыталась припомнить, как так получилось, что аффин Эррион так легко вошёл в её жизнь, постепенно занимая не только мысли, но и всё свободное время. Эх, если бы рядом тогда был Ксалиэль, может быть, она бы так не увязла в отношения с магом. Но, как нарочно, эльф находился дома, улаживая проблемы между родственниками...
Да, позднее Ксалиэль не раз распекал подругу за глупость, не раз пытался открыть глаза на поклонника, но было поздно, Тарисса влюбилась. Вернее, ей так казалось тогда...
Аффин Эррион был умелым соблазнителем, легко разглядевшим интерес девушки, к тому же перспективной. Её отцы довольно известные в клане инчихов и при случае могли помочь решить ряд возникающих проблем, да и финансово явно обеспечены. Наводящими вопросами выудив из ректора Академии всё, что можно, о талантливой студентке, маг решил, что и ментальные способности девчонки можно использовать, правда, в начале не мешало бы обзавестись хорошим амулетом. А то, не дай боги, прочтёт его мысли, и он даже не успеет насладиться прелестями студентки. А совращение обещало стать интересным.
Первый поцелуй между Тариссой и магом случился буквально спустя неделю после первой встречи. Маг, как бы 'случайно' сделал так, чтобы интересующая его студентка задержалась в аудитории после занятий, как бы 'неожиданно' оказался рядом, когда Тарисса 'нечаянно' споткнулась. А вот самой девушке всё показалось очень естественным, и поддерживающие объятья мужчины, и его ласковый ищущий взгляд, и осторожное прикосновение губ магистра, сразу же отстранившегося, и его тихие слова, что он нисколько не сожалеет о случившемся...
Оказавшись у себя в комнате, Тарисса раз за разом переживала волнительное мгновение, вот только присутствовало и некоторое разочарование, ведь она считала, что поцелуй будет более чудесным, более захватывающим. Но по своей неопытности списала всё на то, что и поцелуем-то легкое прикосновение губ магистра было сложно назвать.
И даже когда случился второй и третий, и последующие поцелуи, Тарисса всё ещё пребывала в некотором недоумении. А где же тот взрыв чувств, о котором столько рассказывали девушки её братьев? И не находила ответа, продолжая с нетерпением ждать очередного проявления внимания со стороны аффина Эрриона.
Он же как опытный соблазнитель не спешил, медленно, но верно приучая к себе жертву. К тому же он был достаточно аккуратен, чтобы не обратить на себя внимание братьев Тариссы, к тому времени окончивших Академию, но всё же часто навещавших сестру. Даже взял с девушки обещание никому не рассказывать об их 'чувствах', дабы никто не смог разлучить их.
И Тарисса верила каждому слову магистра, всё больше увязая в этих отношениях. ей льстило внимание такого красивого мужчины, у которого, как она думала, она была одна. Не то что один чёрный инчих, пусть и гораздо более привлекательный и интересный... Пусть идёт лесом... к своей вдовушке...
Через полгода кратких встреч, маг решил, что пора переходить к следующему этапу соблазнения. Теперь за поцелуями следовали объятья и лёгкие прикосновения то там, то здесь, вгонявшие девушку в краску.
Но и к этому Тарисса вскоре привыкла, уже не вздрагивая, а, может даже, сама ожидая их. И магистр легко это видел и ликовал. Тем более что он уже устал столько сдерживать себя и удовлетворять свои потребности на стороне. Конечно, он бы легко сделал это и в Академии, желающих переспать с красавцем магистром было полно и среди магесс и среди студенток. Вот только кто-нибудь да и донёс бы об этом Тариссе.
Магистр Эррион, дабы осуществить, наконец, своё желание, даже напросился на обычно ненавистную ему практику, а ведь его всегда прельщал уют и чистота. А тут то грязь, то непогода, да ещё и вечные жалобы студентов... И всё же желание получить в свою постель Тариссу победило, и магистр отправился на поклон к ректору. Тот был неглупым и в какой-то мере наслышанным о пристрастиях посетителя, а потому пусть и в мягкой форме, но отказал аффину Эрриону, заявив, что состав отъезжающих преподавателей сформирован и не подлежит изменению. Пришлось магистру ретироваться, старательно гася в себе злость.
Тарисса же, как ни странно, почти забыла о своей симпатии, посвятив всё своё время заботам на практике. А работы было много, как раз прошла небольшая эпидемия по дальним мелким поселениям, затронув практически каждую семью. Слава богам, что смерть забрала всего одну душу, да и то умер совсем древний старик, устав продолжать свой жизненный путь одним, без семьи.
Пришлось Тариссе и вновь воспользоваться своим даром, исцелять души. И снова это были дети: мальчик пяти и девочка семи лет. И если с мальчиком проблем почти не возникло, и излечение его заняло всего пару часов, то вытаскивание на свет души девочки подкосило здоровье самой Тариссы, и всё оставшееся время до окончания практики она провалялась в большой удобной комнате главы поселения, набираясь сил и скучая. Ведь сокурсники двинулись в следующее поселение к страждущим.
Маги, сопровождающие группу, тоже разделились, большинство отправилось со студентами, а самый опытный остался приглядывать за девушкой. В начале аффин Саари надеялся, что достаточно будет пары дней для восстановления здоровья Тариссы. Но уже к вечеру первого дня стало ясно, что положение лишь ухудшается. Магистр подал сигнал бедствия в надежде, что уж кто-то из свободных практиков-целителей прибудет на место уже через пару часов...
– Что у вас? – спросил один из буквально ввалившихся в дом мужчин, стаскивая с себя мокрый плащ.
На улице разразилась гроза, сопровождаемая сильным ливнем, и, хоть мужчины большую часть пути двигались короткими телепортами, последние десять минут им пришлось добираться до дома старосты прямо под дождём.
– Да вот, не рассчитала девочка сил... И я ей помочь не могу... Я больше по ранам открытым да отравлением, а тут... Девочка – целитель душ, к тому же оборотень. Ей бы сородича...
– Мы все оборотни, – сказал второй мужчина, так же снимая плащ. – Вам какой нужен? Есть вирх, имди и инчих...
– Пожалуй, последний, – ответил магистр, – Тарисса тоже инчих.
– Тарисса?! – сипло выдохнул первый мужчина, тут же кидаясь к постели за импровизированной ширмой.
– О, знаете её?! – обрадовался магистр.
Вот только ответа не последовало, так как мужчина уже стоял на коленях у постели девушки, ласково касаясь кончиками дрожащих пальцев бледной щёчки.
***
Когда Тарисса очнулась, ничто не говорило о недавнем присутствии в комнате посторонних мужчин. У окна сидел, привалившись спиной к стене, и дремал один из кураторов практики, а у стола суетилась хозяйка дома. Девушка громко вздохнула, что вызвало цепную реакцию: хозяйка, всплеснув руками, радостно заохала, отчего проснулся куратор и тут же кинулся к Тариссе, выспрашивая, как она себя чувствует.
А спустя час девушка, закутанная хозяйкой дома по самый нос, сидела у стола и уминала вкуснейший обед.
– Какие же молодцы эти оборотни, – кудахтала женщина, – сразу поставили тебя на ноги, а ведь вроде говорили, что не являются лекарями...
Тарисса вопросительно посмотрела на магистра, но он лишь отмахнулся, знаками показывая, что переговорить хозяйку не удастся.
– А какие красавцы! Вот бы моей дочке такого муженька! И защитники! И добытчики! И любили бы крепко! Не то, что наши мужики!
Тарисса тихонько улыбалась.
– А уж как тот чернявенький тебя обхаживал! Видно, по душе ты ему пришлась, уж больно волновался. Жаль имени своего не сказал... Ну, да ладно, захочет, найдёт.
Тарисса решила, что необходимо узнать имя этого 'чернявого'. Дождавшись, когда шумная хозяйка покинет комнату, сразу же задала мучавший её вопрос магистру.
– Ммм, да, я как-то забыл поинтересоваться, – ответил мужчина, отмахиваясь, но было видно, что он хорошо знает ответ на вопрос, просто, говорить не хочет, ну, или его об этом попросили. – Ты лучше давай-ка ложись, отдыхай, завтра двинемся дальше. Надо догонять остальных...
Магистр ещё долго говорил, но девушка его уже не слушала. Вот бы было хорошо, что лечил её не какой-то там непонятный оборотень, а симпатичный магистр Эррион...
Правда, сам магистр Эррион в это самое время очень плодотворно проводил своё свободное время в объятьях очередной любовницы и практически не вспоминал о малышке студентке. Тем более что практика не продлится очень долго, и он наверстает упущенное...
Оставшиеся дни практики запомнились тогда Тариссе, как череда мелких неприятностей. Едва оправившись от слабости, девушка чуть было снова не оказалась в положении больной, по дороге к своим однокурсников попав под сильный ливень. В тот год вообще дожди шли очень часто... Но, видимо, боги в этот раз решили пощадить девушку, и она отделалась лишь небольшим насморком. Да и тот пристал к ней лишь потому, что организм не успел полностью восстановиться, а ведь оборотни любого вида славились своим наикрепчайшим здоровьем. Зато парочку остальных студентов-людей болезнь захватила основательно, и пришлось Тариссе, едва нагнав ребят, заняться их лечением. И теперь уже магистры оставили её присмотреть за заболевшими, уверенные полностью, что она справится. Впрочем, сама девушка тоже в этом не сомневалась, и через пару дней вместе с выздоровевшими отправилась нагонять всю группу.
Магистры высоко оценили оперативность Тариссы, а потому на пару дней раньше отпустили её с практики, дабы она могла подольше побыть дома с родными.
Дома всё было по прежнему, что заставляло девушку счастливо улыбаться, и так не хотелось покидать родных в положенное время...
Новый учебный год принёс Тариссе множество волнительных минут, и почти всех связанных с магистром Эррионом, ведь он перешёл в откровенную атаку, впрочем, делая это так, чтобы никто из персонала Академии ни о чём таком не догадывался. Опасался маг лишь рикона, зная, насколько это проницательные и вездесущие существа. Честно говоря, рикон не просто был неприятен Эрриону, он его буквально ненавидел, по большей части потому, что жутко завидовал: и его необычности, и огромной магической силе, будучи даже пока половинкой единого целого, ну, и потому, как легко рикон мог очаровать любое существо обоих полов...
Именно из-за рикона магистр всё ещё не мог затащить девчонку в постель. Вездесущий рикон словно по наитию появлялся там, где Эррион планировал соблазнение девушки. Это злило неимоверно и доводило до бешенства.
Если вначале магистр хотел ничего не значащих отношений, собираясь сразу объяснить девушке, что между ними не может быть ничего кроме постели, то теперь маг понял, что придётся делать то, что он так не любил – показывать себя влюблённым дураком, признаваясь в том, чего он не чувствовал. Для него это было унизительно и неприемлемо, но жажда обладать студенткой на данный момент была сильнее. Потом он почему-то вообразил, что рикон тоже имеет на Тариссу виды, и от этого хотелось обладать чужим ещё больше.
А ничего не подозревающая девушка в свободное время мечтала о магистре Эррионе, пытаясь представить, каково это будет, принадлежать такому мужчине. Правда, получалось это у неё плохо. Зато, стоило вспомнить противного Каинани, и всё в воображении получалось, даже слишком правдоподобно, заставляя щёки девушки алеть.
В очередной раз, послав лесом инчиха, Тарисса побежала на занятие с магистром Эррионом.
В этот день он был непривычно молчалив и сосредоточен, к удовольствию девушки, частенько посматривал в её сторону. После занятия Тариссу и ещё парочку студентов аффин Эррион попросил остаться в аудитории, якобы для того, чтобы перепроверить их работы.
Сердечко Тариссы забилось быстрее, ведь ей показалось, что всё это неспроста. Недаром же поговорив сначала с Ремми, а затем с Иниррой, магистр оставил её, Тариссу, напоследок.
Едва однокурсники покинули класс, Тарисса оказалась в крепких объятьях магистра. Его губы шептали всякие милые глупости, отвлекая девушку от того, что начинали вытворять руки мужчины.
– Я так страдал вдали от тебя, девочка моя, – пафосно говорил Эррион, надеясь, что достаточно влил в свою речь сахара, и девчонка по своей неопытности не заметит неискренности. – Весь извёлся... Мечтал о том дне, когда ты окажешься в моих объятьях, когда я смогу сказать тебе, насколько глубоко ты проникла в моё сердце...
