Текст книги "Ливень"

Автор книги: Сандра Браун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

– Миссис Баррон. – Шериф повернулся к ней. – Сейчас вас и вашего сына отвезут домой. Сам я доставлю в участок этого типа и приеду к вам, чтобы взять показания.

– Нет! Мистер Рейнуотер ни в чем не виноват!

– Элла.

– Это не он…

– Элла.

В отчаянии она взглянула на человека, который умел произнести ее имя так, как его никогда не произносил никто другой. Он уже немного пришел в себя и теперь смотрел на нее. Дэвид тихо сказал:

– Делай, как говорит шериф. Это лучший выход из положения для всех нас.

Элла не сразу поняла, что он имеет в виду. Когда же ей стала ясна мысль Дэвида, она яростно замотала головой:

– Нет! Нет!! Нет!!!

Рейнуотер был непреклонен:

– Так лучше для всех. Ты меня поняла?

Она перевела взгляд на Солли, который успел к тому времени успокоиться и теперь сидел у ее ног, монотонно повторяя:

– Молодец, Солли. Молодец, Солли. Молодец, Солли.

Элла снова взглянула на мужчину, который сумел сделать то, что прежде не удавалось никому, – пробудить к жизни душу ее сына.

Она посмотрела на того, кто сумел пробудить к жизни и ее собственную душу.

Перед глазами все стало расплываться. Смахнув слезы, Элла упрямо покачала головой:

– Нет.

Никогда еще в его глазах не было столько любви. Продолжая удерживать ее взгляд своим, Дэвид медленно кивнул. Губы его шевельнулись, и Элла прочла по ним одно слово, очень короткое, еще короче, чем «нет».

Да.

Эпилог

– Он умер до того, как его казнили.

Уже два часа супруги, зашедшие в антикварный магазин, как завороженные, слушали эту историю. День клонился к вечеру, но они и думать об этом забыли. Жена тихонько всхлипывала. Муж передал ей носовой платок, и она вытерла слезы.

– Так это его часы? – спросила женщина. – Мистера Рейнуотера?

Хозяин магазина кивнул.

– Дэвид попросил доктора Кинкэйда отдать выгравировать на них дату – день, месяц и год, когда он первый раз увидел мою мать, – старик провел пальцем по цифрам на золоте. – Они так и не увиделись после того, как Рейнуотера отправили в тюрьму.

– Но ведь она должна была присутствовать на суде, – удивилась женщина.

– Суда не было. Дэвид во всем признался, а видеться с ней в тюрьме отказался – не хотел оставлять по себе такую память. Они обменивались записками через доктора Кинкэйда.

– Сколько он прожил? – спросил мужчина.

– Пять недель. Ему не пришлось мучиться слишком долго.

Женщина крепко сжала руку мужа.

– Полагаю, ваша мать страдала не меньше, чем он…

– Она очень хотела повидаться с Дэвидом, но потом поняла, что он, как всегда, был прав. Как-то мама сказала мне, что вряд ли пережила бы эту встречу.

– Как ей вообще удалось справиться со своим горем?

– После смерти Рейнуотера она узнала удивительную новость – все свое имущество он завещал ей. Не все его отлучки объяснялись встречами с Олли Томпсоном и братом Келвином. Часть времени он посвящал тому, что приводил в порядок свои дела, – старик улыбнулся. – Моя мать была замечательной женщиной и с умом распорядилась этим наследством. В скором времени она закрыла свой пансион и перебралась в северный Техас. Да, я забыл вам сказать! В тот самый день, позже, действительно пошел дождь. Ливень… Мама как-то обмолвилась, что этот поток воды положил конец той ужасной засухе, и все этому очень радовались. Она-то сама считала тот ливень слезами неба об их любви…

Ну так вот, мама продолжила дело мистера Рейнуотера – выращивала хлопок на его землях. И продавала тоже. Через несколько лет она построила текстильную фабрику. Со временем моя мать стала весьма богатой и уважаемой особой. Уже и не припомню все ее награды и звания. Выдающаяся предпринимательница, человек года и тому подобное.

– Впечатляет, – покупательница улыбнулась.

– Она на самом деле все это заслужила. – Хозяин магазина задумчиво провел пальцем по часам. – Как-то раз мама сказала мне, что ее научила жить лишь смерть другого человека. До встречи с Дэвидом Рейнуотером она существовала в своем замкнутом мире. Он освободил ее – причем не только в прямом смысле слова.

– Он и сам, судя по всему, был неординарной личностью, – заметил мужчина. – Добровольно назвался преступником, убийцей, хотя не совершал ничего противозаконного… Я понимаю, что его в любом случае ждала скорая смерть. Тем не менее он пошел ради вашей матери и вас на очень большую жертву.

Старик озадаченно глянул на семейную пару, но тут же сообразил в чем дело.

– Он пошел на жертву ради Солли.

– Но… разве вы?..

Хозяин магазина покачал головой. Женщина еще раз посмотрела на визитку, которую он ей дал.

– По названию магазина я решила…

– Это имя моего брата, а меня зовут Дэвид. Дэвид Рейнуотер-Баррон.

Они ошеломленно смотрели на старика.

– Так вы его сын? – прошептала женщина.

– Да.

Она снова заплакала. Муж ласково обнял ее за плечи.

– А как сложилась жизнь Солли? – спросил он.

– После переезда в северный Техас мама навела справки об одной школе в Далласе. У этого учебного учреждения была превосходная репутация. Они приняли Солли. Мама ужасно переживала из-за того, что ей пришлось расстаться с ним, но она понимала, что так будет лучше для самого Солли. Говорить он стал в тот самый день, когда умер Конрад Эллис. В конце концов Солли научился разговаривать почти так же, как все, только иногда запинался на отдельных словах или фразах.

– Он помнил о том…

– О том, что сделал? Нет. Мама тоже не рассказывала ему о случившемся.

– А как насчет чтения? Научился ваш брат читать?

– Да, с этим он справился вполне успешно. Еще он легко решал задачи, казавшиеся трудными даже математикам, но эти его способности так и не нашли достойного применения. Не исключено, что сейчас, когда об аутизме известно уже многое, все сложилось бы по-другому… Когда Солли стал уже взрослым, мама забрала его домой. У него был человек, который присматривал за ним, пока мать занималась делами. Солли был совершенно доволен своей жизнью. Он умер в тридцать два года от сердечной недостаточности, о которой никто даже не подозревал.

Конечно же, мы с мамой очень горевали. Яникак не мог утешиться, и тогда мама сказала, что Солли прожил жизнь, о которой она для него и не мечтала. И все это благодаря Дэвиду Рейнуотеру. Он понимал, что произойдет с Солли, если правда о том, как был убит Конрад Эллис, выйдет наружу. Брата поместили бы в лечебницу для социально опасных больных, и он остался бы там до конца своей жизни. В те последние мгновения, когда отец и мать виделись друг с другом, он дал ей понять, что единственный способ уберечь Солли – принять его жертву.

На несколько мгновений в магазине воцарилась тишина. Затем мужчина посмотрел на часы.

– Нам пора. – Он протянул руку, и старик дружески пожал ее. – Незабываемый день. Мы получили куда больше того, на что рассчитывали, когда зашли в ваш магазин.

Дэвид Рейнуотер вышел из-за прилавка и проводил их до двери. Женщина не стала сдерживать внутренний порыв и крепко обняла его.

– До свидания, – сказала она. – Было приятно познакомиться.

– Мне тоже. До свидания.

Они уже подошли к автомобилю, и женщина снова обернулась:

– А мистер Рейнуотер знал о том, что у него будет ребенок?

Старик улыбнулся:

– Доктор Кинкэйд сказал ему за день до смерти. Отец тогда написал матери письмо. С тех пор она всегда носила его с собой – перекладывала из кармана в карман, из сумки в сумку.

Прочитав в их глазах немой вопрос, он покачал головой:

– Мама рассказала мне все, что я поведал вам, но никогда не читала это письмо. Полагаю, оно было слишком личным, чтобы делиться им даже со мной. Ее так и похоронили – с этим письмом и романом Хемингуэя, который подарил ей отец.

Он глянул на золотые часы в петле своего жилета и погладил их:

– А это мама отдала мне.