Текст книги "Сокровище Эдема"

Автор книги: С. Линни

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

«Если бы это был кто угодно другой, а не Марк, я решила бы, что это предложение сделано с определенным умыслом», – подумала Ричардс.

– Ну же, Джейме, решайся, – настаивал Марк. – Я не видел тебя с похорон Пола. А ведь мы поклялись не терять друг друга из виду.

– Но подожди!.. Ты ведь принимаешь участие в работе Всемирного экономического форума, приехал сюда, чтобы убедить людей пересмотреть существующую модель рыночной экономики. Как я могу тебя от этого оторвать?

– Я уже провел презентацию. У меня состоялись встречи со всеми теми, с кем я хотел повидаться. Что я еще могу пропустить? Торжественный ужин, устроенный компанией «Майкрософт»?

– Я слышала, будто это должно быть что-то любопытное, и знаю пароль, – насмешливо добавила Джейме.

В Давосе это было расхожей шуткой, поскольку пароль знали абсолютно все.

– Я серьезно. Даже если я туда пойду, какова вероятность того, что в окружении толпы из тысячи человек мне удастся с кем-нибудь поговорить по делу?

– Но…

– Это исключено. Итак, у меня как раз завершилось мировое турне. Я только что выступил на Всемирном экономическом форуме и побеседовал в приватной обстановке с упрямыми ослами, которые ни за что не собираются отказываться от возможности заработать большие деньги, какими бы ни были последствия этого для грядущих поколений. Почему бы мне не устроить себе небольшой отпуск? Я устал. Не сомневаюсь, далеко не так, как ты, но все равно замотался. Так давай же поможем друг другу отдохнуть.

– Марк, это было бы просто замечательно! А где во Франции этот Лак-Аржан? Как туда добраться?

– Это на севере, в провинции Шампань. А как туда добраться… Пусть для человека, который проповедует ответственность перед окружающей средой, это как-то стыдно, но можно добраться моим личным самолетом, из Цюриха в Реймс.

– А что в этом такого стыдного?

– Тот лимузин, который ты видела, не мой. А вот личный самолет, сжигающий прорву горючего, – тут я виноват. Я просто не смог найти другой удобный способ путешествовать… при моих нынешних обстоятельствах.

– Знаешь, а я как раз собираюсь получить лицензию пилота, – сказала Джейме. – Так что с удовольствием слетаю с тобой во Францию.

– Значит, ты согласна?

– Давай просто скажем, что я хочу посмотреть провинцию Шампань. – Джейме рассмеялась.

***

25 января 2007 года, 21.35

(1 день 12 часов 55 минут до окончания аукциона)

Лак-Аржан, Франция

«Это мечта, – размышляла Джейме. – В любую минуту раздастся звонок, я проснусь в своем бараке на базе “Анаконда” и услышу что-либо очень плохое. Этого просто не может быть на самом деле».

Последние несколько часов оказались просто волшебными. Когда Джейме и Марк приехали в аэропорт Цюриха, там их уже ждал один из помощников музыканта с пакетом с закусками, которыми они подкрепились в ангаре, пока самолет заправлялся горючим. По пути Шепард выяснил у Джейме размеры ее одежды. Помощник вручил ей маленький чемоданчик с удобным спортивным костюмом, темной юбкой, двумя водолазками, серой футболкой с надписью «Цюрих», нижним бельем, туалетными принадлежностями, косметикой и двумя парами джинсов. Джейме мысленно порадовалась тому, что за истекшие двадцать четыре часа мужчины купили ей больше вещей, чем за последние тридцать лет.

В особняке Шепарда во Франции никто не ждал неожиданного возвращения хозяина, но одного звонка хватило, чтобы привести в действие хорошо смазанный механизм. Они приехали еще засветло, и Марк успел провести свою гостью по окрестностям замка XII века. Они обошли виноградники и поля, заглянули на луга, где паслись овцы и лошади. Затем Шепард показал Джейме свою студию, оснащенную по самому последнему слову техники и расположенную в одной из пристроек, что не только давало возможность записывать новые альбомы рядом с домом, но и обеспечивало жителей деревни стабильным доходом.

Когда Марк обещал на следующий день показать Джейме деревню и окрестности, у него зажглись глаза.

– В этом уголке Франции гораздо проще сохранять единение с природой, потому что здесь в первую очередь люди живут землей. Но что касается собственных возобновляемых источников энергии, тут получилась одна совершенно неожиданная вещь. Как и во всем мире, старшее поколение едва удерживает детей на селе: трудиться на земле скучно, если не придумать что-нибудь радикальное и нестандартное. Так вот, у нас тут молодое поколение активно работает над созданием модели экологического общества. – Подмигнув, он продолжал: – Конечно, очень кстати и то, что ребята помогают обслуживать студию и общаются с ведущими мировыми музыкантами.

Его домоправительница, она же кухарка, мадам Альперн обрадовалась возможности блеснуть своим мастерством и приготовила восхитительный ужин из форели, приправленной миндалем, с местными корнеплодами.

Когда они ужинали на кухне за простым деревенским столом у каменного очага, болтая с мадам Альперн, спешившей поделиться с ними последними новостями, Джейме впервые за долгое время подумала, что жизнь без Яни также может быть наполнена какими-то радостями.

После ужина Марк пригласил Джейме подняться наверх, в жилые помещения. Он проводил ее в комнату для гостей, предложил выбрать в гардеробе купальник и сказал, что будет ждать в своей ванной. Там сохранился старинный действующий камин, а у большого окна с видом на окрестности стояла джакузи. Марк и Джейме сидели в бурлящей воде, потягивали вино и смотрели на то, как над маленькой речушкой, протекающей невдалеке, восходит луна.

Все это оказалось так неожиданно и восхитительно, что Джейме не смогла придумать другого способа подначить Марка:

– Ну и сколько женщин прошло до меня через все это, если судить по обильному запасу купальников?

Похоже, Марк обиделся, как будто был готов услышать подобное от кого угодно, только не от нее. Джейме стало стыдно. Она, уступив собственному чувству неуверенности, поступила… ну, в общем, как сомневающаяся в себе особа, сидящая в горячей ванне вместе с привлекательным мужчиной, несомненно не страдающим от недостатка женщин.

– Джейме, я… – начал было Марк.

– Извини, Марк. Честное слово, извини. Можешь ничего не объяснять.

– Не стану лгать, было время, в дни молодости, когда я находил таким соблазнительным пройтись по морю красивых девушек, – сказал он. – Мы с ребятами… порезвились вволю. Однако к тому времени, когда я познакомился с Ондиной, то уже успел пресытиться влюбчивыми поклонницами, шестьдесят процентов из которых были уверены в том, что одной-единственной ночи в постели достаточно, чтобы я уже навсегда отдал им свое сердце, а остальные сорок страдали всевозможными отвратительными болезнями. Поверь, мало удовольствия выставлять каждое утро из своего гостиничного номера какую-нибудь простодушную молоденькую штучку, особенно если тебя мучит жуткое похмелье. Когда встретил Ондину, я уже настроился оставить все это позади.

– Она была необыкновенной женщиной, – тихо произнесла Джейме. – Повторяю, Марк, извини.

– Знаешь, я об этом никому не говорил… но после смерти Ондины решил, что никто не станет меня винить, если я позволю себе расслабиться несколько месяцев. Понимаешь, чтобы похоронить боль. Я попробовал. И не смог. Мы несколько раз устраивали ночи группового секса, но это было… ужасно. Мерзко. Я ничего не чувствовал к этим девочкам. Это меня чертовски напугало.

– Но ведь все понятно, если вспомнить, через что тебе пришлось пройти. Ты это знаешь, правда?

– Хорошим тут было одно. Я понял, что не смогу повернуть время вспять. И не хочу. С тех пор я старательно поддерживаю свой образ рок-звезды… но на самом деле у меня была всего пара полусерьезных отношений и только. Конечно, не могу сказать, что секса нет вообще никакого. Но с последнего раза прошло уже много времени. Проклятье, Джейме, у меня получилось самое настоящее интимное предложение. Но я и в мыслях этого не держал.

Джейме отпила глоток вина и сказала:

– Марк, успокойся, это ведь я, твой старинный друг. Можешь говорить мне все, что только хочешь. Я никому ничего не скажу.

– Спасибо, – грустно усмехнулся Марк. – Мне как раз не хватало старого друга.

– Мне тоже, – призналась Джейме.

– Итак, ты хочешь поговорить об Ираке?

– Нет, черт побери. Я имею в виду не сегодня. Здесь все просто слишком великолепно. На самом деле мне сейчас нужно занять голову чем-нибудь совсем другим, если ты ничего не имеешь против.

Тут Марк сделал то, что Джейме ожидала от него меньше всего. Он начал напевать. Мелодию, простую и приятную, она не узнала, но богатый тембр голоса Марка раскрылся в ней в полную силу. Положив голову ему на плечо, Джейме наслаждалась тем, как песня бурлит у него внутри.

Марк начал нежно гладить ее по голове.

– Старый друг.

– Старый друг, – повторила Джейме и подумала: «Если бы Яни сейчас меня видел…»

Они расслабились, но вдруг Марк спохватился, схватил со столика часы и заявил:

– Ого, пора.

– Куда?

– Массажист и массажистка ждут.

– Ты шутишь.

– Я же сказал, что хочу тебя ублажить, – напомнил Марк. – Так что ты мне не мешай, Джейме. Я так долго был перед тобой в неоплатном долгу и всегда чувствовал себя виноватым.

– Передо мной? Почему? Я ничего не могу придумать.

– За то, что вы с Полом сделали для меня, для нас с Ондиной… в последние месяцы ее болезни. За силу и поддержку, которые вы дали нам. Только благодаря этому я смог выдержать. После гибели Пола я поклялся быть рядом с тобой. Но тогда, Джейме… это оказалось так тяжело. Лишиться близкого друга вскоре после потери жены. Уход Пола едва меня не доконал. Я чувствовал, что у меня не осталось ничего такого, что я мог бы дать тебе. Но мне было стыдно. Я словно подвел Пола и тебя.

– Представляю, как тебе было нелегко. – Прижав одной рукой к себе мягкий ворс махрового полотенца, Джейме другой нежно погладила Марка по лицу. – Пол был необыкновенным человеком. Мне следовало бы понять, чем для тебя явилась его гибель. Но я сама была сражена своей утратой. Мы оба старались каждый по-своему пережить боль. Так что никаких упреков в адрес друг друга, договорились?

Жесткая щетина на щеках Марка показалась Джейме такой соблазнительной.

– Никаких упреков. – Марк привлек ее к себе. – Спасибо. А сейчас нас ждет эта замечательная пара, которая, судя по всему, окончила школу лечебного массажа лучшей на курсе.

– Замечательно. Потому что у меня в распорядке дня сейчас как раз свободное время.

– В таком случае позволь тебя проводить. – Марк просиял.

***

25 января 2007 года, 22.05

(1 день 12 часов 25 минут до окончания аукциона)

Иудейская пустыня, к западу от Мертвого моря

Израиль

Хаджи аль-Асим попросил трех известных тель-авивских ювелиров показать свои лучшие работы, чтобы выбрать подарок для своей невесты. Двое уже встречались с ним и демонстрировали свой товар. Драгоценности, которые они принесли, были просто восхитительными, каждая по-своему.

Аль-Асим понимал, что без денег, вырученных за продажу шкатулки, он не сможет купить ничего из предложенного.

Однако ему хотелось преподнести Ясмин подарок, незабываемый, особый. Он хотел хоть как-то показать ей, что ценит ее, считает необыкновенной – самой главной своей драгоценностью.

Когда аль-Асим через неделю снова приехал в лагерь, чтобы переговорить с вождем, дядей Ясмин, о свадьбе, девушка снова удивила его.

Собрались мать и тетки Ясмин с закрытыми лицами, и она сама поступила так же. Однако взгляд, сверкавший в щели платка, был тем самым, что пленил Хаджи.

У бедуинов принято, что условия брака, размер выкупа за невесту определяются мужчинами. Впрочем, не было ничего из ряда вон выходящего в том, чтобы предполагаемый жених встречался со своей невестой и ее родственниками до заключения сделки. Необычным оказалось то, что аль-Асим захотел поговорить с самой Ясмин, убедиться в том, что она благосклонно относится к предстоящему союзу. Как правило, достаточно было согласия отца или опекуна девушки.

Дядя Ясмин ввел Хаджи в свой просторный шатер. Родственницы девушки расселись полукругом позади. Мать сидела рядом. Аль-Асим сел напротив Ясмин, в добрых трех шагах от нее. Он мельком взглянул ей в лицо, хотя девушка сидела потупившись.

– Я пришел спросить у тебя, согласна ли ты выйти за меня замуж, – произнес Хаджи негромко, но отчетливо, чтобы услышали все присутствующие.

– Да будет на то воля Аллаха, если ты этого хочешь, – ответила Ясмин, не поднимая глаз.

– Я обещал твоим отчиму и матери хороший калым, – продолжал аль-Асим. – Ты будешь обеспечена заботой до конца своих дней. – Прежде чем кто-либо успел сообразить, в чем дело, он подался вперед и добавил так, чтобы услышала одна только Ясмин: – Ты действительно этого хочешь?

Набравшись храбрости, девушка тоже подалась вперед и ответила быстро и тихо:

– На моей простыне чести не будет пятен.

От этой резкой, неожиданной откровенности у Хаджи внутри все перевернулось. В обычной обстановке подобного признания оказалось бы достаточно, чтобы немедленно разорвать помолвку и обесчестить всех родственников девушки по мужской линии. Однако Ясмин произнесла эти слова с мягкой мольбой в голосе и, сверкнув взглядом, посмотрела Омару в глаза – доверяя ему свою тайну, убежденная в том, что только он сможет ее спасти. Сама жизнь девушки зависела от его доброты. Если он сейчас повторит вслух эти слова, то для нее это будет означать смерть. Почему-то Ясмин выбрала его, рискнула всем, доверившись ему.

Она отнеслась к нему как к человеку доброму, хорошему. Как к своему спасителю.

В это самое мгновение Хаджи аль-Асим понял, что умрет, оберегая ее тайну, защищая честь.

– Пусть будет так, – сказал он, опять же громко, чтобы было слышно всем.

Мать и тетки почтительно поклонились и удалились из шатра, уводя с собой Ясмин.

Хаджи остался разговаривать с вождем, и вскоре стало известно, что за невесту будет отдан такой большой калым, какой еще никогда не выплачивался ни за одну девушку клана.

***

25 января 2007 года, 22.30

(1 день 12 часов 0 минут до окончания аукциона)

Замок Вилье

Лак-Аржан, Франция

Джейме лежала под белоснежной прохладной простыней на массажном столе в комнате, расположенной по соседству с джакузи. Здесь были ухоженные комнатные растения, маленькая сауна, выложенный плиткой пол с подогревом и два массажных стола. На какое-то мгновение Джейме начисто забыла о том, что еще совсем недавно находилась там, где продолжается война.

Однако из этого еще не следовало, что в чувствах ее царил полный штиль, – и дело было не только в Яни. Встреча с Марком принесла воспоминания, мучительно болезненные и в то же время сладостные. Джейме прекрасно помнила тот июнь, когда они с Полом, тогда еще неженатые, приехали в гости к Марку и Ондине в их дом на Антильских островах. К тому времени Ондина уже полгода боролась с прогрессирующим раком поджелудочной железы. Она только что вернулась из Нью-Йорка, где проходила обследование после очередного курса лечения. Пол и Джейме прибыли вместе с ней на личном самолете Марка. У Пола как раз был двухнедельный перерыв между окончанием учебного года и летними занятиями, Джейме получила две недели отпуска.

Окрыленные надеждами, весь первый день они провели, отдыхая, купаясь, слушая новые записи Марка. Мужчины познакомились вскоре после того, как Марк выпустил свой дебютный альбом и участвовал в турне, которое устроила одна организация, работающая над проблемами мира и справедливости на Ближнем Востоке. Молодые люди сразу же сошлись и подружились. На Пола произвел впечатление талант Марка, но его никогда не трогала слава Шепарда. Марк был потрясен страстной увлеченностью своего нового друга и его пониманием международных проблем. С годами Марк проникся к нему признательностью за то, что Пол оказался одним из немногих, кто не воспринимал его исключительно как рок-звезду. Пол же был рад знакомству с человеком, который относился к нему не как к преподобному доктору Этвуду.

Две пары сидели в просторной гостиной, оформленной в белых тонах. В распахнутые окна врывался ветерок с моря. Тут раздался звонок. Ондина подошла к телефону, тихо о чем-то поговорила и положила трубку.

– Что хорошего тебе сказали? – спросил Марк, когда она посмотрела на него, робко улыбаясь.

– Боюсь, ничего. Заболевание вернулось в более тяжелой форме, чем прежде. Врач сказал, что у меня есть месяц, максимум – два.

Наступила полная тишина.

– Мы с тобой завтра же вылетаем обратно, – наконец мягко сказал Пол.

– Нет, – решительно заявила Ондина. – Нет.

Она стояла, высокая и изящная, с распущенными темными волосами, в модной блузке. Ее большие карие глаза были полны боли.

– Я ответила, что не вернусь, – продолжала Ондина. – Если у меня осталось всего два месяца, то я не собираюсь провести их, постоянно испытывая тошноту и слабость от так называемого лечения. Я собираюсь вцепиться в жизнь обеими руками, пока могу, и отправиться домой с улыбкой на лице.

– Но, Ондина… – начал было Марк.

– Хватит этой диетической дряни, – остановила его жена. – Отныне я ем то, что хочу.

Джейме стиснула подругу в объятиях. Они помолились все вчетвером, прося у Господа силы, любви и радости. Затем гостям стало ясно, что Марку с женой нужно побыть вдвоем.

Пол направился на пляж.

– Ричардс, пошли, – окликнул он, и Джейме последовала за ним.

Догнав его, она с изумлением увидела, что он вытирает мокрые от слез глаза.

– Пол, – всхлипнула она. – Это так тяжело!..

Он стоял, устремив взор на оранжевые и розовые краски заката над бесконечной водной гладью, где кружились и плясали белые цапли, которым не было никакого дела до людских забот.

– Ричардс…

– Я тебя слушаю.

– Я… знаешь, я говорил, что не собираюсь жениться. Мне хочется иметь свободу в любой момент отправиться туда, куда хочу, не заботясь о том, подвергаю ли я себя при этом риску. Я никогда не смогу предложить своей жене спокойную жизнь с работой от девяти до пяти – и детей.

Джейме молчала. Все это она уже слышала, и сейчас ей было непонятно, почему Пол повторяет все снова. Ричардс понимала, что его нужно принимать таким, какой он есть. Она давно с этим смирилась.

– Все дело в том… Я вдруг осознал, что опаснее чего-то ужасного, такого как утрата жены, может быть только то, что ее вообще не будет, поскольку у меня так и не хватило мужества на ней жениться.

Этого Джейме никак не ожидала. Почва у нее под ногами внезапно стала зыбкой, готовой в любую минуту провалиться.

Но Пол больше ничего не добавил к сказанному.

Джейме полностью устраивало текущее положение вещей. Она любила свое ремесло. Ее только что повысили в звании. Пол всегда казался ей странствующим рыцарем. Может ли она полюбить подобного человека, у которого есть жена – даже если это она сама?

Хочет ли она выйти замуж за Пола, да и вообще за кого бы то ни было?

– Ричардс…

– Этвуд, ты хочешь сказать, что мы с тобой должны пожениться?

– А ты что думаешь по этому поводу? Я не изменюсь… Со мной по-прежнему может что-нибудь случиться…

– Гм, Пол, не забывай, ты говоришь с женщиной, которая служит в армии.

– Знаю-знаю. Дело как раз в том, что я все время думал, что с кем-то из нас может что-нибудь произойти. Но теперь я понимаю, что, даже если такое случится, я все равно хочу получить тебя, прежде чем потерять.

– Пожалуй, это одно из самых жизнерадостных предложений руки и сердца за всю историю.

– Господи!.. Извини, я все безнадежно испортил. Так что ты думаешь по этому поводу? Я был полным дураком, когда завел этот разговор?

– Насколько я поняла, ты таким своеобразным способом признался мне в любви? – Джейме не собиралась подталкивать Пола, она просто хотела выиграть время.

– Я просто имел в виду, что главное в жизни – любовь. Ондина права, мы должны держаться за нее обеими руками, пока у нас есть такая возможность.

Этот момент настал, и что ей оставалось делать? Может ли она выйти замуж за Пола Этвуда? Джейме влюбилась в него, еще когда он ее учил, но уже давно вышла в большой мир. Настоящее ли это чувство? Как долго оно продлится? Почему любовь такая неосязаемая? Джейме хотела испытать ее, проверить, подержать в руках.

Но если Пол сказал бы, что ему осталось жить два месяца, это ее убило бы. Он представлял для нее весь мир.

– Хорошо, – наконец тихо произнесла Джейме. – Я тоже хочу получить тебя, знать, что ты у меня есть.

Они рассказали об этом Марку и Ондине после ужина, когда все вместе сидели на веранде.

Марк похлопал Пола по спине, а Ондина вскочила на ноги и заявила:

– Но это же восхитительно! Вы помолвлены! Когда свадьба?

– Так далеко мы еще не заходили, – смущенно ответил Пол.

– А как насчет… так, дайте-ка посмотреть… В следующие выходные. Не в пятницу, это будет День независимости. Но как насчет субботы? Это пятое. Или воскресенья?.. Насколько я понимаю, это будет шестое?

– Подожди-ка… ты хочешь сказать, прямо на следующей неделе? – опешила Джейме.

– Ну да! Почему бы вам не пожениться здесь? Я всегда жалела о том, что, когда мы с Марком поженились, у нас еще не было этого дома. Здесь просто замечательно! Можно обвенчаться в соседней часовне или же прямо на берегу!

– Ондина, с твоей стороны это так мило… Необычайно любезное предложение, – запинаясь, пробормотал Пол.

– Если честно, я не из тех, кто готов плясать босиком на пляже с цветами в волосах, – удивленно промолвила Джейме.

– Ты хочешь военную свадьбу, с саблями и тому подобным?

– Нет, но… – Джейме повернулась к Полу. – Ты будешь жалеть, если свадьба состоится не дома и на ней не смогут присутствовать преподаватели факультета и твои студенты?

Пол скорчил комичную гримасу, упер язык в щеку и спросил:

– Мои студенты? Тебе интересно, буду ли я сожалеть о том, что пропустил шумную пирушку?

– Пол, я знаю тебя столько же, сколько Марка, и люблю до безумия, – сказала Ондина. – Но мне прекрасно известно и то, что ты запросто можешь оставаться помолвленным до семидесяти трех лет. В этом случае я не попаду на твою свадьбу. Так что, если ты всерьез решил жениться на этой выдающейся женщине, зачем откладывать в долгий ящик? – Пол, Джейме и Марк молчали, оглушенные энергией и страстью Ондины, которая продолжала: – Нам нужно немедленно приниматься за дело. Можно устроить все вот как. Я помогу вам составить план. Начать можно с того, чтобы обзвонить родственников, друзей и узнать, кто из них сможет приехать сюда на следующей неделе. Мы направим за ними самолет. Ты ничего не имеешь против, mon ami?[9]9
  Друг мой (фр.).


[Закрыть] – спросила она мужа.

– Да, наверное. Ты уверена… что для тебя это будет не слишком большая нагрузка?

– Ради бога, я уже насмотрелась на то, как вы втроем сидите вокруг меня и наблюдаете за тем, как я умираю, а ведь это началось только после ужина. Дайте мне заняться чем-нибудь другим, таким, что связано с будущим. С жизнью. Позвольте нам с Марком устроить вам свадьбу.

– Ладно, – согласился Пол.

– Хорошо, – поддержала его Джейме.

– Вот и отлично! Давайте составлять список приглашенных!

– Полагаю, такой повод заслуживает бренди и сигар, – сказал Марк, и Пол тотчас же согласился.

Уже ночью, когда в доме наступила тишина и Пол лег спать, Джейме спустилась вниз, одна, и остановилась у окон, выходящих на океан. Она простояла так какое-то время, прежде чем поняла, что в гостиной на диване сидит Марк.

– Ричардс, – окликнул он, и Джейме подошла к нему.

Даже в темноте она разглядела, что Марк плакал.

– Марк, свадьба… Если для тебя это слишком тяжело, скажи одно слово, и я все объясню Ондине. Только на доставку сюда родственников и друзей уйдет целое состояние.

Марк предложил ей сесть, и Джейме опустилась на соседнюю секцию дивана, повернутую под прямым углом. Он сжимал стакан виски, но не был пьян.

– Дело в том, что все это ровным счетом ничего не значит, – начал Марк и обвел вокруг рукой с зажатым стаканом. – Дом. Самолет. Ничего не значит. В такие времена понимаешь, что деньги ничего не значат. Единственное мое сокровище – это Ондина. Ее у меня отнимут, и с этим ничего нельзя поделать, черт побери. Не помогут все деньги, какие только есть на свете. Все это ровным счетом ничего не значит.

– Знаю, – тихо ответила Джейме. – Ты прав.

– Так что мне остается только… Если бы за то время, которое ей осталось, Ондина захотела слетать на Луну, то я как-нибудь усадил бы ее в чертову ракету. Если ей доставит радость устроить вашу свадьбу, Джейме, то расходы пусть тебя не беспокоят. Если вы с Полом готовы сыграть свадьбу так быстро – пожалуйста, пусть Ондина этим займется.

Джейме взяла Марка за руку, и он не стал ее отдергивать.

Но, взглянув на него, она поняла, что он переключился на другую тему.

– Пол – мой лучший друг. Я знаю, что ты его любишь. Джейме, ты правда хочешь выйти за него замуж? Ты станешь ему хорошей женой?

– Да, хочу, – ответила Джейме. – Да, стану.

Говоря так, она поняла, что это правда.

Джейме и Пол поженились, босиком на песчаном пляже. Джейме с цветами на голове, в присутствии двух десятков родственников и друзей. Обвенчал их один из коллег Пола. Марк Шепард пел. Праздник прошел просто восхитительно. Ондина сияла.

Через месяц она умерла.

Через три месяца Пол погиб при взрыве бомбы, приведенной в действие террористом-смертником в торговом центре Иерусалима.

С тех пор прошло девять с половиной лет. Сейчас Джейме лежала в особняке Марка на массажном столе, а на соседнем устроился он сам. Чувства Джейме снова были в смятении.

***

25 января 2007 года, 23.05

(1 день 11 часов 25 минут до окончания аукциона)

Лак-Аржан, Франция

Высокие переплетенные окна выходили на главную лестницу особняка. Богатые тона резного дерева придавали просторному холлу теплое сияние. Марк показал Джейме отреставрированный с любовью дом, еще совсем недавно разрушавшийся в одиноком запустении. Он сохранил многие оригинальные детали, в то же время оснастив особняк современной электропроводкой, запитанной от экологически чистых источников энергии.

В результате большое, внушительное здание стало приветливым и радушным. Из окна открывался вид на лужайки и деревья до каменной колокольни, возвышавшейся над деревенской церковью XII века.

– Эй!

Обернувшись, Джейме увидела Марка в длинных пижамных штанах и футболке с надписью «Глобальная экология».

– Отличная у тебя пижама. – Марк сиял.

Джейме не сдержала улыбки. Маленький эльф, пробежавшийся по цюрихским магазинам, купил для нее белую атласную ночную рубашку с прозрачным пеньюаром. Светлые волосы свободно ниспадали до плеч. Ирак остался в миллионе миль позади.

– Могу я предложить тебе выпить чего-нибудь на ночь у камина?

– С удовольствием. Мадам Альперн ушла домой?

– Да. Во всем доме никого, кроме нас и Деррика, моего телохранителя. Там, где я, обязательно есть охранник. – Марк пожал плечами. – Тебе в спальне уютно? Раньше в том крыле жили мы с Ондиной. Затем я… поменял все местами и заново отделал комнаты.

– Спасибо, все замечательно. Душ – просто райское блаженство. Теплая вода и все такое. Я привыкла радоваться любым мелочам.

Взяв Джейме за руку, Марк провел ее по коридорам в свои покои, мимо джакузи и массажного кабинета. Пройдя в двустворчатые деревянные двери, они оказались в просторной гостиной. В дальнем конце находилась еще одна дверь, чуть приоткрытая. Большой каменный очаг был подсоединен к той же трубе, что и камин внизу. В нем весело потрескивал огонь. Вместо электричества в комнате горели маленькие свечи. Из невидимых колонок доносилась приятная классическая музыка.

– Боже милосердный, – прошептала Джейме. – Ты даже не представляешь, как я по всему этому соскучилась.

– Я тоже, – ответил Марк.

Он уселся перед огнем на белый ковер, Джейме пристроилась рядом. Из чего бы ни был сделан эта ковер, но он оказался мягким и приятным на ощупь. Марк раскрыл объятия, и Джейме прижалась к нему. У него была мускулистая грудь. Несомненно, он занимался спортом.

Обняв Джейме, Марк откинулся на кресло, глядя на пляшущие на поленьях огоньки.

– Здесь так красиво, – сказала Ричардс. – Мне очень нравится, как ты отделал дом.

– Это ты красивая, – сказал Марк, закрывая глаза. – Ты просто прекрасна, я умираю от желания тебя поцеловать, но мне страшно.

– Неужели? – тихо спросила Джейме.

– Ты мне очень нужна. Я хочу, чтобы ты стала моим близким другом, и ни за что это не разрушу. Вдруг я начну за тобой ухаживать, а из этого ничего не получится, и я тебя потеряю… или наши отношения просто станут неловкими. Я этого не вынесу. Так что, Джейме, скажи, хорошо ли это. Пожалуйста, скажи.

Джейме всмотрелась в его лицо, озаренное отблесками камина, увидела смятение и страсть. Положив руку ему на затылок, она его поцеловала.

Точнее, начала это делать. Как только Марк ответил, казалось, их мгновенно охватило вырвавшееся из камина пламя. Электрические разряды его прикосновений снова и снова разливались по всему телу Джейме.

Прозрачный пеньюар отлетел в сторону, как и футболка. Марк был такой красивый, сильный, романтичный, талантливый, великодушный…

Он принадлежал ей.

Бретельки ночной рубашки уже давно спали с плеч Джейме. Совершенно естественным движением Марк уложил ее на мягкий ковер, прошелся поцелуями от губ до шеи, спуская рубашку до талии. Он принялся ласкать груди, целовать их, обхватывая соски губами, и Джейме сотрясалась всем телом, словно пораженная молнией. Судорожно вскрикнув, она раскинулась на ковре.

По ее щекам потекли беззвучные слезы. Подняв взгляд, Марк увидел, как они блеснули в пламени камина. Тут они оба услышали звонок.

Повернувшись к камину, Марк увидел мигающую красную кнопку и выругался:

– Твою мать!

– В чем дело? – спросила Джейме.

– Похоже, мне кто-то звонит или случилось что-то неотложное, и Деррик посчитал нужным меня разбудить. Проклятье! Извини, Джейме. Я разберусь, в чем дело, и попрошу Деррика отключить систему. Пусть одну ночь мир вращается без меня.

– Наверное, это представитель «Майкрософта», который только что услышал, что ты смылся раньше времени и не почтишь своим присутствием торжественный ужин.

Усмехнувшись, Марк погладил ее и сказал:

– Так или иначе, я как раз подумал, что нам для полного счастья не хватает бутылки местного шампанского. Слава богу, у меня как раз есть одна, в холодильнике в соседней комнате. Я захвачу ее на обратном пути.

– Замечательно.

– Пусть это станет началом долгой и чудесной ночи, – заключил Марк.

Перед тем как встать, он наклонился к Джейме, поцеловал ее мокрые от слез щеки и прошептал:

– Не плачь. Он был бы рад за нас. Уверен в этом.

Улыбнувшись, Джейме кивнула. Марк ушел, и она тыльной стороной ладони вытерла щеки. Ее просто убивало то, что слезы эти вызваны не мыслями о Поле.

Она плакала потому, что красивый, замечательный, талантливый, чудесный мужчина, целовавший ее, не был Яни.

***

25 января 2007 года, 23.27

(1 день 11 часов 3 минуты до окончания аукциона)