Текст книги "Кощей (СИ)"

Автор книги: Сергей Куковякин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 10 страниц)

Глава 50

Глава 50 Механик

Елизавета, так звали спасенную мной, зашагала быстрее. Причем, так, что даже я еле-еле за ней успевал. Вроде, я ходок хороший, но вот ведь…

Куда она так спешит? Что слышит?

Я, как ни прислушивался, но не улавливал ни одного нового звука. Лес, как шумел, так и шумит, снег под ногами поскрипывает – вот и всё.

Нет, не всё. Ещё я при дыхании похрипываю.

Не заболел ли? Из ловушки-то пришлось почти голышом выбираться.

– Ну, услышал теперь? – девушка повернулась ко мне.

– Нет, – опять сознался я.

Её, впрочем, это не расстроило. Ещё и разулыбалась она по неизвестной мне причине.

– Вот. – Елизавета указала мне на небольшую металлическую коробочку, прикрепленную к стволу дерева. – Ищут меня.

Я промолчал, может и сойду за умного. Что это, я не имел совершенно никакого понятия.

– Видишь теперь, откуда звук идёт?

Дела… Я и сейчас ничего не слышал.

– Ищут. Сигналки вон развесили… – опять ткнула пальцем в сторону устройства на стволе дерева девушка.

А, это значит – «сигналка». Ну, так и запишем…

Девушка расстегнула куртку, извлекла кулон, что висел у неё на шее на цепочке, а потом приложила его к коробочке.

– Всё, теперь отец знает, что я тут, – объяснила мне свои действия Елизавета. – Здесь его ждать будем, не пойдем больше никуда.

Ждем, так ждем. У меня возражений на этот счет не было.

Хорошо у них придумано! А я боялся с ищущими девушку в лесу разойтись.

Они, где прошли, эти самые «сигналки» разместили. Услышит хоть одну потерявшаяся и подаст о себе знак. Тут её и отыщут.

Отец Елизаветы появился к вечеру. Уже темнело, как я идущих к нам услышал. Причем, раньше девушки. Значит, никакой я не глухой, просто мы с ней немного по-разному слышим. Вполне возможно, что её дедушка-прадедушка или бабушка, к примеру, совсем и не с моей планеты. Да, мы похожи, но северяне – тоже похожи, правда – рожи у них непривлекательные.

– Идут, – уведомил я свою спутницу.

Она встрепенулась, вскочила на ноги.

– Где?

– Там. – указал я направление.

– Идут! – чуть ли не как малышка запрыгала на месте Елизавета.

Надо сказать, что девушка она… крупненькая. Отец же её – громадина. Таких как я, из него троих сделать можно.

На меня он только покосился, ничего не сказал. Да и как тут что-то скажешь, когда на твоей шее дочь висит, а ещё и плачет.

– Всё, всё, успокойся, – голос пришедшего был под стать его телосложению.

– Меня людоеды утащили, а он спас… – сквозь всхлипывания была озвучена моя роль в текущих событиях.

Великан взглянул на меня уже несколько добрее.

– Всё, всё, успокойся, – в который уже раз повторил отец Елизаветы.

– Живы они? – этот вопрос предназначался уже мне. Кто, они, уточнять не требовалось. Это он про людоедов.

– Нет. – я качнул головой. – Прирезал и в яму сбросил.

– Жаль… – в глазах отца девушки сверкнул нехороший огонёк. – Жаль… Легко отделались…

Я развел руками. Ну, уж так вышло.

– Всё потом. Сейчас скорее отсюда убираться надо, – сказано это было тоном не терпящим возражения.

Елизавета вытерла глаза платочком, откуда только он у ней и взялся, и вопросительно посмотрела на родителя.

– С нами пойдет, – как об отсутствующем здесь мне, произнёс великан.

Ну, хоть так…

Я совершенно не обиделся. Берут с собой, это – уже отлично.

– Механик. – мне была протянута рука.

– Кощей, – представился и я.

Механик…

Про его я даже слышал!

Вот уж свезло так свезло!

Сам Механик!

Ну, посмотрим сейчас…

Отец Елизаветы и его сопровождающие взяли её и меня в коробочку, после чего мы пошагали. Шагали – они, а я чуть ли не бежал. Темп движения девушки теперь казался мне черепашьей скоростью.

– Скорее, скорее, – ещё и поторапливал меня Механик. – Засветло надо отсюда убраться.

Засветло? Так почти темно уже!

Получается, что и видим мы с Механиком неодинаково?

Глава 51

Глава 51 Мы куда-то бежим

Очень обидно чувствовать себя ущербным.

Механик и Елизавета как будто не знали усталости, чего нельзя было сказать обо мне и спутниках отца девушки. Из-за нас им приходилось даже останавливаться и ждать когда мы продышимся.

Не люди словно они, а какие-то распаковки. Шагают и шагают, я даже бегом еле успеваю…

Механик на этих вынужденных остановках что-то бурчал и всё поглядывал в сторону, противоположную той, куда мы двигались.

Чего-то он как будто очень сильно боялся, поэтому торопился убраться с места нашего пребывания. Это, я так предполагал, не знаю – верно или неверно.

– Скорее, скорее, – то и дело торопил он меня. Своим людям и дочери он ничего не говорил.

Почему торопил, не сообщал. Кто я такой, чтобы мне что-то объяснять. Не спаси я Елизавету, давно бы они меня бросили. Это – ещё одно моё предположение.

Тем временем всё больше и больше темнело. Хорошо, что через капюшон мне всё как днем видно, а вот спутникам Механика это было недоступно.

– Стой! Отдыхаем, – в очередной раз скомандовал отец Елизаветы.

Ему последнее не требовалось, а вот я и ещё парочка из нашей компании, после сказанного, просто на снег попадали. Где стояли – там и рухнули, словно из нас позвоночники выдернули.

– Раздай им. – Механик протянул дочери небольшую коробочку.

Им, это – нам, здесь не рожденным.

Девушка раздала, как ей было сказано, выбившимся из сил по горошинке.

Стимулятор?

Похоже…

После того, как я проглотил выданное, по всему телу словно холодок пробежал, усталость ручейками скатилась под ноги и… петь захотелось. Причем, что-то очень веселое и разухабистое. Даже – матерное, с картинками.

Ну, сейчас такое не совсем уместно. Ещё и при Елизавете. Я подавил возникшее желание.

– Всё, двинули дальше! – Механик, не обернувшись даже, со своей невероятной скоростью зашагал между деревьями.

Меня на ноги со снега как будто подбросило и я бросился за ним.

Ещё я чувствовал, что за моей спиной словно выросли крылья. Сейчас я не бежал, а парил в воздухе. Отталкивался ногами от снега и парил, отталкивался и парил…

Сколько так продолжалось – не знаю, время словно остановилось, но я начал замечать, что вокруг начало светлеть.

Что, всю ночь мы уже мчимся?

Хороши, ой хороши у Механика горошинки!

По пути мы не останавливаясь перемахнули дорогу и сейчас всё больше углублялись в лес по другую её сторону.

Струйки холодка по моему телу становились всё реже и реже, петь уже совершенно не хотелось. Я опять начал уставать. В ногах появилась тяжесть.

Механик чуть сбавил темп движения и оказался рядом со мной.

– Ещё немного, – бросил он мне на ходу. – Потерпи, а так – молодец. Не как мои…

Ишь ты…

Молодцом назвал…

За что это мне честь такая?

Когда я уже еле-еле двигал ногами, мы добрались куда было нужно. Последние несколько сотен шагов мы поднимались в горку, а это буквально вытягивало из меня последние силы.

– Стой! – Механик поднял правую руку вверх.

Все остановились. Я оперся о ствол дерева – если сяду сейчас, едва ли у меня получится обратно встать на ноги…

Где это мы?

Прямо посреди деревьев из снега торчал большущий черный камень. Отец Елизаветы подошел к нему и уперся в его бок руками, словно – сдвинуть громаду хотел. Сдвинуть, не сдвинул, о надавил и отшагнул назад.

Еле-еле слышно что-то щелкнуло, и там, где он жал, появилось овальное отверстие, довольно большое – человеку не сгибаясь пройти можно.

– Туда. – Механик указал на него рукой. Опять, почему-то именно мне, а не дочери или своим спутникам.

Туда, так туда… Мне, если честно, было уже всё равно.

Я оттолкнул себя от ствола дерева и на подрагивающих ногах доплелся до камня, а затем шагнул внутрь.

Тут, за моей спиной что-то сверкнуло, вернее – красным озарилось. Чьи-то сильные руки толкнули меня в спину и я полетел вперёд.

Или – не руки? Однако, что-то на них похожее. По крайней мере, мне так показалось.

Глава 52

Глава 52 Предложение, от которого не отказываются

– Не тормози!

Находясь в полете, ещё не успев упасть, я опять был подхвачен и снова брошен вперёд.

Кто же это такой быстрый и сильный?

Ну, не Елизавета же…

Кто-кто, Механик.

Он и снова меня подхватил, не дал мордой по полу проехаться, а затем и поставил на ноги.

Это же с какой скоростью он может двигаться!!!

Я огляделся. Через капюшон мне всё вокруг было хорошо видно.

Девушка и спутники её отца стояли в нескольких шагах опершись о стены и тяжело дышали.

Во! Не один я упыхался!

У Механика же на лбу ни одной капельки пота не было.

– Что встали? Пошли! – махнул великан рукой в сторону, противоположную от входа. Кстати, он уже успел закрыться.

Где это мы? Какое-то убежище?

Если – да, то явно, не сосланные сюда его строили.

Может, распаковки? Или, эти, что с ними воевали?

Механик встал самым первым в нашей маленькой колонне и уверенно зашагал вперёд.

Я на секунду убрал капюшон с лица. Вокруг была полная тьма. Тут же мне пришлось вернуть его обратно, я – не отец Елизаветы, без своего комбинезона я здесь абсолютно ничего не вижу.

Нет, точно он не наш… Впрочем, какая мне от этого разница?

Шагов через сто, или, чуть меньше – я не считал, так только прикинул, мы оказались в небольшом зале. Однако, достаточном для установки десятка кроватей и каких-то шкафов. Да, ещё и длинного стола человек на двадцать, не больше.

– Кто устал, могут прилечь, – скомандовал Механик.

Я и его сопровождающие не замедлили воспользоваться предложением. Елизавета и её отец подошли к одному из шкафов, Механик достал из него несколько бутылочек и протянул дочери.

– Раздай им. – великан ещё и кивнул в нашу сторону, показал дочери, кому они должны достаться.

Опять что-то нам дают… Сами-то, рожденные здесь, судя по всему в этом не нуждаются. Кстати, и горошинки они не глотали.

– Для восстановления, – пояснила мне девушка, протягивая стеклянную емкость. Спутникам отца и без сказанного всё было ясно.

Я выпил содержимое склянки и… вырубился. Сколько так было – не знаю, но очнулся отдохнувшим, тело, руки и ноги – не болели.

Механик и прочие сидели за столом и судя по ложкам в руках что-то ели.

– Иди сюда, – позвал меня великан. – Садись, гостем будешь.

Я не заставил себя ждать, быть гостем у рожденных здесь – огромная честь. Не многим на Каторге такие слова доводится услышать.

Сам я вопросов хозяевам не задавал, захотят – сами всё скажут.

Так оно и случилось.

– Мы тут дней на десять. – Механик постучал пальцем по часам на запястье. – Эти, что появились тут для своих игрищ, опять «стол перевернули». Всегда они так делают, когда распаковки им рыло начистят. Дед мне про такое рассказывал, и при отце один раз подобное тоже было… Взорвали всё к бениной матери, как раньше около нашего поселка, один дед и уцелел. Обгорел, правда. Вот я вас всех сюда и уводил.

Тут для меня кое-что и прояснилось, вот, значит, зачем мы так быстро от места нашей встречи убегали. Там же, не так и далеко, распаковки с кем-то и воевали!

Великан на какое-то время замолчал, а затем продолжил.

– Ты, смотрю, у них тоже побывал? – Механик мазнул пальцем по своей правой щеке.

Про что это он? А, про значки эти у меня на лице!

– Три уровня испытаний прошел… – сидящий во главе стола посмотрел на меня с уважением. – Тогда, как они тебя отпустили? Кнехтов такого уровня они с собой уволакивают.

Так, были всё же эти испытания? Что-то я совсем ничего не понимаю! Как же тогда – лекарства? То – исчезали, то – появлялись? Хрен поймёшь! Ещё и какой-то кнехт я теперь! Причем, скорее всего – высокого уровня.

– Спасибо тебе за дочь, – сказал Механик и продолжил есть.

Я в ответ только кивнул. Дескать, принял к сведению. Сам никакую награду просить не стал – не по правилам это на Каторге. Если порядочные – сами дадут.

Про испытания для кнехтов у Механика всё же я спросил. Интересно же. Тот мало что знал, единственное им сказанное я не до конца и понял. Ну, что как-то в голове самого кандидата в кнехты они всё это устраивают. Бывают они, испытания, а в то же время и не бывают. В общем – хрень какая-то.

На третий день пребывания в убежище, Механик мне такой вопрос задал, что я чуть со стула не свалился.

– В круг семьи войти хочешь?

Ещё и спрашивает?!!!

Понятно, не в саму семью родившихся здесь, а только в её круг!

Зачем спрашивает?!

Что, от такого кто-то отказывался?

Это – лучшего всякого золота и прочего. Да уж, не поскупился наградить меня за спасение дочери Механик!

Конец первой части цикла

Всем всего самого доброго. Продолжение обдумывается. Жизнь на Каторге в круге семьи родившихся здесь – совершенно иной уровень возможностей, но и ответственности, обязанностей и правил. Посмотрим, как это у Кощея получится…