Текст книги "Приключения Маленького Лоскутка"
Автор книги: Сунь Юцзюнь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
Глава 9
В настоящем поезде
Трехколесная повозка мчалась все быстрее, навстречу холодному ветру. Уши и лицо Лоскутка болели от невыносимого холода, а рук и ног он вообще не чувствовал. Электромотор увидел, что Лоскуток дрожит от холода и участливо спросил:
– Ты тоже весь замерз?
– Да!
– Укройся от ветра у меня под курткой. Она хоть и железная, но под ней теплее!
Сначала Лоскуток не соглашался, ведь смелые дети не боятся замерзнуть. Но затем решил, что ведь и правда очень холодно, и послушался. Он взобрался по железной ножке Электромотора и укрылся в его железной куртке. Внутри не было ветра и действительно было немного теплее. Лоскуток больше ничего не говорил, он съежился и крепко уснул.
Он не знал, сколько проспал, и слышал лишь, как доносился оглушительный звук: бум! бум! «Мы еще едем? Что это за нестерпимый звук?» – В полном замешательстве Лоскуток выбрался из-под железной куртки электромотора.
Что случилось? Не видно ни уличных фонарей, ни звезд на небе. Не было видно даже повозки впереди и трехколесных велосипедов позади. Всюду была кромешная тьма.
– Ты хорошо поспал, – раздался в темноте заботливый голос Электромотора. – Хороший сон полезен для здоровья.
Лоскуток не хотел отвечать и спросил лишь:
– А где дядя Ли?
– Какой дядя Ли?
– Который ехал на повозке.
– Трехколесная повозка вернулась на завод!
– Как?! – вскрикнул Лоскуток. – Вот беда! Я должен был вернуться с дядей Ли и завтра утром пойти искать Доу-доу. Как же… Что же теперь делать?
– О! – тут уж заволновался и Электромотор. – Что же ты так поздно об этом говоришь? Сказал бы раньше, когда мы садились в поезд, я бы тебя разбудил!
– В поезд? Что еще за поезд?
– Ну, поезд – это поезд. Мы разве с тобой сейчас не в поезде?!
– Не говори ерунды. Поезда не так выглядят!
– А как они выглядят?
– Поезда, э-э-э… Ну вот как дома у Пин-пин. Они совсем не такие!
Электромотор робко ответил:
– Возможно, но ведь и видов поездов превеликое множество…
Лоскуток, не желая обсуждать это, тут же спросил:
– А куда мы едем? В Ухань?
– Нет. Поезд едет в одну горную местность, я там жил больше полу год а. Потом заболел и вернулся на лечение на завод. И вот теперь, когда вылечился, возвращаюсь туда. Там очень красивые места, поверь…
Но Лоскутку было совсем неинтересно, насколько прекрасными были тамошние пейзажи. Он взволнованно сказал:
– А когда ты в следующий раз вернешься на лечение? Если поедешь, найди дядю Ли, пусть заберет меня и отвезет к Доу-доу!
Электромотор виновато ответил:
– А я больше не вернусь туда.
– Почему? Разве ты не можешь снова заболеть?
– Нет. Дядя-рабочий сказал, что теперь каждые несколько недель он будет приезжать сюда осматривать и проверять меня. Если я заболею, он будет лечить меня на месте, чтобы не таскать туда-сюда и не задерживать работу.
Лоскуток промолчал. Спустя долгое время он тяжело вздохнул и сказал:
– Судя по всему, в детский сад я уже не смогу вернуться!
Поезд не обращал внимания на вздохи Лоскутка и с громким грохотом и стуком несся вперед.
Глава 10
Большой сладкий картофель
Внезапно раздалось: бум! – и поезд остановился.
Маленький Лоскуток вновь проснулся от встряски. Оказалось, что уже рассвело, и два солнечных луча пробивались сквозь высокое маленькое окно вагона. Лоскуток испугался: ох! Этот поезд такой большой и поистине странный. Не видно ни колес, ни паровоза, ни рельсов. Кругом только это большое помещение!
Он еще раз огляделся по сторонам и заметил, что в поезде было несколько мужчин. Они, как и Электромотор, спали на полу: у них не было ни кроватей, ни одеял. Они были завернуты лишь в несколько больших ватных пальто.
«Этим дядям, наверняка, очень холодно, – подумал Лоскуток. – Их пальто полностью засыпаны снегом!»
На самом деле, никакого снега не было. Мужчины выдыхали горячий воздух, который на холодном пальто превращался в иней. Поэтому казалось, будто они были засыпаны снегом.
Как раз когда Лоскуток предавался размышлениям, один мужчина внезапно вскочил и громким голосом прокричал:
– Эй! Коллеги! Прибываем на станцию!
Остальные тоже вскочили на ноги.
Поезд постепенно остановился, прекратил издавать громкие звуки и хаотично трястись. Мужчины принялись за работу: послышались их резкие окрики «Эй! Эй!», с которыми они поднимали и таскали большие приборы из поезда.
Неожиданно появилось большое количество людей. Лоскуток понятия не имел, откуда они взялись. Большие приборы один за другим спустили вниз, поезд опустел. Под конец дядя с громким голосом ухватился за Электромотор, чтобы перенести и его.
– До свидания! – вежливо попрощался Электромотор с Лоскутком.
И тут дядя с громким голосом увидел Лоскутка.
– Ого! – весело воскликнул он. – Это что за игрушка?
Он поднял Лоскутка, повертел в руках, осматривая его, и усмехнулся.
«Как кстати! – подумал Лоскуток. – Может, этот дядя заберет меня с собой?»
Однако дядя громко сказал:
– Как здорово! Подарю эту безделушку девчонке господина Чжана. Вот она будет рада! – И засунул Лоскутка в карман спецовки.
В кармане сильно пахло машинным маслом. Сначала Лоскуток терпел, но через какое-то время не выдержал и стал задыхаться. Он высунул голову наружу и увидел необычную картину.
Дядя с громким голосом сидел в телеге, запряженной лошадьми. Недавние попутчики Лоскутка из поезда, те, что ехали всю дорогу с серьезным видом, тоже были здесь. Только теперь они казались очень красивыми, блестели с ног до головы и были обвязаны ярко-красной шелковой лентой.
Телега ехала очень медленно и ужасно тряслась, ее железные колеса непрерывно стучали. Лоскуток не видел ни машин, ни уличных фонарей, ни домов – лишь одно поле, а вдали за ним возвышались горы. Такой пейзаж Лоскуток увидел впервые в жизни!
Ту-ту-у-у-у-у! – раздалось откуда-то издалека.
Лоскуток спешно обернулся назад. А, это поезд!
Вот теперь это настоящий поезд, совсем как у Пин-пин, только черного цвета. Из него валил белый дым, которого не было у паровоза Пин-пин, а все остальное – такое же.
«Вот это точно поезд! Вряд ли поездом можно назвать то помещение, где мы только что были! Так что Электромотор болтает вздор!» – Лоскуток совсем не понимал, что как раз в этом поезде и ехал. Он хотел показать Электромотору, как выглядит настоящий поезд, но того, к сожалению, не было в телеге. Наверное, он был в другой повозке, ведь их была целая вереница позади!
Поезд удалялся, таща за собой белый дым. Только сейчас Лоскуток почувствовал мороз на лице и быстро нырнул обратно в карман. Неплохо! Хоть здесь и пахнет машинным маслом, это в любом случае лучше, чем замерзнуть. Дорога была длинной, а телеги ехали медленно. Лоскуток съежился в кармане и, мерно покачиваясь, вскоре уснул.
Лоскуток проснулся. Он так и не понял, разбудили его крики, или же он сначала проснулся, а потом их услышал. Как бы там ни было, он высунул голову посмотреть, что же случилось. Выглядело это так: сначала из кармана горластого дяди показался желтый колпачок, затем круглая голова Лоскутка.
Ого! Как тут оживленно!
Оказывается, повозки уже подъехали к зданию. На пустыре перед домом стояло очень много людей. Здесь были мужчины в полном расцвете сил, седовласые старики, женщины, держащие на руках малышей. Было много веселившихся и носящихся вприпрыжку детей. Кое у кого из них были бамбуковые палки с прикрепленными к ним кусками красной ткани. На них были написаны большие иероглифы. К сожалению, Лоскуток не знал ни одного иероглифа. Ведь чтобы быть грамотным, нужно ходить в школу, а Лоскуток ни разу там не был.
Издалека завидев большие телеги, люди забили в гонги и барабаны. Они подняли руки и радостно закричали людям на повозках:
– Приветствуем уважаемых рабочих!
– Спасибо вам за помощь!
– Великих свершений в земледелии! Великих зерновых успехов!
Лоскуток не знал, может ли он причислить себя к «уважаемым рабочим», но он точно понимал, что люди машут ему.
«Они меня приветствуют!» – обрадовался Лоскуток. Он собрался поднять руку и что-нибудь прокричать в ответ, как вдруг раздалось: бах! бах!
Звук был таким же громким, как и на праздновании Нового года в детском саду. Лоскуток испугался и тут же спрятался в карман.
Бах! Бах!
Ба-бах! Ба-бах!
Звук становился все громче и страшнее. Лоскуток изо всех сил прижимался к самому дну кармана, в одном из уголков которого была маленькая дыра. Через нее-то он и выпал наружу.
– Горластый дядя! – от страха заорал Лоскуток.
Послышался звук «хлоп!» – это Лоскуток шлепнулся на повозку. Он закатился в щель между двумя перекладинами и застрял, не в силах сдвинуться с места. А горластый дядя встал на повозку и знай себе орал да радостно махал руками. До Лоскутка ему дела не было.
Застрявший Лоскуток сморщил нос, будто бы съел кислый лимон. Он все ждал, когда рабочий его вытащит, но, когда повозка остановилась, тот спрыгнул вниз. Застрявший в узкой щели Лоскуток нервничал, но не мог ничего сделать. Он не видел, что происходит, только лишь слышал, как люди хлопали в ладоши, разговаривали и переносили вещи из повозки. В конце концов кто-то крикнул:
– Пойдем, сельчане закатили праздник!
Послышался неровный звук шагов – видимо, люди уходили. Лоскуток уже больше ничего не слышал. Он сожалел и роптал на себя: «Ну почему я такой трусливый? Вот честно, будь я смелым, то не испугался бы грохота и сейчас бы пошел на праздник вместе со всеми…»
Тс-с-с! Кто-то подошел. Лоскуток навострил уши, надеясь услышать громкий голос дяди.
– Помоги сельчанам перевезти одну повозку! Вчера не удалось доставить, лучше всего сегодня это сделать! – сказал один голос.
– Хорошо! – ответил другой.
Оба голоса не принадлежали горластому дяде. «Увы!» – вздохнул Лоскуток.
Телега с грохотом и скрежетом доехала до места и остановилась.
Бум-бум-бум! – спустя некоторое время телегу и все вокруг начал сотрясать стук, да такой сильный, что у Лоскутка голова закружилась. Однако эта тряска оказалась как нельзя кстати. С каждым новым стуком грусть отступала: три удара, два… Ох! Лоскуток наконец-то выскочил из щели!
«Что же это такое было?» – Лоскуток с трудом поднялся.
И тут… Ой-ой! Беда! Огромное количество сладкого картофеля в красной кожуре, словно дождь, обрушилось на телегу.
«В этот раз я буду смелым! Сказал не боюсь, значит, не боюсь!»
Прямо на него летела большая картофелина. Лоскуток хотел укрыться, но не смог. Он крикнул картофелине:
– Я не боюсь! Не боюсь! Смотрите все, разве я не смелый?
Но картофелине было все равно, смелый он или нет: она попала прямо в него и сбила с ног. Картошка все падала и падала, и вскоре Лоскуток был погребен под грудой клубней. К счастью, в этой куче имелись просветы: он хоть и не мог пошевельнуться, но нос ему не завалило.
И вот телега тронулась, человек изо всех сил хлестал лошадь плетью и весело распевал.
Развозит большая телега
Приборы на склад и вокзал.
Катает она человека,
А вот и картофель попал!
«Ну прекрасно! – разозлился Лоскуток. – Теперь я картофель!»
Глава 11
Летучка
Лоскуток и впрямь слился с картофелем в пошатывающейся из стороны в сторону телеге. Телега часто останавливалась для разгрузки, и картофеля становилось все меньше и меньше. Затем, миновав деревню, она остановилась перед маленьким домиком. Маленького Лоскутка вместе с оставшимся картофелем разгрузили, занесли в дом и свалили в углу комнаты.
Быть картофелем в комнате гораздо комфортнее, чем в телеге. Здесь не так холодно и совсем не тесно. Впрочем, Лоскуток уже давно забыл о комфорте.
Вскоре с улицы в комнату проникла курица. Она взгромоздилась на кучу картофеля и принялась искать, чем бы полакомиться. Птица несколько раз поскребла лапой, постучала клювом то здесь, то там… Курица то поклюет, потом поскребет, то поскребет, потом поклюет. В конце концов, она заметила Лоскутка и обрадовалась: она приняла его за лакомство. Схватив Лоскутка за нос, курица вытащила его из кучи картошки и чуть было не отшвырнула в сторону.
– Ай-яй! – Лоскуток завопил от боли.
Курица опешила, ослабила хватку, и Маленький Лоскуток шлепнулся на крышку котла на очаге. Она была сделана из твердой древесины, и Лоскуток больно ударился.
– Ты чего? – гневно закричал Лоскуток, оказавшись на крышке.
Курица перепугалась и, не зная куда деваться от стыда, робко ответила:
– Простите! Я… Я приняла вас за вкусную еду!
– За еду она меня приняла! А если бы я принял тебя за пельмень и съел бы, хорошо бы было? – не унимался Лоскуток.
Он не только больно ударился, у него еще ныл нос из-за того, что курица его клюнула. На его глазах выступили слезы. Курица почувствовала себя еще более неловко, увидев, как плачет Лоскуток. Она попробовала его успокоить:
– Не плачь, я не специально!
– Это только ты плачешь! А я никогда не плачу. Я храбрый ребенок! Я не плакал, даже когда картофель сбил меня с ног!
– Ты и правда смелый, – с серьезным видом сказала курица. – Как-то тетушка Тянь резала овощи, и большой кусок капусты вывалился из сушилки – и прямо на меня! Тогда я заплакала, а все надо мной смеялись.
Оценив вежливое поведение курицы, Лоскуток немного подобрел.
– Ты сказала «они». О ком это ты?
– Они-то? Такие же, как и я, курицы тетушки Тянь.
– Тогда почему ты не с ними? Я вот люблю быть вместе с детьми. Я ходил в детский сад к Черному Медведю, Обезьянке, Утенку… Ты знаешь Черного Медведя?
– Не знаю.
– Ну вот. Даже Черного Медведя не знаешь! А он такой хороший и очень сильный. Он всегда оберегает малышей. Если кто обидит ребенка, то ему достанется от Медведя!
– Как тебя зовут?
– Маленький Лоскуток. А тебя?
– Летучка.
– А другие имена у тебя есть?
– Нет, других нет. Только Летучка.
– А меня еще зовут Машинист, потому что я умею водить поезда. Ты умеешь водить поезда?
– Нет. Я лишь умею нести куриные яйца.
– Куриные яйца?
– Куриные, – запрокинув голову, ответила Летучка. – Если бы я умела нести утиные яйца, то была бы уткой.
– То есть куриные яйца, которые дети ели в саду, ты снесла?
– Я… Я еще не снесла ни одного яйца! – виновато ответила Летучка. – Но тетушка Тянь говорит, что будет хорошо нас кормить и к весне мы начнем нести яйца!
– Тетушка Тянь, про которую ты говоришь, живет в этом доме?
– Нет, это дом дедушки Го.
– А кто он?
– Он деревенский смотритель амбаров. Ему уже очень-очень много лет. Дедушка Го очень любит нас, он наш хороший друг. Он не только о нас хорошо заботится, но и о Черно-пегом…
– А кто такой Черно-пегий?
– Это наш поросенок. Как-то он заболел, так дедушка Го взял его домой, положил рядом с отапливаемой лежанкой и поил горячим рисовым супом. Оставайся здесь: когда заболеешь, тебе тоже дадут горячий рисовый суп…
– Я не люблю рисовый суп, никакой… ни горячий, ни холодный.
– Тогда надо дать тебе попробовать просо. Когда мы были маленькие, то часто его ели. Очень вкусно!
– А зачем его есть?
– Чтобы быстрее вырасти!
– Не хочу я это есть. Я люблю играть.
– Ну и хорошо, я тоже люблю играть. Давай я буду к тебе приходить поиграть, ладно?
– Это было бы здорово! Приводи еще друзей. Чем больше, тем веселее! – обрадовался Лоскуток.
– Нет, они не любят приходить сюда. А когда я прихожу, они потом высказывают мне.
– Почему? – удивился Лоскуток.
– Говорят, что я мешаю отдыхать дедушке Го, не соблюдаю дисциплину, и что я не должна уходить от них…
– Пустяки! – перебил Лоскуток. – Нравится приходить сюда – приходи. Будем друзьями!
– Хорошо! Будем друзьями, – обрадовалась Летучка.
– Но… Ты же больше не будешь клевать меня?
Летучка виновато опустила голову:
– Конечно, не буду… Нос все еще болит?
Нос Лоскутка и правда еще болел. Но он подумал: во-первых, в этом виновата не только Летучка, нос ведь еще в телеге прищемило. Во-вторых, курица искренне попросила прощения. Да и сейчас она еще больше смутилась, вспомнив про боль, которую причинила. Поэтому Лоскуток сказал:
– Не болит, совсем не болит! И не ноет!
Опасаясь, что Летучка ему не поверит, он ударил себя по носу своим маленьким кулачком:
– Вот видишь, не болит! – У него из глаз брызнули слезы.
Глава 12
Лоскуток расплакался
Лоскуток расплакался, но не потому, что болел нос. Так почему? Когда Летучка ушла, комната опустела, и Лоскутку стало тоскливо. Может, он плакал из-за того, что ему было одиноко? Нет. Тогда, в конце концов, почему? Не спешите, я вам потихоньку все расскажу.
Лоскутку было тоскливо, он сидел на крышке котла и глазел по сторонам. Внезапно его взгляд остановился на каком-то маленьком предмете под сервантом. Этот «предмет» проворно передвигался и не издавал ни звука. Он был серым с головы до пят, с остренькой мордочкой, четырьмя лапами, торчащими усами и ярко-красным носом. Его маленькие глазки шныряли по сторонам. А еще у «предмета» был тонкий и длинный хвост.
Наконец «предмет» остановился и встал на задние лапы, а передними погладил мордочку, расправляя длинные усы.
– Пи-пи! Старикашки нет дома! – радостно воскликнул он.
«Предмет» вразвалочку побежал вдоль стены, напевая:
Из братьев я Пятый,
Люблю я гулять.
Вот бы скорее
Еды отыскать.
Может быть сладость,
Может картошку
Или хотя бы
Хлебную крошку…
Его задорный вид привел в восторг Лоскутка, ведь у него может появиться еще один друг! Это маленькое существо определенно будет интересным собеседником. Возможно, они смогут вместе играть и веселиться!
«Окликну-ка я его, скажу, что в углу есть целая куча сладкого картофеля!» И только Лоскуток собрался крикнуть, как «предмет» внезапно остановился. Что же он увидел? На полу перед ним лежала крошечная деревянная дощечка, на которой была закреплена железная проволока. А еще на ней лежал маленький кусочек чего-то. Но чего? Лоскуток не мог разглядеть. «Предмет» остановился перед деревянной дощечкой и стал обнюхивать ее.
«Наверное, на дощечке лежит лакомство, может быть пирожное?» – решил Лоскуток и очень удивился, когда «предмет» не притронулся к лакомству. Тот сделал несколько кругов вокруг дощечки, остановился и снова принюхался. Потом опять кругом оббежал дощечку. Лоскуток засмеялся и подумал: «Вот глупенький! Чего же ты не ешь?»
«Предмет» еще очень долго кружил вокруг деревяшки и наконец остановился. Он тихонько забрался на дощечку и осторожно протянул лапку к лакомству. «Ну наконец-то!» – подумал довольный Лоскуток. И в этот момент произошло страшное – как только тот коснулся лакомства, послышался хлопок!
Пи-пи-пи…
Железная проволока отскочила и прищемила его! «Предмет» жалобно пискнул, дернул задними лапками и больше не двигался. В этот момент дверь отворилась и в помещение вошел седой дедушка. Он нагнулся и поднял деревянную дощечку. Бедное серое существо все еще было зажато на ней, а тонкий длинный хвост беспомощно свисал вниз. Старик был очень доволен:
– Мелкий прохвост! Наглый крысенок! Кто тут ворует и тайком сжирает еду? Теперь твои игры кончились! – с этими словами дедушка вышел из комнаты, держа в руках дощечку с крысенком.
Дверь закрылась, и Лоскуток вновь остался один. Чем больше он размышлял, тем больше сокрушался о бедном крысенке. «Дать ему немного еды, что тут такого особенного? А как красиво он пел, но теперь уже нет! Надо было окликнуть его раньше. Увы! Я ведь надеялся, что он побыстрее доберется до лакомства. Кто ж знал, что это обман… ох… Это все из-за меня!»
Маленький Лоскуток все глубже раскаивался, и все больше росло его горе. Слезы потоком хлынули из его глаз. Все равно никто не увидит! Лоскуток взобрался на самый верх крышки котла и заревел.
Глава 13
Болтун-черпак
Лоскуток проплакал еще очень долго и, выбившись из сил, лег на крышку котла.
Он проснулся от ощущения, что ему очень жарко. Лоскуток повернул голову и увидел большой железный черпак, измазанный рисовым супом. Когда тот успел забраться на крышку котла? Лоскуток боялся, что рис может испачкать его красивую одежду, поэтому он отвернулся и не обращал на черпак внимания.
– Здравствуйте! – сердечно поприветствовал Лоскутка Большой Черпак.
– Здрасьте! – пренебрежительно ответил Лоскуток, только чтобы соблюсти вежливость. Он еще горевал из-за крысенка.
– Отдохнуть после работы – вот это радость! – сказал Черпак, не заметивший, что ему-то не особенно рады. – Чего я не терплю, так это долгого простоя. Такой уж у меня характер. Я плохо себя чувствую, когда долгое время не занят. К тому же из-за этого можно заболеть неприятной кожной болезнью – все тело может покрыться коростой! Как говорит врач, эта болезнь называется ржавчиной. Говорят, что это болезнь ленивых, и вообще-то, она и вправду появляется только у бездельников…
Лоскутку надоело это выслушивать, и он опять отвернулся. А Черпак только и знал, что бубнил, не обращая ни на что внимания.
– А какие у тебя здесь служебные обязанности? – спросил Черпак у Лоскутка. Он выучил от дедушки Го много умных слов, которыми ему уж очень хотелось блеснуть.
– Что такое «служебные обязанности»? – спросил Лоскуток. В этот раз он не был раздражен, просто не расслышал.
Черпак задал свой вопрос по-другому:
– Я спрашиваю, за какую работу ты отвечаешь?
Лоскуток выпучил глаза и, ничего не понимая, завертел головой. Черпак немного забеспокоился и надолго замолчал. Наконец спросил в третий раз, словами попроще:
– Кем ты работаешь?
Теперь Лоскуток его понял, но сразу ответить не смог. Кем же он, в конце концов, работает? Особенно после того, как приземлился на крышку котла.
– Опять не понял? – уже не на шутку распереживался Черпак. – Я хотел сказать…
– Да понял я! – засмеялся Лоскуток. – Просто я задумался, кем же я, в конце концов, работаю.
Черпак немного успокоился и продолжал:
– Беда, если сам не знаешь, кем работаешь! Слово «беда» тебе понятно? «Беда» – это… это… это очень понятное слово.
Черпак остался крайне недоволен собственным объяснением, но Лоскуток его и не слушал. Он начал рассказывать о себе:
– Во-первых, я игрушка. Во-вторых, новогодний подарок. А если сижу в темном помещении или на трехколесной повозке, то я прибор…
– Прибор? – удивился Черпак.
– Да, а затем я стал картофелем…
– Картофелем? – еще больше удивился Черпак.
– Да! Большим сладким картофелем!
– Я уже несколько десятков лет готовлю еду, но такого картофеля не видел никогда. И вообще-то он не так выглядит.
– А затем Летучка усадила меня на котел, и теперь я не знаю, кем работаю.
– Вот горе-то! – сокрушался Черпак. – Ну а раньше ты каким прибором был?
Этот вопрос обрадовал Лоскутка.
– Я был поездом машиниста! Тьфу, нет, машинистом поезда!
– Ну тогда ты умеешь водить поезда, – с серьезным видом сказал Черпак.
– Да! – обрадовался Лоскуток. – Поезда водить я умею!
На лице Черпака было явно написано, что он слабо в это верит.
– Ну правда! Если я лгу, то значит, я собачонка! Да, маленький безносый Пекинес!
– Вообще-то, у пекинесов обычно все-таки есть нос… – растягивая слова, сказал Черпак.
– А у нашего в детском саду не было. Его дети оторвали!
– Ну да и бог с ним! Однако паровозы – это мои ближайшие родственники. Как и я, они сделаны из железа. И, насколько мне известно, они очень, очень большие, а вот ты…
Лоскуток раскраснелся:
– Хочешь верь, хочешь не верь. Ну и пусть! Не буду тогда с тобой играть!
Тогда терпеливый Черпак спросил:
– Ну как же ты его водишь?
Маленький Лоскуток, услышав вопрос, снова крайне оживился:
– Я сажусь в начало паровоза, затем он трогается, затем он ускоряется, затем… А затем он приезжает в Ухань и останавливается… А потом опять трогается…
– Поезд сам, что ли, движется?
– Да, сам движется!
– А ты что? Руками ничего не трогаешь?
– Не трогаю. Он сам едет.
Черпак залился звонким металлическим смехом:
– Ну то есть, получается, поезд не ты ведешь? Так как, вообще-то говоря, если машинист ничего не будет трогать руками, то поезд не тронется с места. Это как с капустой: если я буду просто неподвижно лежать в котле, то она вкусно не приготовится. Это ты понимаешь?
Лоскуток разозлился:
– Не понимаю, так не понимаю! Вообще ничего не понимаю!
Лоскуток зажал руками нос, будто бы от Черпака исходил дурной запах. Только он никак не ожидал, что его нос опять заболит.
