355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Шантель Шоу » Город блаженства » Текст книги (страница 1)
Город блаженства
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 00:39

Текст книги "Город блаженства"


Автор книги: Шантель Шоу



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Шантель Шоу
Город блаженства

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Дворец султана. Пустыня в Куббе.

Принц Захир бин Калид аль-Мунтассир быстрым шагом шел по дворцу к личным покоям султана Калида. На его лице с орлиным профилем застыло такое мрачное выражение, что охрана безропотно расступилась, давая ему дорогу.

– Как он? – прозвучал его властный голос, когда к нему с поклоном вышел Аваан, слуга отца.

– Спит, господин. Врач дал ему успокоительное и сказал, что его величеству необходимо отдохнуть, – пробормотал Аваан, тревожно застыв у двери, ведущей в спальню султана.

– Не волнуйся, Аваан, я не собираюсь беспокоить его, – заверил Захир слугу. – Мы все потрясены смертью моего брата принца Фейзала, но отец едва выдержал этот удар.

– Его величество в глубокой печали. Он еще не совсем оправился от недавно подхваченной простуды, и боюсь, что для его здоровья это окажется серьезным испытанием, – сокрушенно покачал головой Аваан. – Единственный луч света для вашего отца сейчас – это новость о том, что у него есть внук. Ребенок, который теперь стал сиротой.

Захир стиснул зубы, стараясь сдержать обуревавшие его чувства.

– Его величество очень хочет, чтобы вы как можно скорее отправились в Англию и привезли ребенка в Куббу.

– Мне прекрасно известно об этом желании отца, – сдержанным голосом заметил Захир.

Он подошел к окну и устремил взор на великолепные сады и богато украшенные фонтаны, из которых в голубой бассейн стекала прозрачная, как горный хрусталь, вода. Внутри древней крепости ничто не напоминало о пустыне, зато за ее пределами бесконечное палящее море золотого песка простиралось до самого горизонта насколько хватало глаз.

Заходящее солнце висело в небе огромным бордовым шаром, и небо вокруг него было испещрено розовыми и красными полосами. Отблески заката окрасили пески пустыни в розоватый цвет. Когда-то они с Фейзалом любили промчаться на конях по этим барханам или, отпустив своих соколов, наблюдать, как высоко те парят в голубом небе. Помимо кровного родства братья еще были закадычными друзьями, пока однажды роковая страсть не разделила их раз и навсегда: оба влюбились в одну и ту же женщину. Захир слегка нахмурил брови. С тех пор он усвоил: любовь обладает разрушительной силой, и он никогда не позволит больше этому чувству снова управлять его сердцем и разумом.

– ...Ваш отец всегда надеялся помириться со старшим сыном, – голос старого слуги отвлек Захира от размышлений. – После смерти султана Фейзал должен был вернуться в Куббу и занять его трон. Но теперь, когда все изменилось и принца больше нет, в стране неспокойно. Народ ждет, когда правитель объявит своего преемника. Простите мне мою самонадеянность... – Пожилой слуга съежился под тяжелым взглядом прищуренных глаз Захира. – Но его величество очень хочет, чтобы бизнес в Америке вместо вас возглавил управляющий. Тогда вы сможете надолго обосноваться в Куббе и жениться. Сейчас это ваш долг, сэр.

Захир надменно вскинул подбородок, и взгляд его молнией пронзил слугу.

– Я не нуждаюсь в твоих наставлениях, – холодно произнес он. – Ты забываешь свое место, Аваан.

Захир слишком хорошо понимал, что после смерти брата его собственная жизнь больше ему не принадлежит. Он не станет уклоняться от ответственности перед народом, которым его семья управляла много поколений. Но женитьба – совсем другое дело.

– Если ты помнишь, шесть лет назад я едва не женился на той, кого выбрал отец, и чем это обернулось. Я женюсь, когда буду сам готов к этому. – Захир резко развернулся и отошел от окна. Пройдя через комнату, остановился у двери и оглянулся на слугу: – Когда султан проснется, сообщи ему, что я отправился в Англию.

«Инглдин-хаус» – Йоркширские вересковые поля.

– Эрин! К тебе пришел Гордон Стрейкер, – сообщила Элис Трент, экономка в «Инглдин-Хаус», когда Эрин вошла на кухню. – Он говорит, что является адвокатом Фейзела, и что-то упоминал о завещании.

– Я разговаривала с ним по телефону пару дней назад. Он сообщил, что будет проездом из Лондона.

– Он ждет тебя в библиотеке. – Элис на минуту перестала чистить картошку и взглянула на взъерошенную Эрин. – Что это с тобой, скажи на милость? У тебя такой вид, словно ты спускалась в угольную шахту.

– Я освобождала большую спальню. – Эрин небрежно глянула на полосы пыли на джинсах. – Она будет отличной игровой комнатой.

После похорон Фейзала прошло почти три недели. Его смерть не была для нее неожиданностью. Год назад он сказал ей, что у него неоперабельная опухоль мозга. Теперь он успокоился и, возможно, воссоединился со своей возлюбленной Мириам. Как же не хватает его доброй улыбки и поддержки! Для Эрин он был единственным другом, ее опорой и защитой, и она тосковала без него. И не могла без паники думать о будущем. Благополучие Казима – главное для нее сейчас.

Эрин оглянулась на малыша, который деловито выдвигал ящики кухонных шкафов, исследуя их содержимое. Сын несколько раз спрашивал о Фейзале, но потом, похоже, поверил объяснениям, что папа уснул навсегда. Он был еще слишком мал, чтобы понять, что остался совсем один в этом мире. Эрин смотрела на прекрасного ангела, подаренного ей судьбой, и, глотая слезы, думала: «Пока у тебя есть я, малыш, ты не одинок. Я буду любить и защищать тебя, как обещала это твоему отцу».

– Чай готов. – Голос Элис ворвался в мысли Эрин. – Если хочешь отнести его наверх, я присмотрю за Казимом.

– Почему ты поставила три чашки?

– Мистер Стрейкер кого-то привел с собой. Я видела мельком, когда они проходили в дверь. На секунду мне даже почудилось, что это – двойник Фейзала. Скорее всего, он с Ближнего Востока. Высокий, темноволосый и просто нереально красивый. И так похож на хозяина! Может быть, это его родственник, как думаешь?

От необъяснимой тревоги у Эрин засосало под ложечкой.

– У Фейзала не было семьи, – быстро ответила она, взяв поднос. – Понятия не имею, кто этот человек, скорее всего, один из его партнеров по бизнесу.

– Неплохо бы тебе пойти и переодеться, – Элис смерила ее скептическим взглядом с ног до головы, – да времени нет. Снова пошел снег, и мистер Стрейкер хочет успеть вернуться в город, пока не разыгралась непогода.

Эрин поспешила из кухни и, проходя через отделанный дубом холл, поймала свое отражение в зеркале. Выгоревшие джинсы и футболка оказались грязнее, чем она думала, а волосы, заплетенные в длинную косу, растрепались. Но вряд ли Гордона Стрейкера или его компаньона заинтересует ее внешность, подумала Эрин, одной рукой удерживая поднос, другой открывая дверь в библиотеку.

У окна стоял мужчина и смотрел на открывавшийся вид вересковых полей. При взгляде на него у Эрин едва не остановилось сердце. Она поняла, что имела в виду Элис, сказав о двойнике Фейзала. Не только профиль незнакомца казался до боли знакомым, но и ежик черных волос, и кожа с бронзовым оттенком были те же. Но вот он повернул голову, и здравый смысл одержал верх над разыгравшимся воображением Эрин.

На нее глянуло чужое незнакомое лицо. Этого человека она видела впервые, разве что он был таким же темноволосым и смуглым, как и Фейзал. Она окинула его быстрым взглядом. На нем был превосходно сшитый светло-серый костюм, эффектно подчеркивавший крепкую стройную фигуру. Его рост явно превышал шесть футов, а широкие плечи свидетельствовали о недюжинной силе и мощи. Глаза Эрин снова скользнули к его лицу. Едва взглянув на него, она ощутила, как сердце затрепетало в груди. Из-под смоляных бровей смотрели черные, как ночь, глаза. Благородный орлиный профиль делал его внешность неординарной. Этот мужчина был идеалом мужской красоты, и у Эрин перехватило дыхание от немого восхищения. Он был само совершенство, но при этом не был похож на денди с обложки глянцевого журнала. Этот супермен был из плоти и крови, и от этого эффект, который он произвел на нее, был особенно сильным. Мужчина окинул ее сверху донизу холодным взглядом, и она почувствовала, что краснеет.

– Здравствуйте, я принесла чай, вы, наверно, замерзли. В «Инглдин» слишком слабо топят, потому что трубопровод тут совсем старый.

Черные ресницы взмыли вверх, и щеки Эрин загорелись еще ярче. Сходство незнакомца с Фейзалом было бесспорным. Но ее чувства к Фейзалу были основаны исключительно на дружбе и симпатии. Ни он, ни какой-либо другой мужчина не вызывали в ней этого необузданного сексуального желания, которое будоражило сейчас ее кровь. Она слабела от его ослепительной мужественности и понимала, что глупо выглядит, вот так с изумлением таращась на него. Заставив себя оторвать от него взгляд, Эрин прошла к столу и поставила поднос.

– Меня зовут Эрин. – Она несмело улыбнулась, протянув руку в ожидании ответа.

– Можете налить чай и идти. В вашем присутствии больше нет необходимости, – сказал он монотонным и высокомерным тоном, повернувшись к окну, за которым кружил снег.

Эрин уставилась в его спину, шокированная такой надменностью. Да кем он себя возомнил? И как он посмел разговаривать с ней таким тоном, словно она бедная прислуга!

Потрясение переросло в гнев. Приемные родители воспитали ее в убеждении, что она – полноценный член общества. Но ту хрупкую уверенность в себе, которую она обрела благодаря Джону и Энн Блэк, подавить было легко. Потому что в душе Эрин по-прежнему была нелюбимым ребенком и колючим подростком, которого поместили в детский дом, когда ее мать погибла от передозировки наркотиков.

Она закусила губу и взяла чайник, разрываясь между желанием выскользнуть из комнаты и искушением сказать незнакомцу какую-нибудь колкость. Но в этот момент дверь распахнулась, и в библиотеку торопливо вошел худощавый, седовласый адвокат, которого она видела как-то в Лондоне, когда ездила туда вместе с Фейзалом.

– А, Эрин! Чай – это замечательно! – восторженно приветствовал ее Гордон Стрейкер. Заметив снегопад за окном, он нахмурился, глянул на часы, присел к столу и достал папку с документами. – Присаживайтесь и начнем, – Он приглашающим жестом показал ей на стул. – Я вас надолго не задержу. Завещание Фейзала очень короткое.

Захир остался стоять у окна, наблюдая, как девушка выдвигает стул. Как только она вошла в комнату, он вдруг ощутил в груди пустоту и стесненность.

Она была самой красивой женщиной, которую ему приходилось когда-либо видеть, но его раздражала импульсивная реакция собственного тела. Захир не в состоянии был отвести взгляд от ее лица, высоких скул, больших серых глаз, которые изучали его из-под тонких темно-русых бровей. Мягкий овал ее лица, этот аккуратный прямой нос и чувственные полные губы вызвали в нем необъяснимый трепет.

Цвет роскошных волос, заплетенных в толстую косу, спускавшуюся до талии, вобрал в себя все насыщенные оттенки красных осенних листьев. Много лет назад, когда он был студентом Гарварда, его поразило буйство красок природы Новой Англии в октябре. Ему вдруг захотелось развязать ленту в косе и пробежаться пальцами по шелковистым волосам.

Его взгляд спустился ниже, скользнув по небольшой груди, тонкой талии, узким бедрам и длинным ногам в потертых джинсах. «Даже перед смертью Фейзал не терял интереса к эффектным женщинам, если у него была такая прислуга», – саркастически усмехнулся Захир. Сам он предпочитал, чтобы обслуживающий персонал носил униформу, а не узкие джинсы.

Но зачем адвокат попросил эту женщину остаться? Может быть она упомянута в завещании? Она очень красива, а Фейзал был одинок... Но мысль о том, что брат мог завещать символическую сумму за оказанную благосклонность, была неприятна, поэтому Захир оборвал свое зарвавшееся воображение.

Их взгляды встретились, и между ними вспыхнуло не поддающееся объяснению притяжение, смутившее обоих, повисшее молчание в комнате нарушило деликатное покашливание адвоката. Захир очнулся: он приехал сюда не ради того, чтобы глазеть прислугу. И, подойдя к столу, сел на стул.

«Я, Фейзал бин Калид аль-Мунтассир, – начал читать Гордон Стрейкер, – оставляю все свое имущество, включая «Инглдин-хаус» со всем его содержимым, своей жене».

Боковым зрением Эрин заметила, что незнакомец резко выпрямился на стуле.

– Моя невестка умерла три года назад. Это завещание недействительно, – произнес он нетерпеливым тоном.

– Уверяю вас, что это – самое последнее завещание. – Гордон Стрейкер посмотрел на незнакомца поверх очков. – Мой клиент попросил меня составить его десять месяцев назад. – Адвокат замолчал, глядя на их удивленные лица. – Простите, я не представил вас друг другу, потому что думал, что вы уже знакомы... встречались на свадьбе... Теперь понимаю, что нет... Эрин, позвольте представить вам принца Захира бин Калида аль-Мунтассира, брата Фейзала. Принц Захир, это – Эрин, вторая жена Фейзала.

Стены библиотеки поплыли перед глазами Эрин, и она уцепилась за край стола, пытаясь понять смысл слов Гордона Стрейкера.

– Но Фейзал говорил, что у него нет семьи, – пробормотала она, переводя взгляд с доброжелательного лица адвоката на надменную маску незнакомца рядом с ней. От его холодного взгляда по позвоночнику пополз холодок.

– Здесь, должно быть, какая-то ошибка. – Монотонный голос Захира нарушил повисшую тишину.

Он испытал потрясение, а вместе с ним жестокую и необъяснимую ярость, затмившую собой горечь, которая захватила его после смерти Фейзала.

Какая ирония судьбы! Он опять проиграл брату, как и шесть лет назад. Эта женщина с серыми, подернутыми поволокой глазами и чувственным пухлым ртом была женой Фейзала. Это он распускал ее волосы и любовался, как они струятся по спине. И касался рукой этой нежной, как у младенца, кожи... А Захир лишь фантазировал об этом с той минуты, как только увидел ее.

И даже понимание того, что она менее двух недель назад стала вдовой, не умаляло его желания прижаться к ее губам, сорвать одежду и повалить на стол.

Захир скривил губы от отвращения к самому себе и призвал на помощь железную силу воли, чтобы унять разыгравшиеся гормоны. Какое ему дело до нее и того, какие отношения у них были с Фейзалом? Есть только одна причина, по которой он находится здесь, только одно дело, которое касается его лично. Захир встал и отошел к окну, чтобы оказаться подальше от той, что так взволновала его.

– Здесь нет никакой ошибки! – горячо воскликнула Эрин, вскочив на ноги. – Я была женой Фейзала, и у меня есть свидетельство о браке!

– Приношу свои извинения, мне об этом не было известно. Ваш наряд вряд ли подходит для супруги принца, и я подумал, что вы – домашняя прислуга.

У Эрин вспыхнули щеки, когда его оценивающий взгляд смерил ее с ног до головы, и мысленно отругала себя за то, что не переоделась для встречи с Гордоном Стрейкером. Но откуда ей было знать, что она встретит здесь настолько высокомерного, насколько и чертовски привлекательного принца, который окажется братом Фейзала.

Эрин подняла подбородок, и яростный, непокорный взгляд серых глаз встретился с бездонными глазами Захира бин Калида Мунтассира. От того, как он посмотрел на нее, по спине побежали мурашки, и только когда тот отвел глаза, Эрин поняла, что все это время стояла, затаив дыхание.

– За последние шесть лет мой брат окончательно отдалился от семьи, – холодно пояснил Захир.

При слове «семья» у Эрин все сжалось внутри. Какая семья? Фейзал всегда твердил, что у него нет родственников. Теперь оказалось, что появился не только брат, но и вся остальная ближайшая родня тоже существует. Почему он лгал ей? И если Фейзал порвал связь с семьей, каким образом им стало известно о его смерти? Ее беспокойство возрастало по мере того, как и увеличивалось ее недоумение, пока не стало граничить со страхом. И тут опять заговорил Захир.

– Я ничего не знал, пока не получил письмо, которое Фейзал попросил мистера Стрейкера отправить после его смерти. В нем сообщалось, что моя невестка умерла три года назад. В этом письме Фейзал не сообщал, что женился повторно. – Захир быстро взглянул на Эрин. – Две недели назад я также узнал, что у брата есть сын, который остался сиротой. – Он снова бросил взгляд на нее. – Как единственная наследница Фейзала, вы теперь – очень состоятельная женщина, – произнес он с подчеркнутой иронией. – Но меня интересуют не деньги и не этот жуткий дом, – пренебрежительно добавил Захир, оглядывая библиотеку. – Мой единственный интерес – племянник Казим. Полагаю, за ним хорошо ухаживали после смерти брата? Я приехал, чтобы забрать его на родину отца, в Куббу, чтобы его воспитала наша семья. Пожалуйста, сообщите его няне, что я хочу познакомиться с ним, и попросите срочно упаковать его вещи. Нам необходимо как можно скорее отправиться в дорогу, пока погода совсем не испортилась.

Эрин задохнулась от таких слов, а сердце от волнения гулко застучало в груди.

– Вы никуда не заберете Казима! Выйдя замуж за Фейзала, я усыновила ребенка. И мой сын останется здесь, в «Инглдин». Это его дом, – решительно произнесла Эрин, стараясь не замечать гневного выражения лица Захира.

– Это правда? – Захир снова обратился к адвокату, глянув на Эрин так, словно она была чем-то вроде мебели.

– Да, правда, черт возьми! – Она уперла руки в бока и с яростью смотрела на Захира. – Казим – мой сын по закону, и я не позволю вам забрать его. У вас нет никаких прав.

– Это мы проверим, точнее, мои юристы проверят, – резко заявил Захир.

Его подбородок окаменел. За все тридцать шесть лет никто ни разу не позволял себе разговаривать с ним так неуважительно, тем более женщина. Хотя он никогда не был ретроградом и признавал равноправие полов. За время правления его отца Кубба постепенно превратилась в более либеральное государство, чем большинство их соседей. И сам Захир большую часть жизни провел в Америке и Европе, где у женщин и мужчин равный статус. Но он – член правящей арабской фамилии и считал должным, чтобы к нему относились соответствующим образом, преклонялись и восхищались все женщины без исключения.

Он не привык, чтобы на него повышали голос. И даже тот факт, что в гневе Эрин была еще прекраснее, не извинял ее. Она тяжело дышала, и Захир поймал себя на том, что следит, как поднимается и опускается ее грудь. Он не помнил, чтобы когда-то хотел женщину с таким позорным для мужчины нетерпением.

Захир отвернулся и, стараясь скрыть растерянность, пригладил рукой короткие волосы. Черт, эта женщина оказалась непредвиденным препятствием на его пути. На другой стороне земного шара старик с разбитым сердцем ждет встречи с внуком. Он обещал отцу, что привезет сына Фейзала в Куббу, и выполнит свое обещание. Но ситуация вышла из-под контроля. Захир без ложной скромности считал себя блестящим бизнесменом и прозорливым стратегом. Но впервые в жизни он чувствовал свою беспомощность и ненавидел себя за это.

– Я не верю, что вы собирались увезти трехлетнего ребенка в другую страну, когда он даже не знает вас, – бросила Эрин. – Казим совсем маленький и только что потерял отца. Вам не приходило в голову, что он может испугаться?

– Я приехал сюда один, без своего обычного сопровождения, – фыркнул Захир, озадаченный ее упреками, – чтобы малыш мог познакомиться со мной. Мой брат должен был понимать, что как только я узнаю о существовании ребенка, то приеду за ним, – резким тоном добавил Захир. – Во дворце в Куббе его уже ждет профессиональная няня, которая будет ухаживать за ним.

Страх сковал Эрин, но она постаралась не подать виду.

– Мне жаль, что вы зря потратили время, – вежливо, но твердо произнесла она. – Фейзал хотел, чтобы Казим вырос в Англии, со мной. Он просил меня усыновить мальчика, и я счастлива, что сделала это.

– Но почему в таком случае он ни слова не сказал о вас в письме?

Захир задал вопрос, на который Эрин не могла ответить. Но ее спас Гордон Стрейкер.

– Простите, что прерываю вас, – начал он, вставая со стула, – но погода портится, и мне надо успеть на поезд. – Он стал натягивать пальто, беспокойно поглядывая в окно на свинцовые тучи, которые предвещали долгий буран. – Эрин, если тебе нужен мой совет... – Он колебался и взглянул на Захира, прежде чем продолжить. – Пожалуйста, звони мне в офис в Лондоне в любое время.

Адвокат направился к двери.

– Вы уверены, что в завещании ничего не сказано в отношении ребенка? Никаких пунктов, указывающих, кто должен позаботиться о Казиме? – отрывисто спросил Захир.

– Нет, – коротко ответил адвокат. – Ваш брат все оставил Эрин, сочтя, что она сделает все как нужно.

– Вот именно! – подхватила Эрин и вспыхнула от негодования, выйдя из себя при виде скептического выражения лица Захира. – Я люблю Казима как собственного ребенка.

– Правда? – Захир цинично рассмеялся. Слова Эрин звучали убедительно. Но как он мог поверить в то, что она готова посвятить свою жизнь ребенку, который не был ее собственной плотью и кровью, если родная мать Захира когда-то бросила его?

Захир вдруг осознал, что последние десять лет даже не вспоминал о своей матери. Джорджина была второй женой отца. По словам трех старших сестер султана, независимой американке было сложно привыкнуть жить по строгому канону супруги правителя Куббы. Захир не знал этого и просто смирился с ее частыми поездками в Америку, каждый раз нетерпеливо ожидая ее возвращения во дворец. Но когда ему исполнилось одиннадцать лет, она уехала навсегда, и он больше никогда не видел ее и не разговаривал с ней.

По словам отца, она ухаживает за больной матерью и не может вернуться. Захир отчаянно тосковал по ней и долгое время хранил под подушкой ее шелковый халат, каждую ночь заворачиваясь в него. Когда ему исполнилось четырнадцать, он узнал правду. Мать категорически отказалась жить в Куббе и отреклась от единственного сына в обмен на огромную денежную компенсацию, полученную от отца.

Она продала его, и Захир больше никогда не плакал и не думал о ней. Но он получил ценный урок о любви и вере. И этот урок повторился спустя шесть лет, когда его предала любимая женщина.

Шум за дверью библиотеки вернул Захира к действительности. Детский плач перемежался с утешавшим малыша голосом, говорившим с отчетливым йоркширским акцентом. Спустя мгновение дверь распахнулась и на пороге появилась женщина с заплаканным ребенком на руках.

– Прости, – обратилась она к Эрин, – Казим ударился головой о кухонный стол. Ты же знаешь, как он бегает повсюду. На лбу вскочила шишка, а он не дает мне успокоить его, хочет к тебе.

Эрин немедленно взяла на руки рыдающего малыша. У нее сжалось сердце, когда детские ручонки обхватили ее за шею.

– Ш-ш-ш, все в порядке, малыш, дай я посмотрю твою голову. – Эрин убрала темную кудряшку с его лба и, осмотрев багровый синяк, приложила приготовленный Элис пакет со льдом. – Ничего страшного, у тебя просто синяк.

Рыдания Казима постепенно стихли. От него пахло душистым мылом и детской присыпкой, и сердце Эрин сжалось от любви к малышу. Никто не заставит ее отказаться от него, но в душе поселилось мрачное предчувствие.

– Разве вы не собираетесь показать ребенка врачу? – холодно поинтересовался Захир.

Казим ерзал на руках у Эрин, желая поскорее спуститься вниз.

– С ним все в порядке, – кратко ответила Эрин. – Я прекрасно знаю работу няни и умею оказывать первую помощь.

Эрин вздернула подбородок и встретилась с надменным взглядом Захира. В глубине темных глаз она заметила полыхающую страсть, но он мгновенно опустил ресницы. Потрясенная, Эрин взглянула на Гордона Стрейкера, спешившего к двери.

– Присмотри за ним, – обратилась Эрин к домработнице, передавая ей малыша, – пока я провожу мистера Стрейкера.

Она пошла следом за адвокатом и остановила его у выхода.

– Мистер Стрейкер, когда Фейзал отдал вам письмо для брата? После того как женился на мне?

– Нет, это было примерно за месяц до его смерти. Раньше я не знал, что у него есть семья. Вижу, и вы удивлены.

Эрин закусила губу, чувствуя непреодолимое желание все рассказать адвокату.

– Как только Фейзал узнал о том, что смертельно болен, он позаботился о будущем Казима, – быстро сказала Эрин. – Я начала ухаживать за малышом, когда ему еще не исполнилось и трех месяцев. Жена Фейзала умерла во время родов. Когда год назад у него обнаружили рак, он попросил меня выйти за него замуж, чтобы легче было усыновить Казима. Фейзал говорил, что у него больше никого нет, а ему не хотелось, чтобы Казима воспитывал опекун, как меня... – Эрин ненавидела говорить о своем прошлом. – Моя мать была наркоманкой и умерла, когда мне исполнилось десять лет. Остаток детства я провела под опекой социальных служб. Я была трудным подростком, и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы меня не взяли на воспитание. Мой приемный отец работал в «Инглдин-хаус» садовником. Около двух с половиной лет назад здесь появился Фейзал с маленьким сыном и взял меня на работу в качестве няни. Несмотря на мое прошлое, он не сомневался, что я буду любить и защищать Казима как собственного ребенка.

Эрин было больно думать о том, что Фейзал не был честен с ней. У него была семья, и перед смертью он решил рассказать родным о своем сыне. Неужели он сомневался в ее способности стать Казиму хорошей матерью? Или захотел, чтобы и его семья приняла участие в воспитании ребенка?

Все прежние сомнения и опасения Эрин вновь вспыхнули в душе. Но тут Гордон Стрейкер открыл входную дверь, и порыв ледяного ветра, ворвавшийся в холл, вывел Эрин из задумчивости.

– Эрин, ты – приемная мать Казима. – Адвокат улыбнулся. – И никто не может забрать его у тебя. Только ты можешь решить, надо ли ребенку общаться с его семьей в Куббе.

Он поднял воротник пальто и шагнул в метель.

– Я провел небольшое расследование. – Он оглянулся на Эрин. – И выяснил, что принц Захир бин Калид аль-Мунтассир – расчетливый бизнесмен и рискованный человек, его уважают за ум и смелость. Он привык добиваться своих целей с беспощадной настойчивостью. Вместе с этим многие считают его обаятельным и милым, особенно женщины. – Адвокат улыбнулся, видя, как вспыхнули щеки Эрин. – Будь осторожна, не позволяй ему обижать себя, дорогая.

– Не беспокойтесь, не позволю!

Но, возвращаясь в библиотеку, Эрин дрожала от необъяснимого волнения. Этот человек излучал опасность, и хищный блеск в глубине его темных глаз предупреждал Эрин, чтобы она была начеку.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю