Текст книги "Тьма. Сияние тьмы"

Автор книги: Сергей Тармашев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

– Ты опоздал, дикарь! – прохрипел он, булькая кровью.

Шаман уперся ему в грудь ногою и с силой оттолкнул Дарнэта, высвобождая из его тела свой меч. В следующее мгновение из холодного свечения портала появился некромант. На его спине прямо поверх балахона была укреплена большая туго набитая сума. Некромос остановился от неожиданности, увидев перед собой разгромленный Королевский Кабинет и фигуру Эльфа.

– Кён’Л’Жейсн! – воскликнул эльфийский старец. – Бросай оружие! Ты арестован и будешь доставлен в Элеарэбилл!

Некромант свистящим шепотом произнес в ответ что-то на своем языке, и в его руке блеснул боевой жезл. Эльфийский Магический Щит поглотил поток заклятий Некромоса, и Эльф ударил в ответ. Несколько ударов сердца они кружили по помещению и осыпали друг друга цепочками Боевых Пульсаров. Могучие заклятья, прошедшие мимо защиты, ударяли в пол и стены, взрываясь деревянной щепой и каменным крошевом перекрытий, и все находящиеся в Королевском Кабинете торопливо попадали на пол, стремясь уклониться от смертоносных потоков, боевая магия Эльфа превзошла защиту некромоса первой. Некромант дернулся, пропуская удар, и отлетел к сияющей арке портала. Внезапно из нее появились сразу трое некромантов с мощными боевыми жезлами в руках. Поверженный некромос прокричал им короткую команду, и они разом направили свое оружие в сторону эльфийского мага. Тот пытался сопротивляться, но светящиеся потоки боевых заклятий Некроса захлестнули его в считаные мгновения. Магический Щит Эльфа не выдержал и с глухим хлопком лопнул. В следующий миг из портала появилась следующая тройка Некромантов. Мгновенно сориентировавшись, они присоединились к своим соплеменникам, и густой поток боевой энергии разорвал Эльфа на части, обдавая покрывающие пол обломки камня и мебели кровью и ошметками плоти. Тем временем из портала вышла следующая тройка некромосов.

– Храбрые орки! В бой! – взревел Гронг Неотразимый Удар, вскакивая с пола.

Клыкастые гиганты ринулись в битву. Трэрг успел заметить, как ближайший воин одним прыжком достиг некромантов и нанес одному из них мощнейший удар хрардаром. Магический Щит вокруг некромоса блеснул, и Сын Некроса даже не пошатнулся. Он вскинул боевой жезл и прожег оркского воина насквозь. В следующую секунду Трэрг собрал всю силу, что только успевал создать за короткое мгновенье, и вонзил в некроманта Великую Молнию. Некромоса разорвало на части и швырнуло на очередную тройку выходящих из портала фигур в черных балахонах. Предводитель Некромантов, неуклюже поднимаясь на ноги, выкрикнул приказ, и Дети Некроса принялись осыпать Трэрга длинными цепочками Боевых Пульсаров. Шаман закрылся Магическим Щитом, но защита стремительно таяла под множеством потоков могучих энергий. Трэрг влил в Щит все, что только мог, и ударил Великой Молнией еще одного некромоса. Испепеленный, тот рухнул наземь, но на смену ему из чрева портала пришли еще трое. Сила врагов возросла, и Трэрг почувствовал, как от огромного перенапряжения мозга темнеет в глазах. Он попытался ударить в ответ, но почувствовал, что сил для этого уже не хватит, и пошатнулся, хватаясь за обломок гранитного валуна.

Тем временем из портала появлялись все новые Некроманты. Бесстрашные Орки наносили им чудовищные удары хрардарами, но боевые топоры оказались не в силах пробить Магические Щиты. Могучие воины, не знающие страха, один за другим падали на пол, изодранные в клочья Ударами боевых жезлов. Трэрг почувствовал, как земля уходит у него из-под ног и что-то больно вгрызается в грудь, вбивая тело в заваленный обломками пол. Шаман рухнул, но потерять сознание не успел. Нечто теплое и ласковое, словно руки Мрарды, заботливо опускающие его в младенческую купель, коснулось головы, изгоняя боль и ободряя сознание. Зрение прояснилось, и он увидел брата, гигантским прыжком уходящего от Боевого Пульсара некроманта. Гронг уклонился от заклятья, выбившего столб гранитного крошева из пола там, где еще мгновение назад находился могучий орк, и обрушил на некромоса хрардар. Огромный топор бессильно уткнулся в Магический Щит, словно в гигантскую подушку. Некромант немедленно ударил заклятьем из жезла. Боевой Пульсар сверкнул перед грудью Гронга и тут же погас, поглощенный защитным амулетом. Маленький кристалл в простой оправе, который Трэрг подарил брату на день рождения, принял в себя боевую энергию заклятья и рассыпался в прах. И тогда зеленокожий исполин вдруг с ревом схватил Сына Некроса, вознес его над головой и с размаху швырнул в зияющее остатками выломанной рамы стрельчатое окно. Некромос с визгливым криком рухнул с высоты в добрую четверть долгого перебега. Сразу несколько Некромантов направили на Гронга боевые жезлы, но вскочивший на ноги Трэрг уже бросил на него свой Магический Щит. Собрав как можно больше силы, шаман ударил в ближайших врагов Великой Ветвистой Молнией, опрокидывая их на пол.

– Эти окна выходят в пропасть! – гулко протрубил Гронг Неотразимый Удар, хватая рухнувшего некромоса и вышвыривая его в окно. – Сражайтесь, доблестные орки! Рыгдард Кровавый не забудет своих детей! – Еще одна фигура в балахоне, вопя и кувыркаясь, вылетела в обугленную стрельчатую арку.

Несколько Детей Некроса попытались поразить бросившихся к ним воинов, но Трэрг очередной Великой Ветвистой Молнией сбил их с ног. Рассеянный несколькими ответвлениями удар не мог уничтожить Некромантов, но превосходно перегружал их защиту и швырял на пол. В считанные удары сердца положение на поле боя изменилось. Могучие зеленокожие гиганты хватали падающих под ударами шамана некромантов и сбрасывали их в пропасть одного за другим. Некоторые из Некромосов, оказавшись на полу, пытались сражаться лежа, и Орки падали, сраженные заклятьями. Но те из них, кто не погиб мгновенно, тут же поднимались на ноги, овеянные густыми лучами целительной энергии Белого Мага. Трэрг разрядом сбил с ног троих некромосов, только что появившихся из портала, и, убедившись, что никто из Детей Некроса не стоит на ногах, принялся испепелять поодиночке тех, до кого еще не добрались храбрые орки.

У самой арки портала что-то мелькнуло, и шаман увидел вспышку Боевого Пульсара. Предводитель Некромантов, затаившись, направил боевой жезл в полупрозрачную сферу Белого Мага. Трэрг выбросил вперед ладонь, притягивая к ней клубящийся раскаленным добела пламенем огненный сгусток, и тут же швырнул его обратно. Не дожидаясь результата, он устремился к некроманту, на бегу излавливая испускаемые жезлом некромоса Пульсары и отправляя их владельцу. Магический Щит Некроса замерцал, испытывая перегрузку, и Некромант заметил Трэрга. Он развернул жезл в его сторону и ударил заклятьем. Шаман легко поглотил одиночный удар и взмахнул клинком. Зачарованная сталь пробила Щит, отсекая руку с жезлом, и некромос взвыл, падая на пол. Он судорожно прижал кровоточащую культю к телу и лихорадочно задергался, перекатываясь среди обломков.

Трэрг отыскал взглядом ближайшего некроманта и нанес ему удар мечом. Мерцающая заклятьем сталь разрубила Сына Некроса едва не пополам, и шаман, отшвырнув труп, ринулся к следующему врагу. Спустя семь ударов сердца бой был закончен. От отряда могучих Некромантов осталось лишь несколько обугленных и разрубленных трупов, остальных Детей Некроса предстояло разыскивать где-то у подножия скальной гряды, на прибрежных камнях. Шаман, тяжело дыша, обвел взглядом помещение. Могучие орки кровожадно рыскали по кабинету глазами в поисках врага.

– Вот он! – крикнул Гронг Неотразимый Удар, указывая в сторону портала.

Десяток клыкастых исполинов рванулся туда, и Трэрг стремительно обернулся. Лишившийся руки предводитель Некромантов сидел на полу, измазанный собственной кровью, возле светящейся арки. Его объемистая сума лежала перед ним, светясь магическими кристаллами, вспыхнувшими на ее поверхности. Некромос торопливо касался некоторых из них, словно исполняя некий ритуал, и кристаллы отзывались на его движения короткими пискливыми звуками. Увидев бросившихся к нему орков, некромант ткнул кривым пальцем в кристалл, пискнувший особенно громко, и запрыгнул в арку портала, исчезая в холодном свечении. Спустя мгновение портал погас прямо перед раздосадованными воинами.

– Ушел, дитя гнили и разложения! – гневно прорычал Гронг, ударяя по арке могучим кулаком. – Рыгдард Кровавый! Почему ты не позволил мне заметить его раньше?! – Клыкастый исполин посмотрел вниз и подобрал светящуюся суму некроманта, – Огненный Смерч! Это исчадие Некроса оставило свою поклажу. И она пищит, словно сжатая в кулаке крыса!

Лежащий в луже крови Дарнэт хрипло засмеялся булькающим кашлем, кривясь от боли. Его обескровленные губы зашевелились, и он мстительно просипел:

– В этой суме заключен Всепожирающий Огонь Некроса! Скоро он вырвется наружу, и Арзанна сгорит в его пламени вместе со всеми моими врагами! Дети Некроса не прощают…

Трэрг короткой вспышкой Магической Стрелы прожег ему череп.

– Дай мне взглянуть на это, Гронг Неотразимый Удар! – попросил он брата.

Могучий воин поднес суму некроманта к его лицу. Шаман закрыл глаза и прислушался к потокам мертвой энергии, исходящим из нее. Немыслимо могучее зло огромной разрушительной силы ждало своего часа, дабы испепелить все вокруг на многие десятки долгих перебегов.

– Всепожирающий Огонь действительно внутри сумы, – Трэрг открыл глаза, – и стены его темницы истончаются с каждым ударом сердца. Через восемь мгновений Огонь вырвется на свободу и поглотит город и прилегающие к нему земли.

Девчонка, только что погасившая свою целительную сферу, тихо ахнула, и ее спутники зашептали молитвы своему богу.

– Храбрые орки, расступитесь! – произнес шаман. – Мне потребуется много места. Гронг, будь готов швырнуть суму по моему слову!

Он развел руки в стороны и потянулся мыслью к пещерам Некроса, заполненным мечущимися кровавыми тенями. Туда, где в толще стальных стен существовал безликий демон Ашк’Харра, безмолвный раб и хозяин Некромосов. Магические потоки дрогнули, приходя в движение, и посреди разрушенного Королевского Кабинета вспыхнула бездонно-черная рябь волшебного портала.

– Бросай! – изрек шаман.

Гронг мощным движением швырнул сверкающую кристаллами пищащую суму в магическую черноту, и Трэрг тут же погасил портал.

– Где теперь Всепожирающий Огонь? – обеспокоенно спросила девчонка.

– В пещерах Некроса, – негромко ответил шаман, – в зале демона Ашк’Харра. Там, где он пытался отнять у нас с тобой души.

Его сердце отбило три удара, и Трэрг почувствовал, как где-то очень и очень далеко сотряслись мировые магические потоки, мгновенно искореженные злобной и неумолимой силой исполинских размеров.

– Я чувствую Великое Зло! – произнесла Айлани. – Где-то весьма далеко… но то, что сейчас происходит там, чудовищно…

– Какая жестокая злоба вырвалась на свободу, – тихо прошептал старей Наставник, – если даже я могу почувствовать ее бешенство на таком расстоянии! Немыслимо…

– В этом огне некроманты когда-то сожгли свой мир, – устало сказал шаман, – и сегодня желали сжечь наш. Так пусть же он обратится против своих творцов, они заслуживают это более остальных! – Он обернулся к оркам: – Идемте, доблестные воины! Необходимо убедиться, что все Дети Некроса, покинувшие нас через окна, благополучно достигли земли.

* * *

Спущенная тетива коротко звякнула, и стрела вонзилась в дерево в трех пальцах от лица замершего в испуге крестьянина.

– Стой, смутьян! – гаркнул дюжий воин в доспехах сотника. – Или умрешь немедленно! Бросай оружие!

Полумертвый от страха селянин в рваных одеждах сжался в комок, выпуская из рук древесную ветку, служившую ему подобием дубины. В другой руке он сжимал наскоро сплетенную корзину с несколькими плодами лесных деревьев.

– У меня нет оружия, Ваша Милость! – залепетал он, не сводя наполненных ужасом глаз с пары десятков нацеленных на него луков. – Я не смутьян, нет, нет, клянусь!

– А что же тогда ты делаешь в этом лесу?! – грозно навис над ним сотник. – Или ты не слышал Королевский Указ, объявляющий всех, кто прячется в Талуанских лесах, бунтовщиками и смутьянами?

– Виноват, Ваша Милость! – Селянин упал воину в ноги. – Я лишь хотел отыскать немного еды! – Он пододвинул корзину к кованому сапогу. – У меня малолетний сын и грудная дочь, они голодают! Жену поразила хворь с тех самых пор, как нашу деревню сожгли к’Зирды…

– Так ты еще и беженец! – зарычал дюжий сотник. – Стало быть, ты нарушил сразу два Королевских Указа! Король Дарнэт своим высочайшим повелением запретил беженство! Граждане Редонии не имеют право покидать место жительства! Ты знаешь, что бывает за нарушение Королевского Указа?! Не терпится попасть к некромантам в качестве завтрака?!

– Редарон! – окликнул сотника один из воинов. – Смотри, кого мы нашли! – Он тащил за шкирку чумазого мальчугана лет семи, размазывающего по грязному лицу слезы. – Прятался в кустах неподалеку!

– Пощадите, Ваша Милость! – Крестьянин покрывал поцелуями сапоги воина. – Не забирайте моего сына! Он еще совсем мал! Не отдавайте его некромантам! Возьмите меня, во мне много крови, и я абсолютно здоров, клянусь Олдисом Покровителем! Только отпустите его!

– Чтобы его одного сожрал вепрь? – поинтересовался Редарон. – Отпустить ребенка в дикий лес? И тебе не жаль сына?

– Но что я могу сделать?! – с безысходностью в глазах посмотрел на него селянин. – Не отдавайте его некромантам, благородный воин! Умоляю! Позвольте ему уйти! Быть может, Великие Боги смилостивятся, и он сможет добраться до матери…

– Которая скрывается в глубине леса вместе с другими бунтовщиками?! – уточнил сотник.

– Нет, нет! – спохватился крестьянин, вновь отирая воину сапоги. – Мы не смутьяны, нам просто негде жить! Не забирайте его, умоляю! Возьмите меня! Ваша милость!

– Пошел вон! – Сотник несильно пнул селянина ногой. – Убирайся, чтоб я не видел тебя более!

Крестьянин замер, не веря своим ушам. Он недоверчиво смотрел то на дюжего сотника, то на сжимающих оружие воинов, пытаясь определить, в чем подвох.

– Ну?! – рявкнул Редарон. – Или ты и впрямь живешь мечтою стать пищей для некромосов?!

Селянин едва не подпрыгнул на месте, схватил своего ребенка и опрометью бросился в чащу леса.

– Спаси вас Олдис Покровитель, о благородный воин! – донеслось оттуда.

Сотник окинул взглядом солдат и скомандовал:

– Возвращаемся в лагерь! Здесь мы ничего не найдем, кроме смутьянских стрел в спину! – Он вложил меч в ножны и направился к едва заметной тропе, ведущей к опушке леса.

Сотня двинулась за ним, ощетинившись луками во все стороны. Избегающие открытого боя бунтовщики могли притаиться за любым деревом и ждать удобного момента для нападения. И хотя большая часть смутьянов лишь крестьяне, ремесленники да женщины с детьми, есть среди них и воины. И не только они. Что еще хуже, так это возможность получить из кустов вместо арбалетного болта Магическую Стрелу. Против нее щит бессилен. Сотник недовольно поморщился. Двадцать лет назад, когда он восемнадцатилетним сопляком добровольно записался в Королевскую Армию, каждому солдату полагался, по крайней мере, один амулет, защищавший его от удара чародея Красного ранга. А за небольшие деньги у батальонного лекаря можно было купить еще. Пусть амулет мог отвести лишь одно заклятье, но в жарком бою это уже немалый шанс выжить…

Те времена давно прошли. После восстания Лже-Эдрионга магов, которых и без того было до абсурдного мало, в стране и в войсках резко поубавилось. Теперь же, после восхождения на престол Младшего Принца Дарнэта и двух жестоко подавленных столичных бунтов, волшебников и вовсе не осталось. По одному целителю на полк – это же просто какой-то цирк! Один лекарь на десять тысяч воинов! Он не успеет спасти полк даже в случае внезапной вспышки какой-нибудь болезни, что в походах совсем не редкий случай. Мало ли что попадет в пищу воинам – мясо пораженного недугом скота, подпорченный плод или тронутое грызунами зерно, а то и на привале укусит какой-нибудь больной дикий зверь. Это в мирное время провиант тщательно проверяется, на войне же бывает всякое. О том, чтобы поддержать солдат в сражении, прямо в бою исцеляя последствия легких ран и ушибов, уже и говорить не приходится. А ведь Редарон еще помнил рассказы старых солдат, дослуживающих свои последние армейские годы в бытность его новобранцем. Старики говаривали, что некогда, еще при Короле Эдрионге, в каждом батальоне на каждую сотню был положен свой целитель. Такое количество лекарей могло в битве и рану исцелить, а где надо – и боевым заклятьем подсобить. Только до подобного доходило редко, ибо все силы лекарей сосредотачивались на спасении жизни сражающихся солдат, а основную мощь войска обеспечивали Боевые маги – могущественные чародеи Зеленого ранга. Редарон даже запомнил название основного заклятья Зеленого волшебника – Боевой Пульсар. Грозно звучит, аж мурашки по коже. Одно лишь название уже само за себя говорит. Если старые солдаты не привирали, Боевой маг с его помощью мог мгновенно уничтожить десять – двенадцать воинов. И сил его хватало на несколько десятков подобных заклятий. В те давние времена солдаты шли в бой, имея высокий боевой дух! Ибо в сердцах их жила уверенность в том, что могучие чародеи внимательно наблюдают за битвой, готовые поддержать атаку заклятьями, сеющими смерть в рядах врага, или отвести от своих воинов удар вражеских чар, нанесенных волшебниками неприятеля. И не было страха получить рану, ведь биение твоего сердца видит через оранжевый шар Ока Целителя мудрый полковой лекарь, который не позволит тебе умереть, истекая кровью. Не Удивительно, что несметные тумены к’Зирдов дрожали от страха перед армиями Редонии.

Сотник тихо вздохнул. Где те времена? Кто видел их своими глазами? Лишь старики, да и они молчат в страхе. За подобные мысли и сам Редарон уже валялся бы на тарелке некроманта, если б о них прознали нынешние защитнички королевского войска. Сотник скривился. И это называется маги! Полсотни сопливых юнцов да злобных самодовольных корыстолюбцев, все, как один, носящих высокие чины Тайной Полиции Стержень армии Короля Дарнэта, держащий в страхе эту самую армию. Им лишь бы карманы набить, да лишний раз почувствовать свое превосходство над обычными людьми. И они никогда не упустят возможность осуществить и то, и другое. В прошлом месяце Редарон подошел к одному из них в надежде купить боевой амулет, что имел бы силу погасить вражескую Магическую Стрелу. Двадцатилетний щенок заломил ему цену в один золотой! Месячное жалование простого воина! И еще долго глумливо хохотал над сотником, когда тот отказался, сославшись на неоправданную дороговизну столь простого артефакта. Мол, жить захочешь, еще не столько заплатишь.

Где те мудрые могущественные маги и великие Короли, что заботились о своем народе? Канули в Лету давным-давно. Были ли они вообще? Редарон верил, что были. Ведь исцеляла же страждущих Принцесса Айлани! Не только безвозмездно, но даже милостью своею одаряя золотой монетой на обязательное омовение и покупку новых одежд! Самому ему так и не удалось увидеть столь великое чудо, но сестра с мужем, иногда навещавшие сотника, много рассказывали об этом. Принцесса наделила острым слухом их племянника, страдавшего врожденной глухотой. Недаром же последние из сильных чародеев, наставники Школы Магов и целители столичной больницы, не пожелали принять власть Дарнэта и укрылись в Талуанских лесах. Их смутьянские речи о том, что бежавшая от Некромантов и кровожадного братца Принцесса отправилась за помощью, привлекали в леса тысячи недовольных. Волшебники эти утверждали, что придет час, и Принцесса вернется и приведет с собой воинство Эльфов, а быть может, даже и истинного Короля Редонии. И страна вновь обретет счастье. Многие верили их словам. И сотник не видел оснований не доверять мудрости старых чародеев. Что-то они точно знали, в отличие от этих красноранговых выскочек Дарнэта, которые оказались не в силах справиться с их волшебством.

– Редарон! – негромко обратился к нему один из воинов. – Зачем ты отпустил этого бунтовщика? Многие шепчутся, теперь жди доноса!

– Пусть заткнут свои поганые рты, – огрызнулся сотник, – тоже мне, умники! Что-то я не помню, чтобы кто-то из них был против, когда я сказал, что мы возвращаемся в лагерь. Что ж они не изъявили желания и дальше обыскивать лес и ловить смутьянов? Уж не потому ли, что испугались нарваться на взбунтовавшихся магов? Сейчас, когда опушка близко, можно храбро рассказывать, как сотня солдат совершила неповторимый подвиг, изловив оборванного крестьянина с малолетним сопляком в одной руке и древесной веткой – в другой!

– За поимку любого смутьяна обещана награда в один золотой, – пожал плечами солдат, – ты только что лишил каждого из них двух серебряных монет. Наши поймут. Но ты не хуже меня знаешь, что тех, других, большинство. Мы опасаемся за тебя, Редарон. Донос обязательно будет, и уже к вечеру ты попадешь в шатер полкового мага на разбирательства.

– Ничего, – скривился сотник, – обольют грязью и отпустят обсыхать. В крайнем случае, разжалуют в десятники. Переживу. У меня племянник такой же, как тот малец из леса. Я не мог скормить его этой ходячей гнили! А без отца он недолго проживет!

– Тише! – Солдат тревожно оглянулся. – Ты же понимаешь, что магов это волновать не будет! А если тебя обвинят в пособничестве бунтовщикам? Сам попадешь в Некрос!

– Вряд ли, – отмахнулся Редарон, – а воевать-то кто будет? И без того армия – копытням на смех!

– Воевать с кем? – зло поморщился солдат. – С женщинами и детьми, объявленными вне закона лишь за то, что они бежали от рабства из своих сожженных к’Зирдами домов? Брось, Королю Дарнэту не нужна армия. За него все сделают некроманты или змеиные языки. Мы лишь сборщики рабов, не более того. В общем, наши считают, что тебе лучше тайно покинуть лагерь и бежать в лес, пока в кандалы не заковали. Мы отвлечем внимание остальных. Бунтовщики примут тебя, они всех принимают…

– Что ж ты сам не уйдешь к ним? – усмехнулся сотник.

– Ты знаешь, почему! – поник солдат. – Армейские маги не могут совладать с чародеями смутьянов. Указ Короля Дарнэта об уничтожении смуты не может быть исполнен. А это значит, что рано или поздно доводить его до конца будут к’Зирдские тумены. Они заполонят лес, и бунтовщики падут.

– То-то и оно! – наставительно произнес сотник. – Потому я и не тороплюсь в леса. Но если встанет выбор между скорой смертью и несколькими месяцами жизни, я не стану долго раздумывать.

– Будь осторожен, не оказалось бы поздно, – посоветовал солдат, – посадят тебя маги в колодки, никто уже не вытащит.

– Посмотрим, – шевельнул бровями Редарон, – для начала я погляжу, как скоро маги мною заинтересуются. Если быстро, то, наверное, придется последовать твоему совету. Если же нет, то…

– Сотник! В лагере объявлен общий сбор! – К Редарону подбежал солдат из передового дозора. – С караульной вышки передают сигнал поспешить!

– Сотня! Бегом! Марш! – скомандовал Редарон, переходя на бег. – Посмотрим, что еще стряслось.

На всеобщее построение его сотня явилась самой последней. Пристроившись к краю своего полка, солдаты замерли. Командующий армией выстроил войско перед виселицей, на эшафот которой сейчас возводили воина в доспехах сотника Королевской Гвардии. Рядом с виселицей отряд Тайной Полиции уколами копий поставил на колени еще нескольких гвардейцев, чтобы заковать их в кандалы. К Редарону подошел легат его батальона:

– Сотник! Захватила ли твоя сотня в плен кого-либо из смутьянов? – властно поинтересовался он.

– Нет, Милорд, – ответил Редарон, – лес вдоль опушки безлюден. Бунтовщики сегодня не выходили из чащи.

– Скверно, сотник! – недовольно нахмурился легат. – Если бунтовщики не вышли из чащи, вы должны были сами явиться к ним! Тем более, что теперь их языки будут трепаться еще сильнее! Сотня! – Он обратился к солдатам Редарона: – Смотрите внимательно на эшафот! Скверна смуты проникла даже в ряды Гвардии! Только что в лагерь явились эти смутьяны и заявили ни много ни мало, что в Арзанну вернулась подлая убийца отца и брата, бывшая Принцесса Редонии Айлани, и с кем бы вы думали? С наследником династии Эдрионгов, явившимся вернуть себе законный престол! Чтобы эта заезженная басня бунтовщиков приобрела свежий вид, они добавили к ней весьма оригинальные подробности! Оказывается, Наследник Эдрионгов – великий шаман Орков! И он даже привел с собой нескольких из них! Но смутьянам показалось недостаточно и этого! И потому новый Лже-Эдрионг для надежности привел с собой еще и парочку Эльфов! И все они живут теперь в Башне Родбонга одной большой и дружной семьей!

Весь полк, слышавший слова легата, дружно засмеялся. Стоящий в первом ряду Редарон привычно смеялся вместе с остальными. Попробуй тут не посмеяться. Мигом окажешься рядом с теми, что примеряют сейчас колодки. Тем временем легат поднял руку, останавливая смех, и ткнул ею в сторону виселицы.

– Но мы вырвем смуту и разложение из наших рядов! – громогласно заявил он. – Приказом Главнокомандующего, старший из изменников приговорен к смерти! Ибо для нас великая боль, что подобное ничтожество носит доспехи сотника Гвардии! Его соратники-смутьяны, согласно Королевскому Указу, подлежат обращению в рабство! Солдаты! Взирайте же на то, как свершится справедливая кара!

На шею гвардейского сотника накинули петлю, но, вместо того чтобы с достоинством встретить смерть, он закричал:

– Глупцы! Сын Эдрионга Справедливого вернулся! С ним Эльфы, а сам он маг великой силы! Его Орки разорвали в клочья мой отряд, и на моих глазах Наследник заклятьями огромной мощи испепелил войско в пять тысяч клинков, а Орки вырезали всех, кто пережил удар магии! И они были неуязвимы в том бою, ибо Белый Маг поддерживал их! Принцесса Айлани…

Из-под ног гвардейца выбили бочонок, и сотник, судорожно дергаясь, забился в петле. Спустя несколько ударов сердца он затих, и Главнокомандующий отдал приказ разойтись по шатрам. Через полчаса по лагерю принялись шнырять маги и чины из Тайной Полиции, выясняя, о чем ведут разговоры солдаты меж собой. Нескольких человек схватили, в результате о произошедшем никто уже не решался произносить ни слова даже в исключительно лояльном тоне.

Но, как выяснилось, на этом ничего не закончилось. К вечеру в лагерь явилось больше сотни солдат столичного гарнизона. Без оружия, в измятых окровавленных доспехах, едва передвигая ноги от усталости. Все они повторили рассказ казненного гвардейца, обогатив его множеством разных и во многом сказочных подробностей. Но суть осталась неизменной: Принцесса вернулась с Наследником, с ними отряд орков, вроде бы кто-то видел Эльфа, а столичный гарнизон понес потери и не смог удержать ворота. Преступники уже внутри Арзанны. Главнокомандующий собрал срочный совет, после которого всех прибывших немедленно заковали в колодки, объявив смутьянами, а армии отдали приказ готовиться к рейду на столицу.

Раздав указания подчиненным, Редарон незаметно поманил одного из своих воинов.

– Незаметно обойди всех наших, – тихо прошептал он солдату, делая вид, что проверяет его снаряжение, – скажи: спустя час после полуночи уходим в лес. Пусть предупредят всех, кому доверяют. Иди!

В назначенное время три десятка солдат во главе с сотником бесшумными тенями заскользили между шатров и приготовленных к маршу повозок. В короткой схватке отряд Тайной Полиции, охраняющий рабов, был вырезан, и пленников освободили.

– Пора! – шепнул Редарону кто-то из солдат, и сотник пустил в ночное небо зажженную стрелу.

Получив сигнал, его соратники по всему лагерю подрубили веревки, Удерживающие шатры королевских магов, и рухнувшая тяжелая ткань накрыла спящих чародеев. В следующий миг в сложившиеся шатры полетели кувшины с горящей смолой, поджигая мятые купола, и восставшие воины ринулись к условленному месту сбора у ближайшего к лесу края лагеря. Там уже кипел бой. Внезапным ударом люди мятежного сотника смели часовых и караулы, опрокинули заграждения и вырвались из лагеря.

– Щитовой строй! – зычно кричал Редарон. – Лицом к лагерю! Лучники! В тыл! Держать пролом на прицеле! – Он вдохнул побольше воздуха и крикнул как можно громче:

– Солдаты!!! Мы уходим в леса, чтобы присоединиться к сопротивлению! Вместе мы соединимся с Принцессой Айлани! Все, кто желает уйти с нами, выходи из лагеря! Оружие в ножнах, щит за спиной, руки подняты! Мы ждем пять минут, потом уходим!

Он обернулся к накапливающимся вокруг солдатам:

– Все в щитовой строй, кроме лучников! Держать коробку! Пятый ряд – щиты над лучниками! Ждем, пока маги не очухаются, и отступаем к лесу! Строй не ломать! Отход начинать по моей команде!

К тому моменту, когда маги Дарнэта выбрались из горящих шатров и разобрались в ситуации, к лесу отступал целый полк, наглухо закрытый рядами кованых щитов. Сотня Магических Стрел, пущенных вдогонку, не смогла остановить мятежников. Они, не останавливаясь, подбирали раненых и отступали все дальше, пока не скрылись за деревьями.

* * *

Переливающийся лучистой энергией белый шарик Ока Целителя спустился чуть ниже, и Айлани закрыла глаза, всматриваясь в организм донельзя изможденного ребенка.

– С месяц назад его поразила к’Зирдская стрела, – сбивчиво объяснял стоящий рядом отец малыша, судя по одеждам, некогда бывший крестьянином, а ныне бездомный. – С тех пор рана затянулась, но ему с каждым днем все хуже…

Стрела попала в ребенка на излете и уже не имела смертоносной силы. Она чиркнула по ребрам и застряла в мышце, не нанеся особого вреда. Стрелу извлекли сразу, но низкокачественное к’Зирдское железо раскрошилось, и грязные частицы металла так и остались в ране. Вместе с мельчайшими осколками кости, отколотыми стрелою от ребер, они вызвали процесс гниения, и организм ребенка медленно погибал, отравляемый изнутри токсичным гноем. Кожа под затянувшейся раной вздулась синей опухолью величиной с кулак, причиняя ребенку постоянную боль. Айлани открыла глаза. Все понятно, случай простой и распространенный. Необходима операция.

– Не бойся, малыш, скоро ты будешь полностью здоров. – Принцесса провела рукою над опухолью, направляя ручеек целительной энергии, дарующий организму нечувствительность к боли.

– Я не боюсь! – всхлипнул мальчуган. – Это больно, да? Я буду терпеть!

– Нет, это совсем не больно, – ласково улыбнулась Айлани, – ты ничего не почувствуешь, кроме теплоты.

– Скоро мы с тобой будем вместе распахивать наше поле, сынок, – ободрил его отец, сжимая в руках маленькую ладошку, – как раньше. Я пойду за плугом, а ты станешь направлять лошадь!