Текст книги "Выйти замуж за виконта"
Автор книги: Сабрина Джеффрис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
Эбби сильно засмущалась …, пока не вспомнила, что видела в своей спальне ранее.
У мистера Макфи хватает смелости смотреть на них свысока, о, ради бога?
Эбби овладело упрямство, и она сделала паузу.
– О, мистер Макфи, я хотел благодарить вас за то, что пришли сегодня в мою комнату, чтобы принести подарок Спенсера. Я только удивлена, что вы не вручили его мне лично. Когда я вышла из гардеробной, вас и миссис Грэхем нигде не было.
Цвет лица мистера Макфи из румяного стал алым.
– Я … э–э … подумал, что лучше всего передать подарок через миссис Грэхем.
– Да, понятно. Она наверно хорошо вас отблагодарила. – Она подождала, пока глаза Макфи с тревогой не устремились на нее, и затем добавила, – Что вы доверили ей подарок, я имею виду.
Эбби пошла дальше, и Спенсер прошептал ей на ухо:
– В чем дело?
– Кажется, моя служанка и твой дворецкий привязаны друг к другу. – Шепнула она ему на ухо. – Я наблюдала, как они целовались в зале, когда не знали, что я все вижу.
Спенсер уставился на нее.
– Мой Макфи? И твоя миссис Грэхем? Ты уверена?
– О, да. Они договорились встретиться позже. – Она усмехалась, но они уже приближались к лестнице. – И он даже сжимал ее зад.
Спенсер взорвался смехом.
– Шшш, – зашипела Эбби, – он поймет, что мы говорим о нем.
– Очень на это надеюсь. Он обсуждал мои недостатки с другими слугами в течении многих лет.
Она подумала о том, что рассказала миссис Грэхем.
– Возможно.
– Расскажи мне, – добавил Спенсер, когда спускался с лестницы позади нее. – Как он сжимал ее зад? Вот так? – Он одной рукой схватил ее за левую ягодицу, затем другой, за правую. – Или вот так?
Хихикая, она заторопилась вверх по лестнице, пытаясь увернуться от него.
– Клянусь, Спенсер, иногда ты бываешь очень плохим.
– Ты только сейчас это поняла? – подразнил он и догнал ее.
– Ты очень хорошо это скрывал под своей серьезностью.
– Или ты просто будишь во мне дьявола, – прошептал он.
Глава 23
Мудрый слуга не вникает в семейные отношения его работодателя.
Советы для настоящего слуги
Хорошее настроение Эбби исчезло, когда она заметила Эвелину, которая нервно расхаживала по гостиной из угла в угол и трясущимися руками сжимала свой носовой платок, что было сильно непохоже на ее обычное мягкой поведение.
– Слава Богу, вы здесь, милорд. – Воскликнула Эвелина. – Вы должны мне помочь.
– Конечно, – успокаивающе ответил Спенсер, отошел от Эбби и взял Эвелину за руку. – В чем дело?
– Я должна поговорить с Натаниэлем, прямо сейчас.
По тому, как выпрямился Спенсер, было понятно, что он в смятении.
– Зачем?
Эвелина колебалась, ее взволнованный взгляд переместился со Спенсера в сторону Эбби. Наконец, она расправила плечи и прошептала:
– Я жду от него ребенка. И если он не вернется и не женится на мне, как можно скорее, то все узнают об этом. Мама никогда не простит меня, и у моих сестер не будет будущего. – Она разрыдалась.
На лице Спенсера отразилось отчаяние, он обнял плачущую женщину.
– Не падайте духом. Все будет в порядке.
Бедная Эвелина. Как все может быть в порядке, когда они не знают, где Натаниэль?
– Как давно вы беременны? – спросил Спенсер.
– Ну…, мы только … однажды были вместе, после того, как он вернулся из Америки …, я думаю, что – … около двух месяцев, – между икающими всхлипываниями девушка ловила воздух. Пристально глядя на Спенсера, она закричала: – Поэтому вы должны вернуть его сюда, сейчас же!
Спенсер бросил на Эбби вопросительный взгляд, но она понятия не имела, что ему сказать или сделать. Эвелина по–прежнему думала, что Натаниэль в Эссексе.
– Мое … мое последнее письмо к нему, – продолжила Эвелина, сдерживая слезы, – где я рассказала ему о ребенке, сегодня вернулось почтой из Уэльса. Сейчас я даже не знаю, где он и…
– Из Уэльса? – Глаза Спенсера сузились. Отпустив Эвелину, он отстранился и удивленно посмотрел на нее. – Почему вы написали ему в Уэльс, если он выздоравливает в Эссексе?
Покраснев, Эвелина опустила глаза.
– Я, … э–э … знаете ли …, я знала, что он не в Эссексе. Прежде, чем уехать из города, он навестил меня, в ночь вашего званого ужина.
– Что? – заорал Спенсер. – И вы ничего мне не сказали?
– Пожалуйста, не сердитесь, – попросила Эвелина. – Он заставил меня пообещать никому ничего не говорить; он сказал, что это разрушит все его планы.
– Какие планы? – проворчал Спенсер. – Оставить вас и публично оскорбить, а самому скрыться с приданым Эбби и спокойно его тратить?
– Конечно, нет! – Вздохнув, Эвелина отошла и села на софу. – Его планы касаются вас. И Эбби.
Сильно заинтригованная, Эбби села рядом с Эвелиной.
– Что вы имеете виду?
Эвелина отвернулась от сердитого взгляда Спенсера. И умоляюще посмотрела на Эбби.
– Он хотел, чтобы Спенсер женился на вас, поэтому он все и подстроил. А убежал он, чтобы Спенсер не уничтожил все его старания.
– Он убежал, потому что украл приданое Эбби, – вставил Спенсер.
Эвелина яростно затрясла головой.
– Он сказал, что возьмет приданое, чтобы удостовериться, что она приедет сюда за деньгами. И из–за делового соглашения ее отца.
– Вы поверили в этот бред? – Спенсер ходил из угла в угол перед софой, его голос стал тревожным. – Поймите, Эвелина, вы знаете Натаниэля. Разве он может сопротивляться такой большой сумме?
На ее лице отразилось непоколебимая жестокость.
– Это не так, я клянусь. Натаниэль сделал это ради вас, потому что он любит вас. Он знал, что вы никогда не женитесь, так как думаете, что не можете произвести на свет… – Эвелина покраснела.
Спенсер остановился, его лицо потеряло краски.
– Он знает об этом?
Эвелина наклонила голову.
– Он сказал, что вы рассказали ему все сами в Америке, когда были пьяны
Посмотрев так, будто получил удар в грудь, Спенсер обернулся и упал на стул напротив девушек.
– Боже мой …, я так много выпил той ночью …, что даже не помню …, – он посмотрел на Эвелину. – Именно поэтому он придумал этот брак и привез сюда Эбби?
– Натаниэль не хочет, чтобы вы остались без жены из–за необдуманного мнения какого–то доктора.
Гнусные действия Нэтаниэля разозлили Эбби.
– Поэтому, он просто выбрал первую встречную женщину, которая, как ему казалось, отвечает всем требованиям? Первая, на кого он смог повлиять? И наплевать, что Спенсеру она не нужна?
– Нет! – Эвелина бросила на Эбби извиняющийся взгляд. – Это не так. Он знал, что Спенс хочет вас. Он сказал, что Спенс говорил о вас, даже сказал, что хочет на вас жениться. – Она посмотрела на Спенсера. – Ведь это правда?
Спенсер тепло и нежно посмотрел на Эбби.
– Да. Прежде, чем напиться до потери памяти, я действительно говорил о Эбби. Нэт предложил, чтобы я сделал ее своей любовницей. А я сказал ему, что она заслуживает брака.
Эбби одарила его робкой улыбкой. Он уже тогда думал о браке с ней? Когда он сказал, что начал желать ее с первой встречи, она была уверена, что он просто хотел ее утешить. Но, может, и нет.
Эвелина нетерпеливо наблюдала за Спенсером.
– Вот видите? Натаниэль был уверен, что вы ее желаете, поэтому он вам помог ее получить.
Посмотрев на Эвелину, Спенсер резко рассмеялся.
– Помог мне? Как … как при покупке лошади? Боже мой, Эвелина, это безумие. А как насчет Эбби? Откуда он узнал, что я ей нравлюсь?
– Но она же вышла за вас замуж, правда?
– Потому что думала, что я ее хочу.
– И потому что у нее оставался ужасный выбор. Он сделал это и для нее, поймите.
Спенсер фыркнул.
– Правильно. Он обманул ее и ее отца, подделав бумаги, обманул меня и затем оставил вас здесь одну, только по доброте душевной. Помог своему бедному брату обзавестись женой. – Он покачал головой. – Я в это не верю. Он хотел заполучить компанию Мерсеров, и ему нужны средства, чтобы ее восстановить, поэтому он и придумал этот безумный план, как брак по доверенности.
– Натаниэль никогда бы не…
– Возможно вы оба правы, – вставила Эбби, хотя понимала его преданные чувства. – Приданое и компания, возможно, действительно соблазнили Натаниэля, но если бы он хотел только этого, он взял бы деньги и оставил меня в Америке. Он не заплатил бы за мой приезд сюда, где я смогла раскрыть его обман. Он знал, что я не смогу без его помощи оплатить проезд.
Спенсер, казалось, задумался. Он наклонился вперед, и уставился на Эвелину.
– Почему его так заботило, женюсь я ли нет?
– Вы сказали, что он будет наследником, и он запаниковал. Вы знаете Нэтаниэля. Ему не нужна ответственность за состояние и имение. Он просто хочет иметь комфортный дом для нас и наших детей, и ничего больше. Я уверена, что он отдаст все приданное до пенни, когда вернется. Ему не нужны деньги.
– Тогда зачем он поехал в Уэльс? – Настаивал Спенсер.
Эбби заинтересовало, какое отношение ко всему этому имеет Уэльс.
– Я – я не знаю, – запнулась Эвелина. – Я думала, что ему больше некуда пойти, поэтому он остановился там у друзей. Он обычно пишет мне, чтобы сказать, где будет … но сейчас… За неделю, до того как поехать в Уэльс, он был в…
– В Йорке?
Эвелина удивилась.
– Да. А как вы узнали?
– Мои посыльные обнаружили, что он встречался с тремя бизнесменами за неделю до званого ужина. Без сомнений, он уже использовал приданое Эбби. Один человек из Йорка, один из Уэльса, и третий из Бристоля. К сожалению, к тому времени, когда посыльные достигли Йорка, Нэт уехал. В Уэльсе, он так же от них скрылся.
Эвелина была потрясена очевидным доказательством предательства ее жениха. Она разозлилась.
– Понятно, но независимо от того, что он сделал, это теперь не имеет значения. Если вы правы, то эти люди ждут его в Бристоле. Они вернут его, и вы сможете обо всем узнать у него самого.
Побледнев, Спенсер встал на ноги и навис над девушками.
– К сожалению, никто не ждет его в Бристоле. Больше не ждет.
– Что вы имеете виду? – спросила Эвелина, а Эбби вдруг стало холодно.
– Позапрошлой ночью я послал сообщение посыльным, чтобы они возвращались в Лондон.
Той ночью они занимались любовью. Эбби почувствовала тревогу.
– Почему?
Его дерзкий взгляд устремился на нее.
– Как ты думаешь?
Она поняла. Если она откажется остаться, она все равно не сможет уехать, пока не найдут Нэта. И как можно найти Нэта, если посыльные Спенсера не будут его искать?
Да ведь этот трус, обманщик – он не только соблазнением решил повлиять на ее решение. Нет, Спенсер все предусмотрел, и конечно, ничего ей не сказал.
На глаза навернулись слезы, но она безжалостно их смахнула. После всех его сладких слов любви в столовой, после всего, что сказала миссис Грэхем, она убедила себя, что у них, в конце концов, может быть будущее.
Но он не сказал ничего, указывающее на то, что он передумал начет их будущего. Отзыв посыльных – это плохой признак, даже если он сделал это два дня назад. А что, если признание в любви, это просто часть его плана, чтобы уговорить ее остаться?
Она обречена всегда быть его ожидающей Дорой? Если она останется, не будет ли он проводить каждый день, ожидая, когда она уедет, пока его страхи и подозрения не отравят их любовь?
Эта неуверенность была как камень на сердце. Она должна знать, считает ли он еще их брак временным.
– Лорд Рейвенсвуд? – спросила Эвелина, возвращая их назад к ее проблеме. – Вы можете послать кого–нибудь другого в Бристоль? Как бы там ни было, вы должны привести Натаниэля домой.
– Да, конечно. – Спенсер участливо посмотрел на Эвелину, только бы не смотреть на Эбби. – Но так как мои люди до сих пор не смогли его поймать, я не хочу рисковать и снова его упустить. Как только он уедет из Бристоля, мы не узнаем, куда он отправится. Поэтому я сам его привезу.
– Ты не можешь это сделать, – сухо сказала Эбби. – Через два дня празднование Майского дня, помнишь? Ты говорил, что сам король требует твоего присутствия.
– Это не имеет значения. Короля больше заботит твое присутствие, чем мое. Я попытаюсь вернуться к этому времени, но если не смогу, продолжайте без меня. Блейкли и Клара могут тебя сопровождать.
Подойдя дивану, Спенсер сел на корточки перед Эвелиной, которая все еще была в смятении.
– Не волнуйтесь, милая, я найду его. Идите домой, и перестаньте волноваться. Поспите подольше. – Он взял ее за подбородок. – Этот ребенок может стать моим единственным наследником, поэтому мы не будем рисковать тем, чтобы он родился внебрачным, понятно?
– Хорошо, – пробормотала бедная девушка.
Мой единственный наследник. Сердце Эбби упало. Ему нужен будет наследник, только если он откажется от приемных детей.
А может быть по английским законам, приемные дети не могут быть наследниками? Она отчаянно цеплялась за эту возможность.
Спенсер встал, и поднял на ноги Эвелину.
– Как вы сюда добрались?
– Я … я взяла наемную лошадь.
– Тогда я отвезу вас домой по пути из города. – Спенсер посмотрел на Эбби, когда их взгляды пересеклись, он сжал челюсть. – Эвелина, почему бы вам не пойти и не попросить Макфи запрячь мою карету? Я скоро выезжаю.
Поклонившись, Эвелина покинула комнату.
Эбби поднялась и встала перед Спенсером.
– Почему малыш Эвелины станет твоим единственным наследником?
– Ты знаешь почему. У меня не может быть детей.
– И не будет приемных?
Он напрягся.
– Мы уже обсуждали это, Эбби…
– Да. И я вижу, что ничего не изменилось. – Как она была глупа, думая, что что–то изменится. – Ты опять делаешь, так как хочешь, и игнорируешь мои желания. Жалко, что Эвелина нарушила все твои планы. Но я уверена, что ты уже придумал что–нибудь другое, чтобы удержать меня здесь против моей воли.
– Против твоей воли? – повторил он. – Ты не позволишь, из–за одной моей ошибки…
– Конечно. Я женщина такого сорта, да? Ветреная идиотка, которая из–за каприза может сбежать, если ты не примешь меры, чтобы вынудить меня остаться. По крайней мере, на некоторое время. Пока полное отсутствие характера не заставит меня сбежать со счетом в Италии…
– Ты прекрасно знаешь, что я так не думаю. Я люблю тебя.
Его искренние слова заставили ее сомневаться. Она так долго ждала, чтобы он произнес их, и сегодня он, наконец, сделал это. И, почему она не бросилась ему в объятья? Несколько недель назад, она была счастлива выйти за него замуж, даже без любви, счастлива иметь хоть маленький шанс быть с ним. И теперь, когда она знает, что он любит ее, она должна сразу принять его требования. Почему так?
Что изменилось сейчас. Несколько недель назад он для нее был почти богом. Несмотря на все ее фантазии о демократии и равенстве, в душе, она верила, что Спенсер, достоин любой жертвы. Но она не думала, что достойна того же самого. Теперь она поняла, что он просто человек, не лучше и не хуже ее. Да, он заслуживал любви и наполненной жизни …, но она тоже этого заслуживала. И если из–за его упорства и проклятого высокомерия он не видит, что она достойна большего, чем временная договоренность, на которую их брак был изначально обречен…
Эбби выпрямилась.
– Ты любишь только ту Эбби, которая тебя обожает, всем жертвует ради тебя и сделает все, чтобы быть с тобой. Но ты не любишь ту Эбби, которая ожидает от тебя того же.
Он нахмурился.
– А ты не любишь мужчину, который не способен подарить тебе детей.
– О, это не так. Меня не волнует, можешь ли ты подарить мне ребенка. Но ты даже не рассматриваешь другие варианты. Мои пожелания не в счет. Ты решил, что у нас должен быть временный брак без усыновления, и это окончательно.
– Так лучше для…
– Для тебя, да. Тогда ты ничем не рискуешь, думая, что я непостоянная женщина. Хорошо, тогда я удивлю тебя, Спенсер. Мне не нужен брак, где ты отказываешься мне доверять, рисковать ради меня. – Она вздохнула и затем сказала, то единственное, что могла. – Я подожду, пока Парламент закончит заседать, но после этого, я хочу уехать домой.
Спенсер замер, пораженный.
– Ты собираешься покинуть меня? – Он всматривался в ее лицо, его глаза излучали холод. – Ну, естественно. – Его мрачный смех прозвучал, словно нож в сердце. – Странно, не так ли? В конце концов, ты поступаешь именно так, как я и предсказывал. Хорошо, что это случилось так скоро.
После этой жестокой реплики он уехал.
С болью в сердце Эбби рухнула на диван. Она дура, если думала, что он когда–нибудь будет ей доверять. Он ждал, что она его оставит с того момента, как они встретились, и никакая любовь ничего не изменит.
Он прав – наверно, к лучшему, что их разрыв произошел так скоро. Но, почему так больно?
Глава 24
Слугам позволительно сплетничать о своих хозяевах только в тех случаях, если это необходимо, чтобы устроить счастье их работодателя.
Советы для Настоящего Слуги
Следующие несколько часов Спенсер провел в как в тумане. Он отвез Эвелину домой и встретился с сыщиками, которые только что вернулись. Они рассказали все, что знали и вручили ему письменные отчеты. Потом он отправился к Блейкли, рассказал ему, сколько осмелился, и попросил, чтобы они с Кларой сопровождали Эбби на праздник. В итоге, к тому времени, когда Спенсер покинул Лондон, часы пробили десять вечера.
А сейчас он сидел в карете, тер уставшие глаза, пытаясь в тусклом свете разобрать отчеты сыщиков. Полезного в сообщениях оказалось мало. Когда его люди уехали из Бристоля, Нэт там еще не появлялся. Но должен был появиться, учитывая даты на письмах Эвелины и то, когда Нэт покинул Уэльс.
Единственное, что обнадеживало так то, что сэр Хорас Пибоди, человек, с которым собирался встретиться Нэт, находился в своем поместье в пригороде Бристоля. Но даже если бы фортуна была на стороне Спенсера, он успел бы добраться туда только через день или два после приезда брата.
Благодарение Богу, Эвелина права в одном – Нэта необходимо привезти в Лондон и заставить посмотреть в лицо своим обязанностям. Кроме того, Спенсер с нетерпением ждал момента, когда брат попадет к нему в руки. Смерть от удушья – слишком мало для Нэта за то, что он разрушил жизнь брата своими безрассудными махинациями.
Отложив в сторону отчеты, он приглушил свет и положил под голову подушку. Он должен выспаться, пока еще есть возможность. Если они будут ехать всю ночь, то, возможно, приедут в Бристоль к завтрашнему вечеру, и поэтому ему нужны все силы, чтобы разобраться с Нэтом.
Спенсер закрыл глаза, что оказалось ошибкой. Не занятый сообщениями сыщиков, он мог свободно думать об Эбби¸ представлять ее в самых разных образах.
Эбби поперек его ног – раскрасневшаяся и удовлетворенная. Эбби, обменивающаяся с ним через голову Эвелины понимающим взглядом. Эбби с болью от предательства во взгляде.
С проклятьем он выпрямился и уставился в окно в безлунную ночь.
Черт бы побрал этих женщин! Почему она его так мучает!
Да потому что он желает ее. Даже после всего, что произошло, она нужна ему.
Спенсер чуть было не убедил ее остаться. Еще бы несколько дней, несколько стычек, подобным той, что произошла в столовой, и она была бы его. Но нет, он должен был все разрушить, рассказав, что отозвал сыщиков.
Ну почему он не солгал. Почему не сказал, что хочет поехать в Бристоль, чтобы встретиться со своими людьми. Именно это должен был сделать Спенсер–супершпион.
Но Спенсер–муж был слишком влюблен, чтобы мыслить разумно. Спенсер–муж совсем недавно обнаружил в себе досадную привычку говорить своей жене только правду. Даже если и знал, что случится в итоге.
И вот так, он сказал ей именно то, что имел в виду, – это было столь же ясно, как и то, что все кончено. По крайней мере, он не успел привыкнуть к присутствию жены в его постели, не привык просыпаться с Эбби в объятиях, смеяться вместе с ней над мелкими грешками светского общества.
И он не успел привыкнуть любить ее.
Ты любишь только ту Эбби, которая обожает тебя и готова принести в себя жертву, сделать что угодно, лишь бы быть с тобой. Но ты не любишь Эбби, которая ожидает от тебя в ответ того же.
Что за вздор! Только потому, что он предпринял несколько нечестных шагов, чтобы сохранить ее? Тот факт, что он идет на такие крайние меры, должен показать ей, что Спенсер любил ее.
Натаниэль поступил так из любви к тебе.
Слова Эвелины заставили виконта нахмуриться. То, что сделал он, и то, что сделал Нэт, – разные вещи. Нэту было все равно, чего хочет Спенсер…
Ты снова управляешь всем и вся в соответствии со своими желаниями и не думаешь о моих.
Он застонал. Черт побери! Да, Эбби, возможно, была права – он не думал о ее желаниях. Но чего она хотела, если ее желания были настолько безрассудными.
Натаниэль не думал, что у тебя не должно быть жены только из–за каких–то опрометчивых решений одного врача.
Он сойдет с ума. Черт возьми, он не такой бесцеремонный и беспечный, как его брат. И каждая его косточка, обладающая чувством собственного достоинства, вопила только при мысли об этом.
Хорошо, возможно он и был бесцеремонен в том, каким способом пытался удержать Эбби рядом. Но его стремление придерживаться принятого решения во всем остальном оказалось верным – и Эбби сама это доказала. Только посмотрите, как она стремилась оставить его. Если такая малость потребовалась, чтобы отправить ее обратно, то пусть уж он лучше страдает сейчас, чем позднее, когда полюбил бы ее еще сильнее.
Почему он должен жить с оглядкой, постоянно опасаясь, что какой–нибудь из его необдуманных поступков может в любую минуту стать причиной ее ухода? Что за радость он найдет в браке, в котором нужно будет ходить на цыпочках. В браке, в котором он будет жить в постоянном напряжении, зная, что когда–нибудь она…
И здесь на него снизошло спокойствие. Нет, она никогда не оставит его!
Черт, черт, черт! Именно это она пыталась втолковать ему. Если они по инерции перейдут в семейную жизнь, не принимая на себя никаких обязательств, они всегда будут слишком осторожны друг с другом, чтобы быть честными, слишком бояться, чтобы жить спокойно, слишком недоверчивыми, чтобы рискнуть всем ради счастья.
Он снова откинул голову на подушки. Она была права. Права с самого начала. Брак, в котором хотя бы одна из сторон не верит в его долговечность, не сможет принести радости и удовлетворения.
И если он хочет, чтобы Эбби была с ним, он должен выполнить все ее требования – принести в жертву его потребность держать все под контролем и просто довериться своей жене. Верить, что она не оставит его и быть довольным их бездетным браком.
Он потряс головой. Нет, он должен доверять ей еще больше. Дать ей детей, которые были бы не ее собственными, потому что она ясно дала понять, что она хочет детей.
Охватившее его желание настолько его переполняло, что он больше не мог ему сопротивляться. Перед ним была бездна. Он может преодолеть ее с помощью Эбби или, как трус, остаться и наблюдать, как она переправляется через нее одна и исчезает на противоположной стороне.
Спенсер отказался быть трусом.
Он принял решение, и на него нахлынуло такое сладкое чувство спокойствия и мира, что он задался вопросом – почему он так отчаянно этому сопротивлялся. Что за дурак он был: его жена предложила ему больше, чем он ожидал от жизни, а он чуть было не отбросил ее предложение в сторону.
Благодарение Богу за то, что Эбби была такой упрямой.
Его первым порывом было развернуть карету и погнать лошадей обратно в Лондон, чтобы рассказать ей обо всем, прежде чем ее сердце ожесточится против него. Но, к сожалению, такое решение было не слишком мудрым. Сейчас Эвелина нуждалась в Нэте, и он не может рисковать и позволить этому дураку удрать.
Но как только Спенсер вернется в Лондон и обнимет свою жену…
И только после этой мысли он смог наконец–то уснуть.
Остаток пути остался в памяти размытым пятном. Утро сменило ночь, а ему на смену в свою очередь пришел день. Спенсер ел, пил, справлял естественные потребности, но большую часть времени – спал. И мечтал об Эбби. О том, что ждет их в будущем. Об озорных мальчишках, дергающих ее за юбку и требующих мороженое, об обожающих своего папу хорошеньких девочках с пухлыми щечками.
Когда он проснулся в очередной раз и увидел, что солнце заходит, а Бристоль совсем рядом, рукой подать, его обдало волной облегчения. Он хотел привезти Нэта и поскорее покончить с этим, чтобы вернуться домой к Эбби.
Его жене.
Не расставаясь с этими мыслями, он разыскивал брата. Слава Богу, имение сэра Хораса было хорошо известно в городе. Важнее было то, что хозяин постоялого двора, указавший Спенсеру дорогу, рассказал, что сэра Хораса в его доме уже дважды посетил джентльмен из Лондона. На самом деле, сказал трактирщик, мужчина бывал там каждый вечер.
Спенсера охватила бурная радость. Все было почти кончено.
Но после его прибытия в имение Пибоди произошло нечто странное. Дворецкий не выглядел удивленным его появлению и даже пошел дальше, сказав, что «джентльмены» ожидали его к обеду, который, к сожалению, уже давно закончился. Хотя Спенсера и снедало любопытство об ожидающем его человеке – и для чего – он придержал свой язык и проследовал за слугой в кабинет сэра Хораса, где джентльмены наслаждались портвейном и сигарами.
Но как только было объявлено о прибытии Спенсера, и он вошел в комнату, все очень быстро прояснилось. Во–первых: «джентльменом из Лондона» действительно оказался Нэт. И, во–вторых: сэр Хорас и вправду ждал виконта Рейвенсвуда.
– Превосходно! Вам все–таки удалось сделать это! – доброжелательно произнес сэр Хорас, которого Спенсер видел впервые в жизни.
Нэт, однако, выглядел, словно увидел привидение:
– Спенс? А ты с какой стати… – он оборвал себя на полуслове. – Да, замечательно, что ты приехал так вовремя.
Происходило что–то странное, и у Спенсера было смешное чувство, что ему это не понравится:
– Вовремя для чего?
– Чтобы подписать бумаги, конечно же! – Вставил сэр Хорас, наполнив портвейном еще один бокал, очевидно, для Спенсера. – Мы ждали вас и даже после обеда, в надежде, что вы успеете подъехать, хотя ваш брат уже показал мне все документы, дающие ему право совершать сделки. Он боялся, что вы не сможете прибыть сюда, чтобы подписать все необходимое и получить купчую, но я очень рад, что вы все–таки смогли.
Итак, его бесчестный брат–вор, снова взялся за старое:
– Смею уверить вас, что мое удовольствие намного превосходит ваше, – сухо произнес Спенсер, сверля взглядом Нэта. По крайней мере, его брат проявил любезность и принял виноватый вид. – Напомните мне еще раз, что я покупаю?
Сэр Хорас нахмурился, и Нэт издал нервный смешок:
– Не обращайте внимание. Мой брат любит иногда пошутить, – он бросил на Спенсера обвиняющий взгляд. – Производство флаконов и склянок, разве не помнишь?
– Флаконов и склянок, – повторил Спенсер. Нэт украл приданое Эбби для этого? Что, черт возьми, он хочет делать с этим цехом по производству флаконов? И почему покупает их от имени Спенсера?
– Да, – торопливо продолжал Нэт. – Чтобы производить флаконы из голубого бристольского стекла для духов Эбби. В качестве подарка твоей жене.
Глаза Спенсера превратились в узкие щелочки:
– Конечно же, я забыл, – он спокойно улыбнулся сэру Хорасу. – Но, к сожалению, я переменил свое решение относительно покупки. Не были бы вы так добры вернуть любые деньги, которые передавал вам мой брат…
Сэр Хорас поднялся, его нос, напоминающий своим видом картошку, покраснел:
– Он ничего мне не передавал, мы еще не завершили сделку. Но ваш поступок крайне непорядочен, милорд. Я хочу знать, почему вы сначала посылаете своего брата, чтобы купить мое производство, а потом меняете решение без видимых на то причин. Почему? Я полдня вчера водил вашего брата по фабрике. А потом вы просто щелкаете пальцами и хотите все отменить?
– Это же мои деньги? – нарочито медленно протянул виконт. – И пока я ничего не подписал, право передумать остается моей прерогативой. Чем я воспользовался.
– Сэр Хорас, если вы только дадите мне и моему брату минуту, чтобы поговорить наедине, – начал было Нэт.
– В этом нет необходимости. – Спенсер схватил Нэта за руку. – Идем, Натаниэль. У тебя в Лондоне встреча, на которую ты опоздал уже на два месяца.
– Что? – спросил Нэт, пока Спенсер тащил его к двери.
– Приятель, – кричал им вслед сэр Хорас. – Ты уверен, что не хочешь взглянуть на мою собственность, прежде чем окончательно передумаешь. Мы могли бы сходить утром….
– Я в этом абсолютно уверен. – Это были последние слова Спенсера, прежде чем он вытолкнул брата из дверей кабинета и потащил к парадному входу.
– Отпусти меня, несчастный дурак, – шипел Нэт. – Я могу передвигаться без посторонней помощи.
– Именно это меня и беспокоит, – сказал Спенсер, не останавливаясь на своем пути к выходу. – Я боюсь, что без посторонней помощи ты уйдешь не в ту сторону.
Дворецкий удивленно моргнул, увидев, как они несутся через холл, но поспешно бросился открывать дверь. Мгновение спустя, Спенсер и Нэт уже сидели в карете. И как только она тронулась с места, младший брат взорвался:
– Ты понятия не имеешь, сколько времени ушло на то, чтобы все это устроить! Сколько фабрик по производству стеклянной тары я осмотрел, прежде чем остановился на этой! И Пибоди отдавал мне ее почти что даром, всего за четыре тысячи семьсот фунтов.
– Из денег Эбби, – рявкнул виконт.
– Не из ее денег, а из твоих. Приданое жены принадлежит мужу.
Он фыркнул:
– Смешно, но муж еще не видел ни копейки из этого приданого.
Нэт застыл. Он засунул руку во внутренний карман, вынул оттуда пачку банкнот и отдал ее Спенсеру:
– Вот. Здесь все, что я собирался передать сэру Хорасу.
Спенсер пересчитал деньги, с удивлением обнаружив, что там действительно четыре тысячи семьсот фунтов, и из приданого Эбби не хватало только трехсот фунтов. Которых как раз было достаточно для того, чтобы покрыть расходы Нэта и путешествие Эбби в Англию.
Но все же….
– Я думал, что ее приданое было в золотых монетах.
– Я обменял их в Америке, перед отъездом. Я не совсем идиот, чтобы плыть в Англию с пятью тысячами золотых монет в кармане. Ведь море так и кишит пиратами.
Спенсер в изумлении уставился на него:
– Так ты на самом деле покупал ту фабрику для меня? Или для Эбби?
Нэт пожал плечами:
– Вообще–то, когда я уехал из Америки, то надеялся, что доктор Мерсер проживет подольше. А к ее приезду я бы уже купил фабрику и начал бы дело, все деньги были бы уже вложены в собственность, и вы: ты или твоя жена не стали бы тогда сбывать дело с рук. Эбби осталась бы, чтобы помочь мне вести дела, ты был бы все время рядом с ней, и проблема с женитьбой…
– Да, и тогда мы с Эбби решили бы, что лучше оставить все как есть.
– Или ты настоял на чем–нибудь благородном, вроде фактического осуществления брачных отношений, для ее же безопасности, а она бы согласилась.
Нэт пристально посмотрел на брата. – Эта женщина уже была наполовину влюблена в тебя еще до того, как уехала из Америки. Почти каждые день после твоего отъезда она проводила, вознося тебе дифирамбы. Вот почему я знал, что мой план сработает. Она хотела тебя, а ты хотел ее. Я знал, что ты не позволишь ей уйти, коль она окажется здесь.
