Текст книги "Инженер. Система против монстров 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Шиленко

Соавторы: Гриша Гремлинов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25
Зеленый свет

Возвращение было медленным, тягучим, будто я всплывал из глубин ледяного озера. Сначала пришёл звук. Тихий, успокаивающий, похожий на шёпот. Затем появилось ощущение тепла, окутывающего меня, прогоняющего озноб и боль. И, наконец, свет. Не резкий, не слепящий, а мягкий, изумрудно-зелёный, пульсирующий в такт с чем-то живым и тёплым.

Я разлепил веки.

Надо мной склонилось лицо Веры. Сосредоточенное, серьёзное, с милой морщинкой между бровей. Её светлые волосы были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбились и падали на лоб. Она не замечала ничего вокруг. Её ладони, окутанные изумрудным сиянием, парили над моим плечом, и я физически ощущал, как целительная магия проникает вглубь, латая и восстанавливая.

– Очнулся… – выдохнула она с облегчением. – Слава богу, очнулся!

Перед глазами всё резко поплыло, картинка смазалась. Я моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Сознание возвращалось рывками, выхватывая детали из окружающего мира. Я лежал на чём-то мягком, похожем на старый кожаный диван, и был укрыт шерстяным пледом. Рядом со мной на высокой вешалке висел пакет с физраствором. Тонкая трубка тянулась к моей правой руке, где под пластырем была закреплена игла капельницы.

Мой взгляд скользнул в сторону. В углу, прислонённое к стене, стояло моё копьё. Обычное, деревянное, без всякого намёка на магию льда. Просто кусок дерева со стальным наконечником.

Я повернул голову. Рядом с диваном, на стуле, сидела Искра. Она выглядела уставшей, под глазами залегли тени, но стоило ей поймать мой взгляд, как на её лице проступило огромное, искреннее облегчение.

– Ну наконец-то, герой, – усмехнулась рыжая, хотя усмешка вышла какой-то дрожащей. – А то мы уж думали, ты решил проспать весь апокалипсис. Думаешь, раз всех перебил, можно и на боковую?

Я попытался что-то ответить, но из горла вырвался хрип. Язык прилип к нёбу.

– Тихо-тихо, не разговаривай, – тут же вмешалась Вера. – Тебе нужно восстановиться. Потеря крови, истощение, шок…

Подошёл Олег Петрович, протирая очки куском чистой ткани. Достал медицинский фонарик и посветил мне в глаза, потом опомнился и активировал «Диагностику».

Пациент: Алексей Иванов

Статус: Состояние стабильное. Основные повреждения исцелены. Наблюдается лёгкое обезвоживание и общее истощение организма. Угрозы для жизни нет.

Рекомендации: Покой, обильное питьё, усиленное питание.

Военврач удовлетворённо кивнул.

– Хорошая работа, коллега, – сказал он Вере, затем посмотрел на меня и добавил: – А вам, молодой человек, крупно повезло, что звериные когти не разорвали ни одной артерии и не пробили лёгкое.

Мой взгляд упал на грудь. Плед немного сполз, так что я сразу же наглядно увидел результат работы лекаря. Там, где когти Шипохвоста оставили глубокие, рваные борозды, теперь виднелись лишь тонкие, розовеющие шрамы. Они выглядели совсем свежими, но уже затянувшимися.

– Ничего себе, – прохрипел я.

– Шрамы украшают мужчину, – хмыкнула Искра, но я заметил в её голосе оттенок нежности. – Хотя в твоём случае скоро живого места не останется для украшений. Даже не вздумай больше никогда сломя голову нестись в бой без меня!

– Извини, – слабо улыбнулся я. – Так было нужно.

– Подзатыльников тебе выписать нужно, – возмутилась рыжая. – Я, конечно, хотела, чтоб ты стал немного раскованнее, но не до такой же безбашенности! И что это вообще было?

– Система, – коротко ответил я.

– Угу, как же, – она чувствительно толкнула меня в колено. – Ладно, круто получилось, признаю. Будешь потом внукам рассказывать, как в одиночку завалил носорога-переростка. Хотя они, скорее всего, не поверят. Я и сама до сих пор не верю.

Я осмотрелся внимательнее. Мы находились в странном, незнакомом помещении без окон. Просторная комната, заставленная столами, больше похожими на чертёжные кульманы или верстаки. На одном из них стоял огромный пресс, как в старых типографиях. К некоторым были прикручены бестеневые лампы на гибких штативах.

В углу виднелась вытяжка, как в химической лаборатории. Вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные банками с реактивами, какими-то рулонами и стопками картона. В воздухе витал слабый, едва уловимый запах клея, старой бумаги и каких-то химикатов.

Вместо потолочных светильников комнату освещали два мощных тактических фонаря, поставленных на стол и направленных в потолок. Их свет, отражаясь, создавал причудливые, глубокие тени.

Вся наша команда собралась здесь. Они сидели за столами, на перетащенных стульях, кто-то прямо на полу, прислонившись к стеллажам. Судя по пустым банкам из-под консервов и обёрткам от всяких снеков, они уже успели перекусить. Борис, Медведь и Фокусник резались в карты. Женя что-то смотрел на своём телефоне, засунув в уши наушники. Тень молча затачивал ножи.

Сокол сидел поодаль, скрестив руки на груди, и сверлил меня тяжёлым, непроницаемым взглядом. Алина и Олеся сидели вместе на другом диванчике, и маг тьмы что-то тихо рассказывала девочке, которая слушала её с широко раскрытыми глазами. Мики прикорнул рядом, обвив себя полосатым хвостом.

Все выглядели измотанными, побитыми, но живыми. Заметив моё пробуждение, они все оставили свои дела и повернулись в мою сторону.

– Лёха! – воскликнул Борис.

Его радостный возглас заполнил комнату, и остальные тоже зашевелились. Медведь и Фокусник отложили карты, Женя вытащил наушники, Тень поднял голову от своего занятия. Олеська заулыбалась, а её лемур проснулся, зевнул и недовольно покосился на меня заспанными глазами. Всё внимание в этом убежище мгновенно сконцентрировалось на мне.

– О, гляди-ка, очухался наш терминатор, – пробасил Медведь, сгребая со стола выигранные патроны. – А мы уж думали, помрёшь от собственной внезапной крутизны.

– Не дождётесь, – прохрипел я. – Где мы?

– В безопасности, – раздался с другого конца комнаты спокойный голос Варягина. Он сидел в кресле за шкафом, так что я не сразу заметил его. – Мы в библиотеке, – продолжил он, поднимаясь со своего места. – Нижние ярусы. Книгохранилище.

– Это не совсем хранилище, – тихо поправила его Алина. – Это отдел реставрации и консервации документов. Здесь чинят и восстанавливают старые книги и рукописи.

Точно. Теперь всё сходилось. Пресс для переплёта, вытяжной шкаф для работы с химикатами, световой стол для обнаружения повреждений бумаги. Скрытое от посторонних глаз место под землёй, где проще создать правильный микроклимат и защитить книги от ультрафиолета, перепадов температур и влажности. Годное убежище.

Вера тем временем закончила свою работу. Зелёное свечение, исходившее от её рук, погасло. Она устало опустила ладони. И в тот же миг передо мной вспыхнуло системное уведомление.

Получен эффект: «Стандартное Исцеление».

Я удивлённо посмотрел на неё. «Стандартное», а не «Малое».

– Вера, ты что, уровень подняла? – спросил я.

Девушка смутилась и робко ответила:

– Ну… да. Пока тебя лечила…

– «Пока лечила»! – фыркнула Искра. – Да она над тобой колдовала, как шаманка вуду! Влила в тебя столько маны, что хватило бы на подзарядку небольшого города. И не только в тебя. У нас тут почти у всех после диагностики обнаружилась куча поломок. Так что да, наша Верочка апнулась. Теперь у нас два полноценных лекаря!

Вера густо покраснела и смущённо опустила глаза.

– Да я что… Я почти ничего не сделала. Это всё Олег Петрович. Он и тебя лечил, и Сокола, и Бориса с Медведем. Вообще всех. Он тоже уровень получил.

– Да пришлось попотеть, – согласился военврач. – Но бывало и хуже. Сейчас с системными навыками наша работа сильно упростилась, – он похлопал Веру по плечу, а потом достал из кармана баночку таблеток, вытряхнул одну на ладонь и протянул мне. – Вот, держи витаминку. Это для быстрого восстановления тонуса, жевательные.

Я принял пилюлю. Сладкая, слегка травянистая. Действительно ощутил небольшой прилив сил, а ещё отметил, что после Веркиного лечения левая рука почти перестала беспокоить. Попробовал согнуть её в локте, поднять. Боль почти ушла, осталась лишь лёгкая ноющая слабость. Сустав работал нормально, пальцы шевелились.

Я медленно сел, опираясь на правую руку. Голова закружилась, но я стиснул зубы. Вера тут же поддержала меня под спину.

– Лёша, тебе нельзя…

– Всё в порядке, – хрипло выдохнул я. – Пить хочу.

Искра поднялась и подошла к большому кулеру, стоящему в углу. Нацедила в пластиковый стаканчик воды и протянула мне. Я осушил его залпом. Потом ещё один. И ещё. Живительная влага возвращала к жизни. Кивнул ей в благодарность и полез в инвентарь.

– Фонари можно потушить, – сообщил уже окрепшим голосом. – Экономить надо.

На моей ладони появилась брошь «Фонарщик». Мягкий, ровный свет залил комнату, разогнав тени. Он был не таким резким, как свет тактических фонарей, и от него стало как-то уютнее. Потом достал из инвентаря чистую футболку и натянул через голову.

– Спасибо, – сказал, глядя на Веру и Олега Петровича. – Обоим. И тебе, Искра. И всем остальным. Вытащили меня с того света.

– Хватит этого цирка! – голос Сокола, резкий и злой, разрезал тишину. Он поднялся со стула и вперил в меня яростный взгляд. – Я хочу знать, что это, чёрт возьми, было! Все хотят!

Разговоры мгновенно стихли, а Мики прижал уши и неприязненно зашипел на Сокола. Олеся сразу же погладила его, и Хвостокрут успокоился.

– Какого хрена ты вдруг научился останавливать время? – продолжил наводчик. – Как ты в одиночку разнёс эту гору мяса и целую армию тварей? Ты что-то скрывал от нас, Иванов?

Я тяжело вздохнул. Понятно, что этот разговор неизбежен. Они видели всё. Ну или хотя бы последствия. Видели чудо, которое не укладывалось ни в какие рамки даже этого безумного мира. И они имели право знать, ведь мы на одной стороне.

– Я ничего не скрывал, – спокойно ответил я, глядя ему в глаза. – Потому что сам узнал об этом за секунду до того, как произошла остановка времени.

Сделал паузу, собираясь с мыслями. Как объяснить им то, что сам едва осознал? Придётся коротко и по делу. Как в техническом отчёте.

– Ладно, – кивнул я. – Слушайте.

И рассказал. Кратко, сухо, без эмоций. О «Метке Бесформенного», которую получил после боя с Кровавым Цветком. О том, что теперь я «Цель Альфа», и агрессия монстров по отношению ко мне увеличена на триста процентов. О Вестнике, который является предзнаменованием атаки. И о «Кайросе», о «Боге из машины», которого мне вживила Система, чтобы «защитить свой ценный актив». Об утроенном опыте и баффах в критической ситуации.

Я говорил, а люди смотрели на меня во все глаза, боясь пропустить хоть слово. На их лицах отражалась вся гамма эмоций: от шока и недоверия на лице Сокола до восхищения в глазах Олеси. Варягин слушал с каменным лицом, сцепив пальцы в замок. Его взгляд был острым, анализирующим. Он оценивал новую тактическую реальность.

Когда я закончил, повисла гнетущая тишина. Теперь они поняли. Поняли, почему Серпорезы проигнорировали всех остальных. Почему Громорог с такой одержимостью пытался нас раздавить. Он охотился не на БТР. Он охотился на меня.

– Тройной опыт… – первым нарушил молчание Борис. – И… остановка времени? Ты реально можешь останавливать время? Ух мы теперь всем зададим! – его губы раздвинулись в радостном оскале.

– Не я, – поправил я. – «Кайрос». И это не по заказу. Баффы случайные. Точнее, Система сама решает, что дать в конкретной ситуации. И, как видите, эта штука не бесконечная. Перезарядка – сутки и временный дебаф на все мои характеристики.

– То есть, ты теперь… супермен? – недоверчиво поднял бровь Фокусник, разглядывая меня так, будто видел впервые.

– Скорее, громоотвод, который научился бить молниями в ответ, – хмыкнул я. – И то не всегда.

– Это… это невероятно! – глаза Олеси сияли неподдельным восторгом. – Лёша, ты теперь настоящая имба! Как в играх! Самый сильный персонаж!

Я невольно улыбнулся и, протянув здоровую руку, взъерошил её русые волосы.

– Ты у нас тоже имба, – сказал я. – Со своим карманным зоопарком. Просто ещё маленькая.

Девочка счастливо рассмеялась. Этот смех, чистый и звонкий, немного разрядил тяжёлую атмосферу. Потом Олеська ускакала обратно и плюхнулась на диван, сразу же открыв интерфейс и разглядывая значки питомцев.

– «Кайрос»… – задумчиво произнесла Алина. – Странное название для артефакта. Хотя в данном случае оно подходит идеально.

– А что оно значит? – повернула к ней голову Искра.

Алина перевела на неё спокойный, чуть отстранённый взгляд.

– Древние греки разделяли понятие времени на две сущности. Хронос – это линейное, измеримое время. Последовательность событий. Часы, минуты, годы. То, что можно посчитать. А Кайрос… – она сделала паузу, подбирая слова. – Кайрос – это нечто другое. Это неуловимый, решающий миг. Особенный момент, когда нужно действовать, чтобы добиться успеха. Удобный случай. Благоприятная возможность. Время не в количественном, а в качественном смысле. Греки изображали его как юношу с крыльями на ногах и прядью волос на лбу. Его нужно было успеть схватить за эту прядь, когда он проносится мимо. Если упустил, то он улетит навсегда.

Она замолчала, и все снова посмотрели на меня.

– Бог из машины, который даёт шанс поймать удачу за чуб, – невесело усмехнулся я. – Звучит поэтично. И очень в духе этой Системы.

Варягин молчал, и это молчание казалось тяжелее любых слов. Я видел, как его взгляд переместился на Олесю, а потом вернулся ко мне. Сейчас наш командир взвешивал на невидимых весах жизнь своей дочери и жизнь бойца.

– Любое наше убежище, каким бы надёжным оно ни казалось, рано или поздно станет осаждённой крепостью, – наконец глухо произнёс он. – Любой наш маршрут превратится в кровавую бойню. Монстры будут идти на нас, как на маяк. Потому что с нами ты, Иванов.

Я почувствовал, как Искра напряглась. Борис нахмурился, его бицепсы непроизвольно дёрнулись. Друзья были готовы защищать меня даже от командира. И это грело душу, несмотря на то, что Варягин абсолютно прав.

– Понимаю, – тихо сказал я, глядя ему в глаза. – Я должен уйти. Один. Так будет безопаснее для всех. Это единственное логичное решение.

– Нет! – тут же вскинулась Искра. – Даже не думай об этом! Ты с ума сошёл⁈

– Лёха, ты чего несёшь? – прорычал Борис, поднимаясь на ноги. – Мы своих не бросаем!

– Просто нужно разделиться и всё, – внезапно подал голос Женя. Все взгляды тут же обратились на него. – Наша группа пойдёт своей дорогой, а «Ратоборцы» своей.

На некоторое время повисла тишина. Брови паладина сдвинулись, а челюсти крепко сжались. Он обдумывал этот вариант. Довольно долго обдумывал, просчитывал, анализировал. Потом тяжело вздохнул и опёрся на стол.

– Разделяться самоубийство, – решил он и сделал паузу, обводя взглядом всю нашу разношёрстную компанию. – А прятаться бессмысленно. Значит, остаётся только один путь: решить проблему. Не убегать от неё, а решать. Нужно найти способ снять с тебя эту метку, Иванов. Или хотя бы заблокировать её. Это становится нашей главной стратегической задачей.

– А как это сделать-то? – хмыкнула Искра. – У кого-нибудь есть идеи?

– Это проклятие, – тихо сказала Алина. – Сильное, наложенное сущностью высокого порядка. Обычные методы тут не помогут. Возможно, существует какой-то ритуал очищения. Для этого могут понадобиться редкие ингредиенты или место силы. Или артефакт, способный поглощать и рассеивать тёмную магию. Нам нужно искать информацию. Системные гримуары, например. Любые сведения о Бесформенном и способах борьбы с его влиянием. В идеале, нужно найти высокоуровневого мага, специализирующегося на снятии негативных эффектов.

– Место силы… гримуары… – задумчиво повторил Варягин. – Звучит как сюжет для фэнтези-романа. Но в нашем новом мире, думаю, и такое возможно. – Он перевёл взгляд на меня. – А что скажет инженерная мысль?

Я устало посмотрел на командира и разлепил сухие губы:

– Если метка – это какой-то энергетический маяк, который транслирует сигнал в определённом диапазоне, то теоретически его можно заглушить. Создать экран. Помехи. Что-то вроде системы РЭБ, только для магии. Ну или аналог моего «Покрова Тени», но на стероидах и настроенный на конкретную частоту. Проблема в том, что у меня нет подходящего оборудования и я даже не представляю, что это за оборудование. Мне нужны приборы для анализа магического спектра. Если Система внезапно не подарит мне подходящий чертёж, то на эксперименты с кристаллами и создание такой технологии может уйти очень много времени.

Искра резко хлопнула меня по плечу. Спасибо хоть, по здоровому.

– Не переживай, котик. Система тебя любит, так что загадай желание и ложись спать. Глядишь, утром под ёлочкой найдёшь подарок, перевязанный ленточкой.

– Хм… а ведь у меня и правда куча непринятых подарков… – от этой мысли даже голова немного прочистилась.

– Вот, – удовлетворённо кивнул Варягин. – Уже какие-то подвижки.

Сокол презрительно фыркнул:

– То есть, теперь мы все будем рисковать задницами, чтобы этот… меченый… смог найти запчасти для какой-то шайтан-машины? Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы.

– Заткнись, Сокол, – прорычал Борис. – Лёха нас всех спас, пока ты в отключке валялся! И тебя тоже спас, тварь ты неблагодарная!

– Тихо! – осадил их Варягин. – Сокол, твоё мнение учтено. Но решение принимаю я. И оно таково: мы остаёмся вместе. И мы ищем способ решить проблему Иванова, потому что его проблема – это наша общая проблема. А пока ищем, придётся отбиваться. Будем считать это… полевыми учениями с повышенной нагрузкой. Раз уж враг сам лезет к нам, грех этим не воспользоваться. Может, даже получится превратить «Метку» в инструмент для интенсивной прокачки. Будем выбирать места для засад, а не ждать, пока нас зажмут в углу. Так что, как ни крути, Сокол, нам придётся рисковать. Но теперь мы будем рисковать с умом. И чтобы дважды не вставать…