Текст книги "Развод. Я буду свободна (СИ)"
Автор книги: Шарлотта Эйзинбург
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 47 Всё прошло
– Здравствуй, Маргарита, – чуть запинаясь сказала я.
– О, ты помнишь моё имя, – она удивлённо вскинула бровь и улыбнулась оголив, белоснежную улыбку. – Марин, я к тебе с хорошими намерениями, можем поговорить.
Я сделала шаг назад, впуская незваную гостью на порог уже не своего дома. У неё в руках был маленький чемоданчик и на плече висела дорогущая сумка с надписью PRADA. Интересно, настоящая? Я всегда мечтала о подобной, но в браке с Сергеем приходилось довольствоваться нашими российскими брендами, которые тоже весьма неплохи.
– Уго, ты переезжаешь? – она хихикнула и каким-то слишком наглым видом осмотрела квартиру, пройдясь наманикюренным пальчиком по раме с дорогой картиной, которую Сергей привёз из Парижа.
– По какому делу ты пришла? У меня мало времени,– я скрестила руки на груди.
Я крутила в голове мысли, но не было ни одной идеи, зачем бывшая подружка Сергея заявилась к нему домой. Тем более Сергей мне говорил, что они давно не общаются, с тех пор как она уехала в Париж на учёбу.
– Картина, красивая, как художник говорю, – сказала она, оценивая полотно, теперь уже с моей работой.
– Спасибо, – недоверчиво кинула я.
– Марин, разговор предстоит долгий. Может быть выпьем чаю, я принесла коробочку конфет, – она достала из большой модной сумки коробку шоколадных конфет, перевязанную красной лентой. – Это дорогой, бельгийский шоколад, попробуй, – она наигранно улыбнулась.
Несмотря на то, что она максимально хотела казаться милой, у меня эта персона вызывала невероятную антипатию. Как будто вторая Нора зашла в дом. И самое паршивое, что я понятие не имела, что ей от меня надо.
– Да, пройдём, я поставлю чайник.
Мы молча зашли на кухню. Она деловита села за стол, раскрывая упаковку конфет. Я же стараясь скрыть нервозность, налила воды в чайник и поставила на огонь. Спиной чувствовала испепеляющий взгляд Маргариты. Казалось, что она сейчас прожжёт во мне дыру. Она как ведьма излучала ауру преисподней. Либо мой беременный мозг так считал и уже в каждом человеке, кто был приближён к Сергею видел врага.
Также молча поставив, чашки с блюдцем я налила травяной чай и вопросительно взглянула на Риту. Она деловито постучала ноготками, выкрашенными в ярко красный цвет, по чайной чашке и подняла маленький чемоданчик с пола.
– Марин, я хотела тебе отдать то, что принадлежит по праву тебе, – она передала мне чемоданчик.
Я неуверенно взяла его в руки, с интересом разглядывая.
– Открывай, – сказала она полушёпотом, наблюдая за мной.
Я тяжело сглотнула, окинула взглядом сначала Маргариту, затем снова чемоданчик. Нет, ну, если там бомба, то вряд ли бы Маргарита сидела рядом. Или это такой детский прикол? Я сейчас открою и на меня брызнет краска. Хотя бред какой-то, зачем Маргарите заниматься таким детским садом?
Выдохнув, я открыла щеколду чемодана и подняла крышку. Внутри красивыми стопками, как в фильмах лежали деньги. Я нахмурила брови и неуверенно почесала лоб.
– Это что? – спросила я немного дрожащим голосом.
– Это деньги, которые твоя бабушка оставила тебе в наследство, – спокойно сказала она отхлёбывая чай, прикусывая конфетой. – Угощайся конфеткой, – она протянула мне коробку с шоколадками.
– Прости, но я ничего не понимаю, – я взяла конфету и положила обратно на стол, приобняв себя руками.
От воспоминания о моей бабушке у меня затряслись руки, а к горлу подступил комок. Хотелось забежать в комнату и спрятаться под одеяло как маленькая.
– Я сейчас тебе всё объясню, успокойся и сядь.
Я покорно села, продолжая смотреть на чемоданчик с деньгами. Дело не в том, что меня заинтересовали деньги. Мне было неспокойно на душе от запутанных мыслей. И причём тут моя бабуля? Каким образом Маргарита с этим связана?
Маргарита тяжело выдохнула, промокнула салфеткой рот и положила свою руку на мою.
– Ты наверное знаешь, что мы с Сергеем дружим с детства, даже когда ты появилась в его жизни, мы все равно продолжали общаться. У нас с ним есть общий сын.
Я округлила глаза, машинально выдернув свою руку из её ладони. Стиснув зубы, я начала бегать глазами по кухне, пытаясь перевести дыхание и остановить беспощадный поток мыслей.
– Я понимаю твои чувства сейчас, Марин, – она откинулась на спинку кресла. – Просто сейчас, когда Сергею грозит заключение на десять лет, я не вижу смысла от тебя это скрывать.
– Сколько лет вашему ребёнку? – нервно спросила я, подавляя бурю внутри себя и облизывая пересохшие губы.
– Три года.
«ТРИ ГОДА!» – эхом отдалось у меня в голове. Теперь понятно из-за чего Сергей возненавидел меня. Я стала для него обузой, не нужной, неугодной женой, которая даже ребёнка не смогла ему родить за шесть лет. Наши отношения превратились в неликвидное предприятие, от которого проще избавиться, чем продолжать пытаться спасти. И всё из-за женщины, сидящей напротив меня!
Я была в ярости, в бешенстве!
– Зачем ты пришла и рассказываешь мне это? – процедила я сквозь зубы, не поднимая на ней взгляд.
– Дело в том, что когда твоей бабушки не стало, ты не приехала к нотариусу, на чтение завещания.
Всё так. Когда бабули не стало, мне было очень плохо. Я не находила себе место от горя. А на Сергея у меня была оформлена генеральная доверенность. Он ещё в начале нашей семейной жизни уговорил меня на всякий случай составить этот документ. В итоге, я опустошённая осталась дома, а Сергей от моего имени поехал к нотариусу.
– Да, Сергей ездил один, – ответила я шёпотом.
– Твоя бабушка оставила определённую сумму на сберегательном счёте. По условиям завещания, ячейку с деньгами можно было открыть только через пять лет после её смерти. За это время там накопилась нехилая сумма. Сергей просчитал этот момент и решил скрыть от тебя эту информацию, подговорив нотариуса. В итоге тебе сообщили только о доме, который ты получила в наследство. – Маргарита пожала плечами.
Я потрясла головой, пытаясь сложить пазл. Неужели Сергей настолько низкий и гнилой человек, что подлым обманным путём решил отобрать у меня наследство от моей бабули?! Да, сказал бы он мне про эти деньги, я бы их ему и так отдала, как и деньги за продажу бабушкиного дома. Я любила его без памяти и готова была сделать для него всё, что он попросит, а он на протяжении всех шести лет втыкал мне нож в спину, глубже и глубже пронзая самую плоть.
– Наш сын с Сергеем родился с определёнными проблемами со здоровьем. Ему нужна постоянная врачебная поддержка. Сергей очень переживал за нас. Переживал, что не всегда может быть рядом. Он почти всю зарплату отдавал нам, чтобы как-то загладить свою вину.
Вот это поворот! Шикарно просто…
– Эти деньги он снял незадолго до того, как его арестовали, – она промокнула салфеткой намокшие глаза. – Он отдал их нам с Васей, так как чувствовал, что его посадят и хотел таким образом нас обеспечить на время его отсутствия.
Я лишь нахмурилась и закрыв, чемодан пододвинула его к ней.
– Ты чего? – она испугано на меня посмотрела.
– Забирай эти деньги, если они вам с ребёнком и правда нужны.
Мне стало жалко их сына. Он не в чём не виноват. А если ему правда нужно дорогостоящее лечение? Мне совесть не позволила бы отобрать у больного ребёнка возможность на жизнь.
– Нет-нет, Марина, ты не поняла, – она пододвинула чемодан ко мне назад. – Вася здоров, ему уже давно сделали дорогостоящую операцию. Сейчас его жизни ничего не угрожает. Да и я хорошо зарабатываю. Мне просто совесть не позволяет забрать принадлежащие тебе деньги. Это не правильно. Я и так тебе жизнь испортила… – она встала и налила воды в стакан.
Хоть осознаёт это и на том спасибо. Хотя я, наверное, должна быть ей благодарна. Ведь, если бы не Маргарита я бы никогда не узнала какое чудовище пригрела под боком.
Я тряхнула головой, отбрасывая разрывающие мою душу мысли. Сейчас уже нет никакого смысла перетирать прошлое, осыпать ругательствами Сергей, винит его за испорченную жизнь.
Всё прошло. И плохое и хорошее.
Он просто в какой-то момент меня разлюбил и поэтому завёл семью на стороне.
Так бывает. Это нормально.
Нужно просто выдохнут и отпустить. У меня в скором времени начнётся новая интересная и я верю, что счастливая жизнь. Сергей получит самое высшее наказание, достойное его гнилых поступков. И больше я этого человека вспоминать не хочу.
Глава 48 Я счастлив, когда ты улыбаешься
Посоветовавшись с Артёмом я решила вложить деньги, доставшиеся в наследство от бабушки в свою собственную детскую художественную студию. Я давно мечтала открыть свой маленький бизнес, а учить деток рисовать это просто моё призвание.
С переездом в столицу и благодаря вниманию и заботе Артёма моё душевное состояние постепенно начало улучшаться. Я наконец-то перестала просыпаться посреди ночи в слезах, у меня пропал нервный тик, из-за которого у меня постоянно тряслись руки. И я кажется, начала верить, что всё это не сон и я действительно практически свободна. Практически! Ключевое слово. Окончательный приговор Сергею ещё не вынесли. Его адвокатом была Нора и она как изворотливая змея пыталась найти лазейки, чтобы добиться минимального срока заключения для своего клиента. Не удивлюсь, если мои предположения были реальны и они действительно любовники. Честно, раньше я думала, что такие мужья-кобели бывают только в мыльных сериалах по телевизору. Но каким-то образом сама оказалась героиней подобного.
Через неделю после переезда я сидела в новой студии и писала картину, которую планировала назвать «Ветер перемен». По задумке, в центре композиции стоит девушка с вьющимися волосами цвета шоколада, в руках у неё чемодан с вещами, а подол её платье развивается от дуновения ветра. Я старалась изобразить ветер с элементами визуального эффекта летающих листьев, пыльцы, мелких частиц, подчёркивающих динамичность момента. В общем работа предстояла кропотливая. Общая атмосфера картины передавала чувство свободы, оптимизма и неизведанности. Эта картина, была посвящена мне и моему внутреннему состоянию. Я хотела вложить в неё всю свою душу, выплеснуть все свои эмоции через творчество.
На мне были рванные голубые джинсы и белая майка-алкоголичка, которая была изрядно испачкана краской, но от этого она стала только ещё красивее. Волосы убраны в небрежный пучок и заколоты двумя старыми кисточками. В ушах наушники с классической музыкой. Обуви нет, так как она только сковывала меня при работе. Новую студию я специально купила с деревянным массивным полом, от которого ноги особо не мёрзли.
Я встала с табурета и отошла на пару шагов назад, чтобы оценить картину с расстояния, но наткнулась на чьи-то ладони.
Обернувшись я встретилась взглядом с Артёмом, который что-то говорил, но я лишь видела его раскрывающийся рот. Я достала из ушей наушники, чтобы расслышать его.
– Говорю, что обожаю, когда ты поглощена работой. В такие моменты, ты особенно волшебная, – он убрал за ухо, выбившуюся у меня из пучка прядь волосы и, приподняв мой подбородок, поцеловал меня в губы.
Страстно и нежно, как умеет только Артём.
Моё дыхание участилось. Сердце взлетело в самый верх груди, подпирая горло и начиная неистово колотится. Я слышала как кровь стремительно циркулировала по организму. Меня бросило в жар. Неистовое желание разлилось внизу живота, будоража каждую клетку моего тела сладкими волнами. Я могла бы стоять в его объятиях вечно. Ощущая его запах, твёрдость и обжигающее, всепоглощающее тепло, его сильного, крепкого тела.
Артём приобнял меня за талию и, развернув, подсадил на столик с краской, продолжая осыпать поцелуями губы, шею, ушко, опять губы и так по кругу. Было много, страстных, жгучих, вкусных, томительных поцелуев. Я покусывала его в ответ, параллельно расстёгивая ремень его брюк.
– М-м-м, какая ты у меня хулиганка, – прошептал он мне на ухо, поглаживая рукой мою набухшую из-за беременности грудь.
Я прошлась кончиком языка по его влажным губам, заигрывая и дразня.
– Если мне пока нельзя, то это не значит, что ты должен лишаться удовольствий, – немного постанывая сказала я и начала активно работать рукой в его штанах.
Артём закатил глаза от удовольствия, продолжая сжимать мою грудь.
– О, да, продолжай, сладкая, – он упёрся рукой об стену и сжал губы от удовольствия.
Мне было невероятно приятно смотреть на то, как мой мужчина кайфует от моих прикосновений. На то, как лишь от одного прикосновения ко мне, у него в штанах разгорается пожар. Страсть и безудержное наслаждение окружили нас, унося в мир волшебного удовольствия. Я стонала в унисон с моим мужчиной и казалось, что даже без проникновения могу финишировать вместе с ним только из-за бешенного накала страстей. Из-за огня, который вспыхнул между нами.
Артём пришёл к финишу, излив на мою руку свою белую жидкость любви.
– Я тебя обожаю, – замурчал он и потёрся носом о мою шею.
Я дотянулась до салфеток, стоящих на полке и начала вытирать руки, игриво посматривая на Артёма.
– Ты, знаешь, что я не просто так к тебе пришёл? – он улыбнулся застёгивая ширинку.
– М-м-м, заинтриговал.
– Переодевайся и выходи на улицу, мы с тобой кое-куда прокатимся сейчас.
А вот это уже интересно. Я безумно любила сюрпризы и предложение Артёма меня заинтриговало. Наспех сменив майку-алкоголичку на красный утеплённый худи, я надела ботинки и белую куртку-пуховик. Посмотрев в зеркало, распустила волосы, которые красивыми волнами рассыпались по плечам, припудрила лицо и выбежала на улицу.
Артём, увидев, меня открыл дверцу машины, приглашая меня внутрь.
– Здесь недалеко, – положив руку на руль, сказал он.
А я просто не могла оторвать от него своих глаз. Тонула в его взгляде. Эти идеальные черты лица, голубые как горное озеро глаза, родинка под глазом. Аккуратно выстриженная бородка. Пухлые, сочные губы, которыми он так страстно пожирает мой рот.
Глядя мне в глаза он включил музыку и салон его автомобиля с обивкой из светлой кожи и запахом дорогого парфюма наполнился мелодиями классической музыки.
– Ты же любишь классику? – спросил он, выруливая на дорогу.
– Я обожаю классическую музыку. Особенно люблю Шопена и Рахманинова. Такая музыка проникает прямо в сердце.
– Как мы с тобой похожи, – он накрыл мою руку своей тёплой ладонью и ласково мне улыбнулся.
От такой нежности и осознания, что рядом родной и близкий человек я разомлела.
Артём притормозил возле дорогого бутика с одеждой. Галантно открыл дверь и помог мне выйти из машины.
– Я хочу, чтобы сегодня вечером ты была самая красивая, – он завёл меня внутрь магазина.
С блеском в глазах и открытым ротиком от удивления я начала примерять, понравившиеся мне платья. Артём восхищался мной, осыпал комплиментами. Восторгался утончённости моей фигуры. А я словно звезда ходила по подиуму дефилируя в новых нарядах. Одно платье мне очень приглянулась, но я сразу отвесило его, так как оно стоило немереных денег. Артём, увидев мои сомнения, сразу же отдал его на кассу и приказал немедленно его упаковать нам.
Я была на седьмом небе от счастья. Из-за гормонов, я не удержалась и разревелась прямо в примерочной. Не могла поверить, что всё это происходит со мной по-настоящему.
После шоппинга мой мужчина отвёз меня в салон красоты. Один из лучших в столице. Я ранее была подписана на них в социально сети и кусала пальцы, осознавая, что Сергей, никогда не позволит мне ходить по таким дорогим заведениям.
Девочки мастера около трёх часов колдовали надо мной. Делали красивую причёску, макияж, маникюр, педикюр. А Артём тем временем сидел на диванчике, пил кофе и улыбаясь наблюдал за мной.
Красивая, сногсшибательная и счастливая я вышла из салона красоты в новом для себя образе.
– Какая же ты у меня красотка, – Артём взял меня за руку, снова усадил в машину и повёз в неизвестно направлении.
– Артём, сегодня просто какой-то сумасшедший праздник. Я давно не была так счастлива. Ты весь день рядом со мной, это так приятно.
– Я знаю, любимая. А я счастлив, когда ты улыбаешься.
В машине мне позвонили организаторы выставки, на которую я отправляла одну из своих последних работ. Достаточно тяжёлая для меня работа, которую я написала ещё во время деспотии и тирании Сергея. Картина посвящена разбитой и униженной женщине.
– Марина, мы рады сообщить, что ваша работа принята на конкурс. Мы направим вам официальное письмо на почту.
– Вы шутите? – удивлённо выпалила я и приложила холодные ладошки к своим вспыхнувшим от радости щекам.
Это крупный международный конкурс, который проходит в этом году в Москве. Я чисто ради интереса отправила свою работу, даже не надеясь, что её возьмут. Но видимо, госпожа фортуна всё таки решила повернуться ко мне лицом, а не жопой, как это было раньше и теперь я трепетала от радости.
Мы подъехали к дорогому ресторану. Я с восхищением смотрела на роскошное убранство зала. Позолота, мрамор, официанты в строгих фраках, живая классическая музыка, изысканное авторское меню. Я видела такое только в фильмах. И рассматривала картинки на страницах социальных сетей у каких-нибудь светских див.
– Выбирай всё, что захочешь, – сказал Артём пролистывая меню.
У меня глаза разбегались. Хотелось попробовать всё: лосось, устрицы, лобстера, молекулярную кухню, суфле, мороженое, шоколадный торт, цезарь, всё…
Видя моё замешательство Артём рассмеялся.
– Ты такая смешная, такая сосредоточенная, – он прижал мою руку к своим губам и поцеловал, заставив бабочек в моём животе снова проснуться.
Наконец сделав заказ, я откинулась на кресло, наслаждаясь прекрасными мелодиями и поглаживая животик с малышом. Такое количество прослушанной классической музыки пойдёт ему только на пользу. Вырастит моим маленьким гением.
– Марина, сладкая, – обратился ко мне Артём.
Я повернулась в его сторону. Он достал из кармана маленькую коробочку, которую я уже видела до этого. Сердце упало в пятки, а глаза затуманил дурман.
– Ты самая потрясающая девушка, которую я встречал в своей жизни. Ты нежная, весёлая, добрая, отзывчивая, искренняя, безумно красивая и сексуальная. Я долго искал тебя и не за что не позволю себе тебя потерять. Ты и наш малыш это самое главное в моей жизни. Ты выйдешь за меня?
Моё сердце готово было взорваться от переполняющих меня чувств любви и нежности к этому человеку. Слёзы счастья градом покатились по моим щекам. Я протянула правую руку Артёму, а второй прикрыла рот, подавляя истерический смех.
– Конечно, конечно, я стану твоей женой, – сквозь слёзы сказала я, приподнимаясь со стула.
Артём надел мне кольцо на палец и обняла за талию, поцеловав в губы.
Глава 49 Неловкое знакомство
– Мариночка, Тёмочка, давайте, заходите, не стесняйтесь, – Мама Артёма в валенках и меховом полушубке накинутом на домашнее платье выбежала к нам, открывая калитку во двор.
На улице стоял суровый декабрьский мороз. Я посильнее укутавшись в пальто с меховой оторочкой, быстро перебирая ногами забежала во двор. Артём придерживая меня за талию бежал следом.
– Мариночка, нос-то какой красный у тебя. Тёмка, ты чего девчонку заморозил, а? – раздосадовано всплеснув руками, возмутилась Галина Ивановна.
– А может быть мы в дом быстрее зайдём, мама? А не нотации посреди улицы будем читать? – съязвил Артём и подтолкнул меня ко входу в дом.
Сегодня один из самых волнительных для меня дней. Мы с Артёмом приехали знакомиться с его родителями и младшей сестрой. Ночь накануне выдалась бессонной. Я ворочалась не находя себе место. Переживала, обдумывала, нервничала. Мне казалось, что я недостойна Артёма. Что его родители сразу это поймут и не примут в семью. К тому же я была подпорчена. Носила под сердцем чужого ребёнка. Пускай Артём уверял меня, что это его ребёнок и он будет любить его как родного. Но для бабушки с дедушкой это будет настоящим ударом, узнай они, что их любимый сын связал свою жизнь с девицей с прицепом.
– Марин, ты чего не спишь? – пробубнил Артём заспанным голосом.
Мы уже давно легли спать, а я всё ещё ворочалась и разбудила его.
– Не могу, – всхлипнув, ответила я, обняв мягкого плюшевого медвежонка.
– Ты плачешь, сладкая? – беспокойно спросил он и приобнял меня.
– Нет, тебе показалось.
– У тебя что-то болит?
– Нет, спи, – вытирая намокшие глаза продолжила я.
Он включил ночник и рукой повернул меня на свою сторону кровати.
– Я не могу спать, пока ты плачешь, – он развёл руками. – Любимая, что тебя тревожит?
– Не хочу об этом говорить.
Я прикрыла глаза, но чувствовала как он закатил глаза и возможно даже ругнулся шёпотом. В последнее время, видимо из-за беременности такие мои истерики ночью случались достаточно часто. И всему виной была всё та же причина: я считала, что я Артёму не пара.
– Ты опять за своё? Марин, тебе лучше высказаться. Завтра мы едем к родителям и тебе нужно отдохнуть перед дорогой.
Я лишь ещё больше начала плакать.
– Артём, ты уверен, что стоит знакомить меня со своими родителями? – вытирая слёзы продолжила гнуть свою линию я.
– Вот сейчас уже сомневаюсь, – он рассмеялся.
– Ах, ты! – я легонько ударила его по плечу.
– Ты же это хотела услышать?
Мы лежали с ним на боку лицом друг к другу. Он смотрел на меня, так как только умеет Артём. Нежно, ласково. Он гипнотизировал меня своим взглядом. Обволакивал аурой спокойствия и защищённости.
– Я просто думаю, что я не понравлюсь твоим родителям.
Он выдохнул и, закатив глаза от возмущения, перевернулся на спину.
– Марин, сколько можно тебе повторять. Если ты нравишься мне, то и моим родителям понравишься. Ты же чудо. Как тебя можно не любить, – он снова повернулся ко мне и поцеловал в носик.
Я рассмеялась, вытирая слезу, покатившуюся по щеке. Наверное он прав, мне стоит выдохнуть и просто отпустить ситуацию.
В итоге ночью ситуацию я отпустила, но вот как только увидела маму Артёма и их огромный дом, который они называли по простому – дача, я снова занервничала.
Покусывая губу от волнения я забежала внутрь дома, старясь мило улыбаться. К счастью пока моё странной поведение можно было списать на мороз.
– Мариночка, трясёшься вся, вот тебе тапочки, – Галина Ивановна поставила передо мной меховые тапки. – Вот тебе шерстяной платок, если холодно, можешь поверх платья накинуть.
Артём присел на корточки возле меня и начал снимать с меня сапоги. Я готова была сквозь землю провалиться от этой картины. Нет, дома мне нравилось его такое поведение и забота. Но, что подумают его родители? Что их сын под каблуком? На коленях ползает перед девицей беременной чужим ребёнком.
– Артём, не надо я сама, – скрывая свою неловкость и всё также с наигранной улыбочкой я попыталась отодвинуть Артёма от своих ног, но он упёрто продолжил свою работу.
– Ой, ну сыночек, ну молодец. Так и надо за девушками ухаживать,– Как ни странно Галина Ивановна стояла, прижав к груди снятый полушубок, и умилительно на нас смотрела.
Разобравшись с сапогами, Артём помог снять мне пальто, а его мама сразу накрыла меня шерстяным платком. В общем забота лилась со всех краёв.
– Ну, что Мариночка, теперь давай знакомиться, – она широко улыбнулась и распахнула руки для объятий.
– Спасибо Вам за заботу, Галина Ивановна. Безумна рада с вами познакомиться, – немного запинаясь ответила я.
Боже, как же мне было неловко. Мне как будто бы снова пятнадцать лет и это мама мальчика, который мне нравился.
– А я то как рада наконец с тобой познакомиться, – Галина Ивановна несколько не стесняясь сжала меня, одаривая крепкими обнимашками.
Молящим взглядом я посмотрела на Артёма, который уже снял верхнюю одежду и стоя в стороне тихонько хихикал.
– Так, молодёжь, вы пока проходите в гостиную. Усаживайтесь. Мариночка, чувствуй себя как дома, не в чём себе не отказывай. Сейчас Алиска с папой придут из магазина и мы с вами пообедаем, – Галина Ивановна указала нам на дверь в гостиную, а сама скрылась на кухне.
– Твоя мама, само очарование, – прошептала я, крепко сжимая руку Артёма.
– Вот видишь, а ты боялась, – Артём открыл дверь в комнату, откуда виляя хвостом на нас выскочило здоровенное лохматое животное.
Я взвизгнула от неожиданности и отстранилась назад.
– Бублик, ах ты хулиган, – Артём присел рядом со здоровой мохнатой собакой и начал чесать за ушком.
– Бублик? – переспросила я.
– Нашли его на заброшено соседнем содовом участке щенком. Маленький был но толстый, вот и назвали Бублик. Кто знал, что он вымахает таким здоровым, – объяснил Артём.
– Милый, пёсик, – я осторожно дотронулась до собаки, аккуратно погладив его по голове.
– Так, Бублик, а ну с дороги, – Галина Ивановна выскочила из кухни с огромной тарелкой салата и ногой отогнала собаку от прохода.
– Галина Ивановна, может быть вам помочь на кухне? – спросила я, пытаясь найти какие-нибудь точки соприкосновения с хозяйкой дома.
– Мама, мы вернулись, – услышала я звонкий голос, видимо младшей сестры Артёма.
Это был точно такой же звонкий голосок, как тогда в трубке Артёма, когда я упала в обморок. Значит и правда была сестра. Не обманул.
– Поможешь ещё, а сейчас с папой и сестрой Артёмчика познакомься, – Галина Ивановна ласково взяла меня под руку и к моему огромному удивлению положила мне свою голову на плечу.
Тем временем в гостиную уже зашли остальные члены семейства Романовых, а у меня ладошки можно было выжимать от пота, настолько сильно мне было не по себе. Сердце бешено колотилось, мне казалось, что мама Артёма всё это видит и главное чувствует. От этого мне становилось ещё тревожней.
– Так, ну что, это наша Алиса. Сестра Артёма, – мама подвела меня к Алисе.
Было ощущение, что я знакомлюсь с какой-то королевской семьёй и меня подводят к каждому познакомиться.
– Галя, да отпусти ты девчонку, чего вцепилась в неё. Только пугаешь, – отец Артёма с пакетом продуктов зашёл в гостиную и пожал мне руку. – Мариночка, приятно познакомиться, с тобой. Я папа Артёма, Виктор Александрович.
Теперь я поняла в кого у Артёма такие красивые голубые глаза. У Виктора Александровича были точно такие же.
– И мне очень приятно с вами всеми познакомиться. Я правда очень ждала нашей встречи, нервничала, – я прижала руку к сердцу, пытаясь немного утихомирить его.
– Ничего, сейчас наливочки тебе нальём и ты сразу в себя придёшь.
Я озадаченно посмотрела на Артёма, затем снова на Виктора Александровича.
«Они не знают?» – читалось в моих глазах.
– Пап, мам, Марине нельзя наливочку, – спас ситуацию Артём, подойдя ко мне и взял за руку.
– Ох, – Галина Ивановна лишь всплеснула руками и я увидела как заблестели её глаза. – Да быть не может! Вы малыша ждёте? – в надежде и чуть не плача крикнула она, хватаясь двумя руками за голову.
– Да, мам, у нас Мариной будет ребёнок. Узнали совсем недавно.
– Молодец, братик, – Алиска стукнула кулачком по плечу Артёма.
– Так, ну садитесь же быстро за стол. Какой праздник, какой праздник! – лепетала Галина Ивановна выставляя на стол хрустальные фужеры.
– Кой месяц, Мариночка? – спросил Виктор Александрович, когда мы уже сидели за столом.
– Шесть недель.
– А пол уже знаете? – начала допытывать мама Артёма.
– Нет, ещё рано, – я рассмеялась.
– Нет, Артём, ну как ты мог от нас скрывать такую новость. Такую радость, – залепетала Галина Ивановна. – Неужели я снова услышу топот маленьких ножек у нас в доме. Ну какой подарочек, вы нам под Новый Год сделали, молодцы.
– А как вы познакомились? – вдруг спросила Алиса, ковыряя мясо в тарелке.
– Э-э-э, – я замялась, нервно, улыбнувшись.
– У Марины машина заглохла, прямо по пути в магазин, – начал Артём, поглаживая меня по спине. – Я проезжал мимо и не смог не остановится.
– Какая красивая история. Вот, Витя, – она приобняла мужа за плечи. – Правильно мы сына воспитали. Посмотри какой джентльмен. А ты бы видел, как он за Мариночкой ухаживает, ну прям как ты в молодости, – он рассказывала это с придыханием и невероятным наслаждением.
– Предлагаю выпить за нашего сына, – Виктор Александрович поднял рюмку с домашней вишнёвой наливочкой.
Я же в ответ подняла бокал с апельсиновым соком.
– Ой, я сейчас принесу кое-что, – Алиска, подпрыгнула и выбегая со своего места, толкнула мой стул, уронив сумочку, откуда выпали все документы. – Прости, это всё мамина наливочка. – Она села на корточки и начала собирать упавшие бумаги.
– Не надо, не надо я сама, – запротестовала я и встала из-за стола.
– Рокоссовская Марина, – сказала Алиса, зачем-то открывая мой паспорт, также выпавший из сумки. – У тебя фотка на паспорте красивая. Смотрите, – она раскрыла паспорт демонстрируя всем сидящим мои данные.
Я же упала на стул, закрыв от стыда лицо руками.
– Рокоссовская? – неуверенно переспросил Виктор Александрович.
