355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Саша Готти » Влада и месть вампира » Текст книги (страница 5)
Влада и месть вампира
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 14:26

Текст книги "Влада и месть вампира"


Автор книги: Саша Готти



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Со сводным братом я в Универе… общалась, – нехотя ответила Влада, не вдаваясь в подробности конфликта с Арманом Сумороком. – Остальных родственников не знаю. Не нужна я им.

– А я бы обязательно наладила с ними отношения, – вдруг с неожиданным пафосом заявила Дашуля. – Это же вампиры! Мне бы хоть одного вампира в родне, я бы обязательно им гордилась, а еще выяснила…

– Погоди, смотри, – перебив Дашулю, Влада напряглась и резко выпрямилась, когда дверь подъезда приоткрылась. – А… нет, не он.

Из подъезда вышла женщина с собачкой, процокав мимо них каблуками по асфальту. Собачка визгливо обтявкала Владу, заставив ту поджать ноги.

– Сколько можно спать! Три часа дня! – Дашуля выразительно погрозила кулаком в сторону подъезда. – Огнева, ты знаешь, что ему сказать, когда он выйдет?

– Упасть на колени и просить прощения, – отрывисто бросила Влада. – До сих пор я не извинялась перед вампирами, нет опыта как-то.

– Главное – попробуй заплакать, – делилась собственным богатым опытом Дашуля. – Алекса очень это нервирует. Он ненавидит слезы.

Дашуля снова принялась болтать без умолку, рассказывая про день, когда они познакомились с Алексом. Как она в свои четырнадцать отрывалась на дискотеке в школе и после отправилась болтаться по Москве, поругавшись с матерью… Как к их компании девчонок прицепилась компания парней, и все не закончилось плохо лишь потому, что с крыши кафе спрыгнула другая компания парней… Один из них первым делом нацепил ей на руку браслет, который Дашуля потом никак не могла снять…

Вдруг дверь подъезда с грохотом распахнулась, будто кто-то пнул ее изнутри ногой, и на улице появился паренек в черной кожаной куртке и рваных на коленях черных джинсах. Что это Гильс, с первых секунд Влада не поняла – из-за сильно изменившегося цвета кожи. Обычно юный Муранов был смуглым, да еще и сильно загорал на солнце с первыми весенними деньками. Вопреки мифам о вампирах, загар лип к нечисти лучше, чем к некоторым людям.

Теперь же Гильс был бледен настолько, что казалось, будто его лицо и кисти рук в снегу, а волосы стали еще чернее, свисая рваными прядями на глаза. К тому же он похудел, и скулы выступали сильнее, что делало прежнюю привлекательность демонической и жутковатой. Да, соседка оказалась права, называя его «смазливый до ужаса». Весь облик Гильса отчаянно мстил, чтобы ее, Владу, зацепить еще сильнее. Чтобы всякий раз, закрывая глаза, она его видела и вспоминала…

– Ничего себе, – ахнула Дашуля. – С Алексом такого кошмара не было, когда его в восемнадцать плющило… Гильса можно без грима снимать в фильме про вампиров! Огнева, ты будешь с ним разговаривать или нет?

Легко сказать – разговаривать. Смелость, хитроумие и изворотливость, которые Влада проявляла в боях малой дальности со всевозможными вредными девчонками, при виде Гильса улетучивались. С ним все было иначе: путались мысли, пропадали нужные слова, уверенность в себе пряталась куда-то под подошвы туфель…

Тем временем вампир задрал голову, поглядев на солнце, после чего надел темные очки, тряхнул головой и неторопливо направился к своему мотоциклу.

– Он уедет сейчас, – послышался голос Дашули. – Ты мне что-то говорила про смелость, не помнишь?

Слова Ивлевой подхлестнули к действиям. Влада ощутила привычный удар током по нервам, который она испытывала каждый раз, когда собиралась заговорить с Гильсом. Видимо, у нее такая реакция…

Выскочив из машины, Влада на секунду потеряла ориентацию в пространстве – дом словно завалился куда-то набок, а летняя жара ударила по ушам пронзительным звоном. Чертовы нервы…

– Гильс!

Она окликнула вампира негромко, стараясь не бежать к нему, а идти нормальным шагом. Хотя бы с минимальным достоинством. Главное – ни одного грубого слова и ни одной насмешки, как она позволяла себе раньше.

– Гильс, привет. Я так рада тебя видеть.

Начало было плохое, очень плохое. Не реагируя на нее, вампир внимательно рассматривал руль своего железного зверя, крутя ручку. Паук прыгнул Гильсу на плечо, отвратительно шипя и настороженно пялясь багровыми фасетчатыми глазками на Владу.

– Гильс, пожалуйста. Выслушай меня… пожалуйста.

Можно было не сомневаться, что Гильс ее игнорирует. Теперь уже не спишешь, что не увидел и не услышал. Делает вид словно ее нет. Байк взревел, оглушив переулок, голуби суматошно взметнулись в стороны.

Недолго думая, Влада шагнула вперед и встала у руля байка, глядя прямо на Гильса. Тот не поднимал глаз, избегая даже задеть ее взглядом.

– Мне очень жаль, что я тебя обидела! Гильс, ты слышишь?! Давай мириться…

И вот тут ивлевский характер, который обычно показывал себя в боях с Алексом и в потоке московских машин, проявился во всей красе. Дашуля встала поперек переулка, уперев руки в боки.

– Муранов! – перекрывая грохот мотора, заорала она зычным басом. – Мура-анов, ващ-ще уже, стой!!! Мирись с ней, ясно?! Не поедешь никуда, чертов вампир! Ведь тебя замуруют черт знает где навсегда!

Оказывается, байки умеют делать очень хитрые маневры. Влада и Даша не подумали, что мотоцикл может развернуться и поехать в обратную сторону. Когда колеса вильнули резко вбок, Владе даже не пришлось отбегать в сторону. Байк уехал не сразу, а, порыкивая мотором, вдруг остановился в нескольких метрах впереди. Гильс отставил ногу и обернулся. Но он смотрел не на Владу, а куда-то ей под ноги и с ехидной улыбочкой.

– Бегите домой, дурочки, и успейте к темноте, – кинул вампир через плечо с полуусмешкой. – Ивлева, иди борщ вари, Алекс его любит.

– Огнева, садись в машину! – взвыла Дашуля.

Нарочно или нет, но Гильс зря это сказал. Дашуле нельзя было говорить ничего, что хоть как-то намекало на ее неполноценность по сравнению с Алексом. Уже через несколько секунд она с азартом гналась за ревущим байком по Козихинскому переулку, не слыша отчаянных призывов Влады опомниться.

Вырулила на Садовое кольцо и, не успев затормозить на перекрестке с Тверской, въехала бампером в стоявшую у светофора машину.


Глава 7
«Алекс-если-нету-Алекса»

* * *

Каждая авария начинается с воплей.

Влада не раз видела, как это происходит в Москве, когда машины задевали друг друга боками или сталкивались бамперами, пытаясь протолкнуться в тесных переулках. Из одной обязательно выскакивала тетенька и начинала орать. Из другой машины обычно тоже кто-то выскакивал, и, если обе оказывались тетеньками, они мило и доброжелательно общались – так, что у машин чуть не лопались лобовые стекла.

Дашуле не повезло. Темно-синий «порш», который она задела, включил аварийную сигнализацию, и оттуда, как чертик из табакерки, выскочила не одна тетенька, а целых три.

– Ты что делаешь, коз-за?! – раздался пронзительный визг в несколько голосов. – Дура, куда прешь на красный?!

Реакция Дашули была странной. Она судорожно схватилась за телефон и бросила его Владе на колени.

– Найди номер на случай, если нет Алекса… Там, в списке. Звони!

Затем, выскочив из машины, Дашуля тут же доказала, что умеет орать не хуже «стукнутых» тетенек. После нудного и долгого сидения в засаде, а потом встречи с несносным вампиром ей был очень нужен выброс энергии. Влада под аккомпанемент воплей начала судорожно копаться в списке Дашулиных контактов: «Алекс-дома», «Алекс-работа», «Алекс-Пестроглазово»… И в самом конце списка контакт «Алекс-если-нету-Алекса».

Влада нажала на кнопку INFO, и под номером телефона высветилось пояснение:

«ЕСЛИ, ЧУВЫРЛА, ВЛЯПАЕШЬСЯ, А Я ДАЛЕКО – ЗВОНИ СЮДА!!!»

Отлично! Раз Алекс далеко, и ему нельзя звонить, ничего другого не остается. Влада нажала на кнопку вызова, а когда на том конце сняли трубку, закричала в телефон:

– Ивлева попала в аварию, перекресток Садовое – Тверская, приезжайте! Это срочно, срочно!!!

На другом конце провода невнятно угукнули и повесили трубку.

«Услышали или нет? – Влада раздумывала, позвонить еще раз или хватит. – И кто приедет? Может, кто-нибудь из семьи Мурановых, например… Если нас вообще приедут спасать. Даша сейчас начнет драться».

Страсти накалялись, скандал нарастал с каждой секундой. Не разбирая отдельных слов, через лобовое стекло Влада видела, как белобрысый хвостик Ивлевой отчаянно подскакивал на затылке, лицо было перекошено от ярости, а очки съехали набок.

– Сейчас полиция приедет и посмотришь, что будет! – буйствовала «стукнутая» тетенька. – Где права купила, лахудра?!

– Для тебя там уже не осталось, деревня! – рычала Дашуля.

Уже образовалась пробка, вокруг царил ад: машины гудели, из окон высовывались люди, ругались, кто-то заливисто ржал, показывая на орущих девушек пальцем… Еще хуже было то, что, поигрывая полосатой палочкой, походкой самца гориллы к ним направлялся полицейский с самым свирепым выражением на лице, какое могло изобразить человеческое существо.

– Р-р-разойдись! – гаркнул он на орущих. – Дамочки, за-амолчали, быстра-а!!! Что за лай в нашей столице поср-реди дор-роги, а?! А ну в стор-роны!!! Сержант Зеленовский, и документики мне все готовим! Быстра-а!!!

Крик прекратился, «стукнутые» и Ивлева слегка очнулись, начав рыться в карманах в поисках документов.

– У все-ех права купленные, – радостно протянул сержант Зеленовский, со зловещим прищуром разглядывая врученные ему корочки. – У все-ех… Все допрыгались, попа-ались… Всех на пятнадцать суток с конфискацией «корыт»…

Толпа «аварийных» дам сильно растерялась, все что-то мямлили. Самая смелая таращила глаза и тыкала пальцем в свою машину.

– Сели в машинку, дамочка, и ждем вертолет, – продолжал полицейский. – Сели, я сказа-ал! – рявкнул он, и та чуть не села прямо на асфальт.

Дашуля растерянно разглядывала свои права, ее губы дрожали. Влада догадалась, что обычно в таких случаях на горизонте уже появлялся Алекс. Уж он-то умел договориться с кем угодно. Сейчас Ивлева чувствовала себя одинокой и беспомощной перед этим кошмарным сержантом.

Полицейский подошел к машине, в которой сидела Влада, и постучал полосатой палкой по стеклу.

– Окошечко откр-рываем, – послышалось из-за стекла, и в окне показалась свирепая багровая рожа. – Ваши документики! И выйдите из машины, дамочка…

– Но ведь я не была за рулем, – запротестовала Влада. – Я пассажир!

– Все говорят, что пассажиры, – полицейский дернул дверцу машины. – Выйдите быстра-а-а!!! А то вызову МЧС!!!

Влада поспешно выскочила из машины, Дашулин телефон с коленей брякнулся на асфальт.

– Имеются свидетели, что вы были за р-рулем, – с каким-то садизмом продолжал полицейский. – Из этого следует, что вы задержаны до выяснения ап-стоятельств! От так…

Владе казалось, что она сходит с ума. Полицейский достал из кармана наручники, схватил ее руки и защелкнул их, насвистывая что-то веселое.

– Вы не имеете права, – голос Влады дрожал, она с ужасом и ненавистью разглядывала мерзкого сержанта. Бывают же у людей рожи, которые просят не просто кирпича, а валуна. Хотя, даже получив удар хорошим карельским валуном, эта рожа вряд ли бы пострадала. Судя по свернутому набок носу и железным скулам, она видела вещи и похуже… Где ее хваленые способности?! Служитель закона – просто человек, не маг, но она не сможет от него отбиться. Один его ужасный голос чего стоит.

Влада судорожно думала, что делать. Придется звонить ведьмаку, каяться в побеге и рассказывать, как они с Ивлевой вляпались в этот кошмар. Ведьмак поорет, но сможет ли его темная магия вытащить ее из полиции или из тюрьмы?!

– Неподчинение вла-астям, – продолжал глумиться мерзавец. – Что в карманах, дамочка?

Влада побледнела, кинув отчаянный взгляд вокруг. Дашуля в ступоре разглядывала свои права, а машина, в которую они въехали… Ее не было! «Стукнутые» сбежали, оставив на асфальте лишь знак аварийной остановки, лежащий на боку в глубоком обмороке.

– Что в кар-рманах?! – гаркнул полицейский. – Я должен ждать до посинения, а-а?!

Копаться в кармане, если на тебе наручники, очень неудобно. Впрочем, это мало волновало представителя власти, и Влада неловко и судорожно вывернула содержимое кармана джинсов. По асфальту со звоном поскакала мелочь, будто спасаясь от страшной участи стать самой жалкой взяткой в истории.

– Вот, значит, как? – с восторженными нотками в голосе завопил полицейский. – Взятка при исполнении?! Вы арестованы навсегда! Руки за спину!!! Расстрел на месте!!! Почему не отвечаете на мои звонки?!

Влада зажмурилась, проклиная все на свете…

А полицейский ржал. Просто ржал мальчишеским ломающимся голосом, откровенно ухахатываясь. Она изумленно повернулась к нему и увидела странную картину: сначала синяя форма развеялась, как туман, потом слетела и мерзкая рожа, будто футляр… Потом наручники, которыми были скованы руки, вдруг резко ослабли на запястьях и слетели с них, как два клочка серебристого тумана. Все вокруг на миг закружилось, и Влада тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Тролльский морок, хорошо ей знакомый по общению с тролльской нечистью, для которой дурить окружающих так же естественно, как и дышать. Легкая зеленоватая дымка, которая всегда сопровождает морок, заволокла перекресток и висела над ним, как невесть откуда взявшееся облако.

– Я спрашиваю, девушка, почему вы не отвечаете на мои звонки?! – повторил уже совсем не полицейский. – Арестовываю навсегда!

– Егор!!! Егор Бертилов!!!

Тролль радостно и самодовольно кивнул. Это был ее лучший друг, юный тролль Егор Бертилов. Пятнадцатилетний, загорелый, похожий на отпетого хулигана из подворотни. Как обычно, одетый во что-то драное и зеленое и позванивающий кошмарной серьгой в ухе. Светло-русые волосы, к которым расческа боялась даже приближаться, успели выгореть на летнем солнце и теперь были намного светлее загорелой кожи.

– Егор, ты просто свинья. Так пугать!!! Я ведь думала, что меня и правда сейчас арестуют ни за что! – Влада на миг прикрыла глаза, пытаясь справиться с головокружением.

– Зато сколько радости теперь у тебя на лице, – съязвил Бертилов. – Скажи, если бы я пришел просто так, ты бы тоже радовалась, как сейчас?

Егор был прав – не радовалась бы. Но тролля это не оправдывало.

– Что с ней? – Она показала на Дашулю, которая застыла как статуя и с изумлением разглядывала свои права. – Она же заморочена! Сейчас же сними с нее морок, слышишь?!

– Ща… – Тролль неторопливо подошел к Ивлевой и щелкнул пальцами перед ее носом. – Просыпаемся, дамочка, па-адъем…

Первое, что сделала Дашуля, очнувшись, – влепила Бертилову со всего маха хорошую затрещину. Тот почти увернулся и получил по шее, а не по физиономии.

– Убью, дрянь!!! – Если бы Дашуля была воздушным шариком, то сейчас бы точно взорвалась. – Что ты сделал, сволочь? Я не могла двинуться с места!!!

– Мне Алекс сказал первым делом парализовать главную угрозу – тебя, – Егор озадаченно почесал шею, принявшую удар Дашулиными ногтями. – Че дерешься-то? Я тоже на дежурстве типа…

– Ах, он на дежурстве, – Дашуля яростно фыркнула. – Тролль ты паршивый, поганец малолетний…

– Мне шестнадцать через неделю, чегой-то я малолетний? – обиделся Бертилов. – А вы настоящую полицию хотели? Что вы, вообще, тут делаете, я не понял? Алекс вбил в мой телефон этот номер и сказал, что, если с него позвонят и назовут адрес, надо бежать и разруливать…

– «Разрулить» – не значит применять морок на мне! – Дашуля возмущенно дернула плечами, поправляя сбившиеся набок очки. – У меня теперь голова болит! Дрянь ты просто какая-то…

– Лады, я дрянь, – согласился тролль. – Но я не понял, кого вы ждали с подмогой? Прынца на белом коне с двумя эскимо, что ли? Простите, обломал!

– Бертилов, вали отсюда, – грубо бросила Дашуля. – Вали, чтобы я тебя не видела. И чтоб никогда не смел больше со своим мороком даже подходить ко мне!

– Валить?

Тролль, ухмыляясь, разглядывал Владу. Ухмылка была наглая, но в глазах сверкала обида.

– Да, уходи. И не смей никому говорить, что мы тут были, – быстро бросила Влада, не вдаваясь в подробности.

– Отличный поворот, темноглазая… Тролль уходит, занавес!

Бертилов махнул рукой и, развернувшись, театрально и неторопливо начал пересекать Тверскую. Останавливаясь перед ним с визгом тормозов, машины отчаянно сигналили. Дойдя до тротуара, Егор залихватски перемахнул через заграждение и, насвистывая, исчез в толпе.

– Еще обижается он, – Влада тряхнула головой, скидывая остатки тролльского наваждения.

Зеленоватый туман с перекрестка рассеивался, и Дашуля засигналила, призывая к немедленному бегству. Влада лишь с десятого раза попала защелкой ремня безопасности в замок. В голове еще был легкий дурман, иначе бы в глазах не двоилось.

– Этот зеленоглазый совсем голову заморочил… – проворчала Дашуля, яростно швыряя свои права в бардачок машины. – Ненавижу троллей, потом в себя не прийти. Этот Бертилов не мог все нормально сделать, да?!

– Бертилов – не мог, – Влада вздохнула, уже жалея, что нагрубила Егору. – Мы тоже хороши, зачем за байком-то погнались?

– А черт его знает, – проворчала Дашуля. – Домой к этому паршивцу не попасть, на улице он тебя игнорирует, а гоняться за его железной бандурой бесполезно. Он гоняет как безбашенный. Есть ещё идеи?

– Будут… позже, – Влада тряхнула головой, скидывая остатки морока. Сейчас ей хотелось оказаться в квартире и залезть под холодный душ. Иначе наваждение так и будет цепляться, проникая в мысли и глядя на нее обиженными зелеными глазами. – Зря мы так с Бертиловым. Знаешь, в Универе он – самый способный тролль. Наш Горан Горанович, замректора, вообще считает Бертилова уникальным. Говорит, что с такими способностями Егор будет самым сильным троллем тайного мира. Я слышала, да…

Тема про троллей была для Ивлевой слишком далека, и она не поддержала разговор. К тому же у Дашули явно мутилось в голове, и она трогалась с места на зеленый свет лишь после того, как начинали истошно гудеть машины, стоявшие сзади. На Садовом девушки попали в традиционную пробку, которая растянулась далеко вперед. Двигались очень медленно, и Влада устало наблюдала за псом, который маячил в окне машины, ехавшей в соседнем ряду. Пес то обгонял их, то отставал, дразнясь и высовывая розовый язык.

Пережитый морок подействовал на Ивлеву не с лучшей стороны: она начала рассуждать о парнях, давая Владе советы, как правильно общаться с вампиром. Например, нельзя говорить с ним неуверенно, иначе он плюнет и уедет на своем байке. Надо вырабатывать в себе жесткость, а лучше сразу влепить оплеуху Муранову, какая недавно досталась Бертилову, тогда разговаривать будет проще…

Голос Дашули становился тише, и Влада вдруг поняла, что сидит, зажав уши. К счастью, Ивлева не замечала этого, перейдя от советов к примерам из своей жизни.

– Дашь слабину, а вампиру того и надо, – поучала Дашуля, дергая машину с места и продвигаясь метр за метром, когда перед ними то гасли, то ярко вспыхивали ярко-красные огни ползущего впереди микроавтобуса. – У меня характер вампира, а организм подкачал. Достала серятина, эти будни и мать, которая под дневным правом! Она талдычит, что я рехнулась. Сама не видит тайного мира, а я виновата?!

– Осторожно, а то опять врежемся, – Влада попыталась вернуть Ивлеву к реальности, указав на тормозные огни впереди. Они стали ярче за последние полчаса в пробке.

– Сколько времени? – Влада начала рыться в кармане в поисках мобилки. Вот когда осознаешь, что наручные часы полезны и не вымерли, как динозавры.

– Начало восьмого, часы же перед носом, – сказав это, Дашуля резко ударила по педали тормоза. Одна и та же мысль одновременно дошла до обеих.

Сумерки начались, минимум, полчаса назад, а значит, Владе категорически нельзя находиться за пределами укрытия.

– Чертов тролль! Это он во всем виноват, – Дашуля ударила кулаком по рулю. – Совсем задурил голову! До дома еще ползти полтора километра.

Отвечать Влада не стала, напряженно оглядываясь по сторонам. Вокруг плотная пробка – лишь бока машин, огни фар и габаритов, а где-то впереди, за верхушками «сталинок», в сумеречной синеве высится трезубец высотки, где зажигаются первые окна.

– Что это? Слышишь…

Заливистый лай послышался между машинами. Он доносился откуда-то поблизости, совсем рядом. Влада обернулась: тот самый пес, радостно махавший языком в машине в соседнем ряду, теперь яростно лаял, тараща белки глаз на огромного черного паука, который перебирал лапами по асфальту между машинами. Машину Ивлевой вдруг слегка качнуло, будто на едва заметной волне, и на лобовом стекле оказался еще один огромный, величиной с три ладони, черный паук.

– Все, нежить Мурановых меня выследила… Мне надо выйти из машины и бежать к дому. Это его пауки, они пришли за мной.

Влада произнесла это тихо, но, видимо, таким голосом, что Ивлева даже не рискнула возражать.

– Вместе побежим, – Дашуля ткнула кнопку аварийной сигнализации, и они обе выскочили из машины.

Мчаться с бешеной скоростью какое-то время можно, но полтора километра Влада не осилила. Она довольно быстро выдохлась, вспомнив все пропущенные уроки физкультуры еще в прежней школе. На улице темнело с каждой секундой. Дашуля, которая тоже не блистала в спортзале своего МГИМО, еле плелась босиком, держа туфли в руке.

– Стану вампиром, – с трудом переводя дыхание, хрипела Дашуля. – Буду бегать… Лучше… командовать этими… тварями. Уф…

– Раз не можем бежать, надо хотя бы быстро идти, – Влада сама еле стояла на ногах, чувствуя, как колени и голени угрожают забастовкой. Дыхание срывалось. – Нельзя… тут останавливаться…

Они свернули на Баррикадную улицу с Садового кольца, слева виднелась зелень сквера, где было уже совсем темно. Мимо пробегали гуляющие с хозяевами собаки, и Владу успокаивало то, что они вели себя спокойно: не лаяли, не боялись, а весело помахивали хвостами.

Неподалеку от подъезда Влада обернулась и с ужасом увидела, что огромный черный паук, перебирая лапами по асфальту, все так же бежит за ней по пятам, уже готовясь к прыжку. А за ним, как огромная летучая мышь, в развевающемся плаще несется Жорик.

– Прочь! – Ведьмак на бегу яростно чертил в воздухе невидимые знаки.

Паук вдруг перестал преследовать Владу, развернулся и прыгнул на ведьмака. Тот увернулся, зашипев от боли, когда паучьи лапы прочертили на лодыжке глубокую царапину, но успел втолкнуть девчонок на ступеньки, ведущие к подъезду. Это уже был дом, защищенный порогом. Паук остановился у преграды, подпрыгивая на месте и яростно сверкая бусинками кровавых глазок.

– Вот тварь… – Ведьмак поспешно захромал вверх по ступенькам, толкая Дашулю и Владу перед собой. – Давайте быстрее в квартиру… Черт бы вас обеих побрал!

В подъезд они ввалились, перепугав консьержку, которая вскочила со стула и выронила вязанье.

– Здрась… – выдохнула Дашуля. – Мусор выносили!

– Вижу, – сухо отозвалась та, поджав губы. – В следующий раз лучше выбрасывайте в мусоропровод, он у нас в доме имеется, кххм…

Дверь в квартиру была распахнута настежь, а на пороге по-турецки сидел Диня, держа швабру наперевес.

– Я колотил Эдичку Грозного! – Диня гордо поднял швабру вверх. – Этот ботан сюда каждый час заявляется с кирпичом и ультиматумом. Получает по кумполу и отваливает. Я ему говорю: «Чувак, мне плевать на твои московские заморочки… Я питерский домовой, был в банде Мамая, у меня свои правила!» А он говорит типа: «Я приведу крутых чуваков, у меня связи!» Какие у него связи? Вы его видели?! Рыба вареная!

– Ливченко, закрой дверь и рот! – рявкнул на него Жорик, который сейчас сам был похож на вытащенную из воды рыбу.

Влада выглядела не лучше с мокрой на спине футболкой и прилипшими ко лбу волосами, а Дашуля громко ругалась, жалуясь на судороги в икрах ног.

На кухне зажегся свет, и сумерки за окном стали совсем синими.

– Я ненавижу тебя, Огнева, – выдохнул ведьмак. – Убил бы, заразу! Я даже не буду выяснять, чья была идея и зачем вы рванули в город. И так понятно, что ты решила спасать своего вампира без глупого дяди Жорика. Ну что, повидалась с ним?!

– Да, он не стал со мной разговаривать, – тихо ответила Влада.

– Молодчинка, умничка! – бушевал ведьмак. – Просто нет слов. Спровоцировали его все-таки! Рассказывайте!

Влада и Дашуля быстро и сбивчиво пересказали все, что произошло после того, как Жорик оставил их в кафе. Все, кроме истории с распиской, про которую Влада благоразумно умолчала.

– Погасите свет на кухне, мне надо увидеть, что творится внизу… – Жорик морщился, потирая цапнутую пауком лодыжку. – Ну?!

Диня поспешно бросился к выключателю, и сумерки за окном слились с полумраком на кухне. Ведьмак прильнул к окну и долго вглядывался в низ.

– У дома около десятка мурановских тварей. Доигрались! – Жорик ткнул пальцем вниз, и Влада, содрогнувшись, разглядела несколько черных точек, которые перемещались на сером асфальте. Сверху огромные пауки с мохнатыми лапами и яростными глазками казались крошечными.

– Они не уйдут, пока не убедятся, что тебя здесь нет. Хуже всего то, что теперь вампирские слуги не отступят. Ты явилась в дом их хозяина, и они тебя выследили, а теперь отсюда не уйдут. Включайте свет!

Ведьмак доковылял до табуретки, рухнул на нее и скинул свой черный рюкзак с плеч. Затем рукавом смел крошки с кухонного стола на пол и бухнул рюкзак на стол.

– Вот что мы сделаем… Мы имеем натуральный лен, черный воск, нужно форму ритуала малую стандартную… – бормотал ведьмак себе под нос.

Влада наблюдала, как сначала стол покрылся черной скатертью с вышитой посередине пятиконечной звездой, по краям которой пестрели странные обозначения. Затем ведьмак принялся аккуратно и медленно доставать из рюкзака и расставлять на странной скатерти свечи, небольшие чаши и набитые чем-то пакетики, которые были туго перевязаны черными нитками. Жорик выставлял на стол предмет за предметом, сопровождая свои действия непонятными словами и начертанием в воздухе невидимых знаков.

– А нож зачем? – насторожилась Влада, увидав на столе странное волнистое лезвие и черную рукоятку.

– Это атам, – Жорик с удовольствием полюбовался ножом. – Ритуальный нож, маст хэв для каждого колдующего. Кстати, дорогое удовольствие: вот этот стоит как неплохая машина.

– Ничего себе… А зачем скатерть со звездой? И свечи…

– Ликбез по магии, – вздохнул Жорик. – Это не скатерть со звездой, а ритуальное магическое покрывало с пентаграммой. Пентаграмма – это обозначение колдовства, без него никак. Для свечей тоже крайне важно откуда они и какие. На алтаре ведьмака нельзя зажигать что попало – силы влепят по самое не балуй. Для неопытного глаза это обычное старье, – не оборачиваясь, заметил Жорик. – Но, если бы ты была ведьмой и разбиралась в артефактах, сейчас бы подавилась слюнками. Итак… Сделаем твоего вольта.

– Кого сделаем?

– Вольт – фигурка, которую я сделаю из воска и льна, добавлю в нее каплю твоей крови и прядь волос. – Жорик вылепливал фигурку, разминая пальцами черный воск, и на кухне ощутимо запахло медом. – Вольты часто используют в темной магии, чтобы нанести удар, а мы используем его иначе – чтобы направить нежить по ложному следу. Мне нужна капля твоей крови… Ивлева, принеси новую булавку.

Влада поморщилась, когда острие булавки укололо палец, и выжатая из него ярко-красная капля выступила на коже. Ведьмак быстрым движением приложил ее палец к сделанной восковой «кукле» там, где у нее должно находиться сердце (если бы оно имелось). Влада не успела и ойкнуть, как ведьмак своим колдовским ножом быстро отрезал у нее кончик пряди волос, тут же прилепив их к голове вольта.

– Нарекаю Владой тебя, будь ею, – прошептал Жорик. – Заклинаю силами четырех стихий и даю силы… Силой огня, земли, воды и воздуха…

Дальше слова стали неразборчивы или же Темнов заговорил на непонятном языке. Влада, затаив дыхание, следила за манипуляциями Жорика: тот поводил «куколкой» над пламенем свечей, окунул ее в воду, дал постоять «ногами» на соли, пронес над зажженной курильницей. Потом ведьмак начертил атамом на скатерти несколько непонятных знаков и обернулся, протягивая «куколку» Владе:

– Огнева, положи этого вольта на ночь под подушку. Обязательно! – Ведьмак погрозил пальцем. – Завтра мы с тобой поедем на окраину Москвы, оставим его под деревом и вернемся на Кудринскую. Или еще лучше… Ты постоишь где-нибудь там пару часов, засветло. Пауки почуют тебя и уйдут подальше. А с наступлением сумерек оставишь вместо себя на окраине вольта и вернешься сюда. Нам нужно как можно дальше увести нежить от этого дома, чтобы выиграть время.

– Дождаться сумерек? А это поможет Гильсу? – Влада вертела в руках «куклу», пытаясь понять, что в ней магического.

– Это даст нам время и собьет пауков с толку. И вот что… Я буду возвращаться своим ходом, а тебе нельзя оставлять на земле никаких следов. У тебя вроде был знакомый валькер, который на вокзале дурью маялся. Лопоухий паренек…

– Ацкий? – уточнила Влада.

– Может, и Ацкий. Сейчас мы организуем ему на завтра важное задание. Позвоню-ка я вашей несравненной Адочке Фурьевне. Ее голосок мне ой как нравится!

И ведьмак, потирая ногу, стал набирать номер фурии на своем мобильном.



    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю