Текст книги "Лёд между нами или Влюблён по должностной инструкции (СИ)"
Автор книги: Соня Коркина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
Что за день сегодня такой? То ни одного поцелуя за несколько лет, а то вдруг сразу два обалденных мужчины целуют меня в один день. Провела пальцами по губам, которые всё ещё покалывало от поцелуя. Вот только не от последнего нежного и лёгкого кололо. Перед глазами стоял образ Паши. Весь он, от его художественно растрёпанных волос, до блестящих носков его начищенных ботинок, был передо мной, как в живую. Он же мерзкий тип! Он спит с женщинами, а на следующее утро не помнит, как их зовут! Я же не могла влюбиться в такого гада после одного поцелуя?! Или могла? А поцелуй был хорош! Да! Правда, мне и сравнивать особо не с чем, но по шкале среди поцелуев моей мечты, этот поцелуй зашкаливал за все границы оценок. Ещё пару раз мечтательно вздохнув, я отправилась в душ, а после – спать.
Глава 5.
Настя.
Вот уже неделю подряд я просыпаюсь в жарких и крепких объятьях любимого. Антон обнимает меня так, будто боится, что я могу сбежать, пока он спит. Поэтому по утрам я, после того как проснусь, ещё около получаса нежусь в постели, ожидая, пока Антон проснётся и выпустит меня из своих рук. Однако, сегодня, что удивительно, любимый проснулся раньше меня и будил меня нежными поцелуями, которые постепенно сползали всё ниже и ниже. Я открыла глаза и зарылась пальцами в растрёпанные волосы.
– Доброе утро, – хрипло сказала я.
– Доброе, – улыбаясь, Антон наклонился ко мне и поцеловал.
– Малыш, я должен бежать на тренировку, – сказал он, когда оторвался от моих губ.
– Я, наверно, сегодня домой поеду, – расчёсывая пальцами волосы Антона, сказала я.
– Зачем? – он слегка прикусил меня за подбородок, посылая чувственные импульсы по всему телу.
– Ну, должна же я хоть раз за неделю там появиться. А то соседи подумают, что со мной что-то случилось, – ответила я, – Я тут у тебя практически поселилась уже.
И это было действительно так. Всю неделю Антон не отпускал меня от себя только на время своих тренировок и игр. Остальное время мы всегда проводили вместе. Мы гуляли по городу, обедали в кафешках и ресторанах, катались на велосипедах и кормили голубей в парке. В общем, проводили время, как нормальные влюблённые парочки. В душе на полочках прочно обосновались мои многочисленные тюбики и баночки с шампунем, кремами, скрабами и прочими косметическими средствами. В шкафу весели мои вещи, занимая добрую половину полок.
– А мне нравится, что ты живёшь со мной, – ответил Антон, соблазнительно улыбаясь.
– Мне тоже нравится с тобой жить, но я правда должна съездить домой, – я погладила любимого по колючей щеке.
– Ладно, – нахмурившись, как обиженный ребёнок, сказал Антон, – Только возвращайся скорее. Я буду очень скучать.
– Я тоже, Антош, – я нежно коснулась его губ лёгким поцелуем, но Антон не захотел так сразу отрываться и углубил поцелуй.
– Чёрт! Так не хочется от тебя отрываться! Но мне надо бежать на тренировку, – оторвавшись от моих губ, с сожалением сказал Антон.
Он ещё раз поцеловал меня и пошёл в душ. Через полчаса мы вышли из номера, держась за руки. В лифте Антон не удержался от очередного поцелуя. Да такого, что мне захотелось всё бросить и вернуться обратно в номер, запереться там вместе с Антоном и не выходить пару дней. А может и неделю.
Когда мы спустились вниз, в холле уже практически собралась вся команда. Вообще все ребята и их жёны и девушки отнеслись к моему появлению дружелюбно. Так что особого напряжения в их присутствии я не испытывала. Антон проводил меня до выхода из гостиницы, поцеловал на прощание и выпустил из своих объятий. Не успела я отойти и пары метров от гостиницы, как у меня зазвонил телефон. Подняв трубку, я услышала голос Антона.
– Я уже по тебе соскучился! – прокричал он.
– Я тоже, любимый, – ответила я, не замечая, что назвала его так, как осмеливалась называть его только в своих мыслях.
– Что ты сказала? – недоверчиво спросил он.
– Что я тоже соскучилась, – попыталась увильнуть я.
Антон вдруг скинул звонок, а я ошарашено смотрела на свой телефон. Пожав плечами, я убрала телефон в сумку и пошла в сторону остановки. Буквально через несколько секунд я услышала топот ног за спиной. Обернувшись, я увидела Антона, который на всех парах нёсся ко мне. Схватив меня за плечи, он притянул меня поближе к себе.
– Ты меня любишь? – требовательно спросил он, заглядывая мне в глаза.
– Да, – прошептала я, глядя в землю.
Он вздохнул с облегчением и крепко прижал меня к своей груди.
– Я люблю тебя, моя маленькая, – выдохнул он мне в макушку, от чего по всему телу разлилось приятное тепло.
– Правда? – спросила я, поднимая голову и глядя ему в глаза.
– Правда-правда, – улыбаясь, ответил любимый и поцеловал меня, зарываясь рукой в мои волосы и портя моя причёску. Но сейчас мне было на это наплевать.
Сквозь шум крови в ушах, я расслышала громкий свист. Отстранившись от Антона, я выглянула из-за него и увидела, что вся команда, больше двадцати здоровых лбов, стоят на крыльце гостиницы и, глядя на нас с довольными улыбками, свистят. Покраснев от стыда, я спрятала лицо на груди у Антона. Он подцепил мой подбородок пальцем и заставил поднять голову.
– Беги, малыш. Только возвращайся поскорее. Я буду очень скучать. И я люблю тебя, ты помнишь? – он напоследок поцеловал меня и подтолкнул по направлению к остановке.
Я кивнула, сделала несколько шагов спиной вперёд, а потом развернулась и, постоянно оглядываясь, пошла на остановку. Обернувшись перед поворотом, я помахала Антону, который неотрывно смотрел за тем, как я ухожу. Глупо улыбаясь, я села в трамвай. Пассажиры смотрели на меня странно. А как ещё можно смотреть на девушку, которая едет и без повода улыбается. Не иначе, как сумасшедшая!
Я сидела у окна и смотрела на проплывающие мимо пейзажи. Объявили следующую остановку. Городское кладбище. Вспомнив, что я целю неделю не была у родителей на могиле, я решила пойти туда сейчас. К ним я приходила каждую неделю с момента их гибели. Рассказывала им всё, что случилось со мной за неделю, делилась новостями. Сойдя с подножки трамвая, я прошла по аллее, вошла за ограду кладбища, и меня тут же окружила тишина.
Пройдя уже знакомой дорогой, я подошла к могиле родителей. Они были похоронены вместе, как они и просили в завещании. Проведя рукой по надгробной плите, я не смогла сдержать слёз. Присев перед ними на корточки, я стёрла грязь с имён, выбитых на граните.
– Привет, мам, пап, – тихо сказала я, – Я Антона встретила. Того самого, что вы так невзлюбили. А я люблю его. Всегда любила. За что вы так с нами поступили? Что вообще там на самом деле произошло? Хотелось бы мне знать всю правду.
Я в последний раз провела рукой по плите и поднялась на ноги. Смахнув набежавшие слёзы, я пошла к воротам кладбища.
Антон.
Всю тренировку мысли витали вокруг моей Настёны. Как там она? Что делает? Ужасно не хотелось отпускать её сегодня утром. Особенно после того, как она призналась, что любит меня. Единственным желанием было схватить её в охапку и унести к себе в пещеру. И больше никогда не отпускать. А ещё лучше привязать к себе или приковать. И, похоже, я даже знаю как. Надо жениться на ней. Уговорить её любым способом выйти за меня. Осталось только решить один вопрос.
После тренировки достал телефон и набрал мамин номер. После нескольких секунд ожидания я наконец услышал мамин голос.
– Мам, привет. Это я, – поздоровался я.
– Привет, сын, – ответила мама.
– Мам, скажи, а то бабушкино кольцо, оно всё ещё у тебя? – спросил я.
– Да. Ты что жениться надумал? – настороженно спросила мама.
– Да, надумал. И угадай на ком? – иронично спросил я.
– Понятия не имею, – начала раздражаться мама.
– На Насте. Помнишь её? – ещё ехиднее спросил я.
– Насте? – на секунду в мамином голосе появилось замешательство, – Насте?! – уже недоверчиво спросила мама, – Та девочка, которая потребовала денег от нас. Конечно помню.
– Мам, я хочу знать правду! – потребовал я.
– Какую правду, сынок? – мама отлично разыграла недоумение.
– Чистую, мама, чистую! Хочу знать, что на самом деле произошло в тот день, когда к вам пришли Настины родители, – настаивал я на своём.
– Антошенька... – начала мама.
– Мам! Я люблю Настю и всё равно женюсь на ней, расскажешь ты мне или нет. Но, если ты хочешь быть у нас на свадьбе и общаться со своими внуками, то я требую, чтобы ты немедленно рассказала мне всю правду! – я не сдержался и закричал.
– Эта девка сказала тебе, что беременна?! – возмутилась мама.
– Не смей говорить так про мою будущую жену! – закричал я, – И к твоему сведению, она была беременна пять лет назад! Но потеряла ребёнка, после того, как её родители разбились в автокатастрофе!
– Господи! – тихо выдохнула мама, – Ладно. Я расскажу тебе всё. Только, пожалуйста, не думай обо мне плохо после этого. Мы с папой думали только о твоём благополучии, – мама замолчала на несколько секунд, собираясь с силами и мыслями, – В тот день её родители пришли к нам и стали требовать, чтобы ты женился на их дочери. Иначе, они грозили пойти в милицию и написать заявление на тебя, за связь с несовершеннолетней. А ты тогда только заключил контракт со своим первым клубом в Континентальной хоккейной лиге. У тебя были большие перспективы. Мы с папой не хотели, чтобы это испортило твою карьеру. И женитьба была совсем не своевременна. Тем более, ты же помнишь, что нам не нравилась эта девочка. Так что, мы решили избавиться от неё и её родителей раз и навсегда. Мы предложили им большую сумму, только бы они не пошли в милицию и забыли про свою идею с замужеством. Они тут же ухватились за предложенные деньги и ушли. Тебе же мы не могли рассказать, как всё было на самом деле. Ты сходил с ума по этой девчонке и мог бросить всё ради неё. Поэтому мы решили рассказать тебе нашу версию событий. Что её родители потребовали денег, а не мы предложили им, – мама замолчала.
– Ты когда-нибудь собиралась рассказать мне правду? – тихо спросил я.
– Я... Нет... Не думаю, – так же тихо ответила мама, – Ты... Прости меня, сынок.
– Мам, ты хоть понимаешь, что вы наделали?! Мы же любили друг друга. Я хотел жениться на Насте. Она могла бы родить нашего ребёнка. А теперь мы, возможно, никогда больше не сможем иметь детей. Неужели для вас моя карьера важнее моего счастья? – ответил я и, не имея сил больше разговаривать с мамой, положил трубку.
Весь день мучился без моей девочки. Я настолько привык к тому, что она практически постоянно была со мной рядом, что теперь было одиноко.
Полина.
День начался как обычно. Я проводила Ваську в школу и поехала на работу. Утром Славу мы не встретили, так что на работу я добиралась на своих двоих. Зайдя в кабинет, я встретила восторженные взгляды двух пар глаз. Я замерла на пороге, не зная с чего вдруг они так на меня уставились.
– Эй, вы чего?! – спросила я, подозрительно глядя на Вику и Люсю.
– Ну, ты, подруга, даёшь! – протянула Вика.
– О чём ты вообще? – что за загадки мне с утра загадывают?!
– Где такое платье обалденное взяла?! А мужика такого где откапала? – Вика бросилась ко мне и схватила за плечи.
– Сшила. А Славка просто сосед, – я отмахнулась от подруги рукой и пошла к своему столу, на ходу стягивая плащ.
– Так хватать его надо и бежать, пока я не украла! – закричала Вика, – А то вон, до 28 лет дожила, а всё в девках ходишь!
– Тебе, между прочим, тоже 28. Чего до сих пор замуж не выскочила? – ехидно спросила я.
– Да, чего я там не видела! – Вика махнула рукой и отпила кофе из своей кружки, – Плавали – знаем! И потом, ты меня с собой не сравнивай! Ты у нас девочка-ромашка. Тебе один раз и на всю жизнь надо. А я птица свободного полёта. Мне эти кандалы ни к чему. У меня сегодня один, завтра другой... – подруга широко махнула рукой, демонстрируя сколько у неё этих "одних" и "других" было, а потом мечтательно закатила глаза.
– Вот, то-то и оно, Викуль. Замуж тебе пора, а не мне, – я улыбнулась подруге.
Та только махнула мне рукой, мол "отстань, старушка, я в печали". Я заварила себе кофе и села разгребать документы, пришедшие с утренней почтой. Рабочий день прошёл быстро. Я не успела моргнуть, как уже девчонки засобирались домой. Выключив компьютер, я оделась, выключила свет и вышла из кабинета. По дороге в школу заскочила в магазин. Через полчаса вышла оттуда с двумя полными пакетами и поехала за Васей. Всю дорогу ругала себя, что столько накупила. Каждый раз зарекаюсь, и каждый раз одно и то же. Когда я поднялась на крыльцо школы, руки уже нещадно ныли. Поставив в холле пакеты на банкетку, попросила охранника присмотреть за ними, а сама пошла на второй этаж за Васей. Постучавшись в дверь, приоткрыла её и заглянула внутрь. Васи нигде не было.
– Ааа! Полина, здравствуйте, – протянула классная; мегера, чёрт бы её побрал, – А Васю уже папа забрал.
Я чуть не сползла по стенке. Вытерев ладонью холодный лоб, который почему-то покрылся испариной, я схватилась рукой за дверь, чтобы устоять на ногах.
– Как папа? – хрипло спросила я, – Мы же с вами договаривались, что Васю вы только со мной отпускаете.
– Так Вася его узнал. А мужчина паспорт показал, что Вася действительно его сын. И, потом, он сказал, что вы сами просили его забрать Васю, – сказала классная, разводя руками, мол я тут не при чём, разбирайтесь как хотите.
Я постаралась глубоко вздохнуть. Но грудь словно сдавило железными обручами. Отец? Откуда он тут объявился? Что ему от нас надо? Зачем он забрал Ваську? Снова денег будет требовать? Все эти вопросы, как туча назойливых мух, вились у меня в голове. А самое главное, где теперь искать брата? К кому бежать? У кого помощи просить?
Я, как будто опустошённая, спустилась по лестнице на первый этаж, забрала свои пакеты, машинально поблагодарив охранника, и вышла из школы. Вдохнув свежего, бодрящего воздуха, собралась с мыслями.
Наш блудный папаша снова заявился. И снова, скорее всего, будет требовать денег. Теперь уже как выкуп за Ваську. А в кармане у меня ни гроша лишнего. Практически всё, что зарабатываю, откладываю на операцию маме. Не могу же я отдать эти деньги отцу! Но и Ваську я не могу у него оставить. Этому алкоголику мало ли что в голову может взбрести. Идти в милицию и подавать заявление, бесполезно. Скажут, приходить через два дня. Значит нужен кто-то из знакомых, имеющих связи для такого дела. А знакомых-то у меня по пальцам можно пересчитать. А те не имеют ни малейшего понятия, что делать в такой ситуации. Слава мне вряд ли сможет помочь, Люся и Вика тоже. В голове вдруг появился один вариант. Но уж слишком он бредовый и невыполнимый. Но что-то надо делать! Я должна найти Ваську во что бы то ни стало. Вот только номер этого человека придётся просить у Вики. Тяжело вздохнув, я набрала номер подруги. После третьего гудка она наконец-то соизволила поднять трубку.
– Что, подруга, уже соскучилась? – весело спросила Вика.
– Вик, привет, – я попыталась изобразить жизнерадостный голос, – У тебя случайно нет телефона зама нашего начальника безопасности?
– Пашки? – спросила Вика подозрительно, – А зачем тебе его номер.
– Да... у меня... я... – я мямлила, не зная, какую бы ложь придумать, чтобы она правдоподобно выглядела, – Нужно в общем! – рявкнула я, не выдержав.
– Ладно, ладно, – опешила от моего тона подруга, – Я тебе сейчас смской скину.
Я поблагодарила Вику и положила трубку. Через несколько секунд трубка у меня в руке снова пискнула. Я открыла сообщение с номером очень важного для меня сейчас человека. Трясущимися руками, я нажала на кнопку вызова абонента. Крепко прижав трубку к уху, я замерла. Даже дыхание, кажется, задержала. И единственным звуком, который я сейчас слышала, был гудок в телефоне. Да ещё грохот крови в ушах. Через несколько томительных секунд я услышала голос на том конце телефона.
– Алло! – уже в который раз повторил Паша.
– Здравствуйте, это Полина Седых из отдела планирования, – хриплым от волнения голосом сказала я.
– Полина? – я впервые слышала такой потрясённый голос у этого мужчины, – В чём дело?
– Я... мне... Мне надо с вами встретиться. Вы сейчас очень заняты? – спросила я, в душе молясь, чтобы он дал отрицательный ответ.
– Нет. Я не занят. Я ещё в офисе, так что приходите в кабинет к Геннадию Дмитриевичу, – сказал он, всё таким же ошарашенным тоном.
– Спасибо. Я через пятнадцать минут буду, – ответила я и повесила трубку.
Подхватив с земли пакеты с продуктами, я понеслась к ближайшей автобусной остановке. Села в автобус и за рекордные десять минут доехала до офиса. Поднявшись на нужный этаж, я зашла в кабинет начальника охраны. Паша сидел на диване у окна, а Геннадий Дмитриевич за столом. Оба тут же бросили на меня внимательные взгляды. Будто два сканера по мне прошлись, ей богу.
– Здравствуйте, Полина. Проходите, чего же вы в дверях стоите? – сказал начальник и махнул рукой в сторону дивана.
Я неловко, всё ещё чувствуя на себе взгляд двух пар глаз, дошла до дивана, поставила пакеты на пол, а сама села на кожаное сидение. Неловко сложила руки на коленях, не зная с чего начать.
– Так о чём вы хотели со мной поговорить? – услышала я голос Паши.
Я повернулась к нему и столкнулась с внимательным взглядом серых глаз. Он смотрел на меня, подняв одну бровь, ожидая, что я ему скажу, но, в то же время, не торопя и не подталкивая. Я проглотила ком, что застрял у меня в горле, несколько раз вздохнула и снова посмотрела на Пашу.
– У меня пропал брат, – начала я, – Я даже знаю с кем он сейчас. Но забрать я его не могу. Я понимаю, что вы не обязаны этим заниматься и вообще вы в охране работаете, а не в милиции. Но мне очень нужна ваша помощь. Только мне нечего вам предложить. Денег у меня не так много, чтобы оплатить ваши услуги, а больше мне предложить нечего. Я могу потом отдать, когда через месяц зарплата будет. Честно, я обещаю! Я даже расписку могу написать, что... – Геннадий Дмитриевич махнул рукой, пресекая поток моих слов.
– Паша, разберись, – кивнул начальник.
– Расскажите мне подробности, – попросил Паша, который вдруг из прожженного ловеласа стал внимательным и сочувствующим собеседником.
Следующие полчаса меня буквально допрашивали обо всех деталях, когда я в последний раз видела брата, кто наш отец, где он сейчас находится и т.д. Когда я в десятый раз рассказывала, как пришла за Васей и не обнаружила его в классе, у меня зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Я вопросительно посмотрела на Пашу, спрашивая, что мне делать.
– Возьмите трубку и поговорите с ним. Только поставьте на громкую связь, чтобы мы тоже могли послушать, – приказал мужчина.
Я кивнула и нажала на кнопку приёма входящего вызова.
– Привет, доченька, – услышала я до боли знакомый хриплый голос своего отца.
– Здравствуй, – сухо ответила я.
– Небось ищешь мальца? – ехидно спросил он.
– Где Вася?! – я не удержалась и закричала, – Если с ним что-нибудь случилось, то клянусь...
– Ну? И что ты сделаешь? – смеясь, спросил он, – Ты знаешь чего я хочу. Гони бабки и забирай сосунка.
– Сколько, – обречённо прошептала я.
Отец назвал сумму, которую я бы даже за год не заработала бы. Слёзы тут же навернулись на глаза. Что же мне теперь делать?
– Я жду неделю, – сказал отец и повесил трубку.
Я уперлась лицом в ладони и уже не смогла сдержать слёз. Горячие капли стекали по ресницам на щёки и капали на колени, затянутые колготками. Я почувствовала рядом шевеление, а потом мне в руку вложили платок. Подняв зарёванное лицо, я увидела, как Паша придвинулся ко мне совсем вплотную и положил руку на плечо. Как он может за несколько минут превращаться в такого милого мужчину?! Ни тебе заигрывающих взглядов, поигрываний бровями, двусмысленных поз и слов. Сейчас перед моими заплывшими от слёз глазами сидел абсолютно нормальный мужчина.
– Мы найдём вашего брата. С ним всё будет в порядке, – ободряюще сказал Паша и погладил меня рукой по плечу.
Паша.
Я сидел и смотрел на девушку рядом со мной. Разве может эта несчастная, плачущая малышка кому-то что-то продать, обманывать, скрываться и шифроваться? Как-то слабо верится. Может шеф ошибся? И вовсе не Полина сливает информацию конкурентам? Но на моей памяти ещё не было ни одного случая, чтобы Геннадий Дмитриевич был не прав. У него чутьё что ли на это дело.
Кожа моей ладони, которой я гладил Полину по плечу, будто горела. Я чувствовал себя последним извращенцем, зная что хочу её даже сейчас, когда она вся зарёванная сидит передо мной. Да что со мной такой?! Что ж я за урод-то такой?! Разозлившись на себя, я с чувством, посильнее сжал другую руку, так, чтобы ногти впились в ладонь, отрезвляя меня.
– Мы начнём поиски завтра, – услышал я голос Геннадия Дмитриевича, – Я уже договорился с ребятами. Завтра утром встретимся и разберёмся. А сейчас езжайте домой, выпейте горячего чаю, можно с коньячком, примите горячую ванну и ложитесь спать.
– Но... – хотело было возразить Полина.
– Сейчас мы ничего не сможем сделать, – шеф развёл руками, – Так что идите. Утро вечера мудренее.
– Я вас подвезу, – я помог Полине подняться, поддерживая её за локоть.
Так мы и прошли на стоянку. Хорошо, что я сегодня был на машине. Щёлкнув сигнализацией, я открыл дверь своего джипа и усадил Полину на переднее сидение. Она безропотно слушалась меня, не сопротивляясь моим действиям. Захлопнув дверь, я обошёл машину и сел за руль. Бросив беглый взгляд на девушку, я завёл мотор и выехал с парковки. Всю дорогу мы ехали молча. Полина сидела и смотрела в пространство перед собой, находясь в каком-то трансе. Руки безвольно лежали у неё на коленях, только пальцы нервно теребили ремешок сумки.
Я припарковался у подъезда и, обойдя машину, открыл дверь. Полина перевела на меня какой-то равнодушный взгляд, скользнула глазами по моей протянутой руке и, без моей помощи, вылезла из машины. Она дошла до подъезда, а я стоял и смотрел ей в след. У самой двери она обернулась и посмотрела на меня.
– Может зайдёте чаю выпьете? – спросила она.
– Нет, спасибо, – вежливо попытался отказаться я. Ну, не могу же я ей сказать, что, если я окажусь с ней в замкнутом помещении один на один, то у меня ширинка лопнет! Придурок! Извращенец, долбанный!
– Пожалуйста, пойдёмте. Должна же я хоть как-то вас отблагодарить за помощь, – снова попросила Полина.
Я вздохнул, оценивая свои шансы устоять перед соблазном совратить эту несчастную девушку. Бросил тоскливый взгляд на всё ещё заведённую машину.
– Ладно, – я махнул рукой на свои страхи. Мужик я в конце концов или где? Должна же у меня быть хоть какая-то сила воли. Хотя с этой девушкой нельзя быть уверенным до конца.
Полина слабо улыбнулась и пошла передо мной. Я поставил машину на сигнализацию и последовал за девушкой. В лифте снова повисло неловкое молчание. На этаже Полина достала связку ключей, открыла дверь и пригласила меня внутрь квартиры. Я разулся, одел предложенные мне тапочки и пошёл следом за Полиной в ванную, где мы помыли руки, а потом на кухню. Полина включила чайник, открыла холодильник и заглянула внутрь.
– Может вы есть хотите? – спросила она, повернувшись ко мне.
– Я вообще-то только обедал, но я не сильно голодный, – ответил я.
– Понятно. Значит голубцы будете, – с улыбкой сказала Полина и достала кастрюлю из холодильника.
Пока она разогревала еду я разглядывал девушку. И как я мог раньше подумать, что она похожа на мышь?! Всё при ней, она вполне симпатичная, стройная фигурка. Особое внимание, конечно, привлекли её бёдра, от которых я никак не мог оторвать взгляд. Весь аппетитное зрелище они представляли, когда Полина наклоняла за чем-то на нижние полки шкафчика. Да ещё и готовить Полина умеет! Немаловажный навык в настоящее время. Мне раньше всё как-то больше попадались девицы, которые на кухне и минуты в своей жизни не провели. С такими приходилось есть в ресторанах или заказывать на дом. Но домашней пищи тоже иногда хочется! Она всё же вкуснее любой ресторанной еды.
Буквально через несколько минут передо мной стояла тарелка с горячими голубцами. Схватив вилку, я принялся за поздний ужин. После, когда мы уже пили чай, я поднял взгляд на Полину. Она сидела и смотрела в стол.
– Скажи, а почему твой отец ушёл от вас? – как-то резко я перешёл на "ты".
– Не он ушёл. Мама от него ушла. Однажды вечером, когда отец в очередной раз напился и валялся где-то в комнате, она быстро собрала нас с Васькой, взяла вещи и ушла, – Полина подпёрла рукой подбородок, – Он часто бил нас. Особенно маму. В молодости, когда он не пил, он был нормальным мужиком и отцом. А потом у него брата в армию призвали, а оттуда их в Афган направили. Через пару месяцев он там и погиб. А папиным родителям только личные вещи прислали – всё, что осталось от папиного брата. Тогда он и запил. Мог неделями пить. Потом, вдруг, почему-то одумывался, приходил в себя, прощения у мамы просил, клялся и божился, что больше ни рюмки в рот не возьмёт. А через пару дней начиналось всё по новой, – Полина грустно посмотрела на меня.
И в этот момент мне так захотелось её утешить, прижать к себе и успокоить, отгородить от всех несчастий. Что за чёрт? И что это со мной? Господи, что же эта девушка со мной делает?! Я с ума просто по ней схожу. Вот сейчас она мне рассказывает ужасные вещи, а я смотрю на её губы и думаю о том, как я хочу их поцеловать. Снова. Ещё раз почувствовать их сладость и мягкость. Да что ж я за человек-то такой?! Разозлившись на себя, я резко встал со стула.
– Спасибо, за чай и за ужин, но мне уже пора, – торопливо сказал я.
– Я... да... – ответила Полина, как-то грустно.
– Завтра встретимся и ещё раз обсудим детали поиска вашего брата, – я снова перешёл на "вы".
Я медленно отступал, пока не оказался у входной двери. Полина шла за мной. Не напирая или наступая на пятки, не прося остаться. А я был бы не прочь. Присев на корточки, я одел ботинки и снова поднялся на ноги. Полина стояла прямо передо мной. Такая маленькая и несчастная. С заплаканными глазами и слегка трясущимися руками. Взгляд потерянный и испуганный. Мои глаза непроизвольно опустились на её губы. Она несколько раз облизнула их нервным движением. И я, сам не осознавая, что делаю, наклонился и поцеловал Полину.
Она была такая же сладкая, как я помню. Хотя, нет! Ещё слаще, чем я помню. Ещё мягче и податливее. Ведь теперь она не отталкивала меня, а, наоборот, крепко прижалась к моему телу, обхватив маленькими ладошками за шею. Я обнял Полину за талию и прижал к себе так, как мне хотелось сделать весь вечер. Сильно и, может быть, немного грубо, но очень страстно и чувственно. Когда её рука скользнула ко мне в волосы, я не смог удержаться от стона. Это, как ни странно, прояснило мои мысли.
Что я делаю?! Мышонок – такая маленькая, потерянная и несчастная доверилась мне, пригласила к себе в гости, а я набросился на неё, как изголодавшийся по сексу мужик. А если бы я не притормозил, то вообще мог бы и в постель затащить! Всё это прекрасно для девочек на одну ночь, коих в моём прошлом была уйма. Сейчас же передо мной стояла прекрасная девушка, достойная большего, чем быстрый трах.
Я отстранился на несколько шагов от Полины и заглянул ей в лицо. Она смотрела на меня чуть прикрытыми глазами, сводя с ума. Я схватил её за плечи и отошёл ещё на несколько шагов.
– Мне надо идти, – практически по словам сказал я, пытаясь втолковать это Полине.
– Останься, – тихо попросила она. Так тихо, что я было подумал, что это моё растревоженное воображение шалит, – Пожалуйста, останься. Я ни разу в жизни не была одна. Со мной всегда были рядом Васька или мама. А сейчас мне так одиноко. И мне так страшно одной.
– Я не могу. Ты не понимаешь, о чём просишь, – я отчаянно желал, чтобы Полина поняла, о чём я говорю.
– Я понимаю. Я всё понимаю. Останься. Займись со мной любовью, – Полина заглянула мне в глаза, но я был полон решимости ей отказать, – Пожалуйста, – снова тихо попросила она, уже не надеясь на моё согласие, – Пожалуйста... – она уже отчаянно опустила лицо к полу.
И это меня сломило. Я снова набросился на её губы, сминая их в страстном поцелуе. Стащив с неё кофту, я прижался губами к её шее, а потом спустился на холмики грудей. Прижав Полину к стене, я заставил её поднять голову, слегка сжав её подбородок пальцами.
– Я не умею заниматься любовью. Мы займёмся сексом, – и я жарко поцеловал мышонка, – Но тебе понравится.
Похоже, что Поля даже не поняла, что я ей сказал. Её глаза были такие ошалелые, подёрнутые дымкой страсти, что вряд ли она расслышала хотя бы одно моё слово. Она слепо потянулась ко мне, снова требуя поцелуя, и я наклонился к ней и жадно впился в её губы. Сминая их, я снова и снова ласкал её ротик языком. Мышонок была совсем не против. Она только стонала, тянулась ко мне и лихорадочно обрывала пуговицы на моей рубашке. Когда наконец её ладошки скользнули под мою рубашку и коснулись голой кожи, я невольно застонал от удовольствия. Её прикосновения обжигали и, казалось, оставляли клеймо на моём теле.
Сталкиваясь на ходу со всеми возможными препятствиями, мы, целуясь, добрались до Полининой спальни. Я аккуратно положил мышонка на постель и, отбросив в сторону рубашку, посмотрел на девушку сверху вниз. Упершись коленом в постель между её ног, я медленно развёл их в стороны, чтобы Полине было удобнее обхватить меня ими. Что она тут же сделала. И так крепко прижала меня к своему телу, что мне захотелось прямо в эту же секунду взять её, войти в неё и заняться с ней таким сексом, какого у неё ещё никогда в жизни не было. Не удержавшись, я стал спускаться поцелуями всё ниже и ниже. Когда я уже достиг её маленького кругленького пупочка, Полина вдруг резко дёрнулась, протестующее застонала и, схватив меня руками за волосы, потянула на себя. Я поддался, но только на мгновения. Успокоив девушку поцелуями, я снова вернулся к её животику. Расстегнув пуговицу её брюк, я медленно стянул их с Полины. Вместе с трусиками. Красными?! Чёрт возьми! Вот ведь и в правду, в тихом омуте черти водятся! С виду такая скромница, а трусики у неё алые и кружевные.
Я уже с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на Полю. Хотел её безумно, но каким-то седьмым чувством понимал, что не могу так с ней поступить. Она не такая, как все мои бывшие. Быстрый секс без обязательств – это не для неё. Но готов ли я к таким обязательствам? Ведь я всегда бежал от подобных вещей. И ещё не кому не удалось меня поймать в эту ловушку. А у этой маленькой девушке, лежащей передо мной, это получилось. И когда это всё случилось?!
