Текст книги "Измена. Без права на ошибку (СИ)"

Автор книги: Стася Бестужева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Глава 9

Глава 9

Я сидела в своем кабинете, пытаясь сосредоточиться на эскизах нового проекта, когда секретарь доложила о посетителе.

– Екатерина Владимировна, к вам Андрей Волков. Говорит, что дело срочное.

Волков. Это имя я слышала не раз – деловой партнер Максима, с которым они вместе запускали какой-то стартап пару лет назад. Мы пересекались на корпоративах, обменивались парой фраз, не больше. Что ему от меня нужно?

– Пусть войдет.

Дверь открылась, и я увидела высокого мужчину лет тридцати восьми в дорогом костюме. Темные волосы с проседью, жесткое волевое лицо, серые глаза, которые смотрели прямо и оценивающе. Красивый, если честно. Раньше я не обращала на это внимания – была замужем, влюблена, счастлива в своей иллюзии.

– Екатерина, добрый день, – он протянул руку. Рукопожатие твердое, уверенное. – Спасибо, что приняли без предупреждения.

– Присаживайтесь, – я кивнула на кресло напротив. – Чем могу помочь?

Андрей сел, внимательно изучая меня. В его взгляде читалось сочувствие, но без жалости – просто понимание.

– Я слышал о вашем разводе. О том, что Максим вам устроил.

Прямо в лоб. Никаких реверансов и светских разговоров.

– Слухи распространяются быстро, – сухо заметила я.

– Это не просто слухи. Я знаю Максима достаточно хорошо, чтобы понимать, на что он способен. – Андрей достал из портфеля папку. – Но я пришел не за этим. Вернее, не только за этим. Мне нужна ваша помощь. И, думаю, вам нужна моя.

– Не понимаю.

Он открыл папку и выложил передо мной документы.

– Два года назад мы с Максимом запускали совместный проект. Мобильное приложение для управления недвижимостью. Я вложил три миллиона рублей, он должен был заниматься технической стороной. Проект выстрелил, приложение принесло прибыль в двенадцать миллионов за первый год.

– И?

– И Максим вывел деньги на офшоры, переписал на себя права на приложение, а меня вытеснил из проекта. Юридически все чисто – он использовал лазейки в нашем договоре, которые я не заметил. Технически это мошенничество, но доказать в суде практически невозможно.

Я просмотрела документы. Действительно, все выглядело законно, но по сути Максим ограбил своего партнера.

– Мне жаль, но я не юрист. Не могу вам помочь.

– Вы можете, – Андрей наклонился вперед. – У вас есть то, чего нет у меня. Вы его жена. Точнее, скоро бывшая жена. У вас есть доступ к информации о его финансах, к документам, к его слабым местам.

– Вы предлагаете мне шпионить за мужем?

– Я предлагаю вам вернуть то, что он украл. У меня – деньги. У вас – бизнес, на который он претендует. Максим играет грязно. Пора ответить ему той же монетой.

Я откинулась на спинку кресла. Идея мести была соблазнительной. После всего, что Максим мне сделал, я хотела, чтобы он заплатил. Но союз с его бывшим партнером...

– Почему вы думаете, что я соглашусь?

– Потому что я видел вас на последнем корпоративе вашего мужа. – В голосе Андрея появились теплые нотки. – Вы стояли в стороне, пока он флиртовал с секретаршей. Улыбались, изображая счастливую жену. Но глаза были пустые. Вы уже тогда что-то подозревали.

Я вздрогнула.

– Я ничего не подозревала.

– Тогда просто чувствовали. Женская интуиция редко ошибается. – Он помолчал. – Екатерина, Максим разрушил вашу семью. Пытается отнять ваш бизнес. Вы хотите просто молча уйти? Или хотите показать ему, что с вами так нельзя?

Я смотрела на этого человека и видела в нем что-то родственное. Ту же боль, то же желание справедливости, ту же ярость, прикрытую внешним спокойствием.

– Что конкретно вы предлагаете?

Андрей улыбнулся – впервые с момента, как вошел. Улыбка хищная, но притягательная.

– У Максима есть крупный клиент – компания «ТехноСтрой». Контракт на пятьдесят миллионов. Я знаю владельца «ТехноСтроя» лично. Могу устроить так, что они разорвут договор с Максимом и перейдут к конкурентам. Это ударит по его карману и репутации.

– А что я должна сделать взамен?

– Мне нужны документы, доказывающие, что Максим вывел деньги с нашего проекта незаконно. Они должны быть у него дома, в сейфе. Вы знаете код?

Я знала. Дата нашей свадьбы. Ирония судьбы.

– Допустим, я достану эти документы. Что вы с ними сделаете?

– Подам в суд. На этот раз с нормальными доказательствами. Заморожу его счета, отсужу компенсацию. Максим останется без денег и без репутации.

Я представила себе это. Максим, теряющий все, за что боролся. Максим, униженный и разоренный. Сладкая картина.

– Хорошо. Я согласна.

Андрей протянул руку для рукопожатия. Я пожала ее, и вдруг почувствовала странное тепло от прикосновения. Наши взгляды встретились, и что-то мелькнуло в его глазах. Что-то большее, чем деловой интерес.

Я быстро отвела взгляд. Слишком рано. Слишком больно еще. Мне не нужны мужчины. Мне нужна месть.

– Я позвоню вам, когда достану документы, – сказала я, вставая.

– Екатерина, – он тоже поднялся, – я понимаю, через что вы проходите. Сам через это прошел.

– Ваша жена изменяла?

– Нет. Она умерла. – Его лицо на секунду стало беззащитным. – Три года назад. Рак. Я не смог ее спасти.

Мне стало неловко за свой вопрос.

– Простите.

– Ничего. Просто хочу, чтобы вы знали: я понимаю боль. И предательство тоже понимаю. Максим предал меня как партнера. Вас – как жену. У нас с вами больше общего, чем кажется.

Он ушел, оставив меня наедине с мыслями. В кабинете еще витал запах его дорогого одеколона, и я поймала себя на том, что он мне нравится. Не как мужчина – я закрыла эту дверь. Просто как союзник. Сильный, умный, решительный.

Телефон на столе завибрировал. Сообщение от Максима: «Катя, давай встретимся. Нам нужно поговорить спокойно. Я готов на компромисс по бизнесу».

Компромисс. Он думает, что я поверю в его великодушие.

Я набрала ответ: «Хорошо. Приезжай сегодня к восьми вечера. Обсудим детали».

Сегодня я зайду в дом, возьму документы из сейфа и передам их Андрею. Максим еще пожалеет, что связался со мной. Оба мои предателя пожалеют.

Глава 10

Глава 10

Андрей приехал ровно в девять. Я специально назначила встречу в своем офисе, а не дома – слишком много воспоминаний о Максиме витало в тех стенах. Здесь же было мое пространство, моя территория, где я чувствовала себя сильной.

Он вошел с двумя чашками кофе из того самого кафе напротив, которое я любила. Откуда он знал?

– Игорь сказал, что вы предпочитаете капучино с корицей, – пояснил он, словно прочитав мой вопрос. – Надеюсь, он не ошибся.

Я приняла чашку, наши пальцы на секунду соприкоснулись. Тепло его кожи обожгло, и я быстро отвела руку.

– Спасибо. Присаживайтесь.

Андрей устроился в кресле напротив, положив на стол свой планшет. Даже в вечернее время он выглядел безупречно – белая рубашка, расстегнутая на две пуговицы, дорогие часы на запястье. Но главное – его глаза. Внимательные, умные, видящие больше, чем я хотела показать.

– Итак, – начал он, включая планшет, – я провел анализ финансовой структуры компании Максима. У него есть несколько уязвимых точек.

Я придвинула свой ноутбук ближе. На экране были открыты документы, которые я достала из домашнего сейфа вчера вечером. Максим так и не приехал «обсуждать компромисс» – видимо, почувствовал подвох. Но код от сейфа он не сменил. Самонадеянность всегда была его слабостью.

– Во-первых, – Андрей начертил что-то на своем планшете и повернул ко мне, – контракт с «ТехноСтроем». Пятьдесят миллионов на три года. Если они разорвут договор досрочно, Максиму придется выплатить неустойку в размере тридцати процентов.

– Пятнадцать миллионов, – быстро подсчитала я. – Это серьезно. Но зачем они будут разрывать контракт?

– Потому что я знаю владельца компании Петра Семеновича лично. Мы вместе начинали бизнес двадцать лет назад. – Андрей отпил кофе. – Если я скажу ему, что Максим ненадежный партнер, способный на мошенничество, он задумается.

– Но ему нужны доказательства.

– Вот тут и пригодятся документы из сейфа. – Андрей кивнул на мой ноутбук. – Там есть схема вывода денег с нашего совместного проекта. Если показать эту схему Петру Семеновичу, он поймет, что рискует потерять деньги так же, как потерял я.

Я открыла файл, который сфотографировала вчера. Сложная система офшоров, подставных компаний, фиктивных счетов. Максим создал целую империю для отмывания денег.

– Он гений, – пробормотала я. – Чертов гений.

– Гений преступного мира, – поправил Андрей. – В легальном бизнесе такой талант привел бы его на вершину. Но он выбрал легкий путь.

Мы молчали несколько секунд, глядя на экран. Потом я спросила:

– А что дальше? Допустим, «ТехноСтрой» разорвет контракт. Максим выплатит неустойку, потеряет деньги. Но этого мало. Он все равно останется на плаву.

– Тогда наносим второй удар. – Андрей провел пальцем по экрану, открывая новый документ. – Видите эту компанию? «Цифровые решения»?

– Максим упоминал ее. Говорил, что это его основной актив.

– Именно. На самом деле он владеет ею через подставное лицо – своего двоюродного брата Олега. Компания получает крупные государственные контракты. Но для этого нужна безупречная репутация.

– И если репутация пострадает...

– Контракты аннулируют. Компания обанкротится. – Андрей посмотрел мне в глаза. – Катя, мы можем его уничтожить. Полностью. Но вопрос в том, готовы ли вы к этому?

Я откинулась на спинку кресла. Готова ли я? Месяц назад я бы ответила «нет» не раздумывая. Но сейчас... Сейчас я видела перед собой человека, который предал меня на каждом шагу. Который имел не одну, а десятки любовниц. Который родил детей от других женщин, пока клялся мне в верности. Который пытается отнять мой бизнес, созданный моим трудом.

– Готова, – твердо сказала я. – Максим заслужил это.

Андрей кивнул и снова склонился над планшетом. Мы работали до глубокой ночи, разрабатывая стратегию атаки по всем фронтам. Андрей знал бизнес Максима лучше, чем я думала. Он просчитывал каждый шаг на несколько ходов вперед, как шахматист.

– Вы когда-нибудь играли в шахматы? – спросила я, когда мы делали перерыв около полуночи.

– В детстве. Но потом понял, что бизнес – та же игра. Только ставки выше. – Он улыбнулся. – А вы?

– Отец учил. Говорил, что архитектор должен уметь думать на много ходов вперед.

– Мудрый человек.

– Был. Умер пять лет назад.

– Мне жаль.

Мы снова замолчали. Но это молчание было другим – не напряженным, а почти уютным. Я вдруг осознала, что за все эти часы ни разу не подумала о Максиме с болью. Только с холодной яростью и азартом игрока, который вот-вот поставит мат.

– Вы изменились, – неожиданно сказал Андрей.

– В смысле?

– Когда я впервые увидел вас на том корпоративе два года назад, вы были... мягкой. Улыбчивой. Старались всем угодить. А сейчас... – он внимательно посмотрел на меня, – сейчас в вас есть сталь.

Я не знала, комплимент это или констатация факта.

– Предательство закаляет, – сухо ответила я.

– Или ломает. Но вас не сломало. Это достойно уважения.

Что-то в его голосе заставило меня поднять взгляд. Наши глаза встретились, и на несколько секунд мир вокруг замер. Я видела в его взгляде не только уважение. Там было что-то еще. Что-то теплое, манящее, опасное.

– Нам нужно вернуться к работе, – быстро сказала я, отворачиваясь к ноутбуку.

– Конечно, – Андрей откашлялся. – Значит, так. Завтра я встречаюсь с Петром Семеновичем. Показываю ему документы. К вечеру «ТехноСтрой» должен разорвать контракт с Максимом.

– А я?

– А вы завтра подаете официальную жалобу в налоговую инспекцию. – Он передал мне флешку. – Здесь все доказательства его схем уклонения от налогов. Проверка придет к нему через неделю.

Я взяла флешку. Маленький кусочек пластика, который разрушит жизнь моего бывшего мужа.

– Он узнает, что это я, – сказала я.

– И что? Вы его боитесь?

– Нет. Просто хочу видеть его лицо, когда он поймет.

Андрей рассмеялся – впервые за весь вечер. Смех был низкий, глубокий, приятный.

– Вы мстительная женщина, Екатерина Морозова.

– Я справедливая женщина, – поправила я, но тоже улыбнулась.

Когда Андрей уходил, было уже два часа ночи. Я проводила его до лифта.

– Спасибо, – сказала я. – За помощь. За... все.

– Не благодарите. Мы союзники. – Он помолчал. – Хотя, если честно, я рад, что познакомился с вами ближе. Даже в таких обстоятельствах.

Лифт приехал, двери открылись. Андрей вошел внутрь, но придержал дверь рукой.

– Катя, – он назвал меня по имени впервые за весь вечер, – когда все это закончится... Может, вы согласитесь просто поужинать со мной? Без разговоров о Максиме, без мести, без планов. Просто мы двое.

Я растерялась. Часть меня хотела сказать «да» немедленно. Но другая часть – та, что еще помнила боль предательства – кричала «нет, слишком рано, слишком опасно».

– Спросите меня об этом, когда закончится развод, – уклончиво ответила я.

Андрей кивнул, улыбнулся и отпустил дверь. Лифт поехал вниз, унося его прочь.

Я вернулась в кабинет и села к окну. Город внизу светился огнями, жил своей ночной жизнью. Где-то там спал Максим, не подозревая, какая буря обрушится на него завтра. Где-то там Вика качала его ребенка, которого он отказывался признавать.

А я сидела здесь, впервые за месяцы чувствуя себя живой. Не сломленной жертвой, не обиженной женой. А игроком, который вот-вот выиграет партию.

Глава 11

Глава 11

Три недели. Двадцать один день прошел с того момента, как мы с Андреем заключили наш союз против Максима. И за эти три недели моя жизнь изменилась до неузнаваемости.

План сработал почти идеально. «ТехноСтрой» разорвал контракт с Максимом после того, как Андрей показал владельцу компании документы о финансовых махинациях. Налоговая начала проверку, заморозив несколько счетов. Максим метался, пытался спасти ситуацию, но с каждым днем все глубже увязал в проблемах.

А я... я впервые за месяцы почувствовала, что живу. Не просто существую, переставляя ноги с утра до вечера. Живу по-настоящему.

И дело было не только в мести. Дело было в Андрее.

Мы встречались почти каждый вечер – формально для работы над стратегией, для координации действий. Но с каждой встречей разговоры все меньше касались Максима и все больше – нас самих. Наших взглядов на жизнь, воспоминаний, планов на будущее.

Сегодня он пришел в офис около восьми вечера. Я засиделась допоздна, доделывая корректировки по проекту «Изумрудный город». Остальные сотрудники давно разошлись по домам.

– Вы все еще здесь, – констатировал Андрей, входя в мой кабинет без стука. За три недели мы перешли на «ты», но он все равно иногда возвращался к формальному «вы».

– Дедлайн послезавтра, – я откинулась на спинку кресла, потирая затекшую шею. – Нужно закончить.

Он подошел сзади и неожиданно положил руки мне на плечи, начав массировать затекшие мышцы. Я замерла от неожиданности, но не отстранилась. Его пальцы были сильными, уверенными, находили каждую болевую точку.

– Вы слишком много работаете, – тихо сказал он.

– Горшок не должен называть чайник черным, – я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями. – Вы сами работаете круглосуточно.

– Мне некуда спешить. Дома никто не ждет.

В его голосе прозвучала такая тоска, что я невольно повернулась к нему. Андрей стоял совсем близко, и в его глазах читалось столько одиночества, что сердце сжалось.

– Андрей...

– Не надо, – он отступил на шаг. – Извините. Не хотел...

– Не извиняйтесь, – я встала, подошла к нему. – Я понимаю. Я тоже одна. И знаете что? Мне это начинает нравиться.

Он улыбнулся – той самой редкой улыбкой, которая появлялась у него только когда мы оставались наедине.

– Врете. Я вижу, как вы смотрите на семейные пары в кафе. С тоской.

– Может быть, – призналась я. – Но это же нормально? Пять лет я была в браке. Привыкла к присутствию другого человека рядом.

– К присутствию или к иллюзии присутствия? – тихо спросил он.

Я замерла. Он попал в точку. Максим физически был рядом, но эмоционально я была одна последние несколько лет. Просто не хотела это признавать.

– Вы правы, – я вернулась к столу, налила нам обоим крепкого напитка из бара в углу кабинета. – Иллюзия. Красивая, удобная иллюзия счастливого брака.

Мы выпили молча. Андрей подошел к панорамному окну, глядя на ночной город.

– Знаете, что самое страшное в потере? – спросил он, не оборачиваясь. – Не боль. Боль проходит со временем. Самое страшное – это страх снова потерять.

Я подошла к нему, встала рядом.

– После смерти жены вы... встречались с кем-то?

– Пытался. Пару раз. Но каждый раз чувствовал, что предаю ее память. – Он покачал головой. – Глупо, правда? Она бы хотела, чтобы я был счастлив. Но я не мог. Не получалось.

– А сейчас?

Он повернулся ко мне. Наши лица были так близко, что я чувствовала его дыхание.

– Сейчас я встретил женщину, рядом с которой не чувствую вины. Женщину, которая понимает боль потери. Которая сильная, умная, красивая. Которая заставляет меня снова чувствовать себя живым.

Мое сердце забилось так сильно, что, казалось, он должен был его слышать.

– Андрей...

– Я знаю, – он поднял руку, коснулся моей щеки. – Знаю, что слишком рано. Что вы еще не готовы. Что вам нужно время залечить раны. Но я не могу больше молчать, Катя. Не могу притворяться, что мне все равно.

Его рука скользнула на мою талию, притягивая ближе. Я должна была отстраниться. Должна была сказать, что это неправильно, что я еще замужем, что слишком рано для новых отношений.

Но вместо этого я потянулась к нему.

Наши губы встретились – осторожно, почти робко. Как будто мы оба боялись этого момента и одновременно жаждали его. Его губы были теплыми, мягкими, но настойчивыми. Он целовал меня так, словно я была драгоценной, хрупкой, но безмерно желанной.

Я обняла его за шею, отвечая на поцелуй с отчаянием человека, который слишком долго был лишен настоящей близости. Не физической – той у меня было достаточно с Максимом. А эмоциональной. Той близости, когда каждое прикосновение значит больше, чем тысяча слов.

Андрей прижал меня к себе крепче, углубляя поцелуй. Его руки скользили по моей спине, исследуя, запоминая каждый изгиб. Я чувствовала, как внутри просыпается что-то, что я считала навсегда похороненным после предательства Максима. Желание. Доверие. Надежда.

Но вместе с ними пришел страх.

Ледяной, парализующий страх, что это повторится. Что я снова окажусь обманутой, преданной, униженной. Что Андрей окажется таким же, как Максим. Что все мужчины такие.

Я резко оттолкнула его, отступая на несколько шагов. Дыхание сбилось, руки дрожали.

– Извините, я... не могу.

Андрей замер, тяжело дыша. На его лице читалось разочарование, но не злость. Только понимание.

– Катя...

– Это слишком быстро, – я обняла себя руками, как будто мне было холодно. – Я еще даже не развелась. А я уже... мы...

– Ничего не произошло, – мягко сказал он. – Просто поцелуй. Между двумя взрослыми людьми, которым не все равно друг к другу.

– Но я не готова! – Голос мой сорвался. – Я не могу снова... Андрей, я не могу снова довериться. Не могу снова открыться. А вдруг вы...

Я не договорила, но он понял.

– А вдруг я такой же, как Максим? – закончил он за меня. Подошел ближе, но не прикасался. – Катя, посмотри на меня. Я не Максим. Я никогда не предавал женщину, которую любил. Жена была для меня всем до самого конца. Я держал ее руку, когда она умирала. Целовал в лоб и обещал, что буду помнить каждую минуту, проведенную вместе.

Слезы потекли по моим щекам.

– Я знаю. Знаю, что вы другой. Но страх сильнее. Понимаете? Я боюсь снова поверить, снова влюбиться. Боюсь проснуться и обнаружить, что все это было очередной иллюзией.

Андрей взял мое лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Тогда не верь. Пока не будешь готова. Я не тороплю тебя, Катя. Я могу ждать. Месяц, год, сколько понадобится. Потому что ты стоишь того, чтобы ждать.

– А если я никогда не буду готова?

– Тогда буду рядом как друг. Как партнер. Как тот, кому не все равно. – Он вытер слезы с моих щек большими пальцами. – Но я не исчезну из твоей жизни, Катя. Даже если ты сама этого захочешь.

Я смотрела в его серые глаза и видела там абсолютную искренность. Этот человек не лгал. Не манипулировал. Просто открывал свое сердце, рискуя быть отвергнутым.

– Спасибо, – прошептала я. – За понимание. За терпение. За то, что вы есть.

Он наклонился и легко поцеловал меня в лоб – целомудренно, почти по-братски.

– А теперь давай я отвезу тебя домой. Ты устала. И проект может подождать до завтра.

– Но дедлайн...

– Подождет, – твердо сказал он. – Ты важнее любого дедлайна.

Мы ехали в машине молча. Но это молчание было не напряженным, а умиротворяющим. Андрей вел осторожно, время от времени бросая на меня взгляды.

– Можно задать вопрос? – спросил он, когда мы уже подъезжали к моему дому.

– Конечно.

– Ты жалеешь о том поцелуе?

Я задумалась. Жалею ли? Нет. Это был лучший поцелуй в моей жизни. Но признаться в этом – значит открыть дверь в комнату, которую я боялась открывать.

– Нет, – честно ответила я. – Не жалею. Просто... напугана.

– Понимаю, – он остановил машину у моего дома. – Катя, я серьезно. Я буду ждать. Сколько понадобится.

Я наклонилась и быстро поцеловала его в щеку.

– Спокойной ночи, Андрей.

– Спокойной ночи.

Я вышла из машины и пошла к дому, чувствуя его взгляд на себе. Обернулась у двери – он все еще сидел в машине, глядя на меня. Помахала рукой. Он помахал в ответ и уехал.

В доме было тихо и пусто. Я прошла в гостиную, налила себе вина и села у окна. Губы еще хранили тепло его поцелуя. Сердце билось неровно.

Телефон завибрировал. Сообщение от Андрея: «Не корите себя за свой страх. Он нормален. Просто помните: я здесь. Всегда. А.»

Я прижала телефон к груди и закрыла глаза. Впервые за месяцы я позволила себе подумать о будущем не с ужасом, а с робкой надеждой.

Может быть, я и правда смогу снова довериться. Может быть, не все мужчины лгут. Может быть, есть те, кто способен любить по-настоящему.

Может быть, Андрей именно такой.

Но пока – пока я просто позволю себе дышать. День за днем. Шаг за шагом. Без спешки, без обещаний, без права на ошибку.