355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сабрина Джеффрис » Неприличная любовь » Текст книги (страница 4)
Неприличная любовь
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:57

Текст книги "Неприличная любовь"


Автор книги: Сабрина Джеффрис



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Глава 5

А тот самозванец, что скачет со мной,

За рыцаря выдал себя,

Обещал меня сделать своею женой

И увез в чужие края.

«Леди Изабелл и элъфийский рыцарь», баллада неизвестного автора

Пробудившись ото сна, Джульет Лаверик обнаружила, что она в покачивающейся коляске, а лицо ее прижато к стеклу.

– Хорошо отдохнули? – спросил глубокий голос.

Она посмотрела на красивого мужчину, который сидел напротив нее, и все вспомнила. Она же сбежала с капитаном Уиллом Морганом, человеком, которого любит!

– Благодарю вас. – Господи, она лежит, свернувшись клубочком, как школьница. Джульет опустила ноги на пол и послала своему компаньону растерянную улыбку.

Но Уилл этого не заметил, его взгляд был направлен в окно.

– Видит Бог, вам надо было отдохнуть. – Прядь темных волос упала ему на лицо, что сделало его еще более привлекательным. – Скоро мы будем в Херст-Грин. Мы там пообедаем, и вы сможете как следует расслабиться.

Джульет очень понравилось это предложение. Как мило с его стороны пойти ей на уступки. Ведь он-то уверен, что за ними гонятся, хотя она тысячу раз твердила, что это невозможно. Сама мысль казалась Джульет смешной. Хелена редко покидала дом даже для того, чтобы отправиться в Стратфорд, и, уж конечно, не поехала бы за ними через всю Англию. А папа не смог бы преследовать их даже при помощи мамы Гриффа.

Но Уилл настаивал на быстрой езде. Они проехали так много миль за последние дни, что она уже и забыла, каково это спать вдоволь и есть не торопясь. Но зато он вел себя как джентльмен. В каждой гостинице Уилл заказывал два отдельных номера, и хотя Джульет иногда хотелось, чтобы он не так строго соблюдал дистанцию, со времени их отъезда из Стратфорда он не стал вести себя по отношению к ней более свободно.

А ведь она этого ждала, и холодность Уилла даже вызывала в ней раздражение. Ей хотелось покрыть все его дорогое лицо поцелуями. Но она не осмеливалась. Это бы его шокировало. Уилл умел держать свои эмоции в узде. И хотя она стремилась вести себя так же, с каждым днем ей было все труднее удерживать себя в рамках приличия с ним наедине.

– Как скоро мы доберемся до Уинчелси? – спросила Джульет.

– Думаю, уже сегодня вечером.

– И корабль вашего друга уже будет нас ждать?

– Все зависит от того, когда он придет в порт. А до этих пор мы остановимся у друга в гостях. Возможно, на пару дней, не больше.

– Если бы мы отправились в Бристоль.

– Я же говорил вам – у меня на это нет средств. А мой друг отвезет нас в Шотландию даром. – Осознав, как грубо прозвучали его слова, он более мягко добавил: – Дорогая, не волнуйтесь. Все будет отлично.

Его снисходительный тон не понравился Джульет. Когда они впервые встретились, это ее не волновало, ведь большую часть времени он был так мил – подтрунивал над ее застенчивостью и увлекательно рассказывал о войне на континенте. Ни один мужчина его возраста до тех пор не обращал внимания на Джульет, и она грелась в лучах его внимания. Уилл выслушивал все ее жалобы на излишнюю суровость Хелены, соглашался с тем, что миссис Грифф не слишком хорошо заботится о папе, сочувствовал ее удрученному состоянию после замужества Розалинд.

Джульет была уверена, что они с Уиллом созданы друг для друга, так же как Розалинд и Грифф. И когда он убедил ее, что папа не одобрит их брак, и предложил бежать, Джульет с готовностью согласилась, думая, что он ее любит. А ведь Уилл никогда не говорил ей об этом. Он уверял, что ему будет приятна ее компания, что будет заботиться о ней, но ни слова не сказал о любви. И Джульет посчитала это сдержанностью.

Но теперь его замкнутость беспокоила Джульет. Иногда ей казалось, что он относится к ней вовсе не как к возлюбленной, а как к ребенку – не лучше, чем Хелена и Розалинд.

Может быть, она слишком поспешно приняла решение и напрасно не прислушалась к мнению Хелены? Что, если она и вправду ошиблась в своем возлюбленном? Ну, уж нет, нельзя даже думать об этом! У Хелены ледяное сердце, она видит негодяя в каждом мужчине. И потом, Хелена и двух слов не сказала с Уиллом, откуда ей знать о его доброй натуре и покладистом характере?

Однако была одна вещь, которая особенно задевала Джульет, и молчать об этом она больше не могла.

– Уилл?

– Да, дорогая?

– А почему вы меня ни разу не поцеловали?

Он пристально посмотрел ей в глаза. Так папины гончие смотрят на кусок баранины, поджаривающийся на вертеле. Холодок пробежал у Джульет по спине – она ни разу не видела такого горячего, такого жадного взгляда. Ей стало страшно.

– Вы хотите, чтобы я вас поцеловал? – наконец спросил он хрипло. Казалось, эти слова вырвались помимо его воли.

– Конечно! – Она поняла, что ведет себя неприлично, и тут же добавила: – Я… я имею в виду, что… ну, мы же скоро поженимся, а вы до сих пор ни разу не прикоснулись ко мне. Даже юноши из Стратфорда пытались меня поцеловать… – Великий Боже, как все это ужасно звучит! – Но я им не позволяла, – быстро добавила она.

Улыбка тронула его губы.

– Могу себе представить.

Его вежливость еще больше рассердила Джульет.

– Но вы хотя бы считаете меня привлекательной? – Он быстро отвернулся.

– Вы же прекрасно знаете, что да.

– Так почему же вы… ну…

– У меня сейчас другое на уме, – отрезал он. – У нас будет уйма времени на все это, когда мы поженимся. А сейчас надо беречь силы для путешествия. Оно обещает быть утомительным.

«Оно бы не было таким изматывающим, если бы ты вел себя по-другому», – с горечью подумала Джульет, разочарованная его ответом. И чего она ожидала? Что он бросится к ней навстречу и подарит страстный поцелуй, как это бывало между Гриффом и Розалинд?

Да. Она ожидала именно этого.

Заметив ее разочарование, Уилл мягко добавил:

– Я только стараюсь относиться к вам с тем уважением, которого вы заслуживаете. Я бы не посмел запятнать вашу честь, ведь мы еще не женаты. Думаю, вы меня понимаете.

Но Джульет не понимала, хотя и не могла признаться в этом вслух, опасаясь, что он сочтет ее развратной. Однако ей все чаще хотелось, чтобы он не был таким образцовым джентльменом.

В сотый раз Хелена пожалела о том, что Дэниел Бреннан так мало похож на джентльмена. Воспитанный человек не позволил бы себе так грубо разговаривать с дамой, и уж тем более отдавать ей приказы. И еще он не выделил бы ей так мало времени на сборы.

Всего час, подумать только! Как может женщина собраться за такой срок, если учесть, что все ее наряды не подходят для поездки? Хелена потратила полчаса на то, чтобы решить, какие из ее платьев все же можно взять с собой, и оказалось, что их всего два, причем одно надето на ней. А еще надо было обдумать, без каких вещей она не сможет обойтись в дороге и что захватить для Джульет в случае, если та найдется.

«Взять одну сумку!» – приказал злой тиран. Очевидно, это еще один способ отговорить ее от поездки. Как будто в экипаж Гриффа не поместится больше багажа.

Ну что ж, она и собрала одну сумку. Одну, но очень большую.

Хелена наклонилась, чтобы ее застегнуть, и тут ее взгляд упал на свод правил миссис Нанли. Может быть, взять книгу с собой? Ей не помешает иметь под рукой напоминания о приличиях – хотя бы о тех, которые она еще не успела нарушить. Мистер Бреннан – один из тех мужчин, которые заставляют женщин забыть о хороших манерах. Хелена кое-как запихнула книгу в сумку и позвала лакея.

Спускаясь по лестнице, она почувствовала тревогу. Прошло уже чуть больше отведенного часа, а ведь Бреннан был таким упрямцем, что вполне мог выполнить свое обещание и уехать без нее. И действительно, Хелена увидела, как он покидает холл.

– Подождите, мистер Бреннан! – воскликнула она и заспешила вниз так быстро, как только позволяла ее больная нога.

Он обернулся и увидел лакея, несущего ее сумку.

– Кажется, я сказал вам взять только самое необходимое.

– Я так и сделала. – Он остановил лакея:

– Поставьте сумку здесь, я о ней позабочусь.

– Надеюсь, вам не придет в голову оставить мой багаж в Найтон-Холле! – воскликнула Хелена. Она уже спустилась с лестницы и была в нескольких шагах от него. – Мужчинам требуется гораздо меньше вещей, чем женщинам, а мы даже не знаем, как долго придется ехать.

– Все равно… – начал, было, он, но, взглянув на Хелену, остановился. – Так не пойдет, миледи.

Ну, нет, ему не удастся ее запугать.

– Вы хотите сказать, что я не смогу поехать с вами только из-за того, что у меня слишком большая сумка?

– Я сейчас говорю не о сумке. – Он взглядом показал на ее шею. – Я о кружевах.

Хелена инстинктивно дотронулась рукой до горла. Тоненькая полоска кружев была единственным украшением на этом платье, поэтому-то она и выбрала его для путешествия.

– Это самый скромный из моих нарядов, – сказала она с сарказмом. – Я очень сожалею, что на нем есть маленькое украшение, но, если бы у меня было время, я бы его убрала.

Бреннан удивленно вскинул бровь. Затем достал из кармана какой-то предмет, подошел к ней и, не говоря ни слова, взялся за конец ее кружев. Тут Хелена увидела, как в его руке сверкнула сталь, и поняла, что он хочет сделать.

– Да как вы смеете?! – прошипела она, но было уже поздно.

Ловким движением Бреннан надрезал край кружевной полоски на ее воротнике и аккуратно ее оторвал. Его глаза холодно блестели.

– Вот так. И никакого времени не потребовалось.

Затем он спрятал кружева в карман, взял ее сумку и направился к двери. Хелена последовала за ним, сердито отбивая ритм тростью на мраморном полу.

– Даже молочницы носят кружева, да будет вам известно, – проворчала она.

Он остановился так быстро, что Хелена чуть было, не наскочила на него.

– Вы, кажется, что-то сказали, миледи? Насколько я помню, одним из моих условий было то, что вы будете держать свои мнения при себе. И вы с этим согласились.

Чума возьми все эти его условия! Им почти также невозможно подчиняться, как правилам миссис Нанли, и если бы грубиян не поглядывал на нее так, будто хотел сказать: «Я же знал, что вы не справитесь», – она бы ему об этом сообщила. Хелена гордо подняла голову и проследовала мимо своего мучителя в открытую дверь.

– Вы меня не поняли, мистер Бреннан. Я только хотела сделать вам комплимент за ваше знание женской моды.

– Да неуже-е-ели? – протянул он. – Тогда вам лучше удержаться и от комплиментов, а не то я решу, что вы передумали ехать.

– Вы же прекрасно знаете, что я никогда… Боже, что это?

Она застыла на верхних ступеньках крыльца при виде огромного коня, нетерпеливо бьющего копытом в ожидании седока. Его поводья держал конюх, но даже он с опаской поглядывал на гигантское животное.

– Это моя лошадь, – отозвался Бреннан за ее спиной. – А на ком, по-вашему, должен ездить мужчина моего роста? На пони?

За этой лошадью стояла другая, не такая огромная, но все же достаточно крупная, чтобы испугать Хелену. Бреннан подошел к конюху, который ее держал, и протянул ему сумку:

– Вот, возьмите. Пристройте как-нибудь ее вещи позади седла.

– Хорошо, сэр, – пробормотал тот и принялся за работу.

– Но мы же не… Где наша коляска? – пролепетала Хелена.

– Мы не берем коляску, – спокойно ответил Бреннан, возвращаясь к ней. – Это замедлит наше передвижение, а дело требует спешки. – Он протянул ей руку, помогая спуститься по ступенькам. И, как будто это только что пришло ему в голову, добавил: – Погодите-ка, вы же, кажется, не можете ездить верхом? А я и забыл.

Хелена хмуро посмотрела на него. Злодей! Что ж, его наивная тактика не сработает.

– Конечно, могу.

Он удивленно взглянул на нее:

– Но ваш отец говорил совсем другое этим летом.

– Так вы же забыли об этом, не правда ли? – Губы Хелены дрогнули, но она продолжила, глядя на него снизу вверх: – Папа ошибся. Я смогу справиться с любой лошадью, которую вы мне дадите.

«Благовоспитанные молодые леди всегда говорят правду», – с горечью вспомнила Хелена. Когда-то она скакала на лошади каждый день, если позволяла погода. Но с тех пор как с ее ногой случилась беда, прошло восемь лет. За это время Хелена ни разу не возобновляла своих занятий, опасаясь, что кто-нибудь увидит, как она неловко держится в седле. Но ей придется справиться с этим. Она не останется в Лондоне, каких бы еще сюрпризов ни приготовил для нее мистер Бреннан.

Он с сомнением посмотрел на Хелену:

– А нога вас не будет беспокоить?

Конечно, будет, но он не должен об этом знать. Хелена оперлась на его руку.

– Ни в коей мере.

Больше Бреннан не сказал ни слова, и они медленно подошли к лошади. Вблизи она казалась еще выше. Хелена вздрогнула – похоже, понадобится стремянка, чтобы взобраться на такую высоту.

И сможет ли она управлять лошадью, несмотря на свое увечье? Ей придется припомнить все утерянные навыки и придумать, как удержать равновесие, если нога начнет болеть. Но память не слишком хороший союзник. Раньше Хелена была совсем другим человеком. Не мозг, а тело управляло ее ездой, но разве тело может что-нибудь вспомнить? Ведь нельзя же заставить больную ногу двигаться так, как раньше.

Бреннан взглянул ей в лицо, и его глаза засветились сочувствием.

– Хорошая моя, а вы уверены в своих силах? Я бы не хотел, чтобы вы пострадали.

На помощь Хелене пришла гордость. И толика того упрямства, которым славилось все семейство Лаверик.

– Абсолютно уверена. Помогите мне только взобраться на лошадь.

– Ну конечно. – Он взял у нее трость и закрепил на задней луке седла. Прежде чем она поняла, что происходит, мистер Бреннан развернул ее лицом к себе и взял за талию.

– Но я имела в виду стремянку! – воскликнула она, внезапно испугавшись. – Вы же не сможете поднять меня так высоко!

Он усмехнулся:

– Вы сомневаетесь в моей силе?

Хелена в нерешительности посмотрела ему в лицо. Он ждал ответа, спокойный и твердый. Нет, не его силу она брала под сомнение, а свою собственную. Вдруг мистер Бреннан поднимет ее, а она не сможет сесть в седло и упадет прямо на него, если не на камни мостовой?

Он придвинулся ближе.

– Доверьтесь мне, – прошептал он, и его нежное дыхание обожгло ей щеку. – Такую соломинку, как вы, я смогу поднять одной рукой. Я не позволю вам упасть, девочка, обещаю.

Как ни странно, эти слова успокоили ее. Его руки лежали на ее талии, и сквозь тонкий муслин она чувствовала исходящий от них жар. И силу. Она же видела его мускулы вчера утром. Если кто и сможет посадить ее в седло, так это мистер Бреннан. Кроме того, чем дольше она колебалась, тем острее сознавала, что солгала по поводу своего умения скакать верхом.

– Хорошо, – сказала она, глубоко вздохнув, – я готова.

Не успели слова слететь с ее губ, как она была уже в воздухе. Мускулистые руки посадили ее на лошадь с такой же легкостью, с какой ласточки садятся на подоконник. К ее удивлению и радости, она сумела ловко перекинуть правую ногу через седло и прочно в нем уселась.

Когда Хелена оправила свои юбки и все, что оставалось Бреннану, – это закрепить стремя для ее больной ноги, она взглянула на него, ликуя. Это был триумф. Он одобряюще улыбнулся:

– Ну что ж, похоже, вы действительно умеете скакать на лошади. Или хотя бы уверенно сидеть в седле.

Комплимент совсем вскружил голову Хелене. И правда умеет. Она держится в седле так же, как восемь лет назад, когда ее нога еще была здоровой. Хелена заметно повеселела. Она взобралась на лошадь! Не без посторонней помощи, конечно, и еще неизвестно, что может случиться при езде, и все же она это сделала!

Радость Хелены передалась мистеру Бреннану. Его глаза так же озорно горели, как летом в Свен-Парке, когда он ее поддразнивал. Затем он сосредоточился на том, чтобы помочь ей вдеть в стремя больную ногу, и обхватил ее лодыжку.

– Мне следовало бы предупредить вас, что мы поедем верхом, чтобы вы надели подходящую юбку, – пробормотал он. – Эта коротковата для езды.

Хелена увидела, что ее нога выглядывает из-под задравшегося подола. Она тщетно попыталась одернуть юбку, но та была слишком коротка и не прикрывала полностью икру. Бреннан не смог устоять перед соблазном. Он медленно провел рукой вдоль лодыжки до икры, как будто проверяя, насколько сильна ее нога.

– Девочка моя, а вы уверены, что справитесь? – Хелена внутренне сжалась при одной мысли о том, что его пальцы обхватили ее увечную ногу, – высохшие мышцы вполне можно прощупать через тонкий чулок. И все же его прикосновение, мягкое, почти ласкающее, волновало ее. Она почувствовала жар, исходящий от его пальцев. Что, если он проведет ими выше, до коленки, а потом туда, где заканчиваются чулки, ведь он наверняка ведет себя так со своими любовницами? Если он станет ласкать ее бедра так же нежно, как сейчас гладит ее икру, от подвязки и дальше, туда, где он сможет спрятать свои пальцы и…

Лицо Хелены горело. Как она могла подумать об этом? Мама была права. Она всегда говорила, что стоит леди нарушить одно из правил поведения, остальные разлетятся в стороны, как брызги.

– Я… я надеюсь на это, – пробормотала она. – А теперь, будьте любезны, отпустите мою ногу. Мы можем двинуться в путь. Вы же сами говорили, что дело срочное.

Бреннан убрал руку, и на его лице появилась усмешка.

– Да, это правда. Но даже в спешке мужчина не должен пренебрегать шансом узнать, что находится под юбками у хорошенькой женщины.

Наглец подмигнул Хелене и отправился к своему огромному коню. Какая дерзость! Словно он догадался о ее непристойных мыслях. Безхомнения, это самый отъявленный бесстыдник из всех, кого она встречала!

И почему его слова вызвали такие… интересные картины в ее воображении? Эти видения стали еще ярче, пока она наблюдала, как мистер Бреннан садился на лошадь, – мускулы на его ногах, обтянутых брюками, напряглись, и он в мгновение оказался наверху. У Хелены пересохло во рту, когда его упругий зад опустился в седло, – с той же легкостью, с какой, возможно, его любовницы садятся к нему на колени. Она не должна об этом думать. Эти мысли смешны, глупы… порочны. Кожа на ее ноге до сих пор горела в том месте, где он до нее дотрагивался.

К Бреннану подошел конюх и показал ему несколько вещей, которые он решил выложить из ее сумки. Это были безделицы, и все же Хелене не понравилось, что он посмотрел на них насмешливо и велел унести в дом. Вот тиран!

Но вдруг он приказал конюху подождать, взял одну из вещей и спрятал в карман. Хелена не смогла увидеть, что именно, и ее любопытство было задето.

– Готовы, миледи? – спросил Бреннан, взявшись за поводья.

Любопытство вмиг исчезло. Она поспешно ухватилась за поводья. Теперь Хелена должна доказать, что умеет ездить верхом. Несмотря на все свои сомнения и неуверенность.

Глава 6

Она скакала на буланом,

А он на черном скакуне.

Достигли моря утром ранним,

Волнуясь о грядущем дне.

«Леди Изабелл и эльфийский рыцарь», баллада неизвестного автора

На то, чтобы выехать за пределы Лондона, у них ушел час. Улицы города были переполнены экипажами и колясками, лоточниками и праздными гуляками. И все же Дэниел благодарил Бога за этот хаос, отвлекающий его внимание от женщины, которая ехала рядом.

Однако, как только они выехали на большую дорогу, его мысли вновь сосредоточились на ней. Леди Хелена держалась в седле лучше, чем он ожидал. Дэниел готов был поклясться, что она солгала насчет своего умения скакать верхом, чтобы насолить ему. Он также надеялся, что она сочтет поездку без горничной неприличной и откажется от своей затеи.

Но она согласилась на все. Когда леди Хелена решительно подошла к лошади, Дэниел понял, насколько серьезны ее намерения.

Конечно, неосторожно было с его стороны помогать ей сесть на лошадь. Надо было попросить об этом конюха или принести стремянку. Но ему хотелось прикоснуться к леди Хелене с тех самых пор, как он увидел ее в первый раз.

Он думал, что такая святоша, как она, обязательно должна носить корсет. Однако, к его удивлению, ее тонкая талия – такая тонкая, что он легко обхватил ее своими ладонями, – не была ничем затянута. А когда она задрожала от страха, он пожелал большего, чем просто погладить ее лодыжку. Ему захотелось помочь ей расслабиться, шептать слова утешения, прижав к себе так близко, чтобы был слышен взволнованный стук ее сердца. С каким удовольствием он бы заключил ее в объятия! Впрочем, Дэниел был бы также не против снова дотронуться до ее ноги.

Вот почему, когда они снова остановятся, надо попросить кого-нибудь помочь ей спешиться. Несколько таких соприкосновений, и ему придется искать ледяной источник, чтобы охладить пыл своего Джона Томаса. Видимо, в этих нудных правилах приличий все же есть смысл – такому, как он, лучше не путешествовать вдвоем с женщиной ни при каких обстоятельствах. Особенно если эта женщина сводит его с ума.

Сзади раздался звук жестяного рожка. Они перешли на шаг и отъехали в сторону, освобождая дорогу для почтовой кареты. Сверкнули красные колеса, и экипаж, полный пассажиров и коробок с письмами, громыхая, пролетел мимо них. Леди Хелена пришпорила лошадь и поравнялась с Дэниелом.

– Почему мы свернули на Танбридж? – крикнула она. Значит, она заметила, по какой дороге они поехали.

– Потому что Морган с вашей сестрой направились сюда.

– Но это же юг.

Дэниел кивнул. Дорога ведет в Суссекс. Именно там обитает банда Крауча. Но может, Прайс выбрал этот путь по другим причинам?

– Большинство контрабандистов прячут свои катера на прибрежной полосе от Суссекса до Кента, – объяснил он. – Возможно, Морган тоже. Поэтому они и поехали на юг.

Похоже, леди Хелену это не убедило. Она выглядела прямо-таки больной – щеки бледные, губы плотно сжаты.

– Вам не стоит так беспокоиться, – постарался он развеять ее страхи. – Они просто выбрали не тот путь, который мы ожидали.

– Я знаю. – Она послала ему вымученную улыбку. – Дело не в этом. Я немного голодна – слишком рано позавтракала.

Подумаешь, Дэниел вообще не завтракал.

– Я надеялся, что мы доедем до Бромли. Там поедим и дадим лошадям передохнуть. Это еще час езды. Потерпите?

Лицо леди Хелены исказилось паникой. Но она тут же взяла себя в руки, и Дэниел решил, что ему это померещилось.

– Да, конечно. Но с такой скоростью мы туда за час не доедем.

Он усмехнулся. Снова она оттачивает на нем свой язычок. Однако тут она права, надо ехать быстрее. Бреннан подстегнул коня, и тот поскакал рысью, а затем галопом. Леди Хелена вскоре его догнала.

Солнце освещало дорогу впереди, на обочине еще были видны следы прошедшего дождя. По телу Дэниела разлилось тепло. Они миновали пшеничное поле, на котором крестьяне молотили зерно, проехали вдоль зарослей кустарника и поднялись по тропинке вверх, туда, где над окрестными холмами горделиво возвышалась мельница.

А ведь эта поездка не так плоха! Свежий воздух придал Дэниелу сил, он поднял глаза на небо, чистое и яркое, и с минуту наблюдал за парящим в нем орлом. Временами копоть и смог Лондона вызывали в нем тупую апатию, и тогда он жалел, что переехал сюда жить. Правда, это случалось не слишком часто – деревня наскучила бы ему куда быстрее. И все же иногда ему хотелось скрыться подальше ото всех этих джентльменов, которые терпели его общество только из-за его дружбы с Гриффом и собственной любви к наживе.

Дэниелу нравились приключения, и он чувствовал, что впереди его ожидает одно из них, конечно, в случае, если Прайс и Джульет не успеют скрыться. Если они сядут на катер сразу же, как только доберутся до побережья, то поймать их будет невозможно. Он очень надеялся, что беглецам придется ждать корабль. Хотя леди Хелена и раздражала его иногда, он был не в силах видеть ее горе. Если они, приехав в Суссекс, узнают, что ее сестра отплыла в Шотландию, то…

Возможно, она отправится за ними вплавь. Отважная девушка. Его губы тронула улыбка. Хотя Дэниелу и не хотелось в этом признаваться, он восхищался ее мужеством. Приехать в одиночку в Лондон, по дороге останавливаясь в гостиницах и ловя на себе подозрительные взгляды постояльцев, – наверное, это было настоящим испытанием для ее гордости. Девочка очень хочет спасти сестру, в этом ей не откажешь. Жаль только, леди Джульет вовсе не желает, чтобы ее выручали.

Прошло больше часа, когда перед ними появились соломенные крыши домов. Это была окраина Бромли. Леди Хелена всю дорогу не отставала от Дэниела и придержала узду, только когда они въехали в деревню – на обочине дороги играли дети.

– Мистер Бреннан, – окликнула она его. – Да?

– Как мне называть вас на людях? – Вопрос привел его в замешательство.

– А что не так с моим именем?

Леди Хелена молчала, и Дэниел обернулся в ее сторону. Она еле заметно морщилась, а плечи держала неестественно прямо. И как у нее не болит спина от такой посадки?

– Я имею в виду… если мы… – Она сжала поводья трясущимися руками. – Как вы объясните, что мы путешествуем вместе?

Ах, вот что ее волнует – угрозы Дэниела, что ей придется изображать его жену. Гордячка, похоже, не на шутку встревожена. Надо предоставить ей право самой придумывать версию.

– А вы что предлагаете?

– Я не знаю… – Она наклонилась вперед, чтобы он не смог увидеть ее лицо. – Полагаю, выбор у нас небольшой.

– Ну что ж, я подумаю над этим и дам вам знать.

Она права – выбор действительно невелик. Если дама из высшего общества путешествует в компании с мужчиной, то это ее отец, брат или муж. На один краткий миг Дэниел представил себе, что он на самом деле ее муж. Вот она лежит в его постели, на губах – легкая нежная улыбка, а ее волосы…

Он представлял себе их тысячи раз – и всегда это было куда более эротично, чем любая непристойная картинка. Вот они просто лежат вдоль обнаженных плеч. Вот он накручивает пару локонов на палец, и они щекочут ему ладонь. Или так: часть волос прикрывает одну из ее грудей, и ему хочется их откинуть и дотронуться до набухшего розового сосочка…

Дэниел выругался про себя. И богатое же у него воображение. Это навело его на мысль – они не должны снимать одну комнату на двоих. Ни при каких обстоятельствах. Он не сомкнет глаз, представляя, как выглядит ее грудь, прикрытая только мягкими каштановыми волосами.

К счастью, они наконец-то добрались до гостиницы «Дикий вепрь». От ее дверей как раз отъезжала почтовая карета, которая обогнала их по дороге, а это значило, что холл опустел и можно спокойно позавтракать. Поскорее бы приступить к еде. Может быть, утоляя один голод, он забудет про другой.

Хелена тоже обрадовалась, увидев здание с деревянной отделкой. Ее больную ногу свело судорогой от бедра до пятки, да и здоровая болела ненамного меньше. Ей нужно было время для того, чтобы прийти в себя и продолжить путь. Хотя, откровенно говоря, она не знала, как сможет двигаться дальше.

Они притормозили у входа. Навстречу тут же бросились два конюха. Бреннан спешился, но, вместо того чтобы подойти к Хелене, остановился поговорить с одним из них. Второй конюх предложил ей помощь, и она с благодарностью согласилась. Хорошо, что не мистер Бреннан обхватит ее талию сильными руками, заставляя ее сердце учащенно биться. Она почувствовала облечение и… небольшое разочарование.

Хелена объяснила конюху, что ей понадобится стремянка, но тот был высоким и крепким и легко опустил ее на землю. Однако когда она почувствовала почву под ногами, то поняла, что попала в беду. Ее ноги подкашивались, и ей пришлось схватить своего помощника за руку. Великий Боже, да она и шагу не может ступить без боли, несмотря на трость, которую конюх ей услужливо подал.

– Похоже, у вас неприятности, мисс, – сказал он. – Хотите, я отведу вас внутрь?

– Нет! – Хелена бросила взгляд на своего спутника и обрадовалась, что тот ничего не видит. – Мне понадобится только небольшая помощь. – Она понизила голос и кивнула в сторону мистера Бреннана: – Прошу вас, мне не хочется, чтобы он узнал о том, что у меня проблемы. Позвольте мне на вас опереться. Я дам вам шиллинг, если вы ничего ему не скажете.

Как же далеко она отошла от праведной тропы миссис Нанли! Теперь она платит невинным людям за то, чтобы они покрывали ее ложь!

Однако конюх, не моргнув глазом, крепко обхватил Хелену за талию. При помощи его руки и собственной трости она кое-как добралась до гостиницы. Просторный холл пустовал, а мистер Бреннан был занят тем, что заказывал еду. Когда он подошел к Хелене, она уже сидела за дубовым столом. Ей повезло, и он ничего не заметил.

Однако Хелена не могла даже пошевелиться, каждый мускул ее тела ныл от боли. А этот неотесанный мужлан, похоже, совсем не устал от езды. «Наверное, его зад сделан из железа», – проворчала она про себя.

Действительно, Бреннан выглядел вполне жизнерадостным, когда плюхнулся в кресло напротив Хелены.

– У них есть только кусок говядины да вареная морковь, а еще хлеб, сыр и голубиный пирог. Немного, но до вечера хватит.

– Да, этой еды хватило бы всего на два дня, – холодно сказала она. – Неужели они не могли припасти еще окорок и баранью ногу? Мы же умрем от голода!

Бреннан удивленно посмотрел на нее:

– Вот вы смеетесь, а набить такое брюхо, как у меня, совсем не простая задачка. – В его глазах заплясали озорные искорки. – Добрая английская говядина – вот что дает мне силы сажать в седла таких девушек, как вы.

Терпеть его шутки в тот момент, когда все ее тело от макушки до пят пронизано болью, – это уж слишком.

– Значит, это благодаря доброй английской говядине вы ведете себя как дикий буйвол, – парировала она.

– Нет, как раз из-за ее недостатка в работном доме. Впрочем, там никакого мяса не было. Когда мальчишка голоден, он и маму родную продаст за тарелку бульона, куда уж там заботиться о манерах.

Он сказал об этом просто, как о чем-то естественном. Можно было подумать, будто все мальчики из работных домов впоследствии становятся преуспевающими дельцами.

– Но ведь вы могли научиться манерам позже, когда… попали в хорошее общество.

– Хорошее общество? – Он засмеялся. – Вы имеете в виду контрабандистов? Или речь идет о временах, когда Грифф взял меня на работу, и я стал посредником между ним и своими старыми дружками? – Он прищурился: – Погодите-ка, кажется, я знаю, кого вы имеете в виду. Моих деловых партнеров, таких как граф Монтфорт, которого вы видели в моем офисе. Вот что для вас хорошее общество – сиятельный граф и все его девушки легкого поведения. Ведь он именно таких любит. Где, по-вашему, я с ним познакомился? Он может хвастать своими изящными манерами перед такими барышнями, как вы, но, будьте уверены, с него слетает весь лоск, когда он забавляется с девчонками миссис Берд.

– Кто такая миссис Берд? – Вопрос слетел с ее языка раньше, чем она поняла, какого сорта должна быть эта женщина.

Он снисходительно улыбнулся:

– Скажем так, это не та дама, с которой вам стоит когда-нибудь познакомиться.

– Почему же? Не так давно я ведь встречалась с одной девушкой легкого поведения.

Боже, неужели она это сказала? Благовоспитанные молодые леди никогда не упоминают о женщинах дурной репутации, особенно в присутствии мужчин.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю