Текст книги "Капитан «Летающей Ведьмы»"

Автор книги: Сергей Лысак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 75 страниц) [доступный отрывок для чтения: 27 страниц]

Глава 5

Контейнеровоз «Фомальгаут» вышел из гиперпространства и приближался к планете.

Старший помощник капитана Ольга Шереметьева находилась в грузовом трюме, проверяя крепления груза перед посадкой. Это был её первый рейс в должности старпома.

Не смотря на молодость, и отсутствие опыта работы в этой должности, транспортной компании пришлось пойти на этот шаг, так как больше желающих работать на этом старом корыте не нашлось. "Фомальгаут" был построен больше двадцати лет назад, и всё это время исправно бороздил просторы галактики. Ольга ничего не имела против старого контейнеровоза, ей приходилось встречать суда и похуже. После окончания школы и Академии гражданского флота куда только ни забрасывала её судьба и на каких только музейных экспонатах ей ни приходилось летать… Выбор будущей профессии был сделан ещё в школе. Во время своего далекого детства она часто смотрела на звёзды, читала книги по астрономии, представляя, когда же человек сможет выйти за пределы своей планеты и начнет осваивать космос. Ей очень хотелось быть среди этих первопроходцев. Но в начале двадцатого века эта мечта так и оставалась мечтой. Человек только-только начал осваивать воздух. Это было время зарождения авиации. О космонавтике даже ещё не было и речи. И вот теперь, совершенно неожиданно, далёкая детская мечта стала реальностью. Ольга часами завороженно слушала рассказы своего деда о кораблях, о дальних полётах и других мирах. Дед – старый капитан, много что повидал на своём веку. Будучи ранее офицером военно-морского флота, Ольга и сейчас попыталась после школы поступить в Академию ВКФ, но получила категорический отказ – женщин в то время туда не брали. Отчаиваться она не стала.

Раз с военным флотом не получилось, есть ещё и торговый. Благо, там в этом отношении никаких препятствий не было – в академиях гражданского флота обучалось много девушек. А космос на всех один. Закончив Академию по специальности "Кораблевождение" Ольга, полная радужных надежд, пришла на флот. На первых порах ей, конечно, здорово помогли советы деда и его имя. Капитана Василия Шереметьева помнили многие.

Но дальше надо было прокладывать дорогу самой. Последовательно двигаясь по служебной лестнице, она за четыре года поднялась от четвёртого до старшего помощника капитана, вызывая у некоторых удивление и зависть. Однако удивляться было нечему – Ольга строго следовала указаниям деда:

– Если хочешь стать капитаном, никогда не отказывайся от повышения в должности, даже если тебе его предлагают потому, что других желающих на это место нет. Опыт в нашем деле значит очень много. Помни Оля, что все капитаны когда-то четвёртыми помощниками были, да не все четвёртые помощники капитанами стали!

Она не строила иллюзий и не считала, что всё сразу должно упасть к её ногам, как не обольщалась и насчёт контингента, с которым придется работать. Что в её прежней, что в нынешней жизни порядки на торговом флоте изменились мало. Наряду с нормальными людьми попадались и алкоголики и отпетые мерзавцы. Народу не хватало, поэтому зачастую брали, кого попало. Не раз приходилось ей ставить на место отморозков и ловеласов считающих, что "бесхозной бабы на корабле быть не должно". Когда хватало слов, а когда приходилось прибегать и к более радикальным мерам, благо бабушка научила и этому.

Ольга прекрасно помнила свой первый рейс на балкере "Бетельгейзе", куда она пришла четвёртым помощником капитана с новеньким, только что полученным дипломом.

Экипаж был разношёрстный. Капитан только что выгнал предыдущего помощника, оказавшегося неисправимым жрецом Бахуса и был откровенно удивлён, что ему прислали девчонку, да к тому же ещё без опыта работы. Однако, устроив ей блиц-опрос, остался доволен. Поспрашивав, где и на каких судах она стажировалась и её отношению к спиртному, вынес вердикт:

– Хорошо! Посмотрим, что вы из себя представляете. К вам, у меня будет единственное требование: неукоснительное несение вахты. Если даже вы не знаете, а скорее всего не знаете всяких нюансов с грузовыми операциями и ведением документации, я вас этому научу. А вот чувству ответственности научить нельзя. Оно либо есть, либо нет.

Если что-то непонятно, или считаете, что возникает сложная ситуация, немедленно вызывайте меня в рубку. В любое время, даже если я сплю. Лучше поднимите меня лишний раз, чем допустите развитие опасной ситуации. В любом случае за вами будет сначала приглядывать старпом, однако, не расслабляйтесь. Считайте, что несёте вахту самостоятельно, только так чему-то можно научиться. И последнее… Не обижайтесь, но я вынужден сказать прямо. Вы девушка молодая, не замужем. Если вы тут заведете с кем-то роман, это ваше право. Я не ханжа. Но только чтобы это было не в ущерб работе. И упаси вас бог устраивать склоки или крутить "динамо". Вы меня понимаете? От этого пострадаете в первую очередь вы сами. На флоте очень не любят "динамщиц".

Ольгу же такая речь нисколько не смутила. Чего-то подобного она и ожидала.

– На этот счёт можете не волноваться. Если вы сказали прямо, то и я скажу прямо. Всё равно об этом узнают. Я была бы вам очень признательна, если бы вы предупредили местных ловеласов, чтобы не тратили на меня зря время. Мужчины меня не интересуют. Я люблю женщин.

– Хм-м-м, простите…

Капитан был явно обескуражен и не ожидал такого ответа. Новость удивила экипаж, на Ольгу поглядывали с интересом, но почти все отнеслись к этому нормально. За исключением одного из механиков, воспринявшего это, как вызов. Покоритель дамских сердец был искренне уверен, что перед ним не устоит ни одна красавица. До сих пор так оно и было. Все женщины, приходившие на корабль, неизменно оказывались в его постели. С первого же дня он начал планомерную осаду Ольги, которая его вежливо, но неизменно посылала. Над механиком уже начали посмеиваться и говорить, что он утратил свой талант. Задетый за живое "Казанова" предложил пари, что Ольга всё равно будет его, однако успеха так и не достиг. И тогда озабоченный ловелас совершил большую глупость – нагло вломился к ней в каюту, когда она спала. В коридоре стояли остальные спорщики. Всех интересовало, чем же закончится дело.

Ольга не имела привычки запирать дверь. Она мгновенно проснулась, почувствовав опасность и увидела улыбающуюся физиономию.

– Что тебе нужно, Руслан?

– А как ты считаешь, красавица?

Ольга села на кровати, не делая никаких попыток позвать на помощь, и не показывая страха.

– Уйди по-хорошему, Руслан. Я же тебе сказала, что я лесбиянка.

– Оленька, клянусь, что я излечу тебя от этой напасти!

И навалился на Ольгу. Что произошло потом, он так и не понял. Внезапно руки и ноги отказались слушаться, безудержный животный страх парализовал волю и даже ни один звук не мог вырваться из горла. Ольга в совершенстве овладела этим приёмом – "взгляд змеи", как называла его бабушка. Если противник был один, он действовал безотказно.

Ольга что раньше, что в этой жизни, презирала насильников. Если бы Руслан не пытался её изнасиловать, всё бы закончилось благополучно, но теперь она решила его проучить.

Сбросив неподвижное тело с кровати на палубу и, удерживая незадачливого насильника в этом состоянии, она встала. После этого, даже не одеваясь, достала из ящика стола пистолет и, используя его в качестве "тяжёлого тупого предмета", так отходила сластолюбца по болевым точкам, что подняться он уже не смог. Затем, набросив халатик, выволокла бесчувственное тело за ноги в коридор к немалому удивлению всех присутствующих.

– Ребята, уберите пожалуйста мусор!

Все были в шоке. Никто не понимал, как хрупкая на вид девушка справилась с таким амбалом. Однако, на этом дело не закончилось. Капитан, естественно, узнал о случившемся и поинтересовался, не собирается ли Ольга подавать жалобу в полицию. На что она сказала, что нет. Капитана, ясное дело, это очень устраивало, проблем никто не хотел.

После того, как неудавшийся насильник через несколько дней оклемался и, осыпаемый насмешками, пришёл в кают-компанию, Ольга села напротив него и громко, чтобы все слышали, ласковым голосом заявила:

– Ну как, милый, тебе понравилось? А я и не знала, что ты поклонник садо-мазо! Приходи сегодня, давай повторим! Только, хочу предупредить, что в этот раз я, кроме всего прочего, отобью тебе яйца.

После этого случая Ольгу зауважали. Никто больше к ней не приставал.

На «Бетельгейзе» Ольга научилась многому. Сбылась её давняя мечта. Она вела огромный корабль от одной звезды к другой и эта махина послушно повиновалась ей. Вокруг простирался бескрайний космос, усыпанный золотистыми искорками звёзд. Она видела десятки планет – и закованных в ледяной панцирь, лишённых атмосферы, и раскалённых, как знойная пустыня, и очень похожих на Землю, с её удивительным разнообразным ландшафтом, горами, лесами и морями… Человек был всюду. Период младенчества, когда люди ещё только начали осваивать космос, был уже давно позади. И хотя балкер не был по своей сути первопроходцем, он летал уже по разведанным трассам, занимаясь доставкой грузов на освоенные планеты, чувство пионера космоса не покидало Ольгу.

Ведь разве могла она раньше предположить что-либо подобное! В глубинах дальнего космоса выковывался профессионализм будущего капитана. После "Бетельгейзе" ей пришлось летать и на других судах. Был даже период времени, когда Ольга работала в "Экспедиционном корпусе", как называли себя контрабандисты, промышлявшие нелегальной доставкой спиртного и сигарет. Подобные операции они именовали "Экспедициями".

С "экспедиторами" её свёл один из членов экипажа "Бетельгейзе", обратив внимание на её паранормальные способности. Ведь такой человек был бы там на вес золота. Платили очень хорошие деньги, а кому не нужны деньги? И Ольга согласилась. Контрабандисты быстро признали ее своей, когда она благодаря своим способностям несколько раз спасала их от засад. Безошибочно определяя наличие опасности, и говорят ли ей правду, или врут, Ольга стала одним из самых ценных сотрудников "Экспедиционного корпуса".

Всё закончилось в один день, когда капитана корабля сгубила жадность. Несмотря на предупреждения Ольги, что их заманивают в ловушку, он все-таки принял решение о выгрузке в условленном месте. Уж очень велик был куш, и принимающая сторона гарантировала полную безопасность. Как оказалось позже, получатель груза был арестован и дал согласие стать агентом полиции. После посадки корабль был сразу окружен превосходящими силами и никакой возможности для взлета не было. Часть экипажа сдалась сразу. Некоторые, которым терять было уже нечего, ибо того, что на них висело, хватило бы не на одно пожизненное заключение, а то и на высшую меру, попытались с оружием в руках прорваться из окружения. Благо, здесь было где скрыться и обратиться за помощью к другим «экспедиторам». Всех их положили на месте. Ольга опять воспользовалась своими способностями. Глянув на оставшихся рядом с ней старшему помощнику, радисту и коку, сказала.

– Попробую нас спасти. Я сейчас им всем "отведу глаза". Смотрите внимательно на меня и, как только я пойду, идите за мной. Только далеко от меня не отходите, и соблюдайте полную тишину.

Никто всерьёз не воспринял слова Ольги. Но когда она, выпрямившись во весь рост, открыто пошла прямо на оцепление солдат, все трое дружно последовали за ней, сжимая в запотевших ладонях оружие. Они совершенно беспрепятственно прошли через двойную цепь охраны и скрылись. Никто в их сторону даже не посмотрел. Когда они удалились на безопасное расстояние, радист, бывший сотрудник госбезопасности, не поладивший с начальством и ушедший в отставку, с нескрываемым восхищением произнес.

– Ну, ты и впрямь ведьма!!! В нашей конторе тебе бы цены не было!

– Нет уж, благодарю, – ответила Ольга, что раньше, что сейчас недолюбливавшая жандармов.

Им удалось уйти, но корабль и груз были потеряны. Разоблачения они не боялись. Никаких компрометирующих документов на борту не осталось, а все данные в бортовом компьютере были уничтожены заранее. Если бы даже кто-то из арестованных членов экипажа и заговорил, так мало ли, что может наболтать человек, когда на него давит следователь.

Не пойман – не вор. Все суды работали по этому принципу, чтобы ограничить произвол полиции, на которую и без того было много жалоб. Выйдя на связь с "Экспедиционным корпусом", беглецы рассказали о провале и о том, что их кто-то подставил. Меры были приняты незамедлительно – все хвосты подчищены и уцелевшие "экспедиторы" срочным порядком эвакуированы из опасного места. Одно из основных правил "корпуса" гласило: "Своих не бросать!", и это соблюдалось неукоснительно. Иначе, просто невозможно было бы вести дела… После этого случая Ольга поняла, что всех денег не заработаешь, а зависеть от чьей-то прихоти или жадности – это может выйти боком для всех, и она вернулась к менее прибыльной, но гораздо более безопасной работе на обычных транспортных судах. Так, в конечном счёте, она и оказалась на борту старого контейнеровоза "Фомальгаут". Корабль ей нравился. Хоть уже и устаревший, но крепкий космический бродяга, он не преподносил непредвиденных сюрпризов и исправно выполнял то, что от него ожидали. Ольга думала поработать на нем для набора необходимого ценза для получения капитанского диплома. Ведь она уже старший помощник. Еще пара лет – и вот он заветный четвертый золотой шеврон на рукав капитанского кителя. Капитан Ольга Шереметьева, прошу любить и жаловать!

Однако, до этого момента, предстоит ещё ой как много сделать. Вот и сейчас она обходила трюм, проверяя надёжность крепления груза. Вскоре корабль войдёт в атмосферу и возможно возникнут чрезмерные перегрузки из-за нештатных ситуаций. Груз был по линии Министерства Обороны – две сотни запломбированных большегрузных контейнеров с неизвестным содержимым и десяток новейших палубных аэрокосмических истребителей типа «Гепард». Именно из-за них грузовместимость корабля использовалась далеко не полностью, ибо на палубе места они занимали много, а выше них было полно пустого пространства. Однако груз был очень ценный и сумма фрахта очень высока, из-за чего компания и пошла на это.

Ольгу уже который день одолевали нехорошие предчувствия. Своей интуиции она доверяла, ибо та никогда не подводила. Началось это ещё при погрузке. Ох, как Ольге не хотелось идти в этот рейс! Она была уверена, что произойдёт какая-то неприятность.

Но что же, отказываться, когда тебя только-только утвердили на должность старшего помощника? Сбегать с корабля? Завоевать репутацию ой как трудно, а потерять очень легко. Пришлось лететь.

– Не думай о плохом, беду накликаешь! – говорила сама себе Ольга. – Думай о чем-нибудь хорошем, например, о Леночке.

Ольга улыбнулась. Леночка была их коком. На всех транспортных судах экипаж составлял обычно от двадцати до тридцати человек. Из них всегда четыре-пять, а иногда и больше были женщины, поэтому любвеобильной Ольге всегда удавалось найти «подругу по интересам». Вот и сейчас, придя на «Фомальгаут», она сразу положила глаз на кока. Каким то образом она догадывалась, что Леночка тоже шалунья ещё та.

Местные кавалеры не давали ей прохода, чем доводили девчонку до слёз. Ольга решила сразу навести порядок, восстановить справедливость и показать, кто в доме хозяин.

Придя на камбуз и разогнав свору озабоченных, она со всем присущим ей тактом и проницательностью убедилась, что они с Леночкой одного поля ягодки, после чего пригласила к себе в каюту в гости на чашечку кофе. Одним кофе дело, естественно, не ограничилось. Они подарили друг другу восхитительную ночь и решили не останавливаться на достигнутом. На следующий день Ольга позвала всех местных "донжуанов".

– Всё, джентльмены! Леночку не трогать, она моя! Будет кто приставать – вышвырну в первом же порту. Причина всегда найдется!

Возражающих, естественно, не нашлось. Кто же попрёт на рожон против старшего помощника! Но, Леночка Леночкой, а надо и работу делать. Закончив проверку контейнеров, Ольга подошла к истребителям и невольно залюбовалась смертоносными машинами. Узкие вытянутые фюзеляжи, сильно скошенные крылья, стреловидное двухкилевое оперение – во всём было ощущение стремительности и мощи. Истребители не были космическими кораблями в чистом виде. Это был удачный гибрид космического корабля и атмосферного самолета, предназначенный для одной цели – уничтожение авиации противника. Именно для этого в небольшой объём была запрятана колоссальная мощность двигателей и мощное вооружение. Конструкторы отказались от всего лишнего, утяжеляющего машину.

Здесь не было громоздкого и тяжёлого гипердвигателя, служащего только для межзвёздных перелётов и являющегося бесполезным грузом в бою, не было жилых помещений и много чего другого, без чего не может обойтись обычный корабль. Это была боевая машина, предназначенная для скоротечного боя в атмосфере, или в космосе. В распоряжении пилота была небольшая кабина, в которой можно было удобно сидеть в кресле и вести бой, но и только. Ни о каких удобствах речь не шла. К месту боя истребители доставлялись авианосцем – громадным кораблём, специально предназначенным для обслуживания, обеспечения взлёта и посадки подобных машин. В этом была их сила, и в этом же была их слабость. Авианосец был грозен, когда его авиация – истребители и штурмовики находились в космосе. И был практически беззащитен, когда они были на палубе. Это требовало очень сильного прикрытия авианосцев кораблями других классов, ибо они всегда были самой лакомой целью для противника. Само же оружие корабля – истребители и штурмовики тоже сильно зависели от своего космического "аэродрома". В случае гибели авианосца они оказывались срезанным цветком, обречённым на смерть. Такие примеры в истории уже были. Как в далеком двадцатом веке, когда во время войны на Тихом океане, при сражении у атолла Мидуэй, японский флот в результате гибели своих четырёх авианосцев лишился всего самолётного парка. Даже те самолёты, которые уцелели после атаки Мидуэя и кораблей американского флота были, в конечном счете, потеряны. Им просто некуда было совершить посадку. Долететь до территории, занятой своими войсками, они не могли – у них просто не было такого запаса топлива. И после выработки горючего они падали в океан. Так и сравнительно недавно – пять лет назад, когда в результате вооружённого конфликта с сепаратистами был потерян авианосец. Ход боя складывался неблагоприятно, и эскадре Федерации пришлось отступить. Авиагруппе, которая даже после боя насчитывала более двухсот машин, деваться было некуда. Из-за отсутствия гипердвигателей совершить межзвёздный перелет она не могла. Эти машины могли передвигаться только в трёхмерном пространстве – в обычном космосе, то есть в пределах одной звёздной системы, и добить их было просто делом времени. Но два крейсера и пять фрегатов не могли принять такое количество машин. Корабли могли бы взять каждый не более трех-пяти машин на внешнюю подвеску, не говоря уже о том, что ни о каком ремонте и обслуживании не было и речи. Ни крейсеры, ни фрегаты не имели ангарных палуб. Поэтому было принято единственно возможное решение – эвакуированы пилоты, а все истребители и штурмовики уничтожены. И то это пришлось делать под огнем врага.

Ольга обошла вокруг истребителя, невольно проникаясь уважением к такому совершенному оружию. Ведь в прошлом она была военным человеком, офицером флота и любовь к оружию и военной технике была у неё в крови. В течение полёта она частенько, когда было свободное время, залезала в кабину одного из истребителей и изучала незнакомую машину. Важным преимуществом машин этого поколения было то, что бортовой компьютер имел специальный обучающий режим подготовки пилота, не знакомого с данным типом истребителя, что очень упрощало и удешевляло тренировки. Иллюзия полёта и боя создавалась стопроцентная, и перед первым вылетом пилот мог хорошо опробовать машину на всех режимах, на самом деле не покидая ангарной палубы. Поэтому Ольга, узнав об этой особенности, с упоением занималась "пилотированием" и ведением "космических боёв" – компьютер одного из "Гепардов" она настроила по своему вкусу.

Неожиданно взвыла сирена тревоги, и замигали лампочки тревожной сигнализации.

Что-то случилось. Ольга тут же развернулась и побежала к выходу из трюма. По тревоге её место, как старшего помощника, в рубке корабля. Предчувствие не обмануло Ольгу.

Она была уверена, что тревога не учебная. Внезапно ожил динамик судовой трансляции.

– Тревога! Нападение авиации противника! Всему экипажу…

И тут раздался сильный удар. Радио смолкло. Ольга упала, но быстро поднялась на ноги.

Главное освещение погасло, горело только аварийное. До её чуткого слуха донеслось какое-то шипение и она почувствовала, что давление в трюме стало падать. Это означало одно – в корпусе пробоина и воздух улетучивается в открытый космос. Она поняла, что очутилась в ловушке. В случае пробоины в трюме – самом большом из отсеков, переборки смежных с ним отсеков автоматически герметизируются. Пока не будет устранено повреждение, и давление воздуха не доведено до нормы, она не сможет покинуть трюм. На этот случай здесь имеются лёгкие скафандры, в которых можно находиться длительное время в условиях полного вакуума. Поняв, что до рубки ей не добраться, Ольга рванулась к нише со скафандрами. Сорвав крышку контейнера, она быстро натянула скафандр на себя и закрыла шлем. И вовремя, так как давление упало уже очень сильно. Теперь можно было не бояться вакуума, но что делать дальше? Пока она заперта в трюме, ей уготована роль стороннего зрителя. Ольга попыталась связаться с рубкой через радиостанцию скафандра, но безуспешно. Никто не отвечал. Оглядевшись, она поняла, как ей наладить связь и быть в курсе событий – ведь бортовой компьютер истребителя можно подключить к компьютерной сети корабля! Ольга поспешила к "своему", облюбованному ей "Гепарду". Когда она забиралась в кабину, давление в трюме упало уже почти до нуля.

Быстро захлопнув люк и наполнив кабину воздухом до нормального давления, Ольга открыла шлем, чтобы не расходовать зря ресурс скафандра и усевшись в кресло пилота подключила бортовой компьютер к корабельной сети. Картина была безрадостной. Многие системы не действовали, двигатели молчали. В числе немногих работала система аварийного энергоснабжения и датчики внешнего обзора. На экране Ольга видела, как четыре штурмовика сепаратистов типа "Хамсин" обстреливают корабль. Они могли бы уничтожить безоружный контейнеровоз сразу, послав одну-две тяжелых противокорабельных ракеты. Но, то ли таких ракет у них в данный момент не было, то ли им хотелось позабавиться, но они обстреливали "Фомальгаут" легкими ракетами, именуемых по привычке "воздух-воздух" и из турельных артустановок. Взрывы вырывали куски обшивки из корпуса беззащитного гражданского судна. Оно не имело вооружения согласно какой-то там конвенции и не могло дать никакого отпора этому пиратскому нападению. Произошло то, чего и Ольга и многие другие ждали и боялись.

Две планеты – Лукхор, и Аламейн давно объявили о своём выходе из состава Федерации. Но, как это часто было в прежние времена, новоявленные «суверенные субъекты» желали выйти из правового поля Федерации, но намертво присосаться к её экономике, заявляя, что им ещё что-то и «должны», ибо их собственная экономика не позволяла им жить так, как они привыкли раньше. Продажные политики, непоследовательные шаги самой Федерации привели к тому, что сепаратисты начали вести себя, как грабители с большой дороги. Экипажи многих судов уже отказывались летать на эти планеты. Чувствуя безнаказанность, сепаратисты наглели всё больше. Начался открытый грабёж торговых судов Федерации. Едва только появлялись какие-то сообщения о творящемся беззаконии, они тут же тонули в истеричных воплях о праве на самоопределение, борьбой за национальные интересы и ущемлении прав человека… Всё это когда-то уже было в пределах одной Земли. Теперь то же самое повторялось в космических масштабах.

Ольга и прочие простые люди считали, что бандитизм национальности не имеет. Бандит остаётся бандитом, на каком бы языке он ни разговаривал. И абсолютно все бандиты понимают только один язык – язык силы. К сожалению, в правительстве Федерации так пока ещё не считали… Там вовсю продолжали проводить политику умиротворения всё больше и больше наглеющих режимов, всё больше и больше идя им на уступки… Видать, у сепаратистов было сильное лобби в правительстве Федерации, поддерживающее их интересы. А безнаказанность, как известно, очень сильно развращает…Ольга примерно представляла себе, что произошло. Скорее всего, четыре штурмовика сепаратистов предприняли попытку захвата контейнеровоза, приказав ему следовать в заданном направлении, а когда-тот не подчинился, открыли огонь. Физической возможности захватить огромный корабль у них не было. Они могли его только уничтожить. Первым же попаданием был выведен из строя гипердвигатель и корабль не мог скрыться от стервятников в гиперпространстве. Последующие попадания вызывали всё новые и новые повреждения, но корабль ещё летел. Промахнуться по такой махине, особенно, если она не может оказать никакого сопротивления, просто невозможно. Это не был бой. Это была бойня.

"Фомальгаут" был обречён. Ольга видела, как экипаж пытается на шлюпках отойти от гибнущего корабля. Но обе шлюпки были тут же уничтожены – бандитам не нужны свидетели. У Ольги свело скулы. Она понимала, что все её товарищи погибли. Ну что же… Как говорили раньше, на войне – как на войне. Сейчас вам будет право на самоопределение вместе с борьбой за национальные интересы и правами человека в одном флаконе… В голове Ольги мгновенно созрел безумный план. Если бы о нем услышали специалисты, они бы назвали его бредовым. Но, так уж иногда бывает в жизни, что дилетанту удаётся то, перед чем пасует профессионал. Мозг Ольги работал с лихорадочной скоростью.

– Аварийное энергоснабжение пока работает, и я могу перевести управление кораблём на бортовой компьютер истребителя. Реактор "Фомальгаута" пока стабилен, но если откажет система защиты и реактор пойдёт в разнос, то произойдет взрыв. Значит действовать нужно быстро. Неизвестно, сколько эти уроды будут ещё развлекаться, они в любой момент могут пальнуть чем-нибудь посерьёзнее, чтобы не осталось никаких следов. Немедленно открыть грузовую аппарель трюма и активировать реактор и все системы "Гепарда" В моих руках новейший истребитель с полным боекомплектом. Что с того, что я никогда не летала на нем и весь мой опыт – это только компьютерный тренажёр. Стартовать прямо из трюма в космос и навязать бой этим стервятникам. На моей стороне внезапность и нерастраченный боезапас. Неизвестно, выживу ли я в этом бою, но если я буду сидеть и дальше, меня точно уничтожат.

Пальцы Ольги автоматически бегали по нужным кнопкам. "Гепард" ожил. Разгон реактора истребителя из положения консервации до номинальной мощности – две минуты. Какими бесконечно долгими показались они Ольге… Ольга сидела и ждала, когда компьютер доложит о готовности всех систем. Она уже открыла грузовую аппарель и ясно видела перед собой черноту космоса, усыпанного звёздами. Следующая минута решит, будет ли она дальше смотреть на эти звёзды, или нет.

Через внешние датчики "Фомальгаута" компьютер "Гепарда" получал всю информацию об окружающей обстановке и его ракеты уже были наведены на цели. Как только истребитель покинет трюм, можно стрелять. На второй залп времени уже может не быть… Контейнеровоз содрогался от взрывов, но пока ещё летел. Каким-то чудом ему удалось продержаться столько времени. На панели, указывающей повреждения корабля, Ольга видела, что абсолютно все отсеки разгерметизированы и повреждения ужасны.

Наконец, загорелось долгожданное табло о готовности к взлёту и истребитель, взревев двигателями, рванулся в космос, как разъярённый гепард на шакалов.

Едва только Ольга вырвалась на космический простор, она тут же развернулась носом на противника и дала залп четырьмя ракетами. "Хамсины" были захвачены врасплох.

Никто из вражеских пилотов не ожидал, что из грузового трюма почти уничтоженного корабля неожиданно вырвется такой грозный противник. Дело решили секунды. Три ракеты из четырех поразили цели, разнеся три "Хамсина" на куски. Четвёртый, самый дальний, каким-то непостижимым образом сумел увернуться. Если бы его пилот знал, что ему противостоит не профессиональный пилот-истребитель, а обыкновенный помощник капитана грузового корабля, никогда не летавший на таких машинах, то он бы возможно и принял бой. Но такая внезапная перемена сил, неожиданная гибель трех товарищей и противостояние одиночного штурмовика истребителю, против которого у него не было ни единого шанса в открытом бою, лишили врага мужества, и он попытался спастись бегством. Но уйти от гепарда шакалу не дано. Ольга без труда нагнала удирающий "Хамсин" и ещё одной ракетой превратила его в огненный шар.

Ольга ликовала. Ещё бы, ведь ей удалось немыслимое! Но ликование быстро сменилось мыслями, а что же делать дальше? Её душила злоба за погибших товарищей. Вот к чему приводит политика увещевания бандитов. Она должна любой ценой сообщить о случившемся, а для этого надо сначала добраться до своих. Ольга развернула истребитель по направлению к кораблю, но не стала подходить близко. В любой момент может произойти взрыв реактора и тогда обломки корабля могут повредить «Гепард».

Значит, остается одно – лететь дальше по маршруту "Фомальгаута" к планете Амальтея, входящую в Федерацию, для которой и был предназначен груз. Благо, они уже вышли из гиперпространства и до планеты было недалеко – не более пяти часов лёта. Если бы истребитель был выброшен в трёхмерный космос где-нибудь на полдороге, то не имея гипердвигателя ему пришлось бы лететь десятки тысяч лет. Однако, надо ещё пролететь эти пять часов. Неизвестно, где находится авианосец противника. Ведь "Хамсины" тоже не имеют гипердвигателя и могли быть доставлены сюда только на авианосце. Подать сигнал бедствия Ольга опасалась. Неизвестно, кто его примет. В душе Ольга понимала, что ей крупно повезло и её победа над четырьмя противниками – чистая случайность.

Внезапность была её единственным козырем, и она его умело использовала. При встрече же в открытом бою с истребителями противника у неё нет никаких шансов. Поэтому, лучше лететь дальше, до последней возможности сохраняя радиомолчание.

Ольга продолжала лететь параллельным курсом с контейнеровозом, сохраняя безопасную дистанцию. Неожиданно корпус корабля в районе реакторного отсека вспух и наружу вырвалось огненное облако. Все было ясно – поврежденная при обстреле система защиты отказала, реактор пошёл в разнос и произошёл взрыв. Когда всё успокоилось, Ольга подошла поближе к своему кораблю. "Фомальгаут" был мёртв. На всем корпусе не было живого места от многочисленных пробоин. В районе реакторного отсека борт был разворочен так сильно, что было удивительно, как судно не разорвало пополам. На глаза Ольги навернулись слёзы. Даже если кто-то из членов экипажа и остался на борту, не попытавшись спастись на шлюпке, выжить в этом аду после взрыва реактора было невозможно.