Текст книги "Тайны Фальконе (СИ)"

Автор книги: Софа Рубинштейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 54.

Те, кто не смог меня сломать – называли меня тварью.

Те, кто не смог меня обмануть – называли меня стервой.

Те, кто не смог очернить мою репутацию – называли меня дрянью.

Что я? А я просто жила, с ухмылкой наблюдая за ними сверху.

Очередной стакан виски обжёг мне горло. Я уперлась об стену, откидывая голову.

– Не надоело ещё? – выдохнул вошедший Феникс. – Ещё неделя запоя и твоя печень скажет «пока».

Я безразлично повертела в руках хрустальный стакан. Перевела пьяный взгляд на парня.

– Кто я? – тихо спросила я. – Скажи мне, кто я?

Боннар устало сел на корточки передо мной. Прошло полторы недели, как Рейчел убили. Всё это время я безостановочно напивалась, а Феникс следил за тем, как бы я не натворила глупостей.

– Та, кем я бесконечно восхищён, – ответил он. – Но сейчас, ты близка к полному провалу.

Я грустно усмехнулась.

– Люди умирают, Элена, – неожиданно добавил Боннар, садясь рядом. – Ты знала, что такое может произойти, но не остановилась. Впрочем, как и я, в своё время.

Голос парня был тихим, с нотками печали и тоски.

– Мой отец был главарём крупнейшей преступной организации во Франции, – шептал он. – Его убили. На его место встал я, и убили мою девушку. А потом моего брата… мою сестру. Всех убили, одного за другим. Люди не становятся жестокими просто так. В начале пути приходится глотать стекло и плеваться кровью. Так какое же стекло было у тебя?

Я выпила ещё стакан. Закурила, кинув взгляд на Феникса.

– Смерть отца, разбитое сердце, изнасилование, смертельная болезнь и всё такое, – вздохнула я. – А как ты выжил? Как у тебя хватает сил жить дальше? Потому что я устала…

Парень усмехнулся, покачав головой.

– Я и не выжил, – пожал плечами он, посмотрев на меня. – Шесть лет назад, я, как и ты, обожал машины. Тратил на них многие миллионы, покупал самые дорогие, самые эксклюзивные, участвовал почти во всех гонках Франции. А потом, разбился. Насмерть. Умер на шесть минут, и неожиданно для всех открыл глаза. После этого, я решил бороться за всё, до конца, и после этого, я жутко боюсь скорости.

– Но ты приехал на светский вечер на спорткаре, – нахмурилась я.

– Я иду на всё, ради того, чтобы добиться своих целей, – сказал Феникс. – А в тот момент, моей целью было – привлечь твоё внимание. Можно подумать, ты бы обратила на меня внимание, если бы я пришёл туда пешком.

Я заворожённо, с удивлением уставилась на парня.

– Хочешь сказать, что ради моего внимания, ты, невзирая на свой главный страх, приехал на спорткаре? – прошептала я.

– Да, Элена.

* * *

– Я любила его какой-то особой холодной любовью. Нам обоим было совершенно не до проявления чувств. Они были чужды для нас. И я, и он добивались всегда всего, чего хотели, шли по головам других, если то требовалось – хладнокровно убивали. Да даже если бы потребовалось убить друг друга, мы бы это сделали. С почтением и уважением, но убили бы. Ох, я никогда не переставала им восхищаться! Его харизма, остроумие, холодная расчётливость… всё это раз за разом притягивало меня к нему, а его ко мне. Мы не занимались сексом, нет. Для этого мы слишком уважали друг друга и ни за что бы, ни нарушили своё личное пространство.

Фальконе замолчала, слегка ухмыльнувшись.

– Сначала я искала подвох в Фениксе, – продолжила она. – Но потом поняла, что никакого подвоха нет. Ему просто хотелось изучить меня, как и мне его. Через пару дней, после тех откровений, Боннар вернулся в Париж, а я вернулась к своим делам. Со мной связался клан Ямагути-гуми, из Якудза, Синода высказал свои соболезнования и добавил, что если мне понадобится их помощь, то они всегда будут на связи. Я поблагодарила и принялась за медленное разрушение бизнеса тех, кто убил Рейчел.

* * *

Тот клан посчитал, что сломал меня. Но вся прелесть человеческой натуры заключается в том, что люди ломаются, раз за разом, и возвращаются ещё более сильными. Может, сильнее я и не стала, но точно стала злее.

Греган понимал, что его ненависть ко мне уже ничего не изменит, поэтому продолжил вести дела вместе со мной и Кором. Смерть Рейчел пошатнула нас всех, но из-за неё, мы с близнецами стали ещё ближе.

Раз в неделю, я срывала, в тайне, по одной сделке того клана, пока в конечном итоге, они чуть не разорились. Действовать открыто я не могла. Ведь Якудза по-прежнему считались намного влиятельнее меня, и им ничего не стоило по тихой убрать нас. Но даже так, я наслаждалась своим отмщением.

Позже, мы с близнецами решили внедрить свой бизнес во Францию. Там мне помог Феникс, а взамен внедрил свой у нас. Моё влияние росло.

Неаполь, Италия.

Схватив нож, я слегка провела лезвием по щеке парня. Он зашипел от боли.

Ноель (тот самый парень) вёл часть моих дел в Италии, с недавних времен. Моего прежнего представителя убили. И вот, оказывается, паренёк крадёт у меня деньги.

– Вы ведь не обеднели от этого! – жалобно пищал Ноель.

Кор усмехнулся, на лице Грегана промелькнула тень ухмылки.

– Разве дело в деньгах? – холодно прошептала я. – Я доверила тебе свои дела, а ты повёл себя, как крыса! Хоть представляешь, сколько народу хочет оказаться на твоём месте? Но я выбрала тебя!

Я дала парню звонкую пощёчину. Он был привязан к стулу и сидел под палящим солнцем. В Неаполе вот уже несколько дней держится сорокоградусная жара.

– Я мало тебе платила? – прорычала я. – Если так, то ты мог попросить больше, идиот! Но не красть! Я не жадная, Ноель, но ты перешёл все границы!

По лицу парня катились капельки пота. Ещё чуть-чуть и он смертельно перегреется, ведь сидит под солнцем уже не первые сутки.

– К счастью для тебя, деньги не мои, – более спокойно оповестила я. – Иначе, ты бы уже умер самой страшной смертью. Это деньги тех, с кем я сотрудничаю, и ты отработаешь каждый евро, что успел своровать. Кор, напомни-ка, сколько дорогой Ноель нам должен?

– Сто двадцать тысяч евро, – ответил тот.

– Ох, – усмехнулась я. – Ну ты и сволочь, Ноель.

– Я всё отработаю, честно, – устало выдохнул парень. – Простите, такого больше не повторится.

Он был в отчаянии.

Со своими людьми я была довольно щедрой и платила им достаточно много, поэтому со мной многие хотели работать. Но обокрасть, предать, обмануть меня – равно самоубийству.

– Конечно отработаешь, – кивнула я. – Завтра тебе дадут новые задания. Будешь выполнять их до тех пор, пока не отработаешь всю сумму с процентами. А потом исчезнешь. Чтоб я тебя больше никогда не видела. Понял?

– Понял.

Греган развязал парня.

– Ах да, – вспомнила я, у выхода. – Ещё, ни одна криминальная группировка отныне не станет иметь с тобой дела.

Я ехидно улыбнулась и вышла из заброшенного дома. Мы, втроём, сели в Rolls-Royce. Кор предупредил водителя, чтоб тот вёз нас в ресторан. Заведение подарил Греган Кору, пару месяцев назад. Парень был в восторге.

– Синода звонил, – выдохнул Греган.

– Чего хотел? – поинтересовалась я, рассматривая окрестности.

– Смеялся, – усмехнулся парень. – Сказал, что знает о твоих проделках в бизнесе одного из их кланов, и оставит это втайне.

Я рассмеялась.

– Как бы боком ему это не обошлось, – ответила я. – У Якудза, конечно, своя иерархия, но защищать меня – всё равно, что лишиться главного титула.

– Кэнъити уважает тебя больше, чем всех остальных в Якудза, так что, всё прекрасно, – улыбнулся Греган.

Я улыбнулась в ответ.

Наши дела пока шли хорошо, даже несмотря на воровство. Надеюсь, так будет, как можно дольше.

Глава 55.

Мы вошли в ресторан. В него, также, не пускали обычных людей. Здесь ужинали политики, криминальные авторитеты, миллиардеры. Когда мы с близнецами оказались внутри, многие обратили на нас внимание.

– Добрый день, дама и господа, – приветливая русоволосая девушка, улыбнулась нам. – Чего пожелаете?

Она заметно нервничала, словно перед ней стояли её враги, или же наоборот – её кумиры. Впрочем, иногда это одно и то же. Девушка поднимала периодически на меня сияющие серые глаза, словно смотрела на божество. А затем опускала взгляд, становясь печальной. Я нахмурилась, не понимая её поведения.

– Шампанское, – ответил Греган, проходя дальше. – Подороже.

Я осмотрелась. За угловым столиком сидел премьер-министр Италии – Марио Монти, со своими коллегами. Увидев, что мы направляемся к его столику, он слегка улыбнулся.

– Как дела, Марио? – спросила я, встав перед ним.

Мужчина поправил свой галстук.

– Неплохо, – кивнул он. – Но могло бы быть лучше, если бы ты не приезжала.

Я улыбнулась. Когда только познакомилась с ним, он не был такой важной персоной в стране, а потому сейчас мы общались, как давние друзья. Монти никогда не боялся меня, и за это я уважала его, позволяя иногда кидаться в меня едкими фразочками. Как, например, сейчас.

– И ты не скучал по мне? – с иронией, произнесла я.

– Ни капли, Элена, – вскинул брови Марио. – Веришь или нет, но как только я слышу, что Фальконе летит в Италию, сразу же начинаю собирать вещи, и покупаю билет на Мальдивы.

Я рассмеялась, похлопав мужчину по плечу.

– Ещё увидимся, – усмехнулась я напоследок, и прошествовала за другой столик.

Мы с близнецами уселись поудобнее.

– Почему люди на меня так смотрят? – спросила я, после пары выпитых бокалов. – Вы замечали? Почему ведут себя так рядом со мной? Почему оборачиваются мне вслед? Они ведь не знают, кто я.

Близнецы переглянулись и хихикнули.

– А ты в зеркало себя видела? – усмехнулся Греган. – Видела своё лицо, свою фигуру, свой взгляд?

– И что со мной не так? – нахмурилась я.

– В том то и дело, – всплеснул руками парень. – С тобой всё прекрасно. Мужчины любуются тобой, а девушки завидуют. Считают, что ты многого добьёшься, благодаря своим внешним данным. Когда они видят тебя, их самооценка понижается, потому что они понимают, что хуже тебя. Ты вся такая идеальная, а они не такие…

Я закатила глаза. Боже, неужели дело лишь в этом?

– Люди зациклены на соотношении понятий «красивый» и «урод», – покачала головой я. – Разве любовь к себе подразумевает самовнушение о том, что ты красив, даже если на самом деле, действительно являешься уродом? Любовь к себе – это адекватная самооценка. Если ты урод, то прими это и полюби. Если ты красив, то прими это и полюби. Самовнушение о своей красоте – это разрушение своего внутреннего мира, а не спасение от низкой самооценки. Я встречала восхитительно красивых людей, страдающих от низкой самооценки, и поразительно невзрачных людей, любящих себя всем сердцем. Родился красивым? Поблагодари своих родителей. Внешняя красота не твоя заслуга. Другое дело, если ты обладаешь харизмой, острым умом, развиваешь в себе самодостаточность! Тогда да, можешь гордиться собой.

Я отпила из бокала, устав говорить.

Мы несовершенны, это правда. Мы способны писать красивейшие стихи, но нашими же словами можно травить тараканов. Мы можем идти на самые бескорыстные жертвы, но при этом и от некоторых наших поступков все свечи в церкви погаснут. Таковы реалии, нет тут ни плохих, ни хороших. Есть настоящие. И последние наши решения, будь то худшие или лучшие из них, никогда не станут определяющими. При этом всегда будет кто-то, кто, несмотря ни на что, увидит в нас свет, и остальные – кто заметит только изъяны.

– Вау, размышления Фальконе можно продать на аукционе, – улыбнулся Кор.

– Не паясничай, – рассмеялась я. – Я просто разложила всё по фактам.

На улице послышался какой-то шум. Внезапно, двери ресторана резко распахнулись, и вбежал спецназ, вместе с агентами Интерпола.

Они окружили всё помещение, по периметру.

Близнецы довольно спокойно уставились на них, но в глазах блеснули нотки страха.

– Сохраняйте спокойствие! – громогласно заявил агент Интерпола. – Нам нужен лишь один человек. Элена Фальконе, прошу проехать с нами.

Я посмотрела на агента, прищурилась.

– На каком основании? – спросила я.

– Вы обвиняетесь в убийстве двадцати четырех человек, – ответил мужчина.

Я недовольно нахмурилась.

Являешься самой влиятельной женщиной криминального мира США, а они тут про какие-то убийства заливают! Да ещё и в таком малом количестве! Это ж надо было так меня оскорбить… Черти!

– Вы только что принизили меня, – вскинула голову я, поднимаясь изо стола и направляясь к агентам.

Близнецы вскочили вслед за мной, но я кинула на них строгий взгляд. Не нужно лезть на рожон. Разберусь с этими маленькими неприятностями сама.

Я вытянула руки вперёд, на запястьях щёлкнули наручники. Мне даже захотелось рассмеяться. Занимаясь боевой подготовкой целых три года, я сейчас легко могла бы снять наручники и вырубить пару-тройку агентов. Впрочем, почему бы не сыграть на публику, притворяясь беззащитной девочкой?

Меня повели на улицу.

– Я ещё вернусь! – напоследок крикнула я ресторану, и подмигнула.

Глава 56.

* * *

– Ну а дальше, вы и сами всё знаете, – выдохнула Элена, скрестив руки на груди. – Интерпол перевёз меня в Нью-Йорк и оставил в полицейском участке.

Джордж потёр лицо, переваривая всю информацию. Являлась ли Фальконе монстром? Нет. Девушка была отражением этого мира. Как он к ней, так и она к нему.

– Почему за весь рассказ, ты ни разу не упомянула, что спонсируешь несколько благотворительных фондов? – поинтересовался мужчина. – И почему ты вообще занялась благотворительностью?

Элена пожала плечами.

– В основном, я спонсирую детдомы, онкологические центры, – сказала она. – Дети не виноваты в том, что люди жестоки. Они заслуживают большего, поэтому я и стала филантропом. Я не понаслышке знаю, каково это – бороться за свою жизнь. А смысла рассказывать об этой деятельности не вижу, поэтому и не упоминала.

– А кем же, или даже чем, всё-таки была Противоположность?

– Может, это неизученное заболевание, психического характера, а может и просто иллюзия. Я не знаю точную причину её появления и её исчезновения, но иногда, кажется, что она выиграла. Что это она руководствуется всеми моими поступками. Впрочем, всё возможно.

– А Кристиан? Как часто ты думаешь о нём?

– Никогда, – сразу же ответила Фальконе. – Если бы я думала о нём, то мои мысли просто бы уничтожили меня. Всё, что связано с Кристианом, я храню глубоко внутри, в барьере. Я нередко бывала на его могиле, но никогда не позволяла себе думать о нём. Я люблю его, до сих пор и по-прежнему так же сильно и не знаю, куда деваться от этих чувств.

Джордж кивнул, в знак понимания.

– Сегодня нам разрешили прогуляться по территории штаба, – сказал он. – Не знаю, как ты, а я смертельно устал сидеть в четырёх стенах.

Элена согласилась. Они с мужчиной прошли по длинному коридору, им выдали тёплые куртки и проводили до выхода. Девушка поморщилась от света. Несмотря на пасмурную погоду, вокруг из-за снега, было довольно ярко.

– Розабелла таки не узнала о том, чем ты занимаешься? – спросил Джордж.

Они шли по тропе неспешным шагом.

– Мама знает, что я очень богата и известна. Большего не нужно, – усмехнулась Фальконе.

– А что если, я скажу тебе… – мужчина помедлил. – Впрочем, ты и сама сейчас всё увидишь.

Джордж развернул Элену на сто восемьдесят градусов. Она нахмурилась, не понимая, что происходит, но в следующую же секунду, пошатнулась от увиденного.

К ней навстречу шёл парень. Он также вцепился в неё взглядом, как и она в него. Остановился в паре шагов от девушки, едва заметно улыбнувшись. Снежинка упала на его длинные ресницы, медленно растворяясь. Изумрудные глаза блеснули.

– Давно не виделись, – прохрипел брюнет и от его голоса, Элена ещё отшатнулась назад.

Фальконе глядела на парня округлёнными, от шока, глазами, не находя слов. Внезапно, девушка подошла близко к нему и влепила звонкую пощёчину.

– Не может этого быть! – воскликнула брюнетка. – Ты мёртв!

Кристиан поморщился от пощёчины, оценив силу удара. Вновь повернул лицо к Элене.

За неделю до этого:

Сан-Франциско, США.

Парень сидел на балконе, выпивая очередную банку пива. Бездумно наблюдал за прохожими. Кристиан пил часто и много, прекрасно зная, что это неправильно. Но ничего не мог поделать. Он был пуст и мучительно одинок. Всё, что у него было – это воспоминания. Бесконечный ряд воспоминаний, причиняющих ещё больше боли. Особенно Кристиан не любил воспоминания о девушке с большими серыми глазами. Они давались ему тяжелее всего, ведь брюнет любил Элену. Печально только, что девушка считает парня погибшим. Впрочем, она ведь сама и выстрелила. Так хладнокровно, словно знала, что на Кристиане бронежилет. Хоть, брюнету и пришлось перенести пару операций, он был по-прежнему жив. Одинок. Пуст. Но жив.

Парень раз за разом прокручивал в голове тот момент, когда Элена выстрелила. Как зла она была, и насколько подавленно выглядела. А что с ней сейчас? Кристиан не знал. Он покинул город сразу после операций, и никогда больше не возвращался. ФБР позволили оставить парня в покое.

Неожиданно, входная дверь квартиры открылась. Вошёл мужчина, с чёрной папкой в руках.

– Здравствуй, Кристиан, – поприветствовал он бывшего коллегу.

– Что ФБР нужно от меня, на этот раз? – раздражённо спросил брюнет.

Агент осмотрелся, отмечая, что квартира не в лучшем состоянии, как и сам Кристиан.

– Пора становиться на ноги, – обратился к нему мужчина. – Три года назад в тебя стреляла одна девушка. Так вот, она теперь крупная шишка в криминальном мире Америки, а также Неаполе и Париже.

Кристиан нахмурился.

– Элена? – уточнил он.

Агент кивнул, отдав парню папку с делом о Фальконе. Брюнет заглянул внутрь, пробежался глазами по фотографиям и документам. Внутри что-то болезненно сжалось, а потом затрепетало.

Элена… Любовь его, добилась таких вершин…

– Её собираются задержать на днях, – оповестил агент. – Если не остановить Фальконе, то преступность будет расти всё больше, но посадить её в тюрьму невозможно, потому что девушка стала уже слишком влиятельной. Мы хотим предложить ей инсценировать свою смерть, а после, чтобы покинула страну навсегда, с тобой.

– Она ненавидит меня, – вздохнул Кристиан.

– Ложь, – сразу же ответил мужчина. – Ты единственный, кого она любит, и всегда будет любить. Приезжает на твою могилу каждый месяц. После тебя, у неё никого не было, даже на одну ночь. Фальконе жизнь свою продаст, ради тебя. Правда, думает, конечно, что ты мёртв, но факт остается фактом.

Кристиан ощутил прилив сил, слушая агента.

– Её дело я оставлю тебе, – в заключение, сказал мужчина. – Почитай, подумай, а потом позвони мне и скажи, что решил.

* * *

– Сначала стреляешь мне в сердце, потом избиваешь, – грустно усмехнулся Кристиан.

Элена сжала кулаки, борясь с желанием, вновь ударить его.

– Как? – прохрипела она, глядя в изумрудные глаза.

– Бронежилет, – тихо ответил парень.

Девушка истерично рассмеялась и села на снег. Ноги больше не хотели держать её.

– Три года… – едва слышно прошептала брюнетка. – Целых три года я думала, что убила того, кого любила больше жизни! А сейчас этот человек просто заявляется сюда живой! Почему ты не появлялся?! Где ты был, чёрт возьми!?

Кристиан сел рядом, шумно выдохнув. Элена посмотрела на него, всё ещё не веря своим глазам. Парень практически не изменился, только волосы начал зачёсывать назад.

– Ты выстрелила в меня, чётко давая понять, что ненавидишь, – прошептал брюнет. – Мне сделали две операции, а потом я уехал в Сан-Франциско и больше не возвращался. Я хотел начать всё с начала, понимаешь? Хотел стать обычным человеком, но не получилось, если честно. Думал, ты тоже живёшь обычной жизнью теперь, а оказывается…

Кристиан усмехнулся.

– Когда узнал, кем ты стала, я аж загордился, – парень мягко улыбнулся.

– Ты оставил меня одну! Сломленную, когда я особенно нуждалась в тебе. Ты заставил меня пройти все круги ада в одиночку и после всего этого, единственное, о чём я думаю, когда смотрю на тебя – «боже, как я его люблю»! – голос девушки срывался, переходя то в гневную тираду, то в жалкое пищание. – Это несправедливо!

Элена поднялась на ноги, желая поскорее уйти оттуда, но Кристиан схватил её за руку, притянул к себе и крепко обнял. Уткнулся носом в чёрные волосы, прикрыл глаза. Девушка колебалась, не решаясь обнять парня в ответ, но в итоге не выдержала и прижалась к брюнету, обхватывая его руками. По щекам Фальконе покатились слёзы.

– Я так скучал… – выдохнул Кристиан в её шею.

Спустя целые годы хладнокровия и равнодушия ко всему вокруг, Элена моментально растаяла в объятиях того, в кого однажды стреляла.

Девушка заглянула в изумрудные глаза, которые снова начали сиять, и поняла, что Кристиан не врёт. Он, правда, скучал. Сантанджело разрушил жизнь Элены своим отсутствием, убил её отца, а она, выстрелила ему в сердце, загнав парня в глубокую депрессию на три года.

Но всё то, по сути, не имело уже никакого значения, ведь, невзирая ни на что, они снова стояли рядом, с прежней любовью глядя друг на друга.

– А почему решил вернуться? – прищурилась Фальконе. – ФБР попросили?

Кристиан кивнул.

– Твоё заключение никому невыгодно, – сказал он. – Поэтому они предлагают инсценировать твою смерть, и мы с тобой покинем страну. Навсегда.

Элена опустила взгляд, обдумывая предложение.

Ей порой хотелось обычной жизни, которая прежде была недоступна. Сейчас появился шанс, и Фальконе не желала его упускать. В конце концов, рано или поздно, она окончательно сдаст позиции и тогда её убьют те, кто сильнее. Но если уехать, то можно прожить спокойную жизнь.

– И в какую же страну мы уедем? – с интересом посмотрела девушка на Кристиана.

– В Швейцарии есть живописный город под названием «Монтре», – улыбнулся он. – Красота ландшафтов, заснеженные вершины гор, прекрасные набережные, роскошные рестораны. Я знаю, что ты выучила французский язык, а там, в основном на нём только и говорят. Так что, Монтре – идеальный вариант.

Девушка улыбнулась, представляя город. Тем временем, к ним подошёл агент ФБР.

– Ну, так что? Вы согласны?

– Близкие мне люди должны будут быть осведомлены о том, что я жива, – выдвинула Элена условие.

– Кто именно?

– Розабелла Фальконе, Кор Сандерс, Греган Сандерс и Феникс Боннар, – ответила она. – Кор и Греган сейчас в Италии, Феникс во Франции, мама здесь.

Агент кивнул, записав всё в блокнот.

* * *

Элена и Кристиан стояли, оперившись о дорогой спорткар и курили. Молча, каждый осмысляя происходящее. Вчера смерть девушки инсценировали, даже показали по новостям, а сегодня пара должна исчезнуть из страны.

Вдруг, Кристиан тихо усмехнулся. Элена вопросительно посмотрела на него.

– Мы обещали пожениться, – тепло улыбнулся он. – Помнишь?

Элена закатила глаза, но на безупречном лице проскользнула улыбка.

– Помню, – кивнула она.

– Значит, твой ответ «да»? – прищурился парень.

Фальконе удивлённо округлила глаза.

– Да, – в итоге, уверенно заявила девушка. – Послезавтра у алтаря?

Кристиан поправил своё чёрное пальто.

– Разумеется, – согласился он. – Будешь в белом?

Элена отрицательно помотала головой.

– В ярко-красном, – ответила она, встряхивая чёрными, как смоль, волосами.