Текст книги "Ангел (ЛП)"

Автор книги: Сара Брайан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

–Ну, если так, то я хочу пойти с ним, —вздохнула она, думая обо всех греховных вещах, которые она хотела бы с ним сделать.

– Ммммм... – Лейк и Элль ворковали.

Кашель, раздавшийся прямо позади них, заставил их обернуться и увидеть Неро и Винсента.

Элль была похожа на оленя в свете фар.

– Что вы здесь делаете?

– Д-да, я думала, тебе нужно работать? – Лейк была удивлена не меньше.

Винсент устроил отличное шоу.

– Нам было очень стыдно за то, что мы не смогли отвезти вас, девочки, поэтому мы спросили Сэла, может ли он нас подменить.

– Еще бы. – Если они поверят в эту чушь, я их отшлепаю.

Ангел вернулся с билетами и раздал их каждой девушке. Они не могли не одарить его широкой улыбкой с самым милым «спасибо», которое вы когда-либо слышали.

Неро схватил Элль за талию, притянув ее назад, чтобы она стояла рядом с ним.

Винсент также быстро схватил Лейк, обхватив ее рукой и притянув к себе. Казалось, в его голосе прозвучала торопливость, когда он сказал:

– Эй, парень, нам нужно еще двое.

Убирая последний билет в карман, он, казалось, не заботился об этом.

– Тогда я бы сходил за ними, пока они не распроданы.

Винсент начал краснеть, и Неро, похоже, тоже немного разозлился, так как наклонился и выхватил билет из рук Тодда, телохранителя Марии.

Ну, это было немного грубо.

Красавчик не мог поверить, что его бросили на произвол судьбы, но тут билет оказался у него в руке.

– Я схожу за ними. – Мария едва успела вложить их ему в руку, как тут же убежала.

***

Ее глаза не двигались, пока она скользила по полу. Это было почти как внетелесный опыт. Ее сознание не успело понять, что она делает, пока их тела не столкнулись.

Рефлекторно он быстро повернулся, чтобы поймать и поддержать ее.

– Вы в порядке?

– Мне так жаль. Я, наверное, не обратила внимания. – Она выглядела удивленной и немного дезориентированной.

Оглянувшись на Тодда, который шел за ней, она дала ему понять, что с ней все в порядке. Пожалуйста, оставайся на месте.

– Мне кажется, это входит у тебя в привычку. – Он засмеялся.

Она позволила себе посмотреть в его золотые глаза.

– О нет, только не ты снова. Теперь я чувствую себя ужасно.

– Не надо. – Он продолжал держать ее, не отпуская. – Как тебя зовут? Мария, верно?

Улыбаясь, она была рада, что он вспомнил.

– Да. Прости. Напомни мне свое...

– Кейн Эванс.

– Верно. – Было трудно отвести от него взгляд.

Несколько мгновений они оба смотрели друг другу в глаза, пока он, наконец, не отпустил ее руки, поняв, что еще не отпустил ее.

Прочистив горло, он поднялся в очереди. – Какой фильм ты и твой парень пришли посмотреть?

– А? – Повернувшись, чтобы увидеть пугающего Тодда, она рассмеялась. – О, он не мой парень...

– Вот ты где! – Брюнетка подошла к Кейн, улыбаясь.

Показалось, что он не ожидал ее увидеть.

– Привет, Кендра.

Поправляясь, Мария быстро поняла, что они пришли вместе посмотреть фильм.

На мгновение между ними воцарилось неловкое молчание.

– Кендра, это Мария.

– Она одна из твоих учениц? – спросила брюнетка.

– Нет, – поправил он ее, прежде чем уголок его рта слегка приподнялся. – Мы просто часто сталкиваемся друг с другом.

– Да, сталкиваемся. – Мария усмехнулась.

Странно, подумала она, глядя на сексуального мужчину.

Она почти забыла о женщине, стоявшей рядом с ним, слишком увлеченная искрой, которую она почувствовала между ними. Именно поэтому она снова столкнулась с ним, но на этот раз намеренно. Она хотела проверить, почувствует ли она это снова. Никогда не испытывая этого с другим человеком, она скучала по нему, мечтала о нем по ночам, почти забыв, что это было, пока не увидела его силуэт в конце очереди. Тогда-то она и столкнулась с ним, желая проверить, сможет ли она вернуть то чувство.

– Думаю, теперь наша очередь, —прервала их Кендра.

– Точно. Что ж, я был рад снова увидеть тебя, Мария, и, надеюсь, мы еще когда-нибудь встретимся, – закончил он с улыбкой.

– Надеюсь, – пожелала она, глядя, как он уходит, держа руку у поясницы женщины.

Тогда она почувствовала это. Дрожь... в ее холодном... мертвом... сердце.

***

Наблюдая за быстрым уходом Марии, Адалин показалось странным, что она с такой готовностью отказывается от своего билета, чтобы получить его для себя, но она не могла долго размышлять об этом из-за нарастающих чувств, происходящих вокруг нее.

– Хочешь попкорн? – спросил ее Ангел.

– Хочу. – Лейк улыбнулась.

Элль тоже.

– Я тоже.

Парням явно не понравились ответы девушек, и они подтолкнули своих женщин к киоску с попкорном и конфетами. Однако Винсент был единственным, кто бросил на Ангела горящий взгляд.

– Мы справимся. Пойдем, Адалин.

Она не знала, чего он ожидал, но не двинулась с места, наблюдая, как его спина становится меньше. Она поняла, что он будет очень удивлен, когда узнает, что она не последовала за ним, как хорошая младшая сестра.

Посмотрев на Ангела, она не смогла удержаться от смеха.

– Я не думаю, что ты им очень нравишься, особенно моему брат.

– Этот – твой брат? – спросил он, потрясенный, наблюдая, как Винсент тащит Лейк за собой.

– Да.

– Вы двое совершенно не похожи.

Ты хочешь сказать, что он до смешного хорош собой, а я нет?

– Это потому, что мы сводные брат и сестра.

Положив руку на ее руку, чтобы подвести ее к стойке с попкорном, он пробормотал себе под нос.

– Ну, это хорошо.

– А? – Не расслышав из-за людей, она пропустила его слова мимо ушей.

– Хотите масло на попопкорн?

– О да, пожалуйста.

Пока они ждали в одной из многочисленных очередей, она не могла отделаться от ощущения, что чем дольше она там стояла, тем больше ей становилось не по себе. Оглядевшись вокруг в поисках источника дискомфорта, ее взгляд остановился на трех татуированных мужчинах в мрачных костюмах.

Мгновенно ее сердце поняло. Лучано.

У нее пересохло во рту от их пристального взгляда, и она наконец смогла вымолвить: – Они...?

– Да, – быстро и тихо ответил он, даже не повернув головы, чтобы посмотреть на них. Притянув ее к себе, он загородил ее от их взгляда и от их взгляда на нее.

–Перестань смотреть на них, милая.

Она вскинула голову, не нуждаясь в повторении. Адалин не была уверена, что он сказал ей это, потому что ее пристальный взгляд мог разозлить их, но ей не хотелось это выяснять.

Уловив ее нервозность, он попытался успокоить ее.

– Они не причинят тебе вреда, если ты не будешь отводить глаза.

Что ж, это был ответ на этот вопрос.

Что-то во всем этом казалось ей странным. Она не могла припомнить, чтобы раньше видела Лучано, когда была на улице. А если и видела, то они, по крайней мере, не давали понять, кто они такие. Так почему сейчас? Особенно если учесть, что это был первый раз, когда Ангел и она пошли куда-то помимо школы.

– Почему я никогда раньше не видела Лучано на улице?

– Ты видишь их только потому, что они проверяют, все ли со мной в порядке, и что Карузо выполняют свою часть сделки.

– О. – Она облизнула губы, полагая, что от этого ей должно стать легче. – Значит, это хорошо, что они видят, что ты в порядке и жив?

– Не совсем. – Он сделал шаг вперед в очереди, сохраняя спокойное выражение лица. – Они видят меня с девушкой Карузо, собирающейся насладиться фильмом. Они смотрят на меня так, как смотрят на Карузо.

Каждый волосок на ее теле встал дыбом от его слов. Если они так смотрели на него, одного из сыновей Люцифера, то это было нехорошо.

– Тебе стоит пойти поговорить с ними?

– Нет, – только и сказал он, подойдя к стойке, чтобы сделать заказ. К счастью, все прошло быстро, и к тому времени, как они получили свои вещи, их нашла остальная часть их группы.

Суровое выражение лиц Винсента, Неро и Марии говорило о том, что они знали о присутствии других Лучано.

– Пойдемте, – сказал Винсент, на этот раз обнимая Лейка и ее.

Не смотри, не смотри, не смотри.

Ее кровь стыла в жилах, когда они проходили мимо Лучано по дороге в кинотеатр.

Черт, я буду смотреть.

Она намеревалась лишь бросить быстрый взгляд, но просто не могла отвести глаза.

Тот, кто казался самым младшим Лучано, стоял посередине и лукаво улыбался ей, обнажая золотую решетку, усыпанную бриллиантами.

И снова она не могла объяснить, откуда она это знает, но одно было совершенно точно. Эта золотая улыбка смерти предназначалась ей и только ей.

Двадцать три

Лифт

Когда двери лифта открылись и он поднялся на этаж пентхауса, Ангел позволил всем выйти первыми. Когда Адалин вышла последней, он сказал:

– Я могу отвезти тебя домой, когда ты будешь готова. Просто постучи в мою дверь.

Она колебалась, глядя на Лейк, которая тихо говорила ей продолжать. Не прошло и секунды, как она вернулась в лифт, не желая пока оставлять Ангела.

– Уже довольно поздно. Нам пора идти.

– Вообще-то, я отвезу тебя. – Винсент двинулся, чтобы вернуться в лифт, но Лейк крепко держала его за руку.

– Нет, ты мне нужен.

– Зачем? – резко спросил он, больше сосредоточившись на том, что Ангел отвезет его сестру домой. Но когда Лейк прошептала ему на ухо и начала тащить их в сторону их комнаты, Винсент больше не сопротивлялся.

– Пока! – рассмеялась Адалин, помахав рукой своему отвлеченному брату, пока дверь начала закрываться.

Ладно, может быть, то, что Лейк встречается с моим братом не так уж и плохо, в конце концов.

Когда дверь закрылась, и они с Ангелом остались одни, она смотрела, как цифры начинают уменьшаться. Теперь между ними было что-то другое. Он не был обязан встречаться с ней, и она не была просто работой сегодня. Это изменило ситуацию и почти перевернуло их отношения, заставив ее задуматься, пошел ли он только для того, чтобы вернуть кольцо, или потому, что ему действительно нравится ее общество.

Все, что ей оставалось сделать, это... узнать.

Не в силах удержаться от улыбки, она продолжала наблюдать за уменьшающимися цифрами.

– Спасибо, что пошел с нами. Я прекрасно провела время сегодня вечером.

– Я...

Адалин вскрикнула, когда лифт погрузился в темноту и резко остановился. Когда она от толчка упала в объятия Ангела, он поймал ее и удержал. Напуганная до смерти, она не собиралась его отпускать.

– Что, черт возьми, случилось?

– Я понятия не имею. – Держась за нее а случай, если она снова заработает, он нажимал какие-то кнопки, но это было бессмысленно. Казалось, что к лифту не поступает электричество.

Он достал свой мобильный телефон и быстро набрал номер, прежде чем приложить его к уху. Телефон зазвонил всего пару раз.

– Лука, ты меня слышишь? Лука...? Мы застряли в лифте... – Положив трубку, он выругался: – Черт.

– О Боже. В чем дело?

– На том конце было слишком много помех. Я не мог его услышать. Я не уверен, что случилось.

Шатаясь, она достала свой телефон, пытаясь отправить Винсенту текстовое сообщение, но оно не доходило.

О, черт. Вот дерьмо. Вот дерьмо.

– О, черт. Вот дерьмо. О, черт.

– Все будет хорошо, Адалин. – Он крепко сжал ее руки, пытаясь заставить ее сосредоточиться на нем. – Я думаю, что в отеле только что отключили электричество. Оно должно скоро вернуться.

Она сделала долгий, глубокий вдох, пытаясь успокоить свои нервы. Оглядев тесную, темную коробку, в которой они находились, она надеялась, что он прав. Только застряв в подвесном лифте, понимаешь, что, возможно, боялась его с самого начала.

– Садись, милая. – Ангел помог ей спуститься на пол, чтобы помочь ей почувствовать себя более приземленной.

Несколько минут они сидели в тишине, ожидая, когда лифт снова начнет двигаться. С каждой минутой пространство становилось все меньше. Когда прошло тридцать минут без движения или помощи из внешнего мира, она сделала единственное, что могла сделать в этот момент. Она опустила голову и быстро коснулась лба, груди и каждого плеча, совершая крестное знамение.

Господи, это не то, о чем я просила, когда хотела проводить больше времени с Ангелом. Ни один мужчина не стоит этого...

– Что ты делаешь?

– Молюсь нашему Господу и Спасителю, чтобы он не позволил этому лифту упасть на пятнадцать этажей и погибнуть.

Смеясь, Ангел обхватил ее за плечи.

– Я обещаю тебе, милая, все будет хорошо.

– Какого черта ты сейчас такой спокойный? – Она прижалась к нему, размышляя о том, какой еще болезненной дрянью он, должно быть, наслаждается, раз это явно на него не действует. Казалось, что стены практически смыкаются с ней, хотя она знала, что это твердые, неподвижные объекты.

Пожимая плечами, казалось, что его ничто не беспокоит.

– Ты должна помнить, что я уже некоторое время сижу в крошечном гостиничном номере.

– Правда?

– Я вроде как был в плену, милая, – напомнил он ей.

– Ого. – Она посмотрела на него, полностью осознавая всю глубину его положения и то, что он должен был чувствовать, если эта ситуация не казалась ему такой уж плохой. – Иметь дело с этой семьей, быть вдали от своей, а потом иметь дело со мной... Мне жаль. Должно быть, для тебя все это довольно дерьмово.

– Ты не так уж плоха. Я не могу сказать то же самое об остальных... – Когда он закончил фразу, она прозвучала уже другим тоном: – Но я выживу.

Увидев решимость в его темных глубинах, она впервые заметила что-то в нем. Его присутствие чем-то напоминало Хлое. Каждый раз, когда она смотрела на девушку со шрамом, ей на ум приходило одно слово. И сейчас, в этот момент, глядя на Ангела, это слово снова пришло ей на ум. Выживший.

Она не знала его истории, и не думала, что такой человек, как он, может довериться кому-то настолько, чтобы рассказать ее, особенно девушке Карузо, но, возможно, он может позволить ей узнать что-то.

– Ты скучаешь по ним?

Ему потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

– Да, – наконец признался он в крошечном пространстве, которое они делили.

– Ну, я надеюсь, что ты скоро вернешься домой. – Ее слова прозвучали немного хрипловато.

Ей было трудно их произнести, она не знала, потому ли, что не хотела, чтобы он уходил, или потому, что именно этого она хотела для себя – пойти домой и выбраться из этого лифта. Чем дольше она задерживалась в нем, тем больше ей казалось, что она задыхается и ей не хватает воздуха.

Ангел потянулся в карман джинсов и достал кусок конфеты, плотно завернутый в обертку.

– Пососи это и постарайся не жевать. У меня есть еще несколько кусочков, если это поможет.

– Ты держишь при себе конфеты? – спросила она, находя это странным. Обычно женщины держали их в сумочке.

Пожав плечами, он ответил просто:

– Привычка.

Развернув сладкую конфету и положив ее в рот, она обнаружила, что это, как ни странно, помогло, даже если это было совсем немного. Когда она дала соку стечь в рот, она задумалась, откуда он знает, что это поможет. Она только хотела, чтобы он снова запустил лифт, так как в металлической коробке становилось прохладно.

– Я не знаю, сколько еще я здесь протяну, Ангел. – Когда ее грудь поднималась и опускалась, пространство стало казаться еще меньше. – Это действительно начинает пугать меня до чертиков...

Он сильно и быстро прижался губами к ее губам, заставив ее мгновенно забыть о том, что она застряла. Она предполагала, что это было его целью, но она, черт возьми, была уверена, что возьмет то, что сможет получить, и выжмет из этого все, что можно.

Этот поцелуй был именно таким, какого она ожидала от него. Он был требовательным, грубым и бесстыдным, заставляя ее открыть рот. Она с благодарностью сделала это, позволив его языку проникнуть внутрь и поиграть с ее языком. Ее холодное тело мгновенно нагрелось изнутри, и она почувствовала, что вот-вот сгорит заживо.

Ангел точно знал, что он делает с ней. Отыскав ее рот, он поймал маленький кусочек сладкой конфеты, который она еще не успела высосать до конца, и взял его в свой, украдкой.

Схватив конфету чувственным движением языка, она почувствовала вкус вишневой сладости в его горячем рту. Не в силах сдержаться, она застонала, что эхом отозвалось в металлической коробке, усиливая ощущения.

Пытаясь прижаться к нему ближе, Адалин хотела большего. Очень сильно.

Он помог ей, переместив ее на колени, чтобы облегчить им обоим доступ.

О Боже. Падение лифта теперь волновало ее меньше всего.

Пропустив язык в его рот, она стала искать конфету, подражая тому, что делал он, щелкая языком и захватывая ее. Однако он не собирался так просто ее отпускать. Но прежде чем он попытался забрать конфету, она игриво прикусила его язык, заставив его отстраниться.

Улыбаясь ему, она наконец откусила конфету.

– Я выиграла.

Не прошло и секунды, как он перевернул ее на спину, и его твердое тело нависло над ней.

– Ты укусила меня, милая. – Он схватил ее за подбородок, его горячие глаза буравили ее. – Это было не очень умно.

Затаив дыхание, она почувствовала, как напряглись все мышцы.

– Я могу взять тебя прямо здесь, – он поднес руку с чернилами к ее горлу, слегка сжав его, – и никто не сможет меня остановить. – Скользнув рукой вниз, он начал расстегивать пуговицы ее верхней одежды, медленно дотягиваясь до каждой, обнажая легкий свитер под ней. – Никто не может услышать, как ты стонешь, – продолжал он, поднимаясь по теплому материалу и проводя холодной рукой по ее нижней части живота. – Или кричишь.

Она расплавилась под ним; это было именно то, чего хотела ее извращенная сущность. Но, как всегда, он знал это.

– Ты этого хочешь? – Он двинул руку вверх, скользя по ее миниатюрной талии и ребрам, и положил ее прямо под грудью.

Да, блядь.

Ей удалось только кивнуть.

Рукой с чернилами он проник под тонкую кружевную ткань, обхватив ее правую грудь. Ее загорелые соски стали еще тверже под его рукой.

– Тогда скажи это, – жестко потребовал он.

– Д-да! – вскрикнула она, когда он стал тереть ее сосок между пальцами.

Затем он освободил руку от ее груди, но переместил ее к поясу джинсов. Она тяжело сглотнула, когда он расстегнул верхнюю пуговицу, обнажив край ее шелковистых черных трусиков.

Переместив свои губы в сантиметрах от ее губ, он сделал последнее предупреждение, готовый провести кончиками пальцев вниз, где они уверенно покоились под шелком.

– Ты уверена в этом, сладкая?

Сделав последний вдох, не зная, пожалеет ли она об этом, пока не стало слишком поздно, она подняла рот навстречу его рту, давая свой ответ, откусив еще один кусок и потянув за нижнюю губу.

Он был быстр, скользил своими длинными пальцами внутри нее, заставляя ее быстро отпустить его губы с громким стоном, который вырвался у нее.

Она была мокрой, горячей и готовой, что только облегчало его задачу. Единственное, что его беспокоило, это ее узкость.

Адалин казалось, что она видит звезды от ощущения его внутри себя. Она раздвинула ноги как можно шире, пытаясь помочь ему почувствовать себя лучше, но все было так тесно.

Видя ее страдания, он замедлил движение пальцев, вводя и выводя их из ее смазанной киски по сантиметру за раз. – Как получилось, что ты все еще девственница, когда ты практически умоляла меня трахнуть тебя?

На самом деле это был не вопрос, а утверждение, поскольку Адалин никогда не скрывала, что ее привлекает мужчина. А с ее вкусом к ним, было удивительно, как ей удавалось оставаться девственницей так долго. Однако, когда она витала в облаках, единственное, что вырывалось из ее рта, было ее горячее, тяжелое дыхание.

На этот раз, когда Ангел вынул палец, он ввел еще один, растягивая ее стенки. На этот раз она почти вскрикнула от боли, но затем он положил большой палец на ее чувствительный клитор, превратив это в удовольствие.

Он не пытался спрятаться от нее, показывая ей, кем и каким любовником он является. Не было ни притворства, ни сладости, ни чистоты. Вместо этого он был требовательным, грубым, греховным... но до безумия приятным.

Адалин держалась за его плечи, чувствуя, как огонь разгорается глубоко внутри нее с каждым движением его опытного большого пальца и погруженных пальцев, но он никогда не позволял ей сгореть, только подливал еще больше бензина в огонь.

– Пожалуйста... – хныкала она.

– Ты хочешь кончить, сладкая? – прошептал он ей на ухо грубым голосом.

Виляя бедрами, она пыталась сделать это сама, но он все еще не позволял ей, забавляясь с ней, словно она была пушинкой в его руках.

– Да, пожалуйста!

Ангел подарил ей еще один крепкий поцелуй, обратив внимание на ее тяжелую нижнюю губу, прежде чем прикусить чувствительную плоть. Затем он вытащил свои пальцы из нее и высунул руку из ее джинсов.

Одарив ее извращенной улыбкой, он посмотрел на нее сверху вниз и дал ей последнее предупреждение:

– Ты не сможешь победить, Адалин. Я буду побеждать каждый раз.

Когда она открыла рот, в лифте включился свет, и земля под ними пришла в движение.

Он встал с нее одним быстрым движением.

Что за...

Она смотрела на цифры, звенящие над дверью лифта, и наблюдала, как они поднимаются все выше и выше, добираясь до самого верха.

Не имея времени на раздумья, она быстро застегнула джинсы, затем начала застегивать пальто, пока Ангел лениво стоял с ухмылкой на лице.

Все было как в тумане. Она даже не знала, было ли это на самом деле.

Неужели я просто...?

Он просто...?

Выражение его лица и огонь, все еще пылающий внутри нее, сказали ей, что это действительно произошло.

– Ах ты задница.

Двери лифта открылись, и Лука стоял там, терпеливо ожидая.

О, черт.

Шока, ужаса и смущения на ее лице было достаточно, чтобы она пожелала, чтобы лифт упал на двадцать этажей и она погибла.

– В городе отключили электричество, – сказал Лука, блокируя двери и не давая им выйти из лифта.

Громко сглотнув, она не знала, что сказать, когда Ангел просто кивнул.

Несколько мгновений демонические глаза Луки перемещались между ними.

– Адалин, оставайся сегодня с Лейк.

По его приказу она, не теряя времени, выскочила из лифта и проскользнула мимо него.

– Хорошо.

– Ангел, следуй за мной.

Она остановилась на месте и повернулась, чтобы посмотреть, как Лука направляется к своему кабинету.

Когда Ангел прошел мимо нее, переступив порог лифта, она увидела не испуганного, обеспокоенного или сожалеющего мужчину. Она увидела мужчину, который был доволен.

Взяв два своих длинных татуированных пальца, он положил их в рот, облизывая те, что были глубоко внутри нее, а затем отошел, предоставив ей свою спину.

Она наклонила голову в сторону, вспоминая выражение его лица, когда он облизывал их, чтобы попробовать ее на вкус. Боже... черт.

Двадцать четыре

Два короля в одном городе

Уставившись на безжизненное тело, он стоял так же неподвижно, пока его младший брат не присел на корточки, чтобы потрогать единственную пулю, попавшую прямо между глаз.

– Все чисто, точно так, как описал Лкка со своим человеком. Неудивительно, что он сказал, что это мог сделать ты. Прикоснувшись к пулевому отверстию, Матиас вытер кровь между пальцами.

Когда его брат не ответил, он поднял голову.

– Доминик?

– Проверь его тело, – потребовал он после очередного раздумья.

Матиас начал обыскивать тело, обнаружив, что молодой Лучано во всем остальном находится в идеальном состоянии. Встав, он ждал дальнейших указаний.

– Позови Луку к телефону, – шипел Доминик, присев на корточки, чтобы внимательнее осмотреть тело.

Что-то здесь было не так. Он чувствовал это своим нутром и тротуаром под своими ботинками. Тихий гул, который вот-вот потрясет этот город до самого основания, и скоро все рухнет.

Приложив пальцы к холодным фиолетовым губам, он раздвинул их, обнажив бриллиантово-золотую решетку, которая все еще была на своем месте.

Грохот под ним, казалось, вибрировал все ближе к поверхности. Она приближалась, война между двумя старейшими семьями этого города, которые вели дуэли с момента его основания. Война, которую в прошлом легко выигрывали Карузо, но на этот раз все будет по-другому, из-за двух мужчин.

Лука Карузо.

И Доминик Лучано.

Два короля в одном городе. Город, который на этот раз падет, потому что оба мужчины были королями, и каждый из них предпочел бы, чтобы город пал, а другой победил.

Я просто жду идеального момента.

***

Ангел сел напротив Луки, ничуть не беспокоясь. Камеры в лифте не работали, и если она не откроет рот, Лука не сможет ничего доказать.

При мысли о том, что Адалин придется пересказывать историю о том, что он только что сделал с ней в лифте, в его глазах появилась скрытая улыбка. Он готов поспорить на миллион долларов, что она не сможет заставить себя рассказать об этом.

Ни одна из семей не узнает о том, что произошло сегодня в лифте. Он позаботится об этом.

Продолжая смотреть на демона, он не был уверен, что Лука собирается сказать, но последнее, чего он ожидал, было то, что вырвалось из его уст.

– Андре мертв.

– Что? – Ангел покачал головой, пытаясь уловить слова.

Открыв свою Zippo, Лука закурил сигарету. – Доминик нашел его во время затмения с таким же пулевым отверстием между глаз, как у Тома.

Это было нехорошо. Кто-то действительно пытался развязать войну между семьями, и, как и Том, он, вероятно, был одним из последних, кто видел его живым.

Не зная, стоит ли делиться этой информацией с Лукой, он спросил:

– Могу ли я получить разрешение увидеться с семьей и выразить свое почтение?

Лука на мгновение пристально посмотрела на него, прежде чем окончательно ответить:

– Нет.

Ангел должен был знать, что Лука не позволит ему, не с этой бурей дерьма, разразившейся между ними.

–Значит, это все?

Быстро кивнув, Лука отпустил его. Но прежде чем Ангел смог уйти, Лука решил дать ему совет.

– На твоем месте я бы был очень осторожна с Адалин.

Врать ему было легко.

– Я ничего не делал...

– Я думаю, ты неправильно понял. —Лука глубоко вдохнул, делая затяжку. – Это ты должен беспокоиться о ней.

Что-то подсказывало Ангелу, что он должен расспросить Луку о ней, но он этого не сделал. Вместо этого он закрыл за собой дверь, идя против своих инстинктов. Между ним и Адалин не было ничего общего. Как он и сказал ей в лифте... Я всегда буду побеждать.

Дзинь.

Добравшись до своего гостиничного номера, Ангел достал из кармана телефон. Было оставлено голосовое сообщение, и еще до того, как он услышал сладкий, опечаленный голос в трубке, его желудок опустился.

– Ангел...? Это Андре. Он... Мне просто нужно тебя увидеть.

Бросив телефон через всю комнату, Ангел разбил его о стену. Это те стены, которые удерживали его здесь, вдали от семьи, вдали от нее.

Он сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем потянулся в карман, достал кусочек конфеты и положил его в рот. Закрыв глаза, он сосредоточился на ...

...Вишневый вкус почти полностью растворился во рту после третьей конфеты, которую принес ему Доминик. Во рту стало еще суше, чем раньше.

Он крепко держал себя в руках, беззвучно раскачиваясь взад и вперед, чувствуя, как его разум начинает погружаться в темную, темную бездну.

Достигнув конца, Ангел, к сожалению, не успел...

Звук задвигающегося замка, а затем свет, хлынувший в крошечный чулан, заставил его зажмурить глаза и прикрыть их своими маленькими ладошками. Казалось, что в помещении светит само солнце.

Прищурившись, он поднял глаза и увидел жалкое лицо дьявола, смотрящее на него. Это был взгляд, который он никогда не забудет, пока жив. Взгляд чистой ярости. Тогда он понял, что победил.

– Убери это дерьмо, – шипел Люцифер на Доминика, стоявшего в дверях, прежде чем повернуться и уйти.

Снова закрыв глаза, он почувствовал, как рука коснулась его лба.

– Ты хорошо справился, Ангел.

Ангел не потрудился открыть глаза, спрашивая:

– Д-д-да?

– Ты сделал. – Взяв его за руку, Доминик медленно попытался поднять его.

– Теперь, давай помоем тебя.

Смущение от того, что он несколько раз испачкался, не позволяло ему встать, но брат не позволил, заставив его попытаться.

Сначала Ангел не мог даже пошевелиться, но в конце концов поднялся настолько, что смог опереться на Доминика для поддержки. Каждый шаг причинял боль и казался чужим.

Остановившись на полпути к ванной, он не знал, сколько еще сможет идти, пока его взгляд не переместился в спальню, где он увидел Матиаса, свернувшегося калачиком на кровати.

Ангел смотрел на того, кто был похож на его брата, но уже не был им.

Упав на колени, он хотел, чтобы все это закончилось.

Доминик сел рядом с ним, его взгляд метался между братьями-близнецами.

– Белла спросила меня сегодня, где вы с Матиасом.

– О-она спросила? – Что-то глубоко внутри него зажглось.

– Да, я думаю, она скучает по тебе.

Это что-то глубоко внутри него... зашевелилось, когда он поднялся с земли и встал во весь рост. Сделал шаг...

высокий. Сделав шаг...

...Ангел подошел к своему упавшему телефону и поднял его. Он посмотрел на треснувший экран и навел палец на имя Матиаса, прежде чем нажать кнопку вызова.

– Да, брат? – спросил его близнец.

Улыбаясь, он задал ему всего один вопрос.

– Орел или решка?

Двадцать пять

Какой ангел был ее ангелом?

На следующий день Адалин тайком от Винсента и Лейк начала путь к лифту, размышляя, действительно ли ей стоит это делать. Нажав на кнопку, она решила не оборачиваться, даже когда прошла по коридору и постучала в дверь, перед которой теперь стояла.

Когда дверь открылась, явив Ангела, показалось, что что-то... не так.

Скрестив руки, он прислонился к дверному косяку, бессовестно путешествуя взглядом по ее телу.

Она начала чувствовать себя неловко от его откровенного пристального взгляда, что заставило ее сильно пожалеть о том, что она пришла к нему. Если бы она знала, что он будет вести себя так после адской поездки в лифте, она бы не пришла.

Прочистив горло, она произнесла.

– После того, что ты сказал вчера, мне стало не по себе от того, что ты застрял здесь на весь день. – Когда он все еще молчал, она продолжила: – Я подумала, может быть, мы могли бы заняться чем-нибудь, что не подразумевает, что ты будешь моей нянькой, если ты хочешь.

– Адалин. – Улыбка, наконец, коснулась его губ и зажгла его глаза. – Вау, ты ужасно красивая... сегодня.

Смутившись, она опустила взгляд на себя. – Я ночевала у Лейк, поэтому выгляжу буквально так же, как и вчера.

Подожди... Он только что назвал меня красивой?

– Да, я знаю это. – Протянув руку, он взял прядь ее густых каштановых волос. – Итак, что у тебя на уме, милая?

С этим мрачным взглядом в его глазах, она не думала, что они были на одной волне. Она хотела пойти в его номер и попросить его закончить то, что он начал вчера, но камеры были включены сегодня, и она была бы проклята, если бы позволила ему сделать это с ней снова.

– Это ты застрял здесь. Что ты хочешь делать?

Намотав ее волосы на палец, он слегка дернул их.

– О, я могу придумать несколько вещей, которые мы можем сделать.

Тепло прилило к ее щекам, она не знала, откуда свалился этот Ангел, но, черт возьми, если она не придумает что-нибудь быстро, ей будет наплевать, кто видел, как она вошла в его комнату.

Стараясь думать быстро, она краем глаза заметила скейтборд, который он украл. О да.

Она улыбнулась от уха до уха.