355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Платов » Посол вон! » Текст книги (страница 1)
Посол вон!
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 13:39

Текст книги "Посол вон!"


Автор книги: Сергей Платов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Сергей Платов
Посол вон!

Действующие лица:

Илюха Солнцевский – бывший чемпион по борьбе, а ныне старший богатырь средневековой киевской «Дружины специального назначения». Уже вполне освоился в былинной Руси и даже может обходиться без мобильного телефона, И вообще, кто сказал, что бывший московский браток не может быть реальным киевским богатырем?

Изя – черт, простой украинский черт, а по совместительству средний богатырь указанной дружины. Великий авантюрист и финансист в одном флаконе. Перебрался на историческую и временную родину и старается из этого безобидного факта выжать как можно больше приятных моментов.

Злодейка-Соловейка Любава – бывшая купеческая дочка, под влиянием гостей из мутного будущего в короткий временной отрезок сменившая личину разбойника на косуху младшего богатыря. Надо признать, что и то и другое необычайно идет ее соблазнительной фигуре. Замечательно готовит и не менее впечатляюще свистит.

Змееныш-Гореныш Мотя – трудное детство маленького трехголового змея позади. Наступает счастливая юность за могучей спиной обожаемого хозяина и друга – Илюхи Солнцевского.

Князь Берендей – действующий правитель Киевской Руси. Вполне мог бы называться «Великим», если бы вдруг во всем государстве исчезли красивые девушки и крепкие горячительные напитки. Как известно, и на солнце бывают пятна. В данный момент под влиянием весомого кулака супруги временно перестал смотреть на прекрасный пол и обратил свои ясные очи на веселящие напитки чуть покрепче воды.

Княгиня Агриппина – нрава сурового, рукою тяжела. Была бы, несомненно, счастливой женщиной, если бы послала своего благоверного куда подальше. Что поделаешь, любовь к собственному мужу не такая уж редкость, как может показаться с первого взгляда.

Княжна Сусанна – усилиями Солнцевского и его мини-дружины первая культуристка на Руси. Характер изменился в полном соответствии с новым имиджем и фигурой.

Князь Галицкий Вилорий – любовь зла, полюбишь и Сусанну, а вместе с ней и все прелести бодибилдинга. Тем более что за нее давали полцарства в придачу и все сопутствующие прибамбасы.

Дьячок Микишка – толмач и секретарь Берендея. Характер вредный и противный, однако продолжительной службой при дворе заслужил некое подобие права голоса. После замужества дитятки Сусанночки решил положить свою жизнь на алтарь борьбы с бесовщиной в лице «Дружины специального назначения».

Воевода Севастъян Филиппович – честный служака. На таких людях во все времена держится государство.

Но в отличие от современности в древние времена это ценили.

Кузнец Захар – не оскудела талантами земля Русская, и княжеский кузнец лучшее тому подтверждение.

Домовой Феофан – старый, сварливый, мудрый домовой. Как ни странно, очень привязался к новым обитателям «Чумных палат». А что? Хорошие ребята, блюдут себя в чистоте, девочек не водят, самогон гонят исключительно для собственного употребления. К тому же с ними весело.

Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алеша Попович– знаменитые былинные богатыри, тут больше и не добавишь. Только вот кто сказал, что они должны быть начисто лишены простых человеческих слабостей?

Посол Тевтонского ордена Фриц Геральд Леопольд Ульрих Витольд Вольф Киндерлихт – в отличие от имени ростом невелик, чего не скажешь о наглости и зашкаливающем самомнении.

Посол Литовского княжества Курвель Вражинас – если бы не застывшая гримаса презрения на его лице, мог бы вполне сойти за приличного человека.

Посол королевства Польского Альфонсо Чмоник – если хоть на мгновение поверить в теорию о переселении душ, то данный индивидуум, несомненно, держит свой род от петухов. Впрочем, вся его сущность и внешний вид лишь подтверждают эту сомнительную теорию.

Посол Бухарского эмирата Каюбек Талибский – Восток – дело тонкое!

Дочурка его, несравненная Газель – Газель, не газель, но дочурка, это точно.

Городской люд, богатыри, бояре, посольские работники и парочка устрашающего вида евнухов для колорита.

Действие происходит в стародавние времена, когда Русь еще не поделилась на Великую, Белую и Малую, а люди были проще и искреннее.


* * *

Если бы князь Галицкий Святополк жил в далеком двадцать первом веке или, на худой конец, владел бы жаргоном своих далеких потомков, то о своем состоянии мог бы сказать одним емким выражением– в полном ауте. Честно говоря, данное состояние для славного князя было в новинку. Он впервые не только не контролировал ситуацию, но и толком не мог понять, что происходит вокруг. С одной стороны, все ясно и просто: впереди хазары, рядом русские ратники, скоро будет битва. Но, с другой стороны... Как раз этот самый полный аут.

А началось все с того, что прибыла обещанная князем Берендеем подмога из стольного Киева для отражения очередного набега кочевников. Положа руку на сердце, Святополк рассчитывал увидеть тысяч пять ратников, но вместо этого перед его удивленными очами предстали всего три сотни воинов. Мало того, прибывшие богатыри, под началом своих сотников Ильи Муромца, Добрыни Никитича и Алеши Поповича, были настроены на предстоящий бой настолько легкомысленно, что такое настроение постепенно передалось и основной дружине князя.

Но и это, как оказалось, было не самым странным. Вместе с ратниками в город прибыла «Дружина специального назначения» князя Берендея. В этой весьма странной дружине было всего шесть членов, если считать по головам, или четыре, если считать по туловищам. Да, конечно, среди русских князей уже давно поговаривали о странной компании на службе у киевского князя, но уж больно эти рассказы походили на сказки.

Ну разве могут три человека и один совсем еще зеленый Змей Горыныч спасти Киев от целой тучи степняков? Конечно нет! А по силам ли им в одно мгновение навести порядок на дорогах княжества и приструнить разбойников так, что те теперь чуть ли не сами в казну подати приносят? Тоже нет! А история, как в два счета вытрясли все недоимки из молодого, но не по годам наглого князя урюпинского Сигизмунда Лазаревича? А байки про то, как этой мини-дружиной на севере без боя были остановлены корабли викингов?

Тут двух мнений быть не может – все это сказки, от первого слова до последнего. И как только можно поверить в такое? Наверное, просто мало кто видел эту самую дружину воочию.

Ну да, старший богатырь там заслуживает некоторого внимания, хотя и выглядит он более чем странно. Сам из бывших монахов (об этом говорит огромный крест на внушительной золотой цепи на его шее), косая сажень в плечах, срамно стриженный практически наголо и со скобленым лицом. Но его помощники? Это же смех один!

Какой-то молоденький румяный отрок с хитрым взглядом и красной повязкой на голове; девица с криминальным прошлым и Змей Горыныч самого что ни на есть детского возраста. И ко всему прочему, все они оказались облачены не в положенные по статусу кольчуги, а в какие-то черные кожаные косые кафтаны, сплошь усыпанные клепками, шипами и кольцами. Даже у Змееныша на шеях красовались ошейники из все той же черной кожи с могучими шипами наружу.

Да если бы не верительные грамоты, Святополк такую компанию даже на порог к себе не пустил, не то что доверить координацию будущего сражения!

Но тут неожиданно для старого князя за дружину вступился собственный сын, князь Вилорий. Видите ли, именно эти люди сделали возможным его брак с дочкой Берендея, княжной Сусанной.

Ну да, Святополк до сих пор не мог поверить, что такая необходимая с политической точки зрения свадьба все же состоялась. Трудно было поверить собственным глазам, как изменилась княжна Сусанна за последнее время. Кстати, именно она, уже носящая в своем чреве будущего правителя княжества, додавила Святополка и буквально заставила отдать все руководство предстоящим сражением этой странной компании.

Послушал Берендея, трех богатырей, сына, невестку, и что теперь? Да более неудобного места для битвы и представить невозможно! Нет чтобы встретить врага в чистом поле и пасть под его ударом как герой ввиду значительного численного перевеса с его стороны. Так нет, зачем-то встали у подножия горы, тем самым полностью отрезав себе путь к отступлению. Да разве так воюют? Вона, хазары шибко обрадовались такой диспозиции и уже выстроились в шеренги перед решающим ударом. Сейчас как хлынут лавиной да как прижмут к этой самой горе, так и конец придет галицкому войску.

Святополк крякнул от досады и огляделся по сторонам. Как ни странно, вокруг никто не разделял опасения князя. Наоборот, наследник престола (он же по совместительству старший сын) Вилорий весел, вполголоса рассказывает какую-то неприличную байку Алеше Поповичу. Судя по довольному лицу последнего, рассказ пришелся явно по вкусу.

А другие сотники – Илья Муромец и Добрыня Никитич, вместо того, чтобы подбодрить бойцов перед неминуемой гибелью, вообще ведут себя неприлично. Машут сжатыми кулаками друг перед другом со странным заговором: «камень, ножницы, бумага», выбрасывают либо два, либо пять пальцев, либо сжатый кулак и после этого с богатырским хохотом щелкают друг друга по лбу.

«Ну что ж, раз пришло время сложить голову за землю Русскую, так хоть останусь в памяти потомков как достойный правитель и серьезный князь, не то что эти великовозрастные шалопаи, – промелькнула в голове Святополка шальная мысль. – Вон, хазары уже строй двинули. И где же эта самая хваленая дружина?»


* * *

– Любавочка, солнышко, ну чего ты боишься? Это же так просто: разбежалась, оттолкнулась и полетела. Почти как Катерина из «Грозы», – продолжал успокаивать будущую покорительницу воздушного пространства Изя.

– Кто? – не поняла черта младший богатырь Любава, которая только сейчас начинала осознавать, в какую именно авантюру ее втравил вездесущий Изя.

– Кстати, пример неудачный, – осторожно вставил свое слово Илюха. – Катерина плохо кончила.

– Это неважно! – гордо отмахнулся Изя. – Главное, что дело несложное.

– Ага! – взревела бывшая гроза большой дороги Злодейка-Соловейка Любава. – Раз это так просто, так и лети сам!

– Ну скажи на милость, кого может удивить, а тем более испугать летающий черт, да еще в таком негероическом мороке? – не сдавал своих позиций ушлый Изя. – Тут помимо внезапности очень важно твое звуковое оформление. А так изумительно насвистывать, как ты, я при всей своей исключительности просто не умею. Так что, не кобенься, разбегайся и вперед. Это только в первое мгновение страшно, а потом все пойдет как по маслу. Это я тебе говорю, как бывший сталинский сокол.

– Кто? – опять не поняла Любава.

– Да это неважно, – осадил Соловейку черт. – Мотю я проинструктировал лично, так что он тебя подстрахует.

Змейчик охотно подтвердил эти слова троекратным кивком.

– И поддержит огнем, – охотно поддакнул Солнцевский, ласково потрепав своего любимца по левой шее. – Кстати, ты уж там за ним последи, а то он еще маленький.

Готовый сорваться с губ вопль бурного возмущения прервал звук боевого рога кочевников.

– Ну все, ерунда отнекиваться, поздняк метаться, пора в полет, – тут же засуетился Изя, проверяя надежность ремней.

– На-ка вот, – спохватился Илюха, протягивая уже пристегнутой Соловейке стакан, до краев наполненный раскрепощающей влагой чертова доморощенного производства. – Поможет.

Любава в обычное время, по мере возможности ведущая активную, но заведомо проигрышную борьбу с «зеленым змием» (не путать с Мотей, он, можно сказать, цвета «мокрый асфальт»!), охотно приняла из рук Солнцевского посуду и тут же залпом осушила ее.

Где-то совсем немного многоградусная жидкость побродила по венам Соловейки и наконец добралась до очаровательной головки. Как и предсказывал Солнцевский, национальное русское лекарство помогло. Легкий румянец игриво заискрился на щеках бывшей разбойницы, и она совсем уже другим голосом молвила.

– Плесни-ка еще, так сказать, на посошок.

Илюхе не понадобилось дважды повторять, он опять твердой рукой наполнил посудину, правда, на этот раз только до середины. Перебор в этом деле мог стоить дорого. Содержимое так же неумолимо перекочевало в младшего богатыря дружины особого назначения.

– Эх, раззудись плечо! – залихватски выдала Соловейка. – Прикрой, атакую!

С этими словами, бывшая разбойница весело разбежалась по склону и, ничуть не сомневаясь, бросилась вниз с обрыва, прочно привязанная под крылом самого первого на Руси дельтаплана. Трехголовый Змееныш-Гореныш Мотя не заставил себя долго ждать и тут же последовал за ней. Не дай бог с ней что-то случится, так кто же его кормить тогда станет?

Однако доморощенный воздушный ас для первого полета вел себя вполне прилично. Соловейка немного пометалась в воздухе, но быстро справилась с управлением и, заложив лихой вираж, атаковала несущихся на русское воинство кочевников. Удивительной силы свист, заставляющий падать в обморок лошадей и надолго выводящий из рабочего состояния наездников, неоднократно усиленный огневой мощью Змея, в одно мгновение резко переломил ход еще не начавшегося сражения.

Хазары, еще буквально мгновение назад готовые смять русские полки, явно не ожидали воздушной атаки противника. При первом же заходе на цель военно-воздушных сил Берендея они смяли свои порядки и в панике заметались по долине. Объединенной галицкой и киевской рати оставалось только спокойненько нейтрализовать низкорослых степных клиентов с помощью тяжелого железа и планомерно складывать их в стороночке в упакованном виде.

А сверху их продолжал настигать неугомонный свист младшего богатыря «Дружины специального назначения» Любавы и тройная огневая поддержка вечно голодного, но при этом очаровательного трехголового проглота Моти.

– Что ж, похоже, дело сделано, – довольно хмыкнул Изя.

– Пожалуй, – с чувством полнейшего удовлетворения отозвался Солнцевский, глядя, какой фурор производит Соловейка вкупе со Змеем. – Кстати, ты же говорил, что всегда служил в службе тыла?

– Ну, – неохотно отозвался рогатый компаньон.

– Так когда ты успел стать сталинским соколом?

– Можно подумать, что у этих самых соколов не было службы тыла, – хмыкнул Изя.

Илюха изумленно вскинул брови и словно айсберг над «Титаником» навис над чертом.

– Так ты что, сам не летал?!

– Да когда мне было летать! – не остался в долгу рогатый. – А керосин, а масло, а поставка новой техники, а горячее питание, наконец? Думаешь, все это просто достать, подвезти, разместить?

– Да если с ней что-нибудь случится... – потирая пудовые кулаки, начал было Солнцевский, но его тут же прервал черт.

– Уверяю, с ней все будет в порядке! – бравым голосом отрапортовал Изя, и буквально спустя мгновение добавил: – Головой отвечаю.

– Рогами, – уточнил Илюха.

Изя вполне отчетливо проскрипел в ответ зубами и нехотя направился вниз в долину, дабы на месте проконтролировать процесс приземления. Уж кто-кто, а он хорошо знал, что Солнцевский не бросает слов на ветер, а рогов, кстати, у приличного черта всего два, да и то в настоящий момент находящихся в укороченном состоянии.

– Еще сто очков на счет «Дружины специального назначения», – весьма довольным голосом хмыкнул Солнцевский, глядя на то, что осталось от орды кочевников.


* * *

«Дружина специального назначения»... Уникальное, можно сказать, элитное подразделение в составе войска киевского князя Берендея. Одни тихо ненавидят эту странную компанию, другие боготворят, третьи завидуют, но знают сейчас о них буквально все. Слишком уж заметные и сложные дела оказались им по зубам.

А началась история этой странной компании всего год назад. Именно тогда Солнцевский браток, бывший чемпион СССР по греко-римской борьбе среди юниоров, сел в свой гробоподобный джип и привычным движением ноги вдавил педаль акселератора в пол. Позади остался Киев, успешно перетертые стрелки и улаженные недоразумения с суверенными украинскими коллегами. Впереди ждало ночное шоссе, которое неминуемо должно было привести к воротам его коттеджа под Москвой...

И тут вроде бы вполне прямая дорога Илюхиной судьбы совершила лихой вираж. Под его колеса угодило странное создание в лохматой шкуре, с рогами и копытами. Это сейчас Солнцевский уже не удивляется ни чертям, ни Змеям Горынычам, ни Соловьям-разбойникам (а чего тут удивляться, если они все состоят в его команде?), а тогда он был, мягко говоря, озадачен данным индивидуумом. Тем более что этот самый индивидуум очнулся и стал бурно выражать свое категорическое недовольство дорожным инцидентом. Причем делал он это в таких выражениях, что не терпящий хамства бывший борец стерпеть просто не мог. Слово за слово, удар за ударом, кулаки против копыт...

Не буду описывать подробно это общение, скажу только, что именно оно стало переломным как в судьбе человека, так и в судьбе черта. Победили кулаки и советская спортивная школа. Илюха произвел захват, поднапрягся и сломал оппоненту рог, причем в буквальном смысле этого слова. Это у людей рога сомнительное приобретение, а у чертей очень даже важная и функциональная часть тела. Тут включилась какая-то древняя чертовская магия, и оба участника конфликта провалились в тартарары, а если быть точнее, то в год рождения черта. Возраст у однорогого оказался весьма внушительным, и вот жители двадцать первого века очутились в былинной Киевской Руси, где реальность плотно переплетена со сказкой.

Под влиянием новых жизненных реалий спорщики были вынуждены прекратить дискуссию, договориться о перемирии и банально познакомиться.

Черта звали Изя. Да, да, вот так его назвали мама с папой. Причем он до сих пор категорически отвергает свое отношение к иудеям и объясняет такое имя веселым нравом своих родителей. А время от времени появляющийся одесский акцент и не менее одесские замашки – своим умением жить и природной харизмой.

Жить этот жук действительно умеет, данный факт не вызывает ровным счетом никаких возражений. Никто так искусно не может найти выгоду в совершенно банальной ситуации, да и насчет харизмы, он, пожалуй, не врет. Словно острая приправа, он может сделать пикантным даже самое постное блюдо. Проще говоря – с ним не соскучишься. Чтобы не пугать окружающих своим весьма колоритным видом, Изя использует морок и предстает перед всеми этаким румяным мальчишем-плохишем.

Ладно, оставим в покое темное прошлое черта (тем более что там без горилки не разберешься) и его бурное настоящее, а обратим наши взоры к третьему члену команды, которая только что своим героическим полетом переломила ход сражения.

Былины в детстве читали? Значит, про Соловья-разбойника знаете. Только вот в нашей истории этот самый Соловей не злой и страшный разбойник с большой дороги, а весьма юная девушка очень даже привлекательной наружности. С отрицательным персонажем из былин ее объединяет только умение сногсшибающе свистеть, причем в буквальном смысле сногсшибательно. Немного людей может похвастать, что выдержал ее свист.

На большой дороге она, правда, тоже пошалила, но беззлобно и без человеческих жертв. Именно там будущая «Дружина специального назначения» приобрела своего третьего члена. Обиженная на весь окружающий мир Любава (а именно так звали девицу), решила банально попугать странную парочку. Пугаться ребята почему-то не захотели, но знакомство все-таки состоялось.

Конечно, друзья не сразу признали в шустрой черноволосой девчонке полноправного партнера, но исключительные кулинарные способности, помноженные на природное обаяние и настойчивость, сделали свое дело, и она по праву заняла место младшего богатыря в мини-дружине.

Ну и наконец самый головастый член их компании– Змееныш-Гореныш Мотя. Головастый, это не потому, что самый умный (хотя тут у него тоже все в порядке), а потому, что, как известно, голов у Горынычей три, даже если они еще маленькие. Этого почти сказочного персонажа ребята отбили от стаи волков, и он прочно прописался в команде, признав в Любаве кормилицу, в Илюхе обожаемого хозяина, а в Изе... Изю он просто признал. Поверьте, это уже немало.

Но не сразу эти совершенно разные персонажи стали единой командой. Было все: и тоска по родине, и взаимные обиды, и бурные радости. Но ничто так не сплачивает людей, чертей и Змеев-Горынычей, как совместные приключения, а вот приключений на долю нашей компании выпало хоть отбавляй.

Постепенно, сам того не замечая, Илюха Солнцевский втянулся в эту сумасшедшую, странную, но какую-то очень правильную жизнь. Сами посудите, ведь гораздо интересней мирить грозных князей, чем поссорившихся банкиров, разбираться с вражеской ордой, а не с залетными отморозками, спасать целый город от набега кочевников, а не какого-нибудь подшефного бизнесмена от разъяренных кредиторов.

Жизнь в почти сказочной Руси, рядом с былинными богатырями, чертями, домовыми, горынычами оказалась настолько увлекательной, что, когда ушлый Изя раздобыл артефакт перемещения во времени, брошь Илейки Кудрявого (кстати, весьма смахивающего на октябрятскую звездочку), чтобы вернуться назад, Солнцевский взвесил все «за» и «против» и остался.

Конечно, на его решение повлиял не только сладостный вкус приключений, но и то, что на далекой исторической родине по-настоящему близких людей у него не было. Как бы то ни было, но, к великой радости Любавы (которая уже смотрела на него не совсем как на непосредственного начальника) и бурной эйфории Моти (который точно знал, что по-другому быть не могло), старший богатырь «Дружины специального назначения» прочно обосновался в Киеве и уже ни о чем не жалел. Ну разве только о покинувшем их Изе – жизнь без старого проныры оказалась не такой яркой.

К счастью, черт недолго погостил в современном мире. Вольная и удивительно насыщенная жизнь на временной родине неизменно притягивала к себе, да и новые друзья оставили в сердце заметный след. Так что он быстренько уладил все свои дела, сделал некоторые запасы и вернулся назад. Как, спросите вы? Да старым проверенным способом – рог себе сломал.

Таким образом, дружина воссоединилась в полном составе и принялась верой и правдой служить земле Русской на горе ее врагам и на радость друзьям.


* * *

Испокон веков слухи по Руси распространяются с небывалой скоростью, так что возвращение в Киев было триумфальным. Буквально весь городской люд высыпал на улицу с твердым желанием лично встретить посланное на помощь Галичу войско, возвратившееся с небольшой, но победоносной войны.

Первым на городские улицы на вороном коне ступил зять Берендея и наследник парочки не самых малых престолов князь Вилорий. Несмотря на то, что его Сусанна сейчас находилась на сносях, он сумел отпроситься у нее на пару неделек, чтобы лично высказать благодарность Берендею за присланное подкрепление.

Чуть позади могучей стеной прошествовали сотники Илья Муромец, Алеша Попович и Добрыня Никитич. Поначалу с ними у Солнцевского сложились весьма непростые отношения, но после того, как вместе пришлось немного помахаться с хазарами, былинные богатыри признали его за своего. Друзьями они, конечно, не стали (слишком уж разные это были люди), но и противниками быть перестали. А чего делить-то? Времена сложные, развернуться есть где, всем места хватит.

Ну и наконец, так сказать в гуще основного войска, показалась «Дружина специального назначения» во всей своей красе. Кожаные косухи, ставшие для команды чем-то вроде униформы, приятно поскрипывали при движении, сияя своими шипами и клепками на ярком солнце.

Дело в том, что еще в начале своей карьеры при дворе князя Берендея Солнцевский наотрез отказался надевать на себя кольчугу или латы, принятые у большинства ратников. Слишком тяжелым и неудобным показалось ему это одеяние. Хорошо еще, что в Илюхину стриженую голову пришла светлая мысль, а княжеский кузнец и по совместительству мастер на все руки Захар воплотил задуманное в жизнь. В результате такого сотрудничества на свет появилась классическая рокерская косуха с большим количеством шипов и прочего железа. От удара меча она, конечно, не спасала, но зато движений не сковывала, да и смотрелась на улицах средневекового Киева очень даже импозантно.

Остальным членам его команды данное одеяние пришлось по вкусу, и вскоре они облачились в подобные наряды. Отличались они только тем, что на могучей спине Солнцевского красовался православный крест (многие в Киеве до сих пор считали, что Илюха беглый монах), у Изи – физиономия вечно чем-то недовольного быка, символа заморской баскетбольной команды, а у Соловейки хищно скалился «веселый Роджер».

Да, чуть не забыл, трехголовый Мотя, как полноправный член дружины, также имел характерные знаки отличия. Его шеи украшали огромные кожаные ошейники, кардинально проклепанные и с шипами наружу. Честно говоря, они оказались несколько великоваты ему и смотрелись на его пока еще тонких шейках комично, но расставаться с такой красотой Гореныш не собирался. Да и посмеяться над ним охотников не находилось, хотя шеи тонкие, но они держат на себе три весьма зубастых и огнедышащих пасти.

Городские жители поначалу весьма опасались Змейчика, но потом как-то попривыкли и стали спокойней воспринимать его присутствие. Тем более что он был полноправным членом дружины, а уважение простого народа к этой весьма странной компании неумолимо росло и крепло.

Любава ловко управляла лошадьми, Змей семенил рядом, а Илюха с Изей вольготно развалились на мягком кожаном диване их весьма модернизированной повозки.

Еще во время прошлых приключений, с помощью того же княжеского кузнеца Захара и бурной фантазии друзей, она превратилась в весьма сносное средство передвижения. Обитые войлоком колеса, смутное подобие рессор и мягкий кожаный салон, набитый отборным пухом, позволили друзьям путешествовать без особых неудобств. Илюха называл повозку ласково – «нью-паджеро». В честь оставленного в далеком будущем своего любимого джипа.

Соловейка, привыкшая к верховой езде, долго боролась с коллегами, но в конце концов смирилась и заняла место водителя. Данный факт позволил Илюхе и Изе чувствовать себя в пути спокойно и расслабленно.

– Ну что, не жалеешь, что сам себе рог сломал? – ехидно поинтересовался Илюха у Изи, купаясь в лучах славы.

– Вот еще, – отмахнулся черт. – Вы без меня пропадете, а дела свои я могу и тут воротить.

– Так уж и пропадем, – улыбнулся Солнцевский.

– А рога – это дело наживное, – загадочно хмыкнул Изя, ловко поймав букетик незабудок.

– Это уж точно, – философски отметил Солнцевский, подмигнув между делом какой-то особенно румяной горожанке и послав ей воздушный поцелуй.

Изя, заметив это, озабоченно нахмурился и с оглядкой на возницу, переходя на шепот, заметил другу:

– Ты моргай-то осторожно, не зли Любаву.

– Да что я такого сделал-то? – осекся старший богатырь. – Что, мне и улыбнуться никому нельзя?

– Лично мне все равно, кому ты улыбаешься, а вот Любаве нет, – съехидничал Изя. – Вот подсыплет тебе завтра в завтрак крысиного яда, будешь знать, как молодухам подмигивать.

– Изя, братан... – закатив глаза, застонал Илюха. – Ну я же тебе говорил, она мне как боевая подруга, а я с друзьями любовь не кручу.

– Ладно, проехали, – хмыкнул черт в образе мальчиша-плохиша. – Хотя ты полный лопух. Такая девочка по тебе сохнет, а ты боевая подруга...

– Рога поотшибаю, и никакая мазь не поможет, – незлобно предупредил Илюха и решительно сменил тему. – Ты сам-то что, женским полом совсем не интересуешься?

– Кто, я? – аж подпрыгнул черт. – Да я до революции в Одессе первым ловеласом был! Все красотки мои были!

– А после революции что, на мину наступил, что ли? – не удержался и подколол друга Илюха.

Вместо ответа черт выразительно покрутил пальцем у виска, потом немного подумал и добавил:

– Кураж пропал.

Видя, что друг немного загрустил, Илюха хлопнул его по плечу:

– Да ладно, какие твои годы! Сейчас вон куража хоть отбавляй. Боюсь, что у Берендея скоро будет достойный конкурент.

Тут к говорунам повернулась Любава:

– Ну что вы за люди? Такой момент, а вы бу-бу-бу! Расслабьтесь и получите удовольствие!

– Так мы и получаем, – пожал плечами Илюха.

– А я вообще не человек, – хмыкнул подбодренный Изя и, по примеру Солнцевского, принялся слать воздушные поцелуи направо и налево.

Немного покупавшись в лучах славы и приняв душ из ослепительных улыбок, говорливый черт не выдержал и вновь обратился к Илюхе.

– Ну а ты сам не жалеешь, что красный пиджак сменил на богатырскую косуху?

– Ты знаешь, как ни странно, нет, – озадаченно поведал бывший браток. – У меня вообще такое ощущение, что я только сейчас по настоящему жить начал. Как будто судьба что-то перепутала и я родился не в свое время, а сейчас она просто исправила свою ошибку.

С лица Изи вдруг слетела улыбка, и вполне серьезным тоном он заметил:

– Поверь мне, судьба не ошибается.


* * *

Ну а дальше был традиционный пир. А пир в Средние века дело особенное, можно сказать, уникальное. Развлечений-то мало: ну война там или ярмарка, или еще что-нибудь в этом стиле. А тут такая возможность посидеть, поговорить, пообщаться, поспорить, поссориться, помириться... Да мало ли еще чем можно заниматься на пиру?

Столы ломились от гор всяческой снеди, зелено вино лилось рекой, все было как обычно.

Князь Берендей, как и положено по статусу, восседал во главе всего этого великолепия вместе со своей незабвенной супругой. Несмотря на всеобщее веселье, Берендей был чернее тучи.

Заметив это, Изя хотел было выбраться из-за стола, чтобы навести справки о причине такого положения вещей, но его остановила Любава.

– Не надо никуда ходить, все и так ясно. Загулял наш самодержец.

– Опять по бабам? – хмыкнул Илюха.

– Не по бабам, а по женщинам, – тут же осадила его Соловейка. – Нет, на этот раз не по ним, у него лицо целое.

– ???

– Ну чего не понятно-то? – удивилась Любава. – Если бы княгиня застукала его с кем-нибудь, то устным внушением он бы не отделался. А следов внушения физического не заметно. Стало быть, пока мы громили хазар, он просто запил. Ну а его супруга в данный момент старается уберечь его от этой пагубной страсти.

Коллегам оставалось только согласиться с ней. Дело в том, что хороший правитель и не менее приятный человек Берендей имел одно уникальное свойство. При отсутствии каких-либо проблем в государстве он или пил, или гулял налево. Причем и то и другое он делал воистину с княжеским размахом. И если для большинства мужчин питье и общение с противоположным полом чаще всего вполне совместимые вещи, то Берендей предпочитал все по отдельности.

Единственным человеком на земле, который мог вернуть его к нормальной жизни, была его жена Агриппина. Свою супругу он любил и боялся без оглядки. Любит и гуляет? Скептически хмыкнете вы. Да, именно так. Он действительно всем сердцем любил ее, но в какой-то момент в голове Берендея что-то щелкало, и он пускался во все тяжкие. Потом, конечно, бросался в ноги благоверной, клялся, божился, рвал на себе волосы и... вымаливал прощение.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю