Текст книги "Принц драконов (ЛП)"

Автор книги: Сара Уилсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Царившая здесь тишина почти оглушала.

Ветра нет.

От его ментального голоса завибрировало в ушах, глаза постепенно привыкали к тусклому освещению.

В пещерах обычно темнее. Высоко под потолком были вырезаны длинные прожилки, через которые просачивался свет, благодаря чему прихожая не погружалась во мрак. Перед носом полыхнула огненная искра, и я от неожиданности вжалась в шею Раолкана. Секунду спустя объявился источник пламени – Кироват!

Я соскользнула с Раолкана, но в моей голове молнией мелькнуло предостережение.

Не подходи. Он ранен и зол. Ступай дальше, а я пока с ним потолкую.

Дальше? Я огляделась. О! Лестница вела к ещё одной двери на обширной платформе – в этот раз размерчик соответствовал человеческому росту. Я заковыляла к ней, резким движением превращая костыль в боевой посох. Что могло ранить Кировата? Что скрывалось за створкой?

Я услышала поступь Иамдора, и, судя по второму заряду, Кироват не очень обрадовался крылатым гостям.

Ты бы тоже бесилась, если бы тебя нашпиговали стрелами.

Стрелами? Где Хубрик? Не в его духе оставлять без присмотра больного друга.

Меня затошнило, когда я вошла во внутреннюю комнатушку. Увидев на полу цепочку грязных следов, я ускорилась. Эту комнату также вырубили в скале, снабдив столами, скамейками, полками, бочками с водой и большим очагом (всё каменное). Перед бочками валялась куча тряпья.

Нет. Подождите. Это не тряпки. Я торопливо опустилась на колени рядом с распростёртым телом Хубрика. Глаза учителя были закрыты, зубы – сжаты, а пальцы стискивали металлический половник. Похоже, пытался утолить жажду. По его лицу струился пот, мешаясь с лужей крови, натёкшей под ним. Как долго он тут пробыл?

С утра. Они почти добрались до кастела, но нам в спину дышит война. Их подбили, обоим с трудом удалось вернуться сюда.

Куда его ранили? Я оттянула плащ, внимательно всматриваясь в кожаную форму.

– Я верил, что ты придёшь, – хрипло простонал он. – Враги наступают. Много.

На радостях я совершенно растерялась, услышав голос наставника, и теперь гадала, смеяться мне или рыдать. В итоге из груди вырвался сдавленный хрип облегчения.

Глава тринадцатая

– Хубрик! Что с вами? – отпрянула я, оценивая состояние наставника. Липкая красная лужица присохла по краям. Остановилось ли кровотечение?

– Рёбра. Не могу встать, – просипели в ответ.

– Саветт! – позвала я, принимая удобную стойку и не давая учителю упасть.

По коридору заторопились шаги, и вскоре мы вдвоём подхватили Хубрика, чья голова безвольно опустилась на плечо подруги, и волоком подтащили его к скамейке.

– Я мельком видела кровати за той дверью, – кивнула она на кольцо многочисленных створок, окружавших помещение.

Неужели все старики такие тяжёлые? Мы буквально сгибались под весом Хубрика (я вообще едва справлялась со своей частью работы, грузно опираясь на костыль). И, наверное, битый час преодолевали втроём десять ступенек. Саветт оказалась права. В тёмном закутке со сточным желобом с одной стороны и водосборником для дождя с другой обнаружились также четыре койки. Тоненький ручеёк поил огромную каменную раковину. Ну хоть о жажде не придётся тревожиться.

– Тут можно пересидеть осаду, – прокомментировала подруга, когда наша троица завалилась на ближайшую кровать. – Недалеко от прихожей, где расположились драконы, я нашла кладовую. Битком набитую бочками с вином, сушёными продуктами. Одеждой, одеялами. Бинтами, травами.

Я заметила, что она успела обзавестись красным плащом, подбитым мехом. В нём куда теплее, чем в тонюсеньком платьице. Кто может помочь Хубрику?

Кироват, но ему нужна вся моя энергия. Иамдор сторожит вход.

Лучше не придумаешь, однако пот градом струился по мне от волнения и страха. Врачевать никто из нас двоих не умел.

– Посмотрим, – Саветт расстегнула кожный доспех учителя, раздевая его до пояса. Хубрик застонал, но глаз не открыл и не проронил ни слова. Она указала на скопление синяков на боку. – Рёбра сломаны.

Это я и сама видела. Гораздо страшнее выглядела кое-как запёкшаяся рана, гноившаяся в центре.

– Интересно, остались ли щепки?

Её руки шустро прощупали спину наставника, и подруга побледнела.

– Кажется, я что-то чувствую.

– Хубрик? – позвала я. – Стрела не ломалась?

Ответа не последовало. Я аккуратно проверила состояние учителя, однако дыхание никуда не пропало.

– Потерял сознание, – констатировала Саветт. – Скорее всего, отпустил ситуацию, убедившись, что о Кировате есть кому позаботиться.

Резонно.

– Надо его перевернуть и осмотреть.

Саветт кивнула, и мы мягко, как младенца, уложили раненого на живот и воззрились на спину. Стрела явно вошла, только у неё отсутствовал наконечник. Из плоти торчали обломки древка. На моём лбу выступил пот, пока я соображала, как их оттуда выковырять. Я заскрежетала зубами.

– Пожалуй, обождём. Вдруг найдём помощь. До Кастела Лидрисов лишь день пути.

– Попробуешь воспользоваться магией? – попросила я.

– Нет, и ты это знаешь. Иначе попытка окончится смертью. Вот если бы нам повстречались исцеляющие врата…

Но подобной встречи не предвиделось, а ближайшее святилище, по всей видимости, вобрало в себя какую-то дрянь. Я уверена: разбушевавшиеся ветра направляла злая воля.

– Выходит, мы либо оперируем самостоятельно, либо отправляемся за врачом, правда, непогода сбила нас с пути. Не думаю, что ветер спокойно донесёт тебя прямиком до кастела, – вынесла я вердикт.

– Я тоже так считаю, – прикусила губу Саветт.

– Пойду похозяйничаю.

Чем обычно подцепляют застрявший в теле наконечник? Ножом, естественно. Я смутно чувствовала, что в убежище имелись горячая вода, перевязочные материалы и какая-нибудь целебная мазь. А может, и швейный набор.

Нужное мне добро обнаружилось в ещё одной кладовке, соседствовавшей с главным холлом. Её тоже освещали естественные прорези в высоком скалистом потолке, длинные полки были богато обставлены провиантом. Кто-то соорудил это гнёздышко, чтобы пережидать шторма или пресловутые осады. Я не успевала как следует оглядеться, поэтому прихватила необходимое и удалилась обратно. Саветт развела костёр в небольшом очаге неподалёку (тут же в коробчонке лежали дрова) и теперь набирала в чайник воду, стекавшую в каменную раковину.

– Просто не верится, как хорошо тут всё обставлено. Словно это место специально создавалось в качестве укрытия. Кому же принадлежит сей оазис?

– Должно быть, ещё одна точка Светоносных, – откликнулась я. – Именно о ней и толковал учитель в прошлый раз, когда мы спасали Ленга.

– И то верно, – Саветт повесила чайник на крючок, пока я раскладывала принесённые вещи.

Я вымыла руки в той же раковине и занялась обломком. Фу. Жуть какая! Я тщетно пыталась поддеть его пальцами, но он сделался скользким из-за крови, которая обагрила белые простыни и шерстяное одеяло. Хорошо, что чистых было навалом. Где там мои щипчики?

Я ополоснула инструмент в пиале, которую поспешила протянуть мне Саветт, и тщательно вытерла его о кусок ткани.

– Эти справятся лучше, – пробормотала я, приноравливаясь, чтобы ухватить железку, а не плоть. Я вцепилась в щипцы, заставляя себя собраться с духом и довести дело до конца, скрежеща при этом зубами и игнорируя струйку пота, бегущую по позвоночнику.

Я потянула изо всех сил, и из груди Хубрика вырвался полустон-полукрик. Но моих усилий оказалось недостаточно. Я почувствовала, что наконечник поддался, однако куда-то упёрся. В кость? Упасите боги.

У нас гости. Незваные. Жду переговорщика.

Я перевела взгляд на Саветт, распахнувшую губы. Очевидно, голос Раолкана отозвался и в её сознании. Она вскочила на ноги и бросилась вон из комнаты, а я вернулась к злополучному огрызку, торчавшему из спины наставника.

Глава четырнадцатая

Я стиснула остриё, уперевшись бедром в обмякшее тело Хубрика. Я гнала от себя подозрения о том, что оно вонзилось не в дерево, а в кость, выкручивая и вытягивая, словно выкорчёвывая сорняк из земли. Обломок дёрнулся наружу так внезапно, что послышался треск разрываемой кожи.

Я думала, меня стошнит, но подавила позыв, переводя дух, и собрала мысли в кучу. Время дорого. Я зажала края раны тряпкой. Надеюсь, жизненно важные органы остались целы после такого жёсткого вмешательства. Как люди восстанавливаются? Как вообще умудряются выживать, когда их тела рвутся на части? Представьте: человек перенёс сокрушительное воздействие, а через пару лет выглядит так, будто ничего не произошло. Ну разве не чудо?

Я отбросила в сторону остриё с щипчиками и взялась за швейный набор, аккуратно продевая нитку в ушко алыми пальцами. Затем поболтала тряпицу в миске, старательно обтёрла многострадальный бок и принялась штопать. Мне это напомнило починку кожаных тапочек. Прокол. Вывод. Прокол. Вывод. В память постучалось воспоминание о привычном ритуале, проводимом у домашнего огня; я накладывала ровные, выверенные стежки, чтобы они не натягивали, не сморщивали кожу и не болтались свободно.

Судя по всему, Хубрик лишился чувств от боли. Он больше не стонал, не кричал, но тяжёлое дыхание выровнялось и обрело слабую уверенность. Когда я закончила, вскипел чайник. Может, надо было подождать и прокипятить вещи? Что делать в подобной ситуации?

Дрожащими руками я смешала горячую и холодную воду, ещё раз обтёрла спину учителя и осторожно перевязала. Снаружи раздавались голоса, однако слов было не разобрать.

Твой выход.

Я торопливо сдёрнула с соседней кровати простыню и одеяло и накрыла Хубрика, прежде чем покинуть комнату. К счастью, он проспит ещё какое-то время. Я взглянула на большой зал уже другими глазами: огромный камин, высокие сводчатые потолки, добрая сотня сидений. Сколько же Светоносных способен укрыть в себе приют? Нужно поскорее разведать обстановку и выяснить, есть ли тут дополнительные входы.

Я ускорилась и, дойдя до импровизированной приёмной, остановилась как вкопанная на пороге. Саветт, находившаяся на платформе, вскинула ладони в примирительном жесте. Перед ней скопилась группа людей. Впереди стояли мужчины. Крепкие, хмурые, готовые пустить в ход оружие. Чьи-то волосы уже тронула седина, а кто-то по возрасту вряд ли обгонял меня. Позади сгрудились женщины и дети. Один малыш плакал. Куда направлялась данная пёстрая компания – пешая и почти не обременённая поклажей?

– Сними повязку, и мы убедимся в твоей принадлежности роду Лидрисов, – мрачно заявил один из них моей подруге, словно готовясь расправиться с врагом.

– Именно Лидрисы втянули нас в эту передрягу, – отозвался второй. – Если она и правда та, за кого себя выдаёт, лучше не пересекаться.

– Нет. – Я говорила негромко, но в тесном помещении голос прогрохотал трубой. Костыль стукнул, и все глаза обратились к нему. Гадают, несёт ли опора угрозу? – Саветт Лидрис – Избранная из легенды, она под моей защитой. И под защитой этих драконов.

Раолкан, вечный любитель подраматизировать, вскинулся, почти уткнувшись макушкой в потолок (а он выпрямился не до конца). Дракон зашипел, обнажая клыки.

Любитель подраматизировать? Опять кидаешь камни в мой огород?!

– Кто вы? – Последовало молчание. Мужчины переступили с ноги на ногу, словно обдумывая, получится ли прибить крылатую тварь. Кто довёл их до такой степени отчаяния? Я обратилась к женщине средних лет, маячившей на задворках толпы. – Говорите. Что вы тут забыли? Где ваши лошади, багаж?

– Мы беженцы. Мы спасаемся от войны, всадница.

Глава пятнадцатая

– Какой войны?

Они переглянулись, не решаясь ответить. Наконец женщина снова подала голос.

– Лидрис Сити подвергся атаке баочанцев. Вражеская армия хлынула с севера и оставила после себя лишь пустошь. Мы единственные выжившие, которые удрали от них, как зайцы от гончей.

Количество оставшихся в живых едва ли превышало пять десятков. Моё сердце упало, а желудок сжался в тугой узел. Началось. Доминион сцапали лапы войны, и если враги уже достигли южных пределов, то наше положение гораздо плачевнее, чем я предполагала. Я сглотнула комок страха, не давая ему разрастись. Поздно горевать и трястись от ужаса. Дел по горло.

– Почему вы пришли сюда? – задала я следующий вопрос. Это настолько популярное место, что нам следует ожидать орды паломников?

– Хандас, старожил деревни, знал о существовании тайника, – призналась беженка. – Он помогал в строительстве, когда был помоложе. Старик вёл нас, а потом умер по дороге.

– На вас напали?

Она покачала головой.

– Его подвело сердце. На запястье деда красовался вот этот знак.

Я проследила за её рукой. На стене был выбит символ Светоносных. Данная деталь укрылась от моего взора. Что ж, Хандас являлся членом сего общества, потому-то и направил односельчан в спрятанный приют.

Я понятливо кивнула.

– Если вы собираетесь перевести здесь дух, перестаньте обвинять Саветт в своих бедах. Не она развязала конфликт.

– Откуда тебе известно о её избранности? – потребовал впередистоящий мужчина. Защитники и не думали расслабляться. Напротив, они видели в двух незнакомых девушках угрозу и слушали меня только из-за формы небесных всадников.

– Открой глаза, – тихо попросила я.

Саветт нехотя стянула шарф. Прихожая наполнилась светом, оживившим крошечные изображения и надписи на стенах и прогнавшим полумрак, и перед нами предстали грязные, истощённые люди. Глупо артачиться, когда голоден и испытываешь жажду.

– Довольны? – вопросила я. – Вам хотят помочь. Саветт старается изо всех сил. Пожалуйста, не обижайте её. Мне хватает одного раненого.

Когда напряжение спало, я кивнула подруге, намереваясь уйти.

Кироват выражает опасения насчёт Хубрика. Говорит, у того жар.

Надеюсь, в запасах найдётся жаропонижающее. Насколько серьёзно пострадал Кироват?

Серьёзнее, чем Хубрик, но драконы поправляются быстро. Внутренний жар убьёт инфекцию. Если его не беспокоить, к утру худшее будет позади. Борись за жизнь наставника, а я позабочусь о сородиче.

А Иамдор? Потрясающее самообладание, раз он не накинулся на скитальцев.

Я велел ему сидеть на посту и не высовываться.

Может, оно и к лучшему. Я сама пойду дежурить, как только стабилизирую состояние Хубрика. Я уже прошла половину прихожей, когда до меня долетели слова Саветт.

– Идёмте, я вас накормлю и напою. Не забудьте малышей.

Я стряхнула с себя невидимую хватку тревоги за подругу, которую мне не хотелось оставлять в окружении вооружённых до зубов воинов. Раолкан предупредит в случае возникновения угрозы.

Они напуганы, а страх делает человека опасным, но, кажется, пришельцы уже отходят. Буду следить за ними одним глазом. Поспеши.

Я заторопилась через холл обратно в палату. Оставленные возле кровати вещи валялись на полу, а одеяла запутались у наставника в ногах. Он стонал, что-то невнятно бормоча. Наклонившись, я пощупала лоб. Печка. Жаль, среди прибывших не было белого всадника. Тогда не пришлось бы гадать, как помочь.

Я раздобыла кусок ткани, намочила под водой, положила на лоб страждущего и нагнулась собрать разбросанные принадлежности. Они нам могут понадобиться ещё раз, и, вероятно, очень скоро. Кипятком из чайника я прополоснула одежду над большой раковиной и развесила её над огнём. Та же участь постигла куртку, льняную рубаху, брюки и сапоги. Затем снова обернула учителя простынёй и сменила компресс. Не успела я закончить, как движение возобновилось. Если Хубрик продолжит барахтаться, швы разойдутся.

– Шшшш, – я нависла над ним. – Тише, Хубрик. Вам надо отдохнуть.

Он ворочался, сбивая одеяла, сквозь бинты сочилась кровь.

– Надо отдохнуть. Вы оба с Кироватом в безопасности. Спите. – Я коснулась руки наставника, желая успокоить его, но без толку.

Чем же утихомирить страдальца? Убедить словесно не получалось, а Кироват был занят собственной лихорадкой. Может, у Хубрика есть какой-то любимый запах или звук?

Погодите-ка! Я выудила из кармана книжку пророчеств Ибреникуса и погрузилась в чтение. Метания прекратились, и он затих. Стоило мне остановиться только на мгновение, чтобы поправить простыню, как крошечная пауза вновь взбудоражила раненого, так что я уселась на край кровати и принялась читать речитативом, позволяя потоку слов обволакивать нас, будто прохладным дождём жарким летом.

Хубрик расслабился, его дыхание выровнялось, кровь остановила свой непрекращающийся бег. Хорошо. Очень хорошо. Надо растянуть эту затею на подольше. Я слышала возню в соседней комнате. Спокойный голос Саветт перекрывал тревожное жужжание гостей, с которыми она обменивалась репликами. В моих мыслях чувствовалось присутствие вездесущего Раолкана. Дракон посторожит нас, пока я отвлекала Хубрика от боли. Я читала, стараясь не волноваться насчёт Ленга, везущего пленных в Салдрин, насчёт будущего, в которое мы вступим после выздоровления учителя. Нужно сосредоточиться на настоящем и как следует ему помочь.

– И пострадает свет, когда тьма обретёт силу. И заплутают слабые, и могучие дубы согнуться и разломаются, но сильные выстоят до конца и разгонят мрак, одарив каждого надеждой. Сгинет свет – сгинет и надежда, размоется фундамент, останутся лишь честь и истина. Держитесь крепко за правду, даже когда она кажется горше лжи. Да будет ваше слово твёрже корней гор, ибо честь и правда – всё, что мы можем предложить, и они укрепят наш дух.

Укрепился ли духом Талсан, отдавший свою жизнь ради меня? Укрепится ли Ленг, преследовавший ту же цель, чья дорога пролегала вдали отсюда? А Рактаран? Сердце которого, очевидно, разрывалось. А Саветт? Хотя она как одержимая своевольничала.

Я закусила губу и продолжила. Подруга принесла суп, когда в воздухе таяли уже последние строки, но он остыл, а я начала сначала.

Всякий раз при остановке Хубрик нервничал, и я не смела испытывать его терпение.

Саветт сменила учителю одежду и пробормотала, что беженцы устроены, а драконы проведаны. Я не замолкала.

Свет померк, остались гореть лишь зажжённый очаг да свеча на скамеечке рядом со мной. Наконец она улеглась на одну из трёх свободных кроватей и заснула под мой голос.

Время перевалило за полночь, а я плыла дальше в бесконечном потоке пророчеств и темноты. Мои страхи, чаяния, планы, муки словно сплетались с ним, обретая новый смысл, и я с трудом отличала одно от другого, но и то и другое впечаталось в сердце и оставило неизгладимый след в сознании.

Глава шестнадцатая

Ау!

При этих словах я резко распахнула глаза. Должно быть, меня сморило. Под боком спал беспокойным сном Хубрик. Его волосы слиплись от пота, лицо осунулось и пожелтело. Плохой признак. Нужно проверить шов.

Потом. Сейчас твоё вмешательство требуется в другом.

Я встряхнула головой, чтобы прояснить сознание, вдохнула полной грудью и нащупала костыль. Как долго я провалялась?

Может, с полчаса. Не больше.

Я засунула книжку пророчеств обратно в карман и заковыляла прочь из комнаты. В большой зале горел камин, огонь в котором поддерживал один из деревенских жителей. Мужчина уважительно кивнул, когда я проходила мимо. Они, выходит, смирились с нашим присутствием. Подумать только: пару месяцев назад он бы и взглядом меня не удостоил. Бродяжку, калеку, не способную работать в поле, не способную выносить ребёнка. Выбор Раолкана спас несчастную от этой участи. Без него не видать бы мне нынешней жизни.

Принимаю вашу благодарность и похвалу, однако просьба поторопиться остаётся актуальной.

Я метнулась за порог прихожей и наткнулась на живую стену, выстроенную Раолканом и Иамдором напротив четырёх фиолетовых драконов, которые вытянули шеи, словно намереваясь бросить вызов моим спутникам.

Иамдор не твой спутник. И Кироват тоже. Распоряжаться подданными имеет право только принц.

Ладно. Они намеревались бросить вызов союзникам моего спутника. Так лучше? Впереди стояли четыре всадника, все в чёрном, пурпурные шарфы и редкие декоративные косички свидельствовали о финальном ранге мастеров. Я никогда не встречала такого количества райдеров касты истины на одном квадратном метре.

Произнеси приветствие, и поскорее, пока нас не испепелили!

Неужто принц не умеет держать в узде своих подданных?

Конечно умеет, или ты хочешь, чтобы я показал, кто тут главный?

Я кашлянула, и восемь голов синхронно развернулись в мою сторону.

– Я Амель Лифброт из касты фиолетовых, Принёсшая клятву. – Существует ли некое формальное приветствие? Оно бы пригодилось. Жаль, что я не впитала в себя основную долю полезной информации.

– Это Кироват, дракон Хубрика Дюншифтера, – с упрёком заявила женщина, отделяясь от группы и тыкая пальцем в ещё не успевшего оклематься Кировата. – Где Хубрик?

– В пещере, он восстанавливается после стреляного ранения, – доложила я. – Его дракон также выздоравливает.

Плечи незнакомки расслабились и опустились. Она думала, учитель умер?

Мне не поверили, что жар Кировата вызван раной. Боялись, я скрываю гибель всадника.

– Ашана Уиллоуспринг, – представилась женщина. Она выглядела молодо, вот только крошечные морщинки вокруг глаз и рта и тоненькие серебристые прядки говорили об обратном. – Лидер касты фиолетовых. Где твой мастер, Принёсшая клятву?

– Я вас провожу, – спокойно ответила я. Всадница казалась безэмоциональной. Новость не вызвала у неё ни страха, ни волнения, ни радости. Нельзя выстроить реакцию, не понимая мыслей человека.

Она держится настороже. Отряд прошёл через многое. Навидался всякого. Они бежали сюда, как и крестьяне.

Если сюда бегут все, за ними по пятам идёт война.

Мы сумеем удержать оборону.

Но на сколько нас хватит?

Надолго.

Надеюсь, его слова правдивы. Прохладное спокойствие, исходившее от Первой всадницы, которую я вела к постели больного, нервировало ещё сильнее. Раз грядущий конфликт потряс опытного райдера, дела совсем плохи.

Глава семнадцатая

– Рана относительно чистая, но при ударе была занесена инфекция. Его ведь штопала ты, не та слепая девчонка? – Ашана Уиллоуспринг осматривала наставника. К величайшему ужасу крестьянина, питавшего очаг в холле, с командиром проследовали два её соратника.

– Саветт не слепа, – возразила я, пристраиваясь рядом, чтобы наблюдать за её действиями. Разве швы получились настолько кривыми, что их мог наложить лишь незрячий? – Она Избранная.

– Ерунда. Ещё раз скажешь что-нибудь подобное – останешься в нынешнем ранге до конца своих дней.

Можно подумать, меня это как-то колышет. Зачем ей понадобилось разбинтовывать Хубрика? Первая всадница зашипела, когда перед ней открылся красный клочок воспалённой кожи.

– Денвер, – подозвала Ашана своего спутника. Худого, светловолосого, с короткой бородкой. – Поищи в кладовке целебные травы. Нужно очистить рану. Молодец, что вытащила стрелу и зашила. – Она подняла взгляд. – Но ты очень сильно повредила ткани. Оставила отметины. И плохо промыла. Тебе предстоит отточить навык по оказанию лекарской помощи. Это никуда не годится. Как долго ты учишься в Школе драконов?

– Около месяца. – Радость от встречи с профессионалом, способным подлатать Хубрика, притупила мою обиду на эту женщину, так явно выражавшую неприязнь ко мне.

Ашана выругалась.

– Из последнего потока, разогнанного Дантриетом после роспуска?

– Да, – подтвердила я.

– Поставь чайник. У нас забот полон рот. Элисс, – глава касты развернулась ко второй спутнице, тонкой, как ива, с алыми шрамами, покрывавшими лицо и руки. – Разведуй обстановку и отправь в дозор Роулинса, потом доложишь.

Элисс кивнула и вышла, а я судорожно бросилась усаживать наполненный водой чайник на крюк. Огонь потух, так что я занялась его воскрешением, пока Ашана улаживала дела. Тем временем Саветт встала и аккуратно заправила кровать. Тихо, не желая привлекать к себе лишнего внимания.

– Подойди сюда, – позвала её райдер. – Покажи глаза. – Саветт помедлила, отчего женщина нетерпеливо цыкнула и сама стянула шарф. – Незачем стесняться.

Комната потонула в свету. Я еле удержалась от ехидной ухмылки при виде удивлённой физиономии отпрянувшей всадницы. Было трудно не рассмеяться в голос. Подруга громко шмыгнула и нацепила повязку обратно.

– Пора за работу, – заявила она и прошествовала мимо замершей Ашаны Уиллоуспринг, чья голова над чем-то сосредоточенно размышляла. Её глаза сузились и метнулись в мою сторону.

– Избранная, говоришь? Кто озвучил сию идею? Она или ты?

– Хубрик, – твёрдо отчеканила я. Ей пора перестать сбрасывать нас со счетов. Мы не парочка малышек, балующихся в песочнице.

Командир задумчиво наклонила голову. В этот момент как раз вернулся Денвер.

– Спасибо, Денвер. То что нужно. Иди отдохни. Потом поменяемся.

Он кивнул и широким шагом покинул палату. Отдыхать всадник будет точно не здесь.

Вероятно, с нами. Их драконы дёрганые и неуравновешенные. Знатная выдалась поездка. Разипаэр обойдётся сном, а вот Дайэсо, Иазафэ и Драрджесу понадобится время. Чтобы отойти от потрясения.

Какая же жуткая жуть способна так потрясти дракона?

Мне крайне неприятно признаваться, но мы не всемогущие.

– Хватит витать в облаках, юная леди, неси лучше кипяток. – У неё такой характер, или это результат травмы?

Я спешно поднялась, цепляясь за костыль, и плюхнула воды в небольшую подготовленную ёмкость, куда Ашана уложила травы.

– Рецепт припарки прост: смешиваем травы и приправляем надеждой на то, что время вытянет заразу из тела. А теперь расскажи-ка, почему Хубрик уверен в избранности девчонки? Кто она?

– Саветт Лидрис, Принятая из касты красных. Её дракон стоит на страже у входа вместе с Раолканом и Кироватом. Мы с учителем имели честь наблюдать, как некоторые из пророчеств Ибреникуса сбываются с её участием.

– Хубрик – Светоносный.

– А вы?

– Не каждый готов расстаться с жизнью ради веры.

Пару недель назад я бы согласилась с данным утверждением. А сейчас? Пришло время опереться на Саветт, которая без содействия тайного общества уже была бы мертва. Без веры люди бы не знали, где искать ту самую опору. Без истины люди могут последовать за Стари и загнать себя в ловушку. Я начинала понимать, что сборник предсказаний являлся ключом для всеобщего спасения в грядущем хаосе.

– Не соглашусь.

– Тогда вы не зря сошлись с Хубриком. Где его ранило? Ваше последнее местопребывание?

– Ответа на первый вопрос у меня нет. Мы покинули столицы три или четыре дня назад, приняв послания для Доминара и ещё для кого-то…

– Так три или четыре?

– Много воды утекло с тех пор, к тому же часть пути я провела без сознания. Нельзя сказать наверняка.

Командир нетерпеливо махнула рукой.

– На Большом Дрейке произошло нападение ифритов, после спасённый нами мужчина выкрал у наставника депеши. Преследование – преступник сплавился по реке на лодке, направившись к океану, – закончилось встречей с Сайносом Вайнплантером и его отрядом из двадцати красных. Они согласились вернуть утраченные письма и спасти райдеров касты фиолетовых, пленённых, по слухам, на берегу Речных Подошв. Перед миссией Сайнос передал через учителя сообщение Доминару о том, что Касабан пал и нас захватили баочанцы и Пожиратели скал. Хубрик неохотно удалился, и бой начался.

– Он оставил тебя?

– Сайнос настаивал на присутствии каждого крылатого воина.

– Продолжай, – кивнула она.

– Красные сгинули до единого в сече вместе с заложниками, выжил лишь Ленг Шардсон. Помощь пришла от вольных драконов, которые вызвались сопровождать узников в ближайший город, мы же с Саветт двинулись в северо-западном направлении, чтобы доставить почту.

По мере моего рассказа брови Ашаны Уиллоуспринг ползли всё выше и выше. Она прокашлялась. Пришлось прерваться, когда на пороге материализовалась Элисс.

– Запасов хватит на месяц или больше, но вход только один, – отрапортовала женщина. – Вполне выдержим осаду целой армии (даже с нашей несовершенной защитой), однако недолго. Предположу, что неделю. Решение временное.

Ашана кивнула.

– Потребуется минимум день, чтобы дать драконам передохнуть. Попытка спасти беженцев займёт ещё больше времени. – А есть другие варианты? Оставить их умирать? При этих словах мне сделалось дурно. – Туча доберётся лишь через сутки. А пока можно выспаться.

Она словно убеждала себя в чём-то.

– Скорость её передвижения увеличивается, – возразила Элисс. – Суток наверняка будет недостаточно. Вспомните, как быстро сдался Салдрин.

– Салдрин? – переспросила я. В моём сознании внезапно вспыхнула картинка расставания с Ленгом.

– Вражеская орда похожа на тучу, плывущую над землёй, – напряжённо продолжила всадница. – Чёрный дождь смыл Салдрин два дня тому назад и распростёрся над Лидрис-Сити. И теперь движется сюда.

Меня будто ударили под дых.

– Почему эта новость так переполошила тебя? – поинтересовалась Ашана.

– Ленг в компании вольных драконов как раз везёт пленённых захватчиков в Салдрин.

Её лицо тоже помрачнело.

– Вернёмся к обработке раны. Подай припарку, дорогуша. Готово. Не уходи пока, Элисс. Успеем отдохнуть, а до тех пор переведём девчонку на последнюю ступень обучения. Она заслужила. Если выберемся из этого дерьма живьём, принесёт недюжинную пользу.

На последнюю ступень? Я настолько сильно удивилась, что на секунду перестала мять травы.

– Удивлена? – хмыкнула командир. – Будучи мастером, приходится кумекать как в долгосрочной перспективе, так и в краткосрочной. Твоя полезность для касты определяется не только будущими достижениями, но и способностью организовывать защитные рубежи в настоящем. Поэтому делаем глаза поменьше, кладём припарку на спину ментора и возвращаемся в прихожую.

Глава восемнадцатая

– Что заставило вас передумать? – спросила я Первую всадницу, с которой мы вместе обёртывали Хубрика.

– Твой доклад совпадает с донесением твоего дракона, к тому же Разипаэр мне все уши прожужжал о том, что он особенный. Раолкан, Принц чего-то там. Понятия не имею, с какой стати драконье племя решило послать нам царственную особу, но я умею разглядеть выгоду, маячащую у меня перед носом. Проведём обряд инициации, отоспимся и заберём тебя с собой.

– А как же беженцы? – встревожилась я. Мы вышли, впереди шагала Элисс, следом за ней – Ашана. Саветт, угощавшая в холле детвору, подняла голову. При виде этого зрелища моё сердце ёкнуло. Я не могу бросить их на произвол судьбы.

– Разберёмся, когда придёт время. – Заявление командира прозвучало неубедительно. Она, безусловно, жалела несчастных, однако не торопилась взять на себя ответственность за сохранность чужих жизней. Как можно служить истине и одновременно закрывать глаза на слабых, нуждающихся в защите?

Имя «Амель Лифброт» носит лишь одна женщина. Ашана Уиллоуспринг – величайший и опытнейший лидер, но её взор недостаточно ясен, в отличие от твоего.

Мои щёки заалели. Ему не стоит меня превозносить.

Кто превозносит? Это правда. Я же всегда тебе так говорю.

В передней обнаружился Раолкан, пригревшийся рядом с крепко спящим Кироватом.

Ему уже лучше. Будить, тем не менее, не надо.