355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Спиридон Вангели » Чубо из села Туртурика » Текст книги (страница 2)
Чубо из села Туртурика
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 17:49

Текст книги "Чубо из села Туртурика"


Автор книги: Спиридон Вангели


Жанры:

   

Детская проза

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Летающие калачи

В тот день отец не пошёл в столярку. Он гордо бродил по селу.

– Это правда, кум? – спрашивали его то один, то другой, и отец кивал в ответ.

Всё село Туртурика радовалось. Да и как не радоваться?

Надо муки намолоть – выноси мешок с зерном на улицу, оставляй у ворот, а сам ложись в люльку. Утром в мешке – мука, такая белая, такая мягкая! А тесто получается – хоть навёртывай кольцом на палец!

А какой стоял в селе запах? Э-ге-ге! На этом крыльце пахло пышками, там – хрустиками, здесь – пирогом…

Чубо то и дело прибегал за зерном, с ним и Мельничный Дядька. Очень нравился Дядьке деревенский воздух и разные вкусные запахи.

Сидя верхом на Снежном Коне, он распевал во всё горло:

 
Я маленький ростом,
Зато – бородат!
Я Снежному Деду
Двоюродный брат!
 
 
Сверкают снежинки
В полях и лесах,
А мельница крутится
На небесах.
 
 
Работает мельница
Снеговика,
Чтоб были на свете
И снег, и мука!
 

Мельничный Дядька за муку денег не брал. Что ему с ними делать? Он их даже считать не умел.

Но в селе Туртурика жили люди добрые. Решили Мельничного отблагодарить.

С верхушки холма они протянули вниз к мельнице длинную крепкую нитку. Залезали на крышу, надевали на нитку калач – и не успевал Дядька глазом моргнуть, как калач был уже на мельнице. Свежий да вкусный, только что из печки.

А внизу на мельнице колокольчик звонил, чтоб Дядька знал, что калач прибыл.

Птицы разные – воробьи да вороны – совсем с ума посходили, глядя на эти летающие калачи.

А мельница работала и в понедельник, и во вторник, и в среду. В четверг один человек сказал:

– А что если Чубо не вернёт нам силу? Так и провисим всю зиму в люльках?

– А вдруг он захочет быть Самым Главным? – сказал другой. – Во наделает делов! Эй, жена, почеши-ка мне за ухом, руку поднять не могу.

В тот день смололи уже два мешка муки, и Чубо вдруг захотел спать.

Только он прилёг, как Мельничный Дядька стал его укачивать, запел:

– Баю-бай… – И сила всей деревни перешла к нему.

Чубо уснул, а Мельничный замахал от радости руками да ногами и так быстро, что в воздух поднялся. Как мотылёк с бородой, летал он по мельнице, роняя валенки.

Между тем дедушка Далбу забеспокоился. Уже было довольно поздно, а Чубо всё не возвращался. Дед послал Уку на мельницу.

Уку прибежал и увидел, что дверь раскрыта настежь. Чубо спит в люльке, а Мельничного нет нигде.

А Мельничный Дядька летал в это время у самой луны. То плечом её толкал, то коленкой, а то и вовсе пытался снять с места, чтобы повесить над мельницей.

Стал Уку будить Чубоцела, но разбудить не смог. Что делать?

Уку сообразил и вылепил снежного мальчугана.

– Йока, мока, трока, на! Давай по-быстрому, – сказал Уку, и мальчуган тут же вылепил другого мальчугана.

– Йока, мока, трока, на! – и дело пошло как по маслу.

Один снежный мальчуган лепил другого, и за каких-нибудь полчаса их было уже штук сто. Как военная шеренга, протянулись они от мельницы до дедушки Далбу. Дедушка кликнул бабушку, а бабушка слепила снежок и бросила его в окно.

– Что такое? – появилась в окне мамина голова.

– Али, цули, ока, у, – залопотала старушка. – Ам, ам!

Что такое «али, цули» мать, конечно, не поняла, а вот насчёт «ам, ам» быстро сообразила. Она поняла, что бабушка есть хочет.

Мать выскочила во двор, вынесла свежий хлеб, отдала бабушке. А бабушка кинула этот хлеб дедушке. Дедушка хлеб поймал и отдал ближайшему снежному мальчугану, тот другому, и быстро доехал мамин хлеб до мельницы.

Тут уж Уку – малый сообразительный – сунул этот хлеб Чубо под нос.

Чубо пошевелил носом, стал тереть глаза.

– Мама, это ты? – сказал он, приподнялся в люльке да и вылез из неё, окончательно проснувшись.

И тут что-то бухнуло, ударило по крыше мельницы.

Это Мельничный Дядька с луны свалился! Хорошо ещё, что луна была прямо над мельницей, когда сила вернулась к Чубо.

– Пошли, Чубо, пошли, – торопил Уку. – Вот Утренняя звезда взошла. Скоро утро, а люди не могут из люлек выбраться.

Чубо поскорее схватил мешки с мукой и потащил их в деревню. А по дороге говорил снежным мальчуганам:

– Чубо, мио! Чубо благодарит вас!

– Яко, чи? Когда ещё увидимся?

– Чико, нио! Завтра ночью!

Яйцо с луны

Мельничный Дядька был ужасно доволен, что не сломал мельницу.

А если б с неба упал великан! Какой-нибудь дядя Тоадер! Хорошо, что всё так удачно кончилось.

Прихрамывая, он обошёл мельницу – всё было в порядке – и лёг спать.

Напрасно надрывался на следующее утро мельничный колокольчик, возвещая о прибытии калача. Накрывшись бородою, Дядька спал крепким сном.

Когда же он всё-таки открыл глаза – мельница была цела и невредима, а вот его голова! Боже мой! Что сделалось с его головой? Ведь она не держалась на плечах! Только подымет голову, она – бах! – вниз! Как будто Кто-то дёргает за бороду. А может, этот Кто-то спрятался в бороде? Сидит там и дёргает?

– Эй, ты! Вылезай! – крикнул Мельничный Дядька.

Но из бороды никто не вылез, и Мельничный просто не знал, что делать.

На всякий случай подошёл он к зеркалу и увидел вдруг на лбу шишку, величиной как раз с голубиное яйцо. Мельничный поискал в шапке – нет ли там и других яиц? – вроде пока нет.

Дядька вышел на улицу и увидел снежных мальчуганов. Они стояли шеренгой до самой деревни.

– А где же мешки с зерном? – спросил Мельничный.

Молчат снежные мальчуганы. Один только нагнулся к соседу и шепнул что-то на ухо.

– Идёт! – кивают круглоголовые мальчуганы.

– Идет!

– Алло, Чубо! – закричал Мельничный Дядька. – Ты дома? Это я говорю с тобой по снежному телефону! Понял? Отбой!

– Алло, Чубо! Теле-теле-теле-теле – ты-ты-ты-до-до-до… – загалдели снежные мальчуганы и догалдели так до самого села. Помолчали минутку и стали галдеть от села к мельнице:

– Меня зовут Чубо, а не Алла!

– Ты что – обиделся, что ли? – закричал Мельничный Дядька. – Ну, я полетал немного… ну, почти до луны… Ну, на мельницу упал…

Загалдели мальчуганы, и Чубо понял, что луна упала на мельницу.

– У меня шишка с голубиное яйцо, – жаловался в телефон Дядька.

– У луны яйцо величиной с голубя, – передал последний снежный мальчуган.

Задумавшись, ходил Чубо по двору. Интересно, как оно выглядит, лунное яйцо?!

Ни дедушка, ни бабушка, ни, конечно, мальчик Уку такого яйца в жизни не видали.

– А если положить его под наседку? – задумался Чубо, сдвинув на затылок шапку, – получится ли маленькая жёлтенькая луна?

Когда Чубо с наседкою под мышкой пришёл на мельницу, Дядька сидел на кровати с повязкой на голове. Про наседку он и слушать не захотел.

– Маленькая луна получится, – уговаривал его Чубо и в конце концов уговорил.

Всю ночь просидел Мельничный Дядька с курицей на голове, а утром на лбу у него вообще никакого яйца не оказалось.

– Неужели? – удивился Мельничный Дядька и побежал к зеркалу.

– Вот видишь, – сказал ему Чубо. – Ты в некотором смысле – мастер, а я в некотором смысле – врач.

Башня Чубоцела

С утра закрутилась снежная мельница. Снег валил на село Туртурика. Чубо проводил маму на ферму и пошёл домой. Оглядываясь, он видел, как заносит снег его следы, как будто и не ходил он на ферму.

– Тука, ука? Ты что грустный? – спросила его бабушка Далба.

– Жалко, что я такой маленький. Был бы я ростом с дерево! Тогда бы прямо с нашего двора маму на ферме увидел. И она бы меня видела.

– Ник, ник! – сказала бабушка Далба. – Станешь таким длинным-длинным, что облака все волосы у тебя на голове перепутают, а маме тарелку с борщом придётся на крышу ставить. Надень лучше большую шапку – мама увидит тебя отовсюду.

– Но я её тоже хочу видеть.

Задумался Чубо, сдвинув свою не слишком высокую шапку на затылок, а потом запряг в санки Снежного Коня и поехал к мельнице. Одного за другим сажал он в санки снежных мальчуганов и подвозил их к своему дому.

День уже клонился к вечеру, а на дороге много ещё оставалось мальчуганов.

Тогда Чубо быстро слепил каждому мальчугану ноги, и они сами – шлёп-шлёп – пошлёпали за ним в деревню.

А вечером Чубо послал Снежного Коня за Мельничным Дядькой.

Когда явился мастер, во дворе уже кипел на костре большой казан с водой. Помешивая в казане палкой, Чубо готовил раствор.

Да, да, раствор! Тот самый раствор, на который кладутся камни, когда строят дом. Дело в том, что Чубо задумал построить башню. Он решил вытянуть, поднять к небу весь их каменный забор.

– Ну что ж, сделаем башню, – сказал Мельничный Дядька и засунул бороду за пазуху, чтобы не мешала работать.

Отец и мать Чубоцела давно уже спали в своих люльках, бегали во сне за бабочками, а во дворе росла невиданная башня.

Камни укладывал Мельничный Дядька, а снежные мальчуганы таскали камни. Дедушка Далбу и бабушка тоже времени не теряли, выворачивали камни из забора, а Чубо подымал их наверх в корзине. На верёвке.

Всё выше и выше росла башня. Поднялась уже куда выше дома, и наконец кончился камень, кончился забор. Осталось только лишь окно дедушки Далбу да скамеечка для гостей.

Башня получилась такой высокой, что сейчас, ночью, при луне не было видно её верхушки. А Мельничному и Чубо надо было как-то спускаться вниз. Мальчуганы уже хотели соорудить огромную снежную горку, чтобы они спрыгнули на неё, но бабушка сказала:

– А найдём ли мы их в таком сугробе?

Тогда Чубо привязал к башне верёвку, и они опустились на землю.

Снежных мальчуганов Чубо расставил в ряд на том самом месте, где был каменный забор. Удивительный получился новый забор – из снежных мальчуганов!

– Слушай, дед, – сказала бабушка Далба, разглядывая их, – неужели это всё – наши дети?

– А чьи же ещё, – сказал дедушка.

– Надо же! Кажется, это действительно так. Вот этот вроде на тебя похож… Эй, парень, как тебя зовут?

Мальчонка молчал и только глазами хлопал.

– Что он, немой, что ли?

– Мамуля, у него рта нет, – сказал Уку.

Пригляделась бабушка и увидела, что и вправду нет рта у мальчугана. А тот – без носа! А рядом стоит одноглазый.

– Боже мой! Кем мы свет заполнили!

– Кхы! – кашлянул дедушка Далбу, стараясь что-то сообразить. – Кхы-кхы…

– И у тебя голова, я вижу, прохудилась!

– Погоди, старая, не мели ерунду! Просто их слепили ночью второпях. Какой уж там рот или нос. Да и не в этом счастье. Зато посмотри, какие они дружные ребята! Такие в беде не пропадут.

– Эй, ребятушки! – крикнул дедушка Далбу. – Смотрите, какую мы башню построили! Молодцы! Орлы!

Ребятушки задрали к небу головы, удивляются, какая башня высокая!

Бабушка Далба немного успокоилась. А ведь и правда неважно, что одноглазые, – зато орлы!

А утром проснулся отец, подошел к окну – и рот разинул.

– Батюшки! – закричала мать. – Сейчас обвалится!

Она схватила на руки Чубо, завернула его в одеяло и – вон на улицу, подальше от дома.

Отец в мешок торопливо чашки-тарелки складывает: упадет башня, посуду перебьёт.

– А если на сарай рухнет! – кричит мать, вернувшись домой уже без Чубо.

Отец схватил толстое бревно, подпирает башню, мать овец из сарая выгоняет. Соседи набежали, галдят, гомонят, – если рухнет башня, никому несдобровать.

– Надо самим её сломать! – кричат. – Чего тянуть!

– Как её снизу сломаешь? Надо длинную лестницу!

– Бери кирку! Наверх полезай!

– Сам полезай! Тут не до шуток! Смотришь на её макушку – шапка слетает!

К этому моменту проснулся и Чубо. Услыхавши шум и крики, он оделся кое-как, выскочил на улицу.

Огромная толпа народу собралась вокруг башни с лопатами, тачками, топорами.

– Не бойтесь! – крикнул Чубо. – Она не упадёт! Её строил знатный мастер!

И он стукнул по башне кулаком.

– Смотрите, даже не дрогнет!

Тут все принялись стучать по башне кулаками – она даже не покачнулась. На самом деле, здорово построена. Немного успокоившись, соседи стали расходиться по домам, но всё равно то один, то другой выглядывал в окошко – стоит ли башня, не падает ли?

Только отец Чубо домой не пошёл. Он ходил вокруг башни и всё вздыхал. Жалко ему было забора. Теперь он за курицу боялся. Убежит куда-нибудь глупая пеструшка – ищи её потом, свищи!

– Ну зачем ты построил эту башню? – спросила у Чубо мать. – На что она тебе?

– Чтоб тебя издали видеть, – сказал Чубо. – Когда ты на ферме.

– Эх, Чубо, Чубо, – вздохнула мать. – Ну вот, сегодня я никуда не пойду, весь день буду дома. Смотри сколько хочешь! Только на башню эту не забирайся! Слышишь?

Прошёл день, прошёл другой – башня стояла спокойно, падать вроде не собиралась. Прошёл ещё один день, и отец сколотил длинную крепкую лестницу, чтобы Чубо и вправду мог залезть на башню и увидеть мать, когда сильно соскучится.

А на самой верхушке отец пристроил деревянную крышу, чтоб Чубо не завалило снегом.

Весело было там, на верхушке.

Сюда часто поднимались и другие ребята из деревни, и даже отец иногда забирался на башню и махал шапкой в сторону фермы: мол, давай, мать, скорее домой. Я тоже соскучился!

Виноградная лоза

Снежные мальчуганы дома сидеть не любили. Раз уж они умели ходить – надо ходить.

Только отойдут от дома – за ними целая ватага зевак, как будто это цирк какой. Но ведь и правда было на что посмотреть – этот без носа, а в варежках, у того только ботинки на ногах.

Днём их Чубо далеко от дома не отпускал и выводил на прогулку ночью.

И вот как-то поздним вечером – топ-топ, тяп-тяп – вся эта компания отправилась гулять. И бабушка, и дедушка с ними, и мальчик Уку. Топ-топ, тяп-тяп, будто белые медведи на двух лапах.

– Ух-ух, передохнём, – сказал дедушка. – Уморился я. Вон как пар изо рта валит.

– Давай, давай, старый, – подгоняла его бабушка, но дед уже уселся на краю дороги.

– Почему этот холм без шапки? – спросил он Чубо.

– Летом-то он был в шапке. А потом её сняли и посеяли новую пшеничку.

Бабушка разгребла снег рукой.

– Смотри-ка, зелёные волосы у холма на голове! Это и есть пшеничка? Пускай здоровой растёт.

Один за другим подходили к озимой пшенице белые гости, наклонялись, чтобы посмотреть, как она выглядит. А когда вся компания двинулась дальше, стебелёк, что повыше, сказал другому:

– Э-ге-ге! Увидите летом, какой у нас будет колос и какой урожай, раз уж столько снеговиков к нам в гости пришло.

А люди Чубоцела тем временем гурьбой завалились в сад.

– Вот эти, что на одной ноге стоят, – деревья, – объяснял Чубо. – Летом они носят зелёные шляпы! А ещё умеют яблоки делать! Красные, жёлтые.

Бабушка Далба стала разгребать снег, яблоки искать.

– Да нет, они растут наверху, на ветках.

– Без шуток? – спросил дедушка. – А как же они не падают?

– Их дерево за хвостик держит.

– Вон как! – сказал дедушка и спросил мальчуганов: – Поняли?

– Ага, ага, – залопотали мальчуганы, а один, расцарапанный, спросил:

– А яблоки царапаются? Если их за хвост потянуть?

– Нет, – засмеялся Чубо. – Яблоко – доброе, как луна на небе. Сейчас на дворе – зима, и сад молчит, а вот весной!.. Весной у каждого дерева свой музыкант.

И Чубо быстро залез на яблоню и засвистел, как певчий дрозд, перепрыгнул на другое, свистнул соловьем.

– Э-ге-ге! – качал головой дедушка Далбу. – Красив этот мир. Жаль только, что не послушать нам соловьев. Поняли, орлы?

– Ага, ага, – снова залопотали мальчуганы, а один забрался на ветку и крикнул: – Ку-ку!

И тут одно дерево, на котором остался листок, шепнуло другому:

– Смотри, как много снеговиков, – весной мы утонем в цветах!

Топ-топ, тяп-тяп, вся компания двинулась дальше. Забрались на верхушку холма, стали на санках кататься. Крик, шум! Санки одни, а их много. Сядут по пять, по шесть штук и – вниз. По дороге из санок вываливаются. Даже дедушка с бабушкой раза три с горки съехали.

– Давай ещё разок, – сказала бабушка.

– Погоди. Я, кажется, что-то слышу, а что – не пойму. А ну тихо, орлы!

Мальчуганы притихли, а дедушка прислушался и, махнувши рукой, направился к соседнему холму. За ним двинула вся снежная братия. Топ-топ, тяп-тяп.

На холме дрожала от холода виноградная лоза. Осенью забыли её укутать, и теперь она покрылась коркой льда. Жгучий ветер пронизывал её.

 
Дрожать мне под ветром,
Погибнуть от страха!
Мне давит на грудь
Ледяная рубаха.
 
 
Сверкающий лёд
Оковал моё тело.
Душа моя бедная
Оледенела.
 

Здесь, на верхушке холма, почти не было снега, и спрятаться от ветра лоза никак не могла.

– Оло, доло! – крикнул дедушка Далбу, и люди Чубоцела – снежные мальчуганы – столпились вокруг лозы, и получилось, что попала она в снежный шалаш.

А бабушка Далба вместе с Уку взобралась на самую верхушку холма, поближе к облакам. И Уку замахал руками, а бабушка закричала:

– Цып-цып-цып! [10]10
  На снежном языке это значит: «Снежинки, сюда».


[Закрыть]

И с неба вдруг повалил снег – закрутилась-завертелась мельница дедушки Далбу. И скоро бедная лоза была окутана тёплым мягким снегом. А вся наша компания вслед за Чубо отправилась домой. Они шли, взявшись за руки, чтоб не заблудиться, не потеряться в густых, падающих с неба хлопьях.

Дедушка Далбу уносит свою
мельницу в другие края

Не сказавши никому ни слова, Уку забрался по лестнице на чердак и нырнул в трубу. Он хотел поглядеть, как дым делается.

Долго в трубе он, конечно, не просидел – кашлять начал, да и глаза слезились. Набрал в шляпу дыму, чтобы бабушке показать, полез вниз.

Спустился, а в шляпе и нет ничего. Зато уж сам Уку стал чёрным, как чертёнок.

Мальчуганы как увидели его – наутёк пустились: страшный уж больно. Кто в сарай спрятался, кто в загон к овцам. Только дедушка Далбу не напугался. Палкой взмахнул:

– Ты кто? Что тебе здесь нужно, Ночной Человек?

– Я не Ночной Человек, я мальчик – Уку.

– Ну нет! Мой сын – Дневной Человек!

– Погоди, – сказала бабушка. – Шляпа-то вроде его. И ботинок узнаю.

– Ах, негодяй! – вскричал дедушка. – Он Уку ограбил и раздел! А ну, сними ботинок!

Уку снял ботинок, и дедушка увидел, что нога-то под ботинком белоснежная.

– Эх, – вздохнул дедушка. – Такой был хороший, беленький! А теперь что? Орлы! Тащите ведро с водой.

Мальчуганы притащили воду, стали Уку мыть да тереть, а вода-то на нём и замёрзла. Таким же чёрным Уку остался.

– Тьфу! – плюнул дедушка, а Уку раздобыл где-то зеркало, смотрел в него и смеялся.

Потом уже все привыкли, что Уку черноват. Не в этом, в конце концов, дело, – была бы душа! А душа у Уку была хорошая.

Он научил снежных мальчуганов здороваться. Но во дворе здороваться им было особенно не с кем, и они в деревню уходили, людей искать.

Увидят человека – окружат его. А человек думает: им что-то надо – конфетку или копейку, – начинает по карманам шарить. Тут они и кричат хором:

– Добрый день!

А потом как засмеются и домой бежать!

– Бабушка! – кричат. – Сегодня будет добрый день!

Хорошие ребята.

Скоро у них и друзья в деревне появились. Мальчуганы помогали первоклассникам портфели в школу носить. А девочек верхом на Снежном Коне катали, до школы довозили.

– А мы тоже в школу ходим, – хвастались они бабушке.

– Молодцы, – говорила бабушка, а дед кричал:

– Орлы!

Бывало, соберутся мальчуганы гурьбой у магазина. А денег-то у них нет. Дождутся, когда старушка выйдет из магазина, и сумку ей до дома донесут. А им за это фантики от конфет, а то и конфетка – одна на десятерых.

Вечером бабушке фантики приносят, а дедушке то свисток, то старый зонтик. Дедушка в свисток свистит, зонтик раскрывает. А под зонтиком штук двадцать мальчуганов помещается.

Как-то раз пошли мальчуганы всей гурьбой на базар.

Бегают по базару – скрип-скрип, – кто семечки пробует, кто орех найдёт. Набегались, наигрались – домой пошли.

Смотрят: на дороге корова стоит. А рядом – мужчина. Он её только что на базаре купил. Толкает корову, а она упирается, ещё и боднуть норовит.

А корову уже доить пора.

Мужичок нашёл ведро и начал доить её прямо на дороге, а перед носом кукурузные стебли положил. Ему бы ещё прямо посреди дороги загон построить.

Сообразили мальчуганы, что надо сделать. Взяли каждый по кукурузному стеблю, машут у коровы перед носом. Она и пошла за ними. Так до самого дома её довели.

Мужичок обрадовался, что корова дома, снежным мальчуганам бинокль подарил. Старый, ободранный, но видно в него хорошо.

Ух, обрадовались мальчуганы! Смотрят в бинокль друг на друга, хохочут. Стали искать, где Чубо.

А Чубо на башне сидел. Навели на него бинокль – огромным стал Чубо, такой большой, как его отец.

– Да, – сказал дедушка Далбу, – когда-нибудь он и вправду станет таким же большим.

– Вон оно что, – задумалась бабушка. – Значит, через эту штуковину можно заглянуть в завтрашний день. А ну, дайте сюда бинокль.

Она взяла бинокль, посмотрела на башню, на Чубо, а потом стала глядеть в бинокль себе под ноги.

– Ха-ха-ха! – смеялись мальчуганы. – Там нет никого.

– Пока нет, – сказала бабушка.

В тот вечер она попросила у Чубо крючок для вязанья и два мотка шерсти – белый и зелёный. Всю ночь вязала бабушка, и получилась у неё шапочка.

– Посмотри-ка, дед, – сказала она. – Хорошо получилось?

– Во! – показал большой палец дедушка Далбу. А бабушка принялась вязать платье.

На другой день она опять попросила бинокль и всё глядела себе под ноги, а снежные мальчуганы смеялись.

– Ещё не видно, – сказала бабушка. – Да помолчите вы! А то постучит в порог к нам, а мы и не услышим!

– Кто постучит? Кто?

– Скоро у нас будут гости, – пробурчала бабушка и торопливо продолжала вязать.

Мальчуганов не интересовало, что она там делает своим крючком. Они бегали по деревне, здороваясь с каждым встречным. Вот это было весело!

Бабушка всё вязала, а дедушка Далбу стал молчалив, задумчив.

Как-то раз, в воскресенье, он сказал Чубо:

– Посмотри-ка, башня твоя качается… И дом качается… и ты сам… нет, это у меня голова кружится.

Чубо обвязал ему голову полотенцем, не замечая, что дедушка стал поменьше ростом, как-то съёжился, поник. И бабушка заметно постарела, опустила плечи к земле.

А снежные мальчуганы всё воскресенье провели в тени, у сарая, но всё равно весело кричали оттуда прохожим:

– Добрый день!

Уку, верхом на Снежном Коне, скакал весь день по глухим тенистым оврагам.

В понедельник проснулся Чубо, подбежал к окну и замер! Ни бабушки, ни дедушки, ни снежных мальчуганов не было видно нигде!

Только валялись во дворе старая отцовская шляпа, палка, бинокль…

Чубо выбежал на улицу и увидел снежные следы.

По следам побежал Чубо к реке Рэут. Ох, что сделалось за ночь с рекою! Она бурлила, кипела, будто собиралась в ней вся сила снежных людей. Теперь уж сама река закрутила мельничное колесо. Дядька Мельничный стоял на крыше и кричал:

– Зерно! Зерно! Тащите зерно!

Но никто не спешил на мельницу. А с того берега попасть сюда было невозможно – мост скрылся под водой.

Чубо и не думал о муке, он искал своих снежных друзей. Вдруг мальчик увидел их в воде!

Не снежные теперь, а водяные, обнявшись, неслись они вниз по реке. И каждый из них был с непокрытой головой.

– Дедушка! Лови! – крикнул Чубо и бросил в воду свою шапку.

Прибежал Мельничный Дядька, стал ловить шапку сачком. Но водяные мальчуганы успели её схватить, спрятали в белоснежных бурунах.

– Чубо мио! Чубо мио! – кричал Чубоцел. Он хотел бросить в воду и ботинки, но Мельничный Дядька схватил его за руки.

– Сделай лучше кораблики, – сказал он. – Ботинки утонут.

И Чубо сделал несколько бумажных корабликов и пустил их вслед за снежными братьями.

На одном кораблике было написано: «Бабушка Далба».

На другом – «Дедушка Далбу».

На третьем – «Уку».

Поплыли кораблики мимо разных сёл и деревень, и дети читали их снежные имена.

А Чубо стоял и смотрел им вслед, и, если уж писать правду, – плакал.

Мельничный Дядька тоже смотрел, как бушует река. Он всё помахивал сачком.

– Ты зачем ловил шапку? – спросил Чубо. – Я её дедушке кинул.

– Никакого дедушки в воде не было. Это тебе показалось.

– Как так?

– А вот как, – ответил Мельничный Дядька. – Послушай, что произошло сегодня ночью. Только я лёг спать, вдруг слышу – топ-топ, тяп-тяп. Глянул в окно – дедушка на Снежном Коне, а с ним все остальные. Бродят по берегу. Ну, думаю, пришли на мельницу вместо тебя. Вдруг вижу: дедушка машет рукой, – и тут с неба опускается облако.

– Залезай ты, старая, – слышу. – Всех нас ему не поднять.

И облако поднялось в небо, а с ним бабушка Далба. А потом один за другим спрыгнули на землю Облачные Кони. Мальчуганы вскочили на них – и понеслись вверх. И дедушка вскочил на коня, и Уку. Смешно было смотреть, как Снежный Конь вскочил на Облачного. И вслед за ними пролетело облако, на котором стояла мельница.

– Ах вот оно что, – сказал Чубо. – Теперь я всё понял. Дедушка Далбу просто перенёс свою снежную мельницу в другие края. Туда, где ещё холодно…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю