Текст книги "Ревизор: возвращение в СССР 65 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 6

Москва, театр «Ромэн»

Боянов сказал, что встречаемся централизованно около театра «Ромэн». Там к нам чиновники из Минкульта присоединятся и поедем на автобусе к японскому посольству. Что же, в СССР так обычно и принято. Видимо, чтобы еще на ранней стадии выявить отсутствующих и успеть направить кого-то за ними, чтобы вся делегация приехала к посольству в полном составе.

Вышел из машины и тут же наткнулся на Андрея Миронова.

Он мне тут же руку пожал со словами:

– Паша, похоже, Боянов в пятницу правильно сказал. Ты действительно приносишь мне удачу. Никто ничего от японцев не ждал, и вдруг видеодвойка! Неплохо съездили в Японию!

– Я может и автор пьесы, но ты же в Японии главную роль играл, так что сложно сказать, кто из нас кому удачу приносит. Может, не будь там тебя в главной роли, и не было бы сейчас никаких видеодвоек. – ответил я. – Так Боянов все же до тебя дозвонился? А то на инструктаже в Минкульте тебя не было. Я подумал, что ему не удалось связаться.

– Дозвонился, – ответил Миронов. – Но у меня на это время была репетиция в своем театре назначена. Так что Плучек позвонил в Минкульт, и там согласились пропустить меня в посольство без инструктажа. Решили, что я на церемонии вручения подарков от японского посольства Советский Союз не подведу.

– Так даже лучше, – улыбнулся я. – Ты ничего не потерял, пропустив пятничный визит в Минкульт.

– Поверь, Паша, я тоже абсолютно был в этом уверен, – с ответной улыбкой сказал мне Миронов.

– А Плучек нормально к этому отнесся? – поинтересовался я. – Не стал ревновать к «Ромэн»?

По лицу Миронова пробежала тень.

– Само собой, он меня немного ревнует, – со вздохом сказал он. – Хотя он человек культурный и вежливый. Что есть, то есть. Но к известию о цветной видеодвойке, что у меня дома появится, он отнесся с энтузиазмом. Сказал, что можно будет просить иностранные театральные делегации привозить их спектакли на видеокассетах. А мы будем потом просматривать их. Мало ли чему-то интересному научимся у коллег? Ну и тем более очень удобно это будет делать в домашней непринужденной атмосфере.

– Да еще любой заинтересовавший момент можно отмотать назад, – согласился я. – Чтобы заново все пересмотреть. Только вы заранее сообщайте делегациям, что к вам планируют приехать, нужный формат. Ведь этот видеомагнитофон и телевизор работают в определенном формате. Сейчас их существует несколько. И кстати говоря, этот цветной видеомагнитофон – абсолютная новинка. Раньше на рынке были только черно-белые модели. Велика вероятность, что формат будет непривычный и для ваших зарубежных гостей. Будет обидно, если привезенная кассета окажется не того формата, если заранее не предупредите…

– Ничего в этом не понимаю, – признался Миронов. – Но спасибо за предупреждение. Буду иметь в виду.

Тут к нам парочка актеров из «Ромэна» подошла. Стали уже вчетвером общаться. А затем, поскольку время уже приближалось к назначенному для сбора около театра, народ стал уже все быстрее и быстрее прибывать.

За следующие минут пять собрались все артисты театра «Ромэн», задействованные в моей пьесе. Боянов и Вишневский подошли. А после того как автобус приехал, тут же подъехала кинобригада на своей машине, и группа из пяти человек, державшаяся отдельно. Среди них я узнал только ту женщину, которая присутствовала на инструктаже от Минкульта. И в этой же группе, скорее всего, и журналисты были из газет.

Женщина с Бояновым переговорила вполголоса, и отдала команду садиться в автобус и выезжать. Все, кроме кинобригады, члены которой в свою «Волгу» уселись, так и сделали.

Боянов велел нам на всякий случай паспорта с собой захватить. Однако японцы никаких формальностей соблюдать не собирались. Когда мы вышли у входа в посольство из автобуса, нас там уже ждало несколько японских дипломатов помоложе. Они с поклонами на хорошем русском языке пригласили нас внутрь заходить.

Прошли по территории посольства к входу в главное здание. Шли чинной колонной, как на демонстрации.

А сразу на входе в здание нас уже и японский посол поприветствовал. С каждым за руку поздоровался.

Вошли внутрь.

Сразу показалось, что я на обычный дипломатический прием в посольстве Японии пришел. Ну а как могло быть иначе, если все мероприятие проходило в том же зале, в котором я уже был на дипломатическом приеме?

Также, как и во время приема, в зале звучала японская музыка. Стояли и фуршетные столы. Правда, поскольку нас немного пришло, вместо длинного ряда столов вдоль одной из стен обошлись всего тремя столиками, тесно уставленными всякими яствами.

В общем, фактически такой мини-прием получился.

Было еще одно очень важное отличие от обычного приема. В одном из углов огромного зала была устроена пирамида из картонных ящиков. Конечно, неполноценная пирамида, без острой верхушки. Но какую-то похожую фигуру из этих ящиков японцы выложить попытались. Видимо, они не хотели простого нагромождать коробки с видеотехникой друг на друга. Эстетика!

Артисты из «Ромэна» тут же жадными глазами впились в эти ящики. Отметил, что прилепившиеся к нам сопровождающие кидали на эти ящики тоже не менее жадные взгляды. Но в отличие от взглядов участников поездки в Японию, в них также сквозило и разочарование… Ну да, их роль незавидна. Они всего лишь наблюдать будут, как нас ценными подарками одаривают…

Я, конечно, жадных взглядов на будущие подарки не кидал. Смысл, если уже и так известно, что нам их подарят? Меня больше столы фуршетные интересовали. Проголодался, столько времени в кабинете просидев, а от них еще и очень вкусно пахло.

С церемонией награждения тянуть не стали. Всех пригласили проследовать прямо к усеченной пирамиде из картонных ящиков.

Японцы хотели уже приступить к процедуре вручения подарков. Но советская кинобригада попросила несколько минут. Мол, им нужно развернуть и подготовить все свое оборудование.

«Несколько минут» превратились в четверть часа. Долго они обустраивались. Ну да, цена ошибки сейчас велика. Слабое освещение выставишь, и потом, пленку проявив, увидишь лишь бледные тени вместо людей. А до этого будешь уверен, что съемки успешно провел…

Все это время мы терпеливо ждали. Актеры «Ромэн» вели себя непривычно сдержанно. Особой болтовни не допускали. Словно опасались, что если будут вести себя неподобающе, их отсюда выставят без подарка. Мне это напомнило детей на Новый год, которые терпеливо мнутся около Деда Мороза в ожидании своей очереди рассказать стишок и получить от него подарок…

А вот мы с Бояновым, Вишневским и Мироновым немного пообщались. Отойдя подальше от дипломатов и актеров, с ностальгией вспоминали недавнюю поездку в Японию. Японский посол и его заместитель, наверное, были бы совсем не прочь с нами тоже поболтать, судя по их взглядам, что они время от времени на нас кидали, но у них не было такой возможности. Они стояли около пирамиды с видеотехникой с еще одним незнакомым мне японцем, и послушно перемещались по указанию оператора кинобригады, помогая найти место, где освещение в самом зале будет оптимально сочетаться с освещением от прожектора на штативе, который киношники с собой привезли и установили.

Наконец, кинобригада закончила приготовления. И после этого началась церемония вручения наград.

Японский посол сказал, что сами подарки он будет вручать не один. Ему будет помогать начальник отдела культурного сотрудничества Министерства культуры Японии, специально прибывший из Японии.

Лицо начальника этого отдела показалось мне знакомым. Пересекались, что ли, во время поездки в Японию на одном из мероприятий? Ладно, если это так, и он меня лучше запомнил, то сам потом подойдет…

Именно он начал мероприятие. Много красивых слов сказал о перспективах культурного сотрудничества Японии и СССР. Долго говорил. Само собой, еще и переводчик время отнимал дополнительно. Те из нас, кто постарше, начали уже переминаться на ногах, тяжело долго стоять было.

За ним уже и наш дипломат выступил. На инструктаже его не было, но в автобусе он с нами ехал, как оказалось. Тоже долго говорил.

Дальше дело пошло уже бодрее. Японский посол сказал, что будет зачитывать по списку фамилии получателей награды, и награждаемый пусть выходит вперед.

Первым к послу пошел Боянов. Но вместо коробки с техникой ему вручили тонкий конверт. На лице Боянова появилось недоумение, когда он получил этот конверт. Он даже удивленно покосился на ящики.

Я прямо ощутил возникшее напряжение среди нашей группы участников поездки в Японию. Ясное дело, что все подумали про какую-то досадную ошибку. Вдруг наши чиновники неправильно поняли намерения японцев? И нам вместо японской техники вручат лишь обычные бумажки? Грамоты какие-нибудь благодарственные?

Я сам вспомнил похожее международное мероприятие. В нем в программе первым пунктом значилось на хорошем русском языке, что участникам раздадут ноутбуки. Ясное дело, что участники мероприятия были взбудоражены… Русским языком же написано – ноутбуки! А дело это было в начале двадцать первого века. Когда ноутбук дома себе позволить мог далеко не каждый россиянин…

Ну а когда уже собрались, то выяснилось, что просто возникли проблемы с переводом. Вместо компьютера каждый получил обычный блокнотик. По-английски и ноутбук, и блокнот одинаково пишутся… Далеко не все слово «лэптоп» используют…

Многие тогда очень сильно разочаровались. Ведь люди успели вообразить, что получат такой ценный подарок…

Я с самого начала не верил в щедрость организаторов. Даже подтрунивал над наивными коллегами. Но в глубине души и сам надеялся на получение настоящего ноутбука вместо дешевого блокнотика… Но нет, в тот раз мой цинизм оказался реализмом…

И что, тут тоже ошибка вышла?

* * *

Москва

Андрей и Наталья Ершовы, отставив дочку на попечение старшего сына, отправились в «Детский мир» выбирать подарки для сыновей журналиста Ивлева. Потрясла их, конечно, принесённая их сыну железная дорога, сделанная в ГДР. Дорогой подарок. А ведь до этого он ещё и железную машинку, тоже недешёвую, хотя, конечно, не настолько, Пашке тоже принёс. И две куклы Лене притащил в общей сложности. В общем, завалил их детей подарками.

По уму, конечно, надо было уже после первых подарков детям отдариться, но они тогда даже ещё и не знали, что у него самого дети есть. Кто же мог предположить, что у такого молодого парня уже двое близнецов?

Ну и еще неудобно было с этими подарками, что на самом деле, похоже, они ему были должны за его идею с этой публикацией в «Труде», а не он им. Ведь профорг на заводе уже Андрею сказала, что есть шанс, что эта публикация поможет ему продвинуться в очереди на квартиру. Ничего не обещала, конечно, потому что все же прекрасно понимают, что от мнения директора и парторга очень много зависит. Но намекнула вполне конкретно, что, может быть, на год-два раньше удастся квартиру получить. В особенности, если директора предприятия где-нибудь в вышестоящих организациях за эту статью о работнике его заводе похвалят.

Теперь только и остаётся надеяться, что похвалят. Ведь в этом случае, может быть, удастся пораньше решить проблему с жильём, которая только усугубится после рождения третьего ребёнка…

Хотя и не хорошо, конечно, даже мысленно связывать увеличение количества проблем с рождением третьего малыша. В тесноте, да не в обиде. И третий ребёнок тоже будет любимым.

Наташа села с калькулятором и дотошно посчитала, сколько они Ивлеву должны за эти четыре подарка, сделанные их детям. Выходило аж под сотню рублей. Остаётся только надеяться, что действительно та железная дорога Ивлеву была подарена. И он на неё сам не тратился, потому что деньжищи-то сумасшедшие. Не смогут они сами на такую же сумму отдариться…

– Лучше бы Павел эти деньги на своих детей тратил, – высказала Наташа общее их мнение. – А то неудобно совсем вышло.

«Детский мир», как обычно, был переполнен гостями столицы. Все знали, что тут периодически выкидывают всякий дефицит, который в провинции попробуй ещё найди. Андрей первым нашёл подходящую, с его точки зрения, покупку. Автоматы детские, которые при нажатии на курок стрекотать задорно начинают и мигают лампочкой. Но Наташа тут же покупку раскритиковала. Нет, не потому, что она была пацифисткой.

– Опасная игрушка для таких малышей, – сказала она тут же, повертев игрушку в руках. – Вот посмотри, это мигающая пластмассовая штука на конце… Она так привлекательно мигает, что они тут же её отломают и, мало ли, в рот потащат. Так ребёнок и подавиться может. Рано им ещё такие игрушки покупать.

Да, это оказалось настоящей проблемой. Игрушек для самых маленьких было полно, но они были в основном рассчитаны на малышей до годика. А вот выбрать что-то мальчику в возрасте полутора лет, да чтобы ещё хватило хоть на год следующий, прежде чем ребёнок вырастет, было достаточно сложно.

Юлы красивые были, и было их тут много. Андрей подобрал парочку и жене показал. Но Наташа тут же выразила сомнение, что их ещё детям не подарили.

– Андрей, если уж им по две железные дороги импортные за раз дарят, значит, такую мелочь, как юлу, они давно уже в подарок получили, – сказала она.

Андрей после этих слов даже немного разозлился, развёл руками и сказал:

– Ну, тогда даже и не знаю, что ещё и дарить-то можно. Наверное, ты уже тогда сама выбирай.

Наташа спокойно отнеслась к тому, что муж умыл руки. Пошла по рядам искать уже без его помощи подходящие игрушки. Нацелилась на большой пластмассовый самосвал и сказала мужу:

– Вот смотри, какой большой! По идее, ребёнок сможет сесть на него и, ногами отталкиваясь, кататься по квартире. Надо только крышку самосвальную поднять.

Тут уже Андрей начал высказывать свои сомнения.

– Послушай, мы же не знаем, как у журналиста с жилплощадью. А если у него тоже однушка, а ты такую гигантскую машину купишь? Куда они её поставят вообще?

Тут уже Наташа разозлилась.

– Ну, Андрей, тебе не угодишь. Он нам на сто рублей подарков детям принёс, а мы ему что? Набор кубиков подарим за два пятьдесят? Этот самосвал хоть каких-то приличных денег стоит. Посмотри, какой крепкий, все детали большие. Отломать, по идее, смогут, но в рот ничего мелкого и опасного затащить тут нет.

В общем, самосвал они первым этот приобрели. Затем ещё одна игрушка попалась, болгарская, – большой пластмассовый шар, при нажатии на который в нём начинали загораться отдельные сектора. На игрушке было написано, что это далёкая планета. Андрей её нашёл и гордился собой из-за этого так, что Наташа улыбнулась. Потрогав игрушку на прочность, чтобы убедиться, что из неё точно никакая мелкая деталь не вывалится, она подарок одобрила.

– Всё, наверное, пока на этом, – сказала она. – Всё же журналист нам, когда приходил, каждый раз только по одной игрушке детям дарил. Нехорошо будет, если мы сразу четыре притащим. Ну, по деньгам, конечно, мы и близко не подошли к его подаркам, но главное не подарок, а внимание. Надо будет тебе его набрать. Договориться с ним где-нибудь о встрече. Если что, Андрей, будь готов к нему в редакцию подъехать, чтобы его к нам за подарками не гонять, – сказала Наташа.

* * *

Москва, посольство Японии

К счастью, японский посол тоже заметил эту реакцию нашей группы. И понял ее правильно.

– Нужно пояснить, товарищи артисты, – сказал дипломат. – В конвертах лежат именные сертификаты на коробки с видеодвойками от корпорации «JVC». Сами ящики с техникой наши сотрудники погрузят в ваш автобус.

Возникшее напряжение тут же спало.

Меня вызвали третьим, сразу после Вишневского. Оба японца пожали мне руки. Конверт мне лично вручил сам посол.

Японцы вежливо поклонились. Я поклонился в ответ и вернулся к нашей группе.

За следующие несколько минут всем артистам вручили эти сертификаты.

Чиновник из японского Минкульта выступил вперед и пригласил всех гостей угоститься блюдами национальной кухни. Фуршетные столы находились в другом конце огромного зала. Уговаривать никого не пришлось.

Все, кроме телевизионщиков, которым нужно было свое оборудование сначала свернуть, бодро рванули к столам.

Японские дипломаты тоже пошли к столам. Исключение составил лишь сам посол. Он направился прямо ко мне.

Ясно, хочет со мной один на один переговорить… Удачный момент выбрал, надо признать.

– Ивлев-сан, – сказал посол. – Очень рад нашей новой встрече. Приятно видеть, что ваша поездка в Японию увенчалась таким прекрасным событием. Вот как высоко ваш спектакль оценили Токийский театр и японские зрители!

– Спасибо, Тору-сан, – ответил я. – Ваша похвала мне очень приятна. Но думаю, что успех был связан именно с работой актеров…

Вот и вежливо ответил, и правдиво. Не влезь актеры в драку в порту, не получи по морде, не пришлось бы маскировать их лица гримом под кабуки, что и вызвало потом такой восторг у японцев….

– Актеры не спасут, если пьеса плохая, так что я уверен, что хвалю вас совершенно заслуженно. – сказал посол.

Не стал уже в этот раз ничего комментировать. Он не в курсе, что там на самом деле было, вот и хорошо.

Мы достаточно быстро отстали от всех остальных участников мероприятия, что двигались к еде намного быстрее нас. Тоже шли за ними, но очень медленно, беседуя на ходу.

– Но я хотел спросить про ваши встречи в Японии, – продолжил посол. – Как вам собеседники, которых вам подобрало наше министерство культуры? Мне сообщали о ваших беседах с серьезными представителями политической и экономической элиты Японии. Сумели ли вы найти с ними общий язык?

– Можно сказать и так, – улыбнулся я. – Экспертные дискуссии по линии вашей ассоциации культурных связей с зарубежными странами оказались очень полезными. Мы отлично поговорили и с президентом корпорации «Тойота». Также состоялась продуктивная встреча с министром внешней торговли и промышленности. Все они достойные люди. И прекрасно понимают государственные интересы Японии. Жаль только, что существуют пределы для сближения наших стран.

– Вы имеете в виду ревность со стороны США? – уточнил посол. – Мы с вами уже говорили об этом риске при сближении СССР и Японии…

– Это более сложный процесс, Тору-сан, – пояснил я. – Американцы будут ревновать. Но и в Японии хватает людей с ориентацией на Америку. Им даже не нужны прямые запреты или недовольство Вашингтона. Они сами откажутся от сближения с Москвой из-за возможных претензий США. Просто на всякий случай…

Посол немного подумал и согласился со мной.

– Да, Павел, вы мудро отметили суть проблемы, – произнес он. – Иногда нужно начинать перемены с самих себя. Но я надеюсь на наше дальнейшее сотрудничество. Считаю, что мы должны эффективно взаимодействовать в доступных пределах.

– Конечно, Тору-сан, – сказал я. – Лично я ничего против Японии не имею. Мне очень нравится богатый вклад древней японской цивилизации в мировую культуру. Приятно отметить и то, как вы активно развиваете высокие технологии…

Я думал, что мы ограничимся этими общими вежливыми фразами. Мы уже подходили к фуршетным столам. Около столов выстроилась очередь. И там наш разговор уже могли услышать посторонние.

Японец тоже понимал, что у нас не больше минуты осталось на приватный разговор. И то только в случае, если мы еще больше замедлимся…

– Как вы смотрите на повторение экспертного сотрудничества? – спросил дипломат, вообще остановившись. – Мы могли бы организовать персональное приглашение в Японию. Или лучше выбрать другой удобный формат?

– Лучше выбрать другой формат, – ответил я не раздумывая. – Вспомните недавнюю конференцию в Московском государственном университете. Такой вариант для меня будет гораздо удобнее длительных заграничных поездок.

Посол с пониманием кивнул и выразил уважение к моему желанию работать на родине. Мы снова пошли к остальным участникам фуршета.

На этом мы наш разговор и закончили. Как подошли к фуршетным столам, посол сразу на Боянова переключился, а я в очередь стал, думая над тем, что от посла услышал.

Интересно получилось с предложением посла о новой поездке. Однако надо оставаться реалистом.

Во-первых, Андропов точно не одобрит мой одиночный выезд в Японию. У председателя КГБ есть серьезные основания для опасений, что его иностранные коллеги могут попытаться завербовать меня без присутствия рядом других советских граждан. Да мало ли, еще и подставив как-то, чтобы шансы на это повысить…

Во-вторых, мне самому нет никакой практической пользы от такого вояжа. Я и за прошлую поездку не успел потратить все йены, что с собой поменял и Фирдаус передал. И все равно привез оттуда целую кучу разнообразных сувениров. Всех близких людей я уже успел порадовать подарками.

Зачем мне в таком случае снова везти что-то из Японии?

Да и квартира у меня неплохо обставлена и обустроена. А теперь в ней появится и новейший японский видеомагнитофон. Это самая передовая бытовая техника в мире.

Понятно, что японцы много что хотят от меня услышать. Понравилась им моя аналитика… Но все, что хотел, с учетом того, что страна нам недружественная, я уже сказал… А в том объеме информацию получать, в каком Андропов или МИД могут рассчитывать, японцы не заслужили…

Практически открыто министра внешней торговли и промышленности Японии предупредил, что американцы скоро начнут давить на страну из-за успехов японского экспорта… Уверен, что он прекрасно меня понял. И есть даже такое ощущение, что и поверил мне. Если какие-то шаги в результате Япония предпримет, чтобы так сильно на американцев не полагаться, то для СССР это к лучшему. Это откроет большие возможности для сотрудничества с Японией, чем в том будущем, что я сам знаю.

Следующие полчаса ко мне уже никто больше из японцев не подходил. Да и я тоже общаться с другими японскими дипломатами не рвался. Стояли в основном нашей группой с Бояновым, Вишневским и Мироновым. Угощались японскими яствами и неспешно разговаривали. А потом Миронов меня в сторону поманил.

Отошли с ним.