![](/files/books/160/oblozhka-knigi-poteryannyy-razum-si-356661.jpg)
Текст книги "Потерянный разум (СИ)"
Автор книги: Сергей Скранжевский
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)
Глава 6
Всеми любимый изгой
– Пора вставать, – тихо произнес я, и кукла открыла глаза.
Трое суток, трое гребаных суток я пытался вытащить манекен Жанну из искусственной комы, в которую сам же ее и вогнал, и наконец-то у меня получилось.
Весь мой эксперимент начался с более точечного обустройства человеческого мозга. Серая жидкость в голове Жанны была лишь искусственной подделкой, а, для решение стоящей передо мной конкретной проблемы стоило сделать чуть ли не стопроцентную копию ядра черепной коробки.
Учебники по углубленному строению человеческого мозга, которые каким-то образом оказались в библиотеке на полке с историческими книгами, отлично поспособствовали моему развитию. Такими темпами я смело могу пойти работать в больницу каким-нибудь нейрофизиологом.
Воссоздание скорлупы, ограды и базальных узлов еще куда не шло, но когда дело дошло до таламуса и мозолистого тела, пришлось серьезно попотеть. Также проблема возникла с нейронными связями. Я вообще не представляю, как они должны выглядеть. С функциональностью тоже возникли вопросы, но я решил сделать их подобно компьютерной программе, спасибо Харду за его лекцию и несколько полезных записей.
Естественно я понимаю, что вся моя работа сделана коряво, на скорую руку, да и не профессионал я в этом деле, но, это лучшее, что я смог придумать. Вдобавок я немного обновил Жанку, сделав ей более менее стройное тело, поправив физиономию и остальные части кукольной плоти. Самое страшное заключалось в том, что вокруг меня и Жанны были разбросаны неудачные варианты частей человеческого мозга, рук, ног, глаза, челюсти, в общем, всей человеческой оболочки. Создавалось впечатление, словно я попал в охотничьи угодья заправского мясника. Обновление Жанны были сделаны для моей сосредоточенности. Смотреть на уродливую куклу не хотелось.
Настроив манекен, я почувствовал, как от него исходит легкая тревога. Жанна была неподвижна, но глаза куклы любопытно оглядывались по сторонам, изучая окружающие ее вещи. Ее разум смахивал на сознание ребенка, ничего не понимающего, но очень любопытного.
Ввести куклу в искусственную кому получилось сразу, всего лишь нужно было надавить ментальной энергией на определенные участки головного мозга.
«Сомневаюсь, что получится проделать подобное с живым человеком, но, думаю, у меня еще будет время проверить это.»
Попытавшись первый раз, я понял одну особенность. Те участки мозга, на которые я повлиял, в дальнейшем, не реагировали на мои воздействия. Чтобы я не делал, откликаться они так и не собирались. И только сегодня, в мою голову пришла мысль повлиять на них, через активные зоны. И, вуаля! Все вышло, только устал я настолько, что провалился в сон внутри сна.
«Дверь, персты с кулоном, книга, размытый портрет, кристалл. Каждый раз, когда мне снится этот сон, его детали становятся все четче. Я как-то попробовал ускорить сей процесс, специально засыпая во сне, но именно в эти моменты мне ничего не снилось, словно видение само выбирало, когда навестить мой разум.»
Пробуждение ранним утром оказалось тяжелым, но мне было некогда нежится в постели. Пора было опробовать удачный метод.
***
– Молодой господин, прошу меня простить, но эту палату могут посещать только родственники! – произнесла девушка врач, зависающая в приемной.
– Что ж, хорошо. А мистер Туле у себя?
– Да, но сейчас он сильно занят, подойдите позже.
Дороти, именно это имя было на бейджике, была непреклонна. Вот это меня удивило. Даже то, что я являюсь ребенком высшего сословия, не заставило хотя бы изменится в лице молодую особу. Складывалось ощущение, что больницы – это отдельные государства внутри кланов, со своим законом и порядком.
Улыбнувшись девушке, я вышел с больницы и стал думать, как бы мне пробраться внутрь. Ждать не хотелось. Проблема заключалась в том, что мой метод мог оказаться абсолютно бесполезным, и тогда бы пришлось вновь искать действенный способ, а тратить время на бесполезное ожидание, попросту расточительно.
Делая вид интересующегося здешней архитектурой молодого парня, я обошел все медицинское учреждение в поисках лазеек, и таковая нашлась. На заднем дворе, к счастью пустующем, как раз со стороны окна в палату Юки, была водосточная труба, тянущаяся от крыши здания прямиком к бетонной дорожке.
С помощью ментального обнаружения, работающего постоянно и практически не поглощающего энергию, я удостоверился, что вокруг никого, и полез вверх.
«Да уж, альпинист из меня никудышный, благо, что хоть тело легкое и труба спокойно выдерживает меня. Никогда бы не подумал, что простейшие навыки лазания по деревьям, выработанные еще в детстве, помогут мне не падать с железяки.»
Не спрашивайте меня, почему я не придумал что-то получше. Мой больной мозг захотел лезть.
Из присутствующих были лишь люди, лежащие в палатах и гуляющие по коридорам.
– Да чтоб тебя! – послышалось из одного окна.
– Ну, Аркадий Юрьевич, не судьба, видимо, вам сегодня выиграть, – задорно подметил второй голос.
– Не базарь много, Ерема! Не был бы ты витязем, давно бы морду начистил! – грозно произнес первый, на что второй лишь громко рассмеялся. – Ладно, врачей поблизости вроде нет, пойду подымлю в окошко.
После этих слов силуэт, который я видел сквозь стену, достал из кармана, скорее всего пачку сигарет, и двинулся в сторону окна, рядом с которым проходила труба, на которой, подобно 'гордому' орлу, восседал я.
Не знаю как, но в этот момент, с накачанным в кровь адреналином, вперемешку с ментальным усилением, я, словно горный баран, буквально в три прыжка, оказался в нужном мне окне. Звук открывшегося окошка, прозвучавший в унисон с сухим кашлем, подсказал, что мужчина уже выглянул наружу.
Я стоял на стоке окна и тяжело дышал. На лбу выступили капли пота, руки дрожали, а сердце бешено колотилось. Благо, что в палате, обзор из которой я закрывал своей пятой точкой, никого, помимо, прибывающих в коме, Юки и Такео не было. Окно оказалось закрыто с другой стороны, что меня сильно разочаровало.
Какой же я дурак! – мысленно обругал себя я, закрыв ладонью лицо. Будучи подверженным подростковому фанатизму, я даже не подумал о такой значительной детали, как закрытое окно. Такой тупости позавидует даже ныне покойный Лак.
В плату никто не заходил, а задний двор посещали лишь старики, которым было тяжело посмотреть наверх. У меня есть три варианта: первый, спустится вниз и попробовать обойти всех врачей, а также камеры, расположенные по всей больнице, что невозможно, второй, выбить стекло, и, пока будут думать, что же произошло, попробовать совершить задуманное, а третий, воспользоваться ментальными силами и словно джедай открыть окно.
Я выбрал третье. Конечно, звучит как полнейший абсурд, но попытка не пытка. Раз я обладаю таким даром, возможно, что и двигать предметами силой мысли я тоже смогу.
Как-то в своей голове, мне было лень подниматься с кресла, точнее не хотелось тратить время, дабы взять новую книжку, и я решил попробовать притянуть ее к себе. Тогда все произошло очень легко, так как разум мой и царь в нем я, но в реальной жизни все в разы сложнее.
Вспоминая свои действия, я начал пристально, через стекло, смотреть на ручку окна. Фокусировка была максимальной, в какой-то момент, я даже перестал наблюдать за происходящим вокруг.
– Повернись пожалуйста. – медленно проговорил я, но ручка не поддавалась. – По-вер-нись по-жа-луй-ста – скрипя зубами, произнесли мои уста. Маленькая Г-образная железяка ее двигалась.
Повернись! – прокричал я, только уже про себя.
Чудо не заставило себя долго ждать. Ручка повернулась и оконная дверца с тихим, но режущим слух скрипом отворилась. Сперва я не поверил такому повороту событий, но затем запрыгнул в палату. Приятно осознавать, что способен на такое, но радоваться такому открытию времени особо не было, так что я сразу направился к спящим.
Сначала я направился к подруге, мирно лежащей на койке. Подойдя ближе, почувствовал сильную больно. Юки до сих пор плакала. Столько времени пробыть в одиночестве, запертой в собственном теле, для ребенка, невыносимо. С сильными, переполняющими меня чувствами, я ни чем не смог бы ей помочь, поэтому…
«Ментальный блок.»
Все чувства быстро развеялись, а ум прояснился. Мои дальнейшие действия были быстрыми и четкими. Я подошел к девушке, и прикоснулся к ее лбу обеими руками. Таким образом, как я выяснил, вся ментальная энергия проходит в голову нужного мне человека полностью, а не выветривается, как было ранее. Грубо говоря, половина ее мозга спит, а другая самолично пытается ее разбудить. Интересное зрелище. Ментальные частицы просачивались в каждую клетку работающей половины, и стимулировали ее работу. Этот процесс был очень долгий, из-за сложностей своих операций. От меня требовалось точечно заполнять каждую клетку, а уже через нее, переводить энергию в неработающую половину разума. В какой-то момент, я почувствовал, как треть отключенной половины, стала активней потреблять мою фиолетовую силу. Если бы не ментальный блок, то моей радости бы не было предела.
Но, как все мы знаем, в жизни не всегда все идет именно так, как было задумано.
Резкая боль в районе висков заставила меня сморщиться, а ее дальнейшее нарастание, опустило меня на колени и заставила прекратить свой опыт.
Прикоснувшись к области над губой, я почувствовал теплую влагу, а через секунду понял, что это была моя кровь.
«Не хватило энергии или способностей.» – сделал я логический вывод.
А ведь дело почти завершилось удачей.
***
Восстановить свои силы до конца в палате мне не дали. Через полтора часа я почувствовал, как по коридору в мою сторону направляется один из врачей, судя по нейронной активности мозга, это была женщина. Не став надеяться на то, что она не в эту палату, я вновь залез на окно и ментально закрыл его, а затем спустился по водостоку. Пока спускался порвал пиджак новенького костюма, который пришлось выбросить.
«Печально.»
Я направился к выходу. Головокружение, преследующее меня последние пол часа прошло, идти и осознавать происходящее вокруг стало намного легче.
«Что ж, какой же вывод можно сделать из сложившейся ситуации. Во-первых, будь у меня больше времени, я бы смог лучше контролировать каждую частичку своей ментальной энергии и, благодаря этому, быстрее работать с разумом Юки. Во-вторых, запасов моей энергии на такую сложную и долгую работу, категорически не хватало. Я успел 'оживить' только треть отключенной половины, и то, так себе, так как после того, как я убрал руки и прекратил свои махинации, неработающий разум вернулся в свой прежний вид.
Конечно, можно еще месяц или два, целыми сутками, работать над контролем, дабы сократить расход энергии, но я так не могу. Сейчас, 16-летняя девушка, а для меня она еще совсем ребенок, сильно страдает. Продлевать ее муки я не намерен.
В таком случае, остается лишь один вопрос. – Как мне повысить количество своей ментальной энергии? Естественно, я не вижу этот 'бочок', содержащий мою силу, но, судя по тому, что после активного использования способностей, за исключением так называемых пассивных, я начинаю слабеть, а содержимое моей головы превращается в месиво, фигурально где-то он есть.»
Куча идей, вертящихся в моей больной, уставшей голове, не подходили, кроме последней, всплывшей, когда я проходил мимо магазинчика бытовой техники, на витрине которого стояла целая куча выпуклых телевизоров. На экране мерцал детский мультик про то, как гадкий утенок превратился в прекрасного лебедя. Конечно же было понятно, что утенок изначально являлся лебедем, но это было то самое наваждение.
То что мне нужно – это метаморфоза или трансформация, называйте как хотите. Мне в голову пришла идея, переработки эфирной энергии в ментальную.
«Звучит безумно, но думаю, что стоит попробовать. Если у меня выйдет, то для того, чтобы вытащить Юки и Такео из комы, мне понадобится ассистент, который любезно поделиться со мной своим эфиром.
Эх, энтузиазму у меня сейчас хоть отбавляй, вот только уставшее тело не солидарно со мной. Домой спать, а завтра к Игорьку. Наплету что-нибудь в три короба, и, думаю, мужик согласится.»
***
– Пашкевич, ну ты не тряси рукой, выпускай постепенно, – эта фраза, прозвучавшая на японском и сказанная мной в сторону маленького мальчика, выглядела бы максимально ужасно, если бы был звук, без картинки.
Когда рано утром я пришел к дому Игорька, Любовь Андреевна оповестила меня, что ее муж уехал на какие-то полевые сборы у юных мореплавателей, а дома остались только она и дети. Затем женщина пригласила меня на завтрак, и, если бы вы только почувствовали этот божественный аромат, щекочущий ноздри и игриво заманивающий внутрь, так же как и я бы согласились.
Казалось бы, обычные блины с чаем, и сладкая сгущенка, но в моих глазах было столько радости, что простыми словами не описать.
Когда я сел за стол, Любовь Андреевна любезно предоставила мне кружечку ароматного черного чая под названием 'Дарджилинг'. У меня чуть глаза на лоб не полезли от одного его вида. Пойло достаточно дорогое, а завозится оно прямиком из южной части Российской Империи. Мало того, что перевозки стоят больших денег, так еще и сами листья чая чересчур капризные к перепаду температуры, из-за чего приходится возить их в специальных контейнерах, строение которых смахивает на термос.
– Любовь Андреевна, а где вы взяли этот чай? На обычном рынке его навряд ли купишь, слишком уж высока цена. Насколько я знаю, лишь небольшая часть аристократов может позволить себе такую роскошь, – говорил я с заинтересованным, детским взглядом, но в голове появлялись некоторые подозрения насчет этой семьи.
Женщина напряглась, сказали мне ее эмоции, но когда она повернулась ко мне, на ее лице была приятная улыбка, правда эмоции не могут лгать.
– Господин Одзава вежливо одолжил нам одну коробочку из своих запасов, – произнесла Любовь Андреевна и, развернувшись, продолжила мыть посуду, только делала она это довольно неуклюже.
В данной ситуации меня тревожили, хотя это громко сказано, всего лишь две вещи. Во-первых, чай очень дорогой. Не спорю, что такой человек как Макото, без каких-либо проблем может позволить себе отдать одну такую коробочку, кому-нибудь из своих подчиненных. Но, чтобы женщина поила им своего соседа, это за гранью моего понимания. Возможно, Любовь Андреевна просто не знает ценность этих листьев, в чем я сильно сомневаюсь. Во-вторых, посуда. Как бы вам сказать, да прямо и скажу… На столе сейчас стоят лучшие блины, которые я когда либо пробовал, а холодильник, даю 100, забит разными вкусностями. Любовь Андреевна хозяйственная женщина, видно сразу, вот только посуда. Она совершенно не умеет ее мыть. Конечно, в этом деле много ума не нужно, но умелая хозяйка делает это активней и качественней, а тут что. Каждая тарелочка остается в маленьких пятнах, а сам процесс отмывания длится продолжительное время. Складывается ощущение, что раньше женщина никогда не мыла посуду, это делали за нее, а данные навыки начинает приобретать только сейчас.
Если посмотреть с менее придирчивой стороны, то мои мысли кажутся бредовыми и нелогичными, но… Вдруг я прав.
– Любовь Андреевна, вы же русская аристократка? – спросил я.
Звук бьющейся кружки, выпавшей из рук женщины, отразился от стен, создавая мимолетное эхо. С довольным выражением лица я смотрел в спину дамы и вдыхал аромат дорогого напитка. Не беспокойтесь, никаких плохих мыслей в моей голове не было. Я просто был рад тому, что мои дедуктивные способности не подвели, и я оказался прав.
Тем временем, не оборачиваясь, русская аристократка тихо спросила. – Что ты хочешь за молчание?
«Стоп, стоп, стоп! Она расценила это как угрозу? У меня и так врагов навалом будет, но чтоб еще и мои соседи туда… Нужно все объяснить.»
– Любовь Андреевна, постойте! Вы меня неправильно поняли, – спешно пробормотал я. – Я ничего не хочу. Просто спросил и не ожидал, что окажусь прав. Вы с Игорьком, – невольно улыбнулся, называя супруга аристократки 'Игорьком', – для меня хорошие друзья. И, если для вас так важно, чтобы никто не знал о том, что вы голубых кровей, то я буду молчать.
Судя по эмоциям женщины, моя судорожная речь все-таки повлияла на нее. Развернувшись ко мне, Любовь Андреевна посмотрела на меня самыми добрыми, и кого-то мне напоминающими глазами, а затем подбежала и крепко обняла.
– Любовь Андреевна? – недоумевая, произнес я.
– Какая я тебе Любовь Андреевна? Тетя Люба! – бормотала женщина, сжимая меня своей титанической хваткой.
«Она мне точно кого-то напоминает.» – думал я, пытаясь выбраться из объятий дамы.
Спустя минут пять женщина отлипла от моего тела, по ощущениям уже поломанного, и вновь одарила своим теплым взглядом.
– Как же ты вырос, Артурчик. Помню, как Август привозил тебя еще совсем маленьким.
– Отец?
– Да, – с улыбкой на лице произнесла женщина. – Мы с твоим отцом и Макото учились в одной академии, там и познакомились. Эх, хорошие были времена. Нас называли 'свирепой троицей'.
– Погодите, погодите… – разводя руками перед собой, произнес я. – Почему тогда вы мне сразу не сказали?
– Я боялась, что ты расскажешь своему деду, и тогда за мной приедут из России.
«Ясно. Женщина беглая аристократка. Почему она сбежала, мне не особо интересно, да и как связалась с Игорьком – тоже, об этом можно поинтересоваться позже. Сейчас меня волнует другое, вот только спросить мне не дали.»
– Артур, а как там поживает Присцилла? А то с дня рождения дочки Макото не виделись.
«А…! Вот кого она мне напомнила.»
Глава 7
Всеми любимый изгой
'Приют нашего прародителя, справедливого Зена' – гласила надпись на табличке, установленной на здании.
Сейчас вы, наверное, думаете – Как так, что сейчас произошло? Не беспокойтесь. Сейчас я вам все объясню.
Пока я сидел в доме Игорька, Любовь… теть Люба рассказывала мне истории из академии, в которой она училась вместе с моим отцом и господином Макото.
Кто бы мог подумать, что Август, был самым веселым, непредсказуемым заводилой академии. Вечные пьянки, проблемы с законом, от которых его отмазывал дед, красавицы голубых кровей, у которых Август украл их нераскрывшиеся бутоны, гонки на улицах, в простонародье 'стритрейсинг', а когда у отца было плохое настроение, то все деревья вокруг главного корпуса академии были окутаны в белоснежный слой туалетной бумаги, развешанной подобно гирляндами на новогодней елке. И это еще малая часть того, что происходило. Господин Макото же был поспокойней, но, по словам теть Любы, один раз насолил моему отцу, приклеив его то ли тапки, то ли носки, к потолку их комнаты в общежитии, и об этом, отец до сих пор не знал.
Забавные истории, но это ладно. Дальше женщина рассказала мне причину, по которой она скрывается, и как встретила Игорька.
Причина оказалась не такой уж и замысловатой. Будучи еще в Российской империи, женщина должна была стать женой наследника императорского престола, но как вы могли догадаться, сама лично она этого не хотела. По ее словам, жених был еще тем отвратительным типом, за которого, опять же, как выразилась теть Люба, даже свинья бы замуж не вышла. Ее фамилия, как и фамилия клана – Вознесенская.
«Я плохо разбираюсь в Российской иерархии, но как будет время, стоит обязательно глянуть в интернете.» – подумал я, когда услышал фамилию.
Сбежать ей, на тот момент девушке, помогли родственники, разделяющие взгляды молодой особы. Они нашли небольшое, ничем непримечательное судно, проходящее через черное море прямиком к побережью юго-восточной Европы. Выбор страны был очевиден. Любовь Андреевна знала только Русский и Английский. На мой вопрос – 'Почему не сухопутным путем?', женщина ответила, что, когда она покинул стены родного дома, через десять часов вся столица империи стояла на ушах. Проверка на сухопутных границах тут же усилилась, а вот с морскими были некоторые проблемы. И лишь благодаря этому женщине удалось покинуть страну незамеченной.
Уже на борту скромного 'авианосца', молодая госпожа Вознесенская встретила своего ненаглядного муженька, который, цитируя Любовь Андреевну, покорил меня первым, залитым алкоголем взглядом. На этом моменте мы с женщиной громко рассмеялись. Дальше мы разговаривали на разные темы, и я совсем забыл поинтересоваться у нее за русские, архидиановые, боевые костюмы. Говорят, что они лучшие в мире, вот и хотел спросить для личного осведомления. Почему-то подумал, что женщина в них разбирается, раз аристократка.
После долгой посиделки за чашечкой наивкуснейшего чая, я вспомнил, зачем пришел. Красиво сменив тему, я поинтересовался у женщине о ее детях. Они тоже оказались магами, ну кто бы сомневался. Старшего зовут Паша. Теть Люба сказала, что он преуспел в контроле своей эфирной энергии. Долго размусоливать тему ее детишек я не стал, а сразу предложил потренировать Пашку, аргументируя это тем, что у меня был хороший учитель, и простые навыки рукопашного боя ему не навредят. Теть Любу просить повыпускать чистую эфирную энергию не стал. Вдруг не так поймет.
Женщина согласилась, причем так быстро, что я сначала обрадовался, но, как оказалось, зря. Этой хитрой особе просто хотелось скинуть детей на кого-то, а самой пройтись по магазинам. Что за люди эти женщины!
Когда теть Люба покинула дом, сказав нам вести себя прилично, я сразу начал 'тренировать парня'. Благо, он сам был сильно заинтересован в тренировках, а его первоначальная стеснительность тут же выветрилась, когда мы встали в спарринг.
После обильного потоотделения, запыхавшийся Павел, по моим указаниям, садился в позу лотоса и начинал проводить тонкие манипуляции со своей эфирной энергией. По началу, я пытался почувствовать эту самую энергию ментально, и, на мое удивление, это оказалось не так уж и сложно, проблемы возникли потом, когда я начал, так сказать, переделывать эту силу под свой лад.
Из-за чужой энергии, просачивающейся в мой организм, мне становилось плохо и я уходил на скамейку отдохнуть, давая указания юноше продолжать тренировку.
Каждый божий день, в течении недели, я проводил время с Пашкой. Игорек, когда увидел наши тренировки, так сильно воспылал своим морским духом, что тоже начал показывать парню разные трюки с упрощением контроля, различные водные техники и так далее. Приемы были действительно эффективны и я взял парочку себе на вооружение. Теть Люба же решила подождать, пока ее сын достигнет определенного уровня, а уже потом, показать свою секретную, клановскую магию.
За время, проведенное в семье Вознесенских, я понял пару вещей, связанных с эфиром. Энергия каждой стихии разная по консистенции, то есть: энергия магии воды простая и спокойная, но в моменты всплеска эмоций становится буйной, энергия магии ветра подобна водной, только ветер в умиротворенном состоянии хозяина, ведет себе намного тише воды, а вот в разгневанном – бушует похлеще молнии.
Паша был воздушником по матери, но я, ментально, почувствовал в нем расположенность к воде, и даже к огненному атрибуту, хотя огонь является полной противоположностью названным ранее стихиям. Почувствовал я это только благодаря тому, что смог увидеть энергию. Хотя бы немного.
К моему глубочайшему сожалению, недельный труд оказался напрасным. Мне так и не удалось совершить задуманное. Эфирная энергия попросту не поддавалась мне.
Тогда, я, разочарованный очередной неудачей, пошел домой отдыхать. Во сне продолжил читать книжки по психологии. И вот одна книжка, рассказывающая как выбираться из своего тела в астральный мир, напомнила мне маленькую девочку, которая видит чужие сны.
Стоя на пороге приюта, я поправил костюм и недавно купленный пиджак, а затем косточкой пальца постучал по массивной деревянной двери.
Дверь мне открыла монахиня в черном подряснике с длинными рукавами и наглухо застегнутым воротом. Девушка была молодой, 23–25, с приятными чертами лица.
– Добрый день, сударь, – поклонившись, произнесла 'Зено-поклонница'. – Могу я узнать, что привело вас в наш бедный приют.
«Бедный? Ну тут уж она загнула. Судя по колоннам, из черного мрамора, бедностью тут и не пахнет.»
– Хорошего дня вам, – в ответ поклонился, чего девушка явно не ожидала. – Вы прекрасно выглядите, – лесть, одно из моих главных оружий. – Я бы хотел повидаться с одной девочкой, Хейли.
– Прошу меня простить, но…
– Я друг ее дедушки. Понимаю, что вы не можете поверить мне на слово. В таком случае, не могли бы вы проводить меня к своему преподобному?
Лисья улыбка не покидала моего лица на протяжении всего диалога. Что-то обдумав, служительница пригласила меня внутрь здания и попросила следовать за ней.
Что ж, если честно, я так и не понял, приют это или церковь, хотя, почему бы церкви не быть приютом. Сам в таких местах никогда не был, детдом это совсем другое, но почему-то оно напоминало мне то злосчастное здание, в котором я провел свое детство.
Поднявшись на второй этаж, мы подошли к одной из комнат, скорее всего к кабинету главаря этих сектантов, и, постучавшись, вошли в помещение.
– Преподобный Бран, к вам пришел молодой господин э… – девушка повернулась ко мне, вспомнив, что я так и не назвался.
– Артур, – промолвил я. – Артур Велс.
Ох! – удивилась девушка, прикрыв ладонью свои тонкие губы.
Преподобный тут же вскочил со своего места и склонился в глубочайшем поклоне.
– Рады приветствовать столь значимого господина в нашем маленьком приюте, – пробормотал старик.
Конечно, я ожидал какой-то реакции, но точно не такой бурной. У бедняги аж мгновенно пот на лбу выступил. Значимого? Я самый натуральный изгой, а держу эту фамилию только благодаря отцу.
– Прошу, прекратите. Зовите меня просто Артур, – как можно добрее произнес я.
Девушка тут же расслабилась, видимо поддалась моей очаровательной улыбке, а вот преподобный, конечно разогнулся, но продолжал смотреть на меня с неким опасением.
– Что же привело вас? – спросил мужчина.
– Для начала, могу я попросить у вас чашечку чая, – сказал я сухими губами. Пить хотелось неимоверно сильно.
– Конечно, – ответил мужчина и послал девушку за чаем.
Дождавшись чая, я в спокойном состоянии, мужчина в напряженном, я начал излагать цель своего визита, только по своему.
– Мне симпатизирует ваша вера. В ней есть что-то праведное, что-то загадочное, и почему-то мне хочется в это верить, – сделав глоток, произнес я. – Могу ли я принять вашу веру.
Глаза мужчины тут же приобрели жадный вид, и я его понимаю. Представьте, что у вас есть какое-то малозначимое предприятия, производимые продукты которого очень плохо продаются. Но тут к вам приходит один из знаменитых или влиятельных людей и предлагает прорекламировать ваш продукт или же помочь вам развить свой бизнес. Как бы вы отреагировали? Скорее всего положительно, так как особых перспектив у вас нет, а вот с ним все может получится. Так и преподобный, услышав мои слова, воспылал этой идеей.
Примкнуть к какой-либо вере все же стоило. Атеистам тут не особо рады. Не то чтобы меня это сильно привлекало, но, возможно, в дальнейшем это принесет мне какую-то выгоду. Может и денег получится заработать на идее 'поклонения богу'. Да простят меня все верующие.
– Это же прекрасно, – завопил мужчина, а его писклявый голос неприятно резанул по ушам. – Конечно вы можете, наши двери всегда открыты.
Смотреть на его рыжие, немного сальные волосы было неприятно, и не спрашивайте меня, почему я на них залип. Поправив очки, мужчина вышел из-за стола и подошел к комоду, мирно давящему деревянный пол в углу.
Порывшись в нем, он, со словами – 'вот ты где', вытащил оттуда кулон, на подобии креста, только вокруг него была круглая оправа, и разделил надвое.
– Прежде чем пройти обряд посвящения, – говорил священнослужитель, а мне становилось не по себе. – вы должны носить половину этого кулона на своей шеи в течении 7-ми природных циклов.
– Природных циклов? – спросил я.
– 7 дней, – уточнил старец.
«Интересный обряд, а после его завершения из моего телика случайно не вылезет страшная телка с черными волосами и в белой, рваной ночнушке?»
С легким недоверием я взял кулон из рук старика и надел его. Преподобный довольно улыбнулся, а я решил перейти к истинной цели своего визита.
– Благодарю за вашу доброту господин, Бран, – улыбнувшись, сказал я, на что мужчина довольно кивнул. – Я рад, что стал одним из вас, но у меня есть одна маленькая просьба.
– Для вас, что угодно, господин Велс, – витая в своих жадных фантазиях, произнес мужчина.
– Мне бы хотелось увидеться с одной девочкой из вашего приюта.
– Конечно. Никаких проблем. Можете сказать, как ее зовут.
– Хейли Чедверг.
***
На небольшой детской площадке, оборудованной качелями, горками, песочницей и различными турниками, активно резвилась ребятня.
Маленькую блондинку с голубыми глазами я заметил сразу. Ее лидерские качества, врожденная харизма и, бьющая через край энергичность очень сильно выделяли ее на фоне остальных детей.
Девушка монашка, которая проводила меня и сюда, даже не успела позвать ребенка, как девочка, сразу же заметившая меня, пробежала в нашу сторону.
– Дядя Артур! – с радостным визгом маленькое чудо обхватила мою шею, когда я наклонился.
Монахиня сразу откинула легкое недоверие, обращенное в мою сторону.
– Дядя Артур, пойдем за мной, я покажу тебе кое-что очень интересное! – задорно выпалила малышка и, взяв меня за руку, повела к песочнице.
– Смотри! – произнесла Хейли и начала что-то раскапывать.
'Кое что интересное' действительно таковым и оказалось. Девочка сделала секретку: она выкопал небольшую ямку, затем положила в нее фантик какой-то конфетки и, накрыв его прозрачным стёклышком, закопала обратно.
«Давненько я не видел, чтоб дети занимались таким бессмысленным, но увлекательным делом. Правда, большинство детей, которые занимались этим в детдоме моего прошлого мира, сейчас работают отличными барыгами. Но, не суть.»
– Ух ты! – прокомментировал я. – Выглядит очень классно. А что это такое?
Девочка встала, настороженно посмотрела по сторонам, а затем подошла ко мне и начала тихо шептать на ушко.
– Это мои сбережения. Я прячу их, чтобы меня не обокрали, а потом на них я смогу купить много апельсинов и, когда придет лето, буду продавать апельсиновый сок и заработаю еще больше денег.
«Господи!» – подумал я, сдерживая слезы гордости, словно за свое чадо. – «Что за прекрасный ребенок? Уже в таком мизерном возрасте думает о будущих накоплениях, сохранности и заработке. В дальнейшем, я обязательно обучу этого маленького гения зарабатывать огромные деньги.»
Оставив свои мечты, я посмотрел на Хейли.
– Ты большая умница! – сказал я и достал из кармана пару 50-ти фунтовых купюр. – Держи, это тебе на будущее.