Текст книги "Бастард рода Неллеров. Книга 10 (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Как плохо, когда хмель в голове играет, мешая здраво мыслить. Да и времени-то на размышления нет, хотя, могу себя похвалить, соображаю я довольно быстро. С первых же мгновений понятно, тут ничего общего с похищением Берты не просматривается. Маркизе боятся навредить, даже при том, что вон как она ловко и явно больно саданула каблуком сапога тому бритоголовому, который схватил её сзади, он даже ногу поджал инстинктивно вверх и морду сильно скривил, в темноте и то видно. Так ещё его же и укусила, если верить раздавшемуся вскрику. Достаётся бедолаге. Тому же, кто подбежал к Анне Миорской вторым и обхватил её спереди, повезло больше, попытка врезать ему коленкой в пах у переодетой в парня девушки провалилась.

Но да, берегут её берегут, и выкрик старшего этой четвёрки, дескать, не навредите госпоже, окончательно расставил все точки над и. Сколько будет дважды два? Правильно. Четыре. В общем, не дурак, понятно, явились посланцы от любящих родителей и просят непутёвую дурочку-дочурку вернуться под отчий кров. И? Моё-то какое дело? Вроде никакого, меня пухленькая молоденькая красотка ждёт в мыльне, где есть две специальные комнатки с лежаками, ну, там, спинку намылить, ещё чего-нибудь. Про массаж в этом мире, во всяком случае в Кранце, не знают, но долго ли обучить, особенно эротическому? Ага, если б я сам на собственном опыте знал, что это такое, а то лишь одну теорию, да и то слабо.

Что-то меня понесло не в ту степь. Степа в степь. Блин, и пары секунд не прошло, а уже столько мыслей промелькнуло. Что там Эйнштейн про теорию относительности задвинул? Ну, этому миру такие идеи ещё точно долго не будут нужны. А что нужно? Происходящее совсем сбило меня с настроя на ласки в объятиях Эммы. Пройти в мыльню и настрой вернётся? Чёрт, жалко девку-то, вон с каим отчаянием отбивается. И зачем я уговорил всех пробовать дармигское, прообраз будущего паргейского шампанского? Теперь все мои приятели в шоколаде, смех их в мыльне, слышу, смешивается с девичьим хихиканьем, а я здесь, на дорожке стою, стоял, и, гадство, ноги сами понесли вмешаться в происходящее. Зачем? Алло, гараж! Степан Николаевич, тебе сколько лет-то на самом деле?

Сколько бы ни было все мои, но, блин, винные пары, плюс непонятное чувство жалости к отчаянно вырывающейся дурочке, плюс молодые гормоны, всё это вкупе равно спонтанность принимаемых решений.

– Отпустите баронета, придурки! – командую четвёрке, делая шаги в их сторону.

– Иди, куда шёл, парень! – отвечает старший из нападающих и начинает движение мне навстречу.

Не признал дворянина, делает вид, что не признал, или ему сейчас всё равно? Полагаю, верны сразу два пункта – второй и третий. Как там в моём родном мире утверждают? Если драка неизбежна, бей первым. Извлекать клинок или кинжал – а при мне и то, и другое, всегда хожу во всеоружии и всеамулетии – не стал. Крови четвёрка не хочет проливать, вот и мне не следует. С моим статусом никакого серьёзного преследования за использование меча не на дуэли мне не грозит, но зачем портить репутацию рода? И так клеймо бастарда ношу, не очень, надо сказать, почётное, хоть я и признан.

– Что с баронетом? – спрашиваю у мужчины, когда мы с ним сблизились, и смотрю ему за спину в сторону маркизы. – Убили⁈

Там на самом деле всё нормально, ну, относительно. В смысле, для пары её пленителей нормально. Второй схватил маркизу за ноги, держит крепко, и возможности пинаться она лишилась. Скована объятием и её рука. Осталась лишь одна свободная, которой она пытается освободиться от ладони, сжимающей ей рот.

Но старший нападающих на мои возглас и взгляд, что называется, купился. Ненадолго. Обернулся на миг и тут же начал обратно возвращать голову в прежнее положение. Однако, этой секундной отвлечённости хватило, чтобы мой короткий, резкий апперкот оказался для него невидимым. Бац, и нокдаун. Нет, нокаут, причём глубокий. Взмахнув руками, он упал на спину, издав громкий шлепок своим могучим телом. Правда говорят, чем тяжелее шкаф, тем громче падает.

– Ах, ты ж, гад! – вскрикнул подельник упавшего, габаритами ничуть не меньше.

Вскрикнул тихо, боятся гады шум поднимать. Так может мне закричать? Не, сам справлюсь. Не хочется ставить маркизу в сложное положение. Если сюда куча народа сбежится, ей уж никак от позорного разоблачения не отвертеться. Хотя, чего тут позорного? Ну решила путешествовать инкогнито. Я, помню, в детстве с Лёшкой Пасмарновым тоже мечтали сесть в поезд и уехать до самого края нашей огромной страны. Это когда мы увидели проносившийся мимо поезд Москва-Владивосток.

– Сам гад, чернь немытая. – провоцирую мужика на нападение.

Тот пытается меня схватить за грудки, подставляясь под многократно отработанную мною с наставником связку приёмов. Как Кир Бирюк и показывал, а я выполнял до автоматизма – ведь как знал, что пригодится мне и владение рукопашными приёмами – ухожу в сторону, вправо, схватив левой рукой соперника за рукав куртки. Помогаю ему провалиться глубже, одновременно нанося удар ногой в живот, а затем, да не затем, а почти одновременно, бью прямой джем ему в самый кончик челюсти. Щёлк-щёлк зубами волк. Нокаута не получилось, но нокдаун есть. Мужичок-здоровячок поплыл, переступая ногами в разные стороны и пытаясь привести себя в сознание. Не успел. Подскакиваю, и двоечку – в солнечное сплетение противнику и при его сгибании снизу сильный с подпружиниванием ногами апперкот. Всё, уноси ещё одного готовенького.

– Вы зачем вмешиваетесь в то, что вас не касается⁈ – возопил третий, выпуская ноги маркизы и бросаясь ко мне с кулаками, ещё один герой.

На вы? Ого, разглядел, что имеет дело с благородным. Разглядел и не остановился. За свой опрометчивый поступок он начал платить сразу же. Вначале получил удар по заднице, который Анна Миорская, опершись спиной на обхватившего её сзади парня, нанесла сразу двумя ногами, а они у неё стройные и длинные, так что, получилось не слабо. Чуть потеряв равновесие, мужик ещё запнулся об намеренно выставленную ногу приходящего в себя маркизиного дружинника и в итоге налетел на мой кулак, с хрустом разбивший ему нос.

– Отпусти, придурок! – злобно и громко зашипела девица, выворачиваясь из обхвата. – Олег! Отпусти, говорю! Запорю, скотина!

То ли угроза подействовала, то ли парень, увидев мою ловкую расправу с его товарищами и поднимавшегося на ноги дружинника, понял, что держать госпожу в объятиях нет никакого смысла, но Анну он отпустил. И тут же получил от неё коленкой между ног, едва та развернулась, прыжком и с шипением как кошка.

– Баронет! Кто все эти люди? – спрашиваю, стараясь изобразить искреннее удивление. – За что они напали на вас?

– Не прикидывайтесь глупым, милорд. – выдохнула та и направилась к шатающемуся дружиннику, только-только поднявшемуся. – Вам это не идёт. Ошибалась на ваш счёт, вы другой. И уже давно поняли, с кем в моём лице встретились. И это, спасибо за помощь. Ты как, придурок непутёвый? – поинтересовалась у своего защитника. – Угу, вижу. Ладно.

Моё магическое зрение определило, как сработал один из её перстней. Энергии в использовании заклинания было много, однако основа там голубые и синие нити, с дополнением двух оттенков красного и лишь слабенького тона зелёного. Целительский эффект наверняка у такого плетения есть, но очень слабенький, и действует скорее всего на остановку кровотечений, рассасывание синяков и частично восстановление костных тканей. В общем, сил много, а толку мало. Ну, это с моей точки зрения. А дружиннику-то явно полегчало. Вон как бодрячком выпрямился.

– Госпожа…

– Помолчи, Алексей. – остановила она его и сделала шаги к моему первому противнику, кое-как уже пришедшему в себя и севшему со стоном у стены мыльни. – Арнольд! Как ты мог, а⁈ – громко зашипела что та змея. – Ты же… ты же… ты же меня с ранних лет. Ты же меня на лошадях ездить учил, следы в лесу читать… ты же, ты понимаешь, что теперь тебя ждёт? – она склонилась над стонущим сквозь зубы мужчиной. – Нападение на благородную… на благородного… на благородную… не важно, вас кретинов на колья посадят, а перед этим оскопят.

– Мы выполняли приказ вашего батюшки, маркиза. – простонал Арнольд.

– Хорошая попытка, старший сержант, но нет, не пройдёт как оправдание, – она пнула мужчину по подошве сапога. – Здесь разве Миор? Или хотя бы Виргия? Нет, наставник, это королевство называется Кранц, а город Рансбур. Кряхтеть вам на кольях.

– Вы же нас не сдадите страже? Госпожа Анна, ну что нам надо было делать? Отказаться выполнять приказ герцога Гуннара?

– Не строй из себя не пойми кого, Арнольд. Мог бы найти способ предупредить меня, что вы здесь. Я бы уехала дальше, и мой след бы затерялся. Не сдавать страже? С чего вдруг мне так вас жалеть сволочей?

– Тогда все узнают, что вы не этот, не баронет…

– И что? – фыркнула Анна. – День позора как-нибудь переживу, затем посмотрю, как вы корчитесь на кольях, да и поеду. Так, говори, как вы меня выследили и вообще поняли, что я направилась на юг?

А вот мне тоже любопытно. Хотя, казалось бы, мне-то какое дело? Впрочем, как это часто в жизни и бывает, информация обрывается на самом интересном месте. Из дверей мыльни, оплаченной милордом Ванским – а точнее мной, но он об этом ещё не знает, деньги ему вернут позже – появились мои товарищи, все трое в одних только мокрых подштанниках и с босыми ногами. Первыми Карл с Гербертом, явно собирающиеся в случае опасности рвать врага голыми руками, а вот Ричард с клинком. Этот бретер, похоже, и к бабе в постель с мечом ложится.

– Степ, ты чего так долго? – спрашивает мой вассал.

Он после освещаемых лампами и факелами помещений бани ещё ни черта не разобрал в ночном сумраке, как и остальные двое. Но долго их глаза к темноте не привыкали.

– Баронет Антон? – удивился милорд Ванский. – Что здесь происходит?

– Всё уже хорошо, – выпрямилась маркиза. – Спасибо за помощь его преподобию Степу. Милорды, буду вам признателен, если вы займётесь своими делами. С этими придурками я сам дальше разберусь. Опасности они больше не представляют. Врасплох не застанут. – она извлекла из ножен меч, тоже самое сделал и её дружинник. – Пожалуйста. Милорд Степ, – перевела взгляд на меня и чуть заметно улыбнулась, грустно как-то.

Ну, если женщина просит, то так и быть. Я вообще-то просто мимо проходил. Сейчас, когда она и её спутник вооружены, настороже, а их противник не имеет права причинять вред, то, конечно, теперь она в безопасности. Со старшим сержантом и, как я понимаю, военными егерями своего батяни пусть сама разбирается.

– Как скажете, маркиза, – жму плечами и машу приятелям. – Пошли в баню. – только я понимаю двусмысленность этой своей фразы.

– Так это что, не баронет, а благородная девушка⁈ – спрашивает меня шёпотом Карл, когда мы вошли в мыльню. – Маркиза?

– Ты удивительно догадлив, мой друг. – подтверждаю. – Но это не наша тайна, поэтому, Карл, Герберт, прошу о ней никому не говорить.

– Угу, – гукает филином ошарашенный милорд Монский. – Так это получается, я чуть с маркизой клинок не скрестил? Во дела. Представляю, как бы я выглядел, проткнув её. Ричард, спасибо, что не допустил дуэли.

Мы все сгрудились в предбаннике. Товарищи ждут, пока я разденусь.

– Ерунда, – усмехается наставник. – Только сомневаюсь, что тебе бы это удалось. Не в бою, а именно на дуэли её проткнуть. Ты просто не знаешь, кто был её учителем в фехтовании. Ладно, Степ, ты чего встал? Драгоценности сложи сюда, – показывает он на короб из лыка, размером с кирпич. – и захвати с собой в мыльню, как и меч. Остальное бросай здесь. Не утащат.

Парни в своих мокрых подштанниках, прилипающих к телу и выделяющих мужское хозяйство, выглядят уморительно. Чем-то артистов балета напоминают. Да и я сейчас, как окунусь в бассейн, стану смотреться не лучше. Зато дожидающимся нас четверым красавицам мокрые купальные платья из льна очень идут. Вроде всё тело прикрывают, ан нет, самое интересное видно. Просвечивает ткань-то.

Аристократки растительность подмышками и в интимном месте убирают, в основном, с помощью алхимических зелий, заодно замедляющих рост волос. Откуда знаю, не имея опыта постельной близости с оными особами? Так Карл же давным-давно просветил. Он вообще считает своим долгом просвещать сюзерена в таких вопросах, даже когда его не просят.

Чуть позже к брату Симону в нашу лекарню приезжала небогатая дворянка из Готлина, у которой после использования то ли просроченного, то ли изначально некачественного средства не только волосы на лобке выпали, но и кожа начала слезать. А когда стала мазать поражённое алхимическим ожогом место проданным ей учёным лекарем настойкой из куриного помёта и желчи пойманных в лунную ночь крыс, то вообще покрылась между ног гнойными язвами и рубцами. В общем, сэкономила на нормальной алхимии, называется. В итоге обошлось дороже. Надо будет где-то в тексте моего трактата прописать мысль, что скупой платит дважды.

Брат Симеон у меня только выглядит богомольцем и ботаником, а в реальности торгаш ещё тот. Потребовал с дворяночки вести с чем-то драхм за лечение с магическим исцелением. У той таких денег не было. Отдала только сорок и девчонку-рабыню десяти лет. Та сейчас у нас на маслобойне работает, говорят, плохо. Видел из окна, как её брат Афанасий хлестал.

– Милорд Степ, вам какого вина налить? – придвинулась ко мне на скамье Эмма. – Или может эля?

С чего я про растительность на телах аристократок вспомнил? Ах, да. Вот же рядом девушка, простолюдинка. У неё под льняным платьем оазисы волос вижу. И у остальной троицы тоже. Ну и что? Так даже пикантно.

Вокруг небольшого овального бассейна три лавки. Нас четыре пары, но нам их хватает. Милорд Монский, едва только вылез с подругой из воды, сразу же потянул её в отдельную мыльную комнату. Прыткий.

В углу стол с вином, элем и закусками в каких-то неимоверных для нашей небольшой компании количествах. Слуг тут нет, поэтому позволяем ухаживать за нами девушкам. Мы их между собой уже распределили. А может это они нас, я как-то не обратил внимания. Само собой так получилось.

Пить я уже не пью, хватит. И так герой, вон, девицу спас от похитителей. На сегодня приключений хватит. Да и настроение безо всякого спиртного прекрасное. Чувствую, что на моё лицо наползает улыбка от воспоминаний о том, как потешно Анна отбивалась от егерей отца, лягалась что та кобыла, кусалась будто кошка. Мою улыбку Эмма расценила по своему.

– Хотите чего-нибудь интересней вина и эля? – прижалась ко мне разогретым в тёплом бассейне телом. – Пойдёмте в комнату для намывания? Одна свободна сейчас.

– А, пойдём, – соглашаюсь.

Я что, монашек что ли? В принципе да, но в этом славном мире, где мне досталось такое славное тело, славный Создатель не запрещает своим славным слугам плотские утехи. Так чего мучить себя и такую приятную, пусть и чрезмерно волосатую в некоторых местах девушку?

Даже не предполагал, что Эмма окажется настолько умелой, а уж строила-то, строила из себя всю такую скромницу. Впервые в новой жизни я провёл испытание своего тела утехами на полную катушку. Сам от себя не ожидал такого результата. Может это следствие моих каждодневных тренировок? Нет, вряд ли. Такое обычно от природы даётся. Что ж, и в этом повезло. Спасибо моим здешним биологическим родителям.

Покинули мыльню мы уже за полночь. Довольный проведённым временем подарил партнёрше на память не просто колечко с жемчужиной, а с вложенным туда плетением полного исцеления. Услышав об этом Эмма потеряла дар речи. Зря я конечно так разбрасываюсь, наверняка завтра пожалею. Но это будет завтра.

К тому моменту, когда мы вышли на улицу, Анны с её дружинником и той четвёрки уже простыл след. Как у них разрулилась ситуация, одному Создателю ведомо. Да и ладно. Надеюсь, больше её никогда не увижу. Угу. Только почему от этой мысли так грустно становится и с надеждой приходит мысль, что жизнь ещё продолжается, мало ли, какие сюрпризы она мне приготовила в дальнейшем, скажем через десять лет или двадцать?

– Эрик, ты б ещё сюда всю роту притащил, – возмущаюсь, увидев, как на выходе из «Золота Кранца» меня дожидается два десятка бойцов во главе с лейтенантом Роммом. – А кто в лавке остался?

– Где? – хором спросили все мои трое офицеров и провожающий нас милорд Ванский.

– В Михайловском замке, – поправляюсь.

– Там сейчас лейтенант-маг Паттер, – ответил Эрик. – Вызвалась подежурить, пока я за тобой съезжу. В городе неспокойно, милорд. Лучше не рисковать.

Глава 20

Представляю, какой переполох сейчас в соседним с моим особняках, когда по в общем-то тихой нашей улочке за полночь проехал такой крупный военный отряд. Железо доспехов и оружия, конская сбруя всё равно звенят, мои ж солдаты не лесные егеря, умеющие более-менее тихо перемещаться даже верхом, лошадей никак, никакими приказами не фыркать или не ржать не заставить, да и люди рты на замке не держат. Впрочем, с последним – моё упущение, забыл отдать соответствующую команду. Ну, ничего. Здесь у нас не трудяги, которым рано утром на работу. Проснулись? Успеют выспаться.

– Я так и не понял, Степ, зачем ты этой девке подарил амулет. – сказал Карл, когда заспанный и почему-то испуганный дворовый парень отворял перед нами ворота. – Ну, ладно, я бы понял, просто дорогое кольцо, но с плетением-то для чего? Создатель в своей милости дал возможность неодарённым защищать себя воздушными и антимагическими артефактами, если у них есть деньги таковые купить. Позволил им иметь умение активировать магические светляки и зажигалки. Как эта твоя пухляшка – девка симпатичная, не спорю, не знаю, насколько умелая, об это тебе лучше судить – как она сможет воспользоваться исцелением? Тем более, если я не ошибаюсь, ты подарил ей перстень с одним из самых мощных плетений.

– С самым мощным из тех, что на сегодня знаю, – признаюсь с тяжёлым вздохом, уже спрыгивая с коня и отдавая повод парню-рабу, другому, не тому, кто нам ворота открывал. Мы и домочадцев всех на ноги подняли посреди ночи. Вон и Грета, слава богу, что не Тунберг, на крыльцо вышла. Почему-то бодрая. – Не напоминай больше об этом, Карл. Подарил и подарил. Чего уж теперь. Новый сделаю. А девчонке или её родственникам всяко пригодится. Она не из трущоб вообще-то, папаня какой-то чинуша в управе, найдут пару драхм для оплаты труда дворянина-слабосилка и уговорят. Там энергия ещё пару месяцев продержится, так что, сообразят, как лучше использовать. Грета, а ты чего не спишь?

– Ни я, ни миледи не ложились. – ответила та безо всякого недовольство или скрытого укора в голосе. – Вы ж сказали, что приедете, нигде не останетесь ночевать. Вот мы вас и ждали.

– Напрасно, – я уже прошёл в дом и поднимаюсь по лестнице. – Ни еды, ни воды для омовения не нужно. Милорду Монскому комната готова? Он сегодня у нас ночует.

– Э, нет, Степ, – Карл остался в холле с Эриком, наверх за мной оба не пошли. – Мы в Михайловский. Утром постараюсь пораньше приехать, если нужен.

– Да пока вроде не очень, езжай к Джессике, – отмахиваюсь.

Девчонки-служанки ждут в коридоре, да и миледи немножко, в том смысле, что стоит на пороге в красивом вечернем платье, будто только что с бала вернулась. Ей ведь завтра на занятия. Не выспится из-за меня.

– Ну как повеселились с баронетой? – интересуюсь у Берты и вынужден проследовать в её гостиную, хотя в теле сейчас приятная истома и жутко хочется спать. – Много вещей купила?

Будет ли у меня когда-нибудь в этом мире жена, или Создателю решит, чтобы я до конца своих дней оставался холостым, по любому до брака мне как до Китая. Однако, оправдываться за поздний приход пришлось уде сейчас и выдумывать всякую чушь.

Берта не настаивала, я сам надумал оправдаться, а она легко мне поверила. Так что, в свою спальню ушёл мучимый угрызениями совести. Радует только, что тётушка Ника не подвела, смогла устроить миледи из Новинок отличный променад, совмещённый с шопингом, и девушка пребывала в прекрасном настроении.

Рано утром вскочил чуть свет бодрым и готовым, как говорили у нас, к труду и обороне. Отправляясь на тренировки – с мечом и без оного – распорядился дежурному сержанту кого-нибудь отправить к Бычку. Пусть приведёт свою мамочку ближе к полудню. Сразу уж свалю со своих плеч обязательство по исцелению и родственницы ректора, и матери Игоря. Всё равно на сегодня других планов пока нет, хотя уверен, вскоре появятся. Спокойной жизни у меня пока не получается.

Судьба отправленного в храмовое подземелье Лёвы, одного из похитителей Берты, меня мало интересует, а уточнять подробности вовсе не хочется. Сущность вселенца из другого мира всё ещё продолжает корчиться от местных жестоких нравов. Лёве гарантирована лютая смерть, долгая и мучительная. Даже той компании обычных болтунов, которые допустили оскорбительные высказывания в адрес принцесс пришлось очень несладко. После бичевания их вернули семьям в бессознательном состоянии, неизвестно вообще выживут или нет, а двоих – парня и девушку – к тому же с вырезанными языками. Хельга лично проследила, чтобы отрезали под самый корень.

Удивительно – или возмутительно? – но считается, принцесса поступила в соответствии с молвой, приписывающей ей необычайную мягкость и доброту. И это так и есть. Узнай моя мачеха, сестричка Агния или та же Юлиана, что кто-то из черни в Неллере позволил себе в их адрес такие слова, какие своими ушками услышала Хельга, судьба тех трепачей оказалась бы намного-намного суровей.

В теле приятная лёгкость – вот что интим животворящий делает – поэтому и с Ником, и с Иваном, и с чуть позже присоединившимся к нашей тренировке лейтенантом Эриком, прибывшим с докладом, что в казармах у нас всё без особых происшествий, справляюсь без ошибок. Общий счёт тринадцать один, Ромм таки достал разок.

Здесь тринадцать несчастливым числом не является, поэтому на этом счёте тренировочный клинок отдаю и принимаюсь за мордобитие в паре с Киром Бирюком. Здесь у меня дела пошли много хуже, всё-таки наставник прошёл сотни полторы реальных схваток на арене Ям, мне до его уровня вряд ли когда-нибудь дотянуться, но буду стараться.

Особо на занятиях не выложился, мне сегодня ещё предстоит получать уроки от Ричарда, который прибудет на обед и сообщит нечто самое важное, что мне передали главы рода через него.

Почему сразу не сказал? Смеётся, дескать, забыл – схватки, вино, девушки – вот в пути и выветрилось из головы. Но я понял, сегодняшние слова он должен был мне сказать или нет в зависимости от того, что он увидит и услышит о бастарде рода здесь на месте, в Рансбуре. Что ж, даже интересно, чем Джей с Машенькой порадуют.

Позавтракали с Бертой, и я её проводил до самого портшеза, наказав командиру эскорта смотреть в оба. Капрал в моих наставлениях не нуждался, но выслушал их с невозмутимым видом. За столом мне хотелось узнать отношение моей девушки к той показательно-жестокой казни, которую ей продемонстрировала баронета Ворская, но так и не понял, восхитило её представление или ужаснуло. Как-то равнодушно о нём рассказала. Впрочем, за свою небольшую жизнь насмотрелась всякого, с крепостными в её деревня явно не церемонились, да и пойманных в округе разбойников много раз публично казнили.

До прихода первой пациентки сел в беседке с лейтенантом. Подышать свежим воздухом. Мои мышцы от утренних нагрузок совсем не устали, точнее, уже пришли в норму. Для лечения разбитого в кровь лица, пришлось накладывать на себя малое исцеление, заодно и организм полностью пришёл в норму.

– Глядя в спину удалявшейся Юльки – она принесла нам горячего чая – спросил себя вслух:

– За кого же мне тебя, сладкоежка, выдать? Пора, пора тебе замуж.

– Так за меня и выдай, – ответил Эрик.

Капец, я чуть не захлебнулся. Мог бы и подождать, когда я глоток сделаю. Эрик и Юлька? Да ты ж, старина, ей в отцы годишься. Ну, перебарщиваю конечно, однако сколько между ними разница в возрасте? Лет семнадцать? А что, так и есть, в отцы. Чёрт, смотрю, он ведь не шутит.

– Ты серьёзно? – всё ж уточняю, глядя с подозрением на соратника.

– Ну а что? – жмёт тот плечами. – Девушка симпатичная, ладная, расторопная. На сладостях правда могу разориться, – вдруг смеётся. – но вы же, ты же на приданое ей наверняка не поскупишься.

– Не поскуплюсь, – отвечаю на автомате, всё ещё не веря в происходящее.

– И сахар с леденцами у тебя теперь свой будет. И поваров учишь изумительные пирожные и эти – как их? – торты готовить, а я ведь службу тебе оставлять не собираюсь, и Юлька всегда будет рядом. Или считаешь меня старым?

– Какой ты старый? – мотаю головой. – Мужчина в самом расцвете сил. Просто Юлька, она…

– Будет хорошей женой, – уверенно сказал Эрик. – Сам об этом позабочусь.

Тут на интересной части беседы нас прервал боец, доложивший, что к воротам подъехал баронет Парнов, и он желает со мной встретиться. К стыду не сразу сообразил, что за баронет такой, даже переспросил караульного, не напутал ли он чего? И только задав вопрос понял, кто явился по мою душу. Зачем? И так почти всё утро, пока махал мечом и кулаками, нет-нет да и возвращался к воспоминаниям о вчерашнем с нею знакомстве. Чем-то зацепила меня эта взбалмошная пацанка, а чем, не пойму.

– Давай я подумаю, Эрик. – ответил на просьбу соратника, мне реально надо прийти в себя после его слов. – Да и с самой невестой не мешало бы переговорить.

Не стал ему намекать про её обнимашки с Ником и Иваном, уж мой разведчик наверняка и сам это приметил. Не считает их соперниками? А ведь, пожалуй, так и есть. И в моём родном мире инстинкт иметь потомство от мужских особей, наиболее сильных и приспособленных к существующей среде обитания, на слабый пол влияет сильно, а уж в здешнем средневековье этот фактор, пожалуй, решающий. Будь тот маркиз Иоанн Клейрский хоть пятидесятилетним, а не сорокалетним, но имей могучий источник и косую сажень в плечах, то Хельга была бы менее возмущена озвученным ей предложением.

Ну, вот, я опять о принцессе, а ведь ко мне во двор въезжает со своим дружинникам девица – надо признаться честно – более привлекательная, чем моя венценосная подруга. Конечно же вслух такого никогда не произнесу, лучше язык откушу. Хельга умница, а эта сумасбродка, да ещё и гиперактивная.

– Чем обязан чести видеть вас, баронет? – встречаю маркизу посреди двора. Инкогнито её выдавать само собой не стал. – Изволите пожаловать в дом? – делаю приглашающий жест в сторону крыльца.

Лошади Анны и её телохранителя – Алексей вроде? – не помню – нагружены поклажей, обычной у путешественников. Похоже, торопится с утра покинуть гостеприимный Рансбур. Ну, для кого как. Для неё наверное не очень гостеприимный.

– Нет, спасибо, – отказалась она, спрыгивая с седла. – Я заехала лишь на минуту. Просто вчера не получилось толком поблагодарить и извиниться.

– Так уж сто раз друг перед другом извинились, – усмехаюсь, теперь при свете дня более чётко рассмотрев её красивые черты лица. – А благодарить особо-то и не за что. Кстати, что с теми неудачниками? Вы их передали в руки стражи?

– Зачем? – пожала она плечами. – Попугала маленько и всё. Главное, выяснила, что на мой след эта четвёрка встала случайно. Остальные отряды вообще не в те края разъехались. Собственно по этой причине тоже хотела извиниться. Я же на твоих глав рода подумала вначале. Что это Джей с Ольгой или вдовствующая герцогиня на мой след поставили. Но нет. Так что, прости ещё раз. А ещё за то, что думала о вас, милорд Степ, очень плохо, вы же оказались совсем другим.

– Не тупым крестьянином, одетым в костюм аристократа? – смеюсь.

– Ага, что-то вроде того, – улыбнулась, полезла в перемётную сумку и достала оттуда кинжал. – Возьмите, прошу, от меня подарок в знак признательности за помощь. Я участвовала в выковке лезвия для него, – она извлекла острый стилет из ножен и тут же вставила обратно. – Заклинания разрыва там уже нет, сами наложите. Зато закалка клинка проводилась с помощью магии воды и воздуха, в чём я сильна.

Маркиза протянула мне оружие, а я полез в карман в поиске монеты. Тут же себя отругал. Во-первых, деньги я ношу в кошеле, который сейчас у меня в комнате, а, во-вторых, тут нет традиции за подаренный клинок расплачиваться мелкими деньгами. Так что, с коротким поклоном принял подарок, пожалев, что свои новинки все раздарил. Даже леденцов не осталось. И ладно. Это ж не она меня вчера спасла от похищения, а я её. Если чем-нибудь отдарюсь, получится, что маркиза мне овеществлённого спасибо не вручила.

– Очень красивый, – говорю, рассматривая лезвие. – Может всё же отведаете у меня угощения?

– Нет, нет, нет, – помотала Анна Миорская головой и взобралась на коня. – А знаете, милорд, я рада нашему знакомству. Правда. И всё же довольна, что оно состоялось не в храме. Вряд ли мы когда-нибудь ещё раз увидимся, но если вдруг такое случится, буду рада отплатить услугой за услугу.

– Удовольствие взаимное, – чувствую вдруг, что отвечаю искренне. – И при встрече, если она всё-таки произойдёт, можете обращаться ко мне на ты.

– Хорошо, Степ, я запомню. Но и ты тогда также. Прощай. – махнула она рукой с зажатым в ней хлыстом.

Не зря неудачливый похититель Арнольд учил юную маркизу верховой езде, вижу своими глазами. В седле держится как влитая. Амазонка, джигитка. Ждал с интересом, обернётся, нет? Обернулась. Помахала опять. Я в ответ. Блин, а ведь отличная девчонка так-то. Такая могла стать бы отличным другом или очень скверной женой. Хотя, хотя, хотя, если Эрик поделится секретом, как он собрался из моей наглой сладкоежки делать образцовую хозяйку своего дома, может и мне никакая навязанная в супруги девица будет не страшна.

Ладно, шутки в сторону. У ворот, смотрю, остановился портшез. К гадалке не ходи, моя первая на сегодняшний день пациентка прибыла. И точно, она. Хорошо, что хоть без ректора и его жены. Что-то меня уже стали утомлять непрошенные гости. Нет, к маркизе Анне это не относится. Сам не пойму, но на душе теплее, что она не оказалась свиньёй неблагодарной, приехала сказать спасибо, да ещё вон какой замечательный кинжал подарила. Я уж опробовал на спинке скамьи в беседке, клинок как в масло вошёл. Пусть рукоять не особо украшена, зато очень функциональное оружие даже без плетения разрыва. Пожалуй, буду носить на поясе вместо прежней даги. Жаль, что с этой Анной действительно больше никогда не увидимся.

Миледи Мария Норпик оказалась высокой женщиной, на первый взгляд не страдающей какими-то серьёзными недугами. Так думал, пока не увидел у неё тёмные до черноты круги вокруг глаз, сероватую кожу, усыпанную ядовито-жёлтыми пятнами и следы постоянного выпадения волос на голове, хотя лысины нет.