Текст книги "Реликт вне зоны обитания (СИ)"

Автор книги: Светлана Авер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

– Но даже в привычных нам условиях разве за столько времени не появились другие разумные виды, близкие нам? – удивилась я.

– Близких к разумным среди высших млекопитающих появлялось немало, но едва у кого-то из них до сих пор была реальная возможность перейти этот рубеж и построить свою цивилизацию. В условиях плотной застройки, большинство из них сохранялись только в специальных закрытых зонах или зоосадах. Иначе, таким как они, и не выжить!

Я как-то погрустнела. Люди и сами-то с собой жестоки, а с другими и подавно.

И тем не менее первый успех в области экспансии жизни, одновременно принес и проблемы. В те далекие времена даже изменённых людей вынашивали и производили на свет естественным путем. Такого оборудования воспроизводства как сейчас еще не было.

И буквально в течение нескольких поколений у изменённых выяснился один важный дефект. Они оказывались несовместимы между собой для естественного продолжения рода. Помощь генетиков не сильно решала проблему, детей или не получалось выносить даже первый триместр, или получались деграданты.

– Деграданты? – спросила я о том, что явно отсутствовало в загрузке.

– Посмотришь и почитаешь потом сама, – поморщился он, – только не ешь плотно перед этим!

Усугубилась проблема все еще тем, что прежде, чем проблему осознали, большая часть рождавшихся тогда людей уже имела существенные усовершенствования. Родители ведь желали лучшего для своих детей, а у обычных, неизмененных людей в те времена карьерные перспективы резко сократились.

Как неоднократно заявлял Юрген, со смесью гордости и откровенного самодовольства, в профессиональном плане, базовые серьезно уступали изменённым. Но именно это превосходство едва не привело к вымиранию всего нашего вида.

К счастью, тогда все обошлось. Несмотря на сложности, еще сохранилось достаточно людей с исходными параметрами, чтобы предотвратить катастрофу. Хоть таким людям конечно уже тогда пришлось несладко. Когда речь зашла о всеобщем благе и угрозе вымирания, с ними уже тогда никто церемониться не стал.

Тем более, по понятным причинам от усовершенствованных не смогли отказаться ни тогда, ни сейчас, но осознали, что для общего выживания необходим своего рода резерв, который дает возможность искать наиболее выигрышные комбинации для модификаций, не опасаясь последствий. Ведь всегда была возможность откатиться назад. Именно тогда появилось такое понятие как базовый генотип.

Здесь мы пришли, к тому, о чем Юрген заявлял в самом начале. Здесь, такие как я, редкость, но в силу этой редкости, огромная ценность.

Я сидела, прикрыв глаза, пытаясь справиться с потоком информации, который будил рассказ Юргена, но тут сразу открыла глаза не смогла не прореагировать.

– На моей родной планете таких ценных почти восемь миллиардов проживает, – усмехнулась я.

– В масштабах всего человечества это очень мало. И свободного доступа к твоей планете нет. Она имеет статус Закрытого Заповедника, охраняемого Конфедерацией. Таких на данный момент всего около двадцати. Ну, официально столько. По факту может и больше. Все контакты с твоей планеты жестко контролируются. Насколько мне известно, какое-то количество базовых оттуда забирают постоянно, но в весьма малых количествах, и все они распределяются по запросам корпораций или властей Ядра Конфедерации по заранее распределенным квотам. Согласно законам неуполномоченное вмешательство в закрытую заповедную экосистему достаточно тяжкое преступление!

– То есть нигде кроме закрытых заповедников обычных людей вообще не осталось? – ошарашено спросила я.

– Осталось конечно, – с усмешкой ответил Юрген, – но в основном у них у всех в предках побывали спецы, потому их называют базовый генотип плюс, и для резервных целей их уже не используют. Но среди населения большинства планет таких будет меньше пары процентов. Ну, кроме Ядра Конфедерации, там есть несколько секторов, где соотношение один к пяти. Но этих как резерв редко используют. Ведь там живут представители Великих правящих семейств Конфедерации и их слуги. А они хозяева мира, точнее миров!

– А как так получилось? Чем они лучше моих соотечественников? И почему мы оказались в изоляции? – про это у меня тоже информации не было.

Юрген усмехнулся, но рассказал.

В истории были разные периоды. Некоторые колонии возвышались над остальными и даже над метрополией, некоторые вымирали, если население не смогло прижиться на новом месте или слишком активно враждовало между собой.

Ну, а в некоторых случаях, в результате конфликтов или каких-то других катастроф, могла произойти ситуация, когда вымирала большая часть населения, но удавалось выжить какой-то небольшой группе или точнее нескольким разрозненным группам. Без ресурсов для поддержания благ цивилизации люди достаточно быстро дичали, буквально в течение двух – трех поколений.

С одной стороны, вроде полного вымирания не происходило, но по факту человеческая цивилизация на данной планете начинала свой путь развития заново. А это процесс гораздо более длительный. С политической карты по понятным причинам такие миры надолго исчезали.

– А что именно случилось? Как мы дошли до жизни такой? Тоже неизвестно?

– Если данные и сохранились, то в открытых источниках их нет. Информация по закрытым заповедникам вообще доступна только узкому кругу авторизованных лиц. Мне вот повезло координаты добыть, остальное уже выяснял на месте.

Вообще, любопытно получалось, изначально заповедниками назывались и те, кто изначально отстоял свою самостоятельность от корпораций, и да это были как раз те сектора, которые сейчас составляли Ядро Конфедерации с проживающей там элитой. А когда-то они были осажденными анклавами базовых, откуда корпорации так же отбирали под свои нужды «материал».

Ведь достаточно долгое время считалось, что помимо своей резервной функции от базовых вообще мало проку, потому у них была не сильно завидная участь не то, чтобы лабораторных мышей, но весьма близко.

А эти, в отличие от большинства, даже в самые сложные времена сумели у руля остаться на своей территории, а потом еще и расширили свое влияние на территории бывших корпораций, которые не смогли пережить турбулентность в обществе во времена войны с хниидами.

Хотя если смотреть формально, на текущий момент корпорации тоже являлись частью Конфедерации, но в их случае они реально в ней просто числились, фактически живя по своим законам.

Формально большая часть органов управления Ядра Конфедерации находилось в секторе Имлу, а именно в системе Аит на планетах Атмир и Атрис. Но так же считалось, что реальная власть скорее принадлежит великим семействам, которые проживали отдельно в достаточно небольших компактных секторах-кластерах.

Эти Великие семьи представляли собой что-то среднее между аристократией и олигархией, ведя свою родословную чуть ли не с Земли Изначальной. Именно они считались теми, кто реально влияет на все, что происходит в Ядре Конфедерации.

Юрген их, кстати, очень не любил. Для него они были почти что фашистами, зацикленными на собственной чистоте и исключительности.

Не знаю, чем уж они конкретно ему на хвост наступили. Насколько я поняла, производством спецов занимались и у них в секторах тоже, и судя по информации из загрузки, едва ли их там ущемляли, чтобы фашистами кого-то обзывать. Впрочем, я и дома не встречала тех, кто положительно к олигархам относился.

Но даже Юрген признал, что на текущий момент ситуация с базовыми изменилась благодаря их влиянию. Обычных людей стало значительно больше, чем это было буквально три-четыре тысячи лет назад, пусть большинство из них и были базовыми плюс.

– Неужели между нами настолько существенная разница? – с грустью я спросила про тех, кто заработал приставку «плюс».

– Ош тебе расскажет, что отфильтровались только серьезные вмешательства, и от всего избавиться невозможно, а потому остается риск непрогнозируемого дефекта при формировании новых изменений. Только по мне это чушь. Даже на вашей замечательной планете, где все чистые и незамутненные, генетические заболевания не такая уж и редкость.

– Тогда почему?

– Лично я считаю, это попытка правящих семейств подчеркнуть свою исключительность, а корпорации просто перестраховываются, пока есть такая возможность. Ну и диких аборигенов значительно проще под контролем в лаборатории держать! Они ведь толком даже не могут осознать, что к чему! Это твоя планета достаточно развита, но таких не много. В большинстве остальных заповедниках простейшие механические устройства будут чем-то сродни магии.

– Ну, Ош-то спец-врач! – не согласилась я.

– На самом деле фундаментальная специализация у нас одинаковая, да и он вовсе не спец-генетик, а хирург. Так что в таких вещах я разбираюсь не хуже.

Я уставилась в непонимании, но затем все же решила выяснить интересующее.

– Вы братья? – наконец решила спросить я, точнее констатировать. Они ведь реально очень похожи!

– Ну, не совсем братья в твоем понимании, – усмехнулся он, – мы произведены в одной партии, потом росли в одной родственной группе, так что братья все-таки будет наиболее близкое определение.

– В одной партии? – я замешкалась, тактичность мешала задавать вопросы прямо, но что-то подсказывало, что если и задавать подобные вопросы, то сейчас. Вряд ли в будущем найдется такой терпеливый и заинтересованный собеседник. – Вы похожи, но не близнецы!

Юрген усмехнулся.

– У нас одинаковая типовая сборка, но даже внутри партии заложена вариативность, – он улыбнулся, – Люди некомфортно себя ощущают среди одинаковых лиц.

– Базовая специализация одинаковая, но он врач, а ты?

– Я спец-рекрутер, – наклонив голову, с гордостью представился Юрген.

– Это как?

– Моя специализация – это подбор людей по определенным параметрам под нужные цели. И я в этом действительно хорош!

– И в чем общность ваших специализаций с Ошом? – не поняла я.

– Наша фундаментальная специализация – медицина. Первичное фундаментальное образование у нас одинаковое. Затем он учился на врача общей практики, а у меня был больше акцент на поведенческих особенностях и ментальном здоровье людей. И уже на третьей и финальной ступени он готовился стать хирургом, а я рекрутером.

Я не могла не впечатлиться. У нас дома отдел кадров так мощно не готовят! Но тут сразу возник логичный вопрос:

– Но какой смысл в рекрутерах в обществе, где нужное количество специалистов просто производят под определенные нужды? – информация про это всплыла уже из пула загруженной, во мне проснулся профессиональный интерес.

– Верно, – усмехнулся он, глядя даже с уважением, словно не ожидал от меня такого вопроса, но все же ответил, – Но спецам-планировщикам приходится прогнозировать потребность в людях на двадцать лет вперед. За такой период времени многие параметры меняются. Например, какие-то запланированные проекты отменяются или наоборот возникают новые неотложные. Вот тогда и приходится делать переквалификацию в рамках основной специализации.

Я лишь усмехнулась, понимая, что не так уж наш мир и отличается от внешнего!

– Подобная переквалификация для спецов весьма неприятна, – продолжил объяснение Юрген, – даже травматична. Перестраиваться нам значительно сложнее, чем вам. Чтобы снизить риски, как раз и нужны рекрутеры! Мы видим и учитываем не только заложенные характеристики, но и приобретенные с опытом индивидуальные особенности людей, ну, и как поведенщики способны правильно определить их склонности и направить их в нужное русло развития, помочь перестроиться.

Я вновь сидела зажмурившись, ибо голова гудела.

– Рекрутер. Хорошо. И для каких целей нужна я? – наконец, вынырнув из состояния детской любознательности и вспомнив о насущном, спросила я.

Он вновь улыбнулся.

– Вот, что мне в тебе нравится, это рациональность и спокойствие. Экспрессивность в некоторых случаях привлекательна, но вот когда дело доходит до истерик…

Спокойствие? Но вот после данного замечания, я почувствовала, как кулаки непроизвольно сжимаются. И нет, истерики с моей стороны не будет, я его сейчас просто придушу!

– Юрген! – предупреждающе процедила я.

Он поднял руки и примиряюще помотал головой.

– Ладно-ладно. Не кипятись, – затем сделав паузу, перешел к главному, – Я рекрутер и моя задача подбирать людей по определенным параметрам для конкретных задач. И как не сложно догадаться, что раз уже ты базовый генотип из заповедника, моим клиентам нужно решить весьма деликатную задачу.

Я превратилась в само внимание.

Глава 3

– Отличие между мной и тобой радикально еще в одном вопросе. Изначально, когда создавали измененных были проблемы с естественным воспроизводством. Или вообще не могли выносить, или получались деграданты. Проблему эту решали долго и болезненно. Так что со временем, когда появилось надежное оборудование, позволившее сделать процесс рождения полностью независимым и автономным, уже у спецов убрали способность к естественному воспроизводству вообще.

Я невольно посмотрела именно в то самое место, а Юрген залился хохотом.

– Нет, формально все на месте, и даже функционирует, – заверил он, – но естественным способом два спеца сделать ребенка не смогут. Нам остается только обращаться за услугой в клинику, весьма дорогостоящей услугой, между прочим. Но происходит это не часто!

– А?

– Вот у спеца и базового с большой вероятностью все получится и без чужой помощи, ребенок при этом будет базовый генотип плюс, – ответил он на мой несформулированный вопрос.

Он замолчал, давая переварить мне информацию.

– И что? Твой клиент в клинику обратиться не может?

– Скажем так, все клиники воспроизводства находятся под прямым контролем властей, а у моего клиента есть с ними определенные разногласия. Как с корпоративными, так и с конфедеративными.

– Он криминальный авторитет что ли? Мафиози? – уточнила я.

– Я бы предпочел определить его как неформального лидера. Он управляет значительными территориями вне Конфедерации, на которые есть другие корпоративные претенденты. Очень могущественный человек!

– И на кой черт это нужно мне? – нервно усмехнулась я.

Юрген втянул воздух.

– Ты подходишь как по медицинским параметрам, так и по личностным характеристикам.

Я поперхнулась.

– Мои клиент человек не простой, – продолжил он, – чтобы сработаться с ним, нужно обладать изрядной долей выдержки и рациональным мышлением, – пояснили мне.

– Это не ответ на вопрос! – процедила я.

– Одновременно, как я уже сказал, он очень богат и влиятелен, и в случаях, когда получает желаемое, он славится огромной щедростью.

– Щедростью? – усмехнулась я невесело.

– Конкретные условия мы будем обсуждать на месте, но по предварительной договоренности ты можешь просить не менее пятидесяти миллионов, это, не говоря о полном обеспечении на достойном твоего статуса уровне на все время действия контракта, разумеется. Это огромная сумма. Мой гонорар значительно скромнее.

– Гонорар за похищение? – уточнила я.

– Это не должно было быть похищением! Обычно к моменту, когда мы покидаем твою планету, мне удается все объяснить и получить принципиальное согласие на сделку. Но в этот раз все реально пошло через одно место!

– Ты меня вырубил в трех шагах от дома! – напомнила я, обвинительно ткнув в него пальцем. – Затем повез неизвестно куда, и ты всерьез думал, что я на что-то там добровольно соглашусь?

– Прежде чем остановиться на тебе, я долго наблюдал и прислушивался. В кафе было много народа, но подходящей мне показалась именно твоя кандидатура.

– Долго – это весь вечер? Мне вот просто интересно, как ты вообще к моей кандидатуре пришел? Я не вижу ни одного нормального варианта развития событий, где я бы на это дерьмо добровольно согласилась!

– Три-четыре часа тоже не мало, – не без гордости заявил он, – И я редко в таких вещах ошибаюсь. Люди очень разные. Кому-то вообще сейчас были бы малоинтересны история галактики и нюансы появления спецов, которые я тебе сейчас долго рассказывал, а скорее бы интересовал фасон нового платья и украшений, которые на тебе надеты. Ну, или волновал бы исключительно размер и условия вознаграждения. И таких немало!

Я лишь презрительно фыркнула!

– В твоем случае с очень большой вероятностью, тебя бы поразил вид межзвездного корабля, как и технология его управления. Тебе бы реально понравилось! А еще, ты – карьеристка, в чем-то даже похожа на спецов. И с высокой вероятностью ты бы согласилась при перспективе получения новых, ранее не доступных знаний! Если б мы летели на корабле, можно было бы потратить время на более основательную загрузку, но, увы, не получилось, – с сожалением, словно извиняясь, ответил он.

Я открыла рот и закрыла. Про любознательность, рациональность и все такое, конечно, лестно было слышать, но вот одного он не учел!

– Обычно я никого не похищал, – продолжал оправдываться Юрген. – Но случай реально не стандартный. Мне в этот раз едва удалось протиснуться мимо внешней охраны в вашей системе. Патрули активизировались как никогда! И чтобы не попасться, надолго задерживаться на поверхности в этот раз я тоже не мог. По расчетам у меня в распоряжении было не больше суток, что очень мало. Но я все же нашел тебя! Сразу поговорить не удалось, и время стремительно утекало. Пришлось действовать более прямолинейно, а потом еще и местные вмешались… – вещал он.

– Прямолинейно? Да ты… Знаешь, в чем твоя проблема? Ты говоришь про рациональность и спокойствие, но не учел еще один пункт, который из них следует – осторожность. Вид корабля может меня бы и впечатлил, но вот отправляться к черту на рога в неизвестность это совершенно не про меня! Как и издевательство над своей головой непонятными приборами. А само предложение вообще за гранью! Да я бы не согласилась ни за что!

Он криво усмехнулся.

– У тебя была возможность остаться в машине, но ты предпочла пойти со мной! – напомнил он.

– Остаться, чтобы меня пристрелили? – развеселилась я.

– Крылов может и суров, но убивать он бы тебя точно не стал. Меня мог, тебя вряд ли! – усмехнулся Юрген, – Неужели ты реально ты поверила в его угрозу?

Я передернула плечами и прищурилась. Было что-то в этом объяснении от грязной манипуляции!

– Я предпочла не выяснять. Я же не знакома с ним так близко как ты. И да, он был убедителен! – хмуро ответила я. – Но на полет я все равно не соглашалась!

Мы замолчали. Юрген видимо обдумывал следующий аргумент, а во мне вновь проснулось детское любопытство.

– Эти люди, – не удержалась я, – Вы реально знакомы? Как минимум по имени друг друга знаете!

– Знакомы… лет пять назад я допустил оплошность и почти попался, – неохотно признался Юрген, – С тех пор он очень неровно ко мне дышит. Я стал осторожнее, но они все равно каждый раз все ближе и ближе подбирались. Один раз пришлось даже оставить кандидата и спасаться бегством. Но в этот раз они действительно превзошли себя, и если бы не аварийный туннель… – он не закончил мысль и поморщился, явно оценивая перспективу того, что его там ожидало. А затем его лицо расслабилось, словно и не было этой эмоциональной реакции.

– Не проще было высадиться где-то в другом месте? В другой стране, например? У нас власти в таких вопросах не особо сотрудничают.

– В тех местах, где я бы мог высадиться, как оказалось, сотрудничают, – мрачно ответил Юрген.

– А в каких не мог?

– У вас слишком большое языковое разнообразие. Я рекрутер, мне необходимо понимать и свободно общаться с кандидатом.

– Для чего? Я так поняла, от таких как я, многого не нужно, для выяснения медицинских деталей язык точно не нужен.

– Медицинских деталей мало, – возразил Юрген, – важно чтобы кандидат мог найти общий язык с клиентом на всех этапах контракта. Если исполнитель саботирует свою часть сделки, клиент ко мне за компенсацией придет! Или даже не за компенсацией, а за моей головой! Богатые люди из серых зон весьма неадекватны, когда дело касается их потомства.

– И сколько наших языков ты знаешь?

– Тринадцать, но все они, как назло, относятся к местам, где у ваших местных властей повышенный интерес к внешним кораблям, а главное с недавних пор есть техническая возможность нас отслеживать. Есть более доступные зоны, где работать было бы проще, но загрузка мне более не доступна, эти тринадцать шли с четвертой операцией. Кто ж тогда знал, что этого окажется недостаточно? – поморщился он.

У меня на языке вертелась очень умная мысль про языковые школы и обучение языка с носителем по Скайпу, но я предпочла промолчать. Ну его, идеи еще ему подавать!

– В твоих краях, – продолжил он, – в силу больших расстояний между городами была хоть какая-то возможность маневра, но вот теперь, – он скривился, – не известно, будет ли вообще возможность подобраться.

Я могла бы ему посочувствовать, но вот не получалось.

– Что ж поделаешь, торговля людьми дело опасное! – как-то зло вырвалось у меня.

Юрген аж подпрыгнул и руками начал жестикулировать.

– Я не торгую людьми! Если б торговал, мы бы с тобой вообще не разговаривали ни тогда, ни сейчас. Я рекрутер, подбираю кандидатов под конкретные нужды по запросу клиента, сопровождаю сделку вплоть до подписания контракта. В моих интересах, чтобы все стороны остались довольны!

Я глубоко вздохнула. Ну да, типичная история. Люди всегда умело находили благородное обоснование любой дичи, которую творили. Редко кому нравиться считать себя злодеем, ну, за исключением совсем уж шизофренических случаев.

– Возможность придется найти! – заявила я жестко и, наблюдая, как меняется его лицо, продолжила, – Ты ведь обещал отвезти меня домой, если я не соглашусь. Обещал? Ну, так вот. Я тебе очень сильно сочувствую, но в этот раз ты реально ошибся с кандидатурой. Мне это все на фиг не сдалось! Верни меня домой!

Он криво усмехнулся и просто сказал:

– Не могу.

– Это еще почему?

– Как помнишь, мой корабль остался на Земле, чтобы купить новый, мне нужно завершить сделку и получить гонорар, так что…

– Получай гонорар за кого-нибудь другого! Я в этом участвовать не собираюсь! – отрезала я.

Он наклонил голову и прищурился. Кажется, он все же начал злиться.

– И что же ты будешь делать? – вот секунду назад он был таким открытым и дружелюбным, а вот сейчас этого человека стоило испугаться. Кстати, похожим тоном он у меня спрашивал, хочу ли я остаться в той машине.

Интересно, а что бы он предпринял, если б я все же отказалась идти? Просто ушел бы? Может быть, действительно угроза командира меня пристрелить вовсе не Юргену предназначались, а мне? Ну, например, чтобы мотивировать меня поучаствовать в побеге и заставить цель выдать себя.

– Можно для начала пойти и сдаться официалам. Может, они меня до дома подвезут? – предположила я с наигранной беспечностью, хотя интуиция заранее подсказывала, что не всё так просто.

– Мы на планете, принадлежащей корпорации Ашуас, – хищно усмехнулся в ответ Юрген, – В некоторых вещах эта корпорация весьма прогрессивна, например, позволяет свободным предпринимателям вроде меня, вести на своей территории наш почти легальный бизнес. Но вот в том, что касается таких, как ты, подход почти не отличается от того, что был и до войны с хниидами!

Я прищурилась, пытаясь сохранять спокойствие.

– Для них ты просто очень ценный актив и всё, без сантиментов! Меня, если поймают, за нелегальный вывоз очень строго накажут. Но вот станет ли тебе от этого легче?

Я молчала, а он после театральной паузы решил развить мысль.

– Чтобы свободно распоряжаться своей жизнью тебе тут понадобится статус дееспособности, официальное подтверждение самостоятельности и зрелости. Ведь это так не гуманно бросать на произвол судьбы аборигена с дикой планеты! Тебя возьмет под опеку корпорация, и к тому моменту, когда ты взрослый статус сможешь получить, будешь повязана с ними обязательствами настолько, что остаток жизни проведешь, работая на них, точнее в их лаборатории. Тебе, конечно, обеспечат максимально комфортные, даже роскошные условия. Но вот уйти от них ты не сможешь никогда!

Он помолчал, давая мне осознать услышанное. Не знаю, насколько можно было верить насчет коварности корпорации, но благодаря загрузке я точно знала, что насчет ценного актива, легального статуса и опеки он не врет, а здравый смысл намекал, что насчет вынужденных обязательств, скорее всего, тоже.

– Кроме того, – продолжил он, – Даже если ты каким-то чудом просочишься мимо корпоративной службы безопасности и доберешься до зоны Ядра Конфедерации и обратишься за помощью к местным властям, домой они тебе вернуться не позволят, – жестко отрезал он. – На текущий момент ты уже слишком много знаешь, а никто из них не заинтересован в поощрении незрелых дикарей к знаниям, к которым те пока не готовы. Ведь тем меньше вероятность, что однажды они смогут выйти из-под контроля!

Он снова помолчал, а затем продолжил.

– Конфедераты, конечно, дадут тебе возможность получить легальный статус, но поскольку ты сейчас мало приспособлена к самостоятельному выживанию здесь, скорее всего все закончится все тем же контрактом с какой-нибудь корпорацией, ну, может, сможешь выбрать с какой именно, и контракт будет менее жестким. Кто знает, может, даже сможешь его завершить и не завязнуть у них навсегда!

Я молча обдумывала сказанное.

– А при сделке с твоим клиентом перспектива лучше? – хмуро спросила я.

– Как минимум ты можешь договориться на бонус к выплате в виде нового качественно идентификатора. Причем, лучше на базового плюс, к ним меньше внимания. Для Маркуса это совсем не сложно! Можешь даже попросить корабль и летную лицензию к идентификатору вместо, скажем, десятой части своего гонорара, курс пилотирования как раз через четыре года сможешь загрузить, ну и не только его. Будет время, чтобы определиться. А вообще, кто знает, может за четыре года тебе понравится здесь, и ты передумаешь возвращаться!

– Четыре года? – очнулась я. – Почему четыре года? Разве на забор генетического материала нужно столько времени?

Юрген помедлил.

– Как я уже говорил, все клиники воспроизводства, контролируются властями, а необходимое оборудование одно из самых охраняемых сокровищ, даже больше, чем вы. Контракт с клиентом подразумевает искусственное зачатие, вынашивание, а потом сопровождение младенца первые два-три года жизни, последнее как договоритесь.

Челюсть отвалилась, и отказалась возвращаться в нормально положение.

– Да я ни за что…

– Зато через четыре года ты будешь свободна и очень-очень богата. Хочешь, поселишься где-нибудь в приятном месте в зоне конфедератов, ну или вернешься домой. Согласись, в сравнении с перспективой лабораторной мыши до конца твоих дней, четыре года гораздо лучше звучит!

Я сидела в прострации и молчала очень долго. Все эти рассуждения про чудеса генетики вселили в меня уверенность, что от меня требуется, ну, кровь там сдать, или кабинет гинеколога разок посетить как максимум, но вот это все было вообще за гранью.

А затем, сама не заметила, как вскочила, и начала ходить из стороны в сторону по комнате. Видимо даже мои хваленые рассудительность и спокойствие были на грани. Юрген расслабленно наблюдал за моими метаниями.

– Чтоб вернуться, нужны координаты, а в открытом доступе их все равно нет! – наконец, подала я голос, когда прокручиваемые в голове варианты натолкнулись на логическую неувязку.

– Ну, может, тогда тебе все же стоит договориться со мной? – широко улыбнулся Юрген.

***

Пока я обдумывала все сказанное, Юрген направился к столу и разлил какую-то жидкость из бутылки в бокалы. Кажется, он сказал, что это какое-то супер дорогое «вино», но я не восприняла.

Очень хотелось послать его в пешее эротическое путешествие со всеми его грандиозными планами, но с бессильной злостью осознала, что, по крайней мере, одним крючком он меня все же зацепил. Координаты Земли.

Без помощи Юргена я здесь застряла, даже шанса нет вернутся. А он мне поможет, только если я выполню контракт с его клиентом. Точнее с клиентами, как выяснилось.

У этого мафиози была в наличии жена, весьма жесткая и ревнивая особа, как предупредил Юрген, сразу уточнив, что отношений с заказчиком стоит придерживаться исключительно профессиональных, иначе никто не гарантирует мою безопасность.

Именно поэтому и нужна была рациональная и спокойная. Слишком романтичная, да еще на фоне гормонально всплеска с такой мегерой не уживётся, точнее даже до конца первого этапа не доживет. Последнее уточнение, всколыхнуло логичное подозрение, но в тот момент я почему-то от него отмахнулась.

Сейчас меня значительно сильнее занимал другой вопрос. Исполнил бы Юрген свое обещание и отвез бы меня обратно, если б не вмешались преследователи? Или он все равно нашел бы другой повод, чтобы сделать все по-своему?

Почему-то интуиция подсказывала, что верным являлось последнее предположение. Его напускная доброжелательность больше не трогала, особенно после пришедшего понимания, как быстро она исчезала и появлялась.

И из этого следовал следующий вопрос. Какова вероятность, что даже если я даже успешно справлюсь и исполню требуемое по контракту, он поделится со мной крайне редкой и малодоступной здесь информацией?

Уважаемые читатели!

Если вам нравится произведение, пожалуйста, ставьте лайки и напишите об этом в комментариях! Позитивная обратная связь вдохновляет меня на регулярную проду!:)

3-2

Юрген вернулся с бокалами и предложил один мне, но я только равнодушно посмотрела на него. Вот уж чего не хотелось. Мне праздновать точно было нечего!

Вот только что у меня была вполне устроенная жизнь. Были родители, младший брат, друзья, карьера в хорошей компании с весьма приличным заработком и позицией. Даже квартира была своя, пусть и ипотечная!

А что теперь? Я застряла непонятно где, в статусе раритетного растения. При этом сомнительный тип, предлагает мне заработать ровно тем способом, который приличные люди даже не рассматривают!

Нет, я была уверена, на нашей планете нашлось бы огромное количество тех, кто за солидное вознаграждение согласился бы, и даже был бы очень сильно благодарен Юргену за предоставленную возможность, особенно если за плечами была не сильно сытая и благоустроенная действительность.

Вот только мне это все зачем?

В моем детстве тоже была не самая сытая и благоустроенная действительность, но в моем случае это привело к тому, что я со школы была нацелена на карьеру. Училась, а потом вкалывала как ненормальная. И даже добилась успеха!

Вот только теперь, по прихоти какого-то левого типа, все мои достижения обнулились, а ценность свелась к тому небольшому факту, что я, как и другие жители моей родной планеты, родилась совершенно обычным человеком.

Когда Юрген в очередной раз сказал, что я наиболее подходящая кандидатура, ему были приведены факты, что как раз наоборот, я наименее подходящая. Вот только он улыбнулся еще шире, и подтвердил, что нет, ровно то, что нужно.