Текст книги "Ревизор: возвращение в СССР 65 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 5

Москва, КПК при ЦК КПСС

В КПК приехал пораньше, к двенадцати двадцати. Не в машине же мне сидеть после совещания с Захаровым? В этот раз Вася позвонил ровно в час.

– Паша, привет, – сказал он. – Давай быстренько тебе последние новости изложу, пока я тут один сижу. Извини, в пятницу не мог позвонить. Мне как раз на обеденное время в местном ОБХСС встречу устроили по знакомству. И, само собой, для того чтобы я там проставился в обмен на информацию, а не просто так пришел, послушал, покивал да ушел. Я все так и сделал. И твой самогон тоже пригодился.

Короче, подтвердили они наши подозрения в адрес Венгерова.

Намекнули, что ходу им нет на эту фабрику. Начальство запрещает. Венгеров под высоким покровительством работает, раз полковники и генералы милицейские местную ОБХСС не пускают на эту фабрику. А ещё они намекнули, что это не единственная фабрика или завод, на который им ходу нет, даже если сигналы вдруг появятся.

Так что покровитель Венгерова в Ленинграде, скорее всего, не одну, а пять, а то и десять фабрик уже под себя подмял. Для того чтобы левую продукцию гнать. Или просто со складов что-то тащат, а оформляют так, чтобы всё благоприятно выглядело. Под порчу от пожара списывают, или от протечки воды, и тому подобное делают. По этому поводу, кстати, тоже буду смотреть, были ли такого рода списания товара на фабрике Венгерова.

– Если и были, – сказал я, – то вряд ли что-то по этому поводу удастся доказать. Разве что они совсем неграмотно это списание выполнили.

– Согласен, но надежда есть, что накосячили, списывая якобы попорченный товар. – сказал Вася.

– Но, с другой стороны, – сказал я, – если не будет подобного рода бумаг, а мы точно знаем, что Венгеров там какими-то махинациями занимается, значит, они какими-то другими путями свою выгоду с этой фабрики имеют. Либо как-то иначе крадут, другими способами, либо левый цех у них там вовсю работает.

– Ага, – сказал Вася. – Согласен, сузится круг возможных противозаконных действий. Я примерно тоже так это рассматриваю. Слушай, по поводу Маруси этой, предполагаемой любовницы, как ты смотришь на то, чтобы из КПК кого-нибудь в Крым отправить по поводу нее? Чтобы с ней там побеседовать? Я бы и сам полетел, но у меня ж командировка только Ленинградом ограничена. Может, ты с Межуевым договоришься, чтобы мне разрешили прямо из Ленинграда в Крым слетать с этой девушкой пообщаться?

– Тебе вряд ли разрешат из КПК туда ехать с Марусей беседовать, – покачал я головой. – Я Межуеву, как в пятницу доложил об утечке информации, так он сказал, что наверх пойдет беседовать по этому поводу. Прямо фамилию Пельше не назвал, но куда же ему еще выше-то идти, как не к Арвиду Яновичу при его должности? И расстроился он сильно. Сейчас явно серьёзную проверку в КПК устроят. А что это означает, сам понимаешь.

– Ага, – сказал Вася. – Никому из тех, кто мог информацию слить, прежней веры уже не будет, пока расследование не закончится. Так что ни мне, ни тебе дополнительных каких-то полномочий или разъездов по этому делу не назначат. Но ты тем более тогда иди к Межуеву и предлагай меня в Крым отправить. Меня не пошлют, так мало ли, кого-то из своих отрядят. И информацию дополнительную получат. Любовница она, не любовница – надо выяснить, в чем там дело, ведь явно не случайно Венгеров ее из города отправил. Вполне может быть, что она из тех, кто любой секрет разболтает, стоит только вопрос задать. И если повезет, то она вообще не любовница, а какую-то роль в его махинациях играет важную…

– Да, так и сделаю, – согласился я. – Да заодно еще раз в выгодном деле тебя Межуеву подсвечу. Пусть видит, как ты там в Ленинграде стараешься до истины докопаться…

Положив трубку после разговора, задумался. Было у меня, конечно, искушение обратиться к Мещерякову, чтобы одного из наших людей в Крыму отправили поговорить с Марусей. Но я его достаточно быстро преодолел. Глупость это сплошная…

Во-первых, получается парадокс. Я что, буду задействовать структуру противозаконной группировки для того, чтобы расследовать деятельность другой такой группировки? При этом каких-то оснований с точки зрения здравого смысла у меня для этого не имеется.

Одно бы дело, если бы, как это в свое время было с группировкой Володина, что она бы нам вызов какой-то бросила. И у нас уже выхода никакого не было, как громить ее. А для этого, естественно, первоначально информацию собрать бы требовалось.

Но это же не так, мы в Москве работаем, а они в Ленинграде. Друг друга никак не задеваем. Так что Мещеряков, несомненно, обалдеет, если я ему скажу, почему у меня эта просьба появилась.

Ну и второй момент. Пусть даже кто-то там из наших эту Марусю разговорит, и признается она, к примеру, что является любовницей этого Венгерова. И что тогда? Это же мы и так с Васей подозреваем, учитывая, как ее экстренно из города сплавили в день приезда проверки.

Что, мне отправлять этого члена нашей группировки давать свидетельские показания в КПК? На каком основании он туда пойдет? Скажет, что его я попросил, хотя он сотрудником КПК и не является? С точки зрения Межуева это будет грубым нарушением моих полномочий. С чего это я вдруг для такого ответственного дела, да еще вне рамок своих полномочий, гражданского привлек?

А во-вторых, я же тем самым засвечу человека из нашей группировки перед организацией, которая профессионально всякими расследованиями занимается. Да, в основном в отношении достаточно серьезных партийцев, но навыки отработанные никуда не деваются. Мало ли этот человек у них и так уже на заметке по какому-то другому вопросу был однажды или в связи с кем-то. Да еще эта дополнительная проверка, что будет идти по делу Венгерова, пытаясь допытаться, кто информацию ему слил о нашем приезде.

Так что глупость эта была бы несусветная, подумай я к Мещерякову с таким вопросом обратиться. Он бы тут же к Захарову побежал. И у обоих возникли бы опасения в том, что я в полной мере осознаю то, что делаю.

Так что так я работать точно не буду.

Поэтому я пошёл к Межуеву. В этот раз повезло, никого у него не было. Так что едва я зашел в приемную, как Таисия Григорьевна тут же к нему лично в кабинет сбегала, не став даже селектором пользоваться. И, вернувшись обратно, рукой поманила меня заходить к шефу.

Я теперь уже, конечно, как сотрудник КПК к Таисии Григорьевне без всяких шоколадок захожу. А ей уже, такое впечатление, и плевать на всякие подарки. Она и так неизменно вежливо теперь со мной общается. То ли та выволочка, что я ей сделал однажды, помогла мозг на место поставить. То ли она пока что пребывает в состоянии эйфории, что её начальник стал вторым человеком в организации, где раньше был обычным инспектором. И она вслед за ним тоже, естественно, очень сильно вверх подскочила.

Ну что сказать? Действительно, есть с чего радоваться.

– Владимир Лазоревич, – сказал я, – знаю, вы человек занятой, не буду у вас время отнимать. Майор Баранов предлагает, и я с ним согласен, что было бы неплохо, если бы он либо в ходе этой командировки в Ленинград, либо сразу после нее в Крым слетал пообщался с предполагаемой любовницей Венгерова. Не случайно же он ее, согласитесь, из города сплавил – комиссия на фабрику, а она в самолет.

– Жаль, что не на завод. Хорошая рифма вышла бы. Комиссия на завод, Маруся в самолет, – улыбнулся Межуев. – Хорошо, Паша, идея здравая. Давай я над ней подумаю и приму решение. Хотя сразу скажу, что если и полетит твой Баранов, то только уже после этой командировки. Потому что уверен, что его опыт сотрудника ОБХСС двум другим нашим товарищам очень пригодится во время этой проверки. Мошенники тамошние, конечно, подчистили бухгалтерию во время той ночной экстренной работы, но что-то авось и не успели. И если получится это найти, то уже не так и важно, что с этой Марусей у директора. У него гораздо посерьезнее проблемы появятся. А так, в целом, появилось ли что-то уже порочащее на Венгерова?

Я ему вкратце последние сообщения от Васи и Савченко пересказал.

– Значит, пока что кроме подозрений и нет ничего, – сказал он, наморщив лоб, – подозрения, конечно, весомые, но ищите доказательства преступной деятельности или порочащего члена партии поведения Венгерова.

Сказал ему, что будем этим заниматься, и вернулся к себе в кабинет.

В два часа меня еще Савченко набрал.

– Павел Тарасович, – доложил он. – Поездка на дачу ничего не дала. Обычная дача у директора, ничего там нет такого, как в той анонимке описывалось. Ни роскоши, ни размаха дворцового. Один этаж, подвал самый что ни на есть минимальный, метраж в рамках стандартного. Шесть соток. Все ухожены, видно, что человек на нее не просто приезжает шашлыки делать. Тепличка стоит из старых окон, грядки устроены…

– Понятно. Чем сейчас занимаетесь?

– Ищем свидетелей рукоприкладства директора. Вот только кладовщик, про которого писали, что Венгеров его избил, это категорически отрицает. А других конкретных фамилий в анонимках по этому поводу не было. Так что пока что туго дело идет. Сами понимаете, ходить по заводу и прямо спрашивать невозможно. Приходится через наводящие разговоры этот вопрос изучать…

– Ясно. – сказал я. – Продолжайте тогда работу по этому вопросу. Если поймете, что перспектив нет, то тогда уже майора Баранова спросите, чем ему помочь можете.

Савченко подтвердил, что указания мои принял и разговор мы на этом закончили.

Просидел в кабинете в КПК до четырех. Звонков уже никаких не ждал, просто не было смысла куда-то еще ехать, если все равно скоро уже к японцам на вручение видеодвоек надо ехать.

Кстати говоря, раз наше телевидение в японском посольстве все равно будет съемку осуществлять, то в газету «Труд» я, разумеется, обращаться не стал. Тем более что пришло в голову, что с Верой-то я в любом случае договорюсь, но она вовсе не все там решает. Живо себе представил, как Ландер, увидев, про что сюжет, да еще со слов Веры узнав, что награждали и меня, велит Вере переписать статью таким образом, чтобы там обязательно появилась информация про Павла Тарасовича Ивлева с указанием, что он не только драматург, но и корреспондент газеты «Труд». Ландер вполне может из самых лучших побуждений, желая показать свое ко мне благоволение, таким образом мне удружить. Так что главное, что обещания я добился на инструктаже о том, что меня в телевизионный сюжет включать не будут, и слава богу.

Но без дела я в кабинете не сидел. Работал над возможными идеями сериалов. Прошелся по популярным у зрителей профессиям.

Про пожарных сериал у нас будет, и он приличных денег будет стоить. Но есть же сериал, который гораздо дешевле будет снять, про врачей. Тут вообще можно почти из павильона не выходить. Только ряд сцен снимать где-нибудь в городе.

И дело благородное. Профессия врача не менее нужна, чем работа пожарного. И врачебная помощь гораздо чаще востребована населением.

Само собой, копировать каких-нибудь «Интернов» я не собирался. Тем более что большую часть серий его не посмотрел. Но то, что видел, в целом понравилось. Хороший сериал, придет время и его тоже снимут. Главное, что разные серии трех или четырех разных сериалов про медиков я благодаря увлечениям супруги телевидением видел, так что возможные концепции себе представляю. Кто мешает сделать хороший сериал нашим режиссерам, консультируясь с медиками? Мне же нужно «скелет» всего лишь первой серии изложить, затравочной, чтобы был понятен образец, под который можно следующие серии ваять…

Этим и занимался до четырех. И вполне с этой задачей справился.

В преддверии скорого приезда Фирдауса появилось также пару мыслей про Эль-Хажжей и это сериальное дело, которым я занялся…

Первая мысль по этому поводу, возникнув, заставила меня усмехнуться. А кто мне мешает договориться с Андроповым о том, чтобы права на прокат новых успешных советских телесериалов за рубежом получила некая швейцарская контора? Которая, по случайному совпадению, будет открыта на подставных лиц представителями семейства Эль-Хажж? Ну и там по умолчанию двадцать процентов будут у некоторого Павла Ивлева…

А что, зачем деньги мимо себя пропускать?

Но подумав немного над этой идеей, был вынужден от нее отказаться. Нет, таким образом можно только проблемы для Эль-Хажжей создать.

Одно дело, когда шито-крыто в СССР швейцарской фирмой зерно доставляется, при этом порт назначения в СССР в тайне держится. Кому вообще в этом случае в мире будет интересна деятельность одной из сотен тысяч швейцарских фирм?

Или, к примеру, фирма, что уже создана Тареком, и занимается разнообразными вопросами безопасности. В Швейцарии из-за специфического прошлого этой страны, занимавшейся сотни лет поставкой наемников по всей Европе, сотни таких. И кому они принадлежат, и чем занимаются, пока законов внаглую не начнут нарушать, никому неинтересно. А Тарек, конечно, и не даст им закон нарушать по пустякам… А если и отдаст при необходимости такой приказ, то позаботится о том, чтобы никто лишний о нарушении закона не узнал.

Но швейцарская фирма, которой Москва даст эксклюзивные права советские фильмы по всему миру продавать, тут же окажется под прицелом не одной какой-то западной разведки, а целого альянса из них. И главная проблема в том, что в него и швейцарские разведчики войдут. Так что никакая обычная швейцарская конфиденциальность информации о владельцах бизнеса не сработает. Нет, так я Эль-Хажжей, конечно, подставлять не буду…

Еще одна мысль у меня появилась: а ведь я бы мог все эти идеи художественных фильмов и сериалов Тареку передать, чтобы они создали свою киностудию и начали эти проекты один за другим реализовывать…

Мог бы, конечно, но, с другой стороны, я смогу бизнес Эль-Хажжа и иными способами развить. А здесь и сейчас мне хочется с этими моими идеями советский кинематограф вывести на новый уровень.

Хотя сама идея принадлежащей Эль-Хажжам и мне киностудии, которая сможет со временем бросить вызов крупнейшим гигантам киноиндустрии Голливуда, тоже достаточно ценная, не надо ее отбрасывать в сторону. В чем для меня проблема, если я так быстро все эти идеи новых сериалов придумал, какими-то сценариями еще и ее тоже обеспечивать? Не вижу в этом вообще никакой проблемы.

Другое дело, что я прекрасно знал, как экономист, что весь этот кино– и телевизионный бизнес высокорисковый. Ты можешь быть полностью уверен, что все просчитал, и фильм или сериал публике наверняка зайдет, а потом все же окажется, что это не так. Либо агенты, к примеру, подвели, и премьера картины в неудачный день была сделана, с более мощным конкурентом, что твой проект затмил. Или зрители первоначально не оценили твой замысел, и только лет через пять-шесть снятая картина оказалась востребованной и уверенно собирающей кассы по всему миру. Но что тебе с того, если из-за того, что ты слишком много денег в первый же проект вложил, твой бизнес уже разорился?

То, что я делаю сейчас по поручению Андропова, – это задумка с огромными перспективами. Огромный Советский Союз может профинансировать сразу десяток сериалов и не меньше художественных фильмов по моим сценариям, если они Андропову понравятся. И что-то из всего этого наверняка за счет моего знания успешных в будущем тем так мощно выстрелит, что должно не только финансовые затраты на съемки всех проектов компенсировать, но и в прибыль нас вывести. Даже если один или два из всех сериалов это сделают, мы уже будем по всем статьям в шоколаде.

Но я рассчитываю, что выстрелит гораздо больше, и тогда вообще будет огромный успех. И бизнес этот, по определению, не может разориться, потому что это частная телестудия может рухнуть, не дождавшись отдачи от своих проектов, если они не сразу выстрелили, а вот Советский Союз вполне может и подождать пять-шесть лет при необходимости, пока критики и зрители за рубежом по достоинству оценят сериал… И начнут поступать запросы на его покупку… Все это время он будет удовлетворять спрос советских зрителей, которым тоже что-то смотреть надо.

А вот если по моему настоянию семья Эль-Хажж сейчас откроет киностудию, но по деньгам не сможет потянуть больше чем один кинопроект, а он должного финансового выхлопа не даст сразу, то она сразу понесет большой ущерб и станет на грань разорения. И мне будет жутко неудобно перед свояками. Подставлю их фактически. Так что лучше, наверное, подождать, когда денег будет достаточно, чтобы можно было сразу несколько проектов в дело запустить. Тогда уже можно с большей уверенностью обсуждать и проект такой студии.

Осталось только определиться, где именно ее открывать. В Голливуде не хочется, потому что в случае успеха эта студия будет укреплять экономическое могущество Америки, а я уж точно не американский патриот. В Италии – неплохая, может быть, вполне идея. К успеху итальянских фильмов на мировой арене все уже привыкли. Но в Италии у семейства Эль-Хажж и так уже все схвачено. Чем больше там будет рабочих мест Тареком создаваться, тем больше у него будет крепнуть политическое влияние в Италии. Да еще и сейчас он, наверное, уже начал финансировать итальянскую контрразведку, что со временем выведет его на влиятельные круги консервативных итальянских политиков…

Франция – неплохой вариант, учитывая, что французская киноиндустрия имеет заслуженную репутацию в мире. На премьеру французской картины люди пойдут. Французский сериал и для телевидения в других странах тоже покупать будут. Но во Франции есть эта упертая французская контрразведка, которая в отношении Дианы имеет какие-то свои нехорошие планы. Так что Франция в этом плане мне не симпатична. А то есть у меня сильное подозрение, что едва мы эту киностудию откроем, как Диана тут же рванет в актрисы… И у нее есть все шансы на успех. Она яркая, фигуристая, уверенная в себе девушка. Такую софитами и камерами на съёмочной площадке не напугать…

А с другой стороны, – внезапно успокоился я, – вовсе не обязательно стартовать именно там, где все знают про сильную киноиндустрию. Вполне можно качеством брать и рекламой, на которую деньги у нас со временем тоже будут в изобилии. Да и с правительством той страны, которая успешно растущий кинобизнес приютит, можно будет, продемонстрировав первые успехи, на своих условиях договариваться. Для них же тоже очень важно добиваться успехов на мировой арене в тех областях, где у них раньше с этим были проблемы. Так что какая-нибудь Австрия или Швейцария в качестве базы для нового кинобизнеса вполне подойдут. Есть даже и шанс от правительства серьезные субсидии получить…

Ладно, решил пока что эту тему свернуть. И так есть чем заниматься. Но не выкинул из головы, а просто отложил эту идею на дальнюю полку. Через год-полтора, в зависимости от того, что произойдет с сериалами и фильмами, сценарии которых я передал Андропову, будем решать этот вопрос.

Тем более, возможно, мне вообще стоит пока несколько свои амбиции притормозить. С чего я решил, что Андропов одобрит все эти идеи, которые я принесу ему? А если одобрит, то потом в процессе съемок их всех не выхолостят? Режиссеры, даже талантливые, могут решить идти другим путем. И не всегда, как мы прекрасно знаем, это принесет успех фильму потом. Есть очень талантливые режиссеры, но которых все знают по одному или двум выдающимся фильмам. Но они же их десятки сняли за свою карьеру, а все остальные их фильмы не привлекли внимания публики…

Наконец, пришло время в посольство Японии выезжать.

* * *

Москва, КПК при ЦК КПСС

После того, как Ивлев от него ушел, дела на Межуева навалились срочные. Так обычно и бывает – только что сидел и наслаждался тем, что минутка передыха появилась – и вот уже она закончилась, потому что в приемной несколько посетителей и телефон одновременно раскаливается от звонков.

Но где-то уже близко к концу рабочего дня у него все же возникла свободная минутка подумать над предложением Ивлева.

Нет, конечно, Баранова, как члена комиссии по проверке, что саму сейчас изучать будут под микроскопом, посылать в Крым нельзя, – решил он. – Надо кого-то другого отправить. И не из той новой группы, что изучает источник утечки. Им есть чем заниматься.

Ничего, нужный человек у меня найдется.

Единственный момент – не был он уверен, стоит ли ему ставить в известность по этому вопросу Пельше? Как отнесется председатель к тому, что он к нему придет по такому мелкому вопросу?

Нет, – решил он. – В этом нет никакой нужды. Спросит если меня, что по этому делу делается, тогда и скажу. А так моих новых полномочий вполне хватает, чтобы самому такой приказ отдать о командировании сотрудника в Крым…