Текст книги "Системный Рыбак 9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Шиленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5

– И мне тоже приятно, господин Трусарус.

– На этот раз, – он повернулся к Моргану и заговорил так, будто меня в комнате нет, – мальчишка не уведёт здание у меня из-под носа.

Морган взглянул на меня и заговорил спокойно.

– Господин Трусарус, прежде чем продолжить, позвольте представить. Это Ив Винтерскай, старший партнёр филиала. Решение о продаже принимает именно он.

Лампикус хмыкнул, оглядел меня от сапог до волос и полез во внутренний карман халата.

На пыльную крышку ближайшего стола, прозвенев, легло пятьдесят золотых монет.

– Хватит и сверху останется, юноша. Расходы здесь огромные, восстановить бизнес ты всё равно не восстановишь, а это лучшее предложение, которое тебе кто-либо сделает в этом городе.

Я даже не подошёл к столу.

Пятьдесят золотых на пыльном столе. Похоже, у него где-то под халатом припрятан целый прейскурант на чужие решения.

– За такие деньги здание не продаётся.

Лампикус добавил к стопке ещё пятьдесят монет.

– Сто. Соглашайся, юноша, пока я в добром расположении духа.

– Меня это предложение по-прежнему не интересует.

– Двести золотых! Это моё последнее слово, и больше за такое здание тебе никто в городе не даст.

Тут Морган коснулся моего локтя и едва заметно потянул в сторону.

Я отошёл на пару шагов вглубь зала. Морган наклонился ближе и заговорил вполголоса, так, чтобы Трусарус не услышал ни слова.

– Господин Винтерскай. Реальная цена такого здания в этом квартале – пятьсот, а с торгом и до шестисот золотых. Он сбивает вдвое-втрое.

Он помолчал, опустил взгляд на свою обувь и продолжил так же тихо.

– Но двести золотых сейчас – это деньги, которые на дороге не валяются. И я обязан предупредить: Трусарус – мстительный и мелочный. У него связи и в Гильдии, и в Магистрате. Если он захочет, то сможет использовать свое влияние, чтобы вставлять нам палки в колеса. Решать в любом случае вам, я только обязан был предупредить.

Ясно. Он не уговаривал. Просто разложил мне картину и отошёл в стоорону.

Я вернулся к столу с монетами.

– Господин Трусарус. Здание мы не продаём. Ни за двести, ни за пятьсот. У меня на него свои планы.

Бородка у алхимика встала дыбом.

– Свои планы, – он сгрёб монеты со стола одним движением, и они исчезли в его рукаве. – Свои планы, говоришь⁈ Запомни этот день, юноша. Что бы ты тут ни затеял: лавку, контору, ресторан, бордель, я не дам тебе открыться. Гильдия Алхимиков взвинтит цены на восстанавливающие зелья для всех кто связан с тобой в четыре раза, и это завтра же. Мои мастерские и лавки в соседних переулках перестанут обслуживать любого, кто связан с этим домом. Поставщики камня, дерева и краски в этом квартале мои на три четверти. Подрядчики – мои. Стража у тебя проверит каждую вывеску.

Он выдержал паузу и улыбнулся – криво, с прищуром.

– А когда ты прибежишь ко мне сам, я тебе и сотни не дам. И не я один, в Гильдии меня поддержат, я там не последний человек.

Дина перестала сонно сопеть и уставилась на алхимика обоими золотыми глазами. Через связь прилетела не картинка даже, а ощущение: что-то среднее между «этот человек выглядит как обед» и «разреши, я его надкушу».

Я пригрозил ей пальцем.

Четыре цены на зелья. Блокада поставщиков. Гильдия. И весь этот спектакль – ради здания, которое он оценил в двести золотых.

Алхимик третьего ранга. Да у меня в перстне лежат три ядра практиков третьей ступени.

И вот этот козлобородый будет мне угрожать?

Мне стоило усилия не рассмеяться в голос. Вместо этого я посмотрел Трусарусу в глаза и мягко произнёс:

– Хорошего дня, господин Трусарус. Дверь сами найдёте.

Он резко развернулся на каблуке, полы халата хлестнули по ближайшему столу, и затем алхимик вышел.

Дверь хлопнула, да так сильно, что осыпалась штукатурка.

Ну вот. Теперь у меня на одного врага больше, а в городе – на одну проблему. Зато с планами определились.

Морган стоял посреди зала и смотрел на меня. Побледнел прилично.

– Господин Винтерскай, – он сглотнул. – Какие у вас виды на это здание?

Я подошёл к окну и отдёрнул полотно. На улице по мостовой шёл практик в синем плаще с кошельком на поясе, дальше под руку вышагивала молодая пара, а у чайной через дорогу уже собиралась небольшая очередь.

– Морган. Здесь будет ресторан.

– В этом квартале?

– В этом здании. Дорогой ресторан. Блюда из рыбы, раков, моллюсков и мяса с высоким содержанием духовной энергии.

Морган переступил с ноги на ногу, открыл рот, закрыл.

– Господин Винтерскай. Простите, но… ресторан – это огромные вложения, долгая окупаемость и капризная публика. Здесь в квартале три заведения, и все они держатся на постоянных клиентах десятилетиями. Новому ресторану пробиться – задача почти безнадёжная.

– Согласен с каждым твоим словом. Поэтому мы не будем пробиваться к их клиенту. Мы заберём другого.

Он смотрел на меня, не понимая.

– У моего ресторана будет одно преимущество, которого нет ни у одной кухни в этом городе. Энергии в моих блюдах будет больше, чем в восстанавливающих зельях Трусаруса и его гильдии. И стоить тарелка будет дешевле флакона. А вкус я тебе показал вчера на медальонах из крокодила.

– Кажется я понимаю, – у Моргана дрогнул уголок рта при воспоминании.

– Так что Трусарус может взвинчивать свои цены сколько ему угодно. Чем дороже зелья, тем длиннее очередь к моему столику.

– Но Господин Винтерскай. Я не понимаю, как вы это сделаете. Но после того, что я видел вчера за столом… я не буду спорить.

– И правильно. Скоро всё увидишь сам, – я подошёл к Дине и подхватил её на руки. – Морган. Веди меня на рынок. Мне нужно закупиться и найти рабочих, которые приведут это здание в божеский вид в кратчайшие сроки.

* * *

– Господин Винтерскай, а отруби-то вам зачем?

Морган взялся за край мешка, прикинул вес и посмотрел на меня с тревогой.

– Соль крупного помола я ещё понимаю. Отруби куда?

– В воду.

– Рыбу кормить?

– Сначала рыбу. Потом того, кто придёт кормиться этой рыбой.

Он помолчал.

– Это так работает?

– Если рыба не читала учебник и не решила меня опозорить, да. Жмых даст пятно запаха, мелочь соберётся вокруг, а хищник явится проверить, кто тут открыл столовую без разрешения.

– Понял.

По его лицу было видно: в графу «понял» он поставил прочерк, но спорить со мной не стал.

У рынка после обеда начиналась вторая жизнь. У мясников ругались из-за окорока, у мучника сыпалась мука из дырявого мешка, рыбный угол жил собственной болотной погодой, а возле сладостей дети облизывали пальцы и делали вид, что им ничего не надо.

Я дошёл до травника и принялся нюхать корзины. Две сразу отставил: сено и баня. Третья годилась лечить козу от дурного нрава. Четвёртая ударила в нос прелью и речной горечью.

Вот это уже годится.

– Три горсти этой. И ещё той, рыжей, тоже три. Верхний слой не трогай, он сыростью взялся.

Травник сунул пальцы глубже в корзину и перестал прикрывать мешок локтем.

– Сами рыбачите, господин? Местные эту траву берут перед ночной ловлей.

Я отсчитал медяки. У соседнего лотка добавил к мешку пузатую банку перца и щепоть сушёного корня, от которого язык сначала немеет, а потом требует мяса.

Дина добралась до копчёной мелочи, ткнулась носом в связку и застрекотала. Торговка прижала товар к себе, а я за шкирку утащил от туда розовую обжору.

Я задержался у вяленых лещей. Мелочь, перевязка кривая, брюшко сыроватое, соль легла пятнами. Когда я открою коптильню, подозреваю этот ряд начнёт торговать извинениями.

Не то чтобы я этого хотел, но просто так могут сложиться обстоятельства.

Котлы, ножи и два мешка соли я взял у скобяника рядом с мучным рядом. Брал больше для виду: Моргану с носильщиком нужна была поклажа.

– Морган, отвози всё к Дайлам и распорядись на кухне. Бертольду скажи: рыбу на завтра я принесу сам.

– Хорошо, господин Винтерскай. А вы куда?

– К плотникам. Куда идти?

– За Кузнечный мост.

– Далеко?

– Минут пятнадцать, если кузнецы телегами проход не забьют. Там площадь с навесами. Спросите старшину, он покажет свободных.

Носильщик забрал котлы, Морган подхватил соль, и они оба ушли.

А я отправился на поиск плотников, на ходу по крепче затянув ремешок на мешочке с травой.

На Кузнечном мосту из ворот кузницы выкатили тележку с углём.

– С дороги!

Я пропустил тележку и получил в лицо порцию жара.

Дина возмущённо фыркнула. Рид обошёл угольную пыль по самой кромке и демонстративно встряхнул лапу.

За мостом открылась площадь с навесами.

Биржу я узнал по вывескам: кладка на доске, резной поручень, кровельная черепица и печная заслонка. Заказчики тыкали пальцами в швы и спорили о цене.

Я выбрал навес с печной заслонкой.

Бригадир, мужик с черно-седой бородой и руками в извёстке, отставил кружку и вытер большой палец о фартук.

– Работа какая?

– Ресторан на Ремесленной. Зал привести в вид, поставить стойку и кухню с печным углом. Срок – три дня.

Он уже потянулся к дощечке с расценками.

Как у соседней скамьи кто-то кашлянул.

Бородач убрал руку от дощечки.

– Загружен на полгода вперёд, господин. Три заказа в Гильдейском квартале, один на Святогусовых складах. При всём почтении.

– Только что же считали.

– Привычка.

– Полезная. Почти как крышка на пустом котле.

Он не понял, но кружку к себе подвинул.

Я поблагодарил и пошёл под соседний навес. Там молодой бригадир успел спросить, какой высоты делать стойку, и даже снял с уха огрызок карандаша.

Старший рядом положил на столешницу кусок мела.

Карандаш вернулся за ухо. Цена вышла такая, что стойка по смете должна была сама отбиваться от грабителей.

– За эти деньги я закажу маленькую крепость. С кухней.

– Такая цена, господин.

Дина у моей ноги чихнула на мел. На доске расползлось белое пятно, и бригадир прижал расчёт локтем.

Под третьим навесом мужик с глиняной трубкой оказался честнее остальных.

– По адресам, где соседи против, не работаем. Цеховой обычай. Извини, парень.

Я остановился посреди площади и обвёл взглядом ряды.

Пожилой бригадир у крайнего навеса опустил глаза в свою кружку. Молодой подмастерье через два навеса от него начал было привставать со скамьи, но рядом сидящий старший положил ему ладонь на плечо, и парень сел обратно. Слаженно работают.

Хм… Странно и подозрительно это, но да ладно. Чем тратить на них нервы и ссоры лучше просто найти другое решение. Например, развернусь и попробую найти артель через знакомых Моргана.

Я уже шагнул в сторону моста, когда сбоку под локоть подсунулся знакомый рыжий вихор.

– Господин, а вы случайно не плотников ищете? – сказал внезапно появившийся Кевин.

– Допустим, ищу. А ты что, теперь и по биржам подрабатываешь?

– Я везде подрабатываю, господин, – он усмехнулся деловой ухмылкой. – У меня дядя бригадир. Артель, шесть человек. Год назад с Гильдией поссорился, теперь крупных заказов не берёт. Стоит без работы. Если хотите, то сведу с ним.

Хм…

– Веди.

Кевин нырнул в переулок мимо моста, и мы пошли узкими ходами между задними дворами пекарен.

– А чего они с Гильдией не поделили?

– Дядя Тибор заказ Святогусам не доделал в срок, потому что мастер у них руку ему сломал и не заплатил, а Гильдия встала за Святогусов. – Кевин пожал плечом.

Мы вынырнули во двор за пекарней. Под навесом на козлах лежали свежеоструганные доски, рядом стоял верстак с разложенным инструментом, а у входа в мастерскую сидели на лавке трое подмастерьев и двое взрослых парней, играя от безделья в кости.

Мастер Тибор поднял голову от верстака. Кряжистый мужик лет пятидесяти, борода в стружке, левая ладонь когда-то ломалась и срослась криво.

– Дядь Тибор! Я клиента привёл. Платит честно.

Тибор оглядел меня от сапог до ворота, не торопясь. На Рида у моего сапога посмотрел отдельно, на Дину – тоже отдельно. И на его не промелькнуло ни тени удивления.

– Что нужно, господин?

– Ресторан на Ремесленной улице, дом на углу с чайной. Внутренняя отделка под ключ: косметика по стенам и потолку, барная стойка, кухня с печным углом. Срок – три дня. Готовность – как можно раньше.

– Объём вижу. – Тибор кивнул. – Цена рыночная, без скидок, потому что в три дня ребят придётся гонять в две смены. И ещё одно скажу, господин, по чести. Гильдия Алхимиков нашу артель не жалует. Кто с нами работает, того потом тоже потягают. Подумай, прежде чем браться.

– Алхимики меня и так не любят. Так что мы с тобой уже в одной лодке.

Один из сыновей за лавкой коротко хмыкнул в кулак. Второй толкнул соседа локтем.

Я снял с пояса кошель и отсчитал на верстак половину оговорённой суммы серебром. Стопка вышла увесистая.

– Половина вперёд. Остальное по готовности. К закату ваши люди уже работают на адресе.

Тибор посмотрел на серебро. Перевёл взгляд на меня. Подмастерья за спиной выпрямились, тот, что слева, уже привстал.

– Принято, господин. К закату инструмент на адресе и первая смена за работой.

– По рукам.

Я обернулся к Кевину.

– Дело к тебе, рыжий. Пробегись по рынку и складам и узнай мне две вещи: ходовые цены на сушёную и сырую рыбу по сортам, и расценки Гильдии на восстанавливающие зелья и пилюли – отдельно низший ранг, отдельно средний. К вечеру дай отчёт.

– Сделаю, господин.

Я щёлкнул пальцем по серебряной монете и подбросил её в воздух.

Кевин поймал, её не глядя.

Дом Дайлов встретил меня гулом кухни, который ни с чем не спутаешь.

Морган перехватил меня в прихожей. Куртку он снял, ворот распустил и выглядел человеком, который впервые за полгода прожил свой первый счастливый день.

– Господин Винтерскай. Бертольд накрывает, бабушка просила вас не опаздывать.

– Не опоздаю. Но сначала зайду на кухню.

Я свернул направо. У плиты Бертольд помешивал в чугунке жаркое с куском говяжьей лопатки.

Не успел зайти внутрь, как, Дина потянула морду к корзине со жмыхом, а Рид запрыгнул на подоконник и оттуда с интересом наблюдал за картиной преступления.

– Дина. Корзину не трогать.

Розовая обжора обернулась с грустным видом, будто я несправедливо обвинил её.

– Бертольд, найдёшь пять минут?

– Для вас, господин Винтерскай, и десять найду. – Он сдвинул чугунок на край плиты и вытер руки о фартук. – Садитесь.

Я сел за кухонный стол. Бертольд опустился напротив, фартук снимать не стал. На такие разговоры он, видимо, ходил в полной экипировке.

– Бертольд, мне нужен совет. И поручительство. В городе открываю ресторан. Кухню собираю с нуля. Мне нужно два повара, посудомойка, мальчик на побегушках. Нужны хорошие руки и чистые головы. И главное, такие, кто не побежит к Гильдии Алхимиков, едва услышит, на кого работает.

Бертольд почесал бороду и помолчал.

– Двое на ум приходят, господин Винтерскай. За обоих ручаюсь головой.

– Слушаю.

– Леон Берг. Мой бывший подмастерье. Парень с руками и без гонора. Сейчас прозябает за мостом в трактире «Три бочки», моет котлы за миску каши.

– Второе имя?

– Магда Тейн. Вдова под сорок. С мужем держала харчевню у южных ворот, муж умер, харчевню отжали по долгам, на руках двое детей. Никто не берёт вдову с прицепом, а готовит так, что у меня после её рыбного супа слюнки текли ещё неделю.

Один молодой и голодный, вторая взрослая и битая жизнью. Хорошая пара. Молодого слеплю под себя, взрослая принесёт в зал спокойствие.

– Бертольд, пригласи обоих завтра к обеду. Хочу посмотреть в деле. Каждому дам по набору продуктов и по часу на готовку.

– Сделаю.

Бертольд кивнул, помедлил и шевельнул бровью под седой щетиной.

– Господин Винтерскай. Есть и другой путь. Если хотите команду, которая сама за вами в огонь пойдёт.

– Слушаю.

– На заднем дворе «Серой Кружки» раз в месяц устраивают поварские поединки. Судят старики, пробу дают вслепую. На лучших ставят кланы и заведения, а молодые повара после такого сами просятся в подмастерья к победителю. Я там Леона и нашёл. Возьмёте первое место – и за вами в очередь встанут.

Я почесал переносицу.

Ого. Это ведь не наём вовсе. Это бесплатная вывеска над моей дверью, о которой к утру будет говорить полгорода. Главное прийти и победить. А мои рецепты уровня Мишлен и с «Духовным Кулинаром» в рукаве я там буду не повар, я самый настоящий грабитель с ножом.

Ладно, к этой мысли вернусь позже. Сначала Леон с Магдой, потом уже буду пугать Гильдию.

– Спасибо, Бертольд. Про поединки запомню.

Он поднялся, поклонился и вернулся к плите. В чугунке снова забулькало.

После ужина дом разошёлся по своим углам. Элиза поднялась наверх, бабушка устроилась в гостиной с книгой, а я вернулся обратно на кухню разбираться с дневной добычей.

Морган увязался следом и встал у косяка и начал разговор, который он кажется репетировал сегодняшний вечер.

– Господин Винтерскай. Я не подвергаю ваши решения сомнению. Но ресторан, в нашем квартале, против Гильдии и Клейнов… Да и к тому же, я никогда этим не занимался. Я возил грузы. Не знаю, с какой стороны мне вам быть полезным в кухонном деле.

– Морган. Это будет третий и четвёртый филиалы в моей сети. До этого был ресторан в деревне и заведение в поселении на сваях. Оба живы и приносят доход. А по грузам ты мне понадобишься, и тогда твой опыт окупит себя за один рейс.

Он выдохнул и подошёл к столу.

– Чем могу помочь сейчас?

– Смотри. Учись. А лучше подержи миску.

Я выложил перед собой закупленное на рынке: мешочек жмыха, отруби, две связки сушёных трав, банку перца, корень и склянку с крокодильим желе из перстня.

– Это, Морган, рыбацкая приманка. Только не та, которую крошат с моста. Она будет работать совершенно иначе.

Я отсыпал в большую глиняную миску три горсти жмыха, добавил отруби, перетёр пальцами обе травы, чтобы выпустить запах, и бросил сверху щепоть перца.

Морган держал миску и сам того не замечая наклонялся ближе.

В ход пошла мелко рубленая рыбья требуха. После чего я без затей перемешал массу деревянной лопаткой.

Затем взял склянку. Капнул три капли концентрата и ложкой добавил тягучего желе.

Через ладонь пустил нить духовной энергии прямо в миску, активировал «Концентрацию» и подержал столько, чтобы энергия как следует впиталась в массу.

Над миской дрогнуло невидимое марево.

– Где… вы этому научились, господин Винтерскай? – Морган смотрел на миску. – Я видел, как замешивают приманку. Но не так.

– С детства возле воды. Отец и дед таскали меня на рыбалку чаще, чем на ярмарку.

В дверях кухни стукнула трость.

– Я слышу, тут готовят. – Бабушка Майя остановилась на пороге и оглядела наш стол.

В этот момент Дина, всё это время кравшаяся к доске на брюхе, рванула вперёд и сунула морду прямо в миску.

Я щёлкнул её по носу.

– Сказано же, не трогать.

Она отпрянула, обиженно сопнула, села на хвост и через связь прислала образ несчастной голодной крокодилицы, умирающей у пустой реки.

– Не дави на жалость. Поужинала же за двоих.

Бабушка рассмеялась, а Морган не выдержал и фыркнул следом.

На этот смех из коридора заглянула Элиза.

Она остановилась рядом с бабушкой и переводила взгляд с отца на меня, миску и Дину, у которой на носу остался прилипший комочек жмыха.

И вдруг она сделала глубокий вдох, словно собиралась с духом, а затем начала говорить.

– Папа. Бабушка. Господин Винтерскай. Сегодня первый день за полтора года, когда в нашем доме снова смеются. – Она сжала пальцы в замок. – Господин Винтерскай, я хотела бы показать вам Звёздную Террасу. Я давно там не была. Туда любила ходить мама. Составите мне компанию?

В кухне стало очень тихо. Только масса в миске лениво вздохнула.

Я отложил лопатку.

С одной стороны, юная девушка и её отец, ещё вчера державший флакон с ядом. С другой – Звёздный Провал, на дне которого мерцает что-то очень страшное и загадочное. Один взгляд сверху стоит десятка дневных обходов. Да и Дине я обещал…

– Я не против сходить. С Диной и Ридом. Но последнее слово будет за твоим отцом и бабушкой Майей.

Морган дёрнулся так, что миска у него в руках качнулась.

– Господин Винтерскай, вы только приехали, у вас открытие ресторана, рабочие, поставки… Может быть, отложим? Через неделю-другую, когда станет посвободнее.

Он за дочь беспокоился, и видно это было невооружённым глазом.

Но вдруг, бабушка положила ладонь ему на плечо.

– Морган. Девочке шестнадцать. Сидеть в четырёх стенах с учебниками не дело. Господин Винтерскай человек серьёзный, при нём два питомца таких, что городская стража перейдёт на другую сторону улицы. С ней ничего не случится.

Она потянулась к колокольчику на полке и звякнула один раз.

В дверях возник дворецкий Освальд словно он всё это время ждал именно этого звонка.

– Освальд. Завтра проводишь Элизу и господина Винтерская до Звёздной Террасы и обратно. Плату за вход возьмёшь из домашней кассы.

Освальд поклонился.

– Ура!

Элиза подпрыгнула, чмокнула бабушку в щёку и унеслась к себе по лестнице с топотом, который не вязался с её обычной серьёзностью.

Я поймал растерянный взгляд Моргана и пожал плечами.

– Ничего страшного не случится. Слово.

Морган сглотнул и кивнул.

Я накрыл миску влажной тряпицей и убрал в перстень.

– Всё готово. Завтра встаём ни свет ни заря, так что марш отдыхать.

Дина печально посмотрела на исчезнувшую приманку.

Вот и правильно. Завтра нам всем понадобится свежая голова.